Вообще, у нас уже есть изрядное количество кошек, отчего многие ошибочно полагают, что мы их большие любители. На самом деле, не такие уж и большие - жена еще так-сяк, а я и вовсе к ним равнодушен. А уж если они принимаются скакать по чердаку у меня над головой или затевают прямо под окном нудные свои разбирательства с дикими воплями, так и вовсе начинаю испытывать острую личную, равно как и обезличенную, неприязнь (кушать, однако, могу).

Ну судьба - это ж кохти с зубами (совсем, как у кошек), вот и заводятся у нас эти, извините за выражение, питомцы посредством самых разнообразных случаев. То поеду в сельпо на лисапеде, остановлюсь у помойки выбросить окурок, да и услышу задушенный писк из бака - кто-то выбросил, было дело, целую коробку котят. Кого пристроили тогда, а кто и посейчас, вон, по двору скачет. То прямо перед женой кота сбила машина - подобрали, а что делать. То бабка тут одна померла, после неё остался кот-эпилептик, никому не нужный с такой особенностью - пожалте, тоже у нас теперь обретается. И проч. Бывает, что и сами приходят - по осени обычно, когда дачники разъедутся. Эти, слава богу, по весне сами же и уходят, и скатертью им дорога.

Теперь вот подбросили кошечку. Прихожу, опять же, из сельпа, а она сидит на главном крыльце, где основная кошачья тусовка и расположена. Шипит ещё на меня, засранка блохастая. Позже обнаружил у калитки улику - пенопластовую мисочку с остатками корма. В общем, понятно.

На всякий случай написали в деревенский чат… Вот, кстати, тоже плоды прогресса - раньше доска объявлений была при въезде, сходы регулярно собирали, а теперь, блядь, чат, и даже самые замшелые бабки в него интенсивно написывают, тыча склеротическими пальцами в смартфоны. Впрочем, удобно, конечно, врать не буду. Так вот, написали в чат, мол, не желает ли кто сознаться в подбрасывании котенки, раскаяться в сём поступке и забрать животное взад? Никто, конечно, не сознался. Правда, один товарищ с дальнего конца, где уж не старая наша деревня, а так, новостройки типа СНТ, так принялся возмущаться безответственностью отдельных граждан в отношении бессловесных тварей, что сразу стало ясно - он и подкинул. Ну, не обратно же нести.

В общем, кошечка прижилась, ни на кого более не шипит, бегает за мной по двору и хватает за штаны. Даже предварительно пристроена - золовка (или как это правильно называется, никак не запомню - сестра жены, короче) обещалась забрать её себе, поскольку старая её кошка скончалась прошлой зимой, а она (золовка, то есть) кошек как раз очень даже любит, в отличие от нас. Впрочем, тут тоже бабка надвое сказала - козла-то вон из предыдущего поста тоже она обещалась пристроить, ан козел и ныне там.

Да, в самом деле, как будет, так и ладно. Пока, вот, собственно героиня заметки:

Ну и козел, раз уж он в заголовке и в тексте упомянут:

Это я на очередную хитрость пустился - не стал весной заводить в огороде кабачки, а также и тыквы. Обе эти культуры, конечно, очень привлекательны для огородника в смысле простоты выращивания – зашвырнул горсть семян в говны, какие погуще, да и вся недолга, через пару месяцев греби плоды лопатою, да грузи в тачки. Закавыка, однако, состоит в дальнейшей, с позволения сказать, логистике этого урожая. Ну, кабачков сколько-то удается утилизировать внутрь себя, но надоедают они быстро, даже в виде кулинарных изощрений вроде оладий (что касается заготовок, то на хорошую, к примеру, икру, нужно столько добавить луку, морковки и прочих составляющих, что непонятно, почто там кабачки вообще - и без них выходит зашибись). Оставшиеся девять десятых плодов уходят в корм скотине, которая, надо сказать, тоже еще рыло от них воротит, выедая самое вкусное, остатки же перемещаются всё на то же гноище, на которое в будущем году вновь сеются кабачки. С тыквами еще хуже - из целой их горы выбирается, как правило, одна, из которой жена пару раз варит себе некий загадочный тыквенный суп. Остальные торжественно укладываются на хранение в погреб, откуда, по мере загнивания, отправляются в кормушки вышеупомянутой скотине, et cetera.

В общем, не стал их сажать. Но, видимо, существует какой-то закон сохранения тыквенных, поскольку в этом году адово уродились огурцы. Страшно теперь даже приближаться к огуречной грядке, поскольку как к ней не подойди, так без ведра продолговатых зелёных тыквин с тремя-пятью семенными камерами не уйдешь. Огурцами же разбрасываться почему-то жалко, вот и приходится ставить их на квашение, топить в маринаде, делать малосольными и проч., включая, опять же, изощрения типа замачивания в рассоле на основе кислого кваса с хреном (что получилось - еще не пробовал, боязно). Скотине, впрочем, тоже перепадает.

