Ей богу смешно смотреть на «экспертное», бл...ть, сообщество, которое на серьезных щах гадает, что за хрень творится в Рассиюшке – то ли там ящур бродит по просторам Сибири, то ли агрохолдинги-монополисты устроили заговор против мелких хозяйств и под предлогом «секретного заболевания» расчищают рынок.

Почему мне, человеку весьма далекому от сельского хозяйства, все предельно ясно? Вопрос реально выеденного яйца не стоит. Начнем с теории заговора монополистов. Со скоростью лесного пожара посети разнесся слух, что за всем стоит «Мираторг», который принадлежит Димону Медведеву. Во-первых, высокопоставленный алкоголик никакого отношения к компании не имеет. Ею владеют братья Виктор и Александр Линник. Теория заговора базируется исключительно на том, что девичья фамилия жены Медведева была Линник. Родство Светланы Медведевой с братьями Линник не подтвердилось.

Может ли «Мираторг» организовать забой скота в Новосибирской области? Может, но зачем? Основные мощности агрохолдинга расположены в Брянской и Белгородской областях. Зачищать территорию в Сибири «Мираторгу» нет никакой нужды, компания не собирается создавать там производственную базу. Под нож в Новосибирской области, как и в других регионах, пошло в основном молочное стадо, в то время как «Мираторг» специализируется именно на мясном производстве. Так что теория заговора никак не вытанцовывается.

Теперь давайте разберемся с ящуром. Ютубная либерда разгоняет версию о том, что в России бушует ящур, но власти его скрывают, чтобы… не смейтесь, не прекращать экспорт мяса из-за длительного карантина, который вводится при эпизоотии. Это ж какой уровень тупорылости надо иметь, чтобы нести такую ахинею на серьезных щах?

Во-первых, мясо проходит строгий санитарный контроль при ввозе в страну вне зависимости от того, зафиксировано где-то массовое заболевание или нет. Мясо больного скота имеет очевидные признаки негодности в пищу (воспаленные лимфоузлы, неравномерный цвет, небольшие язвы, склизская поверхность, рыхлое мясо, неприятный специфический запах. Так что шансов реализовать мясо больного скота нет. Его, блин, даже на стихийном рынке у дороги никто не купит.

Во-вторых, если животное является носителем вируса ящура, но еще не имеет симптомов вирусемии (это когда вирус проникает в кровь, что приводит к интоксикации и, соответственно, накоплению токсинов в тканях), то его переработка по заключению санитарно-эпидемиологического контроля допустима. Такое мясо вполне можно пустить на консервы, поскольку вирус ящура погибает при нагреве всего до 60 градусов. Заразиться через пищу можно разве что при употреблении сырого мяса или через порез на коже, то есть вероятность ничтожно мала. Ну и на всякий случай сообщаю, что ящур – это не сибирская язва, болезнь легко лечится, а если даже и не лечить, то сама пройдет. От человека к человеку вирус не передается.

В-третьих, даже в случае вспышки ящура, экспорт запрещается только из очага эпизоотии. Если болезнь бушует в Сибири, то что мешает экспортировать свиные ребрышки или говяжьи языки из Калининградской области или Краснодарского края?

Но главное в другом: РФ не является значимым экспортером говядины. От всего объема производства в 1,7 млн т на экспорт идет порядка 2%. Нетрудно догадаться, что в основном это продукция крупных агрохолдингов, где ветеринарный контроль налажен хорошо и любая проблема купируется быстро и на ранней стадии. Мелкие фермы и личные подсобные хозяйства (ЛПХ) не создают экспортерам никакой конкуренции.

Как раз массовый забой скота в режиме спецоперации, когда власти заявляют об обнаружении «секретного вируса» реально может испугать потенциального покупателя и тот откажется от российской говядины просто из предосторожности. Ведь если вирус «секретный», то не знаешь даже, чего бояться. Так что власти не могут действовать в интересах крупных агрохолдингов именно таким образом. Так они оказывают им медвежью услугу. Внутри страны истерия вокруг массового забоя может напугать потребителя и снизить продажи говядины и свинины. Это гораздо больнее ударит по производителям, чем даже полный мораторий на экспорт. Поэтому в том же «Мираторге» топ-менеджеры только хватаются за голову и матерят безмозглых чиновников, которые на пустом месте спровоцировали мегасрач.

Может ли КРС реально заболеть ящуром? Конечно, может, хоть случается это и не часто. Последний раз вспышка ящура имела место в Оренбургской области в 2021 г. Резонанс она приобрела именно потому, что усиление ветеринарного контроля и вакцинации в 2010-е годы сделало Россию зоной, свободной от ящура. Ни о какой массовой эпизоотии (говорить «эпидемия» неправильно, эпидемии бывают только у людей) не могло быть и речи, все проявления заболевания носили локальный характер и имели место в приграничных районах Сибири и Дальнего Востока, то есть речь шла о трансграничном заражении ,поскольку у китайцев с ветконтролем все очень печально.

В Оренбуржье соответствующие службы действовали строго по протоколу: жесткий карантин, тотальная профилактика и контроль, запрет на реализацию мясо-молочной продукции, забой скота, дезинфекция. Всего было уничтожено несколько сотен животных, где-то встречается цифра до 1000.

Кстати, да, многие не понимают, зачем нужно уничтожать КРС при ящуре, ведь он лечится, и вообще заболевание несмертельное, порядка 98% взрослых животных выживают и приобретают иммунитет(массовый падеж наблюдается только у молодняка). Забой скота – мера чисто экономическая, и касается она прежде всего молочного стада. Дело в том, что лечить дойных коров просто не выгодно, ведь пока они находятся в карантине, их надо кормить и доить, а молоко надо еще и утилизировать особым образом, зараженное молоко нельзя просто слить на землю, это будет только способствовать распространению вируса. Дешевле уничтожить инфицированное стадо и провести дезинфекцию фермы. Через два месяца вирус в почве в любом случае погибает (летом быстрее) и можно заводить новое стадо.

Забой целесообразен еще и потому, что даже выздоровевшая корова остается носителем вируса (обычно 6 месяцев, у некоторых штаммов до двух лет). Ветеринары считают, что риск заражения вирусом от клинически здоровой коровы практически отсутствует, но все же не нулевой. Так какой смысл сохранять карантин и нести убытки, если проще и дешевле вырезать все стадо подчистую и получить гарантию, что с ящуром покончено?

Имела ли в Росси место вспышка ящура? Точно можно сказать, что нет. Вы можете себе представить, чтобы животноводы не заметили ящур, при том, что он имеет вполне однозначную клиническую картину? Тем более сложно допустить, чтобы ящур проморгала ветслужба. И уж совсем безумным выглядит предположение о том, что ящур подтвердился, но его решили скрывать. Да это не выгодно прежде всего самим владельцам скота! А уж в чем тут интерес надзорных служб, я даже гадать не буду. Наконец, есть крупные хозяйства, которые как раз очень заинтересованы в том, чтобы вспышка инфекции была признана и реализованы все меры реагирования. Ведь ящур настолько заразен, что занести его на ферму можно просто на подошвах ботинок сотрудников. Тут уж не до игр в секретность, на кону большие деньги!

Так что да, ящур российские власти не признают, потому что его нет. И, повторю, никто не заинтересован в его сокрытии. Пастереллез действительно свирепствует, причем еще с прошлого года. В Алтайском крае, например, фиксировалось более 70 очагов заболевания. Смертность при пастереллезе существенно выше – от 10 до 30%. Существует так же септическая (сверхострая) форма заболевания, когда в течении двух дней умирает 80-100% стада, причем никакие симптомы предварительно не проявляются.

Но при заметно большей, чем при ящуре летальности, пастереллез сравнительно легко лечится широко доступными антибиотиками, например, тетрациклинами или пенициллинами. Заразность умеренная, распространяется постепенно, обычно поражается не все стадо, а лишь его часть. Заболевших животных помещают в карантин, выздоровевших возвращают в стадо.

Забой скота при пастереллезе не производится. Это лишено смысла, потому что уничтожить возбудителя заболевания, бактерию Pasteurella multocida, не представляется возможным. Она, чаще всего присутствует в стаде в носоглотке у коров, но носители остаются клинически здоровыми. Пастереллез «активируется» у особи при сильном стрессе (холод, голод, перегон, скученность) и передается другим коровам в стаде.

Чтобы подавить заболевание, важна скорость реакции. При малейшем подозрении на пастереллез необходимо провести обследование, отделить больных от здоровых, провести лечение и дезинфекцию. Если все делать правильно, то через 3-5 дней проблема будет решена. Заражение в любом случае носит локальный характер. Если нет непосредственного контакта между животными, перенос заболевания в соседнюю деревню не происходит.

В этом ключевое отличие пастереллеза от ящура. Ящур – самое заразное заболевание домашних животных. Заражается обычно все стадо. А дальше ящур разносится даже ветром (на несколько километров), через людей, автотранспорт. Поэтому при вспышках ящура карантинные мероприятия носят очень серьезный характер – блокируется движение автотранспорта и людей, запрещаются перевозки не только животных, но даже продуктов животноводства. На блокпостах стоят люди в костюмах химзащиты и дезинфицируют автотранспорт – выглядит эпично, но такие меры предосторожности оправданы.

Итак, многочисленные вспышки пастереллеза, действительно имели место быть. Особенно пострадал Алтайский край – там переболело более 90% стада КРС, если верить прессе. Триггером могли стать суровые морозы, ослабившие иммунитет скота. Что можно уверенно констатировать: органы, ответственные за ветеринарный надзор, вспышку прое… короче, все прошляпили, поэтому пастереллез получил почти тотальное распространение.

Ключевой момент – заболевание эффективно лечится только если отреагировать мгновенно. Соответственно должен быть налажен эффективный мониторинг, проводиться профилактика, вакцинирование. Видать, на все забили. Сегодня начальство имеет только один KPI – количество контрактников отправленных на убой в окопы. Остальное – вторично.

Однако проблемы на Алтае широкая общественность не заметила, хотя там были забиты ориентировочно 4-5 тысяч голов КРС из наличных 77 тысяч. Массовая истерика в соцсетях началась только когда скот стали забивать в Новосибирской области. На сегодняшний день ориентировочно уничтожено до 90 тысяч голов из всего стада в 320 тысяч. Причем пострадали при таком охвате не только частники и мелко-средние фермеры, но и крупные хозяйства. Так в «Учхозе Тулинское» (входит в крупнейший в регионе агрохолдинг «МолСиб») изъяли и уничтожили все поголовье КРС — 2,5 тысячи.

Ключевой вопрос: почему в двух соседних регионах картина так сильно отличается: в Алтайском крае десятки очагов заболевания, пастереллез широко распространился, но под нож пошло 5-6% стада, а в Новосибирской области притом, что кризис далеко не такой острый, введен режим ЧС и уничтожено 25-30% всего поголовья?

На само деле ответ легко найти, если искать в нужном месте – области социальной психологии. Абсолютное большинство населения России – это холопы. Нет, я не пытаюсь никого оскорбить просто констатирую объективный факт. Холоп - существо крайне инфантильное, склонное к делегированию ответственности начальству. Ну вы и сами с этим сталкиваетесь буквально каждый день. Чуть что, любой вахтер встает в позу: мол, я человек маленький, знать ничего не знаю, ни за что не отвечаю, инструкций не читал, что начальство велит – то и делаю.

А если начальство ничего не велит, дисциплинированный холоп находится в полном анабиозе, то есть режиме ожидания распоряжений, и не делает вообще ничего. Ведь если ты ничего не делаешь – точно не ошибешься. Проблема усугубляется тем, что начальство – это те же самые холопы, которые точно так же делегируют ответственность руководству, а свою роль видят в том, чтобы бездумно исполнять указивки сверху. Даже самые безумные повеления они исполняют со рвением, не знающим сомнений, потому что ответственность не на них, а на начальстве. Однако начальственный холоп от холопа рядового отличается еще и тем, что нижестоящих холопов он считает за говно, в отношении которого может творить любую дичь. Особенно если начальство велит.

И вот представьте, что руководство Новосибирской области занимается важным делом, порученным начальством, то есть обеспечивает для Минобороны поток пушечного мяса, собирает с бюджетников «гуманитарку на СВО», епет детворе мозги лекциями о патриотизме и счастье служить в элитных беспилотных войсках. А тут какой-то, понимаешь, пастереллез. И вроде как с ним надо бороться, иначе будет как в Алтайском крае и могут дать по шапке из Москвы. Но борьба с заболеваниями скота требует отвлечения ресурсов, в том числе и финансовых, а их и без того так мало, что буквально воровать нечего. Иза всей этой внеплановой суеты есть риск не выполнить план по вербовке наемников и сбору дани в «Фонд Победы».

В таких условиях чиновный мозг стремится найти самое простое и эффективное решение. Оно в том, чтобы тупо пустить весь скот под нож. Болеет он или нет – ему монопенисуально. Нет скота – нет пастереллеза. Нет пастереллеза – никто не отвлекает от действительно важной задачи по борьбе с Интернетом, от поиска иноагентов, разоблачения экстремистов и фальсификации итогов выборов.

Попробуйте найти изъян в этой прямой, как железнодорожный рельс, логике бюрократии. Да, массовый забой скота приведет к убыткам. Но ведь убытки будут не у тех, кто принимает решение, а у тех, в отношении кого данное решение будет реализовано. Это все проблемы индейцев, которые шерифа не… ну, короче, вы в курсе.

Остается решить единственный вопрос, то есть как технически организовать этот самый геноцид скота. И тут на помощь приходит ковид. Нет, не коронавирус, известный под лейблом SARS-CoV-2, а ковид, как социальная технология. Сначала пугаешь всех некоей таинственной и пиздецки смертельно заразой, а под этим соусом делай, что хочешь: перекрывай границы, запрещай митинги, население целой страны под домашний арест сажай, шприцуй всех каким-то тухлым шмурдяком, а тех, кто не хочет – сажай на кол за антиваксерство и биотерроризм.

Ковид, как технология управления, построена на полном и демонстративном игнорировании научного знания, отработанных десятилетиями медицинских протоколов и элементарного здравого смысла. Вот написано же в школьном учебнике, что создание вакцины против коронавируса не имеет смысла из-за его чрезвычайной изменчивости. И даже был печальный опыт создания вакцины против вируса H1N1 (так называемый птичий грипп). Вакцину разработали, изготовили сотни миллионов доз, потратив на это охулиарды денег, после чего упаковки с ампулами тихо утилизировали за ненадобностью.

Например, в чем был смысл комендантского часа и закрытия промтоварных магазинов? Комендантский час увеличивал скученность людей в общественном транспорте, что только способствовало распространению вирусных инфекций (любых). Если человек не может купить, скажем, пылесос, в специализированном салоне, он пойдет в продуктовый супермаркет и купит пылесос там, потому что в период ковидобесия продуктовые супермаркеты никто не закрывал, а в них продаются не только продукты, но и вообще все, что угодно. Соответственно супермаркетах стало происходить адское столпотворение, усугубленное тем, что закрываться они стали раньше, за час до наступления комендантского часа.

Можно бесконечно долго перечислять все безумства, которые творили власти в период корона-психоза, но в целом все сводилось к чеканной формуле ПРАВИЛ БОЛЬШЕ НЕТ. А если правил нет, можно творить любую дичь и тебе за это ничего не будет. Ну офигенно круто же, ага?

Ровно ту же схему попытались реализовать власти Новосибирской области: объявили, что в регионе происходит некая таинственная «эпидемия», хотя сам термин является ложным, ведь речь именно о эпизоотии. И под этим соусом, ничего не объясняя, ничем не аргументируя (а аргумент в данном случае один – заключение ветеринара, данные лабораторных анализов) принялись массово уничтожать скот. Даже акты не составляли. Иногда неизвестные люди в форме врывались в дом без хозяев, изымали скот и исчезали в неизвестном направлении.

Ну и антураж соответствующий: люди в костюмах химзащиты на блокпостах, пропуска для транспорта, дизенфекция машин, режим ЧС по всей области, запрет собираться больше трех на одном гектаре. Знакомая по 2020 году картина, ага? Холопы, у которых из-за такого беспредела бизнес полетел в жопу, конечно, взвыли: мол, по какому праву, мои буренки здоровые, вот даже справка от коновала есть. И вообще, при пастереллезе коров никто не забивает, нет таких протоколов реагирования.

Но холопам в полном соответствии с практиками ковидобесия доходчиво объяснили, что прав у них нет никаких, а все правила и справки теперь недействительны. Почему? А по кочану! Вот видишь автозак подъехал – он как раз за теми, кто кукарекает про права и препятствует борьбе с «эпидемией».

Так хоть скажите, чо за эпидемия – хватаются холопы за последнюю соломинку. Мол, ни минсельхоз, ни губернатор, ни санэпидемнадзор, ни Россельхознадзор, ни МЧС никаких «эпидемиев» не объявляли.

А никто и не обязан ничего объявлять – решительно заявляют чиновники. Правил нет, заболевание – секретное. Если начальство сочтет нужным – скажет. А если не сочтет – значит не ваше собачье дело. Начальство не просто так в кресло посажено, а чтоб обеспечивать безопасность. Вот оно и обеспечивает. Быстро все заткнули хлебала! Или в автозак все же очень хочется?

Ну и, как водится, в СМИ были вброшены самые разнообразные псевдонаучные объяснения. Например, широкое хождение получила версия мутации. Дескать, да пастереллез – заболевание давно известное, неопасное, легко излечимое и малозаразное, но… Но, дескать, возбудитель мутировал, поэтому бойтесь и не сопротивляйтесь беспределу.

Всерьез это обсуждать, конечно, нельзя. Возбудитель пастереллеза – хорошо изученная бактерия, не обладающая гипермутабельностью, как у отдельных штаммов некоторых вирусов. Соответственно, басни про мутации – психотерапия для безмозглых и впечатлительных.

Попытки приплести делу к делу какое-то коровье бешенство (там много еще какой хрени приплетали) – тупейшая чушь. Да, корова может заразиться бешенством, если ее, например, лиса покусает. Да, зараженных коров уничтожают. Но от коровы к корове бешенство не передается, потому что коровы друг друга не кусают. Тем более, укус должен сопровождаться нарушением кожного покрова и проникновением в рану зараженной слюны. Коровьи челюсти заточены для жевания травы, а не на нанесение проникающих ран.

Итак, что мы имеем по итогу:

1️⃣ Никакой эпизоотии ящура в РФ нет, пока не установлено обратное. Скрыть ящур невозможно из-за очевидности клинических проявлений заболевания.

2️⃣ Заговор агромонополий ничем не подтвержден и абсурден сам по себе, поскольку истерия вокруг секретной «эпидемии» снижает спрос на мясную и молочную продукцию, что приводит к падению продаж.

3️⃣ Теория заговора, согласно которой власти скрывают ящур, чтобы не подрывать экспорт, несостоятельна, поскольку зараженное мясо в любом случае реализовать не удастся, а сам экспорт говядины из РФ носит микроскопический характер.

4️⃣ Многочисленные вспышки пастереллеза – факт. Наиболее пострадал Алтайский край (не менее 70 очагов). В Новосибирской области власти заявляли о 6 очагах. Так же отдельные вспышки пастереллеза зафиксированы в нескольких регионах Сибири, а еще в Самарской области и Калмыкии.

5️⃣ В одном отдельном регионе власти слетели с катушек и решили отыграть ремейк ковидобесия. Зачем? Да незачем, а просто потому, что могут себе это позволить. Почему именно там? Проявления безумия непрогнозируемо и носит совершенно рандомный характер. Вы же не пытаетесь выяснять, зачем в Якутии борются с украинскими дронами путем отключения Интернета? Просто там долбойобы тупят вот так, а здесь – вот эдак. Только не спрашивайте меня, почему в Рассиюшке у власти долбойобы. Ответ вам очень не понравится.

6️⃣ Истерию разогнали тупорылые блохеры, которым похер на чем хайповать – хоть трусы, спашие с певички ртом на сцене, смаковать, хоть «эпидемию» ящура. Главное – просмотры, лайки и монетизация. Следом подключились неполживые либеральные журнашлюшки из числа беглых совестей нации. Триггером для них стала не заурядная вспышка пастереллеза, и даже не забой рогатого скота, а исключительно то, что замычал скот двуногий. Имею в виду «протесты» в Селе Козиха Новосибирской области.

В реальности, конечно, никаких протестов не происходило, имел место очередной бунт на коленях, когда холопы рыдают и записывают видеочелобитные к царю под хештегом #путинпамаги! Поскольку либеральные журнализы по определению есть лица, страдающие слабоумием, они принялись активно разгонять информационные волны в духе «Русский народ встает на дыбы, Кремль в панике, режим трещит по швам, Путин прячется в холодильнике» или «Ужос-ужос, власти фсё скрывают, мы все умрем, виноват – Путин».

Меня иногда спрашивают о том, испытываю ли я ностальгию по родине. Увы, чувство ностальгии мне неведомо. Хотя, конечно, пока я жил в России, и трава была зеленее, и девки краше. Но это лишь потому, что мне было 20 лет, а не 50.

Лишь недавно осознал, что кое-чего мне, все-таки, не хватает. Была у меня интересная работа – избирательный технолог. За границей такая профессия, можно сказать, отсутствует. Есть две страны, в которых индустрия социально-политического конструирования высоко развита – США (своего рода законодатель мод) и РФ. С Америкой все ясно – это первое государство на планете, где борьба за власть протекала в форме электоральной конкуренции. А вот насчет РФ многие откровенно удивляются: мол, там же выборов давно нет, сплошная фикция – с какого бы рожна там получили развитие электоральные технологии?

Ну, если смотреть так примитивно, то избирательные технологии должны быть востребованы в устойчивых демократических режимах, где регулярно проводятся честные конкурентные выборы. Но вот в чем парадокс: чем больше в стране реальной демократии, чем больше население вовлечено в политическую движуху – тем меньше нужда в технологах-модераторах.

Избирательные технологии – это технологии управления социумом, а вовсе не инструментарий демократии. Никакой демократии в РФ нет, конечно, но выборы пока являются ОСНОВНЫМ инструментом легитимации правящего режима. Политические технологи не просто оказывают консалтинговые услуги конкретному кандидату, их задача гораздо шире – они формируют социальную реальность, которая подменяет действительность. Причем обыватели играют в этой реальности не роль зрителей или статистов, а становятся главным действующим лицом, они действительно верят в то, что ритуал опускания бумажки с галочкой в прозрачный ящик окажет магическое влияние на их дальнейшую жизнь.

Потому именно в России востребованы профессионалы высшей пробы, что перед ними стоит труднейшая задача: увлечь население в игру в демократию при полном отсутствии этой самой демократии. Согласитесь, задача нетривиальная. В США задача схожая: убедить население в том, что оно является носителем политической воли, при том, что Америка – это страна окончательно победившего элитаризма.

