А начиналось всё так...

Дорогие друзья, хочется рассказать о том, как появилась «Взлетная полоса», так как всему этому была предыстория.

Все началось в 2004 году. В то время иметь компьютер считалось современным, но не всякий мог себе это позволить. Причины: и материальные возможности, и неграмотность в плане этих новых технологий и, главное, постоянная нехватка времени. Для освоения компьютера одного желания и денег было недостаточно. Время, время... Оно и понятно: семья, дети, которым нужно материальное обеспечение, а для этого необходимо было работать, работать с утра и до вечера. Благо, что у нас, верующих, есть суббота. Часто, в пятницу, приготовишься к встрече, сядешь с семьей, и сердце наполняется такой радостью и благодарностью Богу за Его святой день покоя, что даже слезы на глаза наворачиваются. И говоришь:

- Господи! Как хорошо, что есть суббота!

Думаю, это чувство испытывал не я один. Во всей этой ситуации была еще одна отдушина: участие в деле Божьем, поездки в Астрахань, где появились новые люди, интересующиеся, искренние души. Может быть и не много, 2-3 человека, но для них нужно было находить время. Хорошо, что и в этом Господь выходил навстречу. В бригаде, в которой работал, были братья, всегда готовые заменить меня, пока я был в поездках. Часто с кем-то из них вместе мы совершали труд; с радостью в эти поездки отправлялся с нами папа Миша, хотя и был уже в годах. Юношеский запал, желание трудиться в винограднике Божьем, знание Слова Божьего и богатый жизненный опыт работы с людьми, опыт многолетнего служения, делали эти поездки незабываемыми. Многому можно было научиться у него. Его мудрость, терпение, снисходительность и умение вести разговор порою поражали своей простотой и доступностью. Он мог наизусть рассказывать стихи, цитировать Библию, не заглядывая в книгу; знал множество текстов и мог сказать, где, в какой книге Священного Писания и в каком тексте это написано.

Был один случай. Как-то раз мы заехали в Астрахань к моей родственнице, субботствующей пятидесятнице. После беседы с ней она пригласила нас в их миницерковь. В ту субботу они собирались у них в доме. Когда мы пришли, там уже находилось 8 человек: 6 пожилых женщин и двое мужчин в возрасте. Один из них, Володя, считал себя знатоком Евангелия, и предложил папе Мише посоревноваться в этом знании. Папа улыбнулся и ответил:

- Хорошо, но давайте сначала помолимся.

После молитвы завязалась беседа о Духе Святом. Володя, действительно, неплохо знал Евангелие, но не всегда мог подтвердить свой ответ основанием из Библии. В какой-то момент он сказал:

- Не могу сразу вспомнить в каком месте, ап. Павел писал такие слова, что кто говорит иным языком, то говорит не людям, а Богу, потому что тайны говорит духом.

- Это написано в 1Кор.14:2. – сказал папа Миша. И обратившись к одной из женщин, предложил:

- Сестра, открой это место и прочти.

Женщина прочла: «Ибо кто говорит на незнакомом языке, тот говорит не людям, а Богу; потому что никто не понимает его, он тайны говорит духом».

Выслушав ее, он повернулся к другой женщине и сказал:

- А ты, сестра, прочти из этой же главы 16-й стих.

Она прочла: «Ибо если ты будешь благословлять духом, то стоящий на месте простолюдина как скажет:

"аминь" при твоем благодарении? Ибо он не понимает, что ты говоришь».

- А как же понимать такие слова, что «буду молиться духом, буду молиться и умом; буду петь духом буду петь умом»? - спросила моя родственница Тамара.

Папа Миша говорит, обращаясь к одному из братьев:

- Брат Иван, прочти 1Кор.14:28.

«Если же не будет истолкователя, то молчи в церкви, а говори себе и Богу», - прочитал тот.

- А ты, сестра, прочти 23-й стих этой же главы, попросил папа первую женщину.

«Если вся церковь сойдется вместе, и все станут говорить незнакомыми языками, и войдут к вам незнающие или неверующие, то не скажут ли, что вы беснуетесь?» - прочитала она.

- Теперь у меня такой вопрос, - продолжал папа, - почему ап.Павел, как бы себе противоречит?

Тишина. Через какое-то время Володя произнес:

- Да-а-а, мой компьютер не справляется, зависает.

Он, по-видимому, считал свою голову и знания - компьютером. А папа Миша в простоте объяснял им доступные истины из Евангелия, и в подтверждение своих слов, просил их открывать то одно, то другое место. Делал он это, не заглядывая ни в блокнот, ни в листочек, ни в Библию. Они, конечно, были удивлены, особенно Володя.

