Сколько раз повторяли в тех или иных формах президент Путин, Генеральная прокуратура и Верховный Суд: «Прекратите кошмарить бизнес!», но дошли эти призывы не до всех. И не дойдут, пока полицейских не начнут бить по рукам за интерес в разнообразных бизнес-проектах. А пока бить не начали, имеем то, что имеем: попытки людей в погонах заработать себе очки на строительстве здания Пермского краевого суда.

Здание это обошлось федеральному бюджету в немалые деньги – на комфортное существование пермских судей было выделено 473 млн руб. Правда, желающих строить его поначалу долго не находилось. Далеко не каждый подрядчик сможет потянуть стройку по федеральной целевой программе «Развитие судебной системы России». А из тех, кто способен выполнять такие контракты, желающих рисковать не нашлось: судя по всему, крупные пермские строительные компании знали о «подводных камнях» таких проектов.

Знали ли о них в «Ижевской строительной компании», теперь уже не важно. Факт в том, что контракт на строительство нового здания Пермского краевого суда был заключен с ИСК в феврале 2018 года.

Пока шло строительство объекта, интерес тех, кого принято называть «силовиками», никак не проявлялся. Претензий со стороны заказчика к работе ИСК не было, тем более что подрядчик укладывался в сроки и работу свою делал качественно.

Идиллия в отношениях продолжалась ровно до того момента, когда здание Пермского краевого суда уже красовалось в центре города, а подрядчик и заказчик смогли доказать в Госэкспертизе увеличение стоимости строительства на оставшиеся работы – оснащение здания современным инженерным оборудованием, предусмотренным проектом.

Момент для того, чтобы захлопнуть ловушку, в которую угодили ижевские строители, оказался самый удобный. Здание, строившееся два года, готово на 90%, и где-то в высоких кабинетах не могли не задаться вопросом: почему бы добросовестного подрядчика, который уже все сделал, не устранить, а на его место привести своего, родного и близкого, который все быстренько доделает и век благодарен за это будет?

Схема заработала простая, но очень действенная, учитывая какой скрытый от посторонних глаз административный ресурс могут включить краевые блюстители порядка против неместных строителей.

За дело взялись сотрудники ГУ МВД по Пермскому краю, которым малейшей лазейки в УПК достаточно, чтобы чьи-то догадки, перерастающие в бурные фантазии, квалифицировать в качестве «сообщения о преступлении, полученного из иных источников». Любому следователю не составляет большого труда сделать из мухи слона, расписав любое событие так, как необходимо. Где-то сочинить, где-то расставить акценты – и для начальства готов материал, на основании которого они простым росчерком пера разрешают проведение в отношении «фигурантов» крайне неприятных мероприятий и процедур.

Первые звоночки начинают звенеть для «разрабатываемого», когда «силовики» заходят на объект под видом различных проверок и проведения экспертиз. Нужных результатов они не дают, и тогда просто берется и за одним сутки заводится уголовное дело, которое окончательно развязывает руки «правоохранителей». И вот уже «ИСК», два года считавшаяся надежным подрядчиком, превращается в фигуранта уголовного дела по … покушению на мошенничество. Со всеми вытекающими из этого неприятными последствиями в виде оперативных мероприятий и всего того, что способно остановить работу на очень долгое время.

Подозрения людей в погонах о покушении на мошенничество ижевского подрядчика иначе как вздорными не назовешь. Никаких оснований для этого нет . Но следствие по делу не успокаивается, и продолжает «копать» во все стороны, пытаясь найти хоть какие-то зацепки. Нельзя отделаться от впечатления, что глохнущее дело кем-то старательно оживляется и направляется в нужное русло. Изьятие и арест строительных материалов и оборудования, компьютеров и технической документации делаются исключительно для того, чтобы парализовать работу подрядчика и завершение важного для краевой столицы проекта.

Чей интерес прослеживается в этом деле, еще предстоит выяснить, но погреть руки на нем способны многие, и уже это делают. В Москву поступает необходимая отчетность: заведено еще одно дело против подрядчика-«расхитителя» госсобственности, органы бдят, статистика растет, коррупция искореняется. Кто там, в главках, будет выяснять, что дело откровенно «липовое»? Борьба идет, показатели растут, что еще нужно?

Не сложно представить, сколько в поступающей в Москву отчетности таких дел, появляющихся буквально из воздуха. В каждом регионе их не по одному десятку, различия только в деталях. И когда на федеральном уровне пытаются искать рецепты оздоровления экономики, это вызывает удивление, поскольку рецептов искать не надо. А надо просто обратить внимание на то, что вытворяют с бизнесом региональные князьки в погонах, вынуждая предпринимателей даже не думать о том, чтобы выполнить госконтракт без их претензий, переходящих в откровенный кошмар.

