Самайн. История
Самайн (Samhain) — старый кельтский праздник перехода на тёмную сторону года, конца урожая, первого дыхания зимы, связанный со скотоводческим циклом. Самайн отмечают с 31 октября на 1 ноября, хотя в старые времена люди ориентировались по луне и устраивали праздник в новолуние, близкое к этим датам.
Валлийский Calan Gaeaf, корнуэльский Kalan Gwav, Hop-tu-naa на острове Мэн — всё это названия одного праздника, информации о котором сохранилось немало, а всё благодаря всем известному Хэллоуину, который множество старых традиций и унаследовал.
Вообще гэльское Samhain правильнее произносить как «Сауин», но раз уж у нас прижилось название «Самайн», оставим, пожалуй, его, чтобы избежать путаницы.
Это время, когда жизнь людей переносилась под крышу. Завершена уборка урожая, скот вернулся в хлев.
Своё и чужое, жилое и нежилое разграничено теперь более четко и ощутимо. Границы — понятие, вокруг которого вращаются смыслы праздника. Отгородившись немного от заоконного мира, можно подумать не о «земных» вещах и работе, а о душе, о предках, о смерти.
Если взглянуть на годовой круг, Самайн находится ровно напротив Белтейна, и это многое о нём говорит.
Это две главные точки года, когда граница между мирами истончается.
Волшебные холмы фейри открываются, духи и другие нечеловеческие существа посещают мир людей.
Оттого в эти дни к духам относились с особым почтением — верили, что души умерших предков посещают свои дома, а значит, стоит их радушно принять. Духи предков могли помогать и оберегать, но могли и обидеться на недостаточно почтительное отношение и навредить.
Для фейри тоже оставляли подношения, чтобы те защитили людей и скот зимой (или хотя бы не строили козни), но сталкиваться с ними избегали. Всё же у фейри свои законы и своя мораль, нечеловеческая. Кто знает, насколько кровожадный фейри попадётся?.. Да и самые безобидные могли шутки ради завлечь танцевать у холмов, где, кажется, прошло полчаса — а на деле десять лет.
В Самайн на службу заступала Калех (Cailleach — старуха), которая, как верили кельты, правила тёмной и холодной стороной года. Она прародительница, создательница гор и озёр, повелительница бурь и ветров. Она — сама зима.
Образ Калех ассоциируется с такими персонажами, как Перхта, Фрау Холле (Госпожа Метелица) и Баба-Яга — существами, охраняющими вход в царство мёртвых.
В честь Калех названо много местностей на территории Ирландии, Шотландии. Одна из них — система мегалитических катакомб под названием Slieve na Calliagh, холм Старухи. Это место также связано с Самайном. Один из каирнов этой системы (Cairn L) построен так, что именно в Самайн лучи рассветного солнца через отверстие освещают большой известняковый столб, Шепчущий Камень, внутри каирна — и древние неолитические узоры, выбитые позади него.
Множество событий из ирландских легенд происходили именно во время Самайна. В этот день умирали люди, нарушившие свои гейсы (персональные табу).
Именно в Самайн огнедышащий Айлин (Aillen) выходил из потустороннего мира и сжигал дотла замок Тары, усыпив всех игрой на волшебной арфе.
(Тара — холм, где находилась резиденция верховных королей Ирландии, проводились различные церемонии, располагались захоронения. Там находится курган Dumha na nGiall, тоже связанный с солнцем и Самайном — туда тоже попадают рассветные лучи именно в это время года.)
В древних текстах Agallamh na Seanórach (можно перевести как «Истории Старших») упоминаются три оборотницы, что выходят из пещеры Круан (Cruachan), где был расположен портал в потусторонний мир, и убивают всю скотину в близлежащих сёлах.
Каждый Самайн, говорится в легендах, люди должны были отдавать фоморам две трети своих детей, урожая зерна и молока. Фоморы — мифическая раса существ, вышедших из-под земли или из морей, они олицетворяли разрушительные силы природы. Их описывали одноногими, однорукими и одноглазыми — другая половина всегда находилась в ином мире, а воплотиться полностью в мире людей они не могли. Кроме одного дня в году, Самайна.
Да, тема жертвоприношения всегда была актуальной во время вокруг Самайна. Это было вполне оправдано. Стада больше не паслись на пастбищах, а возвращались в хлев, и теперь хозяева должны были позаботиться о их пропитании, но сложно прокормить много скота в холода. Люди выбирали, кого разумнее оставить, а кто будет зарезан.
В Ирландии на День Святого Мартина (11 ноября) принято было закалывать петуха, гуся или овцу и сбрызгивать кровью порог дома — как подношение. Порог — пограничное место, и обряд этот вполне в духе укрепления границ между жилым и нежилым.