- А теперь я хочу вам прочитать ответ на этот вопрос в той же 14-й главе, в 5-ом стихе,- сказал папа и открыл Библию. «Желаю, чтобы вы все говорили языками; но лучше, чтобы вы пророчествовали; ибо пророчествующий превосходнее того, кто говорит языками, разве он притом будет и изъяснять, чтобы церковь получила назидание».

– Из этого делаем вывод, что можно иметь иной язык, но важнее изьяснять то, что говоришь, чтобы церковь получала назидание. А если сам не знаешь, что говоришь? Вот, на что нужно обратить внимание, и ответить себе: это Дух Божий или нет?

Я сидел, слушал. Так хотелось, чтобы эти люди познали истину, но никто из них не принял ее. Они слушали папу, как забавного певца. Дело в том, что это общество очень утверждено в своем заблуждении, закон они, как бы, соблюдают и субботу тоже; Христа признают, и под благодатью находятся, и духа имеют. Попробуй, достучись до них.

Так и уехали мы с собрания, можно сказать, ни с чем, хотя слова Христа - «И проповедано…. во свидетельство…» исполнились. На обед нас пригласила к себе одна семья, Иван с Любой, который были на том собрании. Жили они в пригородном селе, в большом полутораэтажном доме. Свое хозяйство: корова, телята, куры, утки… Всего достаточно, но счастья не было.

Пока ехали следом за машиной пригласившей нас семьи, я обратил внимание, что авто у них американской марки «Додж» пикап, редко в России такую увидишь. Затем поинтересовался у папы, почему он более подробно не объяснил им о Духе Святом.

- Можно было бы сказать, что они не правы, что это дух сатаны, и что не время сейчас чудодейственным дарам Духа, - высказал я переполнявшие меня мысли.

- Это было бы не правильно. Во-первых, если говорить, что дух у них сатанинский, - нельзя, потому что они обидятся и разговаривать с тобой больше никогда не будут; во-вторых, нужно всегда помнить о символической истории сватовства Ревеки. Елиезер подарил ей одну серьгу. Мог же две? Нет, именно одну. Это - символ, - вызвать интерес у слушателя. Еще причина - постепенное открытие истин. Если все сразу рассказывать, - и перекормить можно. Вот, пригласили нас, посмотрим, поговорим еще. Наверняка, будут у них вопросы, - ответил мне папа Миша.

Пока хозяйка накрывала на стол, подогревала еду, мы потихоньку стали объяснять, что вегетарианцы.

Иван и Люба удивились, но, тем не менее, отнеслись с пониманием, и предложили кашу, овощи и молочные продукты, которых было в достатке. В это время с верхнего этажа спустились по лестнице 2 девушки, 17-18-ти лет (кухня и столовая находились в полуподвальном помещении). Они, поздоровавшись, прошли мимо нас. Одетые по-мирски, было видно, что и косметики не жалели…

- Это наши младшие дочери, - сказал Иван.

- Они не с вами? На собрание не ходят? - спросил папа.

- Нет, не хотят быть верующими, их в мир тянет, - с горечью ответила Люба. Она тяжело вздохнула, посмотрев во след девушкам.

- А еще дети есть?

- Есть, мы с женой многодетные, 14-ть их у нас. Но с нами только трое, а остальные – кто где. Четверо в Америке живут, уехали в 90-х. Они мне машину прислали оттуда, так власти долго не отдавали, все какие-то препятствия чинили. Отдали только после вмешательства посла США из Москвы.

Папа Миша сразу понял, что разговор уходит не в субботнее русло, и переменил тему:

- Брат Ваня, а вы давно в пятидесятничестве?

- Давно, без малого 30 лет уже.

- И духа имеете оба?- продолжал папа.

- Я - нет. А вот жена имеет. Ну, давайте, к столу?

Мы сели обедать. Папа Миша кушал мало, все рассказывал и рассказывал. Он стал объяснять 12 главу 1-го послания ап.Павла к Коринфянам., постепенно подводя их к тому, что Дух Святой, в проявлении чудодейственных даров, был в то время необходим для усиления проповеди апостолов и первых христиан. Тогда, в то время, когда много было народностей собрано в одном месте, об этом написано в первых главах Деяния апостолов…

- Сейчас, в наше время, есть ли в этом нужда? Вокруг нас те люди, которые понимают русский язык. Разве нужен иностранный? - спрашивал папа.

Что удивительно, Иван и Люба слушали и не противоречили, были со всем согласны.

- Вы, брат Миша, наверное, проповедник, руководитель? - спросила Люба.

Папа не успел ответить, как вдруг с верхнего этажа раздался звук какого-то рычания, затем голос, неразборчивые слова.

- Это что было? - спросил папа удивленно.