Не все понимают смысл этого термина. Большинство наверняка его даже не слышали. Если объяснить по-простому на живом примере, то избирательное право бывает двух видов – активное и пассивное. Первое – право избирать, второе – право быть избранным. Так вот в Америке правом избирать обладают все граждане, а право занимать выборные должности есть только у элиты, выстроившей такую мощную систему фильтров, что простолюдин, даже очень богатый, не сможет получить власть, не будучи вписанным в элиту. Элитарии увлеченно делят власть, реально конкурируя друг с другом, но они НИКОГДА не представляют интересы пролов. Поэтому сегодня избирательным правом на местном уровне начали наделять даже мигрантов. Они не угрожают господству элиты.

В такой ситуации поддерживать у низов демократические иллюзии и высокий уровень вовлеченности в политическую движуху (имитационную по сути) требует настоящей магии. Задачи, решаемые политтехнологами в таких разных странах, как Россия и США имеют разную природу, но востребуют высокий уровень профессионализма социальных конструкторов.

Есть еще один фактор, сближающий эти две страны: в обоих случаях государство является активным политтехнологическим игроком, то есть колоссальные ресурсы государства активно используются для формирования социальной реальности. А управление большими ресурсами требует и большого профессионализма. Сейчас не политтехнологи обслуживают интересы политиков, а наоборот, политика государства становится политтехнологией, направленной на то, чтобы поддерживать избирателя в состоянии перманентного гипноза.

Как пример: в агрессии США против Ирана нет вообще никакой рациональной логики – ни политической, ни, тем более, экономической. Противоречия между Америкой и Ираном отсутствуют совершенно. А вот логика электорального гипноза прослеживается очень четкая. Маленькая победоносная война-мощное средство воздействия на общественное мнение. Эта тема гениально раскрыта в голливудском фильме «Хвост виляет собакой».

Некоторые наблюдатели склонные преувеличивать историческую роль Трампа, видя в нем демонического разрушителя мирового порядка: мол, он действует проектно и сознательно. Увы, дед слишком тупой, чтобы действовать осмысленно. Разрушение мирового порядка, во-первых, процесс совершенно объективный, идущий уже четвертое десятилетие, поскольку текущая система международных отношений была выстроена в ситуации противостояния двух враждебных блоков, возглавляемых сверхдержавами, США и СССР. В ситуации, когда исчезли враждующие блоки, а на арене осталась только одна сверхдержава, мировой порядок становится неустойчивым и разрушается сам по себе.

Во-вторых, если Трамп энергично участвует в его деструкции, это не говорит о наличии у него какого-либо плана или мотива. Просто так удачно сложились обстоятельства, что можно отжигать, не приходя в сознание, и тебе за это ничего не будет. Вот слетевший с катушек дед и пытается использовать эту возможность, чтобы доказать избирателю, что он снова делает Америку великой. Однако он явно обосрался и в ходе промежуточных выборов в Конгресс может возникнуть расклад, при котором импичмент из юридической возможности превратится реальную угрозу. Так что окружению первого лица придется следить за тем, чтобы он вовремя принимал таблетки.

Чтобы моделировать социальную реальность, нужно понимать природу общества. Мне в работе избирательного технолога больше всего нравилась исследовательская составляющая: очень интересно погружаться в мир людей. Это в какой-то мере можно сравнить с внедрением белого антрополога в состав дикого племени. Но антрополог просто наблюдает за жизнью туземцев, пытаясь постичь их тайны, а политтехнолог играет активную роль шамана, вводя избирателя в состояние политического гипноза, создавая новую реальность в его голове.

Поскольку я не имею возможности заниматься шаманством, постараюсь хотя бы объяснить читателю текущие процессы. Тем более, есть повод: в РФ надвигаются очередные выборы в ГосДуру.

Примерно в 2012 г. произошел перелом, в результате которого Россия начала неостановимы дрейф от гибридной диктатуры к диктатуре репрессивного типа. Или, как говорят политологи, от открытого авторитаризма к закрытому. Так что, возможно, в рейхе продвинутые социальные инженеры тоже скоро окажутся не у дел, уступив место быдловатому майору с дубинкой. Но это хорошо: чем более деградирует правящий режим – тем менее он жизнеспособен.

Метаморфозы правящего режима вполне объяснимы с точки зрения логики выживания. Средний срок жизни авторитарного режима открытого типа – 12-20 лет. Российская электоральная диктатура ко времени рокировки Медведев-Путин выработала свой ресурс, просуществовав почти 19 лет, если считать со времени октябрьского конституционного переворота 1993 г. Выборы в ГосДуру 2011 г. выявили глубокий кризис системы электорального авторитаризма: получить большинство в парламенте партия власти смогла только путем масштабных фальсификаций, которые спровоцировали самые масштабные протесты после того самого переломного 1993 г.

Соответственно, возникла необходимость модернизации системы. Демократические реформы по понятным причинам никто в качестве рабочего варианта не рассматривал. Актуальными были лишь два варианта авторитарной модернизации.

1. СЛОЖНЫЙ ВАРИАНТ: трансформация персоналистской диктатуры в однопартийную. Однопартийные режимы очень живучи. Например, в Мексике режим Институционально-революционной партии находился у власти 71 год. Есть, конечно и более впечатляющие достижения, в СССР КПСС удерживала власть 73 года, в КНДР коммунисты находятся у власти уже девятый десяток. Но в данном случае мы видим не авторитарные, а тоталитарные, режимы, сконструированные вокруг идеологического стержня. Да, с элементами авторитаризма, но это режимы репрессивного типа и никаких частично свободных выборов в них не происходило. Точнее, попытка трансформации советского режима путем проведения частично свободных выборов привела к его краху.

А вот однопартийные режимы в Мексике, Тайване, Сингапуре продемонстрировали свою устойчивость как раз благодаря тому, что частично свободные выборы являлись эффективным инструментом легитимации режима. Однопартийные режимы создали работоспособную модель трансферта верховной власти. В Мексике она получила название «дедасо», что можно перевести как «указал пальцем». Действующий президент вручную подбирал себе преемника и объявлял об этом публично. Но это не значит, что борьбы за власть в Мексике не происходила, просто она велась не между партиями, а внутри правящей партии, причем элементы внутрипартийной демократии делали эту борьбу весьма конкурентной.

Система власти в Мексике имела ярко выраженный антиперсоналистский характер. Президент мог занимать высший пост в стране только один срок. Это делало практически невозможной узурпацию власти, поскольку за несколько лет монополизировать власть в партии, парламенте, подавить внутреннюю оппозицию и переписать под себя Конституцию нереально.

2. ПРОСТОЙ ВАРИАНТ заключался в трансформации гибридного авторитарного режима в чисто репрессивный. Выборы в нем играют важную, но ритуальную роль. Конкретно в России режим мутировал от персоналистской автократии к гиперперсоналистской. Еще ее называют концентрической системой власти, являющейся антиподом распределенной системы. Смысл концентрической модели власти в том, что формально существует много институтов власти и даже некое подобие разделения властей, но у всех этих структур один управляющий центр.

Была ли дискуссия о выборе пути? Ну, можно сказать, что была. Владик Сурков что-то пискнул о необходимости построении в России суверенной демократии. Суть концепции сводилась к тому, что государство является модератором демократических процессов в стране, в то время как либеральная модель демократии предполагает подчиненную роль государства. Нельзя сказать, что Сурков выступал за коллективную (однопартийную) автократию. Но по сути он осторожно предложил выстроить систему, в которой правящая партия, подтверждающая свою легитимность на регулярных, частично свободных выборах, является государствообразующим элементом, а оппозиция носит недееспособный декоративный характер.

Сурковская конструкция предполагала действенную роль в системе шаманов-политтехнологов, к которым он относил и себя. Публичного ответа на его инициативу не последовало. Фактическим ответом стала опала. Без особых дискуссий новоизбранный диктатор принял решение о трансформации России в диктатуру гиперперсоналистского (самодержавного) типа.

Формально РФ – федеративная республика, но всех губернаторов назначает лично царь. И он же по щелчку пальцев убирает с должности. Причем все назначенцы являются варягами, то есть лицами, никак не связанными с управляемым регионом и местными элитами. Да, формально губернаторы проходят процедуру одобрения со стороны населения на выборах. Но это выборы носят плебисцитарный характер, то есть в условиях, когда в них участвует один реальный кандидат и пара технических из разряда однозначно непроходных, исход выборов определен заранее. Выборы превращаются в малозначимую формальность.

По факту федерализм, который реально существовал на начальной стадии жизни режима в 90-е годы, сегодня полностью обнулен. Более того, даже на уровне местного самоуправления приставка САМО- уже давно неактуальна: выборность мэров ликвидирована, а кандидаты в депутаты местных советов проходят жесткий фильтр со стороны федеральной властной вертикали.

Судебная власть формально является независимой ветвью власти, но всех федеральных судей назначает лично президент, возглавляющий исполнительную власть. Закон предусматривает выборность мировых судей населением (!), но данное положение остается на бумаге, фактически мировых судей назначают судьи, назначенные царем.

Законодательная власть – еще одна самостоятельная ветвь, однако претендовать на должность члена парламента могут только лица, одобренные администрацией президента.

Формально в стране есть десятки политических партий, из которых аж целых пять – парламентские. Но оперативное управление всеми партиями осуществляется из апэшки, партийные вожди не более чем безвольные марионетки.

Прокуратура де факто является еще одной ветвью власти – надзорной. Генпрокурор назначается царем.

Правительство в полном составе формируется царем единолично. Одобрение со стороны назначенного царской администрацией парламента – пустая формальность.

Главы всех силовых ведомств назначаются царем, генеральские звания присваиваются царским указом.

Главы Центробанка и госкорпораций ставятся царем. Он же решает, кто получит право пилить господряды.

В РФ вообще не осталось ни одного органа управления, который не вписан в вертикаль царской власти. Нет ни одного вопроса управленческого характера, который не подконтролен самодержавной власти.

Структурно гиперперсоналистская власть в России уже выстроена. А вот система легитимации осталась прежней – рационально-правового типа, реализуемой через электоральные процедуры. Только выборы из частично свободных стали имитационными, то есть их роль сильно упала. Соответственно выросла роль механизмов традиционной и харизматической легитимации.

Фактически сейчас Пынька пытается сконструировать правящую династию, опирающуюся на традиционные механизмы легитимации, а в переходный период рассчитывает выехать на харизматической легитимности (это когда власть опирается на право победителя). Не думаю, что шансы на успех подобной трансформации велики, я лишь констатирую текущие тенденции.

Именно в таком контексте и следует рассматривать грядущие имитационные выборы в ГосДуру. (Продолжение следует)

Предыдущий пост я закончил фразой «выбор между дефолтом и гиперинфляцией из разряда абстрактных рассуждений перейдет в сферу реальной стратегии», имея в виду, что финансовый кризис из страшилки превратился для Кремля в реальность. Но на самом деле, разумеется, выбора никакого нет.

Дефолт возможен исключительно в случае прекращения войны, как шоковый инструмент для оздоровления экономики. Инструмент это грубый, но эффективный. Можно сравнить его с ампутацией, когда все больные ткани и гнилые кости просто грубо отрезают и выбрасывают, открывая таким образом возможность роста для жизнеспособных экономических субъектов. Учитывая, что больные части экономики отрезаются вместе с миллионами занятых в ней людей, дефолт нельзя назвать популярным способом решения проблемы. Ведь благотворный эффект проявится через год-полтора, или даже позже, а дело с миллионами голодных озлобленных граждан политикам придется иметь уже сейчас.

Но в условиях войны, которая все более и более засасывает РФ в болото, дефолт, как жесткий способ перезагрузки экономики, применен быть не может. Ее вообще нет смысла перезапускать, поскольку перезапуск – это синоним слова «демилитаризация». Государство будет до последнего пытаться финансировать войну за счет заемных средств, а когда это перестанет быть возможным, использует механизмы эмиссии, то есть тупо начнет печатать деньги, покрывая ими как текущие потребности, так и долговые обязательства.

В этой ситуации, разумеется, в долг государству никто уже давать не будет. Да, собственно, и нечего давать. Граждане попытаются снять с депозитов все, что у них есть, но безуспешно, потому что вклады окажутся заморожены. Заморозка вкладов – это разрешение банкам со стороны государства не выполнять свои финансовые обязательства. И, если бы дело ограничивалось всего лишь обнулением сбережений населения – это ерунда. Банки играют очень важную роль в экономике, выполняя роль транспортной системы для денег. Экономика просто не сможет функционировать, если банки перестанут перечислять деньги от потребителей поставщикам. Это будет означать полный разрыв производственных цепочек и всеобщий коллапс.

Поэтому банки государство будет какое-то время спасать, для чего потребуется печатать еще больше денег, что раскрутит маховик гиперинфляции и приведет для начала к параличу потребительского рынка. В странах демократических и квази-демократических в таком случае неизменно возникает политический кризис, иногда в самой горячей форме массовых уличных протестов, потому для них подобную ситуацию можно считать дном.

Однако в странах тоталитарных (Иран, Газа) или в коллективных автократиях (военные хунты, однопартийные режимы вроде Кубы или Венесуэлы) предохранительные клапаны в виде демократических или квази-демократических институтов отсутствуют, поэтому им еще есть куда падать – следующая стадия деградации называется тотальная милитаризация, когда вся страна превращается в нечто среднее между трудовым концлагерем и штрафбатом. Россия однажды уже переживала такой экстремальный период кризисного управления в 1918-1920 годах, который вошел в историю под названием «военный коммунизм».

Суть в тотальной мобилизации. Все граждане являются мобилизованными трудовую или боевую армию, и работают, если утрировать, за талоны на еду. Выпал из системы – умер с голода. Разгул репрессий, цензуры, засилье пропаганды, обнуление любых прав и свобод, радикальная нищета – все как доктор прописал.

В качестве иллюстрации тотальной милитаризации общества можно привести Иран 80-х годов, когда в армию массово призывали 12-летних детей. И не просто во вспомогательные части, а именно в боевые. Не беда, что довольно худосочные из-за голодухи салаги не способны были держать оружие. Им оружие было без надобности. Ребятишек выстраивали цепью и отправляли в атаку на иракские позиции в рамках тактики «атаки живой волны». Во-первых, они разминировали местность, во-вторых, заставляли иракцев тратить боеприпасы. Вторая волна обычно формировалась из религиозных фанатиков Революционной гвардии, и только в финале этой кровавой вакханалии на ослабленного и малость подобосравшегося противника в атаку шла регулярная армия, относительно хорошо подготовленная и вооруженная.

Кстати, тактику «человеческой волны» изобрели вовсе не иранцы, а японские генералы, а те взяли за образец схожие эпизоды гражданской войны в США, но японцы использовали в качестве расходного материала солдат регулярной армии. Иранцы же довели идею до совершенства, используя в качестве расходника невооруженных гражданских или мобилизованных детей. Нам в данном случае интересен вопрос о том, почему родители беспрекословно отдавали своих чад на мясо. Так потому и отдавали, что разницы особой нет – сдохнут дети от голода через полгода или подорвутся на мине через неделю. Опять же, препятствование мобилизации – это акт государственной измены, за такое и самого поставят к стенке.

Что касается России, то к счастью для скрепышей, у них есть шанс избежать погружения в глубины подобного пиздеца. Власть в РФ очень слаба структурно, правящий режим представляет собой гиперперсоналистскую автократию, не имеющую ни светской идеологии, как в КНДР, ни религиозной, как в Иране, поэтому инструментарий принуждения населения к соучастию в самоубийственном угаре крайне ограничен.

Предел прочности государства гораздо ниже, точку перелома стоит пока искать именно в экономической сфере, а в более узком смысле – в устойчивости финансовой системы. Фатальное разрушение финансовой сферы с высокой долей вероятности приведет к падению правящего режима или хотя бы к его трансформации. Сразу скажу, что запас прочности у системы еще весьма высок, мы видим только первые трещины в железобетонном фундаменте сакральной стабильности путинизма. Их пока оперативно маскируют с помощью гипсокартона и шпаклевки.

Сами скрепыши изо всех сил пытаются убедить себя, что все идет по плану, все хорошо, и будет еще лучше, а иноагент-нацпредатель-подпиндосник Кунгуров ведет против них подлую ИПСО. Некоторые сверхгении даже на полном серьезе пытаются вести свою контрИПСО. Особенно мне понравился их аргумент о том, что маркером финансового кризиса является состояние Фонда национального благосостояния, предназначенного для балансировки бюджета. Мол, пока средства ФНБ не исчерпаны, никакого кризиса ы принципе быть не может. В самом крайнем случае правительство возьмет оттуда деньги (там же 13,4 трлн руб заскирдовано) и выполнит бюджетные обязательства.

Даже как-то неловко объяснять скрепным дурачкам всю глубину их тупости. Если некая куча денег называется «резервы правительства» – это вовсе не значит, что так оно и есть. Более того, название есть, а вот кучи денег – нет и никогда не было. Фонд национального благосостояния НИКОГДА не выполнял роль резервного фонда бюджета и не использовался для балансировки пенсионной системы, как то было прописано в законе. В законах вообще много чего пишут, как и на заборе. В недавней финансовой истории России было два катастрофических года, когда необходимо было срочно латать дыру в бюджете, а это именно то, для чего ФНБ и предназначен в теории: ковидный 2020-й и военный 2025-й. Но в эти годы Минфин не только не тратил деньги из ФНБ, но наоборот, наращивал свои резервы.

Кому-то покажется абсурдным сидеть на горе денег в 13 триллионов и занимать под 20% годовых, чтобы залатать дыру в бюджете в 5,7 трлн руб. Более того, ФНБ в прошлом году вырос на 1,3 триллиона! Ровно та же ситуация наблюдалась в 2020-м, когда рекордный на тот момент бюджетный дефицит в 4,1 триллиона покрывался за счет стремительного наращивания госдолга. При этом сам ФНБ рос еще более впечатляющими темпами: с 7,7 трлн руб. в начале года до 13,5 триллионов в конце.

Еще раз, внимательно следите за руками: правительству в 2020 году не хватает текущих доходов на 4,1 триллиона, чтобы выплатить зарплаты медикам за адские переработки и нарастить количество коек в стационарах. При этом правительство изымает 5,8 триллиона из текущих доходов, чтобы отложить на черный день в резервный фонд (активы росли еще и за счет их переоценки, вызванной девальвацией рубля, но это не принципиально). Разве можно представить день еще более черный, чем в пандемию? Ну ладно, а зачем использовать выпуск ОФЗ для покрытия дефицита бюджета именно в тот момент, когда стоимость заемных денег выросла для 10-летних бумаг с 6,2% до 8,5% годовых? При этом резервы ЦБ размещаются за границей в финансовые инструменты с доходностью в 3% годовых. Не кажется ли вам эта бухгалтерия откровенно безумной?

Лично мне так не кажется, потому что я отлично знаю, что ФНБ – это не резервный фонд Минфина, а воровской общак. В 2020 г. у многих друзей Путина возник финансовый кризис и их, друзей, пришлось срочно спасать. Именно для этого в самое неподходящее время, когда экономика встала из-за локдауна и текущие налоговые доходы бюджета обвалились (если предприятия не работают – они и налогов не платят) текущие доходы были перенаправлены в ФНБ. А оттуда деньги тупо раздали кому следует. Но сколько и кому – неизвестно. Ведь это же не бюджет, где каждая копеечка расписана и по каждой надо отчитаться. О тратах из ФНБ по закону никто НЕ ОБЯЗАН ДОКЛАДЫВАТЬ. И решения о расходовании средств никто не обязан ни с кем согласовывать и даже сообщать о них постфактум.

Соответственно, весь ФНБ можно тупо спиздить, и когда в офис Минфина придут следователи делать выемку документов по делу о хищении в мегакрупном размере, их встретит клерк среднего звена и мило улыбаясь, пошлет на…уй, потому что ФНБ – это как бы бюджетные деньги, но при этом внебюджетный фонд, который государству неподотчетен по закону. Хотя он государственный, конечно. И следователи, вежливо извинившись, пойдут в указанном направлении, ибо кто они, чтобы спорить с законом?

Но на всякий случай, чтобы уж точно избежать всяких неприятностей, Минфин и ЦБ ввели двойную бухгалтерию. Есть резервы Центробанка, которыми распоряжается назначенная Путиным смотрящая Набиуллина и резервы правительства, сконцентрированные в ФНБ, распорядителем которых является Минфин по главе с назначенным Путиным Силуановым. А еще есть золото-валютные резервы, которые одновременно являются и частью резервов ЦБ и ликвидной частью ФНБ.

Те, кто хотя бы минимально разбирается в бухгалтерии, уже все поняли и многозначительно хмыкнули. Тем, кто не в теме, объясню предельно просто: никакого ФНБ в реальности НЕ СУЩЕСТВУЕТ, это всего лишь учетный фонд, фантомное отражение резервов Центробанка. Но существование этого фантома позволяет бесконтрольно тратить реальные средства. Ведь предназначение ФНБ – не только быть кубышкой для временного охранения нефтяных сверхдоходов бюджета, это еще и источник финансирования для «проектов развития».

То есть, если бюджет получил профицитные 10 миллардов долларов, они не расходуются, а пополняют ЗВР ЦБ, одновременно на бумаге попадая в ликвидные активы ФНБ. И через эту фантомную дыру реальные деньги поступают, например, в «Роснано». Там 10 миллиардов спи…дил Чубайс, взамен передав на учет в ФНБ акции этой шарашки на 10 миллиардов долларов. Формально баланс ФНБ не изменился, изменилось лишь соотношение между ликвидной и неликвидной частями фонда.

Неликвидная часть – это то, что уже благополучно спи..дили, заменив ценными бумагами «Роснано». А потом Чубайс съябывает в Израиль, «Роснано», не получившей за всю свою историю ни копейки прибыли, все забывают, но акции компании на 10 миллиардов баксов продолжают лежать где-то в нижнем ящике стола министра финансов. И они же числятся на балансе ФНБ. То есть реально 10 миллиардов живых денег тю-тю, но никого посадить за это не смогут, ведь формально давно сдохшая и позабытая госкорпорация «Роснано» не объявила о своем банкротстве. Соответственно ФНБ владеет «активами» на 10 миллиардов.

Но даже если «Роснано» официально ликвидируют и спишут с баланса ФНБ активы на $10 млрд, за эту кражу все равно никого не привлекут к ответственности. Потому что ФНБ – это внебюджетный фонд. За «творческий подход» в работе с бюджетными деньгами можно реально присесть, даже если чиновник ничего не украл, а потратил деньги, выделенные на ремонт поликлиники для того, чтобы отремонтировать школу. Это называется нецелевое расходование и карается по всей строгости.

