Московский продюсер Hoji уже порядка 15 лет исследует темную сторону драм-н-бейса на скорости в 170 bpm. Дебютировав на знаковом для жанра берлинском лейбле Samurai Music, который как раз и акцентируется на звучании с темной тягучей атмосферой, впоследствии он пришел к созданию собственной площадки «Орнамент170», объединившей одноименный подкаст и выпуск музыки на кассетах, в том числе с большим вниманием к новым для сцены именам.

В интервью с Radiant Sound Hoji рассказал о том, как попал на немецкий лейбл, поделился опытом запуска своего издательства и ответил на волнующий многих вопрос о различиях халфтайма и халфстепа.

Микс продюсера для серии «Радиант» записан с трех дек, что позволило сделать общую атмосферу и без того глубоких треков еще более триповой и практически бездонной.

Про дебют на Samurai Music и первый мини-альбом

Изучая хронологию твоих релизов, я с удивлением обнаружил, что ты дебютировал в вышедшей на Samurai Music компиляции «Outliers​: ​2» 2020 года. Как ты оказался на сборнике?

Думаю, важно рассказать предысторию. Еще в 2018 году я начал общение с Homemade Weapons (продюсер из Сиетла Андре Делгадо — прим. RS) и в дальнейшем с Иваном Torn (петербургский продюсер Иван Карасев, ныне базирующийся в Берлине — прим. RS), которым отправлял всю свою музыку. Насколько мне было известно, и потом это подтвердилось, они показывали эти треки боссу Samurai Music Джеффу Райту (Presha). Как раз перед запланированным релизом «Outliers​: ​2» у меня был готов «Archery», который я отправлял Андре, и со мной связался Джефф, сказав, что очень хотел бы видеть его на сборнике — для меня это было вау. Забавно, что на тот момент у меня еще не было никнейма для этого проекта. Фоном как раз играл трек «Hoji» техно-алиаса Джеффа Korse. Вот так мы и начали работать. Хотя и до этого я получал фидбек на свою музыку от него.

Твой первый сольный мини-альбом вышел в том же году на лейбле Weaponry, которым руководит Homemade Weapons. Как вы пришли к этому релизу?

Как и сказал ранее, мы с ним общались уже к тому моменту два года. Кстати, еще перед релизом был выпуск ремикса на Homemade Weapons, мне достался трек «Cicatrix», так что это стало отправной точкой в нашей с ним уже официальной работе. В EP «Oust» вошли треки, над которыми я работал с 2018 по 2020 годы. Насколько помню, «Nagual» был написан как раз во времена, когда мы все сидели дома — это самый свежий трек из релиза, а самый старый — «Tumult». Его я сделал еще в 2018 году.

Удалось ли в будущем поработать еще с какими-то артистами Samurai Music?

Да, очень хорошо дружим с Иваном Torn. Обмениваемся опытом по музыкальному продакшену, ну и житейские дела обсуждаем. Ранее хорошо общался с Artilect и RDG.

Ну и с самим Presha у нас отличное взаимопонимание, он очень сильно повлиял на меня, очень часто дает хорошие наставления, за что я ему и благодарен. Он суперпрофессионал своего дела. Очень мало таких людей.

Про «grey area» звучание и темную сторону драм-н-бейса

В середине 2010-х подлейбл Samurai Music, Horo, и Auxiliary, издательство под руководством ASC, совместно выпустили несколько анонимных релизов под лейблом Grey Area. В итоге это стало именем нарицательным для звучания, ассоциируемого с артистами Samurai Music. Встречал людей, которые такую музыку чуть ли не в отдельный жанр выделяют. Насколько справедливо подобное отношение?

Немного поправлю тебя, Horo — это не саблейбл, а полноценный отдельный. Как жанр я бы, наверное, это не смог выделить, это же техно звучание, электроника. Но как характер какого-то звука — смело. Так проще определить, о чем речь. Например, мне вообще сложно сказать, какой жанр выпускает Samurai Music или «Орнамент170» — здесь смесь драм-н-бейса и техно. Обычно драм-н-бейс делят поджанры: вот есть нейрофанк, вот есть текстеп, вот джамп-ап. А здесь как-то сложно людям сказать, что это. Немного отходя от темы, довольно часто думаю о том, как бы можно было это звучание называть.

Ты сразу нащупал те самые оттенки «серого» в своем звучании? Как менялась твоя музыка, начиная с первых экспериментов?

Да, я всегда делал что-то темное, необычное. По началу у меня были больше драм-н-бейс треки. Были времена, когда я и техно-драм-н-бейс делал, какие-то около-нейрофанковые вещи. Но всегда в моем творчестве был упор на глубокую и темную атмосферу. В целом я всю жизнь такую музыку по большей части и слушаю.

Чем тебя привлекла именно темная сторона драм-н-бейса?

Всегда любил жесткие барабаны, амен-брейки. У меня есть старший брат, который слушал драм-н-бейс, и в целом в меня он впитался еще раннем возрасте. Потом я уже самостоятельно переслушивал его CD-диски, а с появлением интернета узнал, как это все называется, и уже целенаправленно начал искать музыку. Помню, для меня было большим открытием услышать треки Technical Itch — «Rukus» и «Analysis», очень повлияло на меня.

В недавнем интервью с твоим коллегой Станиславом Севостьянихиным (Dissident), который пишет драм-н-бейс и джангл еще с 1990-х, я поинтересовался его мнением о том, как изменилась эта сцена в России за прошедшие годы. Интересно сравнить ваши взгляды, учитывая, что тебя можно отнести к более молодому поколению артистов. Как ты оценишь положение этих жанров у нас в стране на данный момент?

