Не то чтобы Джисон был буйным, но он всегда получал за какие-то маленькие косяки: то опоздает сотый раз, то тетрадку забудет, то матернется прям перед учителем. Он не дерется, не вредит никому, но нарушает правила школы.

И еще эти тупые цветы, за листья от которых он тоже все время получает выговоры.

Они появились после линейки. Джисон отлично запомнил этот день, хоть тот и был невероятно скучным и унылым. Но кое-что произошло — к ним пришел новый староста. Они просто пересеклись взглядами: этот Минхо приехал из другой страны и стал первым иностранным учеником в их школе. Да, учебное заведение славилось и было в рейтингах, но для всех учеников это скорее шутка, нежели достижение.

— че за крашеный уебок, он вообще в курсах, что в эту ебучую школу цветных не берут? — Как бы двусмысленно это не звучало, только к лучшему. Джисон смотрит в пол, будучи полностью незаинтересованным в происходящем. Он лишь глянул на этого новенького и уже все понял.

— он же ох ебать особенный: ему можно, не то что нам, крестьянам кривозубым, — собеседником и другом, на удивление, был отличник школы Феликс. Но только близкие знали, что именно он больше всех материться и ненавидит это проклятое место.

— мальчики, тихо! Джисон голову подними! — старая корга что-то закричала и взяла Джисона за волосы, насильно подняв голову парня. Это вообще сука законно?

Глаза упали на нового гостя, но они сразу пересеклись с чужими. Что-то внутри кольнуло, а шею предательски стянуло. Глаза этого парниши были красивыми, они словно омут, в котором не утонешь сразу, скорее он будет медленно и мучительно затягивать.

— хорошо, Минхо, проходи на свое место. Дорогие ученики 11-2 класса, рада сообщить, что он будет вашей старостой класса, как самый выдающийся ученик! — Директриса никогда не была смышленой и справедливой, но сейчас она превзошла саму себя. Джисон, даже дальше наблюдая за беловолосым парнишкой, почувствовал, как Феликс подозрительно сильно улыбнулся, а цветы для учителей в его руках странно треснули. Все-таки все привыкли, что Феликс староста в любом классе.

По приходу домой Джисона ждал подарок: красные цветы по всей груди, особенно у сердца. Супер, это было его мечтой, еще после тех убогих уроков про «цветы любви», втюриться в какого-то крашеного урода с линейки.

Год начался сразу с плохого и лучше становиться не хотел. Ну правильно: не жили хорошо, чего начинать то? Хотя, Джисон еще долго думал, было ли так все плохо: когда староста стал делать ему замечания, после чего он задыхался ночью от цветков. Было ли все так ужасно, когда он заметил такие же цветы на теле Минхо, вскоре уйдя пить в бар и проснувшись в чужой квартире.

Ну как. Чужой в первое время. Потом он снова и снова оказывался в ней.

Это была квартира того самого «белобрысового урода», коем окрестил его Джисон сначала. Но разве его прекрасные волосы выглядят так безобразно? И не было ли его лицо притягательным с самого начала?

Джисон не заметил, как он стал просыпаться не от воды на лицо, а от нежных поцелуев. Он и не заметил, как стал собирать последние опавшие цветки. Для чего? Просто: в один день, после школы, прогуляв уроки и пропустив все звонки старосты, Джисон поймает того у выхода. Прямо перед всеми.

— Что ты делаешь? Где ты был вообще? — Минхо словно вот-вот врежет Джисону, но оглянувшись и услышав перешептывания, лишь взял того за свободную руку. — Пойдем отсюда, здесь много глаз.

— Да мне похуй, — Джисон сверлит взглядом Минхо, тяжело дыша после бега.

— Не матерись, — процедил Минхо и сжал чужую руку, попытавшись отойти, но того лишь грубо вернули назад.

— Успокойся, — Джисон тяжело вздохнул.

— Держи, — из-за спины он достал цветы.

Цветы, которые он все время собирал по школе, которые прятал, которые сначала срывал с себя с кровью, которые предательски расцветали в чужой постели, которые так нравились Минхо.

— Отдаю частичку себя тебе, сука

🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟

С днем рождения, Танечка ельсврррр 💕💕💕

Хенджин был один из немногих, к кому Чонин действительно привязался. Он стал самой сильной любовью, самой сильной зависимостью, а его уход — худший кошмар. Чонину буквально снилось пару раз, как он открывает телефон, а у Хенджина нет фото и написано «был давно». Чонин искренне думал в начале, что им не судьба быть вместе, что все это лишь слепые мечты. Но в какой-то момент, он осознал, что Хенджин искренне добр: всегда выслушает, всегда поможет, всегда будет рядом. Даже если ему неудобно, он сделает все возможное. Это ли не взаимность? Чонин тратил все время на Хенджина, всегда спрашивал как тот, всегда старался быть тем, кому можно выговориться. Цветы, угощения, второе кофе на пару, поделиться кусочком еды, позвать гулять, рассказать как прошел день, написать спокойной ночи и доброго утра. Это все стало частью жизни Чонина, это стало частью его души. Что-то теплое поселилось внутри, что-то, что грело, когда он видел Хенджина, что-то, что давало сил, когда было грустно. Что-то родное, что-то такое необычное и до чего нельзя дотронуться.

«Был давно»

На телефоне пустой чат, и одно смс. «Ты слишком часто пишешь, ты серьезно думал, что мы! Будем общаться??? Не смеши. Я глава футбольной команды, а ты обычный ботан. Мы могли быть не больше фаната и кумира, но ты даже это испортил. Зачем-то пытался купить меня и мою любовь. Это так не искренне, фу»

Чонин в ступоре. Он будет пытаться выловить Хенджина в университете, но его лишь одарят смешком в компании, а тот будет молча стоять нахмурившись. Как так получилось? Что Чонин сделал не так? Неужели он был действительно неискренним? Неужели он действительно пытался купить любовь? Чонин перестал верить себе. Совсем. Теперь каждый смех отзывался плачем в голове. Каждая улыбка была противоположностью, каждое спасибо — осуждением. Чонин всегда считал себя не святым, но ангелом точно, ведь он всегда желал всем только добра. Но теперь зеркало стало ненавистным ему. Смотреть в него – пытка. Чонину казалось, что из головы растут рога, а в глазах читалось:

« тебе стоит умереть»

Чонин был влюблен по уши, хоть и не всегда это признавал. Но когда они, держась за руки, шли под ливнем где-то в деревне, в которой снимали выпуск, именно любовь согревала их. Когда чужие губы казались такими сладкими, просто при одном взгляде на них. Когда Чонин не мог заснуть, не позвонив на ночь Хенджину для того, чтобы услышать любимый голос. Он даже чувствовал нечто большее, чем просто дыру внутри себя, когда они расставались даже на день. Во все эти моменты, Чонин понимал, что как бы не боялся – он не может отторгнуть эти чувства. Они не просто поселились в сердце. Они текут по венам. Они дают зрение, дают возможность дышать и существовать. Кажется, что жизни “до” просто не существовало, лишь беспросветный туман.

Кто же знал, что первая любовь будет такая сильная и долгая, что Чонин каждую ночь думает о Хенджине просто, чтобы расслабиться. Кто же знал, что он будет хотеть, чтобы его ласкали и трогали там, где другим запрещено прикасаться. Он даже не подозревал, что так влюбиться. Не подозревал, что это будет болезнью, смертельной болезнью, которая как часы, ждет расставания, чтобы убить. Ему ведь никто не сказал, что любовь такая теплая.

• ритуал

Ниже, по факту, я буду приводить примеры ритуалов, которые мне лично помогают. Но суть одна и та же — до работы вы должны сделать то, что вам приятно и дает силы. Например, заварить чай или кофе, взять мандарины или конфеты. Это не должно быть что-то отвлекающее в стиле сериала или видео, это именно должно быть действие.

• Study with me

На ютубе есть видео, которые так и называются. В них люди, зачастую студенты, работают на камеру. Вы можете выбрать любое окружение, даже если вы находитесь дома. Кафе с разговорами на фоне и криками о заказах, тихая библиотека, где будет слышно лишь переписывание страниц, просто стол у окна с красивым видом и пением птиц на фоне. Все, что вам угодно! На самом деле, эти видео своего рода асмр с знакомыми для нас всех звуками.
Так же в этих видео есть правильные таймеры. 50 минут учиться. 10-15 отдыхаешь. Так намного легче разом концентрироваться на задаче и не перегружать себя.
Я, например, очень люблю девушку, которая учится в Шотландии. Мне нравится, что у нее минимальные звуки и приятная картинка. ( Merve на ютубе)
Раньше смотрела японцев, они всегда очень усердно работают.
Подобное так же мотивирует самим наличием кого-то еще рядом. Такие видео так и кричат: "ты не один, всем сложно, но мы рядом, мы справимся". Всегда включаю их на фон вместо музыки.

• красота вокруг

Украшайте свою жизнь и свое рабочее место. Красивые ручки, красивые наклейки для заметок и, например, ночник. Подобное легко найти на вб, озоне, и конечно алиэкспрессе.
Это важно, украшать и романтизировать учебу и работу. Самостоятельно наш мозг не очень хочет работать, но, украшая все вокруг, вы поднимаете себе эндорфин, а он— двигатель.
Опыт показал, что моя работоспособность очень сильно растет, если вокруг все красивое и эстетичное.

• баланс внутри

Перестаньте тревожиться из-за потраченного на учебу/работу время. Серьезно, на это столько сил и времени уходит, больше чем вы думаете. Просто примите, что да, я делаю дольше чем остальные, потому что комбинирую отдых и учебу. За 3 часа я отвлекся на окружение 100 раз, по факту половину времени мой мозг отдыхал. То есть не час работы, а потом день отдыха, как все делают; а отдых по минуте каждые 5 минут. Ну вот так. А какая разница, главное, чтобы работа была качественно сделана, не так ли?
После, с помощью тех же study with me с таймерами, возможно, вы поймете, что вам удобнее концентрировать разом на час. Возможно вам все еще привычно будет делать перерыв чаще. Главное делайте перерыв "по пунктам": сделал что-то — отдохнул. И опять, в этом нет ничего такого. Каждый индивидуален и каждому подходит свой подход! Отбросьте все сравнения и мысли, они одни из главных, кто тормозит процесс.

• "на полях"

Я назвала этот пунк во имя рисунков на полях. Мне очень помогает что-то рисовать, пока я думаю. Это могут быть просто полоски, шарики, цветочки, черные нечто. Главное, чтобы это вас не отвлекало, но помогало сфокусироваться. Выглядит со стороны забавно, но на деле дейсвенно. Ты буквально зависаешь и заглушаешь все свои мысли на несколько минут. При решении сложных задач всегда держу пустой ненужный листок рядом.

• приложение для концентрации

Боже мое спасение. Эти приложения на время: ставишь таймер и в это время не можешь никуда заходить.
У меня приложение The forest на айфон. Сажаешь дерево, если выходишь из приложения в тт, вацап, тг, да хоть в приложение "здоровье" - дерево умирает, что ты натворил, ты убил дерево. Мне, как эмпату, очень жалко его убивать.
Можно сделать в таких приложениях свой список разрешенных, чтобы например ответить маме всегда, или боссу. В общем, все настраиваться.
Сейчас так же уже есть масса аналогов! Можете выбрать то, что вам больше нравится.
Время вы можете ставить как хотите. Так как я комбинирую приложение и study with me с таймером, я ставлю большой промежуток времени в приложении, чтобы во время 10 минутного отдыха отдыхать, а не залипать в соцсети, чем только больше нагружаю мозг. Если вы действительно расслабляетесь в телефоне, можно ставить таймер на 50 минут как в видео и вместе заканчивать работу, а потом ставить новый.