С другой стороны, это огуречное нашествие создает некоторое разнообразие в жизни, устойчивость Цыкла которой начинает в последнее время не то, чтобы угнетать, но несколько пугать. Вот, к примеру, решил тут по случаю жары публично высказаться, так пока собирался, пришло письмо от робота ЖЖ – посмотрите мол, о чем вы писали в этот же день восемь лет назад. Оказалось, о той же жаре и писал, причем теми же словами, что и в этот раз сочинил уже. Или вот про козлят в этом году я и вообще ничего писать не стал – кажинный же год в более или менее одно время появляются козлята, на вид тоже более или менее одинаковые, и происходит примерно одна и та же с ними возня с предсказуемым результатом, сколько можно. Да и многое другое, чтобы не сказать – практически всё, повторяется из года в год с удручающей предсказуемостью, хоть бы и тот же круговорот тыквенных культур в огороде. Впрочем, по нынешним временам это, может быть, не так уж и плохо.

Тем более, что вот и еще флуктуация, по части коз – до сих пор, хоть уже и август на дворе, остается у меня на выданье один козлик. Уж как его хотели забрать, просили никому не отдавать ни в коем разе, да так и не забрали, не вышло что-то там. Теперь и не знаю, что делать – на мясо жалко его, козлик-то перспективный, да и привязался я к нему. А два козла-то в хозяйстве ни к чему совсем.

Вот, кстати, упомянутый козлик в компании с родительницей:

Ну и я, грешный, верхом на его папаше, Ироде:

Валенки, например, характеризуясь упомянутой низкой теплопроводностью, обладают также и незначительной теплоемкостью, то есть, проще говоря, их можно оставлять в холодных сенях и при последующем надевании не испытывать никакого дискомфорта (попробуйте какие-нибудь ботинки так оставить на морозе, а потом их напялить – во-первых, они окажутся совершенно задубевшими, во-вторых, холодными, как черт знает, что). Валенки легко снимаются и надеваются, буквально на ходу, что очень кстати, ежели приходится постоянно скакать из дому на двор и обратно. Впрочем, в некоторых случаях можно их и вовсе не снимать, входя в дом (галоши только скинуть, при наличии), и тут проявляется еще одна их приятная особенность, а именно – ноги в них, даже в натопленном помещении, совершенно не преют. Есть и всякие приятные мелочи – попробуйте, например, натянуть валенок на босу ногу и (без галош, естественно) пройтись по снегу - непередаваемые ощущения, особливо в сильный мороз.

В общем, всем валенки бы хороши, да одно досадно – плохо они подходят для всякого межсезонья, когда на дворе то подмерзающая, то вновь раскисающая сырь да грязь (а на дворе заднем еще и упополамленная с навозом), а в обычных садовых калошах или резиновых сапогах, хоть бы даже и натянутых на шерстяной носок, ноги начинают немилосердно мерзнуть. Пачкаются они, валенки эти, понимаете ли, отчего потом их приходится чистить и стирать, а стирка валенок, между прочим, это не то, что каких-нибудь, прости господи, носков – сложное дело, короче.

Словом, решил я прошлой осенью приобрести некоторый промежуточный вариант обувки - типа теплые сапоги рабочие, по сути – те же калоши, только на рыбьем меху и с приделанным сверху коротким голенищем. На межсезонье оказалось самое то - и тепло, и грязи не боятся, и вообще не жалко, цена им – как пачке табаку. Ну, осень отходил в них успешно. Там зима, первые морозы – а я все в них, не холодно же, и не дубеют, хоть и были такие опасения. Морозы окрепли – ан, справляются сапоги, не хуже валенок. Наконец, случилось -28°, я по привычке уже, выходя на улицу с утра пить кофе и курить первую трубку, влез в сапоги, хожу по двору, и никаких, значит, неудобств не испытываю.

В общем, валенки не то, чтобы отставлены оказались, но значительно потеснены в обиходе теперь сапогами этими. И со скотиной возиться в них сподручнее, и сушить не надо, и чистить. В дом только не войдешь, это да. И посконности недостаёт, что ли.

Барометр который день показывает «великую сушь», которая на деле означает пусть и невеликий, но чрезвычайно неуместный мороз. Хотя, как сказать «невеликий» – первые морозы, как всегда, злее главных, да и доходило уже пару раз ночами до -20°, что в конце ноября-начале декабря вполне себе холодрыга в наших широтах. Так что заступили на дежурство раньше обычного и Морозные Валенки, и особый зипун, и всякие хитрости, позволяющие, по мере сил, с морозом продуктивно совладать.