Мне, конечно, крайне сложно судить о временах до 2012 года приблизительно, но я помню, что в те года было достаточно мало музыкантов. Сцена выросла, появилось очень много новых артистов, правда, в основном в современном нейрофанк звучании, оно, конечно, не само появилось, это была долгая и упорная работа людей, моторчиков этого поджанра. В любом случае сколько лет осознанно слушаю драм-н-бейс — всегда говорят, что он мертв. Но если смотреть по показателям на стримингах, то это уж точно не так, и рост присутствует. Надеюсь, что и темный и глубокий звук будет чаще находить своего слушателя.

Часто вижу в твоих соцсетях анонсы выступлений на вечеринках в Москве и Питере. Не падает ли с течением времени количество публики на них?

В Санкт-Петербурге у меня выступлений практически и не было, последний раз я ставил там треки в 2023 году. По всей видимости, меня там особо не ждут. А вот в Москве чаще. Сейчас еще добавляются Минск и Воронеж.

В нашей столице я чаще всего играю у джангл-промо Clockwork Heads, и в целом у них всегда хорошо — люди ходят на вечеринки, и пусть и немного, но все же замечаю на них новые лица.

Про «Орнамент170»

Как я понял, история «Орнамент170» началась как раз с серии одноименных вечеринок в 2023 году. Расскажи про организацию первой из них. К каким трудностям нужно быть готовым?

Ох, это было сложно, да. «Орнамент170» мы начинали совместно с Ильей Dailiv, который сейчас работает в другом жанре. Трудности с вечеринкой были во всем. Самая большая — уложиться в бюджеты, отыскать место. Но это был хороший опыт (наверное, как не надо было делать, ха-ха). Я думаю, через некоторое время я вернусь к вечеринкам уже самостоятельно. Такие планы есть, работаю над этим. Но поскольку за два года с того момента уже есть и подкаст, и лейбл (хотя подкаст задумывался еще до вечеринки), то уже выбор артистов для лайнапа будет падать на пул именно «Орнамент170». Плюс, по особым случаям приглашенные гости.

Мысль создать лейбл появилась уже после выхода подкаста? Я обратил внимание, что второй выпуск будто бы стал поворотным — в его треклисте присутствует практически каждый из выпущенных на «Орнамент170» продюсеров.

В целом да, после выхода первого выпуска мы уже тогда с Ильей Dailiv обсуждали эти моменты, но конкретно шаги к лейблу тогда еще не предпринимались. По поводу второго выпуска, просто так совпало. Скорее всего, поворотным стал третий подкаст. К тому моменту уже был основной костяк артистов, которые регулярно присылали свои наработки. После него я начал готовиться к запуску лейбла, собирать информацию, как все устроено и должно работать. После четвертого выпуска начался основной поиск треков, чтобы к следующему подкасту было что продемонстрировать слушателям. По сути, уже в мае 2025 года были собраны первые три релиза лейбла.

Когда я пишу про релизы с «Орнамент170», то так и тянет привести сравнение с продукцией Samurai Music. Эту ассоциацию мне навевает в том числе оформление. Ориентировался ты на берлинский лейбл, создавая свой?

Да, безусловно, меня вдохновляет Samurai Music, так как я считаю его лучшим лейблом, связанным с этой музыкой. Ну и вообще экспериментами на скорости 170 ударов в минуту. Оформление действительно в некотором роде похоже, хотя я не нахожу в этом плагиата или подражания, мне просто нравится такой стиль, в дальнейшем хочу найти и вписать какую-то фишку в обложки.

Получал ли ты фидбек на релизы «Орнамент170» от Presha?

Да, несмотря на то что он отошел от брейкового звука, он неплохо отзывался о треке Wottakku «Spirit Jungle». По идее, он его где-то ставил или хотел это сделать. Также некоторые треки из моих релизов игрались в его миксах, что, я думаю, тоже можно назвать неким фидбеком.

Какой ты видишь музыкальную идентичность лейбла? Опиши его стиль.

На старте я планировал выпускать только брейковый и жесткий материал, но потом после заигрывания с техно на скорости 170 мне понравилось разбавлять данный звук и другими вещами. На самом деле, наверное, какого-то устоявшегося звучания у лейбла еще нет, но всякие ломаные вещи, выпускаемые на «Орнамент170» уже называют характерным звучанием лейбла. Просто не хочется зацикливаться на одном звуке.

Планируется ли как-то расширять разнообразие звучания площадки и ее географию? Или ты ориентируешься на уже очерченные границы?

Наверное, границы — это темнота и глубина. А так, как я и сказал ранее, есть два основных для меня вектора звучания лейбла: с преобладанием больше в драм-н-бейс историю, затем техно на скорости 170 bpm. И, наверное, наименьшее предпочтение у меня вызывает привычный халфстеп звук с трайбл элементами, но что-то и из этого нравится. Не знаю, как все будет развиваться в дальнейшем, я ориентируюсь исключительно на свой вкус.

Для меня важно, чтобы выпускаемая музыка нравилась мне, чтобы мне хотелось ее играть и слушать вновь и вновь. Это одна из вещей, которая заряжает меня заниматься лейблом.

Расскажи о ближайших планах лейбла. Какие релизы готовятся к выходу?

Как я говорил ранее, есть планы и мысли по поводу вечеринок. А так, ближайшие релизные планы — это выпуск моей сольной EP. И сейчас на стадии шлифовки, мастеринга и подготовки релизы от BCDJ и Beak. В работе еще есть некоторые вещи от Wottakku. Еще в дальнейшем будет парочка новых имен. Жду от них треки.