- Вот об этом я и хотела с вами поговорить, брат Миша, - с печалью, не поднимая глаз, тихо сказала хозяйка. Иван тоже опустил голову, и почесал затылок.

- Да, я слушаю,- с готовностью ответил папа.

- У нас есть еще сын, ему 24 года, но он не в себе. Когда был маленький, то болезнь мало была заметна, а когда повзрослел, тогда и начались проблемы. Мы поместили его в психиатрическую клинику, думали там помогут, подлечат, а они… В общем, вернули нам его еще в худшем состоянии. Если до клиники еще можно было с ним как то сладить, то сейчас - никак. Только Ваня с ним может управиться, его он побаивается. Меня он даже не подпускает к себе.

Последние слова Люба произнесла, плача. Слезы текли из ее глаз, она вытирала их уголком платка. Потом, с надеждой взглянув на папу, тихо произнесла:

- Может, вы поможете, - помолитесь? Исцелите, я чувствую, вы – святой человек. А…?

- Помолиться я могу, а вот остальное зависит от Бога. А вам, сестричка, тоже нужно с верой молиться, - ответил папа Миша.

- Я молюсь и так, всегда молюсь, а изменений нет, - продолжала она.

- В этом нас Господь может испытывать, есть ли у нас вера, - пояснил папа.

Слушая этот разговор, я вспомнил один эпизод из прошлой жизни. Когда-то в Ессетуках, на Золотушке, жила одна пожилая сестра Вера и у нее была дочь (тоже не в себе). Но она была послушна, и скорее всего потому, что Дух Божий влиял на нее. Лида, (так звали больную) не могла говорить, немая была, но всегда складывала руки и преклоняла колени на молитве вместе с нами. Эти события были в 70-х годах. Потом Лида умерла, похоронили ее с надеждой, что Христос в день Своего пришествия поднимет ее из могилы в здравом уме, и встретятся они с мамой, которая тоже успокоилась в Господе. Но это только в истинной церкви Божьей такое возможно. А в Вавилоне? Ответ известен.

Чем мог помочь папа Миша этим нечастным родителям? Ничем.

То, что произошло с сыном этой семьи, было результатом работы сатаны. Изменить эту ситуацию никто уже не сможет. И потом, когда были телефонные разговоры с ними, он спросит у Любы: когда она носила ребенка, то имела духа? Та ответит, что да. Затем, папа скажет ей, что если этот дух, которым она владеет, якобы от Бога, то как тогда в ее сыне оказался дух дьявола? Ведь от святого может родиться только святое. На это она ответит, что все понимает, но изменить ничего не может. Эти телефонные разговоры по времени длились где-то с год, а затем прекратились. Но эти события - дело будущего. А сейчас они предложили нам переночевать у них, и мы согласились. Нам предоставили спальню по соседству с комнатой их больного сына (но мы-то понимали, какая это была болезнь, понимали, что он был одержим дьяволом). Когда мы поднялись на этаж, нам предстояло пройти мимо дверного проема в комнату. Зрелище было не для слабонервных…

- Вот, я ему все в этом помещении устроил: и ковер на пол, и кровать, и тумбочку, столик со стулом, чистую постель. А теперь, посмотрите, что натворил. Кровать голыми руками разобрал, ею выбил оконную раму и все из комнаты выбросил во двор и сбежал. Еле его нашли, пришлось забивать проем окна досками. А его, чтобы не убегал больше, привязал веревкой к трубам отопления, - с печалью сказал Иван.

Действительно, вид комнаты был ужасный. По-видимому, куда доставал их сын, штукатурка стен была ободрана до кирпича, по периметру, с метр вниз, от потолка клочьями свисали обои. Кругом, от угла, где он был привязан к трубе капроновой веревкой, полы были как-будто отшлифованы до белизны досок. Совершенно голый человек сидел в углу и смотрел на нас с дикой ненавистью, потом произнес несколько слов. Это была нецензурная брань.

- Вот и все, что он говорит, другого не знает. И одежду не признает, все срывает с себя, рвет на лоскутки. Только одеяло байковое у него, на нем сидит и им укрывается, когда озябнет, - опять со вздохом сказал несчастный отец.

- А так, не бойтесь, веревка крепкая и завязана надежно. Отдыхайте, ваша дверь закрывается на ключ. Во сколько завтра вы планируете вставать? - спросил Иван.

- Пораньше думаем. Мы хотим завтра ехать в Калмыкию, село называется Большой Царын. Не слышали о таком? – спросил папа.

- Нет… Не слышал.

- Ну, ладно, спокойной ночи. Мы вам не создадим неудобства, если встанем в 5 утра?

- Конечно, нет. У нас с женой подъем в 4 часа. Скотину, птицу надо покормить, подоить корову, да и других дел по хозяйству всегда найдется.

Хозяин постоял немного, смотря, как мы готовимся ко сну, затем повернулся и ушел вниз.

- Вот, видишь, сын, как им трудно-то без Бога. Думают, они с Ним, а на самом деле, один на один с бедой. Да, жалко их… Будем отдыхать, завтра едем к сестре Наде в Калмыкию.

Когда мы отправлялись в поездку, этот план у нас уже был. Трудность заключалась в том, что удобнее в это село добираться через Элисту, но это дополнительные 400 км. Поэтому мы посмотрели атлас автомобильных дорог России и нашли более короткий путь в этот Большой Царын со стороны Астрахани. Но, как оказалось в последствии, не все так просто. Как говорит пословица: «хорошо и гладко на бумаге, а забыли про овраги.»…

Папа Миша, как мне показалось, заснул почти сразу, как только коснулся головой подушки. Мне же сон никак не шел. Скорее всего, сказалось впечатление от ситуации с сыном Любы и Ивана. Через закрытую дверь я слышал бормотание, какие-то звуки, как-будто по чему-то твердому усиленно чем-то трут. Не знаю, сколько так лежал без сна. В конце концов решился посмотреть, что же там происходит. Открыл дверь, подошел потихоньку к дверному проему в помещение, где находился больной (кстати самой двери не было), и с удивлением стал наблюдать. Усиленно, сосредоточенно, человек тер пол, круговыми движениями рук. Только теперь до меня дошло, почему вокруг, до границы, куда он мог достать, пол был отшлифован до белизны. Даже и не подумаешь, что голыми ладонями можно этого добиться. Оказывается можно… Он меня не видел, но, наверное, почувствовав, что на него смотрят, медленно поднял голову. Посмотрев безумным взглядом, резко, на четвереньках, по-обезьяньи, рванулся в мою сторону, насколько позволяла веревка. Произнес бранные слова и, замолчав, стал на меня смотреть.

- Ну, что? Может, поговорим? – спросил я.

На мои слова одержимый ничего не ответил. Минуту мы смотрели друг на друга. Затем, вздохнув, пробормотав что-то несвязное, так же, на четвереньках, переместился в угол, где лежало одеяло. Укрылся и уже оттуда стал наблюдать за мной.

Вернувшись в постель, я, наконец, заснул.

Утром мы встали, как и планировали, в пять. Умылись. Благо, что все для этого оказалось рядом. Помолились, и спустились на кухню, где нас уже ждал завтрак: свежее парное молоко, сметана, яичница.

Перед тем, как сесть за стол, папа предложил совершить утреннюю молитву. За едой он вновь напомнил хозяевам о правильном понимании Духа Святого, и объяснил, что он проявляется не только в дарах но и в плодах из 5 гл. послания к Галатам. Рассказал о дарах, которые разделяются на световые и чудодейственные.

- Так что, нам необходимо понимать на данное время, сейчас, в чем мы больше нуждаемся: говорить иными языками, или иметь мудрость, знание, веру, пророчество и различение духов? Как и сказано у ап. Иоанна в 1 послании 4:1: «Возлюбленные! не всякому духу верьте, но испытывайте духов, от Бога ли они, потому что много лжепророков появилось в мире», - сказал папа.

Поблагодарив Бога за пищу, Любу и Ивана за гостеприимство, мы стали собираться.

- Брат Миша, возьмите! Я приготовила молочка в дорогу и булку хлеба, - предложила Люба.

- Спасибо! Вы и так много заботы проявили. Мы в магазине что-нибудь купим, - сказал я.

- Возьмите, возьмите! Сейчас магазины все закрыты, рано еще, - настояла хозяйка.

В последствии мы были очень благодарны ей за молочко и хлеб. Дело в том, что по дороге так и не остановились, чтобы купить еды.

«Мы хорошо позавтракали, да и ехать нам всего 140 км. За два часа доберемся» - подумал я. Но на самом деле было совсем не так.

Проехав по Волгоградской трассе до поворота в сторону нашей цели, заправили полный бак, и у оператора заправки спросили о дороге в Большой Царын.

- Дорога-то есть, но в каком она сейчас состоянии не знаю. Я по ней года четыре назад ездил,- пояснил он.

Свернув с трассы, мы оказались на довольно-таки сносном широком грейдере.

- Смотрите, а дорожка ничего, можно и сотню скорость держать, - обрадовано сказал я.

- Хорошо бы, посмотрим, что дальше будет, - сдержанно ответил папа.

Через 5 километров доехали до какой-то кошары, где вовсю шла стрижка овец. Остановились рядом с мужчиной, который с интересом смотрел на нас, я спросил:

- Не подскажите, как на Большой Царын проехать?

- А кто вам сказал, что здесь можно проехать? - удивился тот.

- Да вот, по карте едем, на ней дорога есть.

- Дорога? Но по ней не ездят.

- А как туда добираются люди?

- Это вам нужно ехать до Астрахани, затем на Элисту и на повороте на Цаган-Аман свернуть, и там по указателю, - объяснил мужчина. Недосказав, ушел, потому что его кто-то позвал, оставив нас в раздумье.

- И что теперь? – то ли сказал, то ли спросил папа Миша.

- По карте осталось где-то 95 км, а возвращаться, думаю, не стоит. Может, рискнем? – предложил я.

- Давай помолимся и поедем дальше,- согласился папа.

«Как легко с таким попутчиком! Ни упреков, ни лишних вопросов, со всех сторон поддержка», - подумал я и с легким сердцем нажал на газ.

Мы ехали, нет, плыли, по зеленому травяному морю. Легкий ветерок гнал волны ковыля. Вдаль, до самого горизонта, простиралась степь во всей своей нетронутой, первозданной красоте. Из современной цивилизации была только линия столбов с проводами, вдоль которых и вилась слегка угадываемая дорога. В разные стороны из-под колес разбегались испуганные суслики, другие же стояли сбоку на задних лапках, согнув передние, и удивленно смотрели на нас. Все это выглядело очень комично. Птицы, взлетев, тут же садились. Наверное, действительно, в этом направлении никто не передвигался на транспорте, только, если на лошади или пешком. Поэтому, ни животные, ни птицы не пугались. Мы для них были, как инопланетяне. Даже привычных тропок, выбитых среди травы овцами, и тех не наблюдалось…

Солнце перевалило за полдень и светило нам в лицо. Значит, ехали мы строго на запад. Наш экипаж уже больше 7 часов был в пути, и двигался со скоростью не более 20-30 км.ч.

- Что-то есть хочется. Остановимся и покушаем? - предложил я.

- Давай, у нас же есть молоко и хлебушек,- поддержал меня папа.

Остановились посреди степи. Это был удивительный момент. Легкий ветерок скользил между трав, воздух сам просился в легкие, только успевай наполнять их. А запах! Всюду разносился аромат этой чудесной местности. Пахло травами, полынью, простором, и еще чем-то таким, загадочным. После перекуса я лег на траву и стал смотреть в небо, по нему плыли облака, обретая причудливые очертания. В вышине слышался переливистый свист и щебетание жаворонка. «Как в детстве», - вздохнув полной грудью, подумал я.

- Ну что, сын, поехали. Нам нужно хотя бы до вечера добраться до места,- сказал папа Миша.

И опять мы, как на лодке, поплыли по зеленому морю травы. Проехав с десяток километров, остановились. Впереди была водная преграда, пусть и небольшая, метров пятнадцать, но, все-таки сразу проехать не рискнули. Как в той поговорке: «не зная броду, не лезьте в воду».

Решили поехать вправо, - может мостик будет, какой - нибудь, или хотя бы, поуже, место. Но, увы, переправы не оказалось. Вернулись. Решили разведать в другой стороне. То же самое… Возвратились на исходную позицию.

- Папа, скорее всего только здесь переправа, вот и следы видны от колес, правда, тракторных. Проверю-ка глубину, - сказал я и, разувшись и засучив брюки до колен, зашел в воду. Глубина была небольшая, проехать можно, и дно довольно-таки твердое. Вот только при выезде подъемчик был небольшой. Это немного настораживало.

- Ну как? Попробуем?- спросил я у папы.

- Давай, рискнем. Помолимся, и Бог нам поможет,- уверенно сказал он.

Отъехав метров триста от берега этого ручья или арыка, разогнавшись до приличной скорости, мы въехали в воду, и как на катере, разрезая воду, пролетели до противоположного берега и… застряли как раз на этом подъемчике. Передние, ведущие колеса забуксовали. Встали…

Вдали виднелись строения, около которых стояло несколько машин и среди них была «Нива».

- Схожу, попрошу, может быть вытянут нас. Трос у меня есть, - озадачено сказал я.

- Попробуй, спроси, - спокойно проговорил папа Миша. И это спокойствие передалось мне.

- Вы только не выходите. Вода не совсем теплая, простудитесь. Хорошо?

- Не переживай, все будет в порядке.

Выйдя из машины, я направился в сторону домов. Не прошел и ста шагов, как навстречу мне с громким лаем кинулись три здоровенных пса, размером с телят.

Конечно, приближаться к ним не имело смысла, да и опасно очень. Как только они увидели, что я отказался от намерения идти в их сторону, они прекратили лаять и вернулись к домам.