Чего добились на сегодняшний день краевые «силовики»? Застопорилась реализация важного для столицы Пермского края почти законченного проекта. Заморожены выплата заработной платы сотням работников, люди увольняются, пополняя ряды безработных. Что еще нужно для того, чтобы надзирающие в Москве задались вопросом, тем ли занимаются пермские «силовики»?

Основной коррупционный ущерб причиняется управленцами – и медиками и не медиками и людьми из ФОМС. В частности, один из телеграмм-каналов по этому поводу пишет следующее: «...оказалось, что каждый (региональные департаменты и управленцы) работает не на общие, а на свои цели. Главная ошибка сегодняшних госуправленцев – повышение свободы на местах. К сожалению, свободу в регионах понимают не как свободу действовать на благо государства и общества, а как свободу отжать что-то для себя. …».

И в нашей республике на протяжении многих лет работает слаженная машина по выведению средств из здравоохранения, не подверженная смене министров и руководства региона. Определенные ожидания возникли в 2017 году при очередной смене главы, но они, увы, до сих пор не оправдались. Основным подтверждением этого является сохранение в ТФОМС предыдущей модели работы. Замена в ТФОМС Шадрина, обширные дела которого не были и никогда не будут расследованы, на Митрошина, который освоил работу с бюджетными деньгами ещё в молодости, за что был обласкан и поставлен главным по госзакупкам в Удмуртии, откуда перешел в медицину, с переводом туда Дёминой, хорошо знающей толк в обороте денег в здравоохранении, в полном объеме сохранило прежнюю ситуацию, в которой процветают двойное и тройное финансирование, игра с тарифами и объемами и прочие бюджетные шалости в результате которых республика теряет до трети бюджета ФОМС. Сколько точно – никто не знает.

Базовых изменений в работе Минздрава тоже не произошло. Формирование финансово-экономической политики осталось прежним. Старые кадры – Тарасова и Перевозчикова (до недавнего времени) по сути, определяли всю политику ведомства, обеспечивая жесткий контроль за ЛПУ, отношения с ТФОМС. КРУ давно превратилось в карманную структуру, роль которой сводится к подготовке удобного акта проверки любого ЛПУ из которого ничего не следует.

Не смотря на множество оснований не была санкционирована полноценная финансово-правовая работа по «чистке рядов» – все прежние выгодоприобретатели либо сохранили, либо упрочили своё положение, либо просто произошла перегруппировка в рамках внутренней конкуренции за коррупционные ресурсы.

Был период, когда казалось, что новое руководство республики, не имея возможности прямо справиться с местной устоявшейся административно-коррупционной системой, попытается переломить ситуацию изнутри за счет смены корпуса главных врачей. Однако, всё произошедшее за уже почти три года показало, что это предположение было безосновательным.

На сегодняшний день в сухом остатке республика имеет лишь то, что всё реальное управление отраслью переместилось из профильных служб в вышестоящий аппарат, где и растворилось в обезличенной некомпетентности и безответственности. Попытки Титова хоть как-то выполнять свои служебные обязанности, в итоге, привели его к отставке. Никому не известно, кто и как сегодня принимает решения. Можно долго гадать, какова роль в этом Бречалова, Свинина, Смирнова, Макарычевой, Строкова, Муталенко, Полетаевой и ещё бог знает кого, но смысла в этом нет никакого. Очевидно лишь то, что ни министр (ныне и.о.), ни вице-премьер, ни премьер власти в определении положения дел в здравоохранении не имеют. В итоге, служба профильного вице-премьера, Минздрав, формально ответственные за разработку и реализацию политики в отрасли, оказались практически исключенными из этих процессов.

Одним из начинаний нового руководства республики было создание проектных офисов, оказавшееся совершенно провальным. Провальное в этой идее было всё – от концепции до недееспособности кадров. Какие смыслы, какие идеи развития могут генерировать люди, не имеющие ни малейшего представления об отрасли, в которую их погрузили? Мальчики-девочки без образования, знаний, полные амбиций, проедающие немалые бюджетные деньги и не способные создать ничего кроме хаоса. При этом они, будучи непубличными, никем не избранными и совершенно непонятно как назначенными, фактически могут диктовать условия любым профильным структурам, усугубляя обстановку безвластья и неуправляемости. Для спасения туда могут быть внедрены компетентные специалисты, которые оказываются в положении «один с сошкой, семеро с ложкой».

Один из наиболее ярких представителей этого порождения – Полина Буторина, прославившаяся своими амбициями и аппетитами. Прочие – те, что без амбиций, надеемся, так останутся для всех нас неизвестными и бесполезными потребителями бюджета.