Как и на Белтейн, на вершинах холмов жгли костры, от которых затем зажигали новый огонь в домах. Костры эти считались защитными, как и их дым и зола. В них бросали кости забитого скота, выбирали дрова из нужного дерева. Люди ходили между костров для очищения и защиты, а иногда даже ложились как можно ближе к огню, чтоб пропитаться дымом.
В Шотландии защитный ритуал включал в себя обход вокруг дома по часовой стрелке с горящим факелом в руке, а в Уэльсе принято было зажигать костры на границах своей земли. Зажигали и свечи — ставили на окна или устраивали процессию со свечами (Ланкашир) к полуночи. Считалось, что для защиты от зла и ведьм свечи должны были догореть до конца.
Как мы знаем, в этот день всевозможные нечеловеческие существа легко проникали в мир людей. А потому в ночь Самайна стоило держаться ближе к дому, а если уж надо отправиться в путь, то только в одежде наизнанку и с железом в карманах — это защитит от фейри.
По валлийским поверьям, в это время можно встретить демоническую чёрную свинью (Hwch Ddu Gwta), что норовит схватить детей, бегущих домой от костров Самайна, или Белую Леди (Y Ladi Wen), часто без головы — она может попросить помощи и наградить, а может предвещать смерть, как банши.
Предвещал смерть и жуткий ирландский Дуллахан, всадник без головы, вооруженный человеческим позвоночником вместо кнута.
Можно встретить упоминание связи Самайна с Дикой Охотой, но, имея германо-скандинавское происхождение, миф о Дикой Охоте имеет отношение скорее к времени Йоля, поэтому к Йолю я расскажу об этом подробно — Самайн не единственное время в году для жутких историй!
Гуляния на Самайн включали в себя ряжение и колядование — да, ходить в костюмах, выпрашивая сладости — старая традиция, а не взятое из головы хэллоуинское развлечение.
Маски и костюмы монстров — тоже защитный ритуал своего рода, чтобы среди жутких существ сойти за своего и остаться в целости и сохранности.
Притворяясь фейри сложно удержаться от розыгрышей и уловок. Шалости часто были связаны с окнами, дверями и воротами (их снимали с петель, ломали), маркерами главных границ жилого и нежилого.
Так мрачный дух Самайна органично смешивается со знакомой нам весёлой карнавальностью Хэллоуина.
Вырезание фонарей из тыквы — тоже защитный ритуал, чтобы отпугнуть злые силы. Недаром жутковатым светильником вооружались, ходя снаружи домов или ставили их на окно, на границе жилого и нежилого пространства. Изначально, правда, вырезали фонари не из тыкв, а из реп, брюкв и подобных корнеплодов. В Германии популярна свёкла.
По легенде жил-был хитрый пьяница-кузнец Джек. В лучших традициях трикстеров дважды одурачил он Сатану, чтобы не забрал тот его душу. И вот после смерти не взяли его ни в рай, ни в ад. Только уголёк из ада пожертвовал Джеку Сатана, чтобы освещать дорогу, пока скитается во тьме и холоде. Уголёк он положил в светильник из корнеплода, да так и ходит по дорогам, не зная покоя.
Потому и называют хэллоуинские светильники Jack-o’-lantern.
Кстати, именно так называют ещё и блуждающие огни, заманивающие путников в топи.
В корнуэльском фольклоре Jack-o’-lantern считается одним из пикси, как и Joan the Wad (“wad” - название фонаря), которую также ассоциируют с блуждающими огнями. Дети поют:
“Jack o' the lantern! Joan the wad,
Who tickled the maid and made her mad
Light me home, the weather's bad.”
Говоря о Джеке с фонарём, не могу не вспоминать Зелёного Джека (Jack-o’-the Green), одного из персонажей празднеств Белтейна. Нет, я не нашла никакой информации о связи этих двух трикстеров Джеков, но полюбуемся же красивым совпадением: как на Самайн, что напротив Белтейна, скиталец Джек сменяет Зелёного Джека, поворачивая Колесо на тьму.
Зелёный Джек — одна из ипостасей Зелёного Человека, воплощающего витальную силу природы. К этому же образу восходит и Зелёный Рыцарь из артурианского цикла. По легенде, он является сэру Гавейну и предлагает отрубить ему голову, после чего берет её и уходит. Не эту ли голову носим мы со свечой внутри?.. Мне нравится об этом думать.
Конечно, на Самайн гадали, и гадания эти были не пустячными — согласно духу праздника, касались они вопросов жизни и смерти. Например, в Уэльсе вокруг самайнского костра выкладывали круг из камней, каждый из людей помечал один камень своим именем.
Если наутро какой-то из камней пропадал, люди понимали: его хозяин не переживет этот год.