• для монотонных заданий

Основную работу все таки стоит выполнять под асмр или что-то другое ненапряженное. Но монотонные задания выматывают и от них начинает болеть голова. Концентрироваться, так еще на одном и том же— пытка. Поэтому для такого важно найти какой-нибудь глупый сериал на фон. Это могут быть всякие прохождения игр, какой-то сериал или мультфильм. Я лично смотрю "Южный парк": он максимально ненапряжный, веселый и не сбивает с дел.
НО это подойдет не каждому!

• смена обстановки (если есть возможность)

На самом деле, когда работаешь в одном и том же месте, это быстро надоедает. Поэтому, если есть возможность, лучше менять обстановку. Сходить в кафе, в библиотеку, или найти коворкинг-зоны. Но если нет ничего подобного рядом? Менять комнату! Позанимайтесь, например, в гостиной. Если вы учитесь в школе, то я в свое время занималась в пустых классах или приходила на чей-то урок(договаривалась с учителями).

• studytiktok

Соц-сети губительны, если в них просто убивать время. Однако, это так же инструмент узнать, как живут другие люди. В тиктоке есть хешетег studytiktok, где ребята со всей планеты показывают, как проходит их день в рабочем режиме. Например, японцы очень много учатся. Я люблю смотреть парня, который встает в 5 и до 20 учится. Это меня очень мотивирует. Так же есть и другие страны, и у каждой есть свои способы учиться и правильно провести свой день. Лайкните пару раз этот хештег, и ежедневная порция мотивации вам обеспеченна.

Пока что, это все мои советы, которые мне помогают в учебе. Главное — полюбите то, что вы делаете. Сделайте из этого что-то необычное, красивое, мотивирующее! Вы сильные и со всем справитесь!
Люблю-целую!
В коментариях можете оставить свои советы!

***

автор статьи https://t.me/oshibka44

— Ян Чонин, проект нужно было сдать еще вчера, ты же знаешь? — Учитель, явно уже поживший жизнь, смотря на его седину по бокам, не в первые говорит подобную фразу ученику. Он неспешно развернулся на кресле и поправил очки, глядя на старшеклассника.

— Простите, пожалуйста, такого больше не повторится, — парень быстро преодолел расстояние между ними и положил две флешки на стол. — Здесь еще работа Хенджина, — только учитель открыл рот, как его вопрос опередил Чонин, уточняя.

— А он сам не в состоянии отнести? —  Учитель, еще более подозрительно смотря, добавил. — Или может и работу он тоже был не в состоянии сделать?

— Нет, он сделал сам, мне некогда еще за кого-то работы делать, — парень произнес без единой запинки и изменения в голосе. Сказал как правду. Учитель посмотрел еще пару секунд, вздохнув, взял флешки и положил в портфель.

— Передай этому лодырю, что снижаю на балл за опоздание. Другим опоздавшим, которые до сих пор ничего не принесли, пусть тоже передаст. —  Учитель поправил документы, забрав некоторые из них с собой, привстал и хотел уже уходить.

— А я? — парень немного отошел назад, чтобы преградить путь учителю. Беспокоясь за оценку, он не мог не спросить про свою судьбу.

— Тебе не буду снижать, надеюсь это первый и последний раз, — учитель акцентировал на последних словах, немного наклонившись. После небольшого кивка ученика, он выгнулся и, обойдя, прошел дальше, скрывшись за дверьми.

—Еще раз ты оставишь все на последний день и сам будешь разбираться, — Чонин сидел на крыше школы, попивая шоколадное молоко, немного болтая ногами. По факту, он сделал снова работу Хенджина за это глупое молоко. Мало того, что Чонин чуть не спалился и сидел всю ночь, так еще и сделка невыгодная. Почему он вообще, даже не согласился, а сам предложил свою помощь этому глупцу — загадка даже для небес. Или же вовсе не в молоке дело?

Хенджин в свою очередь стоял довольный как кот, напившись молока. Он крутился то влево, то в право на одной ноге и балансировал руками в карманах. Его волосы были в непонятной прически стиля “гнездо” из-за ветра, а глаза были сощурены. Солнце падало на парней, согревая и помогая Чонину не ударить кое-кого. Просто в такую погоду не хочется ссориться, не хочется нагружать себя.

— Правда в последний раз! Честно пречестно! —  Хенджин слово напевал слова, не сводя глаз с Чонина.

— Конечно последний, я больше на эту авантюру не соглашусь, —  Чонин на выдохе произнес и, допив молоко, кинул упаковку в Хенджина. К его сожалению, тот поймал мусор и откинул куда-то в бок. Хорошо, что их никто не видит и не слышит. Во-первых, за мусор никто не отругает. Во-вторых, никто не скажет Чонину очередной раз про “медвежью услугу” и нравоучения. В- третьих...

Хенджин, остановившись крутится, медленно, но уверенно, словно летя, подкрался к Чонину, заблокировал его двумя руками. Наклонив чуть голову, он стал разглядывать чужое лицо, рассматривать каждый изгиб, каждую морщинку, разрез глаз и губы. Он наблюдал за каждым малейшим чужим движением. Тем временем Чонин скукожился, удивившись, но бежать было некуда: сзади только конец крыши. Он  лишь поднял глаза, в ожидании, что будет дальше, словно в боевой готовности.

— У меня для тебя подарок есть. Смотри, — Хенджин, протянув слова,  наклонился и достал небольшую коробочку из портфеля. Она была не больше ладони, и положил на ноги Чонина. Тот стал разглядывать: яркие цвета и какой-то японский текст, а сзади на этикетке написано все на корейском, а в начале текста название игрушки «тамагочи».

— Я думал они больше не продаются. В него еще мои родители играли,  —  Чонин действительно удивился, но что-то внутри запорхало от такого милого подарка.  Еще повертев коробочку, все таки решил ее открыть. Неприятный звук дешевой пластмассы резал уши, и Хенджин чуть скривился.

Игрушка была успешно освобождена из упаковки и лежала в руках Чонина. Он покрутил ее, нашел пластмассовый язычок, и потянув, активировал. Издав забавный звук, появился текст на маленьком экране «выберите питомца». Не успев Чонин что-либо выбрать, Хенджин быстро забрал тамагочи и начал нажимать на него. Спустя пару секунд он протягивает игрушку обратно, а на ней ярко горит «Hyn» и выбрано животное «хорек».

Сам от себя не ожидая, Чонин звонко засмеялся. Теперь Хенджин его личный питомец-тамагочи, и сделал он это сам. Улыбка растянулась до ушей, а плечи стали подниматься от попытки сдержать смешок. Внутри стало тепло.  Хенджин же просто смотрел, засунув руки в карман.

Тамагочи издал звонкий звук и появилась первая просьба на экране: "погладь меня". Чонин, нажав пару кнопок, почувствовал ожидающий взгляд на себе, усмехнулся и спрыгнул с крыши, отложив игрушку.

— Иди ко мне, — улыбнувшись, Чонин пригласил в объятья. Хенджин же, словно ждал только этого, буквально одним шагом оказался в них, обхватив крепко-крепко.  Чонин немного покачнулся от неожиданности, вновь посмеявшись, положил руку на чужую голову и начал гладить, как и попросил тамагочи.

— Тебе понравился мой подарок? — Отлипнув, спросил Хенджин. Вновь эти собачьи глазки, которые он использует, когда чего-то хочет.

— Да, очень милый подарок, — прошептав, Чонин улыбнулся и поправил прядки на лице Хенджина. — Хотя еще нужно поспорить, кто чей тамагочи в кармане.

Хенджин следил за каждым чужим действием, и как только Чонин остановился, прильнул к чужим губам.

Тамагочи вновь издал забавный звук, а Чонин мечтал, чтобы эти жаркие весенние деньки никогда не заканчивались. Даже если ему вновь придется делать чужую домашку ночью.

! тг канал: https://t.me/oshibka44

буду рада доброму слову, не забывайте ставить реакции и переходить в тгк

Открывает дверь, осталось лишь вставить карточку в специальный отсек для включения электричества, и, да будет свет. Номер простой, тем не менее хороший, почти такой же, как и у Чана. Разве что собственный номер пропитан одиночеством. Белая кровать стоит посередине, примыкая к стене, а под ней большой мягкий коврик, который, вроде как, должен добавить помещению уюта. В углу небольшое кресло — напротив телевизор. Обычная, стандартная, пустая комната. Чонин разулся, и, постоял еще пару секунд, собираясь с силами, после чего прошел к середине комнаты. Он мог бы сесть на кровать, но почему-то пол казался ему лучшим решением: он, медленно сползая, опустился на ковер, а после положил голову на кровать. Коврик был мягким — сидеть на нем крайне приятно. Но, если говорить начистоту, Чонину плевать где сидеть. Ведь внутри него буря, он словно стоит на берегу моря, а на него с бешеной скоростью надвигается огромная волна, которая через несколько секунд сметет весь город. А он все продолжает стоять. Волосы запутались из-за сильного ветра, погода пасмурная, небо состоит из темно-серых оттенков, а песок из-за этого выделяется на фоне своей желтизной. Совсем скоро он встретится с волной — задохнется, даже не хватаясь за жизнь.

В комнату Чонина постучали. Вырвали его из потока негативных размышлений, окунув в другие. Остальные разошлись по номерам после трансляции. У каждого своя отдельная комната, поэтому никто из них не ожидал гостей, однако кто-то всё-таки потревожил Чонина. Может кто из персонала? Очередной, более настойчивый стук. Голову словно выключили, нажали на кнопку и все мысли резко исчезли. Остался лишь один немой вопрос: «Кто там?». И несмотря на желание быть одному, Чонин открыл дверь.

Перед ним стоял Хенджин. На миг его внутренний мир вздрогнул. Нельзя сказать, что Чонин не ждал Хвана, но где-то внутри он надеялся, что сегодняшняя ночь пройдет наедине с собственной тревожностью, а не с новой интригой и непонятным концом. Оба погрузились в свои мысли. Хенджин смотрел стеклянными глазами и о чем-то думал, но даже самому богу не разобрать его поток сумбурных мыслей и идей. Им всегда двигали чувства, а не мозги, которых обычно не было слышно из-за эмоций и этого самого потока мыслей. Чонин тоже молчал, находясь в своих тревожных раздумьях, что заглушали реальность. Он не знал, что произойдет дальше: сора, примирение, разлука, поцелуй, крик, плач или же безразличие. На последнем слове Чонин дернулся и вернулся в реальный мир, попытался сообразить, что же делать дальше. Хенджин тоже вернулся реальность. Наклонившись, тихо прошептал: «Я войду?»

Чонин не знал, что сказать, ему словно заклеили рот клеем, после чего на губах остался неприятный вкус химии, от которого кривится лицо. Ему хочется закрыть дверь, ведь он не хочет, чтобы кто-то видел его таким разбитым настолько близко, ему не хочется, чтобы Хенджин или кто-либо жалел его, а Хван пришел скорее всего именно за этим. Желание быть сильным рушилось под давлением потребности быть понятым. Чонин просто хотел, чтобы его обняли и поддержали. Напоминает ситуацию из детства, когда тебя ударяет какой-то ребенок, а ты гордо говоришь: «мне не больно», несмотря на то, что после останется синяк, а на глазах наворачиваются слезы. Не хочется быть слабым, потому что слабость — это плохо. Все испытывают чувство тревожности и усталости. Чонин не один такой. Все с этим справляются, так почему так тяжело внутри, а пустота съедает его без остатка. Почему сейчас так тяжело спокойно стоять перед Хенджином, зная, что тот может помочь?

Чонин знает, что Хенджин заметил его состояние на трансляции. Но он до последнего надеялся, что Хван не прийдет, пропустит эту ситуацию мимо, забудет о том, что произошло. Однако Хёнджин ничего не забыл и все-таки явился.