Спизженные же 10 ярдов зелени бюджетных денег из внебюджетного фонда – это уже не кража века, а… инвестиция. Ну да, инвестиция оказалась неудачной. Вложили 10 миллиардов, а получили – ноль доходов. Ну, сорян, так вышло. Да и с кого спросишь за инвестиционное решение, принятое в далеком 2007 г., когда государство решило развивать нанотехнологии? Формально тогда президентом был Димон. Все остальные – глава правительства, министр финансов, председатель ЦБ лишь выполняли указивки, которые поступили за подписью Димона. А тот, как известно, ничего не решал, а только грел четыре года президентскую табуретку своей жопой для сами знаете кого. А сами знаете кого сажать нельзя. И даже «Роснано» признать банкротом нельзя, чтобы не портить отчетность ФНБ.

На самом деле мы не знаем, сколько денег из ФНБ разворовал Чубайс, потому что ФНБ не обязан отчитываться ни о своих инвестициях, ни об их доходности. Однако нетрудно догадаться, что никакой доходности по инвестициям у ФНБ отродясь не бывало. Хотя формально в том же 2020 году ФНБ потратил два триллиона рублей на выкуп акций Сбербанка, а акции Сбербанка как бы прибыльны. Но есть нюанс.

«Сбербанк» и так уже принадлежит государству. Но в тот момент владельцем «Сбера» являлся Центробанк. Это очень не понравилось МВФ, который указал правительству России, что финансовый регулятор не может быть владельцем коммерческого банка, поскольку это создает конфликт интересов. ЦБ должен следить за тем, чтобы банки не воровали деньги вкладчиков, а если он сам владеет крупнейшим в стране банком-монополистом, то, получается, он должен следить сам за собой, что абсурдно. Короче, государственный ФНБ выдал государству два триллиона рублей, чтобы государство в лице Минфина выкупило у государственного ЦБ государственный «Сбер».

В результате реализации этой схемы не изменилось вообще ничего. «Сбер» как был, так и остался государственным, сменив лишь строчку в реестре акционеров с ЦБ на Минфин. Но 2,14 триллиона кэша куда-то ушли. Куда? Не ваше собачье дело. Никто вам не обязан отчитываться по закону. Хотя это самая большая сделка с госсобственностью за всю постсоветскую историю. Деньги умыкнули, но непонятно кто, и при этом по бумагам все ОК – никакого воровства нет в помине, есть выгодная инвестиция по закольцованной схеме, когда покупателем государственного актива стало само государство, потратив на это государственные деньги.

Короче, фантомный ФНБ – это просто фантастически удобный инструмент для совершенно безопасного распиздинга казенных средств. В этой связи вспомнил историю 6-летней давности, когда ныне безвременно усопший Навальный разродился популистской инициативой: мол, давайте раздадим средства ФНБ населению в качестве «вертолетных денег», как это делают правительства цивилизованных стран, чтобы поддержать граждан в период жесткого локдауна. Мол, они начнут тратить деньги на потребительские товары и тем самым дадут мощный толчок росту экономики.

Несмотря на очевидную тупизну этой инициативы, навальновские подсиралы принялись расхваливать мудрую идею своего вождя. Особенно усердствовал в вылизывании начальственной жопы великий экранный эксперт Вова Милов. Я ради прикола возьми и вызови публично на дебаты этого дурачка. До этого многие площадки предлагали Навальному участвовать в дебатах со мной, но он трусливо и молча сливался. А Милов, после того, как я отымел его в хвост и гриву, так обиделся, что отказал публично, мотивировав тем, что Кунгуров, дескать, не экономист. Аргумент, конечно, очень убедительный, особенно из уст инженера-электротехника по диплому, ни дня не работавшего по специальности.

Я это не с целью похвастаться своей мудростью вспоминаю. Просто мне, обычному блогеру, еще тогда было очевидно, что ФНБ – это фейк, фантом, абстрактная цифра, отражающая уже украденное (неликвидные активы) и то, что планируют украсть (ликвидные активы). Их потому и выводят для начала во внебюджетный фонд. Но навальнята с пафосом расследовали микроскопические кражи губернаторов и министров с депутатами, в упор не замечая того, как разворовываются триллионы.

Нет, я не утверждаю, что они были в доле или кураторы с Лубянки запретили смелым оппозиционерам поднимать опасную тему. Я к тому, что великие либеральные экономисты вроде Милова или Гуриева – банальные экранные звиздоболы, понимающие в экономике ничуть не больше, чем бабки на лавке у подъезда. Они отличаются от бабок только тем, что насыщают свой бессмысленный речевой поток массой слов типа «фискальная нагрузка», «дериватив», «вербальная интервенция» «регуляторная дисфункция» и т. д.

Если же речь о простых обывателях, то они тем более не способны вникнуть в вопрос. Они даже не пытаются это делать, потому что погружение в тему требует умственных усилий, на что они принципиально не способны по причине умственной лени. Им проще и комфортнее просто верить. Одни верят Путину и Набиуллиной, другие Милову и Гуриеву, но если и те, и другие рассуждают о некоем ФНБ, то никто и не сомневается в его существовании.

Однако если мы попытаемся найти в реальной жизни проявления существования Фонда национального благосостояния, как резервного ыфонда бюджета, то мы их не обнаружим. Точно так же, как за забором, на котором написано «Х…Й», не будет ничего похожего на означенный предмет. Например, в СМИ в 2020 г. упомянуто лишь об одном трансферте из ФНБ с целью покрытия дефицита федерального бюджета: в сентябре Минфин для этого продал валюты на 3,56 млрд руб. Причем это было первое подобное использование средств ФНБ после 2017 г. 3,56 млрд руб. составляют менее 0,1% от годового дефицита федерального бюджета.

Давайте допустим, что это правда. Так же властями заявлялось, например, о финансировании в 2020 г. из средств ФНБ национального проекта «Здравоохранение» для закупки медицинского оборудования и улучшения медицинской инфраструктуры. Однако никакой отчетности по этому поводу Минфин не публиковал, никакие конкретные цифры не назвались, как никто не отчитывался и о конкретных тратах. Поэтому речь, в лучшем случае о тех самых жалких 3,56 млрд руб. Ведь деньги в казне обезличиваются и потому принципиально невозможно определить, куда пошли налоги, заплаченные конкретным человеком или поступившие из конкретного источника. Если бы имело место быть целевое финансирование, то оно бы нашло свое отражение как в бюджетной росписи, так и в отчетности об исполнении бюджета. Попробуйте найти в отчетности Минфина или ЦБ следы трансферта из ФНБ на неназванную сумму.

Наконец в октябре 2021 года руководителем Счетной палаты Алексеем Кудриным было устно заявлено, что на покрытие дефицита бюджета в 2020 году было израсходовано 289,8 млрд руб. из средств ФНБ. Попробуйте найти документальные подтверждения этому факту. При этом по итогам года в бюджете осталось более 410 млрд руб. неизрасходованных денег. В такой ситуации гипотетически 289,8 млрд руб. из средств ФНБ могли формально поступить в бюджет, а потом столь же формально вернуться во внебюджетный фонд по причине невостребованности. То есть реально деньги ниоткуда не уходили и никуда не поступали. Реально денег в бюджете не было, что объясняется неисполненными расходами в размере 1,021 трлн руб. по итогам года.

Тот же Кудрин в том же выступлении перед депутатами Госдуры торжественно отчитался о том, что государство продало более чем на триллион рублей акций Сбербанка, и эти деньги поступили в бюджет с целью закрытия дыры в бюджете. Это позволяет нам несколько прояснить загадочную аферу государства с продажей акций «Сбера» самому же себе. С точки зрения Счетной палаты дело было так: ЦБ продал минфину контрольный пакет банка за 2,14 трлн руб. Минфин расплатился ликвидностью с баланса ФНБ, который в рамках двойного учета является составной частью ЗВР ЦБ. В результате у Центробанка возникла прибыль, и по закону он перечислил прибыль Минфину, а тот внес из внезапно полученных 2,14 трлн 1,05 трлн руб. в бюджет. Остальные 1,09 триллиона якобы должны были поступить в бюджет в 2021-2023 годах.

Вам кажется, что мы нашли разгадку исчезновения более двух триллионов, которые перекочевали из ликвидных активов ФНБ в неликвидные? Конечно, нет! Мы нашли лишь объяснение для дурачков: мол, не извольте беспокоиться, деньги никто не стырил, они пошли в бюджет, просто не сразу. На самом деле ЦБ РФ не показал никакой прибыли в 2020 году. Итоговый убыток – 61,5 млрд руб.

Более того, помесячный график доходов\расходов бюджета не показывает внезапного триллионного вливания в казну. Известно, что сделка по продаже «Сбербанка» состоялась 10 апреля 2020 г. А вот отчетность об исполнении бюджета за II квартал года:

- апрель: доходы ~1,55 трлн ₽, расходы ~2,28 трлн ₽, дефицит − 0,73 трлн ₽;

- май: доходы~1,28 трлн ₽, расходы~2,10 трлн ₽, дефицит − 0,82 трлн ₽;

- июнь: доходы~1,43 трлн ₽, расходы ~2,30 трлн ₽, дефицит − 0,87 трлн ₽.

При желании вы можете сами загуглить статистику за все последующие месяцы – и не увидите никакой девиации доходов в триллионном размере. Объяснение может быть в том, что ЦБ перечисляет прибыль в бюджет не в момент ее получения и даже не в тот год, когда она возникла, а лишь на следующий год. То есть на самом деле бюджет должен был получить сверходоходы от продажи акций Сбербанка в 2021 г.

Но вот ведь удивительно – в итоговом отчете ЦБ за 2021 г. данные о его прибыли отсутствуют. При этом аудит Счетной палаты констатирует, что Центробанк традиционно получил убыток и прибыль в бюджет не перечислял. Отдельно указывается, что в бюджет перечислены 200 млрд прибыли, полученной от продажи акций «Сбера», то есть менее 10% от суммы сделки.

Наконец, становится понятно, почему сделка с пакетом акций «Сбербанка» выведена отдельной строкой. Дело в том, что ЦБ по закону перечисляет государству лишь 75% чистой прибыли, а четверть может тратить на свое усмотрение. Чтобы не дарить ЦБ полтриллиона рублей, сделку со «Сбером» провели по специальному Федеральному закону (№ 49‑ФЗ от 18 марта 2020), согласно которому все 100% полученных средств должны быть перечислены Минфину. В СМИ даже сообщается, что почти половину – 1,05 триллиона ЦБ должен перечислить до 1 июня 2020 г.

Однако никакого триллиона плюсом к доходной части бюджета ни в апеле, ни в мае, ни в июне мы не видим. Впрочем, как и во все последующие месяцы. Более того, в отчете Минфина указывается, что 1,066 трлн руб. (с учетом 15 миллиардов дивидендов) были учтены, как ненефтегазовые доходы бюджета еще в апреле 2020 г. И чем больше источников мы рассматриваем – тем больше вопросов возникает.

Более двух триллионов реальных денег через трубу под названием ФНБ утекло. Взамен ФНБ получил 50%+1 акция «Сбербанка». Деньги пробежали по кругу ФНБ-ЦБ-Минфин-ФНБ, превратившись из ликвидных активов в неликвидные. И теперь плебсу говорят: деньги поступили в бюджет и их проели. Если же кто-то начинает трясти отчетностью и возмущаться, что в бюджет никаких поступлений от сделки не зафиксировано, кремлевские эксперты делают рожу кирпичом и снисходительно соглашаются: мол, да, именно так, поскольку акт купли-продажи носил чисто технический характер, ведь государство продало госсобственность самому себе.

Остался лишь легкий запашок циничного наебалова и вопрос: КУДА ДЕЛИСЬ РЕАЛЬНЫЕ БАБКИ, выведенные из ФНБ?

Непротиворечивый ответ будет безжалостен во всей своей беспощадности: Фонд национального благосостояния – это просто иллюзия. Его не существует. ФНБ – не емкость, а дыра, через которую ликвидность утекает. Идиоты до сих пор пребывают в уверенности, что федеральный бюджет и ФНБ – это сообщающиеся сосуды, и когда казна опустеет, в нее, стоит только повернуть краник, перетекут питательные соки из ФНБ, который крепнет день ото дня.

Нет, не потекут. Нечему течь, все благополучно покрали, что мы видим на примере аферы с закольцованной сделкой по продаже контрольного пакета «Сбера». Кремль уже переходит на эмиссионную модель финансирования госрасходов. Как говорят в таких случая, включает печатный станок. Эмиссия вызовет рост реальной инфляции (уже вызвала – 14% в первые два месяца года!), обесценит вклады (приток средств на депозиты стал отрицательным – это предвестник краха) и текущие доходы населения, добьет бизнес (повышение налогов) и вообще любую производительную экономику. Все это лишь потому, что Пыньке нужно еще больше ракет, дронов и пушечного мяса.

Фсё для фронта, фсё для пабеды!

Диды ваивали!

Не время думать о личном, родина вапасносте!

Приказано затянуть пояса (недовольным – на шее)!

И да, не спрашивайте меня, куда делись золото-валютные резервы ЦБ, если не хотите услышать ответ. А вы ведь не хотите, правда? Лучше верьте, что они есть, и когда наступит совсем уж черный день, Минфин отопрет засовы на секретных хранилищах и достанет оттуда сундуки с золотыми слитками, чтобы спасти вас от голодной смерти. Верьте, бандерлохи, верьте…

Человек – уникальное существо. В отличие от всех остальных животных homo civilis (человек цивилизованный) гораздо больше зависит не от внешней среды обитания, а от своих внутренних ощущений. Ему гораздо важнее быть уверенным в том, что все хорошо, особенно в будущем, нежели объективно хорошо жить.

Нищий счастлив, если нашел на улице монету, гарантирующую ему сегодня сытый ужин. Миллиардер выходит в окно из своего пентхауса, потеряв половину своего состояния из-за биржевой паники, хотя оставшейся половины хватит на безбедную жизнь не только ему, но и пяти поколениям его потомков. Ну не может богач жить с осознанием того, что успешный успех ему изменил, и он теперь лох, за день прое… авший бабло, которое десятилетиями копили его отцы, деды и прадеды.

Homo naturalis (человек природный), человек традиционного общества – это буквально другой биологический вид. Для него важно понимать реальность, в которой он живет, потому что от этого понимания зависит его жизнь. Не будет крестьянин сажать помидоры, если чуйка предвещает заморозки. А вот беспечный горожанин берет путевки на курорт, даже не удосужившись посмотреть прогноз погоды. Как можно устоять, если туроператор предлагает скидку в 40%? Тропический циклон, который ожидается через полмесяца – это же для него абстракция. Это ЗА ПРЕДЕЛАМИ ЕГО РЕАЛЬНОСТИ.

Вот примерно такой же была реакция на мой предыдущий пост о приближающемся пиздеце экономики путинского рейха. Потому как телеграм-каналы читает исключительно homo civilis, старательно пестующий свой комфортный информационный пузырь. А тут какой-то гадкий нацпредатель Кунгуров норовит тыкнуть его булавкой. Да пошел он в жопу со своим кликушеством! У нас все хорошо, а будет еще лучше. Ну, подумаешь, не будет бешеного роста экономики, хрен с ним вместо 5% роста случится спад на 1%. Пусть даже пять лет будет такой спад – это значит, что в 2030-м мы будем жить так же заебись, как в 2025-м. Ну а…уенно же жили всем злобным пиндосам назло!

Примерно так рассуждает скрепный обыватель, закрывшийся в скорлупке своего маня-мирка. Но увы, линейная логика в этом случае не работает. Это все равно что рассуждать, сидя в самолете: подумаешь, заглохли три двигателя из четырех, будем лететь в четыре раза медленнее. Мы же не падаем, все по контролем, как сказал кэп. Стюардессы вон даже бесплатно шампанское предлагают в эконом-классе. Разве стали они разливать «Мадам Клико» нахаляву, если бы нам грозила катастрофа?

Ну так потому они и разливают дорогой напиток, что знают: внизу – Тихий океан, до ближайшего аэродрома не дотянуть, как бы плавно самолет не снижался, при соприкосновении с водой он разлетится на мелкие куски. То же самое и с экономикой рейха: не важно, насколько сильно она подпрыгнула вверх, и как долго она еще будет лететь вперед по инерции. Действительно важно то, что под ней – пропасть.

Что только не придумают идиоты, чтобы успокоить себя. Сейчас у них вообще эйфория творится по поводу войны на Ближнем Востоке: мол, цены на нефть вырастут, хлынет в Рассиюшку такой поток нефтедолларов, что мы будем сыр в масле катать. Бредят они, конечно, очень логично, вот только реальность показывает совсем другое: как только цены на нефть поползли ввысь, рубль почему-то полетел вниз.

Должно же быть, вроде, наоборот? Конечно, и всегда было наоборот: чем больше выручки получают экспортеры – тем выше спрос на рубли, тем выше курс национальной валюты. Эй, ребята-застабилы, поцреоты-охранители и прочие оптимисты, можете объяснить, почему сейчас все не так?

Конечно, нет, поэтому опять придется мне это делать. Представьте себя на месте жены запойного алкоголика (кому-то даже представлять не нужно). Вы зарабатываете 75 тысяч деревянных, а дорогой супруг пропивает 30 тыщ. Сам он, естественно, не работает. Живется вам тяжело, но пока терпимо, на еду и коммуналку хватает. Однако вскоре он начинает пропивать 50 тысяч, и теперь уже концы с концами не сходятся. Приходится залезать в кредиты просто чтоб не помереть с голоду. А чтобы платить проценты по кредитам, вы вынуждены брать микрозаймы. В итоге на еду и коммуналку хватает, но долговая нагрузка растет, как снежный ком. И вдруг бац – подарок небес, начальник предлагает повышение, ваша зарплата вырастает сразу вдвое - до 150 тысяч.

Ну и как это вам поможет? В день получки у дверей вашей квартиры уже стоят небритые ребята с бейсбольными битами – это коллекторы пришли выбивать долги. Отдаете им половину зарплаты, ведь жизнь дороже. В любом случае вырваться из долговой петли – уже счастье. Дома вас встречает муженек, разумеется, ужратый вхлам, да еще и с такими же дружками-синеботами, которым нужно срочно догнаться. Он требует 100 косарей на банкет по поводу вашего экономического успеха. Аргументы о том, что осталось только 75К, и надо еще на что-то жить, приводят его в ярость и он с истошным воплем «Куда деньги спустила, сука?», е…ашит вас табуреткой.

Приходите в себя вы в больнице без денег, но в гипсе. Выписывают вас месяца через два. Работы у вас нет теперь никакой, зато долги за лечение в полмиллиона. Приходите домой – а ключ не подходит. Оставшись без денег на бухло, муженек пропил хату, попав в оборот к черным риэлторам. Приходится идти жить к маме в халупку, а там вас поджидает мучимый белой горячкой благоверный и требует немедленно живительной влаги. Мол, хоть на панель иди, а чтоб через полчаса был пузырь беленькой, или тебе с мамой придет окончательный пи…дец. Стонущая в подполе мама как бы намекает, что урод говорит серьезно. Ну и как, сильно вам помогло повышение зарплаты вдвое?

Россия сейчас находится ровно в такой же ситуации: она 26 лет замужем за вкрай о…уевшим абьюзером и находится от него в паталогической зависимости. Ну с той разницей, что спускает бабло он не на водку, а на войну, что существенно хуже. Алкаш хотя бы теоретически может осознать весь ужас своей деградации и завязать с бухлом. А вот выйти из войны, даже осознав свою ошибку, очень тяжело, а часто уже и невозможно. Мог ли Гитлер после Сталинграда все осознать и замириться со всеми своими врагами? Нет, все зашло так далеко, что оставалось лишь уповать на чудо.

Как могла в нашем гипотетическом примере правильно поступить бедная женщина? Разумный выход только один – гнать мженька-забулдыгу поганой метлой. Все иные «разумные» решения приведут ее в ту же пропасть. Либо раньше, либо позже, но когда-нибудь супруг-алкаш ее по белой горячке расчленит топором вне зависимости от того, сколько денег она будет приносить ему. Да хоть миллион долларов в лотерею выиграет: нет такой суммы, которую хронический алконавт не сможет пустить по ветру. Тут даже обратная зависимость есть: чем меньше препятствий для пьянства – тем быстрее происходит распад личности и наступает кровавая развязка.

Так что нет, рост нефтегазовых доходов вообще никак не поможет удержаться российской экономике на краю пропасти. Еще раз для идиотов: в условиях системного кризиса линейная логика ломается напрочь, и то, что в нормальной ситуации является благом, сейчас будет работать только во вред. Влияние роста нефтяных котировок на курс рубля, точнее, отсутствие такового – явное тому подтверждение.

Еще немного о нелинейной логике. Если самолет поднимается в небо со скоростью пять метров в секунду – это вовсе не значит, что после отрыва крыла он будет опускаться с той же скоростью. В данном случае актуальным будет вспомнить об ускорении свободного падения. Точно так же и с экономическим кризисом: годами экономика могла надрываться, выдавая рост в 1-2% роста, а потом херак – и одномоментно рушится на 50%.

И если она обрушится вдвое – это не значит, что ваша зарплата упадет лишь наполовину. Вы можете вообще остаться без работы. Нет работы – значит нет жилья (если вы его арендуете) и нет еды. Долго ли вы протянете без крыши над головой и без хавчика?

Но допустим лично у вас дела пошли в гору, ведь кризис, как учат коучи – это время возможностей. Ваши доходы вырастут десятикратно, но… Но стая голодных бомжей вытащит вас за шкварник из лимузина, зарежет и съест. У успешного успеха тоже может быть нелинейная логика. Ах да, вы же можете позволить себе личную охрану. Вот только не придумано еще охраны от охраны. Ваши же бодигуарды засунут вам паяльник в сраку, выбьют пароли от биткойн-кошельков, после чего прикопают на заднем дворе рублевского особняка. Еще большой вопрос, кто более опасен – одичавшие бомжи или те, кто вас от них охраняет. Кризис – это время больших возможностей для всякого рода разбойников.

Ладно, понимаю, отвлеченными образы вас не пронять. Давайте на конкретных цифрах поясню, что такое прогрессия. В прошлом году запланированный дефицит федерального бюджета был на уровне 1,17 трлн руб. Однако по факту он вырос до 5,7 триллионов, то есть в пять раз. В этом году запланирован дефицит в 3,8 триллионов. Рост в три с лишним раза, и это только план, который вовсе не план, а лишь декларация благих ожиданий.

В реальности уже за январь-февраль кассовый разрыв (разница между доходами и расходами федерального бюджета) уже достиг 3,4 триллиона. Идиоты и в этом не видят проблемы, да еще мой же аргумент мне возвращают: мол, сам же писал, что на банковских депозитах скрепыши хранят под 70 триллионов и еще более 60 триллионов лежит на депозитах юрлиц. Получается огромное финансовое море, из которого можно годами черпать через систему ОФЗ, закрывая дыры в бюджете.

А если я скажу, что 130 триллионов ликвидности в банковской системе нет, то что? Совершенно необучаемые постсоветские буратыны до сих пор уверены, что если оно положили на счет в банке СВОИ деньги, то юридически продолжают оставаться их владельцем. А вот нефига не так, дорогие бывшие соотечественники! Если вы залили на банковский депозит миллион под 15% годовых, то это уже не ваш миллион, а финансовые обязательства банка на 1,15 млн руб.

