Project: Sky-K
Architecture: SelgasCano + FRPO
3D: Playtime
Geo: Durrës, Albania

Проект с подобной философией появляется не первый раз на страницах журнала, редакция решила копнуть поглубже и разобраться, почему эта небольшая балканская страна сейчас является самой неожиданной архитектурной лабораторией Европы. Премьер-министр Эди Рама, бывший художник, ещё в бытность мэром Тираны начал перекрашивать блеклые фасады панелек в яркие цвета. Позже, уже как премьер, пригласил более 30 международных бюро переосмыслить столицу. Сегодня в стране одновременно строят Souto de Moura, OMA, MVRDV, Bofill.

«Самый интересный и актуальный, а потому самый противоречивый и дискуссионный музей современной архитектуры в мире», – описывает столицу архитектор Стефано Боэри, автор городского генплана Tirana 2030.

Архитектурный бум добрался и до побережья. В Дуррёсе, портовом городе в получасе езды от Тираны, испанское бюро SelgasCano строит жилой комплекс Sky-K.

Участок находится за Rruga Taulantia, набережной Адриатики, которую недавно превратили в линейный парк. Вокруг классическая средиземноморская теснота: жилые многоэтажки, пальмы, пляжи, портовая инфраструктура.

Архитекторы начали с жеста, обращённого к соседям, а не к покупателям: весь первый этаж отдали под средиземноморский сад, открытый для всех жителей квартала. Над ним на шести бетонных колоннах поднимается овальный подиум, а из него вырастают две башни – красная и жёлтая.

Сами SelgasCano называют их дымоходами. Дуррёс – портовый город, его силуэт десятилетиями формировали промышленные вертикали. Башни Sky-K подхватывают эту индустриальную память, но переворачивают её: форма заводская, содержание – жилое. Сажу заменил цвет.

С пляжа башни похожи на плакат: сплошной цвет, ритм круглых вырезов, ни одного видимого окна. Рельефный волнистый фасад подчёркивает высоту, в нём вырезаны круглые отверстия террас разного диаметра. Изнутри с них открывается панорамный вид на море, порт и холмы за городом. Есть и практическая функция: планировка террас обеспечивает сквозную вентиляцию в каждой квартире.

Площадь участка 1 400 м², застройки – скромные 430 м². Общая площадь комплекса 9 500 м². Название проект получил в честь заказчицы – Кейси, «нашего замечательного друга и клиента», как пишут сами архитекторы. Башни планируется сдать в 2027 году.

SelgasCano основали в 1998 году Хосе Сельгас и Лусия Кано. Их офис стал одним из самых просматриваемых проектов в истории ArchDaily: 18-метровая полупрозрачная капсула, наполовину вкопанная в землю, с акриловой стеной, через которую видно каждое дерево. Все работы бюро объединяют яркие цвета, нестандартные материалы и стремление подружить архитектуру с природой. В Sky-K архитекторы впервые перенесли свои принципы в многоквартирное жильё.

Удивительно, как две яркие трубы могут перекроить силуэт целого города. Магия цвета или всё-таки архитектуры? Впрочем, SelgasCano предпочитает их не разделять.

@gorkjournal · GORK

3D · Photo · Render · AI

Project: Powerhouse Parramatta
Architecture: Moreau Kusunoki, Genton
Geo: Sydney, Australia

Сто лет назад Шуховская башня превратила каркас в архитектуру. Полвека спустя появился архитектурный манифест Центра Помпиду, вывернувший представление об архитектуре наизнанку – во всех смыслах. Бюро возвращаются к этим прецедентам и строят архитектуру от инженерки и конструктива. В этой логике сделан Powerhouse Parramatta в Сиднее.

Два корпуса обернуты стальным экзоскелетом из диагональных решеток. Практичность конструктивизма возведена в абсолют: каркас одновременно несет нагрузку, затеняет стекло и формирует внешний облик музея.

Затенённое остекление сокращает расход энергии на охлаждение. Музей рассчитан на нулевые выбросы с первого дня работы и стал первым общественным зданием Австралии с 6 Star Designed по новой схеме Green Star Buildings – высшим экологическим рейтингом страны.

Снаружи здание считывается не как музей, а как чертеж в масштабе 1:1. Внутри все наоборот: стальная сетка остается за стеклом и работает как гигантская маска гобо, медленно меняя рисунок света на полу. Безколонные галереи тянутся вглубь и кажутся почти бесконечными.

Powerhouse задуман как многофункциональный культурный кластер. Помимо выставочных пространств здесь появятся студии художников, образовательные зоны и площадки для публичных программ. На уровне земли музей раскрывается общественной площадью к реке.