Про халфтайм, халфстеп и микс для RS

Не могу не задать вопрос о двух поджанрах драм-н-бейса, которые все постоянно путают — халфтайм и халфстеп. Все чаще попадаются случаи, когда звучащий в одном ключе саунд разные лейблы называют по-разному. Хотелось бы раз и навсегда поставить в этом вопросе точку. Расскажи, в чем их ключевые различия.

Любимая тема многих сообществ. Честно говоря, я и сам затрудняюсь ответить, да и в целом это все об одном и том же. По крайней мере для меня, различия может и существуют. Например, есть композиция от Sciama «Figures In Mist» — я бы назвал ее халфтаймом. Здесь явно ритм звучит как будто в два раза медленнее, чем 170 ударов в минуту, ровно на половину.

Касательно халфстепа — я думаю, это могли бы быть те треки, которые ближе по звучанию к драм-н-бейсу с «обратным» ритмом, но без рабочего барабана (а иногда и с ним, но встречающимся реже в два раза). Но все эти суждения будут упираться в то, что есть треки со структурой, которая может относится и к одной, и другой характеристике. Да и вообще это суждения в моей голове, ха-ха. Поэтому лучше успокоить все споры и называть вещи так, как удобнее. Лучше просто слушать любимую музыку и не искать ее точное название. Достаточно знать артистов, лейблы и их фирменный звук.

Ты все время погружен в драм-н-бейс и техно на 170 bpm или периодически выныриваешь? Слушаешь что-то из других жанров?

90 процентов времени да. Причем, с сильным перекосом в сторону драм-н-бейса. А так мне еще нравится иногда послушать пост-панк, либо какие-то вещи не из электроники, что может у меня вызывать ностальгию по совсем уже забытым временам, ха-ха.

Расскажи про микс, который ты записал для Radiant Sound.

На самом деле, этот микс достаточно важен для меня, так как я его записывал в переходный для себя момент, когда начал использовать три деки для более бесшовного сведения. На мой взгляд, так намного интереснее можно выстроить из музыки историю, заставляя слушателя войти в некий гипноз. Этот микс я специально решил собрать из более глубоких работ, разбавляя их уже треками в моем привычном жестком стиле. Надеюсь, этот подход понравится слушателям и микс будет сопровождать их в разные минуты жизни, будь то работа, дорога либо какие-то другие жизненные моменты. Приятного прослушивания!

Радиант #29 доступен на Soundcloud, а также в VK и Telegram.

Беседовал Костя Лысяков

Hoji в соцсетях:

https://t.me/whoishoji

https://vk.com/whoishoji

https://soundcloud.com/hojisound

https://www.instagram.com/whoishoji/

«Орнамент170» соцсетях:

https://t.me/ornament170

https://vk.com/ornament170

https://soundcloud.com/ornament170

https://www.youtube.com/@ornament170

https://www.instagram.com/ornament_170/

Дебютировав всего два года назад, российский музыкант Николай Зайцев успел не только выпустить несколько альбомов, но и запустить собственный лейбл «Сумбур», издающий минималистичный эмбиент от отечественных артистов. Отталкиваясь от интереса к уютному шероховатому звучанию с обилием артефактов и глитчей, Wimmelbuch активно экспериментирует с цифровыми и акустическими инструментами, создавая эстетически отточенные композиции, в которых каждая неровность является неотъемлемой частью общей картины. Эти же принципы объединяют и треки из микса, записанного им для серии «Радиант»

В интервью с Radiant Sound Николай рассказал об ориентирах «Сумбура», причинах выбора CD для физических релизов, поисках красоты в стерильном и холодном, своем видении эмбиента и причем тут детская энциклопедия из 1990-х.

О первых опытах со звуком и любимых инструментах

У тебя очень интересный псевдоним. Мне пришлось погуглить, чтобы узнать, что он отсылает к немецким книгам-головоломкам, в которых на сверхдетализированном рисунке нужно найти определенных существ или предметы. Многим такие знакомы по серии «Где Волли?». Ну и само слово, конечно, красивое. Как понятие виммельбух соотносится с твоим творчеством?

У меня в детстве не было настоящих виммельбухов — кажется, в 90-х это было редкостью. Но была «Детская энциклопедия» от издательства «РОСМЭН» —  вот она, возможно, будет знакома многим. Фирменных для виммельбухов иллюстраций на весь разворот там нет, но есть масштабные картинки в духе: характерная изометрическая проекция и множество мелких сценок внутри.

Именно к этим визуальным мотивам мой псевдоним и отсылаем прежде всего. Мне нравится представлять эмбиент-треки (не только свои) как эдакие изометрические диорамы, где во множестве закутков происходит что-то свое, — каждый луп и эффект живет своей маленькой жизнью, которую можно в любой момент выхватывать из общего потока, полюбоваться, и тут же переключаться на другую особенность звучания.

В эмбиенте я ценю не столько атмосферу, сколько возможность не спеша разглядывать музыку — прямо как красочные иллюстрации в детских книжках.

А еще мне было важно выбрать слово, не связанное с чем-то высоким — без отсылок к чему-то духовному, эзотерическому или слишком поэтическому. Не хочется все это упаковывать в какую-то конкретную позицию или высказывание, просто тянулся к другой эстетике. Хотелось чего-то приземленного, повседневного. Детское тут пришлось кстати.

Расскажи о своих самых ранних опытах со звуком. Wimmelbuch — это твой первый проект?