Юридически вы купили обещание выплатить вам оговоренную сумму в будущем. Это инвестиция. Но ведь инвестор, то есть лично вы, может и прогореть. И никто прогоревшему инвестору ничего не должен. Вам напомнить, что стало со сгоревшими вкладами советских граждан? Формально «Сбер» обещает компенсировать потери, вот только этот счастливый момент постоянно откладывается. Обязательства есть, а денег – нет. И добавлю от себя, что их никогда не будет.

Могу объяснить, почему не будет. Потому что у банка реальных денег нет, их 40 лет назад потратило на свои нужды государство, заняв у государственного же «Сбербанка». Государство обосралось и деньги банку не вернуло. Тот, соответственно кинул вкладчиков, лишь подтвердив наличие у него обязательств. Когда (и если) государство вернет ему потраченное 40 лет назад, он честно исполнит свои обязательства. Пока что претензии предъявлять некому.

Если государство кинуло советских вкладчиков, то почему вы решили, что с вами будет иначе? Означенные 130 триллионов – это уже не ваши деньги, и даже не обязательства банка перед вами, это теперь обязательства кредиторов перед банками. Главный кредитор – государство, эти деньги уже благополучно просрало на войну, олимпиаду, дворцы Путину и т.д. Речь не только о тех 30+ триллионов, что являются текущим долгом по ОФЗ и 3,5 трлн руб. долгов российских регионов. Есть еще корпоративный долг в размере более 120 трлн руб.

Да, не все долги из это 120-триллионной массы плохие. Есть много частных компаний, которые взяли кредиты на развитие бизнеса, успешно работают, получают прибыль, дают работу людям, платят налоги и выполняют свои обязательства перед банками. Но как минимум половина приходится на долги госкорпораций и квазигосударственных компаний, то есть формально частных, но обслуживающих государство. И вы, надеюсь, догадываетесь, что речь идет о балансирующих на грани убыточности гигантах вроде РЖД или «Газпрома», а также военных предприятиях.

Что касается последних, то их долги очень токсичны. По сути, это долги бюджета, только закамуфлированные. Государству нужна бронетехника. Но «Курганмашзавод» не в состоянии выпустить требуемые 350 БМП-3 в год, потому что его мощности слабые. Тогда государство приказывает банкам выдать заводу кредит, скажем, в пять миллиардов, чтобы тот смог расширить производство. Вскоре предприятию требуется еще столько же, чтобы построить новые цеха для ремонта ранее выпущенной бронетехники, которая повреждена в ходе боевых действий.

Банки вынуждены давать кредиты заводу, поскольку банки государственные, они не могу ослушаться. Они не просто дают «Курганмашзаводу» кредит, они дают льготный кредит под 5% годовых. Для банка это убыточно, поскольку средства населения он привлекает под 15% годовых, но речь не о бизнесе, а о финансировании войны. Фактически государство заставляет банки финансировать военные расходы, потому что в бюджете нет на это денег. Формально долг «Курганмашзавода» не является госдолгом, но фактически те минимум 25 млрд, что предприятие должно сегодня банкам – это государственные обязательства. Завод не ведет коммерческой деятельности, он полностью зависит от гособоронзаказа.

И, разумеется, завод не в состоянии выплатить долги. Эти долги государство приказывает банкам периодически реструктуризировать. Не будем вдаваться в детали, смысл этой реструктуризации сводится к одному: невыполненные обязательства заемщика заменяются другими обязательствами, например, гарантиями государства или акциями предприятия. Вообще-то в таких случаях заемщик заявляет о банкротстве. Но этого делать нельзя, потому что тогда банкротство должен объявить и банк, ведь если его кредитор отказывается от многомиллиардных обязательств, то и банк не сможет выполнить обязательства перед вкладчиками.

Еще раз для тех, до кого туго доходит: в банках нет физически тех денег, что вы ему отдали, у него есть баланс между пассивами и активами. Пассив – это его обязательства перед вкладчиками, скажем 50 млрд руб. Актив – объем выданных кредитов, по которым банк получает текущие платежи, например 60 млрд руб. Баланс положительный, банк работает с прибылью и выполняет свои обязательства перед вкладчиками.

Но если «Курганмашзавод» который должен банку 25 млрд (в реальности он должен разным банкам, но мы упрощаем схему для лучшего понимания) заявляет о банкротстве, то активы банка сокращаются до 35 миллиардов, а пассивы остаются на прежнем уровне – 50 миллиардов. Возникает дыра в 15 миллиардов. Банк никак не сможет закрыть эту дыру, даже если распродаст всю свою ликвидность – офис в центре города, машины, кассовые аппараты, компьютеры. Это в лучшем случае даст миллиард. Банк тоже лопается.

Чтобы этого не произошло, «Курганмашзавод» передает банку свои акции на 25 млрд руб. Тогда формально акции зачисляются в актив банка, и он вроде как не банкрот. Но акции несостоятельно предприятия не генерируют дохода. Продать их банк не сможет даже с дисконтом – никому не нужны акции проблемного завода. В результате у него в любом случае не хватает денег для выполнения своих текущих обязательств перед вкладчиками.

На помощь приходит государство и предлагает банку взять заем у ЦБ под залог акций завода. Это не сделает банк богаче, наоборот, вырастут его пассивы, ведь он должен будет еще и Центробанку. Но зато какое-то время он сможет продержаться на плаву – год, два, может пять, если повезет. Банк же государственный, государство его в любом случае спасет. Например, выкупит акции «Курганмашзавода» за 30 млрд руб, для чего выпустит облигации ОФЗ на эту сумму.

То, что я описал, называется зомби-экономикой, когда фактически убыточные предприятия продолжают работать благодаря наращиванию своей долговой нагрузки и постоянной реструктуризации долгов. Для тех, кто не в теме: реструктуризация не снижает долговую нагрузку, а УВЕЛИЧИВАЕТ ее, но сдвигает выполнение обязательств все дальше и дальше в будущее.

Вопрос: зачем поддерживать на плаву зомби-экономику, которая непродуктивна, которая затягивает в болото долгов и в конечном итоге все равно приводит к краху? Есть ли альтернатива реструктуризации безнадежных (токсичных) долгов? Конечно, есть, это оздоровление предприятия. Завод должен объявить себя банкротом. Государство назначает временного управляющего, который решает текущие вопросы, например, с выплатой долгов по зарплатам путем распродажи складских остатков и ищет нового собственника, который готов инвестировать в производство и сделать завод рентабельным.

Иногда государство передает новому собственнику завод бесплатно и даже доплачивает, потому что лучше приплатить инвестору миллиард, или даже 10 миллиардов, чем решать проблемы с 12 тысячами безработных сотрудников «Курганмаша». В конце концов государство получит эти 10 миллиардов обратно в виде налогов от успешно работающего производства.

Так почему же государство не оздоровит «Курганмашзавод» через банкротство? Зачем оно сознательно превращает его в зомби-предприятие, попутно делая зомби из финансирующего его банка? Потому что, частный инвестор не будет выпускать БМП-3, а произведет конверсию, то есть перепрофилирует предприятие на выпуск коммерческого продукта, например грузовых вездеходов для нефтяников или бульдозеров для строителей.

Но идет война и государству нужны именно БМП-3 во все возрастающих объемах. Поэтому государство будет превращать все предприятия, участвующие в производственной цепочке, в зомби-предприятия, а все банки, кредитующие процесс военного производства, вскоре тоже станут зомби-банками. Чем быстрее падает мирная экономика, тем стремительнее идет процесс зомбификации страны.

Но как не жонглируй с реструктуризацией долгов, деньги конечны. В тот самый момент, когда объем текущих обязательств по токсичным долгам превысит объем доступной ликвидности, крах зомбо-экономики неизбежен. В предыдущем посте я описал два возможных сценария краха экономики РФ – дефолтный и гиперинфляционный. Избежать катастрофы нельзя, возможно лишь отодвинуть ее в будущее ценой увеличения ее масштаба.

Что для этого нужно? Единственный способ отсрочить катастрофу – продолжать войну. Ведь только во время войны «Курганмашзавод» формально является рентабельным предприятием. В момент окончания войны государство сворачивает гособоронзаказ в 2-3 раза, что сразу делает предприятие убыточным. Но его долги к тому времени будут уже не 25 миллиардов, а, скажем, вдвое больше. Его банкротство станет абсолютно неизбежным.

Далее по цепочке обанкротятся все его контрагенты и, что еще более опасно – банк, выдавший ему кредиты по приказу государства. И ведь не один такой банк в стране. Все банки вынуждены кредитовать военный сектор по льготному тарифу 5%. Все банки обанкротятся. Все вкладчики останутся без денег. А тот, у кого нет вклада, останется без работы. Предприниматели разорятся, потому что платежеспособность населения обрушится. Рубль обесценится. Бюджет схлопнется, словно мыльный пузырь, бюджетники будут по полгода работать без зарплат, как в «лихие» 90-е. Историки явно поторопились, дав такое название десятилетию.

Собственно, я что пытаюсь сказать: 130 триллионов рублей в банковском резервуаре РФ – это не объем ликвидности, которую Кремль может привлечь для финансирования войны и латания дыры в бюджете. Это – объем обязательств банков, который большей частью превратился в объем обязательств государства перед банками. Реально банковский сектор располагает только той ликвидностью, которую он получает в текущий момент от населения и юрлиц в виде депозитных вкладов и хороших долгов, то есть от кредитов, выданным коммерческим предприятиям, работающим в сфере производительной экономики. Токсичные долги оборонным предприятиям в массе своей плохие, то есть приносят не доход, а лишь необходимость их бесконечно рестуктуризировать, выдавая новые кредиты для погашения ранее взятых.

В 2025 году физлица закопали на банковском Поле чудес депозитов на 10 трлн руб., благо, было, что нести – экономика ж росла! Юрлица не смогли существенно нарастить объем сбережений, приток был чуть выше нуля. Совокупно все российские банки заработали примерно 3,5 трлн руб. – такова удойность всех их активов. Причем, как ни парадоксально, в мирное время банки зарабатывали меньше. Рекорд за все время - 4 триллиона чистой прибыли в 2024 г., когда экономика уже милитаризовалась и эффект военного допинга достиг пика.

Вот мы и получили ту сумму реальных денег, то есть ликвидности, которую Кремль может привлечь за год для ведения войны. Нет никаких 130 триллионов, сумма ровно в 10 раз меньше! Львиная часть этого притока ликвидности была сожжена в топке войны. 8,3 триллиона – это дефицит совокупного бюджета. И еще порядка 6 трлн руб. получил в виде банковских кредитов госсектор. Какова доля военных предприятий – неизвестно, но по самым минимальным оценкам 20% финансирования связано с выполнением гособоронзаказа.

То есть из всего объема свободной ликвидности в 13,5 трлн руб. на войну и затыкание дыр в бюджете (а они как раз и вызваны войной) потратили 9,5 триллиона. Пока, вроде, зазор между возможностями и текущими потребностями в деньгах есть, но все дело в динамике. В этом году дефицит бюджета вырастет хорошо, если всего лишь вдвое. А что с депозитами населения, которое и выступает в роли единственного кредитора войны?

Вот тут все очень плохо. За январь объем депозитов снизился почти на триллион. Ладно, это сезонное явление, в декабре люди много тратят денег, а в январе мало работают. Но и в феврале роста депозитной массы не наблюдалось, она осталась на прежнем уровне. Вызвано это снижением ключевой ставки и, соответственно, падением доходности банковских депозитов. Все это говорит о том, что 2026 г. станет переломным.

Государство или не сможет занять нужную ему сумму, или сможет, высосав все возможные средства из всех щелей, обескровив до предела производительный сектор экономики, который и так уже задавлен налогами и страдает от снижения спроса. Поэтому выбор между дефолтом и гиперинфляцией из разряда абстрактных рассуждений перейдет в сферу реальной стратегии. (Продолжение следует).

Начало здесь. Текущий 2026-й год точно не приведет к катастрофе. Именно потому, что война не кончится и правительство продолжит накачивать экономику метамфетамином, то есть денежной массой. Но это уже не будет иметь эйфорического эффекта, только анестизирующий. Накачка деньгами будет производиться не с целью добиться роста экономики, а лишь затем, чтобы поддержать стагнацию, то есть не дать ей резко упасть. И, как в случае с наркотиками, увеличение дозы увеличит и муки ломки. Но потом.

Давайте разберем еще одно глупейшее заблуждение: будто бы простых людей война не касается, Путин продает на внешних рынках нефть и сжигает в войне нефтедоллары, а вовсе не сбережения простого работяги.

Ха-ха-ха, чего только не придумают идиоты, чтобы успокоить себя! Войны ведутся в фоновом или мобилизационном режиме. В первом случае государство тратит на войну средства, предусмотренные военным бюджетом, мобилизация промышленности не происходит, боевые действия ведутся силами кадровой армии. Например, войну в Афганистане СССР вел в фоновом режиме. Если война требует расширения усилий общества, то есть увеличения военных расходов, наращивания численности армии, увеличения текущего уровня производства оружия и боеприпасов – значит государство не может вести войну без привлечения дополнительных ресурсов. Процесс изъятия финансовых, материальных, человеческих ресурсов из производительной экономики и потребления в военную сферу называется мобилизацией.

Война в Украине ведется Кремлем в мобилизационном режиме. Например, ежемесячно армии требуется привлечение человеческого ресурса в размере 35-37 тысяч рекрутов. Высокий уровень потерь не позволяет воевать силами кадрового состава вооруженных сил. Но нас сейчас интересует чисто финансовая составляющая. Дефицит федерального бюджета в 2025 г. составил 5,6 трлн руб. Дефицит консолидированного бюджета и фондов – 8,3 трлн руб. Мы учитываем консолидированный бюджет, потому что бюджеты регионов тоже участвуют в финансировании войны, например щедрая единовременная выплата контрактникам выплачивается именно из региональных средств.

Стоимость СВО (не весь военный бюджет, а именно расходы на ведение войны) составили по данным самого Минобороны 11 триллионов. Это дает нам возможность подсчитать, что по карману России фоновая война стоимостью 2,7 трлн руб. На самом деле еще меньше, поскольку мы оцениваем финансовый баланс уже частично мобилизованной экономики, но не будем углубляться в детали.

8,3 трлн руб. – это годовой объем средств, что не хватает Кремлю в текущий момент для ведения войны. И это тот объем ресурсов, что он вынужден занимать. Внешний рынок заимствований для него закрыт. Остаются только внутренние резервы. Правительство изымает эти недостающие средства с помощью ОФЗ – облигаций федерального займа. Занимает оно под чудовищно высокий процент – 14-15% годовых. Для сравнения: Германия финансирует бюджетный дефицит за счет займов по ставке 2,7%, средняя ставка по госдолгу США – 3,3%.

Долги правительства покупают банкиры. И отнюдь не на свои кровные. В банковской системе РФ сконцентрированы 67 трлн руб. депозитов частных лиц и 63 триллиона лежит на счетах организаций. Вот эти деньги и перекачиваются в военную экономику, будучи изъятыми из сферы потребления и развития (инвестиции). Слово «изъяты» вполне уместно. С одной стороны, граждане добровольно накапливают средства на банковских счетах. Но с другой – это именно государство вынуждает их так поступать, проводя соответствующую монетарную политику. Центробанк в 2025 г. задрал ключевую ставку до небес – 20%. Поэтому банки подняли ставки по депозитам до 15% и привлекли средства граждан, так как брать взаймы у государства стало невыгодно.

Население же вынуждено отказаться от потребления, например, от покупки машин, потому что возник дефицит из-за ухода западных брендов. Китайские авто – часто откровенное говно, которое невозможно завести уже при -20 градусах. Потребитель ждет окончания войны, снятия санкций и возвращения на рынок качественных авто. Но вместо этого получает утильсбор, который увеличивает стоимость автомобилей в среднем ценовом диапазоне на 20-50%. Поэтому люди решают отложить покупку до лучших времен, рассчитывая, что деньги сохранятся на депозитах, поскольку 15% годовых с лихвой покроют инфляцию в 6%.

Та же ситуация в сфере недвижимости или на рынке электронных гаджетов. Потребление падает не из-за дефицита, но по причине дороговизны вследствие действий государства: свертывание льготной ипотеки, введение акциза (технологический сбор на электронику вступает в силу с сентября), повышение НДС. Итогом является отложенный спрос и спад в частном секторе. Зачем бизнесу крутиться ради жалких 10% прибыли в условиях сжимающегося спроса, если можно просто закрыть предприятие и получать 15% прибыли с оборотных средств на депозите? За 2025 г. население нарастило свои банковские вклады почти на 9%.

В итоге мы имеем 140 трлн рублей, выведенных из контура производительной экономики. В текущем режиме Кремль сможет сжечь этот ресурс за 16 лет. Значит ли это, что еще полтора десятилетия Россия сможет финансировать свою войну?

Конечно, нет! Во-первых, часть этих средств уже сгорела в топке войны. Во-вторых, за истекший год бюджетный дефицит вырос более чем в 2,5 раза, то есть он нарастает ЛАВИНООБРАЗНО. Если данная прогрессия сохранится, то крах наступит через три года. Но тут надо учитывать еще и то, что столь же лавинообразно нарастает стоимость обслуживания долгов. То есть сначала правительство занимает рубль и тратит рубль на войну, а потом занимает рубль и 30 копеек отдает в качестве процентов по старым долгам. Потом 50 копеек, потом 70. Наконец возникает ситуация, когда текущие расходы по обслуживанию долга составят рубль, а занять удается 99 копеек. В этот момент неизбежен дефолт.

Тем, кому сейчас за 50, хорошо помнят дефолт 1998 года. Тогда кризис был очень острым, но стремительным – буквально за несколько месяцев его последствия были преодолены. Этому способствовало оживление простаивающей советской промышленности благодаря девальвации рубля, стабилизационные кредиты МВФ и, самое главное, стремительный рост нефтяных цен.

Сейчас идет война, простаивающих промышленных мощностей нет, доступа к зарубежным кредитам нет, и даже нефтяные цены вряд ли станут драйвером финансовой стабилизации, учитывая те темпы, с которыми РФ теряет рынки углеводородов. Так что, дорогие бывшие сограждане, могу вас поздравить: вас ожидает пиздец, гораздо больший по масштабам, нежели в лихие 90-е.

Каков маркер приближения этого пиздеца? Тут все довольно прозрачно. Дефолт 1998 года произошел вследствие краха финансовой пирамиды ГКО – государственных краткосрочных обязательств. Облигации ОФЗ – это точно такая же финансовая пирамида, построенная на плохих долгах. Чем хорошие долги отличаются от плохих? Если правительство в условиях экономического спада занимает деньги на 10 лет под 3% годовых, чтобы поддержать национальное хозяйство, и добивается роста экономики, то она получает рост доходов от налогов, существенно превышающий обязательства по долгам. Хороший долг непросто долг, это – эффективная инвестиция.

Но российское правительство во второй половине 90-х вынуждено было занимать просто для того, чтобы выполнить обязательства перед бюджетниками, поскольку мировые цены на нефть тогда упали до $9 за бочку и доходы государства обвалились. Это превратило государственный долг из инвестиционного инструмента в финансовую пирамиду. Сначала правительство занимало, чтобы закрыть дыру в бюджете, а потом занимало на все более кабальных условиях, чтобы выполнить текущие обязательства по ранее взятым обязательствам.

В чем выражались кабальные условия? По мере приближения дефолта правительство вынуждено было продавать облигации ГКО все с большим и большим дисконтом. Бумагу номиналом 1000 рублей и обещанной доходностью в 30% годовых удавалось продавать лишь за 500 рублей. То есть доходность для инвестора повышалась до 80% годовых. Но вскоре и такой гешефт перестал удовлетворять банки. Перед самым крахом доходность ГКО выросла до 140% годовых, облигации продавались с дисконтом в 70%!

ОФЗ – это финансовая пирамида, построенная на однозначно плохих долгах. Деньги не вкладываются в экономику или инфраструктуру, а сжигаются в топке военных расходов. Напомню сказанное выше: военные расходы принципиально не приводят к долгосрочному экономическому росту. С точки зрения классического марксизма военная промышленность даже не создает добавленной стоимости, а является формой перераспределения добавочного продукта, созданного обществом в производительном секторе экономики. По сути, это так и есть.

Если мое предположение верно, то по мере приближения к краху доходность облигаций ОФЗ должна возрастать. Причем возрастают как выплаты по купонам, так и дисконт по самим бумагам. Что же мы видим: за время войны доходность по купонам (годовые выплаты) выросла с 8 до 17% (пиковые скачки доходили до 21%). При этом дисконт на покупку ценных бумаг вырос с 2022 г. с 0% до 45% на отдельные длинные (10-летние) выпуски. Учитывая разнообразные условия выпуска ОФЗ, средний показатель дисконта находится на уровне 15-20%. Вам нужны еще какие-то доказательства, что финансовая пирамида ОФЗ стремительно идет к своему концу?

Итого мы имеем три фактора, свидетельствующие о приближении финансового краха:

1. Лавинообразное нарастание дефицита бюджета (война становится все более затратной).

2. Столь же лавинообразный рост долговой нагрузки – с 1,37 трлн руб. в 2022 г. до более чем 3 триллионов в 2025-м. Это не рост долга, это стоимость его обслуживания. Сам госдолг вырос с 18 трлн руб. до 32 триллионов. Когда стоимость обслуживания долга растет быстрее объема самого долга – это верный признак финансовой пирамиды.

3. Нарастающие сложности с заимствованием. По мере схлапывания финансового пузыря находить дураков, готовых рискнуть своими деньгами, становится все сложнее, заемщик вынужден предлагать все более жирную доходность, что мы и видим.

Поскольку описанные процессы развиваются нелинейно и во взаимодействии друг с другом, спрогнозировать точку надлома невозможно. Но любая финансовая пирамида рушится – это аксиома.

На самом деле факторов, определяющих неизбежный финансовый крах России, значительно больше: мировые нефтяные котировки могут как ускорить падение РФ в бездну (в случае снижения), так и замедлить, если станут расти. Война может перейти в более активную фазу, поглощающую все больше ресурсов, а может затухнуть до состояния конфликта малой интенсивности. Правительство может проводить монетарную политику, стимулирующую ускоренную атрофию производительного сектора экономики (высокая ставка ЦБ, рост налогов, ускорение инфляции), а может приложить усилия, чтобы стимулировать потребление.

Так же на устойчивость России повлияют глобальные процессы. Например, мировой экономический кризис, если он случится, ударит по ней гораздо больнее, чем по другим странам, не обремененным войной. Снятие многих санкций (возвращение SWIFT, разрешение операций в долларах и евро, разбан счетов россиян в Европе) может спровоцировать существенный отток денег из РФ, что обострит кризис.

