Прочитать можно:

Фикбук: https://ficbook.net/readfic/019aab57-edce-735d-82e9-1fdebcd6b2a4

Фэндом: Снято на тапок
Пэйринг и персонажи: Ася, Сёма
Метки: Character study Ангст Насилие над детьми Нецензурная лексика Посмертный персонаж Рейтинг за лексику Упоминания курения Упоминания смертей Россия Родители-одиночки 2010-е годы Дружба Разнополая дружба Элементы дарка Забота / Поддержка Русреал Несексуальная близость Драббл Повествование в настоящем времени
Описание:
Сёма зол на весь блядский мир и готов пойти против него со своим складным ножом в кармане. Но сначала просто побудет рядом.
Примечания:
тгк: https://t.me/void19dw

В этот раз простое чтение, на удивление, дало буст — вот зарисовочка + иллюстрации.
Посвящение:
Тепло благодарю кокоро чан за «Снято на тапок», помощь с инфой и бесконечное ожидание (мне очень-очень стыдно). 🤍
Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде

Оглавление:

1 часть.

— Я ждала этого мудака полчаса — полчаса, представляешь?! — а он всё это время, блять, игнорировал мои звонки! — Шелли, не сдержавшись, восклицает и аккуратно смахивает ладонью волнистые на концах волосы назад, за плечи; она всегда так делает, когда на взводе — бузит и егозит. И в такие моменты, если честно, на языке невольно чешутся те самые молитвы перед едой. Единовременно и неумолимо, и кратко, будто бы они помогли. — Звонила ему тысячу раз, а он, видите ли, не слышал!

Кевин сидит напротив своей единственной близкой подруги и вжимается в спинку цветастого пластикового стула, боясь сместиться на миллиметр не туда, в какой бы стороне оно, трижды проклятое, ни находилось. Но ничего не происходит — только стул тихо-тихо поскрипывает, что Маккормик сам едва барабанными перепонками улавливает.

Пронесло, что ли?

Ну, в какой-то степени, да. Если брать во внимание то, что Кевин выслушал, выслушивает и выслушает всё без возможности поставить на паузу бедлам.

Он знал, что этим всё и закончится, когда Марш предложила ему встретиться в бургерной после занятий в колледже, но всё равно согласился.

Согласился потому, что она его подруга, её подруги вечно чем-то заняты со своими бойфрендами, так можно вполне уважительно пропустить последнюю пару и… элементарно поесть.

Кевин не ел со вчерашнего дня, потому что один мудак (и по гнусному совпадению сосед по комнате в общежитии) съел его ужин без угрызения совести, за что заслуженно получил по ебалу без всякой жалости и при неизвестных обстоятельствах лишился сотни баксов. Зато у Маккормика появились деньги на карманные расходы и новый бумажник, который мудовый сосед, так скажем, потерял в «The Church Nightclub».

—… Не слышал он, ага, как же! — Шелли со стороны выглядит так, будто бы у неё остаётся всего один шаг до совершения убийства. Маккормик очень давно не видел её такой злой. И ему, по правде говоря, становится немного страшно.

— Воу. — Это всё, что он произносит в ответ.

Да, на большее не способен, хотя ему не похуй.

Кевин, как и всегда, находится в неловкой и полной растерянности. Столько времени прошло с тех пор, как он сдружился с Шелли, однако всё ещё оставались ситуации, когда на яростный монолог не находится в розовых извилинах достойный (и, главное, подходящий, не разнящийся с приоритетной задачей контекста) ответ.

Он решает сказать что-то ещё, потому что Марш смотрит на него с ожиданием.

— Не, ну он мудак. — Кевин кивает и хмурится. Хотя не уверен в том, кого именно сейчас обзывает мудаком, но уже ненавидит.

Сильнее, чем несколько минут назад.

Не то чтобы у Шелли было много парней; они как резко появляются, так и исчезают — из жизни Шелли, из её разговоров и её списка контактов.

Маккормик пересекался всего с несколькими из них, чтобы решить вопросы, но они все как один, когда их лица превращались в кровавое месиво, оставались только контактом в чёрном списке её телефона и покалывающим зудом на его костяшках.

— Он конченый мудак, ты понимаешь?! Конечно, блять, ничего не слышал. Он никогда не слышит, когда болтает с этой нафабренной блядью. А у неё, между прочим, не макияж, а мазня какая-то! Нет, ну ты видел?

Кевин замечает официанта, который мнётся на месте и боится подойти к их столику. Между ними устанавливается почти душевно-братская связь, потому что, бля, чувак, я тебя понимаю.

— Видел... И что, он с ней?

— Да! Я всё видела! Когда он занят, эта шлюха всегда рядом с ним! Какой же он придурок!

Наконец до него доходит, о ком Шелли говорит. Маккормик сжимает ладонь в кулак, ощущая где-то внутри себя пока тихушную злость. Этот парень ему никогда не нравился.

Как бы Кевин Маккормик ни отрицал очевидного, но Шелли Марш за всё время, что они знали друг друга, стала частью его жизни.

Неотъемлемой и неотделимой, вроде постоянных проблем с зубами; те у Кевина, сколько он себя помнил, имелись всегда.

Значит, она — навсегда тоже.

И её бывшие.

С Шелли Марш Кевин научился самому главному: профессионально ненавидеть тех людей, которых он видел только на фотографиях.

И совсем не важно, как их зовут, кем работают и сколько зарабатывают их папы, Кевину это нисколько не помешает слегка подправить личика кастетом и отсидеть пару суток в полицейском участке снова.

Потому что его ненависть, тянущаяся смолой, чиста ко всем мудакам в её жизни;

Потому что Кевин хочет всегда одного и того же: чтобы Шелли Марш была счастлива.

А пока — он готов ненавидеть тех людей, которых ненавидит она.