Открытие музея запланировано на конец 2026 года.

Если бы метраж Бадаевского выжали до конца, получили бы что-то очень похожее. Хорошо, что рациональность тогда проиграла)

@gorkjournal · GORK

3D · Photo · Render · Ai

Шесть проектов, которые зацепили нас на этой неделе: от деревянного театра в долине Гудзона до цветных башен на побережье Албании.

Samuel H. Scripps Theater Center | Studio Gang | Garrison, USA

Первый театр в США с прицелом на высший экологический сертификат LEED Platinum. Изогнутая оболочка из бруса спроектирована так, чтобы рама сцены обрамляла вид на гору Сторм Кинг и реку. Театр стоит на месте бывшего гольф-поля, где ландшафтное бюро Nelson Byrd Woltz восстановило местные травы и водоемы.

Maison de l'Innovation | Baumschlager Eberle Architekten | Nantes, France

Семиэтажный офис для 1200 айтишников La Poste. Вместо серого корпоративного стекла – алюминиевый фасад медного цвета с глубокими солнцезащитными ребрами, заставляющими здание мерцать при смене ракурса. Четыре верхних этажа держатся на деревянном каркасе, под ними бетонное основание. Внутри атриум на всю высоту здания со стеклянным потолком.

Amangiri Private Residences | Masastudio| Canyon Point, USA

Первая частная вилла при отеле Amangiri, расположенном среди скал национального монумента Grand Staircase-Escalante в Юте: площадь 1 115 м², шесть спален, 36-метровый бассейн, вписанный в рельеф. В потолке виллы окно, которое днем заливает пространство светом, а ночью обрамляет звезды. В комплексе планируют построить еще 11 похожих резиденций.

La Vuelta al Monte | Rare Studio Experimental | Córdoba, Argentina

10-метровая светящаяся башня-инсталляция для фестиваля Cosquín Rock. Внутри конструкции высажено более 900 местных растений: альгарробо, молье, кебрачо бланко. Система орошения создает вокруг башни облако тумана, дающее ощущение горного бриза. После фестиваля модульная конструкция станет постоянной теплицей.

Sky-K | SelgasCano + FRPO | Durrës, Albania

Две жилых башни на албанском побережье Адриатики. Издалека рифленый фасад с круглыми вырезами под террасы смотрится как поп-графика, сами создатели сравнивают его с заводскими трубами. Башни стоят на шести бетонных колоннах, под ними общественный сад. Проект сдают в 2027. Загадочная Албания генерит уже не первый проект, который выглядит как артхаус-инсталляция.

Huafu Experimental School | UASZ | Shenzhen, China

Школа 73 200 м² в Шэньчжэне. Жилые высотки полностью закрывают соседний Центральный парк, поэтому архитекторы построили собственный в центре кампуса: долину из многоуровневых платформ, засаженную зеленью, сделав природу частью ежедневного маршрута учеников.

Пишите в комментарии, какой разобрать подробно!

@gorkjournal · GORK

3D · Photo · Render · Ai

Project: The Whale
Architecture: Dorte Mandrup
Photo: Terje Løkke
Geo: Andenes, Norway

Знаете за что люблю журнал: появилась у нас новая рубрика проекты недели, вы выбрали проект центра наблюдения за китами The Whale для детального обзора. И тут выяснилось, что дочь одной из наших подписчиц проходит практику в бюро Dorte Mandrup. С нами поделились качественным пресс-релизом и фотографиями со стройки, так что сегодняшний обзор из первых рук.

Остров Андойя находится в 300 километрах за Полярным кругом. Небольшой городок Анденес стоит на самом краю: дальше только океан, а в нем подводный каньон Блейксдьюпа, куда ежегодно мигрируют киты. Это одно из лучших мест в мире, чтобы увидеть их вблизи. (Мне вот в Териберке они так и не повстречались)

В январе 2014-го в местном китовом центре собралась группа энтузиастов во главе с мэром Йонни Сольсвиком, чтобы обсудить, как превратить Анденес в мировую точку притяжения. Так родилась идея The Whale – тем же вечером решили: делаем.

Спустя пять лет идея превратилась в международный конкурс. За право проектировать центр боролись 37 команд. В финал вышли: BIG, Snøhetta, Reiulf Ramstad, а победило датское бюро Dorte Mandrup. Выйти победителем из такой лиги само по себе достижение)

Архитекторы предложили концепцию здания, поднимающегося из скалистого берега как мягкий холм, «будто гигант приподнял тонкий слой земной коры и создал под ним полость». Конструктивно это единая изогнутая бетонная оболочка, опирающаяся всего на три точки в углах, образует бесколонное пространство площадью 3 750 м². Параболическая форма позволяет перекрывать большие пролеты при минимальном расходе материала и одновременно минимизирует накопление снега. Напоминает мой любимый аэропорт в Геленджике.

