Интервью с Варварой Кошелевой: председателем «Фракции идеалистов» ЛПРм
После выхода статьи Михаила Светова (признан иноагентом) в ЛПРм появилась «фракция идеалистов». Редакция Ежа взяла интервью у её председателя Варвары Кошелевой: мы спросили о причинах создания фракции, либертарианстве и о планах на будущее.
— Расскажите немного о себе. Как вы пришли к вашим идеям? Чем увлекаетесь, какие личные планы на ближайшее время строите?
Наверно, я даже и не вспомню точно, когда я стала либертарианкой. Несколько лет назад, лет 5 может. Неприемлела беззащитность перед насилием, необходимость быть жертвой перед принуждением. Сама идея, что кто-то произвольно может ограничивать права людей и их возможности за счет своего статуса, полученного без нашего согласия, страх и преклонение перед «начальством» вызывали у меня отторжение. Государство не монолит, обычные люди, такие же как и все остальные. В сути своей это должны быть менеджеры с ограниченными и контролируемыми функциями, а не вершители судеб. Да, я минархистка.
И уж тем более ты сам никому не принадлежишь. Это может и конструкт, но и оснований для обратного нет. На такую почву хорошо ложатся либертарианские идеи.
К ним окончательно я пришла не от спикеров и современных политиков, а буквально через согласие с теоретиками австрийской экономической школы, хотя полным её приверженцем не являюсь и сейчас.
Очень долго я не хотела приписывать себя к конкретной идеологии, как правило это система взглядов с радикальным ядром и умеренными сторонниками. Но судить будут по радикалам (что не всегда плохо), продвигать же хочется свои идеи, в которых ты уверен. Чтобы назвать себя кем-то нужно быть уверенным, что эта система принципов совпадает с твоей.
— Чем вы занимаетесь в партии? Какие цели у вашей фракции, как появилась идея ее создания?
Идея создания появилась на необходимости альтернативного мнения от либертарианского сообщества, конкретно от Партии. Нет политика, который бы меня представлял. Значит нужно объединить тех ЛОМов, с которыми мы схожи, и могли бы сами стать опорой для людей. В нашей Партии такие есть, и много)
Да, я не хочу, чтобы либертарианство стояло близко с сочетанием о «милосердии власти». Преступник есть преступник, насилие не становится ласковее от того, что насильник мог поступить с тобой хуже. Похоже на стокгольмский синдром.
А что важнее, на праве сильного ничего не построить, тупиковые рассуждения. А вот протратить можно, мы видим как растаскивают по чуть-чуть нашу страну. Лучше многих должны понимать. Общество всегда строилось на выгоде. Выгода была в чистой прибыли или минимизации рисков. Соблюдение прав позволяет людям вести созидательную деятельность, мы постепенно шли к этому всю нашу историю.
Если рассматривать силу, как возможность влиять на происходящие процессы, то выходит, что в рамках либертарианства мы выступаем за её рассредотачивание, децентрализацию, а не концентрацию. За баланс сдержек и противовесов множества акторов, а не надежду на хорошего правителя. Да и что значит «хороший»?
В этом больше идеализма, чем в чистой теории. Просто это идеалы для диктатора, и тех, кто планирует стоять у «кормушки».
Идеализм не равен наивности. Я вижу в этом скорее готовность следовать определенным принципам, выбирать методы идя к цели. Иначе сама цель может потерять смысл.
Мы не сможем говорить о здоровом обществе, ставя себя выше него и называя воспитателями. Институты нельзя привнести сверху и насильно. Они вырабатываются внутри на доверии, на понимании, хоть и несознательном часто, почему соблюдать определенные правила полезно и выгодно каждому.
В действиях я бы назвала себя чистым прагматиком, в смысле этих действий - идеалистом.
Чем увлекаетесь, какие личные планы на ближайшее время строите?
В основном я занимаюсь личными проектами, как дело Седы Сулеймановой, ведение избирательных кампаний, сейчас проведение гуманитарных акций (естественно в полном смысле гуманитарных) и так далее.
По жизни моя страсть — путешествия. Неважно куда и каким способом, я люблю открывать для себя каждый новый уголочек, даже если часто эти уголочки похожи как братья близнецы. Вокзалы, поезда, плацкарт, автостоп – это новые люди и новые истории. Каждое место в России пропитано событиями и воспоминаниями. Даже по самому маленькому городу можно долго гулять рассматривая и представляя, что здесь было лет сто, а может и много больше веков назад.
Хотя особенно мне дороги палаточные вылазки и поездки «дичком», идеально если без конечной цели, туда куда ты захочешь прямо сейчас.
А так... большую часть жизни у меня забирает политическая и общественная работа, самообучение, чтобы этим делом заниматься качественно. Это действительно работа, которой ты отдаешь немалую часть жизни и сил, к тому же после основной, за деньги (я обыкновенный менеджер, ничего примечательного). Мы же все волонтёры.
Учитывая это, особенно неприятно колет, хотя и бывает смешным, когда ребят из оппозиции и меня лично пытаются убедить в корысти. Мы выбрали сложный и требующий от нас самих больших вложений путь. И когда я вижу измотанных по судам и СИЗО правозащитников, от таких обвинений больно.