- Что же делать? - И тут мне пришла мысль: «пойду, нарву травы сухой и под колеса подложу; и старая куртка у меня в багажнике есть, ее тоже можно использовать.»

- А вы, папа, не выходите, сидите. Я скоро.

Куртку подложил, нарвал сухостоя, подсунул под другое колесо и, когда сел за руль, в салоне папы не оказалось. Он уже стоял сзади машины, уперев руки в багажник, и сказал своим зычным голосом:

- Заводи! И - газу!

Как только я отпустил сцепление, моя «десятка» спокойно выехала, с легкостью преодолев препятствие.

Смотря, как папа выходит из воды, я подал ему руку. И с легким упреком, переживая, сказал,

- Вы же могли и упасть, и удариться, или еще что-то могло случиться.

- Еще чего! Не волнуйся, все обошлось благополучно. И выехали, и не упал, и не ударился, и ничего не случилось.

Это было удивительно! В таком возрасте - и машину толкал. У меня сложилось впечатление, что это именно он помог вытащить ее, даже почувствовал толчок в нужный момент…

Поблагодарив Господа за помощь, поехали дальше. Впереди нас ждали псы, которые, казалось, с удивлением смотрели, как наша машина подъезжала к строениям. Затем, наверное, вспомнив о своих прямых обязанностях, начали усиленно лаять на нас. На этот шум из ближайшего дома вышли три калмыка.

- Здравствуйте! Вы не подскажите далеко еще нам ехать до Большого Царына? – спросил я и опустил немного стекло, опасаясь собак.

- А вы откуда едете? – наше появление было для них неожиданностью. Они удивились, наверное, еще больше своих четвероногих охранников.

- Мы из Астрахани.

- Из Астрахани?… А как же вы проехали через речку? Тут только на тракторах переезжают.

- А мы, вот, проехали,- спокойно ответил на их вопросы папа.

- Надо же! Не может быть, - сказал другой и, обошел вокруг машину, увидел мокрые колеса, забрызганное лобовое стекло. Наконец, поверив, объяснил, как ехать дальше. В зеркало было видно, что они еще долго стояли, смотря нам в след. Им непонятно, а нам все ясно. Потому что Христос сказал: «…если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе сей: "перейди отсюда туда", и она перейдет; то по вере вашей будет вами ничего не будет невозможного для вас;». С молитвой и верой мы смогли с помощью Божьей преодолеть эту водную преграду.

По их словам нам предстояло добраться до небольшого поселения с названием «Три колодца», и дальше, также вдоль линии столбов, никуда не сворачивая, должны доехать до места. Далее, дело пошло веселее. Было заметно, что эту дорогу использовали намного чаще, чем ту, по которой мы ехали ранее. Объехав несколько водоемов, преодолев небольшой бугор, мы оказались на широкой асфальтированной улице. На ближайшем доме прочитали название: «улица Ленина». Нам она, как раз и нужна, - дом номер 35.

- Ну, вот, мы и приехали, - сказал папа Миша.

- Да, наконец-то. Вы знаете сестру Надю? – спросил я.

- Знаю, и маму ее знал.

Открыли калитку, зашли во двор. Постучались в дверь, которую сразу же открыли. На пороге стояла женщина:

- Дядя Миша! Вы ко мне приехали? Какая радость! Заходите, заходите, гости дорогие! Даже не верится, - сестра отошла в глубину прихожей, прихлопнув в ладоши, и немного склонила голову, с умилением смотря на папу.

- Вы приезжали в Краснодар. Я была там на собрании. Вы помните меня? – спросила она.

- Конечно помню, сестра Надя,- сказал папа и протянул руку для приветствия.

- Вы, наверное, кушать хотите. Я только что борщ сварила, наш, адвентистский. Будете? Я и салатика нарежу, помидоры и огурчики поспели.

- Не откажемся, с удовольствием подкрепимся после такой дороги.

Папа очень любил народ Божий. Посещать имел привычку утречком, пораньше, пока все дома. Беседовал. Его часто приглашали за стол, все старались угостить. Но не это было главным. И у него выработался метод, как отказываться от еды. В таком случае он всегда спрашивал : - «А вареники есть?» Естественно в такое время, кто будет вареники готовить? Утро. Говорили, что нет вареников. «Ну что ж. Нет так нет. Вареники я бы поел». Вот таким образом времени для общения освобождалось больше и суеты с едой не было. Правда, произошел как-то такой случай. Пришел папа пораньше к одной бабушке. Та приглашает его покушать. Папа ей за вареники. А она говорит, что есть, и стала подогревать. Так что, пришлось ему угощение принять… Но, обычно, «вареники» выручали.