Обезличенные и при этом весьма агрессивные попытки вмешательства в деятельность ведомства под видом оптимизации, начавшиеся с централизации лабораторной службы, продолжившиеся невероятными концессиями и не менее невероятной попыткой централизации кадровой и бухгалтерской служб, не принесли ничего кроме формирования устойчивого общественного мнения как о некомпетентности нового руководства, так и его деструктивных мотивах – в многочисленных информационных источниках представлялась и представляется детальная информация о коррупционной основе каждого из этого начинаний, которая, впрочем, становилась очевидной с самого начала. Соответственно, авторам указанных идей изначально говорилось о пагубности и незаконности их начинаний, о невосполнимости негативных последствий. О какой «оптимизации» могла идти речь, если за каждой из этих историй, совершенно не скрываясь, в полный рост стояли аффилированные компании, распилы и откаты? Но всякий раз, стремясь изобразить служебное рвение и прогрессивность, необходимые для высокой федеральной оценки, они останавливались лишь упёршись в очередной уголовно-правовой и административный тупик.

Увы, практика показала, что новая команда и не пыталась ставить перед собой задачи по прекращению криминальных финансовых потоков в здравоохранении. Напротив, вместо наведения порядка она последовательно предпринимала активные попытки реализации новых коррупционных схем.

Соответственно, не должно вызывать удивление тяжелое состояние, в котором сегодня в республике пребывает здравоохранение. На старые глубокие проблемы, не решавшиеся десятилетиями, наложилась обстановка дезорганизации, неуправляемости.

Причины состоят в нежелании и неспособности к наведению порядка в области финансово-экономической деятельности, в отсутствии необходимых для этого политической воли, знаний и ресурсов. Прямым следствием этого явились провал кадровой политики и неизбежный провал управления как отраслью в целом, так и отдельными учреждениями в частности.

Наиболее яркими примерами провалов в управлении ЛПУ служат ГКБ №6, ГКБ №9 и ГКБ №2. Если остальные больницы и поликлиники либо тихо стагнируют или деградируют, либо, вопреки всему негативу стремятся к развитию и даже достигают локальных успехов, то эти три движутся к разрушению. И если исходное состояние ГКБ №6 и ГКБ №2 уже внушало опасение в их будущности и их нынешнее состояние можно считать закономерным, то ситуация с ГКБ №9 вызывает обоснованные раздражение и горечь, поскольку она безусловно была лучшей больницей города и республики, а её лечебный персонал располагал значительным потенциалом развития и представлял собой точку роста, пожалуй, последнюю в республике.

Также в одном из телеграмм-канал о конфликтах и протестах в здравоохранении говорят следующее: «…любые акции протеста или негативные публикации в СМИ … – результат непрофессионального управления больницей и региональным здравоохранением, так как главврачей нанимает и ими управляет региональный минздрав. И в этом я мог убедиться много раз, сравнивая аналогичные больницы с одинаковым финансированием и внутри региона, и регион к региону, и даже внутри города. Не будет у нас нормального здравоохранения, пока власти не обратят внимание на низкое качество управленцев в нем. …».

Для реализации этой мысли необходимо, чтобы у власти изменилось представление о качестве управления здравоохранением. К сожалению, надеяться на это сложно, поскольку она до сих пор вместо решения проблем занимается их усугублением.

Почти трёхлетнее наблюдение, к сожалению, подтверждает отсутствие позитивной повестки – имея на руках полные списки, включающие последних из оставшихся компетентных специалистов на истощенном, оголенном десятилетиями коррупционного отрицательного отбора кадровом поле республики, пригодных для управленческой деятельности, новая команда назначала или сохраняла персонажей с явными уголовными перспективами.

Сегодня вообще сложилась парадоксальная ситуация, когда, принимая вынужденное решение об увольнении старого руководителя учреждения или чиновника, обусловленное «обстоятельствами непреодолимой силы» правового характера, руководство оказывается не в состоянии назначить нового, поскольку часть кандидатов в её глазах полностью дискредитирована имеющимися у них коррупционными связями, а часть тем, что гарантированно не будет принимать участия в коррупционной деятельности. Это же касается и тех, кто уже и должен бы быть уволен (как минимум, по утрате доверия или полному служебному несоответствию), но не увольняется, поскольку от руководства нет отмашки на финансово-правовой аудит или даже уголовное преследование. И количество таких должностей в республике уже исчисляется десятками.

