Глава 74
Получив тест, Хэ Чжао по привычке пробежался глазами по заданиям, оценивая сложность, и только потом начал решать, делая черновые расчеты прямо на полях.
В голове был полный беспорядок, из-за чего иероглифы выходили кривыми.
Он сидел на самой верхней ступеньке, прямо напротив Се Юя, сидящего на повороте лестницы.
Делая наброски, он вспомнил, что говорил Се Юю в игре под ником Король вопросов.
Хэ Чжао потерялся в мыслях. Кончик ручки коснулся тонкой бумаги и, написав корень из двух, замер; чернила начали расплываться. Мгновение спустя, глядя на это чёрное пятно, он вдруг вспомнил самую напрашивающуюся на побои фразу и, сам не зная зачем, произнес её вслух:
— ...Я уступлю тебе три задачки?
Се Юй сидел с опущенной головой, до сих пор не сняв капюшон. Со своего ракурса Хэ Чжао видел только его нос и подбородок, а также поджатые губы, говорящие о не самом лучшем настроении.
Се Юй сжимал ручку, думая, что вероятность встретиться с этим придурком во сне казалось куда более реальной. Может, ему и правда всё это снится?
Глядя на задания, он медленно выдохнул:
— Хорошо, уступай. Я тебе десять уступлю.
Эти двое, которые постоянно спали и играли на уроках, своими силами снижая средний балл класса до такой степени, что учителям хотелось просто спрыгнуть со скалы, и которые даже не знали, какую страницу учебника надо открыть, сейчас сидели на лестнице и разбрасывались подобными заявлениями.
Обычно в школе их разговоры звучали так:
— Тогда я спокоен. А домашку списал?
Сейчас, после всех этих громких слов, даже они чувствовали себя немного странно.
Из сборника Хэ Чжао Се Юй выбрал первый попавшийся вариант. Всё равно сложность у всех остальных была примерно одинаковой. Посмотрев на время в телефоне, он бросил его на пол.
Сдать тесты надо через полчаса, ровно в одиннадцать.
Пока не увидит, на что способен Хэ Чжао, Се Юй так и будет сомневаться. Хотя в голове уже зарождалась одна невероятная мысль.
Летая до сих пор в облаках, Хэ Чжао решил две задачи.
Пока он писал, суставы его пальцев слегка выступали. Глядя на корявые иероглифы на листе, он замер на секунду и только потом переложил ручку в левую руку.
Се Юй закончил ещё до одиннадцати. Подняв голову, он увидел, что этот идиот, тоже дорешав тест, отложил ручку и, положив лист себе на колени, смотрел на него.
Мгновение они молча смотрели друг на друга.
Се Юй поднялся забрать тест Хэ Чжао, но тот прижал его одной рукой, а другой схватил парня за запястье:
— Ты ж уверен в себе, — Се Юй начал вытаскивать из-под его руки лист, но забрать никак не получалось: — Отпусти.
Он до последнего не верил во всё это, но увидев тест... Потерял дар речи.
Не считая первых корявых строк, остальной текст, хоть и написанный размашисто, выглядел красиво и уверенно. Настолько это различалось от первых строк, что казалось, писали два разных человека.
Не зная, что сказать, Се Юй перевернул лист и посмотрел ещё раз, чтобы убедиться, что ему не показалось.
— Я левша, — слегка нервничая, объяснил Хэ Чжао. — Но правой тоже неплохо пишу, просто почерк другой. Правой более свободно и размашисто получается...
Он с детства привык пользоваться левой рукой, но родители пытались переучить его, пока он маленький, чтобы почерк потом был аккуратный. Со временем он научился управлять обеими руками, но небольшая разница всё-таки была.
— Поправочка: херово получается.
Се Юй подумал, что раз уж Хэ Чжао пришел под ником «Король вопросов», то ничего удивительного, что почерк вдруг стал красивым. Почти профессионализм высшего уровня. Но это всё равно злило, поэтому он добавил:
— Кажется, ты неправильно понимаешь значение слов «свободный» и «размашистый».
Полчаса для решения целого теста было маловато, поэтому Хэ Чжао пропускал шаги, сокращая решение. Почти половину пустых полей он исписал в черновых расчетах, а конечные ответы просто обводил в кружок.
Се Юй внимательно проверил всё от начала и до конца, и кроме пропущенной в последней задаче запятой не нашел никаких ошибок.
Хэ Чжао тоже проверял его тест. Первые десять задач и правда не были решены.
Сказал, уступит десять задач, значит уступит. Как самоуверенно...
Дальше каждое решение было четким и понятным.
Хэ Чжао и раньше видел, как бог Х решает задачи. Логическое мышление не подделаешь. И выбранный метод решения, и привычка подчёркивать ключевые условия – всё это было и на листе перед ним.
Они сверили ответы, и, как бы ни хотелось не верить, факт оставался фактом.
Се Юй вдруг почувствовал, как что-то неудержимо вспыхивает в голове. Трудно было описать это чувство, но, помимо шока, самым очевидным было ощущение, что он смотрит на идиота, пока сам выглядит ещё большим идиотом.