В ближайшее время пожалуй больше всего я хотела бы вложить свои усилия во фракцию, как платформу для продвижения либертарианских оппозиционных идей. Возродить Партию действительно, как представительство граждан, даже и не только либертарианцев. В сохранение опыта избирательных кампаний. Дело даже не в победе, хотя я буду упорно сражаться за места там, где это возможно. Это умение вести интенсивную и направленную работу с людьми. Разными. Такой опыт легко можно потерять. В общественную работу.
Оппозиция уходит в онлайн, но нельзя заморозиться и переждать, проснувшись теми, какими были. Реалии российской жизни быстро меняются, бездеятельность расхолаживает тех, кто и так не был ядром, а закрывшееся диалоговое окошко, хоть худо-бедно связывающее нас с людьми, сложно прорубать снова. Даже если с нами не согласны, пусть будет с чем проявлять несогласие. Если такие слова как «право», «свобода», «выбор» уйдут из политического дискурса, подменившись своими дикими извращенными вариациями, продвигаемыми властью, возвращать их вновь в оригинальном смысле будет сложно.
— Вы – член ЛПРм. Почему вступили именно туда?
Честно, для меня не было разницы, в какую ЛПР вступать :) Об ЛПРм, тогда правда была другая буковка ещё, слышала больше. Наверное и всего-то. Мне никогда не было интересно копаться в старых конфликтах. Сейчас мы имеем ситуацию, где у нас не одинаковые, но крайне схожие партии, что похоже на двух конкурентов (ну предположим две кофейни) из принципа остающихся рядом, но теряющих прибыль.
Упрощаю, конечно, но ничего важнее взаимоуважительного сотрудничества для меня в наше время нет. Это наша сила.
— Как с точки зрения либертарианства относиться к возможному «договорнячку»? Как либертарианство бы решило проблемы взаимоотношений между странами?
Ни один из возможных в реальности вариантов «договорнячка» не будет полностью соответствовать либертарианству.
Люди сами должны распоряжаться своим имуществом, территорией в их собственности и лично, индивидуально получать компенсации в зависимости от ущерба. Последнее, кстати, возможно было реализовать. Но крайне трудно. Также сами и добровольно определять свою принадлежность к юрисдикции.
Прекращение агрессивного насилия – если брать в общих чертах — вот то, что соответствует либертарианству более всего. Если будет хоть какое-то возмещение – хорошо. Только именно конкретным людям, именно от государства.
Временно ли это – не скажет никто, реваншизм видится вполне вероятным, однако победителей же тоже не будет. Желаемое и действительное тут не совпадают.
Либертарианство не приемлет агрессивного насилия, и крайне важным считает оборону. Этот посыл работает и на уровне бытовых конфликтов, и на государственном. Добровольность службы в армии, урезание государственных полномочий, отсутствие раздутых и непрозрачных бюджетов сковывает руки тем, кто желает повоевать. Для развязывания войны нужна концентрация власти. И самое главное: это экономически не выгодно странам-участницам. Разрушение инфраструктуры и промышленных предприятий, разрыв экономических связей, неподъемные траты, ложащиеся бременем на налогоплательщиков. Отсутствие рычагов давление на крупный бизнес делает войну крайне маловероятной. Чтобы конкретный человек повел страну воевать, он должен иметь возможность принудить к этому множество людей. Это противоречит построению правового общества.
— В прошлом году вы участвовали в избирательной кампании в Московскую Городскую Думу — был ли вам полезен этот опыт? Почему не получилось зарегистрироваться? Какие либертарианские нарративы вы использовали в рамках кампании и какой был на них отклик?
Каждая избирательная кампания полезна, общаешься с людьми, чем-то помогаешь, может даёшь надежду. Да, набираешься опыта. Есть очень много неочевидных вещей, учишься представлять себя, отстаивать свои взгляды, организовывать процесс. Получаешь команду заряженных людей на выходе, даже если не всё получилось.
Перечислить проблемы можно хоть списком: высокий порог по подписям, апатия и инертность в обществе, страх, несопоставимость личного ресурса с административным. Неопытность тоже.
Некоторые ждали на МГД надеждинские очереди. Увы, эти очереди не привели к результату, а значит вероятнее было не повторение, а полный почти игнор. А зачем? Видно же, что уже не вышло. Это удручает, но с этим можно работать. Показывать маленькие успехи, показывать смысл самого процесса.
Шли с отменой коронавирусных ограничений, с реформой местного управления и отчетности госслужб, то есть с той же децентрализацией, против ограничений на собрания и свободу слова. Отклик яркий, хотя на самом деле темы изъeзженные. Правда вечно актуальные.
Интереснее всего работать с непониманием: «Зачем нам это?». Выстраиваешь перед человеком цепочку между наличием определенных прав и его личной проблемой, показываешь пути решения. Работает. Негатив, конечно, тоже был. Правда не по существу, беспокоят возраст и пол :)
— Какие современные политики вызывают у вас восхищение?
Восхищение... сомневаюсь, либертарианских точно не назову. С интересом наблюдаю за деятельностью Милея. Из российской оппозиции выделила бы Каца, не смогу быть согласна с ним идеологически, но он дает крайне верные посылы, и выстроил живое общение с аудиторией, сам формат даёт такое ощущение. Максим старается объединить людей, транслирует верные советы, это не может не вызывать уважения.
Пример на местном уровне можно взять с активности новгородского Яблока. Имею ввиду сестер Черепановых.
— Какие современные политики вызывают у вас антипатию?
Антипатию? Не выражусь так, только повторю, что мои интересы никто не представляет, но почти с каждым я была бы готова сотрудничать в рамках совместной и равной работы.