Был небольшой период в 2012–2013 годах, когда я пытался делать эмбиент с электрогитарой и стоковыми инструментами в DAW (Digital Audio Workstation, цифровая звуковая рабочая станция — прим. RS), но быстро потерял мотивацию. Наверное, главный урок, который из этого вынес — мне обязательно нужно какое-то «железо» в руках, чтобы появился энтузиазм, а не просто гитара, подключенная напрямую к компьютеру. Подтвердил это ретроспективно с Wimmelbuch. Да так, что и гитара со временем отпала — сфокусировался на синтезаторах и детских инструментах.

В одной из наших бесед ты рассказал, что на твое звучание сильно повлияла гитарная педаль Count to 5 от Montreal Assembly. А что ты выделишь из синтезаторов и детских инструментов?

Yamaha VSS-30 — небольшой «игрушечный» синтезатор и семплер из 80-х. Может записывать не более 3-4 секунд, но это хватает, чтобы создавать зацикленные лупы с классной шероховатой текстурой. Подсмотрел у Sigur Rós, которые использовали его в саундтреке к документалке «Hlemmur».

Из детского — однозначно назову фаворитом металлофон, или глокеншпиль. Звучание «колокольчиков» довольно фундаментально для моей музыки. Оно не всегда очевидно, но спрятано где-то в глубине микса многих треков — замедленное и под слоями эффектов. Даже если я не использую металлофон в треке, могу пытаться симулировать подобное звучание электронными средствами.

Какое место в твоей музыке занимают полевые записи? Есть ли у тебя самые любимые окружающие звуки? Если не секрет, какие манипуляции ты с ними проводишь?

Мне кажется, что в современном эмбиенте полевые записи расслоились на два условных вида, как минимум. Первый — то, что и привычно называть полевой записью, то есть записи, которые делают на открытом воздухе (собственно, в поле) с помощью Hi-Fi оборудования, заточенного под эти цели. Тут доминируют звуки природы, городских улиц и индустриальных ландшафтов. Второй вид — записи чего угодно на что угодно, от шума диктофона в кармане идущего человека до загрузки посуды в посудомойку, записанной микрофоном смартфона. Второй вид мне ближе: как правило, он более интимный, про повседневные вещи, про маленькие пространства. Мне нравятся непонятные ASMR-звуки, шуршания и суета с какими-то небольшими объектами — к этому и тянусь в собственной музыке. Стараюсь оставлять их «сырыми» и не обрабатывать сильно.

О трилогии на «Картаскважин» и селф-релизах

Поговорим о трилогии альбомов «Notebook», «Scrapbook» и «Copybook», которая вышла на лейбле «Картаскважин». Расскажи об объединяющей их концепции. Ты изначально задумывал серию из трех работ, или идея записи продолжений возникла со временем?

Сразу хотел сделать именно серию альбомов с единообразным оформлением. Насколько помню, были мысли и о четвертом альбоме, но остановился на трех. Тут особого смысла не зарыто — мне просто нравится эта серийность сама по себе.

Ты упоминал, что не последнюю роль в работе над трилогией сыграло оформление фотографа Ксении Михайловой. Расскажи подробнее о вашем творческом взаимодействии. Чем тебе приглянулись ее работы, и повлияли ли они на звучание Wimmelbuch?

Наверное, по ходу этой беседы уже ясно, что меня тянет к эстетике повседневного, маленького. Натюрморты Ксении с бытовыми предметами оказались, скажем так, мэтчем, созданным на небесах. Если серьезно, то как только я открыл для себя ее работы, то сразу понял, что хочу нечто подобное на обложках своих альбомов. И дал Ксении полную творческую свободу — высказывал только пожелание по цвету фона, чтобы задать основное настроение музыке.

С прошлого года ты публикуешь в Bandcamp серию «Sound Memory», которая на момент этого интервью насчитывает уже шесть релизов. Расскажи, какие треки ты для нее отбираешь и почему не рекомендуешь слушать их в наушниках?

У меня тут есть две интерпретации этого проекта, выбирай по вкусу. Простая: так как это, по сути, сборники черновиков и отброшенных при подготовке альбомов треков, возможно, я банально стесняюсь их качества при таком внимательном прослушивании в наушниках, когда человек изолирован от мира вокруг и полностью погружен в музыку.

С другой стороны, я сам слушаю всю музыку без наушников. И делаю ее, наверное, именно для такого режима — когда звук не заменяет слушателю пространство вокруг, а гостит в уже существующем месте. Это «комнатная» музыка. Не то чтобы в этом заложен конкретный технический нюанс, но мне нравится о ней так думать. Это в целом справедливо для всей музыки Wimmelbuch, но раз мы говорим о моем закутке на Bandcamp, то я там посчитал возможным полушутя поуказывать слушателям.

О запуске лейбла

Расскажи о том, как появился лейбл «Сумбур». Ты упоминал, что не последнюю роль в этом сыграл белгородский музыкант Clear Scape.

Тут сыграли свою роль условно три «стихии», которые сработали в синергии. Первая — пример «Картаскважин» и общение с его основателем Артемом Тимофеевым, с которым мы выпустили те самые три альбома Wimmelbuch. Его энтузиазм и исследовательская искра меня зарядили и показали по-новому одно из измерений в удовольствии от музыки — удовольствие ею делиться.

Потом — музыка Сергея Хиири, который тоже выпускался на «Картаскважин». Я понял, что проект с подобной эстетикой, которую сейчас и развиваю в «Сумбуре», у нас в принципе возможен. Музыка есть и она высочайшего качества.

И, наконец, уже упомянутый проект Clear Scape белгородца Димы Шкарупина. Открытие его работ на Soundcloud было тем моментом, когда наконец «кликнуло»: я снова наткнулся на ту самую музыку, но при этом автор ею только тихо делился у себя в соцсетях. Захотелось трубить о ней везде, где только можно, издать на «физике».

