Стройка. Пальцы. Алексей

Лёша пальцами застрял в стене. Прямо как в компьютерной игре, когда текстуры лагают. Это, конечно, звучит глупо, но со стороны, поверьте мне, выглядело не умнее. На стройке в стене было какое-то углубление, из которого торчали жуткого вида трубки. Их диаметр, по сути, позволял просунуть пальцы, особо не разбираясь, зачем это нужно. А вот вытащить их обратно – это уже было затруднительно и больно. Лёше было страшно и стыдно. Страшно потому, что уже смеркалось, а рядом естественно не было вазелина или масла, а стыдно потому, что Лёшеньке было уже 42 годика.

Осенний закат выстрелил красным лучом в сторону новостройки, подсвечивая демоническим алым цветом Лёшину панику. Он поначалу пытался высвободиться из коварной ловушки минут 10, но потом, когда пальцы окончательно опухли, сдался. Края трубок нежно впивались в кожу.

- Помогите, - шёпотом сказал Лёша, вспоминая момент в фильме «Титаник», когда Кейт осипшим голосом звала на помощь. Он смутился и, прочистив горло, заорал матом. Вдалеке завыли дворняги, а вороны, облепившие ветви бесячих тополей, взвились вихрем над Митино.

- Чего орёшь, малахольный? – Спросил подошедший сзади бригадир.

- Помогите, мужики, - взмолился малахольный.

Бригадир, этот прожжённый жизнью и спиртным человек, уставился на стену, затем на Лёшу, затем снова на стену, а затем на всякий случай спросил:

- Ты - дурак?

- Да я это… Просто… Я проверить хотел…

- Проверил?

- Помогите, - снова стал шептать Лёша.

Бригадир молчал, уставившись на закат. Он думал о чём-то своём, явно не относившемся к Лёшкиным пальцам. Перспектива провести пару часов, играя в МЧС, его явно не устраивала.

- №@# с тобой! – Вынес он вердикт. Бригадир достал на свет старую рацию и помятую пачку Кэмэла. Прикурив сигарету, он стал с кем-то связываться:

- Григорич! Григорич, ты на месте?

- Да задрал ты уже! На месте я, не пью!

- Смотри у меня! – ухмыльнулся бригадир. – Слухай сюды: на объекте пальцами в кАбеле застряло одно чудище. Надо вызволять. Есть идеи?

- Это в какой стене? – не понял Григорич. – Какой этаж, Семён?

- 15, левое крыло.

- #$@! Журёбок, мля! Сейчас я его любить буду. Сейчас я его целовать буду всюду. Задержи его!

- Ты не кипятись, Григорич, никуда он не денется, я ж говорю – застрял. Давай конструктивно: что делать будем?

- Семён, мне побоку, стену долбить не буду, мы с ней и так натрахались, - насупилась рация.

- Это я понял, а что ты предлагаешь?

- Ну… Есть у меня идейка…, - ответил Григорич спустя какое-то время. - Можно болгаркой пройтись.

- Какой болгаркой? Ты туда хер подлезешь.

- Да не надо подлезать! Болгаркой по пальцам вжих! И всё.

- ПОМОГИТЕ!!! – Закричал Лёша. Стыдно уже не было, остался только страх.

- Да не кричи ты! – Осадил его бригадир. – Будешь орать – уйду. До завтра останешься тут заряжаться от розетки.

Лёша завыл, но кричать перестал. Мгновение спустя он возобновил попытки вырваться из капкана. В голову лезли дурацкие картины вроде той серии по Дискавери, где рассказывали, что лиса, попадая в ловушку, отгрызает себе ногу, чтобы выжить.

- Короче, Григорич. Бери инструменты, мыло, спирт и бегом сюда. Сейчас стемнеет – хер, что сделаем.

- Понял, буду, - ответила рация и отключилась.

Бригадир щелчком выкинул бычок и повернулся к страдальцу. Тот, упираясь ногой в стену, пытался вытащить пальцы.

- Ты так только хуже сделаешь. Сейчас опухнут, тогда точно резать придётся, - авторитетно проговорил он.

- Ты бы на моём месте не так спокойно рассуждал, - выпалил Лёша.

- Ну, во-первых, я не на твоём месте. А, во-вторых, я бы старался выкручивать.

- Что выкручивать? – Не понял Алексей.

- Пальцы, - ответил бригадир.

- Хер ты ими пошевелишь, они плотно засели.

- Всему вас учить надо! – Покачал головой Семён. – Гляди, как папка делает.

С этими словами папа подошёл к железному ограждению, сделанному из ржавых труб, заглянул в них, прикидывая, влезут ли пальцы, и, не целясь, вставил мизинец.

- А теперь по-тихоньку проворачиваем, - сказал бригадир и стал крутить. Он крутил молча и сосредоточенно. А спустя минуту сказал «*ля!», достал рацию и закричал:

- Григорич! Срочно сюда! Григорич!!! Ты где застрял?!

- Да бегу я, бегу, - ответил запыхавшийся Григорич. – Уже поднялся почти.

- Быстрее! АН-ТИ-ЛО-ПИ-СТЕЙ!!! – Рычал в рацию бригадир.

- Форд Боярд, *ля, - тихо смеялся в углу Алексей.

Григорич их вызволил только через полчаса. Сначала он ржал минут 15, затем снимал на мобильный телефон пострадавших, потом, освободя бригадира, долго отказывался ломать стену, чтобы вызволить Алексея. В итоге, когда все пальцы оказались на воле целыми, они сидели в каморке и распивали водку. Мужики весело и беззаботно смеялись над собой. А потом долго спорили, как же всё-таки надо было вытаскивать пальцы. В ходе жаркого спора Григорич, настаивая на методе коротких рывков, взял бутылку и засадил в горлышко мизинец. Но это уже другая история.