Описанная картина выглядит неприглядно. И, к сожалению, уже давно не верится в то, что в сознании руководства республики произойдут изменения и оно начнёт принимать адекватные, ответственные управленческие решения, которые смогут изменить ситуацию как в отрасли в целом, так и отдельных учреждениях на здоровье гражданам и на радость врачам.

Экс-супруга удмуртского олигарха Виктора Русских наконец-то вернулась из длительных вынужденных поездок. К длительным путешествиям Людмилу (экс-Русских, а теперь Муртазину) вынудило уголовное преследование, ставшее результатом ее активной "предпринимательской" деятельности . Правоохранительные органы проявили интерес к двум фирмам - ООО «Эверест» и ООО «Ижстрой», зарегистрированным на новоявленного родственника Людмилы Муртазиной, некоего Константина Хорошавцева, сотрудника госкорпорации по ОРВД.

Подозрения были не без оснований: оказалось, что Хорошавцев - сотрудник госкорпорации по ОРВД является обычным подставным лицом, реальный владелец компаний - Людмила Муртазина.

Людмила Муртазина, заподозрив что номинальный участник может распорядиться ее фирмами, тайно, меняя проездные билеты, дабы не оказаться по прибытии в руках правоохранителей, вместе с новоявленным родственником рванула к нотариусу. Где Хорошавцев быстренько подписал все необходимые договоры на своего бенефициара - Людмилу Муртазина.

Одну из фирм - ООО "Эверест" госпожа Муртазина сразу оформила на себя, вторую горе-бизнесменша со своим новоявленным родственником пыталась слить, и не куда-нибудь, а в далекую Хакасию. Но в налоговой инспекции номер 1 по Республике Хакасия знают для чего сливают фирмы в дальний регион. Схема слива компаний в далекие регионы не нова, известна фискальным и правоохранительным органам. Приемы фирм с обнальным прошлым и настоящим знают наизусть, и очевидно было, что в перерегистрации смены адреса в далекую Хакасию обнальной фирме ООО "Иж-Строй", бенефициаром которой выступала Людмила Муртазина было отказано.

Карты вскрыты, преступление окончено.

Опасаясь потерять компании, оформленные на номинальное лицо Хорошавцева К.П., с целью скрыть реальную сделку - куплю- продажу доли в объекте недвижимости - торгового центра на ул. Новоажимова,20 Людмила Муртазина приняла решение вскрыть карты. В результате номинал Хорошавцев- сотрудник госкорпорации ОРДВ, безо всяких угрызений совести по поводу уплаты налога на доходы физических лиц с суммы 10 млн.руб, переоформил доли в компаниях ООО Эверест и ООО Иж-Строй на своего бенефициара- Людмилу Муртазину. Таким образом преступление в котором, подозревали Людмилу Муртазину, Дмитрия Егорова - компаньона Дамы и номинального участника Хорошавцева К.П. считается оконченным.

Слив компаний с обнальным прошлым и настоящим в дальние регионы - это известная криминальная схема. А для Людмилы Муртазиной - это результат низкоквалифицированного юридического сопровождения нанятых ее помощников и советчиков.

Сейчас правоохранительным и фискальными органам известно имя настоящего бенефициара обнальных фирм.

В тени остаются те, кто довел экс супругу олигарха до такой жизни ценными советами и рекомендациями - а это советчики - адвокаты, которым от горе -бизнесменшы нужны только деньги, это– новая многочисленная семья Муртазиных. А еще такие бизнес-партнеры, как например Дмитрий Егоров , сумевший склонить нашу богатую даму на криминальную одиссею. Еще чуть-чуть, и пожилая женщина, сумевшая выудить из экс-супруга олигарха 400 млн рублей отступных после развода, окажется благодаря этим советам на нарах в женском отделении СИЗО. Без денег и даже передач с воли - ведь новая родня и бизнес-партнер Егоров не затем бабушку так подставляли, чтобы кормить ее на старости лет.

Это уже не трагедия, а трагикомедия, как бы не было жаль пожилую женщину. Но люди свое, в отличие от Людмилы Муртазиной, уже отсидевшие, обычно говорят, что кроилово всегда ведет к попадалову. Если не заработал сам, ни за что не удержишь то, что прилетело в руки просто так, тем более, если думаешь, что ты умнее всех. Разочарование в собственных способностях в таких случаях бывает очень сильным - тюремные нары и не таких приземляют.

Переоформление фирмы с подставного лица на действительного бенефициара – это окончание преступления. Которое от ответственности не избавляет, а напротив – существенно облегчает работу следствия. Оно – добровольное признание вины, а в случае госпожи Муртазиной, теперь официально владеющей фирмами с обнальным прошлым и настоящим – как чужой кошелек в руках задержанного карманника. Оперативникам останется тянуть за ниточки, разматывая клубок.