Одним из главных ориентиров для «Сумбур» стал лейбл Тейлора Дюпри (Taylor Deupree) 12k. Чем тебя привлекла эта площадка, и какие ее качества повлияли на твое собственное издательство?

Знакомство с каталогом 12k было попросту определяющим моментом в моем увлечении эмбиентом. До этого я слушал такую музыку как нечто полностью атмосферное, даже прикладное, как средство для телепортации в другое место — допустим, альбом с атмосферой космического корабля, альбом с атмосферой океанических глубин, и так далее. Ритуальный эмбиент, дарк-эмбиент, дроун со всякими нью-эйдж закосами. Музыка Дюпри и его лейбла открыли для меня иной спектр эмбиента, который уже было трудно загнать в пару прилагательных: акцент на текстурности, на саунд-дизайне, на нюансах и шероховатостях. Я удивился тому, что в такой музыке используют не так много реверберации, вместо этого — фокусируются на тембрах, окрасе звучания, мелких деталях. Меня все это очень сильно впечатлило.

Еще мне понравилась некоторая нейтральность, даже стерильность такой музыки, — в том плане, что в ней обычно нет идеологии или художественных украшательств через край, типа той же ритуальности или «атмосферы космического корабля». Нет, с последним у меня вообще никаких проблем (я обожаю данжен-синт, например), но для меня такая смена эстетического контура была очень освежающая, и тут же захватила.

«Сумбур» — попытка культивировать такой саунд и подход к созданию эмбиента на локальной сцене. Почему именно на локальной? Этот вопрос до конца так и не отрефлексировал. Скажем пока, что мне стало любопытно, возможно ли поднять такой проект без помощи зарубежных артистов, которые уже давно и массово работают в такой стилистике. Захотелось восполнить пробел на отечественной сцене ее же ресурсами.

Мне вспомнилось, как ты описал работу над дебютным релизом лейбла, сборником «Worn Finds»: «Вместо собирания новой сцены я будто готовил некролог этой самой сцены». Расскажи об этом процессе. Какая музыка вошла в компиляцию, и каким ты видишь результат?

Процесс был с эмоциональными горками… Первичная эйфория от открытия музыки Хиири и Clear Scape быстро сошла на нет, когда понял, что надо хорошенько постараться для поиска других артистов — на обочине такой материал не валяется. Начались компромиссы: тут мы издадим уже изданное, тут согласимся на любой старый черновик. Были многомесячные простои, когда ничего не происходило, я ничего не искал, а уже найденные артисты все еще не могли подобрать материал. А были и вновь воодушевляющие моменты, например, когда поучаствовать согласились Егор Клочихин (Foresteppe) и Денис Давыдов (Valotihkuu; Денис, вдобавок, согласился отмастерить сборник и с тех пор помогает с этим во всех релизах) — давно состоявшиеся артисты, которых я глубоко уважаю.

О результате, мне кажется, пока говорить рано. Хочется посмотреть, станет ли сборник со временем хоть для какой-то узкой аудитории чем-то основополагающим, как его вижу я. К тому же, я сотни раз переслушивал этот релиз, сейчас хочется сфокусироваться на новом материале, мысли слишком замылены совсем недавним опытом (сборник вышел в августе 2025).

Но скажу точно, что я ни о чем не жалею и доволен, что начал путь «Сумбура» именно с компиляции, с немного поверхностного и не всегда меткого, но масштабного очерчивания эстетических ориентиров лейбла.

Не могу не спросить о выборе формата для физических изданий. Почему CD, а не кассеты?

Кассеты хоть и были бы удобны в данный момент чисто по экономическим причинам (спрос на них больше, как я могу судить), но я боялся, что многое из того, что хочу покрыть лейблом, будет со ставкой на высокие частоты, с которыми у кассетной записи часто проблемы. Плюс мне нравилась возможность немного разойтись с оформлением релиза — диджипак предоставляет достаточно пространства, когда как у кассеты придется придумывать вкладыши, что не всегда удобно. То есть немного дизайнерских амбиций замешано. И в целом, мне кажется, что такой эстетике диски просто в пору. Диджитальность, особая аура хай-тека (хоть и уже устаревшего), при этом какая-то хрупкость, деликатность.

Есть ли планы расширить спектр звучания издаваемой музыки?

Уже сейчас спектр звучания лейбла довольно широк. Я не стал зацикливаться только на теплом и уютном, хочу издавать и более глитчевые, холодные вещи, которые могут показаться даже мрачными. И балансировать между этими полюсами. Но, конечно, возможны авантюры — кто знает, что впечатлит меня и что захочется издать вот прям сейчас, без создания еще одного лейбла…

Недавно на «Сумбур» вышел и твой новый альбом — «Default Options». В его описании подчеркивается, что ты отходишь от уютных и теплых тональностей к более холодным. С чем связана эта трансформация?

Мне уже давно интересны оба «температурных полюса» эмбиент-музыки. Точнее их сплав, комбинация.

Мне нравятся контрасты между нарочитой диджитальностью и более аналоговыми источниками звука. Я заинтересован в создании теплой атмосферы средствами, которые привыкли ассоциировать с чем-то стерильным и холодным, и наоборот.

Поэтому «Default Options» для меня был логичным шагом. Почему именно сейчас и на этом альбоме? Тут, скорее, технические причины — у меня появились оборудование и опыт, которые, по крайней мере в моем случае, требовались для достижения цели.

Признаюсь, концепт альбома, мне сразу же напомнил недавний лонгплей Oneohtrix Point Never «Tranquilizer», на котором Даниэль Лопатин ищет душу в пресных семплах для коммерческой рекламы. А в чем душу искал ты? Как родилась идея «Default Options»?