Одно могу сказать точно: все свидетельствует о том, что банкротство путинского режима неизбежно. И столь же гарантированно в банках сгорят ваши вклады. Гадать можно лишь о том, произойдет это в рамках дефолта или гиперинфляции, вызванной эмиссионным шоком.

Оптимисты скажут: мол, это может быть, но только в случае бесконечного затягивания войны. Если же Россия быстро победит Украину, которая находится на последнем издыхании, все будет норм. Во-первых, я в упор не вижу признаков последнего издыхания Украины. Как раз наоборот, сейчас выдохлась российская армия, а ВСУ наращивают усилия по террору российских городов и энергетики. Во-вторых, как раз прекращение войны и остановка маховика военной индустрии вызовут резкий обвал экономики.

Военные расходы – это наркотик. Резкое прекращение его приема приведет к жесткому абстинентному синдрому. Поэтому Кремлю придется либо начинать новую войну, например, в Прибалтике, либо продолжать военное производство в условиях мирного времени. Быдлу объяснят, что надо готовиться к войне с НАТО, например. Но в этом случае последствия для экономики будут ровно такими же, как и при продолжении войны.

Может ли путинский режим эффективно провести конверсию, то есть перевод национальной экономики на мирные рельсы? Давайте вспомним, что произошло в 80-е годы с Советским Союзом. СССР не воевал с 1945 г., но экономика оставалась безумно милитаризованной, военные расходы составляли примерно 12-17%. Это привело к длительной стагнации и большим проблемам в потребительском секторе.

Многие считают, что проблема дефицита потребительских товаров была вызвана неэффективностью плановой экономики. Это совершенно не так. Та же самая плановая экономика вполне успешно производила массу танков, боевых самолетов, атомных субмарин, спутники, и системы ПВО. Нет, фундаментальная проблема заключалась именно в том, что Советский Союз находился в состоянии войны, пусть и холодной. Ведение войны в форме гонки вооружений и участия в периферийных конфликтах финансировалось за счет сжатия фондов потребления и развития.

Итог – не только развал экономики при попытке ее перестроить, но и политический крах страны. В Кремле точно не рискнут повторить этот опыт, почему – я описал здесь. Поэтому описанный мною сценарий единственно возможный, причем он может быть реализован в гораздо более жесткой форме, если кризис экономический наложится на социально-политический.

Избежать обвала не получится. Но если вы будете трезво оценивать перспективы Скрепостана и готовиться к «жесткой посадке» хотя бы морально, ваши шансы на выживание возрастут. (Продолжение)

Ну а мои шансы на выживание тем выше, чем больше читателей скажут мне спасибо в материальной форме, кинув пару купюр в любой валюте в мою протянутую мультивалютную кепку. Тем более, повод есть – 49 лет со дня рождения. Лайк и репост тоже засчитываются.

Bitcoin: 15S79iLiz29RSFewJQrhL146mQMJmDc7x5
USDT (TRC20): TURYv5gYCBNavLXSkp64bAKLrhWMERV25N
USDT (BEP20): 0xe54969be8ea6209805c8bca43b9793a646f0a74d
Юmoney: 4100117524435935
PayPal: baishihina@gmail.com
Тинькофф: 2200 7008 1992 3540 (Асия Равилевна Б.) или тел. +7 919 945 43 03
Озон-банк: 2204 3201 3630 5499
ПриватБанк (Украина): 4149439004306100
TBC-банк (Грузия): номер карты 4315 7140 0994 6870, номер счета GE23TB7072545164400001 ASIIA BAISHIKHINA (реквизиты для перевода c карты на карту или по SWIFT здесь).
Можете просто пополнить баланс на указанном телефоне на любую сумму.

Начало здесь. РФ не только вынуждена тратить на войну в Украине 30% госбюджета и порядка 10% ВВП, но санкции еще и основательно подрубили основу ее экономики, имеющей рентный характер – доходы от экспорта сырья. Как же в таких жестких клещах она умудряется расти и даже увеличивать благосостояние масс? Давайте разберемся.

Почему россияне богатеют во время войны? Я не зря подробно осветил роль государства в современной экономике и охарактеризовал его, как ведущего экономического агента. Дело в том, что в распоряжении государства есть инструмент, которого нет ни у кого – возможность осуществлять монетарную политику. Это действия государства (обычно через центральный банк), направленные на управление количеством денег и стоимостью кредитов в экономике. Цель монетарной политики в нормальных условиях – поддерживать стабильность цен, экономический рост и низкую инфляцию.

Как осуществляется управление количеством денег? Если не углубляться в детали, то есть два основных инструмента – эмиссия («печатание» денег) и утилизация (уничтожение избыточной денежной массы). Именно государство способно получать доход из воздуха, печатая деньги. Это, кстати, объясняет, почему все центробанки враждебно относятся к криптоиндустрии – она разрушает монополию государства на эмиссию денег.

В нормальных условиях государство печатает, то есть эмитирует деньги, вводит их в оборот, удовлетворяя потребности экономики. Растущая экономика требует большего количества денег. А государственные расходы финансируются за счет налогов, которых собирается тем больше, чем быстрее растет экономика, увеличивая тем самым налогооблагаемую базу.

В условиях экономического спада государство, которое и так потеряло доходы из-за спада экономической активности, вынуждено еще и в прямом смысле слова уничтожать собранные налоги, уменьшая денежную массу, чтобы не усугублять экономический спад галопирующей инфляцией. За счет чего финансируются госрасходы? За счет заимствований. Государство берет в долг в плохие времена, чтобы заплатить зарплаты бюджетникам и даже для того, чтобы поддержать крупный бизнес. А отдает долги оно в хорошие времена, когда экономика вновь растет и доходы государства увеличиваются.

Эмиссия – это инструмент на самый крайний случай. Война таковым как раз и является. Государство печатает столько денег, сколько ему надо, чтобы купить танки и снаряды. Да, вброс в экономику больших масс денег вызывает взрыв инфляции. Но государство все равно получит танки и снаряды. Избыточная денежная масса ломает экономику благосостояния, как паводковые воды оплывшую земляную дамбу. Но это будет потом, и это воспринимается государством, как цена за свое выживание. Если же есть возможность взять в долг, это всегда предпочтительнее эмиссии даже во время войны.

Когда в экономику вбрасывается большое количество заемных денег – экономика оживает. Ведь происходит стимулирование спроса. Однако спрос на военную продукцию очень специфический. Да, в первое время все шестеренки промышленности начинают бешено крутиться – заводы, и не только военные, фигачат в три смены без выходных, даже если раньше работали на четырехдневке. Оживляется металлургия, транспорт, химическая промышленность, энергетика, даже текстильный комбинат получает щедрый госзаказ на пошив военной формы.

В итоге растет спрос на рабочую силу, зарплаты в промышленности вырастают. И не только там. Работяги танкостроительного завода, став вдвое богаче, покупают квартиры, машины и ходят в рестораны. Значит импульс развития получают строительная отрасль, автомобилестроение и сфера услуг. Именно это и происходило в РФ в 2022-2025 гг.

Конкретно для России был еще один значимый фактор, обеспечивший рост экономики – санкции. Как ни парадоксально, но финансовые санкции привели к тому, что в Россию хлынул большой поток денег. Ведь раньше значительная часть сырьевых доходов оставалась за границей, где все крупные корпорации создавали центры аккумуляции прибыли. Например, у Газпрома главная кубышка базировалась в Люксембурге. Национальное достояние, ага. Во-первых, так легче воровать. Во-вторых, в западных юрисдикциях раньше было то, что принципиально отсутствует в России – правовые гарантии собственности.

В любом случае, даже если нефтедоллары первоначально и приходили в Россию, наблюдался существенный отток капитала из страны. Рекорд был поставлен в 2022 г., когда вывоз капитала на $243 млрд превысил объем ввоза. Формально отток капиталов продолжился и позже, только стал существенно меньше. Однако надо учитывать, что возвращение в страну нефтедолларов, которые раньше оставались за границей, не считается ввозом капитала. Ввоз капитала – это инвестиции со стороны нерезидентов. Если же мы будем учитывать ввоз/вывоз капитала, сальдо внешней торговли, а также движение банковских активов (раньше ЦБ хранил свои резервы в долларах и евро, еврооблигациях и трежерис, то есть фактически выводил их из российской экономики), то получится, что приток валюты в Россию увеличился. Результатом стало укрепление курса рубля.

Запад, лишив россиян гарантий прав собственности, вызвал колоссальный отток капиталов в Скрепостан. Речь, конечно, о финансовых капиталах. Дворцы и яхты – потерянная собственность. И, разумеется, текущие доходы от экспорта той же нефти, теперь возвращаются на родину. Экономика получила импульс, итогом которого стали рост инвестиционный активности, рост зарплат, бум на рынке недвижимости, расцвет онлайн-торговли. Но у военной экономики есть своя специфика. Поскольку она не создает благосостояние, этот импульс не приводит к качественному росту экономики. Что же это такое?

Допустим, экономике нужно 100 тысяч тракторов. Частный инвестор или государство, вкладываясь в тракторный завод, дают импульс. Инвестиции в $100 млн нужны, чтобы построить цеха и произвести тысячу тракторов. А дальнейшее производство и инвестиции финансируется за счет прибыли, полученной от продажи потребителю этой первой тысячи тракторов и всех последующих. Ведь аграрии, получив эффективную сельхозтехнику, произвели больше продукции, получили больше прибыли и у них возникла потребность в новых тракторах, потому что они расширили посевные площади. То есть производство в экономике благосостояния раскручивает само себя в долгосрочной перспективе за счет прибыли и дает импульс смежным производствам. Это то, что называется мультипликаторным эффектом.

А вот военная экономика не может поддерживать сама себя, поскольку ее продукция уничтожается, а не участвует в дальнейшей экономической деятельности, создавая добавленную стоимость. Оплатило государство тысячу танков – их произвели. В момент производства экономика, действительно, растет. Но это не качественный, а количественный рост, который прекращается в момент выполнения контракта. Произведенные танки сгорели в полях и не создали ничего – ни новых рабочих мест, ни нового спроса, ни прибыли. Если государство остановит маховик военных заказов, экономику накроет жесточайший спад, потому что остановится производство по всей цепочке – от добычи руды до производства танковых двигателей, резины, оптики и электроники.

Напомню, что во время войны происходит мобилизация промышленности, то есть отказ от производства мирной продукции в пользу военной. Автозавод переходит на производство броневиков, поэтому в случае прекращения военных заказов, он полностью останавливается, а весь персонал оказывается безработным. Почему нельзя провести конверсию, то есть обратную перестройку на производство легковых авто? Вообще-то можно, но за чей счет? Мобилизация всегда проводится за счет государства – оно предлагает автопроизводителям пряник – военные заказы с нормой прибыли в 50% против 15% прибыли, которые они получали от производства мирной продукции. И еще гарантирует спрос. В случае недостаточной понятливости собственников автозавода у государства есть и кнут – национализация, то бишь отъем средств производства. Так что особого выбора у капиталиста нет.

А вот обратная переналадка производства требует чего? Правильно – спроса! Но откуда взяться спросу на автомобили в разоренной войной стране? У людей нет средств на такие дорогие покупки! Война уничтожает потребление.

Куда же делись деньги, которые получили работяги на танковых заводах? Деньги у них лежат на банковских счетах. Вот только они не могут их потратить, поскольку… И вот тут начинается самое интересно – в реальности ДЕНЕГ НЕТ. Есть лишь обязательства банков перед вкладчиками. Работяги, действительно, получали высокие зарплаты, но по мере перевода промышленности на военные рельсы и сокращения предложения потребительских товаров, возможностей потратить их не было. Формально в РФ сегодня нет дефицита товаров, простопотребительские товары дорожают темпом, опережающим инфляцию, вынуждая потребителя отказаться от покупки. Так возникает отложенный спрос. А на банковских депозитах накапливается громадная денежная масса. Но чисто номинально.

В реальности государство изымало деньги вкладчиков, чтобы… Ага, правильно – чтобы финансировать военные расходы. Государство именно ИЗЫМАЕТ деньги. Иногда – напрямую, замораживая вклады. Чаще всего – продавая банкам свои долговые расписки. Могут ли банки отказаться их покупать? Разумеется, нет. В условиях мирного времени банки зарабатывают на потребительских кредитах и займах для юрлиц, которые вкладываются в производство потребительских благ. А во время войны доходность обеспечивают исключительно военные заказы, где государство выступает единственным потребителем. Оно же – инвестор и регулятор. Так что у банкиров выбор прост: или закрыть лавочку или финансировать войну. Но закрыть лавочку им никто не даст, конечно. В этом случае государство тоже прибегнет к национализации.

То есть в реальности работяги купили своему правительству танки на свои кровно заработанные. А танки сгорели в полях и их нет. Денег тоже нет. В момент остановки военного производства происходит великое обнуление. Государство торжественно объявляет, что платить по долгам перед банками ему нечем. Соответственно банки отказываются выполнять обязательства перед вкладчиками. Все вклады сгорают. Начинается новая жизнь на пепелище.

Есть и другой путь. Государство формально не отказывается от своих обязательств, а включает печатный станок и производит эмиссию в размере своего долга. Должно оно триллион – вот этот самый триллион оно и печатает, возвращая банкам обещанное, да еще и с процентами. А банки выполняют свои номинальные обязательства перед вкладчиками. Те получают на руки деньги и… В том-то и дело, что потратить их не на что. Этот триллион – необеспеченная денежная масса, которая обрушивает финансовую систему и накрывает остатки экономики волной гиперинфляции. То есть итог в обеих случаях один и тот же – население становится нищим. Причем совершенно не важно, победила их страна или проиграла. Победа способна дать лишь моральное удовлетворение, но не экономический эффект.

Наглядная иллюстрация эмиссионного краха – экстремальная послевоенная инфляция в Германии в начале 20-х. Правительство вело войну в долг, занимая у населения. Населению в условиях карточной системы просто не на что было тратить деньги. После войны национальная валюта была стремительно обесценена в триллион раз. Это не фигура речи, а факт. Курс доллара вырос с 4,2 марок до 4,2 триллиона марок. Скорость инфляции превысила скорость света. Цены удваивались каждые несколько часов. Зарплату платили два раза в день, причем ее тут же надо было потратить, поскольку на следующий день эти деньги уже ничего не стоили. В магазины реально ходили с тачками денег. Результатом стало обнуление госдолга. Вкладчики, потратившие на рейхсоблигации сумму, эквивалентную стоимости дома, получили деньги, на которые можно купить лишь коробок спичек.

Но почему тогда население России в среднем реально разбогатело во время войны, если должно было гарантированно обеднеть? Потому что война – это допинг для экономики. Можно сравнить массированный впрыск денег в военную экономику с инъекцией метамфетамина. Этот наркотик помимо чувства эйфории беспрецедентно наращивает работоспособность, увеличивает концентрацию и когнитивные способности. Водитель-дальнобойщик может не спать, не есть и не уставать трое суток, крутя баранку. Студент под метом перед экзаменами за день осваивает материал, на который раньше потратил бы неделю, причем препарат предает ему уверенности в себе, экзаменуемый буквально фонтанирует красноречием, восхищая профессоров.

Но за фазой подъема следует тяжелый отходняк – человек валится без сил и не в состоянии встать на ноги неделю, пребывая в лучшем случае в апатии, в худшем – в депрессии. Ну и побочные эффекты – разрушенная нервная система, изношенное сердце, убитая печень и изуродованная психика.

Кстати, результативность немецких летчиков-истребителей во время войны отчасти объясняется тем, что многие воевали под Первитином (боевой метамфетамин). На фазе подъема стимулятор действительно превращает пилота в сверхчеловека (один из эффектов – притупляется чувство страха). Но это палка о двух концах. Порой немецкого супер-аса с легкостью сбивал новичок, причем ас даже не замечал атаки – такое бывает, когда наступает отходняк и сознание погружается в полумрак.

Совершенно очевидно, что не существует полезных наркотиков. Наркомания убивает абсолютно всех наркоманов, кого-то быстро, кого-то медленно. Вброс денег в военную экономику – это тот же самый наркотик. И сейчас экономика Россия находится на завершающем этапе эйфорической фазы. Впереди – падение в пучину абстиненции.

Можно ли избежать фазы упадка и ломки? Нет, но можно ее отсрочить. Государство должно поддерживать спрос на танки, ведя войну, и финансировать военное производство. Аналогия с наркоманией – полнейшая. Хронический нарик долбит по вене шприцом уже не для того, чтобы кайфануть, а исключительно затем, чтобы отключиться и не испытывать ломки. Поэтому со временем он переходит с рекреационных наркотиков (мефедрон, ЛСД, экстази) на тяжелые анестетики вроде фентанила.

Государство, заказав первую тысячу танков и дав таким образом импульс маховику военного производства, вынуждено заказывать еще тысячи и тысячи танков. Даже если они не нужны. Война в Украине показала полнейшую их бесполезность на поле боя. Но ведь Уралвагонзавод не останавливается, продолжая штамповать дорогие стальные гробы. Государство вынуждено заказывать сотни совершенно не нужных ему танков, потому что иначе произойдет обрушение экономики.

Давайте вспомним о том, что говорилось выше: в потребительской экономике импульс запускает маховик производства, после чего он раскручивается за счет внутренних ресурсов, которые возрастают в ходе хозяйственной деятельности. Военное производство не дает такого импульса. Танковый завод, произведя тысячу танков, не создает общественного продукта, не стимулирует спрос, он тупо переводит ресурсы. Спрос создает лишь государство, ведущее войну или готовящееся к ней.

Наркотики типа амфетамина и более сильного метамфетамина не дают человеку дополнительных сил, они занимают силы у будущего. Когда это будущее наступает, человек оказывается в бездне бессилия и плохо отдупляет реальность. Чтобы оттянуть срыв в бездну, одна доза должна наслаиваться на другую. Так в момент наступления танкисты вермахта принимали в сутки две таблетки метамфетамина, а если наступление продолжалось, доза наращивалась до четырех волшебных пилюль. Именно поэтому они физически были способны совершать глубокие прорывы, продвигаясь до 100 км в сутки, в то время как их противник в такой же ситуации вынужден был останавливаться на ночь, чтобы экипажи могли поспать, ведь сменных танковых экипажей не бывает.

В настоящий момент ударная доза наркотика, всаженная в вену экономики в 2022 г., перестает действовать. Выбор у Кремля следующий: либо завершить войну, так и не добившись разгрома противника, чтобы пережить тяжелый период экономической ломки в условиях мира, либо догнаться новой, еще большей дозой стимулятора, то есть потратить на войну еще больше денег.

Очевидно, что Пыня выбрал второй путь. Точнее, для него вопрос выбора даже не стоял. Он будет «топить до талова», как говорят зеки. Поэтому вопрос обрушения экономики – это не вопрос. Вопрос лишь в сроках и тяжести кризиса. Чем дольше оттягивается момент ломки – тем жестче экономику накроет абстинентный синдром. Ну и, как показано выше, возможны два сценария краха: через дефолт или гиперинфляцию.

Я абсолютно уверен, что большинство россиян мои слова всерьез не воспримут. Это все равно, что вкинувшемуся торчку, находящемуся в стадии эйфорического подъема, читать скучную лекцию о вреде наркотиков. Ему пофиг, он просто ловит кайф. Точно так же и россиянский обыватель, прочитав эти строки, только хмыкнет: мол, с потребительской экономикой ничего не произошло – если есть деньги – гуляй, рванина, все радости жизни доступны.

Согласен. В эйфорической стадии население богатеет, активно потребляет и возносит хвалы фюреру, при котором оно живет сытно, как никогда прежде. Но именно сейчас эйфория затухает, потребление схлапывается. Давайте рассмотрим три красноречивых индикатора – продажи недвижимости, легковых автомобилей и частота посещения заведений общепита.

Пик продаж недвижимости пришелся на 2023 г. (рекордные 3,8 млн сделок на 18 трлн руб.). В следующем году наблюдался заметный спад (9%), а в 2025-м рынок перешел в стадию обвала – продажи новостроек рухнули на 22%. На рынке вторички пока еще не так плохо, но и он всегда падает вслед за стройкой.

В 2022 г. продажи автомобилей – 690 тыс. штук. В 2023-м у людей появились шальные бабки, доходы реально выросли. Итог – более миллиона проданных машин. В 2024 эффект для экономики достиг пика, продажи достигли 1,6 млн штук. А вот в 2025 г. начались отходняки и продажи упали на 15% до 1,3 млн авто. Это еще не катастрофа, а всего лишь возвращение к довоенным показателям продаж. Но это лишь начало пути в бездну.

Когда у людей много лишних денег, они озабочены сбережением, инвестированием и потому вкладываются в недвижимость. Когда лишних денег нет, но доходы высокие, люди переключаются на потребление и покупают дорогие вещи вроде автомобиля. Когда доходы стагнируют, дорогие траты откладываются на потом, но отказывать себе в радостях жизни люди не готовы. Посещение ресторанов – это доступное широким массам удовольствие. Общепит пока держится: в 2023 г. рост в этой сфере – 18%. В 24-м – рост 9%. И даже прошлый год отметился ростом в 8%, но есть нюанс: доходы выросли за счет роста цен, но количество визитов уже начало снижаться.

Абсолютно все экономические индикаторы свидетельствуют о надвигающемся крахе: это, например, обвал деловой активности и падение инвестиций в основной капитал. А для обывателя зримый признак грядущего пиздеца – дикий рост стоимости коммуналки и продуктов питания. (Продолжение следует)

То, что простой обыватель не понимает, как функционирует военная экономика, неудивительно. Обыватель умом не блещет. Но оказывается, даже профессиональные экономисты и ведущие политики планеты столь же недалеки умом, как и обыватель, который доверил им управлять их жизнью.

Западные эксперты и примкнувшие к ним беглые либералы-путинологи искренне недоумевают, почему санкции никак не сказываются на способности России вести войну? Вот, казалось бы, запретили вообще все, что только можно и лишили Кремль значительной части экспортных доходов, а военная мощь Путина растет. Давайте я вам на пальцах объясню, как такое возможно. Военная экономика – настолько специфическая сфера, что стандартные экономические критерии к ней совершенно не применимы.

Предприниматель производит некий продукт и продает. Есть спрос – значит есть продажи, есть прибыль. Предприятие работает и генерирует не только барыши своему владельцу, но и благосостояние общества. Ведь работяги получают зарплату и приобретают на нее материальные и нематериальные блага, тем самым стимулируя спрос. Растет спрос – растет и экономика.

Что происходит, если спрос падает? Предприятие работает в убыток, но все еще генерирует благосостояние, ведь убытки – это головная боль владельца. Работяги продолжают получать зарплату и удовлетворяют свои потребности. Убыточность – нормальное состояние предприятия, часто плановое. Например, курортный отель может 10 месяцев в году работать в убыток, а за два летних месяца его выручка увеличивается в пять раз, и он не только покрывает убытки, но и дает прибыль.