Тяжело понять свои чувства, когда выбор нужно сделать прямо сейчас. Чонин не успевает сопоставить за и против, а Хенджин стоит так близко уже минуту точно. Чонин, подумав про себя: «он не выглядит опасным», помня о неконтролируемом гневе Хенджина, все-таки отошел, опустив голову, кивнул в знак приглашения.

Хенджин посмотрел на него оценивающе и достаточно уверенно зашел, очень резко и непоколебимо, большими шагами, слегка задев плечо Чонина. «Все-таки злится» — подумал второй и уже пожалел о своем решении. Хенджин даже не сел на кресло или кровать, сделав оборот в полукруг, он встал по-середине комнаты, скрестил руки, выжидая владельца комнаты. Складывалось ощущение, что закроется дверь, и он набросится на Чонина как на свою добычу, которая так любезно сама его пустила. Младший чувствовал опасность, он чувствовал, как сила притяжения притягивает его к полу, как ногам тяжело держать тело, он вспомнил о дыхании — снова стало тяжело дышать, будто он прежде этого и не делал. Чонин молился чтобы он поднял взгляд и там никого не было, кроме небольшого кресла с дорогой, но уже затертой тканью. К сожалению, сегодня удача не на его стороне, и его уже сверлил взгляд выжидающего Хенджина.

Чонин сделал много больших, но медленных шагов к Хенджину, но все равно старался выдержать дистанцию, в отличии от Хвана. Хенджин сделал один большой резкий шаг и этого было достаточно, чтобы оказаться в сантиметрах от макнэ. Разница в росте играет плохую шутку: Чонин не хочет держать голову опущенной, но и поднять ее — невероятно тяжелая задача. Показывать только макушку собеседнику — еще более невежливая вещь, чем отвернуться, поэтому стоит все-таки посмотреть хищнику в глаза. Все-таки Чонин был слишком хорошо воспитан и поднял голову, глаза болели от света, давно сдержанных слез и усталости, которая еще сильнее накатила после прихода гостя. Чонин решил, что если Хенджин потеряет контроль над собственным гневом и начнет читать нравоучения, Чонин просто выставит его за дверь. Он слишком устал для конфликта. Он и так натянут как струна. Любое неверное движение со стороны Хвана, и она порвется.

Какого было удивление Чонина, когда его глаза столкнулись с глазами Хенджина, в которых была не злость, а с искреннее беспокойство и такая же усталость. Они были прикрыты, рассматривали владельца номера, будто пытаясь найти причину той самой тревожности. Хенджин тоже не хотел конфликта, он успел пожалеть из-за своей резкости, осознавая состояние своего Йенни, и стыдливо отвел глаза на мгновение, расслабившись и сделав позу более открытой. Хенджин скорее всего снова проклинал себя, что за пару секунд успел довести своего возлюбленного, которого он так защищал, до такого состояния, такое ведь уже было раньше, но они вновь наступают на те же грабли.

Молчание тяготило, и это была не тишина, а именно молчание с нотками напряжения в воздухе, которое лишь продолжало нарастать, пока они оба были погружены в собственные мысли. Чонин удивлено смотрел в глаза Хенджина, бегая зрачками, будто пытаясь найти ответы. Хенджин же просто смотрел на него, словно пытаясь сказать все глазами, а не ртом, потому что после слов старшего всегда начиналась сора. У этих двоих получается общаться намного лучше без слов.

Но, несмотря на это, Хенджин все же решил прервать тишину:

— Как ты себя чувствуешь? Мне кажется… — здесь Хенджин остановился потому, что знает как Чонин относится к себе, если кто-то заметит и поймет его плохое состояние.

— Мне кажется ты очень устал, давай я сделаю тебе массаж? — Хенджин быстро продолжил предложение, дабы Чонин не успел ничего додумать. И это сработало. Глаза Чонина округлились, он явно ждал не этого, но отведя глаза в бок, явно засомневался. Предложение звучало крайне неуместно и странно в этой ситуации.

Когда ждешь от человека плохое, а он показывает хорошее, становится не по себе и мало того, что ты чувствуешь себя плохим, так еще дальше ждешь подвоха и это ощущение не отпустит тебя, пока не забудешь причину сомнений. Все еще отведя глаза, Чонин проговорил, звуча, как только можно уставши.

— Да, устал, но хотелось бы лечь спать, а не массаж или что-либо, — все еще отведя глаза, Чонин проговорил, стараясь передать всю свою усталость через интонацию. Он правда не хотел массаж или прикосновений сейчас в принципе, но не может уверять в 100% правде последние слова. Явно сам что-то хотел и ждал, но что — они оба не знают. Иначе бы Чонин попросил бы, а Хенджин спросил.

Чонину хочется поднять глаза, он медленно поворачивает голову. Однако Хенджин был быстрее и резче. Младший не успел направить свой взор на Хвана, как тот, игнорируя весь разговор до, провел руками по его плечам, зафиксировал их там и начал массировать шею. Шея была слабым местом Чонина и Хенджин, зная это, часто использовал данную слабость, трогая и массируя его именно там. Особенно в те моменты, когда младший нервничал, или когда старшему приспичит показать всем, кто же владеет Ян Чонином.

Чонин не дернулся, однако резко взглянул на Хенджина. Глаза Хенджина были полу прикрыты и смотрели на шею Чонина. Казалось, что старший вот-вот заплачет, такая сильная грусть у него была в блестящих глазах.

Прошло всего несколько секунд, однако ощущались они бесконечно долго, весь мир вокруг словно замер. Чонин и не знал куда опустить свой взгляд, чтобы не наткнуться на стеклянные глаза Хенджина, которые будто не были связаны с телом. Ведь руки Хвана все еще нежно разминали шею макнэ, что совершенно не вязалось с этим душераздирающим взглядом. Чонин взял себя в руки и все же решил разрушить тишину, немного опустив голову в бок:

— Со мной все нормально, а вот тебе нужно отдохнуть — завтра вылет. А ты выглядишь уставшим, — слова Чонина оказали влияние на Хенджина. Он остановился. Глаза ожили и забегали. Хван опустил свои руки на плечи младшего и посмотрел ему в глаза, создавая явное напряжение.

— Я останусь с тобой, — решительно проговорил Хенджин, слегка прищурившись. По его интонации стало понятно — это не предложение, а четкое утверждение, не подлежащее возражением. От такого Чонин быстро поменялся в лице и шагнул назад, сжавшись. Он действительно не ожидал такого со стороны Хенджина, что всего несколько секунд назад был подавлен. Чонин надеялся быстро отвязаться от старшего и обсудить этот момент позже, а после и вовсе забыть. Так было всегда.

— Нет, иди к себе, завтра поговорим если тебе хочется, мы оба устали, — Чонин говорит четко, хоть все еще очень уставшим голосом. Он будет стоять на своем до конца, ведь ему искренне не хочется впутывать Хвана в свои бессмысленные проблемы. Чонин не хочет нагружать своего близкого ненужной информацией и создавать ему очередной повод для стресса. Не сейчас, не сегодня.

— Я же вижу, что тебе плохо, Чонин, — очевидно, Хёнджин не намерен отступать и это одновременно радует и ужасно расстраивает. Младшему действительно приятно получать заботу, но он ведь не глуп, и прекрасно понимает, что своими потребностями лишь обременяет Хвана. Делает шаг назад.

— Я хочу тебе помочь, — сделал шаг обратно Хенджин.

— Нет и еще раз нет, уходи, пожалуйста, — нервы Чонина начинают сдавать, его трогает беспокойство Хенджина, но он все ещё не может спокойно это принимать. Поэтому Чонин обошел Хвана и стал его толкать в спину к двери. Но он не учел рост и силу своего оппонента, а так же его ловкость. Хенджин извернулся абсолютно непонятным образом, и все это, чтобы оказаться позади Чонина и крепко его обнять.

Младший прерывисто дышит, голова звенит, в ней сожаление, что пустил незваного гостя, тревожность бьет волнами и скоро одна из волн точно собьет Чонина с ног.

— Чонин, ты помнишь, что ты самый лучший? — чужой ласковый, но слегка надломленный голос помогает сдержать панику, что медленно начинает перетекать в агрессию. Однако в следующую секунду наплыв спокойствия сходит на нет. Хенджин шепчет, ластиться, прямо как кот, к шее Чонина, целует. Почему-то эти прикосновения ощущаются тяжелыми, липкими, вязкими. Злость выходит на передний план. Возможно, макнэ почувствует вину за свое поведение. К черту, какая вообще разница?

— Да помолчи ты, — единственное, что он способен выдать в данной ситуации.

— Ты самый талантливый и самый лучший макнэ, и голос тво… — Хенджин не успевает договорить, ведь Чонин резко вырывается из его рук. Он пытался контролировать своё состояние, пытался сохранить спокойствие. Да, вот только не вышло. Волны медленно превращаются в страшный шторм, который с каждой секундой затягивает все сильнее, не оставляя и возможности спастись.

Хенджин стоит почти у стены, пока Чонин повернут к нему полубоком. Младшего трясет, и он не хочет, чтобы Хван это заметил. Самое страшное, что Чонин уже не осознает, чем вызвано это состояние тела. Перенапряжение, тревога, агрессия? Все слилось воедино. Ему не хочется быть обузой, не хочется привлекать лишнее внимание истерикой, не хочется грубить любимому человеку. Но он уже не в силах контролировать себя.

— Почему ты никогда меня не слушаешь? — Чонин почти кричит, голос подрагивает. Внутри него злоба, тоска, обида. Все существующие негативные эмоции смешались воедино. Он не узнает самого себя.

— Неправда, я всегда пытаюсь помочь и слушать тебя, — Хенджин выглядит ошарашенным. Движения неуклюжие и нечеткие, будто его подменили, забрав всю грацию и аккуратность. Чонину тяжело от того, что он довел своего возлюбленного до такого состояния. Вновь. Он злится даже не на Хенджина. А на себя.

— Нет, ты только слышишь, я прошу тебя уйти, даже сейчас ты все еще здесь, что я делаю не так? Почему ты игнорируешь меня и мои просьбы? — дыхание Чонина сбито, а он буквально отрезает каждое слово. Да, он зол в первую очередь на себя, но раз уж Хенджин все никак не хочет уйти, то пусть слушает. Пусть поймет, что нужно воспринимать всерьез просьбы Чонина. А то неуклюжий макнэ утянет доблестного хена в пропасть, в которой сам варится несколько лет.

Слова вращаются острыми углами в Хенджина. На его лице ярко выражена грусть, непонимание и некая обида. Чонин проговорился. Как же глупо он раскрыл одну из причин своего дрянного настроения. Нервов на умственную деятельность уже не хватает. Ощущает подступающие слезы и смотрит на свои руки. По телу проходит озноб.

— Солнце, тише, иди ко мне, — Хенджин, зовя словно котенка, пытается приблизиться к Чонину, но все тщетно — первый один шаг вперед, второй — два назад.

Неужели для них есть выход? Они стоят так близко и так далеко одновременно — между ними всего 3 шага, но никто из них не готов сократить расстояние. Но выход был — это время.

Чонин больше не может сдерживаться. Слезы начали капать по одной. Он до сих пор не понимает чего хочет: чтобы Хенджин ушел или остался. Он не понимает, что чувствует, не понимает действительно он адекватный и спокойно все оценивает, или это просто прикрытия для самого себя, не понимает, почему не подпускает к себе Хенджина и стоит ли вообще это делать?