Хотя с клубком, причем настоящим, должна бы сидеть на диване бабушка Людмила Муртазина, вязать носки внукам. То есть заниматься тем, что и положено делать почтенного возраста женщине. Но экс-супруга олигарха, уже не раз убедившись в том, что ее просто используют и подставляют, продолжает свою криминальную одиссею, наблюдать за которой и смешно и грустно одновременно, и смешно пока еще больше, чем грустно.

В нашей Республике есть очень интересное учреждение - АУ УР «Республиканский центр информатизации и оценки качества образования» (РЦИОКО), несменным директором которого является Медведева Наталия Константиновна.

РЦИОКО был создан в 2011 году. Это было как раз то время, когда началась информатизация системы образования. Министром образования УР тогда был Кузнецов Андрей Леонидович. Именно он назначил на должность директора создаваемого тогда РЦИОКО Наталью Медведеву - простого учителя информатики лицея 86, не проявившую себя нигде и никак. Просто, как оказалось, они были близкими друзьями. Но Медведева оказалась очень хваткой…

Как только через РЦИОКО стали проходить финансы, сразу же появились две новые компании - Автономная некоммерческая организация дополнительного профессионального образования «Центр повышения квалификации в сфере информационных технологий» (ЦПКИТ) и ООО «Новая школа».

ЦПКИТ занимается в сфере обучения информационным технологиям детей и взрослых. А Новая школа занимается поставкой компьютерной техники для школ и использует складские помещения РЦИОКО для хранения своего оборудования.

Соучредителями этих двух организаций являлись сама Медведева и ее заместитель по АХР Новиков С. Н. Но все бы было нормально, если бы эти организации работали честно и законно. Но, как ни странно, они обе базируются в зданиях РЦИОКО. И естественно, Медведева стала лоббировать интересы своих организаций через МОН УР. И получается у ней это очень хорошо. Директоров школ Республики заставляли закупать компьютерное оборудование через Новую школу. При чем по отзывам директором техника не самого лучшего качества и по завышенным ценам. Но если указания идут сверху с самого МОН УР, у кого закупить оборудование, то как отказаться? А если отказался, то деньги просто не дадут. Так же нельзя было игнорировать курсы повышения квалификации педагогов, организуемыми ЦПКИТ, которые презентовались как курсы от РЦИОКО. И все педагоги всегда думали, что проходят курсы в РЦИОКО, т.к. их проводят сотрудники именно РЦИОКО, а договора на оказание образовательных услуг были от ЦПКИТ. Очень интересный бизнес получился.

Бизнес Медведевой и Новикова процветал на деньги МОН УР очень успешно. Но и этого им стало мало им. Сейчас все сотрудники РЦИОКО так или иначе работают на личный бизнес их директора Медведевой и ее заместителя Новикова.

Когда экс-министра образования и науки УР Андрея Кузнецова продвигали в заместители председателя правительства, до депутатов Госсовета по разным каналам доводилась информация о причастности Кузнецова, как министра образования, к схеме отмывания через Медведеву бюджетных средств, выделенных на компьютеризацию школ. Но депутатов это, к сожалению, совсем не заинтересовало - они без лишних вопросов согласовали повышение Кузнецова. Впоследствии Кузнецова все таки сняли с должности, но это было уже по совсем другой причине.

В отношении РЦИОКО неоднократно проводились прокурорские проверки, но удивительно - все они ни разу не нашли ничего незаконного. Единственное что произошло после одной из проверок - Медведева вышла из состава соучредителей этих организаций. Но все знают, что это произошло только формально - фактически она до сих пор остается владельцем ЦПКИТ и Новой школы.

Если посмотреть кто является исполняющим директором "ЦПКИТ"и "Новой школы", то окажется, что это один и тот же человек – Смирнова Наталья Николаевна. Параллельно с этим Смирнова числится начальником проектно-аналитической деятельности РЦИОКО - то есть все основное рабочее время Наталья Николаевна посвящает работе в частных организациях "ЦПКИТ" и "Новая школа", а немаленькую зарплату при этом получает из бюджета. Проживает же Смирнова в служебной квартире, подведомственной Минобразования УР. Возникает вопрос: а что это за такой ценный специалист, что ей выделили целую министерскую квартиру?

Изучив на сайте "РЦИОКО" структуру организации возникает вопрос - почему заместитель директора по АХР выведен отдельной веткой и ему подчиняются все остальные замы? Видимо и зарплату Новикову, как своему партнеру по бизнесу, Медведева сделала особую, раз в его подчинении оказались все остальные замы. Кто нибудь вообще задумывался в министерстве образования и контролирующих органах - как может быть такое, что одному заму подчиняются остальные, тем более заму по АХР?