Эстетика стандартизированного меня привлекала всегда. Посвятив ей альбом, я скорее отдал должное этой тяге, которая была и раньше, просто проявлялась иначе (те же обложки альбомов). Непосредственное же вдохновение я всегда получаю от прослушивания музыки других людей. И тут я без стеснения признаюсь, что сознательно следую примеру артиста Ральфа Штайнбрюхеля (Ralph Steinbrüchel). Его саунд меня гипнотизирует, и я уже давно не могу выкинуть из головы чувства, которые получаю при прослушивании его музыки — для меня это очень уникальный опыт. Я банально пытаюсь воспроизвести чужое звучание, но так как у меня совершенно другие технические условия и история создания музыки, получается в любом случае что-то свое — поэтому я не боюсь оказаться каким-то эпигоном.

Про тексты о музыке и микс для RS

В Telegram-канале «Сумбур» ты много пишешь про близкие лейблу по духу альбомы. По этим постам я сразу заподозрил, что опыт публикаций о музыке у тебя есть. А недавно нашлись твои материалы о музыке и играх, в том числе настольных, выходившие на «Ноже» с 2021 по 2022 год. Сразу же рекомендую читателям обратить внимание на тексты про эмбиент и немецкую электронику. Планируешь ли ты вернуться к таким статьям?

У меня есть графоманские наклонности, признаюсь. Опыт был и до «Ножа», но тогда меня интересовали вещи, не имеющие отношения к музыке. Пока я доволен тем, что делаю на канале.

Совсем недавно вы с Артемом с лейбла «Картаскважин» запустили канал «Пульсация», посвященный локальной экспериментальной сцене. Есть ли какие-то планы по дальнейшему развитию этого проекта? Востребованность в нем определенно есть.

Канал изначально задумывался как информационное бюро с минимумом «свистелок». Ничего лишнего, только максимально широкий спектр свежих релизов локальной сцены, где их послушать и где почитать больше о лейбле или музыканте. На большее, если честно, и ресурса нашего пока не хватит.

Ну и напоследок расскажи про микс, подготовленный для RS. Как я понимаю, в него вошли преимущественно российские музыканты.

В итоге в нем только музыканты локальной сцены. Не все теперь базируются в России, но тем не менее. Можно сказать, что идейно это микс-компаньон первого сборника «Сумбура». Большая часть артистов из микса оказались на альбоме, остальные как минимум вдохновляют меня заниматься изданием музыки именно локальной сцены.

Я считаю, что всех этих музыкантов объединяет особое звучание, которое выделяется на фоне множества других эмбиент- и около-проектов нашей сцены. Каждый уникален, но у всех есть какой-то общий трудно передаваемый словами эстетический модус, которым я очень увлечен. Почему-то мне первым делом в голову приходит слово «скромность». Какая-то сдержанность, аккуратность, тихая эстетика, хоть музыка может быть и не совсем тихой.

Я люблю радикальные эксперименты, но еще больше ценю, когда музыкант знает, где стоит в них остановиться, где надо потоптаться на месте, посмаковать, ограничить себя и поисследовать собственное звучание — как будто у этих артистов это хорошо получается.

Беседовал Костя Лысяков.

Радиант #28 доступен на Soundcloud, а также в VK и Telegram.

За лейблом «Сумбур» можно следить в Telegram и на Bandcamp.

Санкт-Петербургский диджей и продюсер Станислав Севостьянихин — настоящий старожил российской джангл- и драм-н-бейс сцены. Начав выступать и издаваться еще в 1990-х, он продолжает активно выпускать релизы как в рамках сольных проектов, так и в коллаборациях. Например, летом отличным альбомом «Halfspace» отметился его самый ранний алиас Dissident.

Однако за годы творчества музыкант успел поэкспериментировать и с другими жанрами — от хип-хопа и синт-попа до техно и даба. Так, в феврале на «Местности» вышел глубокий хонтологичный альбом «Дрёма» эмбиент-даб проекта Всеславъ, а в октябре дебютный лонгплей «Лунное сплетение» представил дуэт Станислава с фолк-артисткой Ольгой Костровой — «ОСВЕТ».

В интервью Станислав рассказал о первых опытах с кассетами в девятилетнем возрасте, порассуждал о современной российской драм-н-бейс сцене и поделился самым значимым событием своей творческой жизни за последние годы. А в объемном полуторачасовом миксе раскрыл мутации джангла — корневого для него жанра, развитие которого продюсер отслеживает уже 30 лет.

Расскажи, как ты пришел в драм-н-бейс? Самый ранний проект с твоим участием, который мне удалось найти — «Творческий STEP Коллектив», появившийся в 1998 году и позже переименованный в Dissonance. Это твой дебют на сцене?

Вытекает все из детского фанатичного увлечения звукозаписью. Лет с девяти полыхнул алхимический процесс с кассетами и разными магнитофонами. Пленки клеились, резались, валяясь по всему дому. Записывалось все что только можно: от звуков квартиры и ее обитателей, радиопередач, ТВ, пластинок виниловых из бабушкиной коллекции, гитарных упражнений. Затем составлялись тематические сборники. Пиратская индустрия 90-х неизбежно привела к электронной музыке.

Для дикого отрока разве может быть что-то лучше, чем быстрый габбер и джангл?

А у нас на каждом углу можно было купить кассеты «Thunderdome» и «Rave Massacre» (Две культовые серии сборников с хардкором и габбером, популярные в 1990-х. — Прим. RS) с адскими скелетами на обложках. И я уже начал изобретать варианты многоканальности и возможности управления скоростью — так возникали подобия диджейских миксов и даже каких-то семплоделических треков.