Хенджин, воспользовавшись замешательством Чонина, медленно начинает приближаться к нему небольшими шагами. Когда между ними осталось меньше шага, Чонин поднимает глаза, которые будто под стеклом из-за слез, и врезается в Хенджина, сокращая между ними расстояние и давая волю эмоциям и слезам. Струна порвана, и это уже невозможно терпеть и сдерживать внутри. Хенджин не был сильно ошарашен, честно, такое ведь случалось. Не один раз.

Чонин будто тонул в нескончаемом океане: воздуха не хватало, сил держаться на воде нет, дна не было видно, как и ближайшего берега, или хотя бы дощечки, за которую можно ухватиться. Чонина трясло, тревожность волной разом сбила его и силой затянуло к себе, дабы выкинуть его на берег следующей волной, только в этот раз уже потрепанным течением и песком. То, что сейчас в голове Чонина сложно назвать мыслями, скорее такая же вода с песком, из-за которого вода тускнеет и становится грязной. Разобрать что-то в ней — невозможно.

Несмотря на это, он собрал все свои оставшиеся силы, чтобы сделать несколько шагов от Хенджина назад, выбравшись из его хватки.

— Уходи, пожалуйста, — есть хороший совет при плаче: если вы плачете, но хотите что-то сказать, говорите шепотом, как Чонин. Голос не будет дрожать, не будет стыдно, а собеседник четко поймет, что вы говорите, если нет стороннего шума.

— Я просто пытаюсь тебе помочь, но ты снова меня отталкиваешь, — Хенджин немного переходит на крик, но не сильно громкий. Его нервы тоже подходят к концу. Чонина это пугает, ему стыдно и одновременно больно, точно так же как и Хвану, на лице которого застыла гримаса обиды. Но младший не предпринимает никаких действий, а просто продолжает стоять на месте, ничего не отвечая.

— Хорошо, я тебя понял, — Хенджин показательно развел руками, резко обернулся и большими твердыми шагами направился в сторону двери.

Раздался звук закрытия двери. Чонин даже не повернулся и все еще стоял лицом к стене, а после последние силы, что держали его на ногах, закончились. Он рухнул на пол и начал плакать еще сильнее, чем во время разговора с Хенджином. Слезы буквально шли ручьем, а разобрать что-то визуально — задача из серии невозможного. Глаза опухали, ладошки становились мокрыми от слез, а волосы будто стыдливо пытались его прикрыть. Внутри миллион осколков — все впились в сердце, причиняя огромную боль. Коленки тоже почему-то заныли, словно он стоит на тех же осколках. Тело неприятно тянет, оно воспринимается как что-то совершенно инородное. Чонину хочется избавиться от этого чувства, вылезти из собственной плоти. Даже попытаться доползти до кровати казалось глупой затеей. Ему все равно не спастись от самого себя. Поэтому он даже не стал пытаться, оставшись стоять на коленях посреди комнаты.

Яркий свет ударил в глаза. Чонин услышал звук выдергивания отельной карты, но слишком он был погружен в себя, не было сил даже повернуться или, как минимум, убрать руки с лица. Свет пропал. Раздались маленькие и аккуратные шаги, что с каждой секундой становились лишь громче, но Чонину уже как-то все равно. Только один человек мог прийти к нему в номер сейчас. Хенджин. И младший даже не знает, что чувствует. Он, наверное, должен отблагодарить Хвана, за то, что тот вернулся. Однако сил все ещё нет. Лишь новая волна тревожности снова сбивает и издевается, заставляя хватать воздух, которого вновь недостаточно.

Чонин чувствует чужие телодвижения рядом с собой. Хенджин нагнулся к нему, чтобы поднять на руки. Макнэ сопротивляться не будет. Старший прошел к кровати, все ещё удерживая Чонина на руках. Его шаги ощущаются мягкими, уверенными и аккуратными. Хван садится на неё, следом сажает Чонина между ног и начинает гладить его. Затем убирает руки с лица и невесомо начинает целовать у уголков глаз, в руки, в шею. После идет один поцелуй в губы. Даже не поцелуй, скорее чмок. Но это заставляет Чонина поднять глаза, желая хотя бы ими сказать все, что думает. Хенджин, кажется, прекрасно все понял, поэтому поцеловав Чонина еще раз, обнял его и стал гладить по спине.

— Я рядом, я здесь, с тобой, — прошептал Хенджин. Он словно пробирался море мыслей Чонина и вытаскивал его из воды буквально за единственную оставшиеся на поверхности руку, точнее, скорее за пальцы руки, ведь даже ладонь почти потонула.

Близость дорогого человека и темнота успокаивали. Темнота, несмотря на свою неизвестность, съедала все страхи и тревожность, оставляя единственный лучик — Хенджина. Из окна падал свет фонарей и можно было рассмотреть только край кровати и образ Хвана, что сейчас был похож на ангела, который спустился к Чонину, несмотря на все его многочисленные грехи.

Чонин, немного успокоившись, стал рвано дышать, но плакать перестал. Мысли становятся ватными и воздушными, невесомыми. Поймать их все еще нельзя, но они уже не грузят, а разлетаются куда-то в безмятежную даль. Время будто остановилось, а поглаживания Хенджина отсчитывали по 3 секунды.

— Как ты? — выбрал удачное время для вопроса Хенджин, однако младший все ещё не знает, что ответить.

— Спасибо, — единственное на что хватило Чонина. Слова ощущались так же невесомо, как и его мысли.

— За что спасибо? — с небольшой доброй усмешкой спросил Хенджин, а после отстранился и взял лицо Чонина в одну из рук. Стал любоваться. Младшего это слегка смутило, ведь, очевидно, он выглядел не особо хорошо: глаза опухли и покраснели, как и щеки. Но Чонин надеялся, что сможет показать, то как сильно он ценит Хенджина одним благодарным взглядом. Ведь Хван для него самый драгоценный человек в мире.

— Спасибо здесь не нужно, я всегда буду с тобой и без него, — аккуратно приблизился Хенджин, все еще держа лицо Чонина в руке. Чонин тоже, недолго думая, приблизился к Хенджину и поцеловал.

Поцелуй в начале был таким нежным, ненастоящим, будто из сна: невесомым и невероятно чувственным. После поцелуй углубился и бабочки начинали нагревать живот Чонина. У него было ощущение что он вот-вот испарится или загорится. Поцелуй был мокрым, но он отражал всю любовь Хенджина, что будто пытался забрать всю боль младшего. Чонин же пытался забрать эту теплоту и любовь.

Руки сплелись воедино. Хенджин углубил поцелуй и повернулся немного вправо, вместе с Чонином, чтобы под ними была кровать. Под давлением Чонин упал на кровать, а Хван, нежно разорвав поцелуй, смотрел на Йенни сверху вниз.

— Прошу, если тебе сложно, говори мне, я всегда буду рядом, — Хенджин нагнулся и начал целовать все лицо Чонина, в том числе и руки.

— Мгм, — Чонин нервно промычал, он хотел бы чтобы это тепло не уходило. — Останься у меня на ночь.

Хенджин опешил, обычно инициативу в таких ситуациях берет он, ведь Чонин никогда не заявит о своих истинных чувствах и желаниях. Спустя несколько секунд старший все же пришел в себя.

— Конечно, Йенни, все что угодно для тебя, — ласково произнес Хенджин, после чего продолжил свои ласки, в этот раз водя носом по шее Чонина, выбивая из него томные вздохи.

После нескольких минут нежности, Чонин предложил лечь спать. Они улеглись под одеяло, обнимая друг друга. Хенджин положил голову на макушку Чонина, поглаживая его по волосам.

Чонин чувствует, как среди грозных туч прорезываются лучики солнца. Он чувствует себя уютно в объятиях Хенджина, даже несмотря на то, что на нем лежит груз вины за собственное поведение. Он обязательно постарается показать, как сильно раскаивается. Но не сегодня, но не тогда, когда все только наладилось.

— Я всегда тебя выслушаю, я всегда рядом, — промурчал в темноте Хенджин, он потерся немного об макушку младшего и поцеловал. Чонин хмыкнул и прижался ближе. Тепло расползалось внутри.

Вряд ли Чонин действительно будет говорить Хенджину, когда ему тяжело, но они определенно стали ближе к друг другу. По крайней мере до следующего недопонимания.

• оригинал с фб https://ficbook.net/readfic/018edeb9-a361-76a5-bec3-93ab089c20d8
• ! тг канал: https://t.me/oshibka44/1468
• буду рада доброму слову, не забывайте ставить реакции и переходить в тгк

Трансляция запущена.

Самое время показать стей свою любовь, высказать мнение о награждении и поблагодарить за поддержку и большую активность. Произошло много всего, они получили такую важную награду и продолжают бить новые рекорды, и все это, в первую очередь, благодаря фанатам. Вокруг все смеются и дурачатся. Но, несмотря на, казалось бы, хороший день, в котором нет и повода для грусти, Чонин чувствует себя тревожно. Он ощущает, что состоит из миллиона битых осколков стекла, кое-как склеенных воедино. Вот-вот они разлетятся — порежут Чонина. А после заденут и остальных, заставляя грустить из-за плохого самочувствия макнэ. Он словно чувствует, как много острых концов впиваются в кожу, что аж хочется сжаться в попытке защитить самого себя.

Сразу после начала трансляции он открывает комментарии, ищет что-то хорошее про группу. Хочет прочитать о том, какие участники молодцы. Хочет увидеть похвалу и в свою сторону, нечто из разряда: «Малыш-хлебушек сегодня такой миленький», «Ян Чонин мой биас!», «Ему так идет эта прическа» и многое другое, что всегда пишут фанаты со времен скачка их популярности. Но, на самом деле, подсознательно он ищет очередной гневный комментарий свою сторону, ищет подтверждение своим чувствам и самокритике. Чонину хочется думать, что это не он себя накручивает, а так и есть, ему стоит сделать что-то с собой. Странное поведение и критика ничем не могут быть обоснованы. Почему он все еще так боится петь, почему не верит, что у него достаточно много фанатов, хоть и не столько как у Хенджина и других. Почему он не может забить, как сделал Чанбин, что имеет такое же небольшое количество фанатов. Да, он не самый популярный и публика не ликует при нем, что аж закладывает уши. Однако Чанбин не обращает на это внимание, потому что талантлив: входит в состав 3racha, пишет им всем песни вместе с Чаном и Джисоном, он буквально один из лучших рэперов в их индустрии. Он может и не самый популярный, но тем не менее уважаем почти всеми.

А Чонин что?

Смех звенит в ушах, свет от ламп кажется слишком ярким. Чонин перебирает кольца и нервно сжимает пальцы на ногах туда-сюда. Продолжает смотреть в телефон, ведь пытается уследить за каждым комментарием. От навязчивых мыслей текст перед глазами плывет, а от попытки сконцентрироваться дышать лишь тяжелее. Движения становятся более рваными, а в голове не то что хаос, там ураган, который стягивает изнутри и заставляет сжиматься и горбиться, словно в попытке исчезнуть.

Каждый комментарий провоцирует поток тревожных мыслей, заставляет снова ощутить свою никчемность:

«Какой Хенджин красивый»

А я?

«Хенликсы! Какие они милашки»

А что насчет меня?

«Чан так следит за детьми хаха»

Я же рядом сижу, что насчет меня?
Вы меня видите?

«Всем так идут новые прически…»

Мне тоже?

«Почему Чонин просто сидит?»

Удар

«Чонин какой-то неактивный»

Снова

«А зачем Аен вообще здесь?»

«Все такие веселые»

«Хенджин я люблю тебя! ^-^»

«Феликс солнце я люблю тебя!»

«Чан я люблю тебя! Вав»

«Бинни я люблю тебя! ~»

«Сынминааааа я люблю тебя!!!»

«Джисон я люблю тебя! Ты такой милый»

«Минхо я люблю тебя! Чмок!»

А что насчет меня?