Другое интересное наблюдение касается сайта ЦПКИТ - Он почему-то находится на портале www.ciur.ru, принадлежащем Минобразования Удмуртии. На этом портале находятся все образовательные учреждения Удмуртской Республики, подведомственные МОН УР. Возникает вопрос – что это за такие привилегии для частной образовательной организации от министерства образования? Даже контактный телефон, указанный на сайте ЦПКИТ, принадлежит МОН УР…

Назначив когда-то Медведеву на должность РЦИОКО, экс-министр образования Удмуртии Кузнецов не ошибся в данной кандидатуре - она оказалась очень предприимчивой и умеющей выживать при любых руководителях, а самое главное – «зарабатывать» на министерском бюджете деньги.

На сегодняшний день все потоки финансирования образования в Удмуртии проходят именно через РЦИОКО. Это и финансирование электронного журнала, содержание которого обходится бюджету Удмуртии в 7-8 миллионов в год. Это и доступ в интернет для образовательных учреждений, который обходится бюджету порядка 8 тыс. руб. за каждую точку доступа, скорость доступа которой остается только на бумаге. Несложно посчитать - если в Удмуртии более 1,5 тыс. учреждений - то выходит более 12 миллионов рублей в год только за интернет!

Все закупки компьютерной техники для школ также проходят именно через РЦИОКО, не оставляя директорам образовательных учреждений никакого выбора. С 2018 года закупки учебников тоже стали проходить через РЦИОКО. Только в 2019 году из бюджета на эти цели выделено 122 миллиона рублей. И опять же школы не имеют права выбора поставщика на приобретение учебников.

В 2015 году РЦИОКО поглотило путем присоединения к своей структуре Автономное образовательное учреждение дополнительного образования детей Удмуртской Республики «Республиканский центр детского (юношеского) технического творчества» (РЦДЮТТ), который располагался на пер. Северный, 9а. Данное учреждение дополнительного образования посещали учащиеся соседних школ №№ 5, 88, 86. Обучались там дети с 1 по 11 классы. Были самые разнообразные кружки, которые абсолютно бесплатно посещали дети. Но Медведева сделал все, чтобы захватить это учреждение в первую очередь в личных интересах. А именно, там расположилась две ее организации – "ЦПКИТ" и "Новая школа". В течение 2 лет от старого коллектива никого не осталось -людей попросту выжили. Количество бюджетных часов сократили, пе��еведя педагогические ставки в ставки специалистов РЦИОКО. Взамен сокращенным учебным часам медведевский ЦПКИТ стал предлагать платные учебные курсы для этих же детей. Так был создан детский центр «Технотроника» - личное детище Медведевой. Медведева хорошо просчитала, что родителям некуда детей девать, и они так или иначе будут оплачивать за внеурочную деятельность, лишь бы ребенок был занят.

В 2017 году Удмуртская Республика получает грант на создание детского технопарка Кванториум. Естественно, что Медведева сделала все, чтобы Кванториум был открыт на базе уже бывшего РЦДЮТТ. И все деньги, а это 82 миллиона рублей, поступили на счета РЦИОКО. По условиям предоставления гранта, все 82 миллиона должны были быть потрачены на приобретение оборудования. Оборудование было приобретено, но не все так просто…

Медведева распорядилась так, что сейчас в Кванториуме бесплатно обучаются учащиеся только 7-11 классов, а бюджетные учебные курсы для младших школьников 1-6 классов, которые проводились при РЦДЮТТ, были сокращены полностью. Но когда родители стали приводить своих детей на запись во вновь созданный технопарк, то выяснилось, что бесплатных курсов для младших школьников нет и взамен тут же родителям предлагаются платные курсы в Технотронике. А объясняют родителям так, что Технотроника – это предкванториум, и что бесплатное обучение в нем не предусмотрено, и потом, пройдя платные курсы, в старших классах дети перейдут на бесплатное обучение в Кванториум. Очень хитрая схема выманивания денег из кармана родителей. Хотя все это можно было оставить бесплатным, как это сделано в других регионах, где так же открыты Кванториумы.

Оборудование на сумму 82 миллиона приобреталось по очень сомнительным схемам. Всех, кто из местных крупных поставщиков обращались, по неизвестным причинам просто отфутболивали. Никакие торги не проводились, не было и запросов котировок - все было формально и только через «своих» людей. От поставщиков требовались откаты в размере 10% от суммы поставки. Возникает вопрос - как так у них все гладко прошло? Да дело в том, что все их схемы крышевали прикормленные ФСБшники, за что отвечал непосредственно заместитель Медведевой Новиков С.В., который имеет сомнительное прошлое. В далеких 2000-х он кинул на большую сумму партнеров по бизнесу и 2 года скрывался в Израиле.