Однажды все это маньячество увидел приятель моей мамы, сонграйтер группы Pushking. Он дал мне попользоваться карманным секвенсором Roland PMA-5 (универсальный «персональный музыкальный помощник»), там была секвенция на 18 дорожек, 16 наборов ударных, 306 инструментов, эффекты и память для хранения до 20 песен. За год использования я создал на нем несколько магнитоальбомов. Когда коробочку забрали обратно, я начал собирать всякий хлам: со школьным другом и коллегой по звукоизвлечению вскладчину на рынке «Юнона» был куплен «Поливокс» и драм-машина Alesis HR-16; на день рождения была выцыганена «самоиграйка» Yamaha; в ближайшем доме молодежи был украден еле живой пульт, но он давал такой шикарный перегруз, что это предвосхитило эру жесткого текстепа в моем начальном творчестве.

Записывались и раздавались на редких рейвах и вечеринках куча демок, но их содержание было мало похоже на то, что звучало на танцполах или радио «ПОРТ- FM» (петербургское радио с некоммерческой клубной музыкой, существовавшее с 1997-го по 1998-й год, — прим RS), и не казалось благозвучным ни для кого.

Однажды, на одной подпольной джангл-вечеринке в поселке Васькелово, проходившей чуть ли не в сарае, я познакомился с двумя другими энтузиастами, но они, как и все нормальные люди, пользовались ПК — то, чего мне так не хватало, но я почему-то относился к компам с пренебрежением, мол «пластмассовый звук» и тому подобное, — они переубедили меня, и мы совместили усилия. Так, где-то в 1999-м году мы начали выходить на официальных компиляциях и выступать в клубах лайвом. Это и был «Творческий STEP Коллектив» и Dissonance.

Образец музыки тех времен:

Насколько сильно изменилась драм-н-бейс / джангл сцена в России за прошедшие годы, и как ты эти изменения оцениваешь? Раньше было лучше?

В нашей стране уже давно стали очень популярны крупные драм-н-бейс-фестивали. Они стали неотъемлемой частью развлекательной индустрии как таковой.

Пришло к тому, что широкая аудитория воспринимает драм-н-бейс буквально как аттракцион с фейерверками и цирковыми артистами.

Мэйнстрим музыка и звучит также нарядно и ванильно, но она как таковая, вероятно, и не всегда самое главное в этой сфере. Но так я думаю в плохом настроении, на пониженных, как говорится, вибрациях. Возможно еще такие мысли обусловлены фрустрацией, что меня давненько не звали выступать на такие массовые мероприятия. Интересно, что бы я там играл…

А в приподнятом состоянии я благословляю любую движуху, которая доставляет людям радость, позволяет им проявить любовь. Пусть и через такие примитивные (на мой снобистский взгляд профессионально-деформированного специалиста) явления.

А узконаправленные течения тихонечко себе текут, ублажая ушные раковины тех, кому это действительно надо.

У тебя как минимум три сольных проекта — Dissident и Kontext, у которых уже приличная дискография, а также появившийся не так давно Всеславъ. Выделяешь ли ты среди них один основной?

Основной всегда тот, который в данный момент захватывает наибольшее внимание и в который вкладывается больше энергии. Чтобы не выгореть творчески я постоянно переключаюсь с одного на другой, меняя стилистику и скорость. Лучший отдых, как известно, — это смена деятельности.

Так вот, на момент создания этого интервью я выпустил дебютный альбом нашего с Ольгой Костровой проекта ОСВЕТ. Он называется «Лунное сплетение», и вот все, что с ним связано, занимает сейчас основную долю моих чаяний и любви.

Лично мне Kontext видится как некое поле для экспериментов, но с теми же корнями, что у Dissident. А какой ты сам видишь музыку под этим псевдонимом?

Все очень просто. Kontext — это вся инструментальная музыка, исходящая из-под моего пера, которая не является драм-н-бейсом или эмбиентом в чистом виде.

Сейчас, например, я под этим именем дописываю EP в направлении сырого, традиционно придабованного, скоростного groove techno. Последнее время пристрастился к беговой дорожке с наклоном, и вот такой вайб в 140BPM идеален для этой практики. Я даже начал серию миксов KARDIOTEK (доступен на Youtube и в VK). Изначально делал чисто для себя, а потом решил оформить и поделиться с другими сжигателями жира.

Давай поговорим про твой эмбиент-даб проект Всеславъ. Он появился сильно позже остальных, в 2022-м году. Что тебя подтолкнуло к его созданию?

Когда неистово барабанишь два десятка лет, то неизменно хочется как-то компенсировать это нагромождение ударных.

А вообще, я всегда считал — чтобы писать такую музыку, нужно внутренне созреть. Это не вопрос профессионального роста, а именно роста экзистенциального, духовного. Вот я естественным образом, пройдя в 2020-м году «темную ночь души» и прочие жизненные кризисы, пришел к этой точке, где осознал, что уже готов.

Помню, под постом об альбоме «Дрема» в VK-паблике RS разгорелась забавная дискуссия. Один пользователь заявил, что такую музыку нужно делать только на аналоге. Я с этим мнением не согласен. У релиза достаточно фактурное звучание с характерными шумами, в которых не каждый услышит цифровые источники. Расскажи, как ты этого добился?

Во-первых, у всего на свете есть сверхразумный Абсолютный Единый Источник. Во-вторых, музыку нужно делать по зову сердца. На чем угодно, лишь бы это шло от любви.

