К разговору о девственных местах
Глава 2
Все тело качало на волнах блаженства. Грейсон чувствовал себя так хорошо, что внутри была лишь теплая и мягкая пустота. Вот бы еще кто-нибудь включил джаз или соул…
- Грейсон, - цокнул Дейн. Он уже черт знает сколько его тормошит, две сигареты назад почти получилось, но у Грейсона чудовищный иммунитет к пробуждению.
Впрочем, жаловаться не на что. Ему чертовски шло быть затраханным и зацелованным, Дейн тайком любовался. Большая часть засосов осталась на спине, но и спереди было на что поглядеть: широкие красные полосы от ногтей; разметавшиеся по подушке волосы; крупное тело выглядело буквально помятым. Но ярче всего сияла шея, на которой живого места не осталось. Поперек горла все покраснело от ошейника, а вокруг была россыпь синячков и полукружий зубов. Дейн ни капли не старался, на самом деле. Просто делал что хотел. А теперь сиди, приводи эту двухметровую альфу в чувство.
- Я беременный, - все же попробовал он. Реакции не последовало и теперь это уже хамство.
- От Чейза, у нас тайный роман, мы с Джошем сговорились и решили наплодить нормальных Миллеров.
- Чушь, - Грейсон лениво улыбнулся.
Дейн вдруг понял, что его все это время дурят и хорошо бы возмутиться по этому поводу, но вместо этого улыбнулся в ответ.
- Думал, ты скажешь что-нибудь милое, решив, что я не запомню.
- В кино видел, - Грейсон звучно потянулся, отчего Дейн, сидевший верхом, не просто не слез, а вцепился крепче. - Это очень романтично.
Дейн хитро ухмыльнулся. Прикурил очередную сигарету и щелкнул Грейсона по уху.
Щелчок был слабым, скорее обозначал касание, но Грейсон неожиданно мыкнул от боли. Что-то тут не то. Он накрыл ухо ладонью, потер и от этого по шее и плечам прошлась мелкая дрожь. Потребовалась пара секунд, чтобы сложить два и два.
Дейн кивнул и затянулся. Он внимательно наблюдал за реакцией, потому что сомневался, что у Миллеров так можно. Кто их знает, долбанутые влиятельные богачи.
Грейсон, однако, растерялся. С одной стороны, он ощутил себя самым счастливым на земле, да во всей вселенной нет столько счастья, сколько он готовился обрушить на Дейна. Но с другой стороны - у него были совсем другие планы.
- Я хотел после свадьбы! - заявил он, дрожа от радости. - С кольцами! Я бы произнес речь, а потом брачная ночь!
Дейн отклонил голову, анализируя услышанное. Судя по всему, Грейсон говорил только о личных предпочтениях, и у Миллеров не запрещено подставлять ушки под чужие клыки.
- Это единственная “проблема”?
Грейсон неуверенно кивнул. Дейн прищурился и затянулся. Прислушиваясь к себе, он не ощутил протестов на счет свадьбы, что крайне удивительно. Впрочем, сейчас все равно не время для подобных разговоров. Дейн притоптал сигарету в пепельнице и наклонился, убирая чужую ладонь с уха.
- А это вообще проблема? - негромко спросил он, вынуждая Грейсона задуматься.
И Грейсон задумался. Это несколько проблематично, когда Дейн дышит в ухо, но запоздалое прозрение все же настигло.
Тело резво вспомнило недавнюю близость. Живот скрутило, запястья заныли, тянущей болью вспыхнули все засосы, но соски предательски встали, выдавая честное мнение Грейсона по этому поводу. А теперь еще и метка - клеймо желания, которым охота хвастаться каждому встречному.
Ты так любишь меня, что лишил возможности быть с кем-то другим. Чуять кого-то другого. Знать кого-то другого.
Дейн прочел все это по глазам. Грейсон излишне романтизирует, от него требовалось лишь не раздувать тему с испорченными планами, но за ребрами снова дрогнуло. Даже импульсивные желания не появляются просто так. И Дейн улыбнулся, соглашаясь с этим взглядом.
Грейсон поменялся местами с Дейном и сразу сцеловал эту несмелую улыбку. Ощущения смешались с эмоциями, воспоминания с желаниями, мысли с образами и все это слишком.
- Тебе понравилось? Мы сделаем это снова?
- Да, я сделаю это с твоей задницей снова, - Дейн не дал Грейсону опуститься к груди и поднял обратно за загривок. - Еще очень много раз.
Глаза Грейсона светились так, что не описать. В человеческом теле просто не может поместиться столько счастья, и излишек пробирался Дейну прямо в сердце. Приятное и липкое тепло, от которого больше не нужно убегать. Дейн приготовился, что сейчас ему учинят террор лаской, но возникла молчаливая пауза. Грейсон смотрел так, будто ждал чего-то. Не дождавшись, заговорил первым:
- А меня не спросишь? Понравилось или нет?
Дейн нагло ухмыльнулся и скрестил ноги на чужой пояснице, прижав Грейсона к себе.
- Я все видел и слышал. Щенок скулил от удовольствия.
Грейсон вспыхнул от смущения. Да, вспомнилось и это.
- Тебе так понравилось, что крутил своей задницей и…
Грейсон улучил момент и укусил рядом с соском. Дейн поморщился и вздохнул - ничего не поделаешь, теперь не оторвать. Его оружием вновь остались только слова.
- И просил еще. Я подумал, что вдруг сделал из тебя шлюху, и теперь ты пойдешь перед всеми ноги раздвигать. Поэтому поставил метку.
Грейсон качнул бедрами, имитируя толчок, и втянул сосок. У Дейна разом поубавилось уверенности.
Весь смысл упрямиться растерялся.
Просто сошел с ума от мысли, что кто-то тебя такого поцелует.
У Грейсона появилась привычка заправлять прядь за ухо. Будто мало того небрежного хвостика, будто мало, что он весь пропах омежьими феромонами - Грейсон хотел сделать метку еще очевиднее. Он правда любил ее, как любил все, что дарил ему Дейн. Таким вещам положено самое лучшее и видное место. Дейн еще не понял как к этому относиться, пока просто подшучивал, но все же ему нравилось смотреть на следы своих зубов. Его раздутое эго воспринимало факт присвоения крайне благосклонно.
- Кстати, я тут вспомнил. Тогда, в первый раз, ты сунул мне что-то под нос, - Грейсон поставил перед Дейном его утренний кофе и сел напротив. - Я так ничего и не понял. Что это было?
- Это попперс. То есть, флакон с летучей химией. Нужно вдыхать пары, чтобы расслабить тело.
Судя по пытливому взгляду, один вопрос превратился в десяток. Дейн хмыкнул.
Чем больше ты знаешь, тем больше ты не знаешь.
- Обычно альфам сзади не присовывают, ты же в курсе?
- И из-за твоей выходки я недостаточно хорошо тебя подготовил.
- Поэтому нужно было снять напряжение в мышцах. К тому же, попперсы усиливают ощущения. Но действуют недолго, как раз чтобы обойти скучную мужскую физиологию.
Грейсон вдруг притих. Либо формулировал очередной вопрос, либо готовился пороть чушь. Вскочив со стула, он завопил:
- Так ты меня наркотой накачал?!
- Нет, Грейсон. Не неси ерунду. Это ближе к нашатырю, чем к героину.
Дейн выглядел и говорил уверенно. Грейсон поверил этому, он ведь и правда не столкнулся с побочками или подозрительными последствиями.
- Ладно. А вчера почему не давал?
Когда трахнул меня воооон на том диване.
Это осталось неозвученным, но Дейн по лицу угадал ход мыслей. Он ухмыльнулся и отпил кофе.
- Ты слишком остро реагируешь на запах. Стал реагировать. Метка что-то сделала с твоим обонянием, мне показалось, что от попперса будет только хуже.
- Да, мне не понравилось, как колебались твои феромоны, - Дейн отпил еще кофе и стащил из миски крекер. - Как сигнал об опасности. Зато ты стал чувствительнее к моему запаху и, судя по вчерашнему, я могу и сам тебя расслабить.
Грейсон молчаливо слушал. Отвел взгляд, решил что-то в своей голове и вновь искренне улыбнулся, подперев щеку ладонью.
- «Он проявлял заботу с такой сдержанностью, что это выглядело почти как равнодушие, если не знать его»
Очевидно, Грейсона мало волновали изменения в собственном теле. Вместо этого он восторгался близостью и стремился идеализировать.
- Это… узел? Грейсон, ты раздул внутри меня узел?
Дейн заметался по постели, разрываясь от желания оттолкнуть и забить на все. Грейсон покачал бедрами и сцеловал с чужих губ стон.
Дейн рефлекторно дернул запястьями, привязанными к изголовью. В следующее мгновение его колено прижали к груди, угол проникновения сменился и узел стал давить еще сильнее. Хер Грейсона, простите, его Вирджиния, сам по себе был достаточно крупным, и сейчас он набух у основания, создавая почти болезненное растяжение. Дейн морщился, пока его успокаивающе зацеловывали, но было бы ложью сказать, что ему не нравится. С каждой секундой становилось все приятнее, стенки тянулись и принимали, а боль осталась лишь пикантным нюансом. Грейсон в очередной раз нашел способ удивить, хоть Дейн и считал себя крайне искушенным в вопросах удовольствий.
- Я… управляю зачатием, - шепнул Грейсон между толчками. - Его не будет.
Дейн закинул голову и жарко выдохнул.
- Это просто, - Грейсон едва находил короткие и емкие слова. - Хорошо же? Дейн.
Он ждал одобрения. Будучи в таком состоянии, альфа, почуявший течку раньше омеги, все еще проявляет признаки рассудка. Спрашивает, прежде чем замучить.
Да пошло оно все, потом разберемся.
Грейсон проявил наглость, отвесив идиотскую шутку по поводу случившегося. Дейн проявил придирчивость к чувству юмора, оттаскав Грейсона за волосы. Прямо так дотащил его из ванны в спальню и уронил на кровать.
- Никогда. Больше. Так. Не делай.
- Ты про шутку? Но я же правда тебя повязал?
Дейн отвесил ему профилактический щелбан. Полотенце вокруг бедер сползло и он начал суетливо его поправлять.
- Про шутку, про узел, про тихушничество - про все! Нужно было подумать и спросить, а не дышать потом в ухо и уверять, что обойдется! Что будем делать, если не обойдется?
- Я могу контролировать зачатие. Это не пустой звук, иначе бы с каждой феромонной вечеринки уходило по десять беременяшек.
- Ну… не прям уж, - Грейсон поводил взглядом и мотнул головой. - Не суть. Я к тому, что тебе не о чем беспокоиться. И вообще, если честно, почему это повод для беспокойства? Мы живем вместе уже год, ты подарил мне метку, можно ведь и гнездо свить? Если вдруг что.
Дейн строго взглянул на Грейсона, и тот растерялся. Он понял, что налажал, но не понял, как именно.
- Если вдруг что, Грейсон, за твою лишнюю клетку отдуваться мне. Десять месяцев. А потом роды и восемнадцать лет мороки и ответственности.
Дейн неплохо осведомлен обо всех этапах беременности. Наблюдал ее у Джоша, когда тот ходил с Питом. Не то что бы они это обсуждали, но хватило, чтобы сформировать оценочное мнение.
Но Грейсона сказанное не отрезвило. Наоборот, он с чего-то улыбался, глядя на Дейна как на божество.
- Ты ведь понял что я сказал? - Дейн подозрительно сощурился.
Грейсон медленно кивнул, не меняясь в лице.
- Ты даже не заикнулся об аборте…
Дейн замер, удивленно распахнув глаза.
Дейн не хотел детей. Но даже представив такую ситуацию и заново прокрутив ее, к аборту он испытал еще большее отторжение. Не по самой сути, а по тому, что это был бы ребенок Грейсона. Почему-то это перечеркивало все остальное.
Но эту правду, по крайней мере в такой формулировке, стоило попридержать.
- Разговор окончен. Просто купи резинки для узлов и раскидай по всему дому.
Дейн собрался было одеться, но Грейсон обхватил его за бедра и ткнулся носом в живот. Он выглядел слишком влюбленным и милым, чтобы отталкивать. И уши эти опять…
- Прости, - неожиданно повинился он и взглянул снизу вверх. - Из-за метки я все так сильно чувствую. Когда тебе плохо, когда хорошо. А еще ты зовуще урчал и…
- Закройся, - Дейн зажал Грейсону рот, поборов желание убить на месте.
Кто много знает, тот долго не живет.
Взгляд Грейсона, как и его улыбка в ладонь, как бы говорили:
На самом деле метка не изменила Грейсона. Случилась скорее перенастройка восприятия. К пятерке основных органов чувств добавился шестой: “Что там у Дейна”.
Реакции стали острее, выводы более точными, так еще и разрешилась проблема с чтением эмоций. Если запах свежий и чуть бурлящий, как газировка, то Дейну весело.
- … А потом Алекс что-то учуяла и стала кататься по земле! Она вся была в пыльце, прямо вся!
Сладко, сочно, легко. Будто смял кожуру апельсина.
- Блядь, Грейсон, никогда больше так не делай!
Колется, как иголки. Ты злишься? Или испугался?
- Ебаный лед… Ах, подожди, локоть…
Тягуче обволакиваешь, как густой сироп. Пряный запах возбуждения.
Грейсон будто заново знакомился с Дейном, и ему нравилось. Никого другого он не чувствовал так тонко. По этой же причине Грейсон почуял течку еще за день до симптомов и пребывал в дурном настроении, когда пришлось уехать по своим безработным делам.
И теперь ему нестерпимо хотелось стать для Дейна таким же особенным.
Пожениться и поставить метку. А потом снова поговорить о детях. Грейсон бы сам выносил и родил, если бы мог. Если уж только в этом проблема. Сам он мало что знал о беременностях, родах, воспитании в целом. Не интересовался, а в ближайшем кругу только зануда Кит был семьянином. Тот особо не распространялся, и у Грейсона сложилось мнение, что завести ребенка - это легко, просто и сулит сплошную радость.
Дейн бы ходил в его одежде, потому что ему нужны феромоны. Будил среди ночи ради тушенки, зовуще урчал по утру. И еще капризы и истерики, которые только он, Грейсон, может успокоить. А запах… говорят, беременные омеги пахнут чем-то молочным и сливочным.
Грейсон неудержимо романтизировал это светлое будущее.
Ему даже мерещилось, будто Дейн в самом деле пахнет сливками.
В кабинете Стюарта они появились спустя четыре дня. Дейн был мрачнее тучи, а Грейсон нервно елозил в кресле, пока врач сосредоточенно глядел в монитор.
- Три с половиной недели, мистер Страйкер. Беременность подтверждается. Мои поздравления!
Грейсон осунулся, опасливо поглядывая на Дейна. Самое время провалиться сквозь землю. Воздух в кабинете можно ножом резать, и Стюарт явно понял, что беременность незапланированная, но продолжал вежливо улыбаться.
- Если хотите наблюдаться здесь, то я назначу анализы, а через пару месяцев можете приходить на первый скрининг. Если есть вопросы…
- Это не я! - воскликнул Грейсон, обращаясь к Дейну.
Прозвучало двусмысленно. Стюарт удивленно хмыкнул, и Грейсон пояснил:
То есть, да, это я, это мой, да подожди вообще, - он махнул на Стюарта и снова обратился к Дейну. - Дейн, я бы так не поступил! Я не желал зачатия, клянусь, я не лгу, я правда не знаю, как это произошло! Прости, Дейн, а потом я пользовался резинками, ты же знаешь!
- Перестань, Грейсон, - Дейн устало потер переносицу. - Я верю тебе. Не шуми, голова и так раскалывается.
Грейсон, собравшийся обрушить еще больше оправданий, мгновенно заткнулся. Он внимательно присмотрелся к Дейну и осторожно взял его за руку. Страх, что его обвинят и отвергнут, стал отпускать.
- Мистер Миллер, так это не вы инициировали зачатие?
Стюарт задумчиво потер подбородок.
- Тогда, может, вы, мистер Страйкер?
Этот вопрос вырвал Дейна из глубоких размышлений. Он неверяще нахмурился, так, будто услышал самую лютую чушь.
Стюарт предвидел подобную реакцию. Прочистив горло, он принялся объяснять:
- Репродуктивный контроль между вами не односторонний. У высшей омеги есть биологическое право согласия, в том числе - на продолжение рода. Вы точно так же можете блокировать беременность или инициировать ее. Более того, желание доминантной омеги приоритетнее, если случается расхождение.
- Что за чушь, не было никакого желания, я вообще об этом не думал!
- Сознательно, - Стюарт постучал по виску, - не думали. Но ваши механизмы куда глубже. Оказавшись в нужных условиях, тело решило: партнёр надёжен, связь безопасна, угроза отсутствует, желание не разрушительно.
- Бред, моё тело не принимает решений.
Пауза повисла тяжёлая, вязкая. Дейн сжал челюсть.
- Альфа, - Дейн кивнул на Грейсона. - Доминантный. Он же контролирует, может, это его тело захотело.
- Повторюсь, он контролирует свою сторону процесса, - поправил Стюарт. - Но не вашу.
- То есть вы хотите сказать, что я…
Он сглотнул, будто слова застряли где-то в горле.
- И что, теперь любое физиологическое недоразумение можно списать на “ну, ты не возражал”?
- Если бы вы возражали, - терпеливо ответил Стюарт, - этого бы не произошло.
- Большего бреда в жизни не слышал, - Дейн мотнул головой.
- Нет! - Дейн вскочил с кресла и растопырил ладони, как бы останавливая это все. Чаша терпения переполнилась. - Все, хватит! Так не бывает! Ищите нормальное объяснение, а не это дерьмо, ясно?! Нет, это чушь. Просто. Чушь!
Он стремительно вышел, хлопнув дверью.
Грейсон молчаливо разглядывал опустевшее кресло. Он отчетливо понял, что нужно дать Дейну немного времени и не бежать следом.
Добившись внимания, Стюарт предложил то, что обязан был.
- Вы рассматриваете ведение беременности или ее прерывание?
- Ведение, - чеканно ответил Грейсон. - Пришли мне на почту ближайшие рекомендации. Он остынет и мы все обсудим.