В голове так и крутятся одни и те же нескончаемые вопросы, что в итоге сводятся к одному: «Может, я специально не замечаю хорошее про себя? А может, хорошего просто нет?»

Другие мемберы чувствуют себя уставшими, но, в отличие от него, бодро разговаривают, шутят и смеются. Благодарят — делают то, что и должны. Феликс и Хенджин, как всегда, пошутили с самого начала свою любимую шутку, Минхо забыл слово, после чего возникла неловкая пауза, Чан следит за всеми, сидя на полу, а Сынмину, кажется, вообще все равно на происходящее. Все вокруг идет своим чередом. Словно по сценарию. Только вот Чонину забыли выдать этот самый сценарий, отчего чувство отчужденности и тоски проедает дыру внутри. Можно ли сказать, что ему грустно от того, что даже близкий человек, находящийся рядом, Хенджин, никак не обращает внимание на него? Возможно. В такие моменты всегда хочется поддержки и не обязательно словесной, простого понимающего взгляда будет достаточно. Ведь когда тонешь, достаточно лишь руки для опоры, чтобы не уйти на дно.

Решив приостановить просмотр комментариев, заставляющих лишь сильнее топить самого себя, он отправляет пару выжидающих взглядов на Хенджина, пока второй пытается не пересекаться ими. И почему Хван обращает столько внимания на Феликса? Снова пытается спровоцировать новую волну фанатов Хенликсов? Хоть они и друзья, Хенджин раньше никогда так не игнорировал Чонина, когда они были рядом с Феликсом. Он всегда обращал внимание на них обоих, ведь они все между собой близки. Они все семья. Но знание о рейтингах и о количестве фанатов Хенликсов во всех странах, все же дает остановиться на первой идее. А что, неплохая пара: два красавчика, два мировых амбассадора, двое самых популярных мемберов. Разве Чонин может претендовать на место рядом с Хенджином? Особенно в сравнении с Феликсом.

Только середина трансляции, а Чонин уж совсем поник, что-то сжалось в груди. Ему снова тяжело дышать, тяжело натянуть улыбку, тяжело даже двигаться. Чувствует, как слабеет его тело и пальцы еле-еле держат телефон. Сынмин резко заводит с ним беседу, и, тем самым возвращает Чонина в реальную жизнь. У него словно пропали помехи перед глазами, вместо них появилась ясность, однако вместе с ней пришла и пустота в сердце, переплетающаяся с огромной тревожностью. Стало только хуже. Тремор прошелся волной по телу, оставив свой след на руках. Попытка спрятать последствие собственного эмоционального накала не увенчалась успехом. Чонин, проверив собственный внешний вид через камеру, лишь удостоверился в этом.

Однако не один макнэ обратил внимание на Сынмина. Краем глаза Чонин заметил настороженность Хенджина, который явно отвлекся от общей суматохи, сфокусировался на двух младших участниках. На секунду в его сердце зародился лучик надежды. Хенджину не все равно. Вот только он не успел осветить огромную пустоту внутри Чонина — погас. На его месте зародилась тьма сомнений и переживаний. Наверняка Хёнджин начнет переживать. В голове сразу же начали крутиться чужие мысли, словно Чонин на секунду стал телепатом: «Что у него случилось? Стоит ли спросить сейчас или потом? Стоит ли вообще прерывать фансервис ради Чонина?» Он видит знакомое выражение лица, которое выдаёт встревоженность Хенджина. Но актерское мастерство у него как-никак превосходное — подал вид лишь на секунду, а дальше будто ничего и не было.

Но Чонин знает, что его состояние заражает рядом сидящего Хенджина. Второй пытается отвернуться, чтобы скрыть свои чувства, старается оставаться спокойным. Однако его волнение сдают прикованные к камере глаза. Хенджин все больше сковывается и притихает, разделяя ощущение спертого воздуха между ними. Чонин чувствует вину за это. Он боится быть причиной беспокойства Хенджина.

Тело слабеет дальше, дышать не то что тяжело, ему будто удалили легкие — на их месте осталась лишь пустота. Сынмин пытается как-то подбодрить Чонина, поправляет чужой капюшон, но все тщетно. Глаза потухли окончательно, став стеклянными. Пустота, вызванная чувством вины и тревоги, заполонила Чонина полностью. Смеясь с шутки Чанбина, он щелкает пальцами, пытаясь обратить на себя внимание. Но никто не заметил этого. Даже Хенджин. Оно и к лучшему. Как и до этого, никто его не видит, а недавнее желание исчезнуть, кажется, исполнилось. Расковыривая пальцы, он вновь приступает к чтению комментариев, снова воздух стал еще тяжелее, а пустота превращается в черную дыру, которая затягивает и образовывает неконтролируемый хаос.

Чонин, окончательно потерял связь с реальным миром — ушел в комментарии с головой. Он слышит чужие хлопки, а это значит, что трансляцию пора завершить. Наконец-то желанный конец стрима. Он поспешил выключить камеру, но не успел хотя бы приподняться, как Чанбин обратил на него свое внимание. Мемберы, сидящие рядом, сразу же начали лезть к Чонину. На него наконец обратили внимание, словно он только, что вошел в комнату, а до этого на его месте была пустота. Он стал видимым, но лишь внешне. Что у него внутри все еще никто не увидел, ну, а разве можно увидеть эту злополучную пустоту?

Хенджин касается Чонина из-за общего ажиотажа вокруг второго. Обнимает одной рукой и это вызывает у Чонина неприятное ощущение тяжести. С ним возвращается и чувство вины, что заполоняет былую пустоту. Хвану определено не стоило менять фокус фансервиса настолько резко. Чонин сжался, но его не отпускали и держали одну руку на плече, поглаживая. Боковым зрением он замечает, что Хенджин пялится в камеру, наверняка переживает из-за столь резкой смены взаимодействия.

Чонин все же вырывается из чужих объятий, после чего ощущает легкость. Пустота возвращается к нему, но теперь она кажется даже слегка приятной. Скоро он вернется к себе в номер, оставшись наедине с букетом собственных чувств и не будет обременять ими остальных. Встает и все-таки добирается до желанной камеры. Слышит какие-то комментарии участников и глупый вопрос Хенджина про фотографии, сделанные им же. Однако, Чонина не волнуют ничьи слова, вопросы и окружение, он лишь хочет последний раз улыбнутся и под веселье «аньее» выключить стрим. Мысли буквально превращаются в бомбу, которая взорвется и размажет Чонина по всему помещению, оставляя кровавые следы на мебели и на всех присутствующих здесь людях. Ситуация кажется ужасно критичной, он уже не уверен, что выдержит даже секунду. Пора заканчивать это все.

Но вот только он неправильно понял остальных. После милого прощания, раздался смех: мемберы даже не планировали заканчивать стрим, и Чонин не так все понял. Он готов закричать от безысходности, ведь теперь ему нужно разыграть максимально непринужденную картину. Прямо сейчас. Перед всеми. Нужно действительно попытаться улыбнутся и показать счастье. Малейшая ошибка и один из семи точно заметит это. Попытается влезть в его внутренний мир, в котором находится пустота, а где-то в середине сконцентрирована тревога, вина и страх. Он улыбнулся и посмеялся с другими.

Благо, все ему поверили и ничего не заметили. Атмосфера в компании стала чуть легче и бодрее, а Чонин направился обратно на свое место. Ему нужно потерпеть совсем немного, все для того, чтобы бомба внутри не взорвалась. А Хенджин уже ждал его, ждал, когда сможет обнять, смотрел на него томным взглядом, следя за каждым движением, радуясь и улыбаясь, что Чонину стало легче. Вот только доводы Хенджина ложны. Но так даже лучше. И впрямь, пусть он думает, что все в порядке. Может быть, это поможет Чонину убедить в этом и себя. Как только он сел, Хенджин сразу стал бодрее, растянул улыбку до ушей.

Хенджин явно оценивал себя рядом с Чонином и перекладывал руку на плече как можно красивее. Понятно, это все лишь картинка, просто сцена, которую нужно сыграть. Тревожность не отступила, теперь Чонину нужно приложить ещё больше усилий, чтобы скрыть свои эмоции. Осталось всего несколько минут. Он сможет. Щипает себя за руку, будто умоляя проснутся. Лучше не стало, он скован цепями, а любое лишнее действие активирует механизм, рушащий общую атмосферу благополучия. Заметит Хенджин — больно будет обоим, они оба будут обременены чувствами Чонина. Никому это не нужно. И он знает это, он не может позволить этому случится. Ведь в противном случае их ждет очередная пустая ссора. Натянутая улыбка не сползает с лица, наверняка это делает его неестественным. Чонину стоит задуматься над практикой улыбки и контролем эмоций. А может ему и вовсе нужно исчезнуть.

Наконец то Джисон встал выключить стрим. Чонин благодарил не то что бога, а вселенную, что сегодняшняя трансляция не должна длиться долго. Буквально через пару, невероятно долгих тянущихся секунд все закончится. Он пойдет в свою комнату и останется один на один с собой, с привычной пустотой, с бомбой замедленного действия. На этот раз он позволит ей взорваться.

вторая часть https://teletype.in/@oshibka44/HS_SilenceCry

• оригинал с фб https://ficbook.net/readfic/018edeb9-a361-76a5-bec3-93ab089c20d8
• ! тг канал: https://t.me/oshibka44/1468
• буду рада доброму слову, не забывайте ставить реакции и переходить в тгк

Несмотря на все это, Чонин идет дальше, ему нельзя покидать это место и останавливаться. Не сейчас. Он пробирается сквозь толпу пьяных людей, которые, в отличие от него, прекрасно проводят свой вечер. Яркие вывески слепят, Чонин уже который раз врезался в кого-то. Он совсем немного поднимает глаза, говорит что-то на подобии «извините», но в ответ лишь грубый толчок и звонкий смех. Перед ним девушка в ярком платье, с неприличным декольте. Обычно Чонин задержит на ней взгляд хотя бы пару секунд, рассмотреть. Но ее ярко-красные губы, ее блестящее платье, ее растрепанная укладка и ее страшный спутник – все это было абсолютно сейчас не важно. Все казались лишним. Чонин просто молился, чтобы все вокруг мигом пропали, освободив путь. Но увы, чудес не бывает.

Чонин по привычке достал телефон, в надежде посмотреть время, но тот давно уже сел. Сел, несмотря на то, что в начале был полностью заряжен. Сел от бесконечных звонков, от поиска новых новостей к-поп сми, от включенного навигатора, от тысячи смс, от запросов в поисковике через сколько можно объявлять человека в розыск. Что-то внутри Чонина тоже почти село. Но он собирает все последние силы и идет дальше, расталкивает людей и выходит на набережную. Здесь тихо, в разы тише чем в узких улицах. Чонин решил пройти по ней, вспоминая свои ночные прогулки с Хенджином. Как они вместе наслаждались рассветом, ели уличную еду поздно ночью, не боялись держаться за руки и улыбались сквозь медицинские маски на лице. Сейчас ничего этого нет. Хенджин пропал, просто провалился под землю. Сначала он говорил что-то про то, что Чонин его не слушает и всегда делает выбор в чужую сторону. Потом стал отстраненным, а теперь и вовсе пропал. Чонин, как и остальные, сейчас очень загружен и ему было просто некогда решать проблемы на личном фронте и выяснять отношения с Хенджином. Но кто знал, что все выльется в это?

Он устал, выдохся, последняя надежда погасла, когда, заворачивая в какие-то улочки раз за разом, в конце одной из них показался тупик. Хотелось уже развернуться и пойти домой. И пусть Хенджин хоть с голоду помрет. Чонин пытался, он искал и жертвовал своим сном и нервами. Если эта несчастная 101 проблема нашла себе приключения – это не его зона ответственности. Однако, глаза зацепились за человека, сидящего в конце, в углу в тупике. Рядом были какие-то бутылки, а он явно был подавлен. Чонина резко отдернуло: а что если Хенджин сейчас так же где-то сидит? Пока уставший от этого вечера парень пытался отогнать тревожные мысли в голове, глаза бегали по незнакомцу, но почему-то с каждой секундой узнавали знакомые черты. В голову ударило осознание.