А с цифровыми или аналоговыми источниками — в современном звуке это вопрос о курице и яйце. Странный дуализм. Я использую шумы живой природы, эмуляции разных пленок также записанных-перезаписанных. Все обрабатывается специально, чтобы стилизовать под изначальный «ламповый» замысел. И варится этот бульон в Digital Audio Workstation, и что это по итогу, цифра или аналог? А если слушать релиз на кассете? Короче, когда такой замес происходит, то всякая цифро-аналоговая дихотомия теряет смысл.

В какой момент в твою музыку начал проникать даб, и какое место он занимает в ней сейчас?

Я исповедую чисто научно-исследовательский подход к производству музыки. И его гуманитарным аспектом является полное погружение в какое-то направление, как в отдельную дисциплину, традицию.

Так у меня было с джазом, экстремальными стилями метала, минимал-техно, тем же эмбиентом и другими. То есть, поймав волну, начинаешь жадно слушать, читать про это, постигать по мере таланта и сил способы исполнения. А потом алхимически все это замешиваешь в свой плавильный котел.

Даб как таковой покорил мою душу, когда я услышал сборник работ King Tubby, году в 2005-ом. Я, конечно, всегда любил регги и рагга-дансхолл, но вот одна только физика звучания музыки Озборна Раддока смогла изменить мое состояние сознания. Еще я понял корни басовых линий джангла.

По степени влияния эта запись может в моей судьбе сравниться разве что c Portishead, Aphex Twin или Photek. Или даже Miles Davis.

Так вот в самый жаркий, фанатичный свой дабовый период я докапался до Basic Channel и их Rhythm & Sound и, соответственно, «вонзился» в даб-техно, что неминуемо привело меня к «ambient in your face» от DeepChord. Как-то так я прослеживаю эту линию.

Элементы даба и дабового подхода к звукозаписи прочно засели в моей лаборатории и это, чую, навсегда.

Расскажи о самом запомнившемся тебе выступлении за все время.

Их так много было на самом деле. Могу просто вспомнить первое, что в голову прийдет. Вот, например, незабываемое было впечатление от выступления на премии Кандинского в Москве в составе «Трэш-шапито КАЧ».

Я наконец окунулся в мир нашего современного искусства, которым долго интересовался. И если с Павлом Пепперштейном я давно дружил, то увидеться и побеседовать на банкете с такими глыбами как Лев Рубинштейн было волнительным удовольствием. А в зале нас слушал режиссер Питер Гринуэй, например.

Запоминающимся было недавнее выступление ОСВЕТ в петербургском «Планетрии № 1» с самым большим в мире куполом.

Всегда любил когда сцена повернута лицом к морю играть на восходе и закате. Получается такой солярный ритуал. В данном ключе всегда радовал «Казантип», а сейчас пару лет как существует танцпол моих друзей из Solaris Lab «Закатная» на Solar Systo, инсталлированный на берегу Балтийского моря.

Если я не ошибаюсь, то дебютник твоего дуэта с Ольгой Костровой «ОСВЕТ»— твой первый релиз в рамках коллабораций минимум лет за шесть. Получился достаточно необычный сплав эзотерического фолка с эмбиентом, дабом и ломаными битами. Как началось ваше сотрудничество и планируете ли вы его продолжать?

Единичные совместные работы в инструментальной музыке постоянно выходят. Но если говорить о крупных, альбомных форматах, то да, «ОСВЕТ» это такое значимое событие в моей творческой жизни. Альбом «Лунное сплетение» мы готовили около трех лет, и я очень трепетно отношусь к этой записи. Пластинка очень глубокая, многослойная, и во многом, уникальная, особенно что касается содержания текстов.

Я услышал Ольгу в 2022-м году на одном сборном концерте современных андеграундных бардов, на который попал как будто случайно. Из всего состава она выделилась настолько ярко и так мощно резонировала с моим тогдашним довольно приподнятом в духовном плане состоянием, что я, естественно, подошел познакомиться и сходу предложил что-то вместе записать.

Для меня это еще и своего рода компенсация за те «низковибрационные» вещи, которые я сочинял в рамках «Трэш-шапито КАЧ» или «Битый Сектор». «ОСВЕТ» — это светлая музыка, с серьезным духовным посылом, отвечающим смыслу нашего предназначения в этой жизни. Проект, направляемый вышними кураторами.

Из чего состоит твой нынешний сетап для создания музыки? Есть ли у тебя любимое устройство, инструмент или программа?

Я ж продюсер, и моим главным инструментом является сама студия, чем бы она ни была нашпигована. В этом и интерес. Дома одно, на даче другое, на работе третье. Люблю зайти в гости на студии друзей, там поковыряться. К себе приглашаю с инструментами и замыслами. Сетапа устоявшегося нет и не может быть — в ход идет все, что попадается под руку или то, что отвечает замыслу, если таковой имеется.

Ну и напоследок, расскажи пару слов про микс, который ты подготовил для RS.

Джангл и его мутации - это корневое и изначальное направление в музыке для меня. Как для ди-джея в первую очередь. То есть я продолжаю внимательно отслеживать развитие этого стиля с незапамятных времен, и сейчас мы наблюдаем уже довольно продолжительное время его ренессанс. Очень много релизов издаётся, и я эти завалы немного подразгреб для любимого слушателя.

Беседовал Костя Лысяков.

Радиант #27 от Dissident доступен на Soundcloud, а также в VK и Telegram.

Страницы Станислава в соцсетях:

https://vk.com/dissident_kontext

https://vk.com/kontext

https://t.me/dissidentkontext

https://soundcloud.com/kontext

ОСВЕТ:

https://t.me/osvetmusic

https://vk.com/osvet