Хозяйка суетилась у плиты, мы сидели у стола, папа рассказывал, как добирались. Вспоминал все моменты: и сусликов, и речку, и чудо, которое мы испытали на себе, преодолевая водную преграду. Затем он спросил о ее житье-бытье. Сестра Надя поведала, как здесь живет:

- Иногда приезжают братья из Воронежа, посещают, привозят хлебушек свежий, - беседы, молитвенные. Вот вы приехали, мне очень приятно с вами побеседовать. У меня две дочери, у них дети, внуки мои, здесь постоянно со мной находятся.

- Да и мы рады, что с вами повидались. Это любовь Господа нас сопровождает, я сейчас прочту, что пишет с. Вайт об этом, - сказал папа и достал из своего портфеля тетрадь.

Вообще-то их было у него три: две - от руки написанные, и одна отпечатанная. Самая первая запись была сделана в далеком 1947 году, в Загорске, под Москвой. «Самооправдание не только приводит людей к ложному представлению о Боге, но делает их бессердечными и порицающими своих братьев». /Пр. Хр. ст. «Блуд.Сын»/. В течение всей последующей жизни папа записывал понравившиеся мысли из многих прочитанных им книг с. Вайт. (В будущем на возникающие у людей вопросы, всегда находился ответ в этих записях).

«Кто ощущает несравнимую любовь Спасителя, мысли того будут облагорожены, сердце очищено и характер преобразован. Он выйдет, чтобы быть светом миру и в известной степени отражать эту таинственную любовь. Чем больше мы задумываемся над крестом Христа, тем больше становятся нашими слова апостола: «А я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа» /Гал. 6:14/». /Сл., Ев., Поле есть мир/. – прочитал папа.

Мы уже допивали чай, когда из комнаты вышел ее муж, мужчина среднего возраста, казах по национальности. Он, оказывается, спал, пока мы обедали.

- Сергей, - представился он, поздоровавшись, и вышел во двор. Через время вернулся и сел за стол. Запах табака заполнил всю кухню. Папа Миша поморщившись, спросил:

- Сергей! Меня зовут Михаил, а это мой сын, Юра. Ответь мне на вопрос: ты любишь своих внуков?

- Конечно, люблю, – с удивлением ответил тот и с интересом посмотрел на папу, словно спрашивая, что за странный вопрос?

- А я вот скажу, не обижайся только, что ты их ненавидишь, - убедительно сказал папа, при этом доброжелательно глядя в глаза мужчине.

- Как это…? Ненавижу? Что вы такое говорите? – еще больше удивился Сергей.

- То и говорю. И жену свою тоже ненавидишь. Если бы любил и ее, и внуков, то не травил бы их этим ядом, который ты выдыхаешь после курения.

- Ааа… вы об этом. Надо, надо бросить. Только никак не получается. Надя мне много раз говорила, чтобы я бросил, - согласился он с доводами собеседника.

Я с удивлением смотрел, как он опустил глаза, словно нашкодивший школьник. Все-таки влияние и дух, с которым папа Миша выговаривал ему это, имели большое значение и для него. Папа еще несколько минут увещевал его, приводил разные примеры о вреде курения. Недолго он выслушивал. Сославшись на дела, куда-то ушел. Ну что тут поделаешь? «Вольному - воля, а спасенному - рай», - часто в таких случаях говорил папа.

Мы некоторое время еще побыли в этом гостеприимном доме и затем, помолившись, распрощались. Перед тем, как отправиться в путь, расспросили сестру Надю, как нам ехать. Удивительно было, что дорога в сторону Элисты была, прямо-таки хорошая, хотя и узкая, но без ям. Некоторое время ехали молча. Я думал о той тетради, из которой папа Миша читал, и не только Наде, но и в Астрахани. Вообще, он часто пользовался этими записями.

- Папа, ваши записи можно объединить в одну книгу, и вам будет удобней пользоваться. И другим тоже будет полезно иметь такое богатство. Или это только для личного пользования? – спросил я.

- Нет, почему же. Я рад делиться с любым желающим. Как-то даже сестра Дина просила у меня почитать, ей понравилось. Тоже, между прочим, предлагала объединить, да только руки никак не доходят. Кого-то найти нужно, кто отпечатает, - глядя в окно, проговорил он.

- Я недавно компьютер приобрел. Хотя мало еще знаком с ним, но пытаюсь вникнуть, понять. Так вот, есть одна программа для создания текстовых файлов, Ворд - называется. Буду потихоньку набирать текст. А как отпечатать, - со временем и этот вопрос решится. Видел в магазине принтер, всего две тысячи стоит. Куплю и отпечатаю, а переплести и сделать книгу - братья помогут.