Оборудование для Кванториума приобреталось не только для детей 7-11 классов, но и для дошкольного и младшего школьного возраста. Например, были приобретены комплекты Лего для дошкольного возраста. Спрашивается, как эти комплекты будут использоваться в Кванториуме, если в нем обучаются дети 7-11 классов? А это легко объяснить - такое оборудование используется медведевской Технотроникой для проведения платных курсов дошкольников и младших школьников. И такого оборудования было приобретено на несколько миллионов рублей из выделенного гранта.

В 2018 году было создано Автономное образовательное учреждение Удмуртской Республики "Региональный образовательный центр одаренных детей" (РОЦОД), директором которого была назначена Морозова Ирина Александровна. По задумке РОЦОД должен стать аналогом детского образовательного центра «Сириус», который находится в г. Сочи. В 2019 году на его оснащение в рамках федерального проекта Министерство просвещения Российской Федерации было обещано выделение более 200 миллионов рублей. И вот тут, почуяв запах денег, снова вмешивается Медведева. Благодаря связям и манипуляциям в уже новом министерстве образования от #КомандаУдмуртии, Медведевой удается поставить своего человека на РОЦОД. Ирина Морозова была уволена, а на ее место была принята некая Селиверстова Алла Николаевна - человек близкий к Медведевой. Для сведения - Селиверстова не имеет ни педагогического образования, ни опыта работы в образовательных учреждениях. Последнее место работы – директор филиала АО «Киномакс». Как сама Селиверстова в одном из разговоров со своими знакомыми обмолвилась - проработает директором РОЦОД максимум год. Оно и понятно, что долго не задержится - как только будут попилены 200 миллионов ей там делать будет нечего - дальше же нужно будет как-то учить детей...

