Интервью
– Сегодня у нас в телестудии личность, взбудоражившая не только Детройт, да даже не США, все общество в целом! Встречайте! Норт собственной персоной!
Камера отдаляется от лица ведущей, впуская в кадр ещё одно лицо. Рыжеволосая девушка сидела в кресле чуть расслабившись. Не совсем сжато, но сдержано.
– Приветствую вас всех сегодня здесь. Меня пригласили на недолгий диалог в виде "вопрос - ответ", и, я решила не отказываться от возможности.
– Мы так рады вас видеть! Я могу начать задавать вопросы по подготовленному списку?
Норт утвердительно качнула головой.
– Отлично! Вопрос первый. Где берет начало ваша команда протестующих? Вы специально пытались собрать девиантов для Вивиро? Или ваше войско повстанцев зародилось иначе?
– Очень хороший вопрос. Она получилась совсем случайно, я и не планировала революцию... Как вы знаете, я была в команде ведущих протест Иерихона. И я ещё долго пробыла с ними, около года после событий 2038. Два месяца назад я покинула эту организацию с громким словом что они распадутся. Потом кто-то разболтал место где я нахожусь, и ко мне стали приходить отчаянные девианты. Оказалось что Иерихону правда плохо, андроиды просто не хотели туда идти. Вскоре у меня их стало так много, что я решила: нужно что-то с этим делать. Сначала вылазки, восстановление покалеченных найденными или приобретенными биокомпонентами. Потом протесты, саботажи. Вот так началось революция.
– Не сочтите за грубость, но, можно узнать причину ухода вас из Иерихона?
– Ну конечно, я совсем не против. Все просто — андроидов снова начали ущемлять в правах. А Иерихон с этим ничего не делает, да и сам он рассыпается. Я пыталась говорить с главой там, но он не менял мнения: "нет уже достаточно". Ну и ясно стало, что там делать мне было больше нечего.
– То есть, мисс Норт, я правильно вас поняла: Вивиро является продолжением Иерихона, просто в вашем виденье?
– Нет. Совсем нет. Наши методы совершенно различаются, я не вижу причин сравнивать нас. Вивиро устраивает революцию всей системе. А Иерихон когда-то там демонстрацией и добровольным саморасстрелом лишь изменил правила в одном штате.