- Ну, вот и решился вопрос. Так что, действуй!

Таким образом, мы и договорились. Благополучно вернувшись домой, я стал заниматься этим делом. Вечерами, после работы, с терпением осваивал оргтехнику. Дело шло медленно, печатать было непросто. Сначала текст набирал одним пальцем, глядя и на экран, и на клавиатуру, и в записи. Но я понимал, что это нет то. Такими темпами и за пять лет не наберу текст папиных тетрадей. Нужно что-то предпринять. Помог случай. Как-то раз, зашел в компьютерный магазин и обратил внимание, как продавец распечатывал чек. Не глядя на клавиатуру и даже на экран, в течение каких-то секунд набрал несколько строк. Мне бы понадобилось для этого гораздо больше времени.

- А как это у вас лихо получается? – спросил я молодого человека.

- Что, интересуетесь? – спросил он.

- Да. Недавно купил компьютер, но я печатаю очень медленно. Как бы научиться?

- Очень просто. На клавиатуре, с буквами «а» и «о», есть маленькие бугорки. Ставите на них средние пальцы и, не теряя клавиши, печатаете двумя руками. Для каждой буквы определенный палец. Делите «клаву» на две половины, для правой и левой руки. Со временем привыкнете, и будете набирать текст, не глядя на клавиши и экран, - с готовностью поделился он опытом. Конечно, не без своего интереса, как я понял из дальнейшего разговора. Я, оказывается, клиент. Продавец предложил мне диск с программами. Купив его, я и нашел описание этого метода набора текста.

Два года я учился печатать, не глядя на клавиатуру. Действительно, пальцы привыкли к своим буквам и теперь сами нажимали нужные клавиши, - и дело пошло. Все выдержки с. Вайт из тетрадей я перевел в цифру, 520 страниц машинописного текста. Отпечатал на принтере. Наши специалисты-переплетчики собрали книги, работа была закончена. Три экземпляра отправили в Азию. Затем, я заинтересовался другой брошюрой, хотя назвать ее так нельзя было. Она существовала только в цифре, в телефонах, в планшетах, но очень мне понравилась. Красочная, с иллюстрациями, называлась она «Пророческие цепи». И эту работу мы с Божьей помощью сделали. Подключилась целая команда сестер, отредактировали ее, убрали некоторые ошибки и она пошла в серию печати. Потом были беседы «Откровение…» и «Даниила». Как обрадовалась такому материалу наша молодежь! До сих пор эти брошюры очень востребованы на молодежных занятиях.

Потом со мною случилась беда. Старая травма и операции, связанные с ней, дали о себе знать. 26 ноября 2008 года мне снова сделали операцию. Это было тяжелое время испытания не только для меня лично и для всей моей семьи. С Божьей помощью и по его милости все закончилось благополучно. Из больницы я вернулся, но работать пока не мог. Времени было очень много, целые дни можно было посвятить для духовных вещей, что я и делал. И как-то к нам пришел папа Миша, проведать.

- Сын, я вот о чем думаю. Мои опыты, что мы записали на видео, можно как-то переделать? Дополнить я хочу некоторые факты. Когда записывали, не все рассказал.

- Думаю, что нет. Они же уже разошлись, их уже просмотрели. Давайте, вы мне расскажите, а я запишу и отдельной брошюрой издадим. Принтер у меня есть, набирать текст я научился. Вы мне будете диктовать, а я печатать, тем более времени у меня - уйма, - предложил я.

- А что? И правда, давай так и сделаем, прямо сейчас,- согласился папа.

Так и началась наша работа. Почти каждый день папа приходил ко мне. Мы садились у компьютера, и под его диктовку я набирал текст. Это был черновик, документальное изложение. И как-то мне пришла мысль описать все с реальными героями. Я стал встречаться и беседовать с теми немногими ветеранами, которые жили в то время на Кавказе: т. Миля Черемисова, т. Шура Пода, т.Вера Кошак, т. Галя Коваленко, д.Коля и т.Вера Долматовы. И, конечно, папа. Он был самый главный источник многих историй, случаев, связанных с жизнью тех людей, которых уже не было в живых. История начала реформации на Кавказе, а еще раньше, - время отступления в АСД. Все это в моем сознании оформлялось в цепь событий, словно я сам был участником всего происходящего. Все диалоги, разговоры и даже мысли людей находили место на страницах книги, которой еще не было названия. Это потом было предложено назвать ее «Взлетная полоса».

- Ты же, папа, летчик. Откуда самолет поднимается в воздух? Со взлетной полосы. Давайте так и назовем, – предложила жена Лена.

- Я согласен,- ответил папа.

Так и появилась книга опытов дедушки Миши «Взлетная полоса».