Вот, например, поделюсь таким полезным наблюдением - ежели кому предстоит пойти на мороз и провести там долгое время, то следует допрежь того одеться соответственно погоде, пойти на двор и побродить там неторопливо до момента, когда упомянутый мороз станет явственно ощущаться и немного даже пробирать. Тогда нужно вернуться в натопленное помещение и там, не раздеваясь, провести некоторое время, необходимое для того, чтобы стало немного жарковато (но ни в коем случае не взопревать, конечно). После этого можно вновь смело идти на улицу, где мороз долгое время будет совершенно нипочем. Кстати, это работает и на больших масштабах – когда в конце осени - начале зимы, бывает, подморозит на несколько дней хотя бы до минус десяти, а потом вновь вернется к околонулю, то в последующем и более сильные морозы ощущаются существенно менее злыми, чем вот как сейчас, когда сразу прижала сушь эта великая и всё не отпускает.

А еще разгадал, кажется, давно мучившую меня загадку – отчего в мороз всегда хочется шибче натопить в доме. То есть, когда снаружи те же околоноля, то в доме плюс двадцать хорошо, а как за окном за пятнадцать мороза, так топишь до двадцати пяти, да еще кофтейку какую дополнительную напялишь. Думал, это что-то психологическое или даже вовсе биологическое, а тут вдруг осенило. Впрочем, разгадка оказалась скучной, а также чреватой, в перспективе, лишними хлопотами.

* * *

Вместе с халатом стирал и штаны грубой ткани, на подвид джинсов. Штанам этим, между прочим, уже не первый год, и стирал я их за это время, ежели что, не однажды, но лишь сегодня, снимая их с сушилки вместе со злосчастным халатом, обратил внимание на нашлепку с названием производителя, что бывает на такого рода портках чуть повыше жопы. Штаны эти называются, оказывается, «porosus». Поросус, блеать! Нет, я тоже, конечно, хорош - тут же вспомнился индеец Соколиный Глаз, который на третий день обнаружил отсутствие в сарае, куда его заперли бледнолицые, одной стены. Но поросус! Немедленно осмотрел вторые штаны (да, у меня их еще не семь пар, однако я работаю в этом направлении), но там ничего такого - какой-то только «baron».

* * *

В завершение одёжного триптиха пару слов о феномене шапки-ушанки. Каждую осень, отряхая в преддверии холодов пыль с этого головного убора, поражаюсь, насколько удивительно у меня меняется в нём рожа. Она и так-то не то, чтобы отборно интеллигентная, но в ушанке я выхожу совершенно протокольный тип. Поэтому зимой в присутственных и иных общественных местах я её снимаю и тискаю у груди - это, наоборот, выглядит жалостно, так что меня пускают без очереди на почте и уступают места в электропоездах.

В общем, засобирался на станцию - ближайшее место, где можно, при определенной удаче, приобрести упомянутую говядину и не ездить, по крайней мере, в райцентр. Опять заодно и прогулялся - спасибо кошке, конечно. В это время у нас хорошо - тихо, тоскливо, безлюдно. Если по дороге и встретишь кого, так почти обязательно знакомого.

В этот раз, например, на четыре километра похода встретил двоих. Сначала попалась мне торговка кормами Анна, отвозившая куда-то на своем грузовичке с десяток тюков сена. Поговорили с ней насчет всякого, вроде когда опять появится в продаже размол "тройка" и почем теперь опилки. А уже на станции, прямо при переходе железнодорожных путей, повстречал соседку, тетю Галю, отягощенную кошелкой - тоже, видать, в магазин ходила. Удивительное дело, кстати - через забор видимся раз в месяц, а как пойдешь куда, так непременно на неё наткнешься. И также непременно заводит она при встрече разговор о том, чтоб мне спилить растущий на общей меже терновник, который корнем на нашем участке, а ветки все свесил на её, и закрывает солнце каким-то там особым вишням, да пускает под них свои колючие отростки. А самое главное - терновник этот посадила чуть не полвека назад еще прежняя владелица участка, Зоя, которая, известно, была ведьма. Я, в свою очередь, неизменно сообщаю, что злокозненное дерево обязательно изведу, только домой вот вернусь. Ну, потом забываю, конечно.

Так и добрался до пристанционного магазинчика, где мясо, на мою удачу, случилось как раз сегодня. Прихватил уж заодно батон особо вкусный местного завода, кофе хорошего (в автолавке-то у нас какой-то отборно пошлый водится), да банку консервированной фасоли, которая хорошо идет с "сытными" сардельками. Ну и домой пошел.