Хэ Чжао открыл рот, но не успел ничего сказать, как Се Юй, закатывая рукава, произнес:
— Не знаю пока, что и сказать. Давай сначала подерёмся минут десять.
— А давай лучше не надо. Насилием проблему не решить. Лучше сядем, поговорим спокойно...
Не дав ему договорить, Се Юй нанес удар.
Опершись рукой о ступеньку, Хэ Чжао подскочил и отступил в сторону, но не успел ещё нормально встать, как получил ещё один удар.
На узком лестничном пролете развернуться было негде. Хотя дрались они не всерьез, шуткой это тоже не назвать. Особенно учитывая, что Се Юй, главарь улицы Хэйшуй, с детства привык решать все вопросы кулаками. Зачем тратить время на слова, если можно просто ударить?
Но даже получая удары, Хэ Чжао не мог не думать: «Бля, мой парень такой милашка, когда сразу кидается».
Сначала удары Се Юя были сильными и яростными, но постепенно становились послабее. Воспользовавшись этим, Хэ Чжао обнял его, прижал к себе и без лишних слов поцеловал.
Сам упрямый и гордый, а губы мягче зефира.
Се Юй опирался спиной о стену, свободный капюшон закрывал пол-лба, немного мешая обзору. Из-за этого ещё ярче ощущались рука Хэ Чжао на талии и его настойчивые, почти агрессивные поцелуи.
Было тесно. Снизу послышались чьи-то шаги, медленно становящиеся громче по мере того, как человек поднимался наверх.
— Я тоже не знаю, что сказать, — Хэ Чжао не отстранился полностью, оставив считанные миллиметры между губами, которые касались друг друга, пока он говорил. Подняв руку, он медленно стянул с Се Юя капюшон. — Давай лучше двадцать минут целоваться.
После всей этой суматохи, начиная со встречи у Шицзичэна и заканчивая почти идеальными тестами, их растерянность постепенно начала утихать.
Они сидели рядом на ступеньках, пытаясь собраться с мыслями.
Се Юй провел пальцем по уголку губ, слегка болевших после поцелуя.
— Есть сигарета? — спустя несколько минут спросил он.
— Малышам¹ нельзя курить, — Хэ Чжао достал из кармана чупа-чупс в ярко-розовой обёртке и протянул ему, держа за палочку: — ...Сойдёт?
¹ – Здесь Хэ Чжао всё так же использует 小朋友 (маленький друг/малыш), только одновременно и в общем контексте, и обращаясь к Се Юю
Взяв чупа-чупс, Се Юй начал открывать его.
— Что вообще происходит? — наполовину развернув обёртку, он вспомнил те учебные материалы, на составление которых потратил не знай сколько сил. — Ты, блять, хоть представляешь, сколько я возился с...
— А сам-то, второй с конца? — прервал его Хэ Чжао.
Вспомнив о тех письмах с материалами, Се Юй замолчал. Но затем сразу же вспомнил «Полный разбор программы старшей школы», непонятно как оказавшийся у него на парте, и почувствовал, что что-то здесь не так. Ухватившись за мелькнувшую мысль, он спросил:
Хэ Чжао же, размышляющий над словами Се Юя, тоже всё понял:
Се Юй промолчал, сжимая в руке обёртку от чупа-чупса.
Блять, что это вообще всё значит...
То есть они всё это время ходили кругами, чтобы в итоге оказалось, что зря переживали друг о друге?
Хэ Чжао опёрся ладонью о ступеньку, чувствуя, как ее край впивается в кожу. Ему вдруг стало смешно:
— А я-то думал... Вань Да с остальными так убедительно всё разложили.
— Какой убедительно? Брехня собачья. Как вообще можно было в это поверить?
Шаги снизу постепенно стихли, на лестничной клетке снова стало тихо.
Хэ Чжао перестал улыбаться. Глядя вниз, он помолчал, а затем сказал:
— Помнишь, мы ели возле Дяньцзи и столкнулись с... Цзи-гэ?
С чупа-чупсом во рту Се Юй промычал невнятное «ага».
Хэ Чжао и не подозревал, что наступит день, когда он сам будет рассказывать об этом. Думал, будет всегда держать это в себе.
Думал, что это так и будет лежать на сердце тяжёлым камнем.
На самом деле, прошло уже много лет. Многие детали уже стёрлись из памяти, но каждый раз, когда казалось, что он почти всё забыл, он просыпался ночью в холодном поту.
Рассказав всё, Хэ Чжао не решался смотреть на Се Юя.
В голове крутилось только: «А вдруг он подумает, что я ужасный человек? Вдруг разочаруется? Вдруг...».
Он так ушел в свои мысли, что не заметил, как край ступеньки впился в ладонь, оставив на коже красный след.
Се Юй не сказал ни «все в порядке, ты не виноват», ни «ты неправильно поступил». Он не стал его ни обвинять, ни утешать.
Когда Хэ Чжао уже совсем начал терять надежду, Се Юй вытащил чупа-чупс изо рта и поднес к его губам: