Лев и его Роза.

«Мы болтали с Лёвкой до 3 ночи. Ну как обычно. Мама всё ходила рядом и ругалась. Хотя выгораживала меня перед папой. Лёвка сказал, что приготовил мне какой-то сюрприз. Жду завтра школы. Хотя пишу я это уже утром. И сильно опаздываю. Если б не Лёвка, я бы и не пошла сегодня в школу.»

Я отложила в сторону потёртую тетрадь и задумалась. Судя по дате на полях, это был октябрь 99-го года. Мне тогда едва исполнилось 12 лет. И Лев ухаживал за мной уже почти полгода. Это было более 60 лет назад....

Эти года пролетели, но я помню каждый зигзаг, все взлёты и падения, ссоры и примирения, нашу любовь и ненависть друг к другу. Наверно, хватило бы на 100 жизней. Но я и хотела именно такой судьбы. Рядом со своим Львом.

Когда нам было по 40 лет, Лев решил, что жизнь стала скучна. Обычно я отвечала за сумасбродность в нашей паре, поэтому я помню своё удивление. Лев заявил, что собирается переехать в другой город. Там у него уже работает риэлтор по поиску дома, его друг знает там хорошую няню для Ника, так же он уже нашел школу для Милы и Роману ближе было бы добираться из университета к нам. Всё было схвачено. Лев был похож сам на себя. Что доказывало отнюдь не внезапность мысли мужчины средних лет, а продуманный план, готовый к исполнению.

Нику только год. Я приходила в себя после трудной беременности и родов. У Милы начинался подростковый период, а наш папа решил съехать с катушек на ровном месте! Я негодовала! Тем более, что вывалил он это на меня за завтраком в понедельник. И уехал в командировку. И что самое интересное, он не ожидал от меня никакой реакции или совета. Он так решил и точка. Чтобы мой Левушка да не узнал сначала мое мнение, разобрал со мной всё по полочкам, а потом составя общий, меня удовлетворяющий план, не приступил к выполнению – нонсенс! Я испугалась худшего.

Он смертельно болен и хочет перед смертью исполнить детскую мечту. Или у Романа что-то не ладилось с учебой и работой, и мы должны были быть рядом. А может он сам задолжал денег и его семье, то есть нам, угрожала смертельная опасность! 5 дней той недели я не забуду никогда. Разговоры по телефону были редкие и скупые. Свои опасения я не могла выложить по телефону. Вопросов было много, но, когда он звонил, я обязательно была занята либо Ником, либо Милой. А они, как чувствовали моё настроение, и постоянно требовали внимания.

Мне казалось, что у меня перегорает молоко. Грудь начала болеть, Ник не спал все ночи, днём носился и кричал, и даже Мила, обычно вполне спокойный мой ангелок, закатывала истерики, рыдания и панические атаки. Моя жизнь превратилась в ад. Я так хотела, чтобы Лев скорей вернулся. Но одновременно не хотела этого – я знала, что первый же разговор закончится моим криком и фразой о разводе.

Конечно, я не хотела развода, но обычно такой накал моих эмоций заводил меня в крайние меры. У меня не было никаких логических объяснений поступка Льва и я искала странные объяснения.

Вернулся он в воскресенье. Субботу я прожила, как в тумане. Ходила по дому, как сомнамбула. На полу часто попадались игрушки Ника, но я их не замечала. Дети притихли. Мила почти на весь день отпросилась к подруге, и была очень удивлена, что я отпустила. Я помню только, как запихнула в себя утром хлопья дочки, а в полдник доела кашу за младшим. Роман отмечал чей-то день рождения и тоже дома не появился. Этот день я бы не помнила, если бы не вела дневник…

«Воскресенье. 00-00. Он сказал, что вернётся ночью. Никуся спит на мне, а я и не знаю хочу ли я спать. Я так вымоталась. Наверно, это и к лучшему, иначе я завелась бы от одного звука подъехавшего внедорожника. Спасибо моей Катерине, что она спасла меня сегодня. Т.е. вчера. Благодаря её терпению и безлимитной связи через города и страны, я все ещё жива. Я готова встретить его спокойной и любящей женой. Я люблю своего мужа. Я люблю своего мужа. Я люблю своего мужа…»

Эта мантра помогла тогда принять снова человека, которому я доверила свою жизнь так давно. Переезд оказался вполне легким, благодаря подготовке Льва. Я до сих пор рада, что мы не остались тогда в нашем родном городе. Не поддались моим истерикам и волнению. Мила пошла здесь наконец в балетную школу, осуществилась её мечта! Роман стал чаще нас навещать, а теперь у нас есть возможность радоваться приездам внуков даже среди недели. Ник стал совершенно другим мальчиком, приобрел самостоятельность и внутреннюю силу. И в конце концов, здесь появилась моя незапланированная прелесть – Ося, как она себя называла.

В день возвращения муж ничего не сказал. Молча поцеловал меня в макушку и обняв нас с сыном, лег рядом. Ни скандала, ни волнения, ни раздражения. Всё исчезло в объятиях моего любимого мужчины.

Мы познакомились в школе. Но это громко сказано. Мы проучились вместе 5 классов прежде, чем я заметила его. Хоть он и говорит, что любил меня с первого момента встречи первого сентября в первом классе, я слабо в это верю. Я даже не верю в реальность этого спустя 64 года совместной жизни! В моей жизни так глубоко и всецело никогда не было другого мужчины настолько, насколько Льва. Но другие мужчины были…

«Извини, дневник, что редко сюда заглядываю. Последняя запись уже 3 месяца назад! Боже мой! Сегодня уже 15 июля 2006го. Я пропустила даже свою днюху. Лев меня снова достал так, что я даже не хочу сюда писать! Придурок! Как же он меня бесит. Идиот полный! Но не хочу писать о нем. Лучше расскажу про Гришу)) (Как странно смайлы смотрятся на бумаге) Ну вот. Гриша – самый классный парень, которого я когда-либо встречала! Его не смутило даже то, что рядом постоянно ошивался этот дурак. Он пригласил меня на танец! Пока Катюха отвлекала моего Льва. Она не плохо справилась, даже заставила себя поцеловать. Я рада. Может наконец он от меня отвяжется! Гриша такой красивый! По сравнению с этим хлюпиком особенно. Мамочки, в его черных глазах просто теряю сознание! Ну есть у него немного от принца Чарминга. Но нет, мне поначалу так казалось. Но это не правда. Он сам подошел ко мне. Я-то знаю, что я не красавица. Пусть этот и втюрился, как говорили в детстве мы, но он слепой. У него на глазах пелена любовная. Боже, он бегает за мной уже 7 лет! Я так рада, что у него были девушки. И надеюсь, что он когда-нибудь полюбит ещё кого-то. Кроме меня. Все-таки я его друг. И хочу, чтобы у него всё получилось.

Ой, Гриша. В общем, мы танцевали танец один, потом другой, а потом он даже проводил меня. Естественно, Лёвкой занялась Катя. Прошло 3 дня, Гриша вчера мне написал «привет» в смс-ке, а я ответила только через 15 минут. Хотя всё это время сидела и смотрела на это слово и высчитывала минуты.»

Помню я этого Гришу. И каждый день благодарю судьбу, что отвела меня от беды. От глобальной катастрофы. Гриша стал моим первым мужчиной. Сейчас пишу это, и понимаю, если Лев когда-нибудь это прочтет, он и сейчас готов его убить. Тогда я думала, что влюбилась в принца. Но он мало того, что сделал меня женщиной, но ещё и украл у нас дома много маминых драгоценностей, которых и так было мало.

Поняла я всё гораздо позже. Что тоже хорошо, иначе бы папа прикончил и меня заодно. Как я легко отделалась! Лев знал, что я не девушка, когда мы уже встречались. Но он не знал, кто это. Тогда в нем проснулся наконец тот самый рык из короля льва! Мой львенок стал обрастать гривой и силой.

Гриша подкарауливал меня ещё несколько недель. Не было насилия с его стороны, я сама шла за ним, как овечка. И рыдала, когда он не звонил. Это были мои первые сильные эмоции, закрепленные ощущениями в теле. Поэтому переживала я это бурно. В 19 лет всё кажется трагичным на миллион процентов. Одна минута телефонного разговора с объектом влюбленности дарила крылья и силы на 2 дня. Но одно не отвеченное сообщение рождало мысли сброситься в пучину вод с высокой скалы!

Лев встречал меня после занятий всегда. Но когда узнал от моих родителей, что за человек этот Гриша, он стал отпрашиваться с пар и приходить заранее. Мои, затуманенные чувствами глаза, отказывалась принимать очевидные вещи. Мозг безуспешно боролся с сердцем. Моим мозгом был Лев. Потом, когда пелена спала, я стала ждать его сама с другого конца города с занятий. Потому что домой мне ходить стало страшно.

Страх за меня постоянно двигал Льва к подвигам. Иногда причиной этого страха была я сама. Иногда ему страшно было меня потерять.

«Дорогой дневник. Мама сказала, что здесь надо писать только важные вещи, поэтому я не пишу сейчас каждый день. А мне так хочется рассказать о том, как Лёвка дал Костику по спине за меня. Ребята его потом подкараулили и побили. Даже друг его, Витька, сбежал и бросил его. Он только через день пришел в школу. Мама его разговаривала с училкой, но на Самовара с Глыбой подействовать никто в школе не может. Поэтому я решила, что сама их побью следующий раз! Лёва мой друг, и я никому не разрешу его колотить. Это можно только мне) Мне было его так жалко. А он ещё и за меня заступился! Я бы и сама справилась!

Глыба отобрал мой портфель. И из него высыпалось всё, что было. И при этом, я забыла закрыть пенал. Поэтому высыпались и все мои ручки. Глыба стоял и смеялся, пока я всё это собирала. И ещё ногой толкал карандаши и ручки подальше. А мой сосед по парте Вовка сидел и смотрел на это. Хоть говорил, что любит меня. Но ничего не сделал. Глыбова не зря так прозвали. Кроме фамилии он и сам огромный, словно гора! Навозная гора! Толстый и противный! Дурак! Как же он меня бесит. Теперь я ношу с собой линейку, которой колю всех, кто хочет меня зацепить. Глыба теперь меня не сможет обидеть! Он горько пожалеет!

А вот Лёвка стал вести себя странно. Ему только исполнилось 11 в январе. А мне уже скоро 12. Но он часто подходит ко мне на переменах. А ещё моет со мной доску. Мне кажется, что уже все заметили, как он на меня смотрит не как друг. Но Катька сказала, что она не видит. А теперь, когда он ещё и заступился за меня, меня точно будут обзывать. Мне нравится Сережка из 8го класса. Он ловелас, но я ему тоже нравлюсь. Он заговаривает со мной, потому что наши мамы знакомы. Но я не подаю вида. Пока моё сердце колотится! Пульс до 100 доходит! Я потом хожу красная и смущенная. Катька громко начинает смеяться и говорить при нас. Он ей тоже нравится, но на неё он не обращает внимания. Он даже как-то звонил и приглашал меня погулять. Он очень красивый!»

Я была старше Льва на полгода. Я всегда удивлялась, как он попал в наш класс. Самый младший из всех, и поэтому его всегда обижали. С ним и дружили такие, кого всегда задевали. Сейчас и не скажешь по этому статному, высокому и уверенному мужчине, что он был в школе слабаком. Даже в его 76 лет он выглядит ещё очень здорово! Но детство его прошло в тумаках и синяках. Он не мог постоять за себя. Если он ходил меня провожать, то мы всегда шли по дворам, обходными путями, чтобы нам не встретились хулиганы нашей школы.

Но умный он был невероятно! Его поэтому взяли в школу в шесть с половиной, потому что разглядели в нем талант. Каждый человек обладает чем-то редким и особенным. У детей это проявляется лучше всего. Лев умеет соединить в голове такие детали и чертежи, из которых всегда выходят уникальные предметы! Он технарь до мозга костей. Его увлечение – мотоциклы. Но не ездить на них, а собирать. На уроках рисования он рисовал только мотоциклы. За что, конечно, у него даже по рисованию была «тройка».

Всё детство он был очень худым. Только к 15 он набрал рост, перегнал меня и до 20 оставался худеньким и слабым парнем. Поэтому и с физкультурой у него не ладилось. Любой спорт для него заканчивался синяками и слезами. Как же он в такие моменты меня удивлял. Но что-то в нем заставляло продолжать верить в него. Так как я чистый гуманитарий, я ощущала и видела его боль. И всегда хотела пожалеть его. А мой боевой характер вселял в меня уверенность, что и заступиться за него я тоже смогу. Мы были такими разными, но что-то нас все время тянуло друг к другу.

Его увлечение мотоциклами привело к профессии инженера. Но т.к. чертежи и дизайн не было его сильными сторонами, он остановился на работе руками. Начинал он ещё в гараже с друзьями чинить велики. Особенно предприимчивые ребята зарабатывали на этом, и делили прибыль. Так Лев зарабатывал уже в детстве. И был хорошим помощником своей маме.

Они были вдвоем на всем свете. Папа его погиб, когда Лёвке было 6 лет. Поэтому рассчитывать им было не на кого. И всем своим умом, характером и телосложением он был в отца. К 30 годам – возрасту смерти папы, Лев начал заметно нервничать и бояться всего. Тогда я начала понимать его маму.

«Сегодня Лёва рассказал мне про смерть папы. Он не очень хорошо его помнит, потому что он часто работал. А ещё мама с папой часто ссорились. Поэтому он его редко видел. Но помнит о нем самые светлые моменты.

Его папа любил мотоциклы. И хотел участвовать в гонках. А мама не разрешала. Лев вспоминает, как папа показывал ему фотографии мотоцикла из его молодости. Тогда ещё были модные моцики с коляской. А он ещё его всё время изменял, что-то делал с двигателем, менял колеса и рисовал рисунки. Лёвка до сих пор помнит этот моцик. И хочет в память об отце сделать такой же. А сам он мечтает о каком-то японском с мощным движком и с желтыми деталями. Он может долго рассказывать мне о разных деталях, своих планах и мечтах. Я совершенно ничего не понимаю, но так интересно его слушать. Пока он говорит, я что-то понимаю, но вот сейчас вспоминаю – и думаю, какая же я дурочка! А Лев умный. Очень умный. Мне так жалко, что у него нет папы.

Мама ему всегда о нем рассказывает. Говорит, что они очень похожи. Папа его был очень высокий, худой, но широкоплечий. Как говорит Лёвка, у него были небольшие усики, темные волосы и голубые глаза. Я посмотрела по фотографии – не очень заметила сходства. Ну только глаза. Они очень грустные и печальные. У его папы - как-будто он знал, что умрет молодым. А у Левы – не знаю почему. Иногда они бывают радостные. Когда он говорит о мотоциклах. И когда я принимаю от него шоколадку.

Лёва такой высокий стал за последнее время. Может, я его давно не видела. Летом мы не встречались. И даже не созванивались. Почему-то летом мы в разных местах и делах. Но он же может мне звонить хоть иногда? Хоть он и ухаживает за мной, но почему он так себя ведет? Он гулял летом много, мне рассказывал его друг. И девушки в их компании есть. Может он ещё с кем-то встречается? Мы пока не целовались, он и не спрашивал. Но может он с кем-то уже целовался? Что мне делать, я не знаю. Хорошо, что я не сильно в него влюблена. Перед каникулами я сказала, что мы с ним просто друзья. Но я не думала, что он перестанет добиваться меня. Постоянно у нас с ним то я, то он больше любим друг друга. Вот сейчас я…»

Вот сейчас снова я. Я люблю его так сильно, как будто мне снова 19! И если бы нам не было 76 лет, мы были не женаты и молоды, я бы прямо сейчас сбежала с ним на край света. Мы планировали с ним в такие моменты обоюдной влюбленности, что поженимся в 28 и поедем на мотоцикле путешествовать. Я хотела поехать в Европу, а ему нравилась Азия. Поэтому у нас предстояла обширная туристическая программа.

Когда нам было 28, я забеременела Милой. Далась она мне очень тяжело. Как беременность, так и первые годы жизни. Роман пошел в школу, мне пришлось не работать из-за постоянных больничных, перед беременностью я очень сильно и часто болела простудными заболеваниями. Поэтому и беременность была под большим вопросом. Но я ничего не желала слушать о прерывании.

Врачи на перебой утверждали, что могут быть уродства от того объема лекарств, которые я пила последние полгода. Родители убеждали, что мы не вытянем двоих. Знакомые тоже крутили пальцем у виска. Даже моя Катерина боялась говорить мне всё, что думает о моем решении. Поэтому просто молча обходила эту тему и поддерживала морально.

Её дочке было около 5, и её детский сад был рядом со школой Романа. Поэтому она часто забирала его к себе домой, кормила, делала уроки и вечером привозила Льву. Или в пустую квартиру…

«Май. 2016. 30-ое число. Этот май бесконечен. Я его ненавижу. Я ненавижу всё, что меня окружает. Я больше не хочу находится там, где я есть. Я полна любви и жизни. Я, дающая жизнь, должна бороться и отстаивать это право. Моё священное право. Быть женщиной. Быть матерью. Мне кажется, что от меня отвернулись все. Но так и легче, я обратила все силы на моё сокровище. На то, что случиться со мной этой зимой. Я могу накопить силы.

Лев приезжает очень редко. И все его посещения сводятся к передаче пары апельсинок, десяток упаковок прокладок и огромный пакет лекарств. Я превратилась в ходячего зомби, напичканного химией и травами по самую макушку. Мне постоянно восстанавливают мой гемоглобин. Но ни одно посещение врача не обходится без фразы: «Вы подумали? Окончательно решили?»

В моей палате 5 человек. Я одна здесь уже так долго, что запуталась, сколько женщин прошли через эти 4 стены. В эту палату кладут на 1 день. Утром подготовка. В обед аборт. Вечером домой. Редко, кого оставляют до завтра – ещё понаблюдать.

Одни приходят сами – веселые, молодые, счастливые. Других привозят на каталке, в слезах и без запасных вещей.

Вчера отпустили Лену. Она лежала здесь 5 дней. Аккурат с понедельника по пятницу. Ей 30 лет, у неё двое детей и она замужем. По крайней мере, на бумагах. Муж её редкостный козёл. Мы все любим своих мужчин, но мне кажется, что некоторые перевыполняют обещание, данное в ЗАГСе. Её Виталик бьет её и детей, пьет и гуляет. Этого она напрямую не говорила, но по рассказам и между строк мне это ясно. Не зря я учусь психологии столько времени. Хотя беременный мозг и затуманен. Да и сама себе я не могу помочь. Все знания и опыт улетучиваются, как только это касается меня.

Лена пришла сама в понедельник. Застелила постель, пока я была на процедурах. Мне только неделю назад разрешили вставать с кровати, поэтому я ловлю каждый момент. И стараюсь нагуляться. К 11 я вернулась в палату и застала новенькую в слезах. Я села рядом и стала успокаивать. Мне кажется, я столько не плакала никогда, хотя я очень эмоциональная. Вся подушка была мокрая, Лена лежала прямо на одеяле, не переодеваясь в полу расстёгнутой рубашке. От неё слышались нечленораздельные всхлипывания и обвинения. Мы были одни в палате, и она дала волю своей истерике. Сквозь всю эту чехарду я расслышала «люблю… мой малыш… не хочу… дура… боюсь…». В общем, про Виталика я поняла сразу. Я сидела так над ней почти полчаса. Потом рыдания прекратились, и она ушла в себя. Слезы всё текли, и я старалась не перенимать их на себя. Мне тоже было так тоскливо и хотелось выть. Но я знала, что мне нельзя. Я должна была оставаться стойкой и способной отталкивать весь негатив окружающего мира.

Поэтому я просто сидела рядом, гладила её, молчала и не отдавала своих сил. Мы без слов выплескивали в мир свои проблемы, страдания, боль и злость. Где-то перед обедом за ней пришла медсестра и позвала к врачу. Лена наспех сбросила юбку и рубашку, натянула халат и убежала. А я осталась наедине с собой. Мне нельзя было плакать. Мне нельзя было грустить и страдать. Мне нужно было держаться. И неизвестно сколько ещё предстояло провести в таком режиме.»

Каждый раз, откладывая в сторону очередную часть своего дневника, я задумываюсь – так же остро сейчас это воспоминание? Изменилось моё отношение к этому событию? Правы ли старые поговорки, что «время лечит»? Время изменяет восприятие. Фильтр, с помощью которого смотришь и думаешь об этом дне.

Много моментов в моей судьбе разделили её на «до» и «после». И это один из них. 31 мая меня в срочном порядке увезли в операционную и прервали беременность. Оперировала дежурная врач. Моя дорогая Сашенька. Сан Санна. Она и сохранила мне потом Милу. Но та, первая девочка не увидела этот мир. Мы не узнали цвет её глаз и её любимую игрушку для сна. Нам не суждено было стать её родителями. До сих пор я не могу вспоминать и говорить о ней без слез. Со Львом мы это почти не обсуждаем. Как и в момент трагедии.

Через полгода я снова забеременела. И снова каждый день был днём борьбы за выживание. Но это зачатие не было актом любви. Наша близость куда-то ушла. Мы стали друг другу чужие. Лев молча вытаскивал семью из руин материальных проблем. Я так же молча вытаскивала семью из психологических. Роман был очень терпелив. Больше ни одному нашему ребенку не выпало столько волнений и забот.

Роман был очень серьёзным и самостоятельным человеком с самого рождения. Он сразу взял грудь, понял, что нужно приложить усилия и будет еда. Капризничал он только из-за очень важных вещей – отсутствие салфетки у тарелки или неправильно выложенные цвета конструктора. По его мнению, при наличии таких ошибок в реальном мире, жить дальше было нельзя. Но крика не было. Он уверенно и спокойно давал понять, что так больше продолжаться не может. Не может и не будет. Это его очень быстро привело к самостоятельному исправлению реальности. Он молча делал мир под себя и свои правила.

И мы создавали свой мир. Иногда и жизнь меняла нас. Я ударилась в воспоминания и путешествие по волнам моей жизни, читая дневник за разные годы. Разные тетради, блокноты, выцветшие буквы, рисунки на полях, вкладыши, листики, записочки, наклейки. Пришла пора записать последнюю запись в своём дневнике

"Полгода, как я узнала, что у меня рак. Конечно, в моём возрасте мне не стоило рассчитывать на операцию. Да и зачем? Жизнь моя была прекрасна! Долгая, счастливая, полная приключений – именно так, как я хотела. Мне не страшно было умирать. Я только не хотела прощаться с Лёвой… Он пришел домой с прогулки с собакой и попросил меня сесть. Поставил стул передо мной, ласково обнял мои колени своими и сел напротив.

- Похоже, у Бога на нас свои планы. И хорошо, что мы помогли ему с ними. Я вчера узнал, что болен. Оперироваться мне нельзя из-за сердца, но можно попытаться. На что я ответил, что молил об этом дне. День, когда мы умрём вместе. Ты не оставишь меня. И я не оставлю тебя. Проведем эти последние дни или недели с самыми близкими. И так, как мы мечтали в нашем детстве. Помнишь? Ты помнишь начало?

Я рыдала. Я не могла успокоить своё сердце и чувства. За что Бог отблагодарил нас такой чудесной жизнью. А ещё важнее – смертью. Рядом друг с другом."

Написано: февраль 2018.