Удивительно, сколько можно, оказывается, понаписать про поход в сельпо за мясом для блюющей кошки. Хотел-то, всего-навсего, пару фотографий выложить:

Очень привлекательным местом для организации зимних квартир является, конечно, чердак. Как дело к предзимью - так сразу пытаются там угнездиться разнокалиберные грызуны, которые, впрочем, ведут себя внешне довольно прилично. Лишь глубокой ночью, порою, услышишь тихую возню, писк или грызение, да и те моментально прекращаются, стоит двинуть кулаком в стену. Однако ж, само по себе осознание того, что над тобою орудует, пусть и почти неслышно, мышь, а то, может, и крыса, как-то, извините за выражение, удручает. Тем более, она же там еще, например, и гадит.

Отсюда закономерно желание выселить указанных грызунов из чердачного помещения, что реализуется посредством открывания специально предусмотренного лаза, через который на чердак могут попасть кошки. Одно их присутствие быстро деморализует захватчиков, каковые и удаляются уныло в менее комфортные, но более спокойные места, типа навозной кучи. Сами же кошки получают дополнительное место обогрева, что существенно для тех из них, кто относится к разряду внешних и в дом обычным порядком не допускается.

Кошки, конечно, животные в целом поприятнее крыс, и на чердаке не гадят. Зато, блядь, шумят они, как целый кошачий джаз. Скочут там почем зря, мявкают, дерут когти и никакими стуками в стену от этого уже не отделаешься. Ну а потом дорожку на чердак разведывают разные посторонние полубродячие коты, которым самое милое дело в три часа ночи устроить прямо у меня над головой старую добрую драку со всеми полагающимися сатанинскими воплями. Тогда, конечно, лаз приходится закрывать и кошкам от чердака отказывать. А потом, ежели мороз, опять открывать, поскольку жалко. И снова закрывать, ибо надоели там греметь. И т.д. Хорошо хоть, что с какого-то момента из этого бестиария понемногу исключаются мыши и крысы - кто из них до морозов где пригрелся, то там до весны и сидит, а остальным что ж, не повезло.

Периодически я пытаюсь решить проблему, устроив для внешних кошек и их многочисленных гостей некий зимний дом, но все предыдущие попытки по разным причинам оказались не вполне удачными. В этом году случился очередной подход к снаряду - зашил я всё крыльцо, на котором эта кошачья братия и сестрия тусуется, сплошь поликарбонатом, да поставил еще на нем будку с подогревом. Надеюсь, получится теперь на чердак кошачьих пускать только периодически, в целях дератизации, в остальное же время спать без риска проснуться от диких воплей и прочего бесоебства.

И что корить себя, в таком разе, что жаркими летними днями отмахивался от них в пользу разных пустяшных хлопот, а то и вовсе прогулок в пахучем сосновом бору и бездельного чтения в гамаке под черемухой. Хватайся теперь прямо с раннего утра за инструмент, пили, сверли, долби, крась, латай, достраивай, мечи говно лопатою, да поглядывай на небо - не зарядит ли некстати холодный октябрьский дождь.

Утешает одно - от соседей, заместо все теплое время доносившегося смеха да звона посуды, тоже всё больше слышны визги болгарок да скрежетания шуруповертов. Зима - она всем зима.

Автолавка наша и единственный пока её покупатель.

И то сказать, приехала во внеурочное время совершенно – заведено-то в пятницу, а сегодня, вроде, четверг. Я и сам-то с нею столкнулся случайно, возвращаясь уже из пристанционного магазина, который, между прочим, совсем не ближний свет. Знал бы о такой оказии - наверное, не поплелся бы туда под этим мелким тоскливым дождиком, который как с вечера зарядил, так и сеет себе.

Впрочем, какая-никакая, а вышла прогулка. По дороге туда еще, в соседнем селе, повстречался дед с каким-то кульком. Спросил он у меня табаку, потом некоторое время шли вместе, курили молча. Дошли до помойки, где дед вышвырнул кулек в бак и, обращаясь даже не ко мне, а как бы в окружающее пространство, сказал: «А ить у меня сегодня день рождения. Восемьдесят семь лет». После чего вдруг решительно свернул в рощу, где и пропал.

На обратном пути, уже после даже автолавки, из проулка выехал мне навстречу Очень Унылый Узбек на скрипучем велосипеде и глухо спросил: «Работа есть?». «У меня есть, – ответил я. – Вот, иду как раз работать». «А у меня – нэт…» – грустно сказал узбек и заскрипел на велике куда-то в пелену дождя.