Чонин бежит в тупик, немного спотыкаясь. Каждый удар сердца отдает в уши, а во рту пересохло. Он подходит достаточно близко и тихо окликает:

- Хенджин?… — пара глаз поднялись на него. Да. Ему не показалось. Маска похоже упала, или он сам ее снял; волосы растрепались; глаза заплаканные; а в руках бутылка соджи. Какая она по счету Чонин не решился считать. Лишь промелькнула мысль, что она явно не первая и не вторая, а в душе появилась новая рана.

- Что ты здесь делаешь? Ты хоть знаешь сколько я тебя искал? Где твой телефон?! — Чонин постепенно срывается на крик, тратя последние запасы сил. Но ему просто необходимо выплестнуть эти эмоции и усталость, иначе он просто взорвется.

Хенджин медленно, скорее заторможено, переводит взгляд на сумку и достает телефон. Конечно же он включен, просто на беззвучном. На экране высветилось бесчисленное количество звонков и смс. И все от одного человека.

— Да ладно, пропал на один вечер, а ты уже в колокола бьешь. Разве тебе не все равно? — Хенджин медленно проговаривает и поднимает голову. В глазах безразличие и это ранит. Чонин подходит ближе и замахивается, но не бьет.

— К чему это все? Ты же знал, что я буду тебя искать, — шепча, он сжимает кулаки. Его начинает съедать обида. Они оба знали, что будет, но это не остановило Хенджина принести ему боль и нанести новые раны. Рука опускается, а кулак все еще сжат.

В ответ – молчание. Хенджин даже не удосужился держать зрительный контакт и просто опустил голову. Терпение Чонина подошло к концу, и он просто развернулся, шагая твердо, словно убегая от своей главной проблемы. Но спустя пару шагов останавливается. Что же сильнее в нем: обида или чувство вины за то, что он оставит бедолагу одного. И обида не только из-за того, что Хенджин просто наплевал на него и сбежал. Где-то в подсознании возник встречный вопрос: «а сколько раз я сам приносил боль, так же убегая от любого контакта?». Эта мысль где-то внутри урагана мыслей, но с каждой секундой становится все громче. Придется вернуться.

— Вставай, — слова звучат как острие ножа, которое разрезает воздух и тишину между ними. В нем говорит обида. Хенджина передергивает, голова резко поднимается и он, недоумевая смотрит. Чонин так и знал, что только грубый тон заставит пьяницу протрезветь.

—Я тебе вызову такси, вставай прямо сейчас, — он же не хотел тратить ни секунды больше на это все. Он берет Хенджина за руку и ведет к дороге, вызывая такси по пути.

Томное ожидание машины. Мимо проходят другие люди, тоже выпившие и тоже ожидающие свой транспорт. Будь то обычный общественный автобус или личный автомобиль с трезвым водителем. Раздаются крикливые голоса, кто-то громко смеется, а машины на дороге шумно жужжат, пролетая мимо. Яркие огни слепят, и даже чувство сна пропадает от этого. Главное не проморгать номер такси и не упустить его.

— И все так закончится? А как же драматичное воссоединение влюбленных душ, как в романах? — пока Чонин смотрит вперед на машины, потерявшись где-то в своих мыслях, Хенджин держит взгляд на первом. Ответа не следует. Он аккуратно берет чужую руку, пытаясь привлечь внимание. А после продолжает:

— Я знаю, что виноват. Но и ты ведь не лучше... — в ответ раздался лишь тяжелый вздох, а глаза Чонина немного сузились, брови нахмурились. И нет, это не из-за света и надоедливых пьяных людей вокруг.

—Давай поедем вместе ко мне. Прости меня, пожалуйста, — Хенджин не терял надежды на хороший конец. Тот самый конец романа, где даже после тяжелых жизненных испытаний пара все равно обретает покой вместе. Конец, в котором можно было бы обо всем забыть и жить только любовью.

Ни мускула не дрогнула на лице Чонина. Такси подъехало. Чонин машет рукой, чтобы машина припарковалась прям перед ними, открывает дверь и приглашает сесть.

— Ну так что? Поедешь? — Хенджин стоит на своем, пытаясь ухватиться за какой-то шанс, невидимый и последний. Осознание пришло, что в этот раз ему не сойдет все с рук. Возможно. Чонин долго смотрит на свою настоящую головную боль.

— Ну пожалуйста, Йени… — позади раздается стук каблуков и взгляд падает на пару, проходящую мимо: пьяная девушка, которая, размахивая руками, что-то бормочет парню, спокойно ведущему ее домой. Чонин вновь смотрит в глаза Хенджина, приняв решение.

Дверь захлопнулась и такси тронулось.

С самого детства Чонин чувствовал себя лишним, чужим. Было ощущение, что для него нет места в этом мире. Все вокруг приобрели свой теплый уголок. Все, кроме Чонина. У него не было тех самых друзей, с которыми можно обсудить все: и учебные детские проблемы, и переходный возраст, и любовь. Даже если они неожиданно появлялись, то так же быстро уходили. Ни осталось нигде места, куда бы он возвращался и, улыбаясь, рассказывал всякие истории.

Несмотря на общую любовь в группе, Чонин не считал себя достойным их и не мог полностью открыться участникам. Лишь пару раз он плакал перед Минхо, зная, что тот не осудит и никому не расскажет. Но иногда желания сердца и разума расходятся и именно это случилось, когда он встретил Хенджина.

Сердце хотело ласки, понимания и заботы. И это желание могло исполниться с помощью Хенджина. Но тревожные мысли не отпускали: «ты не достоин его», «посмотри на себя», «ты жалок». Черная дыра росла в груди с геометрической прогрессией и не давала спокойно жить, даже дышать. Каждый вдох рядом с Хенджином был как будто последним. Чонин словно тонул, а ему сбрасывали спасательный круг. Однако Чонин знает, что спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Даже когда не было сил, даже когда хотелось кричать от беспомощности.

Чонин видел, как Хенджин тянется к нему. Очень хотелось ответить, показать свои чувства. Каждое прикосновение отзывалось эхом в теле, заставляя тяжело дышать. Что-то ранее неизведанное тянуло к Хенджину. Каждый раз Чонин кидал взгляд на него и сразу отводил, если их глаза встречались. Они долго тянули свои чувства, пока один из них не взял все в свои руки.

Хорошо запомнился тот момент, когда они остались в общежитии одни: старшие, вместе с Феликсом, ушли куда-то, а Джисон и Сынмин уехали к друзьям. Оставшись один на один, они решили вместе посмотреть рисунки первого. Сидя на полу, разговаривая и смеясь, рассматривали работы Хенджина. Зачастую это были различные пейзажи, реже встречались цветы.

В один момент их голоса притихли, был слышен лишь шелест страниц альбома. Наступила неловкая тишина. Оба парня осознавали какая большая редкость — остаться вдвоем в общежитии. Тишина будто была специально создана судьбой, чтобы подтолкнуть кого-то из них. Чонин старался показать заинтересованность в рисунках, которые перелистывает уже в сотый раз. А Хенджин смотрел сквозь. Вздохнув, он решил прервать это, по ощущениям, бесконечное молчание.

— Чонин, ты мне нравишься, — так легко обронил эти слова, что Чонин аж дрогнул. В глазах Хенджина любовь, уверенность и отчаянье. Он ждал этого момента, а сейчас ждет ответа. Редко можно было увидеть Хвана настолько серьезным, так что это даже заставило потерять дар речи.

В этот же момент он понял, как тяжело говорить о чувствах. Хочется ответить, хочется рассказать о своих страхах, сказать о чем думает, чего он боится. Но все что смог сделать Чонин — обнять, гладить Хенджина по голове, чувствуя, как тот не может выдохнуть.

Для Хенджина это был прыжок в пустоту, в которой его ничего не ждет, ведь Чонин в обоих случаях промолчит. Оставалось лишь надеяться на пробуждение от кошмара, заполненного тьмой. Но может, Чонин сжалится и вот-вот скажет, что они просто друзья, а он все это время неправильно понимал намеки.

— Ты не ответишь? — Хенджин положил голову на плечо своего Йенни. Он ждал ответа, готов был заплакать и Чонин чувствовал это.

— Я без тебя не смогу, — продолжил, раз все карты выложены — пора признаться. Наклонил голову чуть в бок, показывая на стол с парой ящиков, — знаешь, все эти цветы были посвящены тебе, ты — моя муза. А там лежит блокнот с твоими портретами.

— Разве я достоин? — разрушил тишину Чонин. Хенджин сразу же отпрянул от него и взглянул в глаза. Чонин искренне не понимал такой реакции, и, немного сжавшись, ожидал крика или спора, поэтому немного прикрыл глаза.

Но Хенджин лишь притянул Чонина в поцелуй. Этот поцелуй был неловким, но это был единственный шанс добиться ответа на признание. Чонин сжал чужую кофту в своих руках, будто боясь, что Хенджин прямо сейчас исчезнет. И он лишится этого тепла, которое так сильно растекается внутри, сжигая всех бабочек в животе. Хенджин углубляет поцелуй, слишком долго он этого ждал. Он устал от равнодушия, он устал от того, что Чонин будто избегает его, особенно на камерах.

Чонин ложится на пол, но все равно не отпускает свое счастье из рук. Глаза немного слезятся, щеки горят, а внутри будто ураган. Он пытается удержать каждую секунду подольше, пытается закрыть этой любовью все свои годы одиночества.

Наконец, от нехватки кислорода, парни разорвали поцелуй, тяжело дыша. Они нашли то, что искали: Хенджин — ответ, а Чонин свой укромный уголок. В глазах еще нет никакой похоти и страсти, лишь желание быть вместе вот так подольше. Хенджин аккуратно ложится на Чонина, целует в щеку своего парня, а после укладывается на его плечо. Они обнимают друг друга и пробудут так, пока остальные не вернутся.

***

Любовь Хенджина и Чонина взаимна: они упиваются друг другом в собственных квартирах. Чонин питается и заряжается теплотой Хенджина, он не представляет, как жил до этого. Эта любовь должна была изменить его. Если есть хотя бы один человек, с которым он чувствует себя нужным и любимым, то значит такое возможно. Значит, если открыться другим — теплый уголок расшириться, Чонин сможет принимать тепло и от друзей тоже, хоть и не такое сильное как от Хенджина. Наконец сможет рассказывать вслух о своих переживаниях, не держа все в себе.

Но, к сожалению, Чонин этого никогда не поймет. Как бы он не пытался, все равно было страшно сделать малейшую ошибку. Он боялся потерять Хенджина, когда тот был так близко. Боялся, что он сам их разлучит. Боялся самого себя, ведь ошибка может отнять у него единственное счастье.

На камерах эти чувства только усиливаются: сотни глаз наблюдают за ними, отслеживая каждое действие. Когда Хенджин в очередной раз тянется к Чонину во время шоу, второй провалиться сквозь землю. Он игнорирует долгие взгляды, игнорирует просьбы быть в команде, игнорирует невинные поцелуи в шею. Несмотря на это, сердце выигрывает и, если есть выбор, он всегда падает в сторону Хенджина, что делает его самым счастливым человеком на свете. От этого Чонин всегда тает, позволяя после делать с ним что угодно на короткое время. Даже поцелуи в виски, даже трепать волосы и смотреть долго в глаза. Мир вокруг будто исчезает.