Крыша покрыта местным необработанным камнем. Со временем он потемнеет, покроется мхом и практически сольется с окружающими скалами. По крыше можно будет гулять: она станет смотровой площадкой с видом на архипелаг, океан и северное сияние.

Внутри The Whale – панорамное остекление от пола до потолка, скалы из окружающего ландшафта становятся частью интерьера. 1 800 м² выставочного пространства комплекса разрабатывают Ralph Appelbaum Associates и Tamschick Media + Space: планируется создать мультисенсорную среду с проекциями, светом, звуком и запахами.

Бюджет проекта около 56 млн евро. Закладка здания произошла в июне 2025-го, активная стройка началась в этом году. Открытие запланировано на 3 июня 2027-го: от обсуждения в китовом центре до первого камня прошло больше десяти лет.

«Путь был долгим. Вовлеченность местного сообщества и команды The Whale вдохновляла и была решающей для того, чтобы мы дошли до этого этапа», – делится Каспер Пилеманд, партнер и руководитель проектов Dorte Mandrup.

The Whale логично вписывается в портфолио Dorte, специализирующегося на зданиях в экологически хрупких средах, часто под охраной ЮНЕСКО. Любопытно посмотреть на северные мхи на крыше здания лет через 5. Будем наблюдать за проектом.

@gorkjournal · GORK

3D · Photo · Render · Ai

Ph: GORK
Geo: Moscow

Как и в случае с архитектурой в избранном, особенно после того, как в хозяйстве появилась лейка, есть желание делиться с вами быстродофаминовыми картинками без жёсткой привязки к теме и с ультракороткими подписями.

Плюс вайб получается!

Простите, нахватался у своих зумеров в команде 🤣

@gorkjournal · GORK

3D · Photo · Render · Ai

Моя RSS-лента разрывается от количества интересной архитектуры. Рассказывать обо всех проектах нет никакой возможности, поэтому запускаем новую еженедельную рубрику: проекты недели

Wasl Tower | UNStudio | Dubai, UAE

302-метровая башня, корпус которой скручивается вокруг оси, как фигура в позе контрапосто. Инженерное решение Вернера Зобека снижает энергопотребление на 20%. Фасад покрыт керамическими ребрами с иридесцентным покрытием – днём они работают как солнцезащита, а ночью превращают здание в медиафасад.

The Lost Shtetl Museum | Lahdelma & Mahlamäki | Šeduva, Lithuania

Музей памяти еврейского местечка, уничтоженного в годы Холокоста. Здание собрано из абстрактных силуэтов домов, символизирующих исчезнувшую деревню. Экспозиция ведёт через тёмный узкий «Каньон Холокоста» к белому «Каньону Надежды» с видом на поля.

The Whale | Dorte Mandrup | Andenes, Norway

Центр наблюдения за китами на 300 км севернее полярного круга. Параболическая крыша из стальных рёбер вырастает из рельефа скалистого берега и становится продолжением ландшафта. По ней можно будет подняться к смотровой площадке над Норвежским морем.

Muyunafest Floating Stage | Espacio Común | Iquitos, Peru

Сезонное половодье – в архитектуру. К кинофестивалю Muyunafest, посвящённому лесам Амазонии и культурам коренных народов, на вышедшей из берегов реке Итайя собрали плавучую сцену площадью 175 м². 14-метровую круглую платформу сложили из местных материалов на 70+ стволах бальсы вместе с местными – рыбаками и лодочниками.

Light House | Studioninedots | Amsterdam, Netherlands

Дом в экспериментальном районе Centrumeiland, где жители проектируют сами. Выглядит как набор сложенных друг на друга коробок, между которыми образуются высокие световые пустоты. Нижняя часть фасада выполнена из стеклоблоков – пропускают дневной свет, но сохраняют приватность.

Tianfu Habitat Pavilion | CSWADI | Chengdu, China

Павильон World Horticultural Expo 2024. Пространство из трёх концентрических колец: двора со сценой для сычуаньской оперы, лотосового пруда с платформами для хого и бамбуковых холмов с горячими источниками. После выставки павильон станет постоянным культурным центром.

