6EZDHA рекомендует: Русские хоррор-рассказы
Здесь я расскажу о крипипастах и хоррор-рассказах, которые впечатлили и порадовали лично меня. Без рейтингов и оценок. Также я постараюсь рассказать только о тех рассказах, которые можно найти в свободном доступе. В звуке или в тексте. Ссылки — в названиях рассказов. Также здесь не будет рассказов иностранных писателей, так как перевод зачастую негативно отражается на качестве произведения. От каждого автора — по одному рассказу.
Диета дядюшки Айнтопфа
Этот рассказ является своеобразной данью уважения Лавкрафту и, в частности, его рассказу «Модель Пикмана». Перед нами крайне подробное жизнеописание повара по прозвищу Дядюшка Айнтопф. Кулинар в своих изысканиях пытался не только улучшить вкус блюд, но и разгадать тайные свойства ферментированных продуктов. Перейдя на весьма своеобразную диету, он добился необычных результатов…
Рассказ вышел очень олдскульный, почти все действие подается пересказом или происходит за кадром, очень много вкусно (и не очень) описанных кулинарных подробностей и тонкостей. «Диету дядюшки Айнтопфа» от сонма других хоррор-рассказов выгодно отличает подход: не чувствуется натужной попытки напугать читателя, но при этом ужас подкрадывается незаметно. Так и не выскакивает из-за угла, остается между строк тревожным послевкусием.
«Паровозики»
О-о-о, здесь у нас эталонная фантасмагория. Из таких, которые ломают мозг и западают в сердце. Вроде бы история начинается предельно тривиально: некий жилец въезжает в некую квартиру, относительно которой существуют некие странные условия, а еще в ней «дядя на паровозиках катается». Но стоит погрузиться в этот безумный кошмар, как ты к своему ужасу начинаешь понимать, почему из рука пород древесных течет из Орла-ла-ла; куда деваются лампочки и кто такая Мумь, что их жрет.
«Секретарь»
Именно благодаря этому рассказу я познакомился с Владимиром Чубуковым и его творчеством. И, честно, прямо влюбился в него (в творчество. Чубуков — тоже мужик симпатичный, но я уже женат). Чубуков каким-то совершенно непостижимым мне образом создает некую метафизическую модель мира, осознавать которую всегда страшно. Притом, его знания, интеллект и уровень вовлеченности в используемую тему всегда НАСТОЛЬКО высок, что творчество Чубукова даже отчасти подавляет читатели именно своим уровнем проработки. Словом, творчество Володи давно уже просится в большую литературу, и, думаю, двери вскоре отворятся.
«Секретарь» же начинается как теплая и даже отчасти добрая христианская притча. Но доброта, выраженная не по адресу обходится главному герою ТАКИМ пи3децом, что врагу не пожелаешь. Из целомудренной монашеской истории «Секретарь» в мгновение ока превращается в инфернальную некрофилическую симфонию с апокалиптическим крещендо в финале.
«Курьи ножки»
У Максима масса крутых рассказов. Максим — вообще своего рода «восходящее солнышко русского хоррора». Его рассказы — это всегда некий вызов, эксперимент. Он одновременно следует моде и ее же задаёт. Его рассказы зачастую ссылаются на популярные сюжеты или даже целые миры других писателей (например, Лавкрафта), но при этом переосмысление идет такое мощное, что конечное впечатление замещает условного Лавкрафта в сознании, и на его месте воцаряется Кабир.
«Курьи Ножки» — эталонная постсоветская хтонь. Даже источник зла здесь остался в прошлом, и теперь лишь собирает свою жатву, когда колосья поспели. Главный герой, что ужасно боялся детской кукольной передачи, вляпывается в последствия так глубоко, что финал — столь болезненный и жизненный — натурально холодным ветром вымывает из легких весь воздух, оставляя лишь жуть. Несмотря на некоторую «рваность» повествования, заглатываются «Курьи ножки» единым комплектом. Вдобавок, в них есть то, что я больше всего люблю в хорроре — они заставляют поверить, что над нашим миром раскинулась паутина неких незримых мистических связей — потяни за ниточку здесь, и паутина натянется там. А в любой паутине, как известно, есть пауки. И присутствие паука в этом рассказе ощущается на каждой странице. Ну и, вдобавок, большое спасибо Максиму за создание такого понятия как «русское вуду». Вдохновил на годы вперед.
«Тени под лестницей»
Ну это уже почти классика. Рассказ этот я прочитал задолго до появления серии ССК и задолго до того, как начал писать сам. Несмотря на отсутствие свойственной жанру жести и мраку, который сегодня царит в текстах, этот рассказ однозначно стоит считать одним из самых впечатляющих в жанре. За мастерство написания, за мощный посыл, за игру на привычных каждому из нас страхах.
Начинается история типично — сквозь бытовую драму начинает проглядывать мистика, и мы наивно полагаем, что именно там, под лестницей поселилось безликое, кошмарное зло, но автор делает финт ушами, и из типичного рассказа в стиле «у меня все так плохо, я так всего боюсь» он превращается в мрачнейшую историю в стиле постсоветской хтони.