Им так хорошо друг с другом, но при этом так страшно. Однако Чонину будто начинает нравиться эта игра. Ему начинает нравиться отвергать Хенджина, а потом, словно сирена, манить обратно. Ему начинает нравиться делать легкие намеки и видеть, как Хенджин слетает с катушек. Ему нравится этот пыл и это тепло, которым он, словно вампир, дышит и за счет чего существует. Чонин такой неприступный, но Хенджину так хочется к нему прикоснуться, любить, зная, что это взаимно.

Он кидает те самые пригласительные намеки каждый раз, когда видит ревность Хенджина. Случай на выставке не исключение. Чонин знает, что мемберы будут трогать его. Он знает, что Хенджин будет отводить взгляд. Он знает, что лишь один взгляд может успокоить Хенджина. Он с удовольствием по немому приказу пойдет в гримерку.

Чонин боится быть один, но боится подпускать Хенджина слишком близко. Будто тот подойдет и поймет, какой он на самом деле обычный, разлюбит, разочаруется. Ему боязно пересекать черту и заглянуть к себе внутрь. Все еще плачет в одиночестве, игнорируя приглашения домой. Чонин уверен, что внутри него пустота, которая такому прекрасному Хенджину покажется скучной и примитивной, ведь даже его картины и то глубже.

***

Чонин стоит перед заветной дверью. Он, на самом деле, весь день ждал этой встречи, хотел хоть на секунду почувствовать себя любимым. Но он ни за что это не покажет. Легко постучит в дверь, тяжело вздохнув, пытаясь снова быть холодным, как прежде. Но улыбка сама расползается на лице, когда он видит горящие глаза Хенджина. Его ждали. Его любят. Он — чье-то спасение.

Чонин будет продолжать свою игру, невинно разглядывая картины Хёнджина. Вся комната словно музей. Лишь хозяин и гость знают, что это музей одной музы, которая сейчас останавливается у явно новой работы. Прекрасные и пышные цветы белого и голубого цвета, изображенные на картине, будто расцветают на глазах. Кажется, что, если принюхаться можно почувствовать свежий запах.

— У тебя новая картина? — как ни в чем не бывало, будто не замечая взгляда на себе и не сгорая изнутри, спросил Чонин. Вместо ответа на вопрос, Хенджин лишь утягивает его в поцелуй.

Хёнджин любит Чонина, но в постели жалеть не будет, однако они оба все равно утонут в нежности. Чонин будет пытаться уловить каждый момент любви и близости. Он будет хвататься за Хенджина, словно за единственный спасательный круг в бескрайнем океане. А когда будет засыпать, все-таки скажет три заветных слова, которые таятся в глубине души.

***

Чонин проснулся, как только лег Хенджин. Немного подождав, и, почувствовав ровное дыхание рядом, он откроет глаза. Перед ним такой желанный и любимый Хенджин, который словно фигура из мрамора. Но эта фигура такая недосягаемая, от чего становятся страшнее дышать. Чонин имеет право лишь смотреть на нее, любоваться пару минут, а после встать.

Он собирает разбросанную везде одежду и потихоньку приводит себя в порядок. Двигается как можно тише, стараясь не разбудить Хенджина. Когда соберется — заметит новую картину. «Опять рисовал ночью» — с теплотой подумает Чонин и улыбка сама появится на лице. Он немного посмеется и наклонится, чтобы рассмотреть чужую работу получше. На ней нарисованы маки в прекрасной хрустальной вазе. Запах краски все ещё витает в воздухе. Чонин всегда удивлялся, как можно настолько хорошо рисовать цветы.

Время три часа ночи, и он стоит у выхода из квартиры. Последний раз оглянувшись, по непонятной для себя причине, Чонин дернул ручку. Дверь не открылась. От чего парень резко почувствовал нарастающую тревожность, которая присутствовала и до этого, но ее заглушала любовь. Попробовал еще раз легко открыть дверь — не получилось. Прикладывает чуть больше усилий — все равно не открывается.

Резкое ощущение взгляда на себе и чужое присутствие заставляет Чонина активнее дышать. Еще одна попытка, и та безуспешная.

— Снова сбегаешь, — это был не вопрос, а утверждение. Чонин попался с поличным, словно наглый воришка, который украл самое ценное, что есть у каждого человека — сердце. По пути разбив его вдребезги.

— Я… у тебя дверь сломалась? — попытался, на сонную голову, перевести тему. Чонин неловко улыбнулся по привычке. Но, взглянув на Хенджина, он не увидел никакой реакции, лишь стеклянные глаза.

— Я ее запер, когда ты пришел. Так сильно хочешь уйти? — Хенджин вскинул бровь. Он пресек любые оправдания, смотря прямо в глаза воришки. В это время сердце Чонина буквально делало сальто, заставляя дрожать. И глупо улыбаться, в попытках защититься. Чонин не знает, что делать. Конечно, он ждал чего-то подобного, нельзя же вечно оставаться безнаказанным.

Но разве это может произойти так резко? Чонин стоит буквально в тупике, а Хенджин в полумраке выглядит как плачущая статуя, которая вот-вот разлетится на тысячу осколков. В голове шум, глаза не понимают куда им упасть, мозг отказывается работать, а сердце кричит о помощи. Буквально пару часов назад им было так хорошо друг с другом, а теперь они будто чужие.

— Ключи на тумбочке, — разочарованно произносит Хенджин, а после уходит на кухню, тем самым предоставляя Чонину выбор.

Оставляя все вещи и снимая обувь, он снова выбирает Хенджина и плетется на кухню. Воздух резко становится удушающим, Чонин снова почувствовал себя лишним. Будто он перегнул и теперь потерял свой единственный уголок в жизни. Будто теперь ему снова придется замерзать изнутри.

На кухне холодно из-за кафеля. Белый цвет делает комнату такой резкой. На стульях, в отличие от кровати и кресла в спальне, не было подушек, что делало помещение неприветливым. Картины на стенах маленькие и аккуратные, Чонин их любил разглядывать за завтраком, но сейчас они такие чужие, как и эта квартира.

Хенджин сидел за столом и смотрел куда-то вдаль. Он будто сгорел, превратился в пепел, который прямо сейчас улетит. От такого вида у Чонина появился ком в горле.

Луна немного освещает кухню, но лица Хенджина все равно не видно, он сидит отвернувшись. Чонину стыдно, но, как себя вести по-другому — без понятия. Страхи поглощают его изнутри, сковывая цепями. Без контроля он не может сделать и действия, да, даже мыслить не получается. Сломать стену между ними все равно, что сломать себя. И наконец освободить того самого маленького Чонина, который все еще верит любви и готов ей отдаться без остатка.

Усугубляли ситуацию камеры и фанбаза, которая загрызет обоих за отношения. Осознание, что их счастье — их конец, добивало и заставляло рождаться еще большему количеству страхов и цепей.

— Скажешь что-то? — когда Хенджин злиться, это понять очень легко. Аура вокруг становиться удушающей, заставляет кривить лицо и сжиматься всем телом. А сейчас он, очевидно, зол и обижен. Ведь не раз пробовал спросить Чонина, но тот лишь уходил от ответа. Теперь выхода нет.

— Ты хоть понимаешь, как это опасно раскрывать наши отношения? — это для Чонина звучало убедительно, как хорошая отмазка. Он хоть и тихо, но достаточно резко проговорил, будто пропитавшись насквозь этой атмосферой между ними.

— Да мне плевать.

— Ты не можешь так говорить, — Чонин повысил тон, сделав акцент на местоимении. Он хотел продолжить, но осознал, что это было грубо. Хенджин издал смешок и немного отодвинулся от стола, облокотившись на стул.

— Зато тебе явно плевать на наши отношения, — Хенджин наконец перевел взгляд на Чонина, заставляя того побледнеть и снова стать собой. Эти слова ранили, вынуждая боятся сделать лишнее движение и снова остаться одному.

Луна освятила половину лица Хенджина. Он уже не выглядел злым, скорее расстроенным: со слезами на глазах и дрожащими губами, будто вот-вот заплачет. Чонина будто пробило током. Что же он натворил. Чтобы Хенджин плакал из-за него — немыслимо и звучит так, будто он дьявол воплоти.

Хенджин встал, подошел к Чонину и навис над ним, спрятав руки в карманы штанов. Ему больше нечего было сказать, осталось лишь опять ожидать ответа. Тысячи ран, которые нанес и зашивал Чонин, в миг открылись, заставляя чувствовать тяжесть внутри.

Но даже в таком состоянии Хёнджин был прекрасен. Чонин не мог обронить и слова, но нужно действовать, пока их отношения окончательно не разрушены. Он не имел права отталкивать Хенджина, но и прильнуть к нему тоже не достоин.

— Что с нами будет если мы раскроем себя, ты думал об этом? — Чонин продолжал свою сказку и сказал это шепотом, будто боясь обжечься, а после задержал дыхание.

— А что насчет меня? — Хенджин показал рукой на себя, а его глаза засияли от слез. Чонину больно, больно наблюдать за таким Хенджином, не понимая что делать. Будто у него закончились нити, а Хенджин рвется пуще прежнего и скоро от него не останется и нитки. Чонин берет в руки лицо Хенджина, думая о том, в какой момент все дошло до такого.

— Прошу не уходи, ты мне нужен. Я люблю тебя, Чонин, — будто скрипка сказал Хенджин, сжимая кулак у сердца на груди. Он поджал губы и засмущался еще больше, снова ожидая ответа. Хенджин сейчас выглядел самым несчастным человеком в мире. От этого у Чонина все внутри свернулось в узел, который с каждой секундой затягивался туже. Дышать стало труднее, а голова начала болеть.

Он полностью проснулся и начал пытаться придумать что-то новое, чтобы спасти обоих. Старые сказки про камеры явно больше не помогли и не волновали Хенджина. Чонин пытался понять проблему, надеясь ее решить. Того, что сейчас происходит, не должно было быть. Это он виноват в случившемся, и лишь он может вернуть все в правильное русло.

Осознание пришло резко и, словно кирпич, заставило разум сотрястись.

Чонин никогда не говорил о своих переживаниях. Он всегда лишь бросал сухое: «не на камерах». Будто бы это его особо не волновало. Без объяснений. Вроде отворачивался, но в это же время позволял себя трогать и ласкать. Эти действия и путали Хенджина. Чонин не давал однозначных ответов, заставляя обоих страдать. Он сам то не определился, и при этом затягивал их в эту воронку.

Хенджин ждал ответа, Хенджин был готов пожертвовать собой, чтобы получить заветный взгляд после очередного поцелуя в шею на шоу. Он ждал, что Чонин выберет его, ждал у себя в квартире, считая секунды. А тот же будто играл. Сначала он не был готов к разговору, а после, восприняв все как игру, начал «развлекаться» с их общими чувствами. Пытался защитить их отношения, но сделал только хуже.

— Я не хотел такого, прости, но так было нужно, — Чонин опустил взгляд, осознавая все содеянное.

Самое ужасное — он и сейчас не готов все объяснить, потому что боится, что после этого откровения Хван разлюбит его. Ведь так Хенджин может делать, что хочет, просто не получая ответа на свои действия. А после подобного разговора Чонин зародит сильную тревожность внутри дорого ему человека, буквально заставив гнить от ласки и от ее отсутствия одновременно. Не только Чонин будет сидеть на игле раздумий перед каждым действием, чтобы, не дай бог не навредить партнеру. Он тяжело вдохнул, а после его руки дернули.

— А почему? Что я сделал не так, Чонин? Почему ты ведешь себя как чужой после каждого утра? Почему ты даже не смотришь на меня? — Хенджин сорвался на крик и истерику.