@gorkjournal · GORK

3D · Photo · Render · Ai

Архитектор: Эммануил Матвеевич Гендель

Как и на фронте, в советской инженерии делали невозможное. Меня эта тема восхищает до сих пор: подумать только – передвинуть дом! Если вынести за скобки фактор эстетики, то инженерная составляющая – явление из ряда фантастики.

В 1938 году, ночью, 20-тонная лебедка сняла с фундамента пятиэтажное Саввинское подворье на улице Горького весом 23 000 тонн и покатила его вглубь квартала. Переселять никого не стали: водопровод, канализация, электричество, телефон продолжали работу через гибкие временные коммуникации. Движение дома было настолько плавным, что пирамидка из детских кубиков, построенная вечером в одной из квартир, утром стояла на месте.

«Дом стоял на этом месте, он пропал с жильцами вместе. Тихо едут стены эти, и не бьются зеркала, едут вазочки в буфете, лампа в комнате цела», написала Агния Барто в стихотворении «Дом переехал» в том же 1938-м.

Передвижка Саввинского подворья заняла трое суток. На тот момент это было самое тяжелое здание в мире, перемещенное без разборки, вдвое тяжелее американского рекорда – телефонной станции в Индианаполисе весом 11 000 тонн.

Передвижка домов стала частью Генерального плана реконструкции, утвержденного в 1935 году: улицы расширяли, трассы выпрямляли. Часть зданий сносили, но некоторые решили передвинуть – целиком, вместе с жильцами.

За проектом стоял инженер Эммануил Гендель, которого коллеги называли «архитектурным передвижником». Он руководил перемещением зданий 40 лет, с 1935 по 1975 год. Дома подрубали по цоколю, стягивали железобетонным поясом, ставили на катки и двигали по рельсам.

Здание Моссовета передвинули на 14 метров за 41 минуту, не прерывая работы чиновников. Но самым сложным проектом инженера стала Московская глазная больница в здании XVIII века архитектора М.Ф. Казакова: 13 300 тонн передвинули на 93 метра с поворотом на 97 градусов. Врачи не прекращали прием и оперировали прямо во время переезда.

Во время войны Гендель извлекал из болот танки и разбирал завалы разрушенных зданий. После войны инженер вернулся к мирным задачам: продолжил передвигать дома и занялся сложнейшей реконструкцией. Он выпрямлял средневековые минареты Регистана в Самарканде, которые столетиями стояли на растяжках, и никто не решался их тронуть (знали бы итальянцы – возможно и Пизу бы выпрямили). Укреплял Потешный дворец в Кремле, который проседал со времен Алексея Михайловича: сваи вдавливали домкратами, используя вес самого здания как упор.

Последний дом в советской Москве передвинули в 1983 году: сценическую коробку МХАТа переместили на 25 метров, провели реконструкцию и вернули на место. Всего в столице передвинули около 80 зданий.

Технология исчезла почти на 40 лет. Однако в 2020-м московские дома снова пришли в движение: на заводе «Борец» передвинули водонапорную башню 1898 года на 100 метров, а затем сборочный корпус и модельную мастерскую.

@gorkjournal · GORK

3D · Photo · Render · Ai

Architect: Álvaro Joaquim de Melo Siza Vieira
Geo: Matosinhos, Portugal

Глубокоуважаемому Алвару Сизе Виейре сейчас 92, и за семьдесят лет работы он получил Притцкер, Премию Мис ван дер Роэ, Золотую медаль RIBA и бесконечный авторитет в архитектурной среде. Несмотря на это, ни один из проектов титулованного португальца не стал архитектурным блокбастером или обложкой путеводителя. Причину он объяснил сам: «Архитекторы ничего не изобретают, они только трансформируют реальность».

Сиза следует этому принципу с первого крупного проекта. В 1958 году его учитель Фернандо Тавора, уезжая преподавать в США, передал 25-летнему Сизе контракт на чайный павильон Боа Нова, который стоит на скалах Атлантического океана. Молодой архитектор не стал вырубать породу – вписал здание в естественные расщелины.

Трансформировать реальность для Сизы – значит слышать место и понимать, как люди хотят в нём жить. После Революции гвоздик он работал в программе SAAL, где жители участвовали в проектировании собственных домов. Опыт социального жилья не ограничился Португалией: проекты Сизы реализованы в Германии, Нидерландах и Италии.

«Меня изумляет, как архитекторы проектируют, не учитывая дальнейшего развития места. Когда строят высотные здания без достаточного количества парковок, это преступление», – считает архитектор.