Многие из гаданий и традиционных игр были связаны с яблоками. Наверняка знаете про забаву, где надо без помощи рук зубами выловить яблоко из бочки с водой или так же поймать яблоко, подвешенное на нитке? Всё оттуда.
Мне нравится гадание с яблочной кожурой: её старались срезать как можно более длинной спиралью, которую затем кидали через плечо. В форме упавшей ленты из яблочной кожуры искали ответы на свои вопросы. Например, первая буква имени суженого.
Вообще множество гаданий именно вокруг свадеб крутились. Суждено ли двоим быть вместе? Да, если два орешка, брошенные в огонь, загорались одновременно.
Фольклорист Сирил Инграм Патон в своих текстах о традициях острова Мэн упоминает Немой Пирог (Soddag Valloo) — приготовленный и съеденный в тишине. Девушки пекли его все вместе на раскалённых углях, смешивали ингредиенты, месили тесто. Пирог ели в молчании, а затем шли спать, пятясь задом наперёд. Считалось, что во сне увидишь суженого — он предложит выпить воды.
Другое из подобных гаданий предписывало молча и в темноте украсть сельдь у соседа, приготовить и съесть в тишине и далее по тексту.
С христианизацией пришёл Хэллоуин, День Всех Святых (вернее, три дня: Канун дня Всех Святых 31 октября, День Всех Святых 1 ноября, День Всех Душ 2 ноября), унаследовавший основную тему взаимодействия с потусторонним миром, но в более благонравном ключе.
Вероятно, мотив почитания умерших пришёл с христианством, а не остался с языческих времён, об этом пишет британский историк Рональд Хаттон и многие другие исследователи. Тем не менее, множество обрядов сохранили языческие корни.
Умирание и замирание природы ощущается правильным временем для поминания мёртвых предков. В христианских традициях в эти дни посещают кладбища, украшают цветами и свечами могилы, звонят в колокольчики, проходя по улицам (это приносит радость душам, что между мирами), оставляют угощения. Часто готовят угощения и дома, веря, что души умерших навестят семью, зайдут поесть и погреться.
Таким образом, Хэллоуин и Самайн с давних времён взаимно влияли друг на друга и смешивались. Как по мне, вышло неплохо и органично!
* У славян в эти же даты есть праздники, также символизирующие переход на тёмную сторону года.
Кузьминки Осенние (Курьи именины) — 1 ноября:
Принято было резать петуха, девушки справляли обряды, связанные с женитьбой. Поляки и чехи верили, что души умерших в этот день навещают живых, им готовили еду, оставляли двери открытыми и не ходили вечером в костёл — там молились умершие.
Некоторые финно-угорские народы в этот день молились в священной роще и приносили в жертву Хозяину Леса - гуся.
Дмитриев день — 8 ноября:
Считался днём, когда заканчивалось летнее полугодие (с Юрьева дня, традиции которого перекликались с Белтейном). В это время поминали усопших (осенние дзяды/деды).
На территории Беларуси традиции сохранились лучше всего. В этот день вспоминали «дедов», предков, ходили на кладбище, готовили им трапезу, топили печь, ставили рядом скамью. Принято было готовить кутью, блины, сыту (медовый напиток). Еда должна была быть горячей, потому что духи питались паром, восходящим от неё. Вся семья мылась в бане, оставляя обязательно немного воды и веник — чтобы мертвые могли тоже помыться.
Позже стали оставлять угощения на могилах. Птицы, что съедали лакомства, считались воплощениями душ мёртвых — на зиму они улетали в Ирий, мифическую страну блаженства, потусторонний мир, куда попадали души после смерти.
Можно было и увидеть души предков. Для этого нужно было поститься или молчать весь день.
Также в Деды нельзя было ткать и прясть, чтобы мертвые в нитках не запутались.
Следующий за Дмитриевым днём день назывался «разпус», тогда заканчивались сроки долговых обязательств и заключались новые договоры. Здесь мы видим всё тот же мотив осеннего подведения итогов.
Южные болгары считали, что в этот день, как и в Юрьев, ведьмы сбрасывают с неба Луну, превращают в корову и доят её.
У славян-католиков 1-2 ноября справляли Задушки — тоже день поминовения умерших с обрядностью, схожей с Дедами. Хозяйки пекли особый хлеб «для душ», его оставляли на могилах и раздавали нищим, в Словении группы молодежи собирали этот хлеб, соревнуясь друг с другом.
Кстати, в Англии тоже есть традиция, связанная с ритуальной выпечкой на Хэллоуин! Там пекут soul cakes («печенье для душ»), которые хозяева отдают колядующим в обмен на молитвы, которые колядующие обязуются возносить за родных угощающих. Иногда это печенье с крестом сверху относят на могилы мёртвых. А иногда колядующие съедают печенье, выступая наместниками мертвых.
В Мексике этот день известен как Dia de los Muertos, День Мёртвых. Также поминали умерших предков, приходили на кладбище, украшали его, затем с помощью свечей и бархатцев отмечали дорогу к дому, чтобы мертвые могли навестить живых. Дома сооружали алтарь предков, а трапезу делили с ними.
В целом, Самайн — время, когда мы работаем с дихотомией «своё — чужое», «внутреннее — внешнее».
Это время замыкания границ, оберегания того, что осталось внутри них вместе с нами.
Для людей в старые времена эти понятия представлялись как концентрические окружности, где в центре находится сам человек, вокруг его дом и родня, дальше односельчане и т.д. Границами между окружностями выступали границы физические — порог дома, ворота двора, река (мост через реку — пограничное место), поле, лес. Всё, что оказывалось снаружи, что совсем не считалось своим — принадлежало природе, а значит, было потусторонним, иномирным.
Люди могли переходить из «своих» в «чужие». Умершие переходили в стан чужих. Женщина во время менструации и родов покидала ряды «своих». Ряжение тоже меняло суть людей, не совсем людьми при этом они считались.
В эти дни стоит осознать эти понятия в своей жизни.
Что мы берём с собой в тёмную половину года? Не тащим ли за собой чужое? Не обронили ли за околицей своё? Снаружи становится холодно и опасно. Кого и что заберём внутрь, в тепло? Свой ли это? Как защитить себя и свой дом от чужого и нечеловеческого? Как укрепить свои границы, когда граница между мирами становится зыбкой и проницаемой? А что мы принесём в жертву? Какую справедливую цену платим за защиту?
* Божества, к которым можно обратиться в Самайн.
Это время, когда мы представляем старуху-богиню, готовую последовать в мир мёртвых за усопшим богом, что добровольно ушёл за черту во имя поворота Колеса, во имя продолжающейся жизни. Чтобы семена взошли весной, они должны быть погребены в землю.
Морриган (и её ипостаси Немайн и Бадб) — кельтская воинственная многоликая богиня, превращавшаяся в ворона. Неистовая и сексуальная, она представала перед людьми в виде черноволосой женщины, что одной ногой стояла на правом берегу реки, а другой — на левом. Эта её «пограничность», принадлежность к кромке между мирами, делает её подходящей для почтения в Самайн персоной.
С Морриган ассоциировалась и Маха — например, «желудями Махи» назывались отрубленные в бою головы воинов.
Геката — древнегреческая богиня Луны и колдовства, ночных страхов, всего потустороннего. Она изображается в сопровождении псов и ассоциируется с перекрёстками. Геката — покровительница переходов и пограничных состояний.
Кров Джераг (Crobh Dearg) - Красный Коготь, ирландская богиня урожая, но с воинственным «оттенком».
Боярышник — боярышнику в огамическом письме соответствовала феда ᚆ (uath). Это слово обозначало также «страх» и «ужас».
Осенний боярышник, обнаживший шипы, ассоциируется с фигурой Старухи. Это пограничное растение.
Розмарин часто называют растением памяти. Это отлично подходит нам в контексте поминания усопших. Это пограничное растение — в Мексике, например, розмарин используют после родов.
Конский каштан также олицетворяет собой защиту, укрепление. Укрепление как метафорическое, так и физическое — например, конский каштан применяется для поддержки вен и укрепления стенок сосудов. В быту каштан неплохо отпугивает моль, можно разложить немного в шкафу. Я кладу пару каштанов прямо в мешок с зерном. В народе считается, что каштаны дома отпугивают пауков. Если носить каштан в кармане, то при падении останешься цел, а если положить в кошелёк, то дела пойдут в гору.
Полынь издавна используется для защиты во все сезоны. Если вы были на марафоне по Белтейну, то знаете, как ее используют против водной нечисти. Если положить полынь под подушку, можно вызвать вещие сны. Полынь издавна использовалась как средство помощи в родах и вообще во всех делах, связанных с женской репродуктивной системой. Это растение Артемиды, Дианы, Гекаты - богинь-помощниц в женских циклах.
Полынь - хорошая горькая приправа для тяжёлой осенней и зимней пищи. Сейчас тоже время полыни, но не полынных венков, а полынных пучков под потолком и воскурений. В противоположность розмарину, полынь помогает забыть, но это не плохо — это про разрыв тяготящих связей, которые не хочется тащить с собой в зиму.
Чертополох — сильное защитное растение. Как и другие колючие растения (роза и шиповник), будет прекрасным стражем от злых сил, если разместить на окнах.
Лаванда известна нам всем как растение, способное отпугнуть моль и других насекомых. Но не только от насекомых может защитить лаванда! А ещё и от злых духов и… непрошенных советов.
А также бархатцы, яблоня, дягиль, орехи, зверобой, дуб, рябина — также защитные растения, которые можно использовать во время Самайна.