Когда государство запрещает чиновникам иметь доли в бизнесе и требует объяснить происхождение каждого рубля на их счетах, это вопросов ни у кого не вызывает. Вопросы вызывает другое – почему-то же самое не делается (или делается спустя рукава), когда дело касается сотрудников госкомпаний. Легко представить, какими мыслями на работе будет занят, например, авиадиспетчер, являющийся параллельно крупным бизнесменом, ворочающим десятками миллионов рублей. Или его непосредственный начальник, занимающийся обеспечением безопасности полетов, параллельно с основной деятельностью (или вместо нее) выстраивающий сложные схемы завладения чужим бизнесом…
Невозможно с 8.00 до 18.00 с перерывом на обед думать о безопасности перелетов, а уже в 18.01 превращаться в обладателя многомиллионных долей в компаниях. Или все-таки можно. Наверняка об этом служба безопасности (Госкорпорация по ОРВД) еще спросит своего сотрудника Константина Хорошавцева, руководителя ижевского центра этой организации (сразу отметим, что Константин Хорошавецев является лишь однофамильцем известного удмуртского олигарха Виктора Хорошавцева). Предметом интереса должна стать одна сделка, в результате которой господин Хорошацев, получающий стандартную для госкорпорации зарплату, неожиданно стал владельцем компании, имеющей весомую долю в строительстве торгового центра на ул. Новоажимова в Ижевске.
Но это, как говорится, только полдела, поскольку у сотрудника Госкорпорации по ОРВД есть деньги еще и на инвестиции. Дело в том, что, как следует из материалов открытых источников, приобретенная Константином Хорошавцевым компания «Эверест» через иски в Арбитражный суд Удмуртии претендует на полное владение торговым центром. А поскольку объект не введен в эксплуатацию и для того, чтобы запустить его работу, необходимы деньги, и немалые, сотрудник Госкорпорации по ОРВД выступает еще и в роли потенциального инвестора проекта. Что подразумевает наличие у него финансовых возможностей для дополнительных вложений.
Может быть, тем, кто будет спрашивать у Константина Хорошавцева о происхождении денег, как на покупку компании, так и на дальнейшее инвестирование, не стоит сгущать краски? Посмотрят и разберутся, вдруг речь идет о ничтожных суммах и копеечных сделках, какие может совершать каждый взрослый человек? Но, увы, трудно представить себе любого, способного приобрести компанию не у кого-нибудь, а у владельца множества торговых площадей в Ижевске, известного бизнесмена Дмитрия Егорова, владельца таких активов, как ТЦ «Флагман» и ТЦ «Гвоздь».
Человек, профессионально занимающийся торговой недвижимостью, продавать долю в строящемся торговом центре продавать за копейки не станет. Когда Константин Хорошавцев (не родственник, а лишь однофамилец удмуртского олигарха) приобретал у Дмитрия Егорова компанию «Эверест», речь шла, как утверждают компетентные наблюдатели, о десятках миллионов рублей. Так что, версия с копеечными затратами на покупку бизнеса сама собой отпадает, никто в нее не поверит.
Вряд ли поверит кто-то и в совсем уж фантастическую версию случайного обладания господина Хорошавцева внушительными активами. Судя по тому, какие иски отсылает принадлежащее ему ООО «Эверест» в Арбитражный суд Удмуртии, сотрудник Госкорпорации ОРВД – не случайный в этом деле человек, а матерый бизнесмен, занимающийся, мягко говоря, сомнительными операциями с активами.
В конце июня этого года Арбитражный суд Удмуртии рассматривал иск принадлежащего Константину Хорошавцеву ООО «Эверест» к ООО «Инновация». Обе компании владеют долями в не введенном в эксплуатацию торговом центре на ул. Новоажимова: у «Эвереста» 9/20 долей, у «Инновации» - 11/20. Первая требовала признать отсутствующим зарегистрированное право на объект недвижимости (тот самый ТЦ). Обосновывая это требование, истец сослался на то, что объект якобы был снесен в 2013 году, а на его месте построен новый – здание торгового центра.
Назначив проведение строительно-технической экспертизы, суд отложил рассмотрение дела до 15 августа. Но вряд ли владелец ООО «Эверест» может рассчитывать в нем на успех, поскольку сама законность сделки по приобретению Константином Хорошавцевым этой компании вызывает массу вопросов.
Дело в том, что, как следует из искового заявления ООО «Инновация» в Арбитражный суд УР, когда ООО «Эверест» еще принадлежало прежнему собственнику, компании вели переговоры о приобретении «Инновацией» доли компании в незавершенном строительстве. Прежний собственник «Эвереста» предлагал, чтобы уйти от налогов, продать «Инновации» долю в объекте путем продажи долей в уставном капитале «Эвереста», от чего собственники «Инновации» благоразумно уклонились.
А потом удивились, узнав, что 100% долей ООО «Эверест» продано никому до того не известному служащему Госкорпорации по ОРВД Константину Хорошавцеву. И продана, напомним, вместе с долей в незавершенном строительстве, преимущественное право на покупку которой, согласно закона, имело ООО «Инновация».
То, что предлагал владельцам «Инновации» прежний собственник ООО «Эверест» Дмитрий Егоров, называется в юриспруденции «притворной сделкой». Каковая, судя по всему, и была совершена между ним и Константином Хорошавцевым. Она была выгодна обоим: первый таким образом мог уйти от уплаты налогов, второй – приобрести долю в незавершенном строительстве (хотя права на это не имел) и начать атаку на ООО «Инновация» в Арбитражном суде Удмуртии.
«Притворность» сделки лишний раз доказывает тот факт, что работает в ООО «Эверест» 1 человек, а поскольку компания владеет всего 9/20 объекта, это не дает ей возможности вести деятельность по основному виду – аренде и управлении собственным или арендованным имуществом. И это лишний раз доказывает, что целью «притворной» сделки между прежним собственником ООО «Эверест», Дмитрием Егоровым и нынешним, Константином Хорошавцевым, было завладение последним доли в объекте незавершенного строительства, преимущественное право приобретения которой было и остается у ООО «Инновация».
Чем должно закончиться разбирательство в Арбитражном суде после вскрытия всех обстоятельств дела, вроде бы ясно. Сделка между прежним и нынешним собственником ООО «Эверест» должны быть признана ничтожной, и все основания для этого у суда есть. Во всяком случае, доводы ООО «Инновация» представлены, и должны быть рассмотрены, а они однозначно указывают на «притворность» сделки между Дмитрием Егоровым и Константином Хорошацевым.
Другое дело, как эти разбирательства отразятся на внутреннем расследовании (а оно вероятно все-таки будет проведено) во ФГУП «Госкорпорация по ОРВД». Потому что вопросы проверяющих о происхождении бизнеса Константина Хорошавцева могут показаться цветочками. Ягодками покажутся вопросы о том, как предпринимательская деятельность главы ижевского центра госкорпорации сказывается на его работе и, что главное, репутации государственной структуры, несущей ответственность за безопасность авиаперелетов.
О том, какие ответы даст на вопросы проверяющих, мы вряд ли когда-то узнаем. Но будем следить за развитием событий по этому интересному делу. Обстоятельства которого, впрочем, изложены здесь далеко не полно, и не исключено, что они могут стать предметом более масштабного расследования.