Если отель будет хронически работать в убыток, собственник разорится и его актив перейдет в другие руки. Если новый владелец не справится, он закроет отель. Как это отразится на экономике в целом? Никак. Отдыхающие просто воспользуются услугами других игроков на этом рынке. И персонал устроится работать в другие отели, поэтому их достаток не пострадает.

Экономика благосостояния основана на том, что все ее субъекты производят блага, обменивая на блага, произведенные другими. Слабое место экономики благосостояния – взаимозависимость всех участников рыночных отношений. Отельеры смогут работать в плюс только в том случае, если получают зарплату шахтеры, нефтяники, фермеры водители автобусов и работники текстильной фабрики.

Если вдруг возникнет жесткий кризис на мировом рынке, спрос на нефть и уголь упадет, оставив без работы нефтяников и угольщиков, то они не купят жене новый сарафн, оставив без дохода ткачей, не поедут на курорт, вынудив отельеров уволить персонал, а поскольку уволенные работники перестанут ездить на работу, то и водители автобусов потеряют доход. То есть проблемы в одном экономическом звене запускают цепную реакцию (эффект домино), который приводит к обрушению всего национального хозяйства.

Чтобы это предотвратить, экономику нужно грамотно администрировать. Для этого и существует государство. В среде либералов процветает тупейшее заблуждение, будто отлаженные рыночные механизмы надежно балансируют экономику и вмешательство государства в нее вообще нежелательно. Либертарианцы вообще уверены, что государство только вредит, люди и юрлица, дескать, сами способны выстраивать отношения друг с другом.

В реальности степень внешнего контроля современной рыночной экономики носит тотальный характер. Просто качественный системный контроль вы почти не замечаете. Замечаете только когда правительство начинает директивно устанавливать цены на хлеб и нормировать отпуск электроэнергии.

Дело в том, что производство электроэнергии конкретно в вашем городе или регионе в целом всегда было убыточно, и энергетики получали дотации из бюджета. Если вы будете оплачивать электроэнергию по тарифам, установленным правительством (упс – опять госрегулирование!), то ТЭЦ будет работать в убыток и просто закроется. Если же энергетики будут брать с вас по рыночно обоснованному тарифу – вы не сможете заплатить. И в итоге опять ТЭЦ разорится и прекратит работу. Это приведет к остановке всех предприятий в городе и гуманитарной катастрофе. Так работает та самая «невидимая рука рынка», на которую надрачивали реформаторы-рыночники в 90-е.

Однако катастрофу можно предотвратить, если государство использует свои регуляторные возможности, например, установит низкий тариф для потребителей, но позволит энергетикам брать с юрлиц по рыночному тарифу. Это называется перекрестным субсидированием.

К чему это приведет? Да, одномоментной катастрофы, массовых смертей из-за развала систем жизнеобеспечения и бегства из города выживших не случится. Но пиздец все равно неизбежен, потому что у предприятий, вынужденных дорого платить за электроэнергию, вырастут издержки, что отразится на отпускной цене их продукции. Соответственно, текстильное производство в городе станет неконкурентоспособным по отношению к китайским производителям и закроется. А раз оно закроется, то не будет покупать электроэнергию у ТЭЦ. Рабочие потеряют работу и тоже не смогут оплачивать коммуналку. Остальные предприятия, оказавшись в том же положении, рано или поздно все равно разорятся и умрут.

Из города сбегут люди, что не вписались в рынок. Там останутся только пенсионеры и дети, которые не нуждаются в работе. И как в таких условиях будет чувствовать себя ТЭЦ, которая обязана поставлять населению электроэнергию по низким тарифам, а компенсировать убытки за счет юрлиц будет невозможно? По законам рынка ТЭЦ в любом случае разорится.

Чтобы этого не произошло, целесообразно субсидировать производство электроэнергии, и вообще лишить энергетиков права устанавливать тарифы. То есть ТЭЦ как бы принадлежит капиталисту, но работает он строго в рамках плановой экономики под абсолютным контролем государства. И производство трусов на частном текстильном комбинате тоже будет возможно лишь в том случае, если государство эффективно администрирует таможенные тарифы и сферу торговли. Ибо в противном случае никто не будет покупать отечественные труселя, поскольку брать их на Али Экспресс выгоднее. Но если сделать дорогими почтовые услуги (почта же государственная) и обложить высокими пошлинами покупки в зарубежных интернет-магазинах, то текстильный комбинат в вашем городе получит шанс на выживание.

Но этого недостаточно. Ведь ваш город – небольшой, а трусами надо обеспечить всю страну. О чем речь? Верно – о транспортном тарифе. Перевозки по железной дороге тоже дорогие и если компания будет брать по выгодным для себя тарифам, то даже с высокими таможенными пошлинами в Хабаровске будет выгоднее поддержать рублем китайцев, а не отечественное предприятие в Иваново. Но если правительство субсидирует перевозки по Транссибу на Дальний Восток, то отечественные трусы станут-таки доступными на всей территории страны.

То есть что получается: просто для того, чтобы произвести трусы, надо НЕрыночными методами регулировать энергетику, транспорт, таможенную политику, вложиться в инфраструктуру (построить тот же Транссиб, линии электропередач), иметь систему профтехобразования, чтобы обучать рабочих и вузы, которые готовят инженеров и экономистов, способных управлять энергетикой, транспортом и т. д.

Есть ли в этом смысл? Конечно! Потому что перечисленные усилия запускают экономический мультипликатор. Текстильному предприятию нужен лен – значит работает сельское хозяйство. Аграриям нужны сельхозмашины – оживают тракторные заводы. Тракторным заводам нужно оборудование – создается спрос на продукцию станкостроительных предприятий. Для всего этого требуется масса металла, значит дымят ГОКи, гудят шахты и пышут жаром доменные печи. Возникает спрос на транспортные услуги, потому что уголь, металл, лен, станки и трактора нужно привезти. Возникают тысячи и миллионы рабочих мест. Рабочие получают зарплату и покупают себе трусы, если это для них выгодно благодаря совершенно НЕрыночным регуляторным механизмам.

И хоть механизмы НЕрыночные, экономика функционирует и растет, а вместе с ней растет и благосостояние людей, потому что они производят товары и услуги, нужные потребителям, которые смогут получить нужные им блага только в том случае, если произведут взамен нечто, нужное другим.

Я столь подробно объяснил самые элементарные принципы, чтобы показать, что между рыночной экономикой западного типа и советской плановой экономикой на самом деле нет никаких принципиальных отличий в своей основе. Они отличаются исключительно в методах администрирования. И то это вопрос вовсе не принципа, а текущей целесообразности. Советская экономическая модель построена не на конкуренции, а на кооперации. Но разве на Западе кооперация запрещена?

Производство пассажирских самолетов в Европе стало возможно исключительно благодаря кооперации – межотраслевой и межстрановой, а так же многоуровневому госрегулированию. Конкурирует корпорация AIRBUS только на этапе сбыта с американской корпорацией BOEING, и то весьма ограниченно. Фактически мы имеем дело с олигополией, поделившей рынок. При этом вся производственная цепочка AIRBUS построена на кооперации и жестком госрегулировании. Корпорация не купит кресла в Китае, даже если они будут в 10 раз дешевле итальянских.

И ведь формально компания контролируется правительствами Франции, Германии и Испании лишь на 25%, то есть власти не владеют контрольным пакетом акций. Но это не важно, потому что административный ресурс государства таков, что воля частных владельцев и желание менеджмента не играют особой роли.

Порядка 70% добавленной стоимости продукции AIRBUS создается в странах ЕС с ее очень дорогой рабочей силой, еще значительная часть производства локализована в Великобритании и США, где работяги тоже не за миску риса работают. Это не выгодно конкретным бенефициарам, поскольку увеличивает производственные издержки, но выгодно государству, точнее государствам ЕС и обществу. Локализация добавленной стоимости и кооперация создают ту самую экономику благосостояния и запускают экономические мультипликаторы, конечным результатом чего является рост потребления домохозяйствами.

Выгода государства в том, что, пока экономический маховик крутится, государство получает доход в виде налогов. А чтоб маховик крутился еще быстрее и приносил больше доходов в казну, его надо смазывать и подкручивать. Процесс смазки и подкрутки и является тем самым госрегулированием, суть которого я показал выше. Хотя, конечно, ресурс государства не ограничивается регулированием тарифов и субсидированием, стоит упомянуть еще и законодательный инструмент, судебный, правоохранительный, монетарный (о нем подробнее будет ниже). Поэтому государство является КЛЮЧЕВЫМ из всех трех экономических агентов наряду с частным бизнесом и домохозяйствами.

Для стран с открытой экономикой выделяется еще и четвертый экономический агент – иностранные корпорации. Но в том-то и суть, что открытая экономика –удел стран третьего мира, обычно очень небольших и периферийных. Вот там да, свободный рынок рулит. Но свободный рынок НИКОГДА не создает благосостояния для широких масс, а лишь позволяет отдельным акулам капитализма ловить рыбку в мутной воде. Крупные и развитые экономики очень сильно огосударствлены и жесточайше зарегулированы. Но именно это и позволяет им создать то, что называется обществом всеобщего благосостояния или еще короче – обществом потребления.

Уж простите за столь пространное вступление, но без этого невозможно объяснить, как функционирует военная экономика России и почему она не издохла, задушенная западными санкциями, а демонстрирует рост. Пусть и затухающий, но все же рост.

Военная экономика не может быть построена на принципах экономики благосостояния, потому что не создает продукт, который можно потребить. Строго говоря, она может существовать лишь при условии, что вся военная продукция уничтожается. И чем быстрее она уничтожается, тем лучше для военно-промышленного комплекса (ВПК). В идеальной модели военного производства необходимо, например, на танковом заводе стоить цех, который будет уничтожать только что построенные танки. А боевые самолеты должны взлетать только один раз, чтобы совраться в пике и разбиться.

Только тогда будет гарантированный и неослабевающий спрос по всей производственной цепочке. Но возникает ли в итоге этого бессмысленного перевода ресурсов благосостояние? Нет. Работяги на танковом заводе получают зарплату, и даже большую, чем на текстильном комбинате. Но они точно не будут потреблять то, что произвели. Купят они исключительно мирную продукцию.

Из этого следует очень важный вывод: военная экономика несамодостаточна, потому что она только потребляет ресурсы. ВПК может существовать исключительно как нарост на теле экономики благосостояния, изымая часть ресурсов из фондов потребления и фондов развития и УНИЧТОЖАЯ их. Чем более продуктивна экономика благосостояния – тем больше ресурсов может изъять и утилизировать военный сектор.

В мирное время продукция ВПК уничтожается либо по истечении срока годности (боеприпасы), либо по мере физического и морального устаревания (боевая техника и оружейные системы). Из-за этого военное производство стагнирует, ВПК работает на 10% от своего потенциала. Солдат в армии мало, часто их хватает лишь для охраны складов с оружием и парадов. Для войны армия мирного времени совершенно не пригодна. Для экономики благосостояния такое военное расточительство хоть и бесполезно, но не очень обременительно, если не превышает 1-2% от ВВП.

Иногда может возникнуть иллюзия, что производство оружия все же может быть нормальным бизнесом при условии, если продукция военных предприятий импортируется: производитель получает чистый доход, а родное государство не тратит никаких ресурсов. Увы, это иллюзия. Да, отдельное предприятие таким макаром процветать может. Но военный сектор экономики ВСЕГДА БЕЗАДЕЖНО УБЫТОЧЕН.

Я легко это могу доказать на примере США – самого крупного экспортера оружия в мире. По оценкам Центра анализа мировой торговли оружием (CAWAT), суммарные расходы всех стран мира на импорт оружия составили в 2024 г $111,615 млрд — максимум со времен холодной войны. Америка удовлетворила 38% этого спроса, то есть набарыжила орудиями убийства более чем на $42 млрд. При этом американскому налогоплательщику военные расходы стоили 997 миллиардов. Выручка (речь именно о валовой выручке, а не о чистой прибыли) ВПК – это менее 5% от чистых расходов бюджета на военные нужды. Военная промышленность произвела продукции на $556 млрд. 556-42 = 514 миллиардов баксов – вот чистый убыток для американского общества.

Тут стоит обратить внимание на принципиально важную деталь: военное производство номинально увеличивает ВВП и даже поддерживает рост экономики благодаря экономическим мультипликаторам (вклад американской оборонки в годовой экономический рост – 1,5%), но УМЕНЬШАЕТ БЛАГОСОСТОЯНИЕ. Это не значит, что люди в США беднеют из-за высокой доли оборонных расходов (3,4% ВВП). Они могут даже богатеть. Но если бы власти сократили военное производство на 100%, перераспределив эти средства, например в пенсионные фонды, то экономика упала бы, ВВП сократился на 1,5%, при этом благосостояние домохозяйств вырастет на 2%. Заумно выражаясь, военные расходы и благосостояние общества всегда находятся в противофазе.

В военное время жизнь кардинально меняется: снаряды и патроны выстреливаются миллионами и миллиардами штук, танки и самолеты уничтожаются со скоростью, превышающей текущие возможности промышленности восполнять потери. В армию мобилизуют миллионы солдат, которые выпадают из экономики благосостояния и становятся лишь прожирателями ресурсов. Экономика благосостояния сжимается, а военная экономика, то есть экономика расточения, вырастает на порядок. Воюющая страна тратит на войну уже не 1-2% ВВП, а 10-20%. Потребительская экономика никогда не исчезает полностью, более того, она всегда больше по объему. СССР на пике военного напряжения в 1943 г. тратил на войну примерно 35% ВВП. Почему – понятно: военная экономика поглощает те ресурсы, что дает производительная экономика.

Если в мирное время ВПК работает условно на 10-20% от возможностей, то теперь он должен нарастить производство до 300-400% от своего потенциала. Разумеется, это невозможно, поэтому проводится мобилизация промышленности: часть предприятий, работающих на потребление, то есть увеличивающих благосостояние, переходит на производство военной продукции, превращаясь в утилизаторов ресурсов. Предприятия могут при этом даже резко повысить рентабельность и принести своим владельцам баснословные прибыли. Но общество в целом только обеднеет.

Экономика в ходе мобилизации вырастет, ведь танк стоит денег и его производство стимулирует спрос на металл, топливо, транспортные услуги, рабочие руки. Экономика вырастет, вырастут зарплаты работяг, но благосостояние гарантированно падает. Полученную зарплату работягам не на что будет потратить, поскольку производство потребительских благ упадет. Противофаза, мать ее ети!

Из этого вроде бы следует железный вывод: война – экономическое самоубийство для страны, потому что победит она или проиграет – обеднеет-то в любом случае. В целом это так. Гипотетически в ходе войны можно победить и захватить ресурсы, которые окупят вложения военную мощь. Но в реальности это недостижимо.

Например, Ирак напал на Иран в 1980 г., чтобы захватить провинцию Хузестан, населенную арабами. Ну, типа вернуть братский хузестанский народ в лоно арабского мира. Но арабы Саддаму нафиг не нужны были, это лишь повод для вторжения, но не цель. Целью было завладеть богатыми месторождениями нефти. Иракский диктатор рассчитывал на быструю победу, поскольку в Иране царил хаос, вызванный исламской революцией, а армия была ослаблена чистками в отношении монархически настроенных офицеров. Ничего не напоминает?

Но все пошло не так и надежный, как швейцарские часы, план «Хузестан за три дня» трансформировался в «Ни..уя за восемь лет». Война формально завершилась вничью, Ирак не приобрел ни сантиметра иранской территории, но понес экономический ущерб в $200 млрд и накопил долгов на 110 миллиардов баксов. Иракский диктатор недооценил силы противника.

Тогда он решил в 1990 г. «вернуть в родную гавань» Кувейт, который в начале ХХ века являлся частью вилайета Басра, вошедшего в состав Ирака после краха Османской империи. Кувейт – малюсенькое слабое государство, но зато нефти там – 100 млрд баррелей. Если их присоединить к 150 млрд баррелей иракской нефти, то Ирак сможет поспорить за первенство с Саудовской Аравией, имеющей запасы в 260 млрд бочек черной жижи.

Если бы план сработал, то такая война принесла выгоду. Особенно учитывая то, что из $110 млрд иракского долга на Кувейт приходилось $17 млрд. Но не выгорело. В конфликт вмешалась Америка и так напи...дюляла агрессору, что тот понес ущерб еще на 200 ярдов и вдобавок вынужден был платить Кувейту репарации в размере $54 млрд.

Так что на практике любые войны сейчас экономически бессмысленны для тех, кто в них участвует. Бенефициарами войны становятся лишь те, кто их финансирует. Единственное исключение – войны, которые ведут США. Они ведутся с единственной целью – подтвердить свой статус мирового гегемона, то есть цели Вашингтон преследует чисто политические, экономически они безнадежно убыточны.

Однако из своего статуса мирового гегемона и эмитента мировой валюты Америка извлекает большие материальные выгоды и это дает ей ресурсы вести бесконечные войны по всему миру. Причем не важно, добивается ли она хоть каких-то результатов. Главное – она производит большой бабах и наваливает кучу трупов. Янки сеют хаос, что пугает в равной степени ее партнеров и врагов, заставляя их принимать правила игры, навязываемые гегемоном. Но это случай нетипичный. Других гегемонов на планете нет, для остальных война несет убытки даже в случае победы. Какие ништяки получила Великобритания от эффектного разгрома Аргентины в ходе Фолклендской войны? Разумеется, никакой. Хотя статус военной державы регионального масштаба подтвердила и сделала приятное обывателям, любящим имперское величие и победоносные войны по телику.

Если получить выгоды от войны принципиально невозможно, почему войны до сих пор вспыхивают и длятся годами? Во-первых, потому что их затеивают долбоебы вроде Хуссейна, Трампа, Путина или Каддафи (о, его война с Чадом – это просто эпик фейл!) Во-вторых, войны теперь ведутся исключительно с политическими целями. Войны, как экономическое предприятие велись лишь в эпоху феодализма и великих географических открытий. Тогда можно было инвестировать в экспедицию конкистадоров бочонок золота, а эти ребята, если дело выгорит, привозят 50 бочонков желтого металла. Но те времена давно минули.

Сегодня Тот же Пыня ведет войну в Украине вовсе не для того, чтобы захватить месторождения угля под Покровском или соляные шахты под Бахмутом. Даже, казалось бы, такой ценный актив, как мариупольский металлургический комплекс, был безжалостно расхерачен. Хотя можно было бы его не перемалывать в пыль, а просто блокировать. Азовцы сами бы сдались, как жрачка закончится. Но нет, как актив, меткомбинат не имеет ни малейшей ценности в условиях санкций. Тут и свои металлурги рынки сбыта потеряли, а внутренние потребности в металле, в том числе и военные, РФ удовлетворяет самостоятельно. Уничтожение города и его промзоны было демонстративным актом устрашения, попыткой навязать свою политическую волю. И даже не Украине, а Западу. Но кровавый спектакль не возымел эффекта.

Однако хоть современная война и не имеет экономического смысла, преследуя политические цели, военная экономика функционирует по объективным законам. Сейчас мы непосредственно изучим их механику.

Первая загадка, которая ставит в тупик экономических экспертов и политиков: как Россия до сих пор воюет? Война перемалывает ресурсы быстрее, чем РФ может их восполнять. Ну, собственно, это относится к любой войне в индустриальную эру. Единственное исключение дает нам Америка во Второй мировой войне, но это исключение из правил, которое для понимания текущей ситуации не даст ничего.

РФ не только вынуждена тратить на войну в Украине 30% госбюджета и порядка 10% ВВП, но санкции еще и основательно подрубили основу ее экономики, имеющей рентный характер – доходы от экспорта сырья. И как же в таких жестких клещах она умудряется расти и даже увеличивать благосостояние масс? (Продолжение следует).

Любопытное создание – современный человек. Мы даже не берем реднеков и колхозанов из Жоподрищенска. Вот потомственный горожанин, с двумя дипломами, работает в офисе, ездит на седане, в одной руке у него айфон, в другой – соевый смузи. Но в башке – лютая хтонь. Этот, сука, якобы человек постмодерна продолжает смотреть на мир сквозь призму затхлого племенного менталитета.

Единственное отличие – своей стаей современный человек считает не кучку кровных родственников, с которыми совместно охотится. Система определения «свой-чужой» стала сложнее. Но главный принцип все тот же: свои всегда правы, они могут творить любую дичь, а чужие – вообще не люди, с ними можно делать все, что вздумается. К чужим – ноль эмпатии.

Сейчас мир вдруг резко разделился на тех, кто болеет за Иран и тех, кто сочувствует США и Израилю. И те и другие просят, чтобы я немедленно распедалил хайповую тему вторжения, естественно, ожидая, что я встану на их сторону и дам им аргументы в пользу правоты их стада и обосру стадо вражеское. Но все что я могу сказать в данном случае: грабители-мокрушники по беспределу наехали на кровавого маньяка. В этом конфликте даже под лупой вы не найдете никакой идейной составляющей. Здесь нет борьбы добра со злом. Грабители-мокрушники, то есть США и Израиль, забивают насмерть маньяка просто потому, что сильнее и наглее, а вовсе не затем, чтобы сделать доброе дело.

Блять, объясните мне, ДЛЯ КОГО агрессор делает доброе дело? Для иранского народа? Но чем тогда США отличаются от России? Путин засыпает Украину крылатыми ракетами, объясняя это тем, что хочет блага украинцам, освобождая их от «неонацистов». Трамп убивает крылатыми ракетами гораздо больше иранцев (если среднесуточные показатели оценивать), объявляя это помощью иранскому народу в борьбе с тиранией аятолл.

И даже повод для войны один в один, буквально по одной методичке шпарят старперы. Министр обороны Пит Хэгсет вообще выдал кальку: «Мы не начинали эту войну, но мы ее заканчиваем». Путин объявил, что Украина несет угрозу эту России и «народу Донбасса», не выполняет минские соглашения, и потому надо эту угрозу устранить в зародыше. Трамп обвинил Иран даже не в невыполнении каких-то взятых на себя ранее обязательств, а в нежелании вести переговоры и брать на себя обязательства, а угроза от Ирана исходит якобы всему миру. Ядерная, мать ее ети, угроза. И тупое быдло свято верит в эту лютую хрень. Тупое было забыло, что буквально семь месяцев назад Израиль и США атаковали Иран, чтобы устранить пресловутую ядерную угрозу и по итогам 12-дневной войны мамой клялись, что угроза со стороны Ирана устранена, ядерный потенциал перемолот и Тегерану понадобятся долгие годы, чтобы его восстановить.

И чо так внезапно изменилось за эти семь месяцев, что угроза снова возникла?

Результаты СВО, сука, абсолютно идентичны, что у Трампа, что у Путина: гора трупов, море руин, десятки миллионов людей ненавидящих «освободителей». И укрепившийся режим в стране-жертве агрессии. В Украине режим не просто укрепился, он стал монолитным и ВПЕРВЫЕ за все годы украинской независимости между обществом и властью возник абсолютный консенсус. По крайней мере в отношении агрессора он бесспорен. В стране нет оппозиции, а уж о пророссийской оппозиции теперь даже в гипотетическом ключе говорить не приходится. Был у КВН-щика рейтинг доверия 21% накануне полномасштабки, а через месяц после начала войны подскочил до 95%.