— Мне нельзя быть с тобой? Ты меня не любишь? —но последнее он сказал тихо и медленно, будто пытаясь поверить в это. Из глаз текли слезы, а он прижимал руки Чонина к своим щекам, заставляя их намокнуть. Хенджин задыхался в слезах, он слишком долго терпел и сгорел дотла изнутри.

Чонину плохо. Его словно пронзило после последних слов. Разве он достоин Хенджина? Внутренний мир медленно рушился, а мозг и сердце вместе кричали, что нужно что-то сделать. Чонин, обняв Хенджина, убрал одну руку на его спину и шею, и начал массировать их, в попытке успокоить. Это было их любимое проявление любви и ласки.

— Не говори так, ты самое ценное, что у меня есть, — Чонин говорит шепотом, у него больше нет сил, а мозг сдался в этой борьбе и попытках найти нужные слова. Теперь говорит сердце, которое он так долго затыкал, не давая волю эмоциям.

— Я люблю тебя больше, чем кого либо, больше, чем себя. Но нам нельзя афишировать отношения, — он продолжил балладу, в попытке спасти ситуацию и себя. Первые слова были искренними, но Чонин говорил это только перед сном, по-умолчанию, или же в самых особенных случаях. Думая об этом, он понял, что каждый момент с Хенджином для него особенный, и нужно говорить это чаще.

Хенджин отпрянул и уставился на лицо Чонина, пытаясь убедиться, что это правда. Мысли в голове путались, а тревожность, которая так била по вискам, накатила с новой силой. Чонин смотрел на него, в его глаза, пытаясь отдать всю ту скрытую годами любовь, которую он так бережно хранил. Пытался доказать свои слова, осознавая вину. Он молил, чтобы Хенджин понял его и простил.

— Мы можем любить друг друга только до следующего утра, до камер, до тренировок, — Чонин провел рукой по лицу Хенджина. Он ждал реакцию второго, наблюдая, как шестеренки крутятся у него в голове, как останавливаются слезы, а глаза перестают быть стеклянными. Пока Чонин был уверен, что его ложь удалась, в голове Хенджина сложился последний пазл. Его интуиция не просто так била тревогу, заставляя слышать звон в ушах. Все-таки ложь была в словах, и была она, скорее всего, про излюбленные Чонином камеры. Но что скрывал Чонин, Хенджин не был готов спросить, боясь испугать своего лисенка, у которого и так шерсть встала дыбом.

— Сегодня я действительно лучше останусь, но уйду раньше тебя. Пошли спать, уже поздно, — он аккуратно потянул Хенджина, стараясь не давить, а лишь, как обычно, пригласить. Чонин боялся сделать лишний шаг. Сейчас ему казалось, что между ними тонкая нить, последняя белая нить, которая порвется сразу, если ее натянуть слишком сильно.

— Скажи это еще раз, — волосы Хенджина растрепаны, а глаза все еще блестят после слез. Он слишком долго занимался самобичеванием, что уже не верит во взаимные чувства. Не верит, что это не сон. Голова отказывается думать. Пепел внутри не хотел снова загораться от любви, он только норовился улететь. Это пугало Хенджина, он любит Чонина и хочет дальше его согревать.

— Я люблю тебя, Хенджин. Ты — самое дорогое, что у меня есть, —прошептал и мягко улыбнулся, щурясь словно лис. Подойдя ближе, он обнял Хенджина, уткнувшись в его ключицы. Искра между ними все-таки прошла и заставила Хенджина вздохнуть полной грудью. Чонин почувствовал это и лишь прижался ближе. Сейчас мир и остальные проблемы кажутся такими неважными. Все вокруг словно остановилось, и остались только они вдвоем. Так они простоят еще долго, слушая сердцебиение друг друга, как мелодию. Иногда они будут целоваться, так нежно, боясь потерять друг друга, ведь они — единственное, что есть у обоих. Они будут бояться порвать ту самую последнюю нить между ними, не осознавая, что там канат.

• телеграмм канал https://t.me/oshibka44/
• оригинал на фд https://ficbook.net/readfic/018f0266-6607-76c7-8874-361e98e7a422
• Если вам понравилось, буду рада коментарием и отзывам. Буду благодарна, если перейдете по ссылке выше и поставите лайк❤

Simple man Stan can't stand up on the beautiful It's just a nod to the canon

Stickle brick, tickle quick, laugh at the beautiful It's just a nod to the canon

Hustle over hot muscle shower, twitch off the beautiful It's just a nod to the canon now

Хенджин любит Чонина, любит до безумия. Никогда не оставит его без своего внимания, не важно где они находятся: на шоу, на улице, в аэропорту, дома. Хенджин всегда будет ловить малейший намек, чтобы вовремя позаботиться о Чонине. Хенджин будет искать любую возможность чтобы прикоснуться к Чонину.

Когда Чонина трогают другие, Хенджин ревнует безумно сильно: он трескается по швам, внутри что-то колит и бурлит, будто лава, которая вот-вот вытечет из него, сжигая все вокруг, обходя лишь только один прекрасный цветок. Чонин всегда игнорирует Хенджина, пока второй просит выбрать его, Чонин даже не бросит взгляд в его сторону. Это режет Хенджина, заставляя гореть и открывать старые раны, которые потом прийдется снова зашить. Безумные мысли крутятся в голове и успокоить его может только рядом стоящий Чонин, который маленьким, заметным только Хенджину, намеком покажет, что принадлежит только ему.

Любой такой намек будто зашивает Хенджина обратно, и каждый раз, он чувствует новый прилив сил. Он будет всегда вспоминать моменты как Чонин сначала игнорирует его, а потом выбирает Хенджина. И только Хенджина. Чонин возьмет его и белыми нитями зашьет, заставляя ожить и снова задышать.

Этот безумный ошейник на выпуске про статуи выводит из себя Хенджина. Он чувствует, что этот ошейник будто не на шее Чонина, а на нем самом, и каждую секунду ошейник затягивают туже. Хенджин задыхается, внутри жарко, сердце стучит как бешеное, ощущение будто он даже потеет. Глаза становятся стеклянными. Мемберы трогают Чонина.

Это шоу, на этом месте все равно позже будет сидеть сам Хенджин, но разве это справедливо так легко давать трогать макнэ, когда Хван этого столько добивался? Хенджин смотрит в пол или куда-то, где нет Чонина и мемберов трогающих его. Лишь перед уходом всех участников Хенджин поднимет взгляд дабы поймать тот самый намек.

Чонин не дает себя трогать и в принципе как-то показывать их отношения на людях. А даже если и позволяет этому произойти, то не выказывает никакой особенной реакции. Поэтому как только на следующей статуе мемберы расходятся, Хёнджин и Чонин обменявшись взглядами, вместе уходят в сторону гримерной.

— Мы отойдем, — обронил Чонин, предупреждая стафф и остальных участников, ведь съемки еще идут. Не важно было ли всем все равно на Чонина или они решили взять перерыв и заняться своими делами. Никто даже не посмотрел на Хёнджина и Чонина, лишь несколько человек одарили кивком.

Назойливый, в первую очередь для Хвана, ошейник слетает как только двери в гримерную закрываются.

Хенджин, оттягивая ворот водолазки, впивается в шею Чонина, будто хочет его съесть, или же перелить всю ту горячую лаву. Хенджин хочет отдать это жжение внутри Чонину, чтобы тот понял, как ему тяжело, чтобы они расплавились вместе. И у него это получается. Чонин чувствует что его тело становится воском, который растекается от пламени, но Ян все равно прижимается к источнику теплоты. Он будет пытаться ухватиться за дверь, он будет будто сползать, а ноги будут плохо держать, но он все равно будет открывать свою шею и тянутся к Хенджину.

Чонин кладет руки на Хенджина, когда они целуются. Пока Хенджин заставляет гореть Чонина, второй его охлаждает, будто поливает водой и на месте прикосновений распускаются свежие цветы. От цветов пахнет свежестью, они заставляют дрогнуть Хенджина после каждого прикосновения, они заставляют тяжело дышать, будто пытаясь уловить тот самый аромат. После они заставят Хенджина вспоминать этот момент, когда тот будет смотреть на себя. Цветы заставят нарисовать их.

Чонин поправляет водолазку и застегивает свой аксессуар. Хенджин смотрит томным взглядом на него. Они тяжело дышат, но лава и огонь внутри Хенджина потухли, остался лишь запах бутонов роз и других цветов. А так же холод растекающийся внутри. Чонин сам себя охлаждает.

Он повернулся, последний раз чмокнул Хенджина в губы и вышел из гримерки. На секунду он остановился, просто посмотрел на Хенджина, немного сузив уголки глаз. Для остальных это ничего бы не значило, но для них это приглашение.

***

Хенджин любит наблюдать за Чонином, он будет рядом после этого случая целый день. Вечером невесомый стук раздаться в квартиру Хенджина, а за дверью будет причина всех его картин, его муза.

Хенджин и его комната похожи на воплощение искусства: начиная от картин, каждая из которых хранит свой смысл, понятный только автору. Который, в свою очередь, каждым сантиметром прекрасен. Он сам словно картина маслом.

Чонин любит рассматривать картины Хёнджина. Он знает, что новые нарисованные цветы посвящены ему. Но Чонин никогда этого не покажет, а на новую картину с синими цветами, похожие на Василек, лишь скажет, что они красивые, немного прикусив губу.

Хенджин целует нежно и аккуратно, будто перед ним хрустальная фигура. Чонин, словно стекло в руках мастера, тянется и превращается в новое произведение искусства. Хенджин никогда не спешит, когда они одни. Он будет долго растягивать Чонина, слушая томные вздохи. Водить пальцами по груди и животу, вырисовывая те самые цветы. Они сливаются с первых толчков, и оба будто прожигают матрас насквозь, буквально впиваясь в него.

Хенджин начинает нежно, но медленно, заставляя Чонина дрожать от желания. Продолжает грубыми точками, которые вынуждают Чонина ловить звездочки и сгорать почти дотла. Однако мастер не даст лопнуть хрусталю, а всегда будет держать его на максимальной температуре. Зная, что все завтра будет скрыто одеждой, Хенджин украшает Чонина, рисуя что-то свое.

Чонин хватает воздух, даже ему становится слишком горячо. Он уже не может охладить пыл Хенджина. Маки расцветают линиями на спине Хенджина, пока он вбивает Чонина в кровать. А Чонин, с каждым толчком, становится все громче и громче. Но никто не услышит, ведь сегодня они в мастерской Хенджина, где хрусталь полностью в его распоряжении. Они заканчивают одновременно, сливаясь в очередном поцелуе.

Хрустальная фигурка начинает остывать.

Они вместе принимают небольшой молчаливый душ, ведь фигурка еще не застыла до конца. Мастер должен следить, чтобы она все еще была в том виде, в котором мастер её создавал.

Хрусталь застывает полностью.

Чонин ложится и почти сразу засыпает. Хенджин все это время провожает его томным взглядом. Хван тоже устал, но он снова может охладится Чонином, трогая и целуя его лицо, утопая в любви к своему произведению.

Чонин лишь улыбнется и тихо промурлыкает: "Я тебя люблю". А потом, так и не дождавшись ответа, заснет.

Хенджин ещё долго будет смотреть на Чонина, а после сядет за новую картину. Это будут красные цветы, Цветочные табаки в хрустальной вазе. Ещё одни цветы в его коллекции.

Василек- «Не смею выразить тебе свои чувства»

Цветочный табак - Я не одинок, потому что есть ты

вторая часть https://teletype.in/@oshibka44/beautifulbreak

• телеграмм канал https://t.me/oshibka44/
• оригинал на фд https://ficbook.net/readfic/018f0266-6607-76c7-8874-361e98e7a422
• Если вам понравилось, буду рада коментарием и отзывам. Буду благодарна, если перейдете по ссылке выше и поставите лайк❤