Сиза не бросает вызов истории и не пытается ей подражать. Это видно в пристройке к монастырю Санта-Мария-де-Леса-ду-Балио на севере Португалии: минималистичная геометрия из белого бетона, две башни, повторяющие очертания старых монастырских стен. Внутри церкви аскетично, единственный декор: игра света и тени в отверстиях башен.

Любопытно, что Сиза не то что не работает с ИИ – он до сих пор игнорирует CAD и проектирует карандашом: «Я постоянно рисую. Это удовольствие, но и освобождение». Когда работа заходит в тупик, он следует совету Алвара Аалто – отвлекается на свободные рисунки, в которых часто находит решение.

Сиза критикует архитектурные конкурсы, в которых побеждают эффектные образы. (подписываюсь! и не только по этой причине) Сам он строит иначе: не для жюри, а для тех, кто будет в этих зданиях жить. Подход Сизы продолжает его ученик Эдуарду Соту де Моура, лауреат Притцкера 2011 года, развивающий ту же сдержанную и внимательную к контексту архитектуру.

@gorkjournal · GORK

3D · Photo · Render · Ai

Project: Under
Arcitecture: Snøhetta
Geo: Lindesnes, Norway

С 2000 года на МКС живет постоянный экипаж, а под водой нет ни одного жилого дома. Парадокс: космос ближе, чем дно родного океана.

Идея поселить человека под водой пришла Жюлю Верну в 1869 году, а воплощать ее взялся Жак-Ив Кусто, изобретатель акваланга. С 1962 по 1965 год его команда построила Conshelf: три дома на глубине от 10 до 100 метров. В последнем шестеро акванавтов прожили 22 дня, работая с муляжом нефтяной вышки. Он и решил судьбу проекта.

Conshelf финансировала нефтяная промышленность, искавшая способ обжить шельф под добычу. Подлодки и роботы оказались дешевле, программу свернули. Сам Кусто разочаровался в мечте и до конца жизни снимал фильмы про охрану океана.

Сериал «Подводная одиссея команды Кусто» шел в СССР десятилетиями: капитана знали в лицо, и его эстафету подхватили энтузиасты. В 1966 донецкий клуб Ихтиандр сварил железный модуль на двоих и опустил у мыса Тарханкут на 11 метров. Затем подключились ученые: в 1969 году, в день полета Союза-6, Ленинградский гидрометеоинститут посадил на 27 метров дом Садко-3, напоминающий ракету. А в 1977 москвичи из клуба Дельфин спустили брезентовый гидростат Спрут под лед дрейфующей станции Северный полюс-23. Он остается единственным подводным домом в полярных широтах.

Глубже 100 метров никто не продвинулся. Виновата физика: каждые 10 метров воды добавляют атмосферу давления, форма дома сводится к сфере или цилиндру, к поверхности тянется пуповина с воздухом. Без нее дом за сутки становится Атлантидой.

Архитекторы вернулись в океан через индустрию впечатлений. В 2019 году Snøhetta открыла на юге Норвегии ресторан Under с самым большим подводным окном в мире. Его бетонные стены оставили шершавыми, чтобы они обрастали водорослями и мидиями, превращая фасад в часть рифа. А первый подводный отель Jules' Undersea Lodge во Флориде когда-то был исследовательской станцией в Пуэрто-Рико, повторив в миниатюре путь всей идеи.

Океан остался территорией наблюдения, зато человек научился там ужинать. Может, оно и к лучшему?

@gorkjournal · GORK

3D · Photo · Render · AI

Project: Glasshouse Theatre
Arch: Snøhetta, Blight Rayner
Photo: Christopher F. Jones, David Kell
Geo: Brisbane, Australi

Волнообразные стеклянные фасады – приём не уникальный. В 2021 году в Париже SANAA завершили реконструкцию La Samaritaine: про него есть заметка тут. Разница в том, что в Париже волна является частью плотной исторической застройки, продолжая её ритм. В Брисбене такой застройки нет: волна не растворяется в окружении, а формирует новый пространственный акцент.

Оболочка фойе собрана из 217 уникальных гнутых стеклянных панелей, тех же, что сделаны для павильонов кампуса Apple в Купертино. Фасад как будто приглашает прохожих понаблюдать, что происходит внутри театра.

Образ проекта родился из поэмы Лиллы Уотсон – аборигенской старейшины, написавшей о районе, где сегодня стоит театр. Перевод названия неожиданный: место водяных крыс.

«Они смотрели на реку, на рябь на её поверхности, поднятую ветром и приливом, и на рыб, плывущих в воде», – пишет Уотсон.

Интересно, как такой бренд-сторителлинг прижился бы у нас в России?)

@gorkjournal · GORK

3D · Photo · Render · Ai