С чего вы взяли, что в Иране все получится иначе? Ну да, есть противоречия между массами и правящим режимом. Такие противоречия, что аж до мордобоя и тысяч трупов дело доходит. Но если в эти внутрисемейные разборки влезают ненавистные сионисты и безбожные гяуры из Америки, то с какого перепугу иранцы должны занять сторону последних? Разве украинцы обрадовались вторжению в феврале 22-го и примкнули к оккупантам, чтобы свергнуть непопулярного президента Зеленского? В Иране шансов на это еще меньше. Да и свергать уже некого. Ненавистного аятоллу Хоменеи обнулили, сейчас новый аятолла, еще не настолько ненавистный. Может даже с ним какие-то ожидания на лучшее связывают. Зачем его свергать, тем более сейчас, когда нация должна сплотиться перед лицом экзистенциальной угрозы?

Да, ептать, внешняя угроза, тем более со стороны идейно чуждой инфернальной силы всегда будет БОЛЬШЕЙ для людей, чем внутренняя угроза. Почему? Да потому что племенная психология рулит до сих пор. Аятолла, ксировец, убивающий девушку за неправильно надетый хиджаб, безработные братья этой девушки и их нищие родители – это ОДНО ПЛЕМЯ. И внутриплеменные разборки сразу уходят на второй план, как только возникает угроза от ЧУЖОГО племени.

Поэтому надо быть просто непроходимо тупорылым идиотом, чтобы пытаться оправдывать израильско-американскую агрессию якобы интересами иранского народа, стонущего под пятой фашистско-клерикальной диктатуры. Украинская война – это война между своими. Противники говорят на одном языке, живут в одинаковых домах, едят одну и ту же еду (кто отличит по вкусу русский борщ от украинского?), смотрят одни и те же фильмы, ржут над одними и теми же шутками, более того, старшее поколение россиян и украинцев даже было одним народом – советским. Но война сделала их непримиримыми врагами тупо по географическому принципу.

С Ираном все гораздо жестче – между евреями и иранцами нет вообще ничего общего, они ментально чуждые друг другу люди. Это не значит, что они априори враги. До 1979 г. у Израиля были прекрасные отношения с Ираном несмотря на то, что это была мусульманская страна. Но если чуждые друг другу племена начинают воевать, то компромиссы, взаимопонимание и общие интересы между ними исключены.

Так что давайте без пи…дежа про права человека, демократию и прочую муру. В чем смысл агрессии США и Израиля? Ядерной угрозы от Ирана точно не исходит. Если он и обладал промышленным потенциалом, способным в теории выдать на гора ОМП, то весь этот потенциал руинирован еще в прошлом году. Начисто! Его не просто сровняли с землей, его выжгли противобункерными ракетами на 100 метров вглубь. Убили физиков-ядерщиков, уничтожили научные центры. Так что ядерная угроза – просто фейк.

Ладно, Израиль находится в состоянии прокси-войны с Ираном в течении десятилетий. В Иерусалиме решили поднять градус эскалации, пользуясь своим преимуществом в силах – какая-то логика в этом есть. Но есть ли выгода? Выгоды точно нет и не будет. Эскалация означает расширение конфликта – Цахал уже воюет в Ливане, население Израиля ныкается по бомбоубежищам из-за непрерывных налетов, экономика страдает, авиасообщение остановлено, занятия в школах и вузах прекращены. Какая в этом выгода может быть в принципе?

Здесь можно говорить лишь о глупой вере в то, что Израиль уничтожит силой всех своих врагов, и вот тогда наступят прочный мир и процветание. Буду безжалостен к идиотам: этого точно не произойдет. Врагов Израиля принципиально невозможно уничтожить в ходе войны, потому что ВОЙНА ИХ ГЕНЕРИРУЕТ.

Убиваешь одного врага высокоточной бомбой, одновременно гибнет еще пяток детей аборигенов. Сопутствующие потери, так сказать. Но за этих пятерых убитых детей израильтянам будут мстить пять отцов и 10 братьев убитых. То есть на месте одного уничтоженного врага появляется 15 новых. Учитывая плодовитость арабской матки, демографического материала в избытке, нужен лишь катализатор, превращающий просто враждебно настроенного дикаря в отмороженного террориста-смертника. Этот катализатор – война. Есть израильтяне, которые эту формулу вечной войны понимают. Но их мало, большинство – просто хорошо сплоченное войной стадо.

Два с лишним года Израиль воевал в Газе. Пускай бункера хамасовские повзрывали, тоннели затопили. Но самих-то хамасовцев стало только больше! То же самое с Ливаном: сколько Хезболлу не выжигай, число хезболлоидов не уменьшается. Третий год Израиль воюет то на одном фронте, то сразу на двух, иногда даже на трех одновременно. Когда спрашиваю у израильтян, что изменилось за это время, все они говорят одно и то же, буквально одними словами: «Жизнь подорожала просто пиздец». Да, всех бармалеев отпи…дили всем показали, что Моссад и Израиль рулят. Есть чем гордиться, но жить стало х…ево. Вот единственный результат многолетних войн: невъебенная гордость за «наших мальчиков» умножение числа врагов и х…евая жизнь. И будет то же самое, только по нарастающей. В чем выгода? Где смысл?

Но попробуйте объяснить, нафига США затеяли очередную войну на Ближнем Востоке? Им-то Иран вообще ничем не угрожал даже гипотетически. Даже если бы вдруг аятоллы реально сделали ядерную боеголовку. Создать межконтинентальную баллистическую ракету, способную долететь до Америки – задача для них нерешаемая абсолютно. Даже Китай не смог. По крайней мере пока это не доказано. Но Китай имеет подводные лодки-носители ядерного оружия, поэтому несет реальную угрозу Штатам. А Иран не имеет АПЛ, не имеет ракет, не имеет ядерных боеголовок и не имеет даже промышленной базы для их создания у них нет. Какая угроза исходит от него Западному полушарию? Абсолютно никакой. Но янки прилетели перемалывать его в пыль. И заодно сожгут десятки, если не сотни миллиардов долларов налогоплательщиков. Крылатые ракеты – дорогие игрушки. Трамп же не может воевать дешевыми дронами и мясом, как Путин

Единственное хоть сколько-то рациональное объяснение всего этого лютого пиздеца – приближающиеся промежуточные выборы в Конгресс и низкие рейтинги у Трампа и республиканцев. Были бы рейтинги высокими – никакого замеса не случилось бы. Но безумному рыжему деду, который опять забыл выпить таблетки, нужна маленькая победоносная войны на другом конце света для накачки электорального рейтинга и удовлетворения собственного эго.

Ну и, не удивляйтесь, Нетаньяху, который одновременно и израильский премьер, и подсудимый, обвиняемый в коррупции, нужно то же самое для удержания власти – маленькая победоносная война. Пока он своему стадо демонстрирует победоносность – он не сидит в тюрьме.

Про иранский режим я вообще молчу. Аятоллы в своем бункере плясали лезгинку и бахали пробками от шампанского в потолок. Потому что война – ЕДИНСТВЕННОЕ, что заглушает внутренние противоречия в стране хотя бы временно. Помните, как венесуэльцы пели, плясали и запускали фейерверки, отмечая похищение Мадуро. Где вы видите радостные толпы народа в Иране? В общем у панов все заебись. У холопов – жить стало х…ево. Но им не привыкать, к тому же бонусом – гордость «за наших мальчиков». И ненависть к оркам, конечно. Ненависть на пустой желудок даже делает голодных сытыми. Особенно, если пропаганда им нарисует хотя бы виртуальную перемогу.

Вот вам единственно правильная аналитика, другой от меня не ждите. Любое объяснение этой войны, выходящее за пределы рационального интереса правящих гандонов – инфохрючево для тупого быдла, призванное удовлетворить их племенные инстинкты.

Начало здесь. Многие так и не поняли, о чем я говорил выше, анализируя вторжение США в Венесуэлу. Нет, я не записывался в адвокаты к диктатору Мадуро. Это мелкий злодей, один из сотни современных тиранов. Да, если кто не в курсе, подавляющая часть человечества живет не при демократии, и даже к ней не стремится. Что касается бедных стран, то в них демократический режим правления принципиально нереализуем, да и нужды в нем нет.

На самом деле демократия – это не про свободные выборы, а про защиту частной собственности. Все остальные приятные ништяки – побочный эффект существования среднего класса, который создает спрос на правовое государство. Сегодня средний класс стремительно вымирает, регрессирует до состояния прекариата. Поэтому даже так называемые устойчивые демократии разлагаются.

Люди инфантилизируются, совершенно добровольно отказываются от своих прав и свобод. В итоге государство мутирует из демократического в так называемое Nanny State – бюрократизированное няньку-государство, где власть жестко регламентирует все сферы жизни людей, мотивируя это заботой об их здоровье, безопасности и комфорте. В конце этого пути государство превращается в гламурный концлагерь. Различия между нэнни-стейт и обычной авторитарной тиранией чисто антуражные.

На этом фоне возникает вопрос: а по какому-такому праву «демократии» считают себя в праве диктовать странам третьего мира, то есть недемократическим, как им жить и в какую сторону дышать. Это вопрос не столько юридический, то есть вопрос международного права, сколько этический. Собственно, именно этика и лежит в основе норм права, превращая представления о добре и зле в четкие императивы. Давайте тезисно рассмотрим, что же такое международное право. Оно базируется на семи основных принципах, закрепленных в Уставе ООН:

1. Равноправие всех суверенных государств.

2. Невмешательство во внутренние дела суверенных стран (нельзя вмешиваться в политику другой страны силой или давлением).

3. Неприменение военной силы и угрозы войной в международной политике
(война запрещена, кроме самообороны или по решению Совета Безопасности ООН).

4. Мирное разрешение споров путем переговоров, посредничества, арбитража.

5. Права человека являются высшей и универсальной ценностью, их соблюдение обязательно.

6. Право народов на самоопределение

7. Добросовестное выполнение обязательств (pacta sunt servanda), то есть обязанность стран соблюдать межгосударственные договоры и международные конвенции.

Кстати, некоторые граждане (особенно этим грешат украинцы) свято уверены, что краеугольным камнем международного права является принцип неприкосновенности государственных границ. Жаль их расстраивать, но такого принципа вообще не существует. Конкретно в их случае можно апеллировать лишь к п. 7: если РФ признала государство Украина и заключила с ней договор о границах в 2003 г., то отжим Крыма является нарушением норм международного права, что влечет за собой нарушение пп. 2-3, поскольку аннексия совершена с помощью военных (пускай и без боевых действий).

Однако формально в данном случае приоритетным является все же п.6 (право на самоопределение). То есть если крымчане желали выпилиться из одной страны и стать частью другой, то по принятым нормам международных отношений имели на это полное право. Весь вопрос лишь в способе реализации этого права. Если бы они сделали это мирно, путем переговоров при посредничестве того же ООН, проведя референдум с участием международных наблюдателей, то не вижу никаких проблем в их сепаратизме. То же самое касается и Донбасса, и Кавказа.

Кстати, абсолютное большинство россиян, как бы украинская пропаганда не тужилась продать их в образе агрессивных имперцев, с восторгом встретят новость о том, что Чечня, Ингушетия и Дагестан решили самоопределиться в какой-нибудь Кавказский эмират. В этом смысле как раз украинцы выглядят упоротыми империалистами, не желая смириться с тем фактом, что крымчане не мечтают быть частью их светоносной «цэевропы», а хотят остаться частью дремуче-вонючей «азиопы». Таков их искренний и твердый выбор – очевидный, но юридически оформленный весьма сомнительно. Если они передумают и осознают себя частью западного мира, я буду первым, кто решительно потребует предоставить им возможность реализации права на самоопределение. Ибо я очень уважаю нормы международного права вне зависимости от того, соответствуют они моим личным/корпоративным/государственным интересам или нет.

Опять же, если уж речь об украинцах, то их незамутненный и практически тотальный социальный инфантилизм проявляется в полном непонимании, чем международное право отличается от национальных законов. Ну типа раз по украинским законам сепаратизм запрещен, а нарушение территориальной целостности страны или даже призывы к сепаратизму являются преступлением, то всех жителей Крыма, Донбасса, Запорожья и Херсонщины, оставшихся на оккупированных территориях следует считать преступниками и наказать по всей строгости. В том-то и дело, что внутренние законы страны святы, а суверенное право карать за их несоблюдение уважаемо лишь до те пор, пока они не вступают в явное противоречие с нормами международного права.

Вот, сука, никак нельзя есть младенцев на завтрак и приносить в жертву богам девственниц, мотивируя это народными традициями и религиозными обычаями. Если страна является членом ООН, то обязана соблюдать права человека, из которых первым является право на жизнь. И никак нельзя прикрываться правом на свободу вероисповедания, если религия предполагает каннибальские ритуалы. Если страна не соблюдает права человека, то может быть за это наказана. Установлена даже процедура наказания по санкции Совбеза ООН вплоть до проведения военной операции международными силами миротворцев.

То есть сегодня формально внутренние законы не имеют силы, если противоречат нормам международного права. Да, раньше было не так. Конкретно до 1945 г. действовал принцип суверенного абсолютизма, который можно трактовать так: на своей территории государство может устанавливать любые законы, и другие страны и международное сообщества не вправе вмешиваться, даже если по их представлениям эти законы людоедские.

Именно к принципу суверенного абсолютизма апеллировала защита подсудимых на Нюрнбергском процессе: мол, нельзя наказывать человека за то, что он строго исполнял законы своей страны и приказы вышестоящих начальников. Концлагеря строились законно, расовые законы строго исполнялись, евреев лишали имущества и переводили на мыло в строгом соответствии с регламентов, соблюдая всех бюрократических формальностей. Более того, нацистов возмущал сам факт, что их судят иностранцы не по законам (пускай даже своим), а по уставу, имеющим обратную силу, когда преступлением было произвольно объявлено то, что в момент совершения деяния таковым не являлось.

Нюрнбергский процесс потому и носит исторический прецедентный характер, что он покончил с принципом суверенного абсолютизма и ввел в обиход то, что мы сегодня называем международным правом. Еще раз подчеркну, что ранее его просто не существовало.

В чем же главная слабость международного права? Она очевидна: не существует реального способа принудить «хулигана» соблюдать принципы международного права даже в отношениях с другими суверенными субъектами, а уж на своей территории многие творят такой беспредел, что о правах человека вспоминать как-то неловко. В этом смысле любопытен прецедент Афганистана, формально являющегося членом ООН и потому обязанного соблюдать права человека. Однако фундаменталисты творят там лютую дичь, и с них взятки гладки, поскольку ООН с 2021 г. отказывает талибам в праве представлять Афганистан, что как бы освобождает последних от каких-либо обязательств: дескать, раз вы не признаете нас, то сфига ли мы должны признавать ваши требования и выполнять обязательства, под которыми не подписывались?

Это очень опасный прецедент, показывающий недееспособность всей ялтинской системы международных отношений, находящейся ныне в глубочайшем кризисе. Что такое система международных отношений? Это свод общепринятых правил поведения. Ранее такого свода не было. О принципах отношений друг с другом договаривались только великие державы, разделившие планету на сферы влияния (подробно тема рассмотрена здесь). Остальные обязаны были подчиняться диктату великих держав, которые в своей сфере интересов могли творить любой беспредел.

В 1945 г. победители договорились, что для всего мира, для всех равноправных субъектов теперь будут действовать единые правила игры. Однако все пошло не по плану с самого начала, поскольку мир так и не стал глобальным, разделившись на три части: два противостоящих друг другу блока во главе с СССР и США; и страны, не вошедшие ни в один из блоков, претендующие на независимую внешнюю политику. Они готовы были сотрудничать с обеими блоками сразу, следуя собственным интересам. Так в 1961 г. в Белграде было оформлено Движение неприсоединения.

Впервые шанс на создание действительно глобального мира появился только в 1991 г. с развалом советского блока. Именно тогда ялтинская система международных отношений могла быть допилена до работоспособного состояния путем формирования наднациональных органов управления, единственная задача которых – добиваться строго соблюдения принципов международного права. Однако усилиями США ялтинский мир был не усовершенствован, а сломан. Собственно, зачем Америке нужно было становиться равноправным субъектом, подчиняющимся общим правилам, если можно откатить систему назад и доминировать, опираясь на грубую силу?

По факту США могли стать единственным гегемоном, не имеющим соперников, который произвольно устанавливает правила для всего мира (Китай тогда был нищей страной третьего мира). Правда, в этом случае пришлось бы нести издержки по администрированию мирового порядка. В Вашингтоне решили, что будут просто диктовать свои условия там, где это выгодно Америке, а во всех остальных случаях, пусть все идет самотеком. Возникнут зоны хаоса и нестабильности? Да и насрать, проблемы индейцев шарифа не еб… не сильно беспокоят, в общем. Стратегически это было, конечно, безумное решение, продиктованное стремлением получить все бенефиции мирового гегемона, одновременно сбросив бремя издержек по поддержанию этого статуса.

Однако давайте признаем честно: это не Путин разрушил мировой порядок. Мир последовательно скатывался к хаосу последние 35 лет, потому что гегемон решил, что так будет лучше для него. Как реакция на новые условия, возник феномен средних держав, о котором я подробно писал здесь. А как следствие смерти СССР и самоустранения США с мировой арены в качестве администратора, усилившиеся средние державы начали борзеть. Раз международное право, по сути, не действует, они начали формировать собственные зоны влияния и устанавливать там свои правила игры.

Это же стало причиной ренессанса авторитаризма, укрепления существующих и появления новых самых безумных диктаторских режимов. Ну а чего стесняться, если мир по факту откатился к реалиям суверенного абсолютизма, когда у себя дома ты можешь творить любую дичь, главное – быть вежливым и услужливым с теми, кто может устроить тебе гуманитарную бомбардировку под предлогом защиты прав человека.

Если Саудовская Аравия строгого следует рекомендациям Дяди Сэма, то кого вообще волнует отсутствие прав человека (особенно у женщин) в этом гламурном ваххабитском концлагере? Подумаешь, неугодных журналистов расчленяют прямо в посольстве – это же не повод выразить хотя бы недоумение. Страна, которая добывает 10 миллионов баррелей в сутки, может творить, что угодно.

Путинский империализм – это естественный результат генезиса постсоветской России в условиях так называемого многополярного мира. В конце концов РФ тоже добывает 10 миллионов баррелей в день, а еще имеет ядерное оружие, что делает ее не просто одной из 15 средних держав мира, а крупнейшей и сильнейшей средней державой. Это в том случае, если Китай мы будем считать сверхдержавой. Если же, как я настаиваю, относить его к классу средних держав, то РФ будет второй по мощи.

Сначала в стране при попустительстве и даже поощрении Запада сформировалась суверенная деспотия, которая сочла, что внутри вправе творить любую дичь, и никакое международное право ей не указ. Потом эта деспотия заявила о правах на свою сферу влияния, как и другие средние державы (пример Франции я описал здесь) и ей захотелось официального признания своих прав на контроль значительной части мира со стороны держав, которые Москва считала равными себе по статусу. Итогом явилась агрессия против Украины, начавшаяся в 2014 г.

Недалекие экранные эксперты, которых, конечно, правильнее будет называть пропагандистами начали дружно продвигать нарратив о том, что Кремль таким образом принялся разрушать ялтинскую систему международных отношений. Но эта точка зрения довольно поверхностна. Путинская агрессия стала не причиной, а следствием разрушения ялтинской системы и деградации понятия международного права.

Уж если искать точку отсчета, то это будет 2001 г., когда США объявили Афганистан гнездом «международного терроризма» и оккупировали эту страну якобы для того, чтобы (только вдумайтесь!) наказать одного единственного человека, само существование которого вызывало большие сомнение – Усаму бин Ладена. Нашли они его? Нет. Но страна 20 лет, даже после того, как главного злодея объявили мертвым в 2009 г., находилась под оккупацией, что привело к 200 тысячам смертей. Если же считать косвенные потери от голода, болезней, преступности, разрушения инфраструктуры, эпидемии наркомании (оккупация почему-то, ну кто бы мог подумать, привела к героиновому буму) то счет смертей идет на многие сотни тысяч. И все это ради чего?

Если советское вторжение помимо насилия несло в Афганистан цивилизацию – оккупанты строили заводы, больницы, университеты, дороги и каналы, тысячи афганцев стали инженерами, врачами и агрономами, то вторжение XXI века не имело этих побочных последствий, оно принесло исключительно разрушения, взрыв религиозного мракобесия и наркоэпидемию. Как все это соотносилось с нормами международного права? Кто о нем вообще вспоминал? Что особенно впечатляет, Америка сделала соучастником своего преступления еще 50 государств, включая, кстати, Украину.

Далее было вторжение в Ирак под столь же надуманным предлогом. И тоже при участии украинских войск. Напомнить его итоги? Под флагом борьбы с мифическим «международным терроризмом» и при непосредственном участии США и их союзников возникла самая мощная террористическая группировка всех времен и народов – Исламское государство. И да, она создала свое квазигосударство, для уничтожения которого пришлось вести еще одну войну, жертвами которой стали сотни тысяч человек. В каком месте тут ночевало международное право ?

Так что давайте честно признаем: Путин не разрушил миропорядок, а воспользовался тем, что его десятилетиями разрушали ведущие страны мира во главе с единственной сверхдержавой – Америкой, которая творила, что хотела, по праву сильного.

Кремль смотрел на этот фестиваль лютой дичи и наконец решил: всем можно, значит – и нам тоже! Единственное, в чем Путин шагнул дальше – он не только учинил акт неспровоцированного и ничем не обоснованного насилия в отношении суверенной страны, но и нарушил очередное табу ялтинского мира – силой оружия изменил границы своего государства. С одной стороны в этом нет ничего удивительного – вообще все границы мира прочерчены либо географией, либо оружием. Но с другой – это было характерно и легитимно лишь до 1945 г. После появилось то самое международное право, которое квалифицировало захватническую войну как преступление.

Поэтому даже в разгар холодной войны мировые сверхдержавы – СССР и США не позволяли себе того, что сделал Путин. Вашингтон не вторгался в Корею по своей прихоти, это было сделано в соответствии с резолюцией Совета безопасности ООН. И Вьетнам Америка не оккупировала, а лишь помогала законному правительству в Сайгоне бороться с «агрессией Севера». Ну, насколько оно было законным – вопрос дискуссионный. По факту генерал Зыонг Ван Минь при молчаливой поддержке США организовал переворот и убил предыдущего главу государства - Нго Динь Зьема, которого тоже привели к власти американцы. И вот этот самый Зыонг уже и попросил американцев «защитить» его от северян-коммунистов.

Советский Союз точно так же не оккупировал Афганистан, а ввел войска по просьбе местного просоветского диктатора, который убил предыдущего просоветского диктатора, не спрося на то согласия Москвы. В итоге этот просоветский диктатор был убит советским спецназом и заменен третьим просоветским диктатором. Но формально афганское правительство пригласило советские войска для помощи в борьбе с «террористами». Советский Союз даже не думал отжимать Южный Таджикистан и присоединять к Таджикской ССР во имя воссоединения таджикского народа.

В 1946 г. Сталин отказался от идеи раздела Ирана и воссоединения Азербайджана под властью Москвы (большая часть его находилась под властью иранского шаха) по той же самой причине – новый мировой порядок, установленный в Ялте, сделал такой подход нелегитимным. Хотя буквально годом ранее СССР силой установил контроль над Курильскими островами и Южным Сахалином. Но это было сделано еще в рамках предыдущей системы международных отношений, когда захват территорий являлся нормой.

После войны Кремлю пришлось отказаться от еще одной своей навязчивой идеи – установления контроля над Босфором. Дипломатический наезд на Турцию привел к тому, что та вступила в НАТО. Но Советский Союз пытался добиться своего уже не путем вооруженного вторжения, а политическим давлением. Потому что он сам установил такие правила игры, при которых агрессор становился вне закона.

Довольно сомнительной с точки зрения международного права являлось вторжение в Чехословакию в 1968 г., но тут Москва действовала в соответствии с неписанным кодексом ялтинского мира – она не выходила за пределы признанной сферы влияния. Точно так же и Запад в своей зоне контроля в Европе мог творить что угодно. Например, британцы оккупировали Грецию и совместно с США участвовали в гражданской войне против коммунистов на стороне монархистов. При этом Советский Союз не помогал греческим коммунистам потому, что Греция вошла в сферу интересов западных союзников. Более того, когда Болгария добровольно пожелала стать 16-й республикой СССР, в Москве отнеслись к идее негативно, не желая создавать прецедента изменения послевоенных границ в Европе.

Так что да, Путин в 2014 г. демонстративно нарушил принцип, неуклонно соблюдавшийся почти 70 лет. Конечно, границы за это время менялись, в том числе и в Европе, но никогда – насильственно. Если страны объединялись – то по доброй воле (воссоединение Германии), если разъединялись – то на основании права наций на самоопределение. Советский Союз, Чехословакия и Югославия распались в результате внутриполитического процесса, а не в результате действий третьих стран. Точно так же правом на самоопределение воспользовалась Ирландия, официально провозгласившая республику и вышедшая из Британского Содружества в 1949 г. Самое молодое государство Европы – Косово, провозгласившее свою независимость в 2008 г. Двумя годами ранее образовалась Черногория, мирно вышедшая из союза с Сербией (на этом завершилась и многострадальная история Югославии).

Я полностью согласен с тем, что РФ, напав на Украину в 2022 г., смачно подтерлась всеми семью основными принципами международного права одновременно, не пытаясь даже формально прикрыться фиговым листочком, как это делали страны Запада. Смотри выше пример Франции, которая бомбардировки Ливии в 2011 г. трактовала как меры по защите гражданского населения в соответствии с Резлюцией №1973 Совбеза ООН. Это был акт чистого бандитизма, манифестация нового принципа «Рулит сила, наглость и ложь». Но в том-то и дело, что этот новый (или наоборот - старый) принцип международных отношений уже был явочным порядком установлен странами Запада, в первую очередь – Америкой. Тупость Путина заключалась в том, что он ОТКРЫТО ДЕЛАРИРОВАЛ, что это – новая норма. Только на этом основании он и стал главным мировым ебанько и гитлером XXI века.

Но международное право к тому времени уже было мертво. Доказать это элементарно просто. В 2014 г. РФ совершила ровно то же самое, что Ирак в 1990-м – силой аннексировала чужую территорию. Но реакция мирового сообщества была разной. В 1990-м году еще действовала ялтинская система международных отношений, в рамках которой всем странам мира было запрещено захватывать и присоединять чужую территорию. Поэтому США собрали международную коалицию, образцово-показательно выпороли агрессора и обложили его репарациями.

В 2014 г. мировой порядок был уже разрушен, поэтому Путину за аннексию Крыма не было НИ-ЧЕ-ГО. Запад молча проглотил это непотребство. И не потому, что был слаб, чтобы ответить, а по той причине, что у самого рыльце было в пушку. Любая апелляция к нормам международного права выглядела, как издевка, ведь буквально тремя годами ранее западные страны выбомбили Ливию в каменный век. Захват Крыма же произошел без единого выстрела, еще и при полнейшей поддержке местного населения, что дало Кремлю возможность прикрыть агрессию пусть не юридически, но хотя бы пропагандистски правом наций на самоопределение.

Санкции – скажете вы, и сильно меня рассмешите. За захват Крыма против Российской Федерации было введено ровно 0 (ноль) санкций. Ограничения были наложены только на отдельных физических лиц, причем значительную их часть составляли граждане Украины (дружно вспомним прокурорку Няш-Мяш). В дальнейшем санкции коснулись и отдельных юрлиц, причем в основном не российских, а украинских, ведущих деятельность в Крыму. Российские компании просто ушли из Крыма, чтобы не попасть под санкции, либо создали дочерние структуры специально для работы в Крыму. Так «Аэрофлот», например, создал авиакомпанию «Добролет», которая совершала полеты в Крым). И на этом – ФСЁ.

Настоящие санкции (финансовые, секторальные, эмбарго на поставку оружия и товаров двойного назначения) были введены позже, но к Крыму они не имели отношения. Поводом послужила война на Донбассе и, самое главное – уничтожение малазийского «Боинга», в результате чего погибли белые люди (в основном – граждане Нидерландов). Но и эти беззубые санкции сыграли не роль наказания, а лишь доказали то, что международное право мертво, это просто слова, которые ритуально произносятся с трибун, но не имеют реального наполнения. Что и требовалось доказать.

Что же касается дня сегодняшнего, то Путин даже не главный могильщик мирового порядка. Гораздо более нагло действует Америка, а Трамп куда откровеннее срет на все принципы международных отношений. Он открытым текстом заявляет: мне срать на права человека, у чумазых туземцев нет прав. Я хочу венесуэльскую нефть, и потому мой флот, моя авиация и мой спецназ провели СВО (специальная венесуэльская операция) в Каракасе, взяв в заложники главу этого суверенного государства. А еще я устроил блокаду Кубы и Колумбии, потому что мне не нравятся их правительства. Поэтому я буду десятками уничтожать и захватывать их суда, уничтожать мирных жителей просто потому, что так хочу. И хер вы что мне сделаете. Сидите и молчите в тряпочку!

Я нисколько не утрирую, именно так он и говорит, только чуть более многословно и витиевато. Но факты таковы, что Путин пытается устроить гуманитарную катастрофу в Украине, атакуя ее энергетику, а Трамп устроил энергетическую блокаду Кубы, что уже привело к тому, что в часы пиковой нагрузки 60% страны не имеет электроэнергии. Нет топлива – стоит сельхозтехника, в стране начинается голод. Нет бензина – машины скорой помощи не выезжают на вызовы, люди умирают. Простаивают предприятия, рабочие теряют работу и средства к существованию.

Но 99% людей, что читают эти строки, даже не знают об этом! И уж тем более они не в состоянии столь лютый трэш объяснить. Между Украиной и РФ идет война. Россия бьет по украинским ТЭЦ, Украина в ответ лупит по российским НПЗ и химзаводам, то есть действия сторон зеркальны и хотя бы в рамках текущей войны объяснимы. Но попробуйте объяснить, С КАКОЙ ЦЕЛЬЮ АМЕРИКА ПЫТАЕТСЯ УБИТЬ МИЛЛИОНЫ КУБИНЦЕВ ГОЛОДОМ? Может быть, Куба несет какую-то угрозу США? Там массово нарушаются права человека? Или Куба поставляет в США десятки тонн наркоты, как Мексика?

Так ведь нет же, на острове происходит последовательная либерализация, как в политике, так и в экономике. В 2015 г. Вашингтон восстановил с Кубой дипломатические отношения. В страну вернулись западные туристы, причем трафик превысил 4 млн посещений в год. Куба не совершала никаких действий, направленных против США.

Может быть, объяснение этой дичи в том, что нынешний госсекретарь США Марко Рубио – потомок кубинских эмигрантов, и он просто использует свою должность чтобы отомстить коммунистической Кубе, откуда вынуждены были бежать его родители? Так родители Рубио бежали не от Кастро, а от предыдущего диктатора Батисты, который возглавлял на острове проамериканский режим, и с которым фиделисты вели партизанскую войну.

Если нападение на Венесуэлу обосновывается якобы угрозой наркотрафика в США, то попытка организовать гуманитарную катастрофу на Кубе вообще ничем не прикрыта. Так что увы, Путин давно уже не главный мировой гопник, Трамп переплюнул его по всем пунктам – и по уровню агрессии, и по количеству стран, которые являются жертвами насилия в текущий момент, и по запредельному уровню цинизма, и по размаху агрессивных планов. Вы думаете, рыжее ебанько шутит про намерение силой захватить Гренландию? Нет, всего лишь готовит почву для новой оккупации (если кто не в курсе, США уже оккупировала Гренландию ранее).

Трамп и Путин – самые активные могильщики послевоенного мирового порядка. Но – именно могильщики, а не убийцы. Убито международное право было гораздо раньше коллективными усилиями коллективного Запада. (Продолжение следует)

Интернет-общественность в панике, хайпожеры собирают богатую жатву лайков и репостов, серя кликбейтными заголовками типа «С 1 мартаTelegram в России отключат полностью» или «РКН начал полную изоляцию рунета от глобальной сети!!! VPN больше не спасут». Насколько эти паникеры близки к истине?

Для того, чтобы в этом разобраться, нужно немножко представлять, что собой представляет Интернет. Можно ли его полностью отключить в России? Да, можно, но только физически, запретив провайдерам предоставлять услуги телекоммуникационной связи, а еще лучше – вообще отрубив для надежности оптоволоконные кабеля и демонтировав антенны спутниковой связи. Вот только это будет означать возвращение в каменный век – перестанут работать банки, магазины, телефонная связь, службы такси, перестанут летать самолет и ездить поезда. Даже телепропаганда на Первом канале заглохнет.

Да, раньше без Интеренета люди обходились, писали друг другу письма на бумаге, расплачивались только кешем, за книжками ходили в библиотеку, звонили по аналоговым телефонным аппаратам и покупали авиабилеты в кассах «Трансагентства» (зумеры вообще не знают, что означает это слово). Но сегодня все системы связи стали цифровыми. Возможен ли возврат к аналоговым? Теоретически да, но это будет нечто сродни отказа от автомобилей и перехода на конную тягу, потребует много лет и колоссальных затрат. Ну тупо ж неоткуда взять сразу сотню миллионов лошадей – их надо вырастить на конезаводах, засеять миллионы гектаров овсом, выучить конюхов и кучеров, создать инфраструктуру ямских станций, построить телего- и картеостроительные заводы.

Так что при всем желании даже совершенно ебнутые кремлевские старцы не могут приказать отрубить Интернет. Но можно ли изолировать рунет от глобальной сети, то есть создав большую сеть интранет (не путать с интернет)? Тоже можно, но пока чисто теоретически. На сегодняшний день в мире существует только одна сеть интранет национального масштаба – Кванмён в Северной Корее. Чтобы северокорейцам стали доступны материалы из глобальной сети, они должны пройти ручную модерацию. Специально обученные цензоры ее отбирают, передают переводчикам и только после этого она загружается в Кванмён и становится доступной внутри страны. В основном таким образом загружается в интранет только научно-техническая информация. Никто извне получить доступ к Кванмён не может.

Выстроить подобную изолированную телекоммуникационную сеть в России будет очень трудно технически и баснословно дорого. Поэтому, хоть полностью «суверенная сеть» и является конечной целью властей, желающих изолировать население от проникновения нежелательной и «экстремистской» информации извне, сегодня Кремль пытается решить проблему суверенизации трафика, то есть снизить до минимума обмен данными с зарубежными серверами, после чего можно будет переходить к следующей стадии – изоляции рунета с помощью сетевых брендмауэров, пресекающих несанкционированный обмен трафиком.

Это можно назвать китайской моделью. Сегодня в Китае примерно 85% данных по сети передаются внутри страны и лишь 15% трафика – это те килобайты, что уходят за границу или приходят оттуда. В случае, если Китай полностью отрубит своих пользователей от интернета, не все они это даже заметят, потому что сервера подавляющего большинства интернет-сервисов находятся внутри страны. Выше объем внутреннего трафика только в США – порядка 91%. Это объясняется тем, что большинство глобальных интернет-сервисов имеют американскую прописку.

На сегодняшний день «китаизировать» трафик, то есть сократить зависимость от внешних ресурсов, пытаются такие суверенные диктатуры, как Иран и Россия. В Иране 66% трафика имеет внутренний характер, в России – 56%. Но если Китай создает национальные аналоги глобальных сервисов (почтовых, платежных, игровых, стриминговых, музыкальных, торговых), то Иран и Россия, неспособные к подобному импортозамещению, действуют путем блокировок доступа к нежелательным ресурсам. Таким образом внешний трафик снижается. Пользователи вынуждены юзать те сервисы, что им физически доступны, даже если они являются убогими суррогатами привычных зарубежных продуктов. Альтернатива – использование VPN

Именно в этом ключе происходит маниакальная борьба российских властей с иностранными мессенджерами – Telegram, WhatsApp и Viber, поскольку они не могут контролировать информационные потоки в них. А этот информационный поток уже таков, что Telegram -аудитория давно превысила число людей, смотрящих телевизор. Поскольку диктаторские режимы не в состоянии существовать без монополии на пропаганду (их так и называют – информационные диктатуры), для них монополизация интернет-трафика становится борьбой за свое выживание.

В идеале Кремль хочет иметь один госмессенджер, который используют все – это МАХ, один хорошо цензурируемый видеохостинг (пока не ясно, будет это Rutube или VK Видео, скорее всего, их сольют в один), одну платежную систему, одного агрегатора такси, один музыкальный хостинг и т. д. В принципе олигополия вместо монополии тоже возможна. Например, на рынке мобильной связи действует четыре крупных оператора, и все они послушно выполняют требования товарища майора, иногда отрубая интернет в целых регионах.

Интернет - это своего рода трехслойный пирог: на верхнем уровне – глобальные интернет-сервисы: поисковые системы (Google, Яндекс и другие), мессенджеры (WhatsApp, Telegram, Viber и прочие), соцсети (Facebook, ВК, Instagram), маркетплейсы (AliExpress, Temu, Amazon, Wildberries), игровые, доставочные, почтовые, транспортные, торговые, развлекательные сервисы (Gmail, Яндекс-еда, Uber, Spotify, Youtube и прочие).

Нижний уровень – аппаратный. Дата-центры, серверы, маршрутизаторы, кабельные сети, ретрансляторы, спутники, хабы, провайдеры, роутеры. Конечная точка – это экран ноутбука или смартфона пользователя.

Но нижний (физический) уровень глобальной сети, на котором находятся пользователи, и верхний (сервисы) связаны между собой через средний уровень – коммуникационный, логическую инфраструктуру, представленную набором правил, по которым происходит обмен данными. Глобальный характер интернету придает только то, что вся физическая инфраструктура сети поддерживает единый для всех набор протоколов связи. HTTP, HTTPS, IP, TCP, DNS, G5, VPN, DHCP WiFi и массу других. Не будем разбирать принцип их действия, это язык, который служит для общения между собой устройств, а не людей. Вам достаточно знать, что WiFi одинаково работает в Марокко, Дании и Новой Зеландии. Все сетевое оборудование заточено под обработку данных, передающихся по указанным протоколам.

Соответственно, чтобы изолировать сегмент сети, нужно создать коммуникационную инфраструктуру, несовместимую с глобальной, внедрить несовместимые с ней протоколы связи. Под эти протоколы нужно создать и аппаратную часть, которая либо полностью заменит аппаратный уровень, либо станет блокировать «чужие» протоколы. Китай, например, разработал такой локальный протокол NewIP, несовместимый с глобальным IP. Если он внедрит его на своей физической инфраструктуре, заменив общепринятый протокол IP, то китайский сегмент интернета будет полностью обособлен от глобальной сети. В этом случае VPN-cервисы станут бесполезны для проникновения за железный занавес.

Как работает Интернет? Допустим, пользователь из Брянска посылает сообщение пользователю в Читу. Для телекоммуникационной системы не важно, что это: то ли сын шлет маме поздравление со смайликом на 8 марта, то ли Сбербанк пересылает Т-банку информацию о платеже. Выглядит это как задача переслать пакет данных от IP-адреса 192.168.0.1. на IP-адрес 145.10.34.7. Провайдер обращается с запросом в центр обмена трафиком, в котором хранятся сведения обо всех существующих IP-адресах и там производится маршрутизация, то есть расчет оптимального пути доставки пакета данных. Ведь он пересылается не напрямую, а через узлы связи, которые имеют разную пропускную способность, и степень загрузки в конкретный момент времени.

В каких-то случаях пакет данных из Брянска в Читу пойдет через Нижний Новгород и Новосибирск по оптоволоконной магистрали, проложенной вдоль Транссибирской магистрали, а если та загружена, то трафик перенаправят через спутниковый канал связи в Китай, оттуда по подводному кабелю во Владивосток, а далее в Читу по подземному кабелю. И все это – маршрутизация, переадресация и отправка пакета – происходит за доли секунды.

Крупнейшие мировые центры обмена трафиком расположены в четырех городах: Франкфурте (Германия), Лондоне (Великобритания), Париже (Франция) и Амстердаме (Нидерланды). Их конечно, гораздо больше, в одной только Европе – десятки (см. картинку вверху).

Но все же Франкфурт, Лондон, Париж и Амстердам – это своего рода мировые интернет-столицы. И вообще, через Европу проходит примерно 70% всего планетарного веб-трафика. Даже если пакет данных отправляется из Новой Зеландии в Японию, велика вероятность, что маршрутизацию будет осуществлять сервер в Копенгагене, а непосредственная передача данных произойдет через Будапешт.

Москва тоже является важным интернет-узлом на мировой карте телекоммуникаций, но по своему значению она находится где-то в конце второго десятка среди европейских центров обмена трафиком, на ее долю приходятся доли процента от общего объема передаваемой информации. Причем самостоятельной роли московский узел не играет, он соединен мощным каналом связи с Франкфуртом, и уже через франкфуртский узел осуществляется распределение нагрузки на российские линии связи.

Можно ли обойтись без обращения к иностранным центрам обмена трафиком? Точно нет! Ведь если абонент из Москвы пошлет абоненту в Хабаровск короткое сообщение «Посмотри классный видос», привязав ссылку на ролик в YouTubeе, то переслать это сообщение напрямую по сетям от одного провайдера к другому можно, в том числе напрямую, используя так называемые пиринговые сети, которыми провайдеры связаны друг с другом напрямую. Однако чтобы посмотреть видеофайл, все равно придется обращаться к тому же франкфуртскому узлу, который выстроит маршрут от места хранения контента к зрителю в Хабаровске. Хранятся видео в дата-центрах, в данном случае – в дата-центре компании Google, владеющей указанным видеохостингом.

Дата-центры располагаются обычно в непосредственной близости от центров обмена трафиком, чтобы облегчить и максимально ускорить маршрутизацию. И хоть Google – американская компания, ее сервера с видеоконтентом располагаются в том числе и в Европе, в частности рядом с Амстердамом в Эмсхавене. Таким образом Франкфуртский узел отмаршрутизирует доставку видео из Эмсхавена в Хабаровск. Иначе обмен видеофайлами станет невозможен в принципе.

Да и вообще, любые, даже маленькие файлы передаются не от пользователя к пользователю, а от дата-центра, где они хранятся, к конечному пользователю. Например, в мессенджере мы пересылаем не смайлик, который вести 256 килобайт (анимированные – кратно больше), а лишь четыре байта, в которых зашифрован IP-адрес сервера мессенджера, где хранится изображение, и его скачивает уже непосредственно получатель. Если бы мы пересылали изображение непосредственно от отправителя к получателю, то объем пересылаемого трафика в случае одного смайлика на промежуточных этапах вырос бы в 65 тысяч раз!

Поэтому для нормального функционирования любого мессенджера нужна связь с мировыми центрами обмена трафика и дата-центрами. Даже скрепный МАХ от ФСБ абсолютно неработоспособен без доступа к серверам Google. Поэтому рунет не способен существовать в автономном режиме интранета. Из трех инфраструктурных слоев у него есть только один – одобренные товарищем майором сервисы, но на аппаратном уровне рунет является частью глобальной сети. По этой же причине и логическая инфраструктура не может быть суверенной, в РФ используются все общепринятые протоколы и стандарты связи. А раз так, то сервисы VPN останутся работоспособными и будут надежно пробивать железный занавес от «Роскомнадзора».

Да, конкретные сервера VPN цензоры в погонах смогут заблокировать, но этих серверов – сотни тысяч, пока один банишь, появляются два новых. Поэтому борьба с VPN – сизифов труд. Пока в РФ не будет создана аппаратная инфраструктура для интранет, работающая на «суверенных» протоколах, которых тоже нет, обособление Чебурнета от глобальной сети технически невозможно.

Максимум возможного для РКН – это фильтрация трафика, что осуществляется с помощью аппаратной надстройки – так называемых «черных ящиков», которые по требованию ФСБ устанавливают все провайдер. Это устройства ТСПУ, что значит «технические средства противодействия угрозам». Именно «черные ящики» распознают, например, пакеты передачи голосовой связи и блокируют их передачу на серверы WhatsApp и Telegram. То же самое происходит с видеотрафиком на Youtube.

Данное препятствие гарантированно обходится с помощью работоспособного VPN, поскольку ТСПУ глушат не вообще весь голосовой трафик (тогда и МАХ работать перестанет), а только трафик на/от вражеских дата-центров. Если же с вашего устройства голосовой трафик идет не в лондонский дата-центр Telegram, а а на промежуточный ташкентский сервер, то «черный ящик» такой трафик не блокирует.

Поэтому отставить панику! Telegram продолжит работать после 1 марта и после 1 апреля и даже после 1 мая. Для создания реального Чебурнета нужны десятилетия. Если сегодня лишь на создание и функционирование аппаратной надстройки в виде ТСПУ «Роскомнадзор» тратит десятки миллиардов рублей, то сколько триллионов уйдет на возведение самодостаточной аппаратной инфраструктур и разработку «суверенных» протоколов связи? Но это еще не все, придется еще и все пользовательские устройства (смартфоны, планшеты, ПК, сервера, телевизоры) производить под скрепные протоколы, как это делают в той же КНДР. Для этого Рассиюшка должна быть, как минимум, технологическим гигантом. А она, к счастью, стремительно деградирует и гарантированно обосрется, даже если очень захочет создать аналог северокорейской интранет-сети Кванмён.