«Последний сон Игната Петровича»
И снова — старая добрая постсоветская хтонь, когда неописуемый кошмар просачивается через быт и наши детские воспоминания. Рассказ написан мастерски, он не дает ответов на мучительные вопросы, вместо этого поселяя их у нас в голове, а помимо прочего обладает каким-то запредельным уровнем чудовищного саспенса.
По сути, история рассказывает нам о банальнейших детских страхах. Сидел себе мальчик в детском саду, никого не трогает, кушает… И вдруг вспоминает о странном мальчике, который сидит в углу. Забывает, как выглядит его лицо, поворачивается посмотреть и… У смерти много лиц. Одно из них — Маратки.
«Глубина»
По-настоящему глубокое и сильное произведение, мощнее которого я не читал уже очень давно. Вскоре его можно будет прочесть в составе сборника «Самая Страшная Книга 2022», и я, пожалуй, максимально воздержусь от спойлеров. Скажу лишь, что Искров прекрасно продемонстрировал нам русскую школу черной магии, красиво сравнил ее с европейской, и создал по-настоящему жуткий, холодный, хтонический рассказ об аде, который находится буквально за стенкой, стоит только попросить. Отдельный респект за смелость — нечасто русскоязычный автор выбирает в качестве главного действующего персонажа гомосексуала.
Пожалуй, лучше всего нарисованный Искровым мир характеризует цитата из его же рассказа:
«Туманное, холодное колдовство, пришедшее из забытых богом и людьми деревень, направленное по большому счету лишь на вред и подчинение. И западничество, которое практиковал Сергей, и чернокнижие были построены на обращении к силам ада. Но в западничестве демонам приказывали. В чернокнижии с чертями братовались. В западничестве демоны обладали понятными, по сути, человеческими чертами. В чернокнижии черти напоминали стихийное явление, абсолютно чуждое, созданное лишь с одной целью: отравлять все, чего коснется. Несмотря на внушительные титулы герцогов, губернаторов, маркизов гоэтические демоны не могли тягаться с удушливой силой чертей, проникающей в мир с болезнями и неудачами. Складывалось ощущение, что демоны западной традиции и черти чернокнижия происходят из двух разных источников, словно существовало два разных ада.»
«Курочка, открой дверь!»
Автор — Михаил Лазарев
Это, пожалуй, самый неоднозначный рассказ (впрочем, скорее, повесть) в данном списке. Его сложно даже отнести к хоррору. Ближе всего это к некоему фантасмагорическому городскому фентези, вроде того, что пишет Зотов. Впрочем, нет, здесь все гораздо безумнее. Пугать рассказ пытается только поначалу, в дальнейшем яркие образы хоть и вызывают легкую, едва ощутимую жуть, все же нельзя назвать СТРЯШНЫМИ.
Сам рассказ начинается как совершенно банальная деревенская байка: у мужика в курятнике завелась НЁХ, которая болтает скрипучим голоском и ворует кур. Мужик, понятное дело, пытается как-то справиться с данным обстоятельством, но потом появляются какие-то странные люди, местный поп начинает себя необычно вести и начинается ТАКОЕ…
«Интервью с охотником за приведениями»
Автор — Влад Райбер
Влад Райбер пишет много разного, и не все из написанного им мне нравится. Но есть у него нечто, написанное очень давно, так сказать «стартовый рассказ», благодаря которому Влад Райбер и запомнился аудитории. Это вновь та самая постсоветчина, но при этом, по факту, лишенная мистики в привычном ее понимании. Скорее, речь о неких «багах» нашей Вселенной (и Райбер впоследствии еще не раз обращался к этому приему, притом весьма успешно), что выгодно выделяет его творчество на фоне стандартных стори про домового, пердящего в кладовке.
Эта история звучит из уст бывшего мошенника, который в девяностые организовал службу «охотников за приведениями». Речь пойдет о том случае, который заставил его отказаться от этого бизнеса и, в целом, пересмотреть свои взгляды на объективную реальность.
«Глотка»
К творчеству Юрия Нестеренко я, в среднем, отношусь спокойно. А, учитывая его своеобразный имидж и взгляды, мне трудно воспринимать его творчество в отрыве от оных, тем более, что в своем творчестве он эти взгляды активно пропихивает. ОДНАКО, данный рассказ я все же выделяю в разряд действительно хороших и пугающих, хотя он и во многом буквально ПРОПОВЕДУЕТ атеистические представления автора. Но это неважно на фоне действительно крутой и пугающей истории.
Некий маньяк, совершивший огромное количество совершенно чудовищных, кровавых и никак не связанных друг с другом убийств, перед смертной казнью исповедуется журналистке, и пытается объяснить, ЗАЧЕМ.
«Гран-гиньоль»
Начало ХХ века. В маленький сонный городок, где свое юношество проводит главный герой приезжает необычный театр. В программе - устранасилие, е6ля без согласия в непредназначенные для этого отверстия, кровь, кишки, распидорасило... И все это происходит с одной и той же несчастной актрисой, в которую влюбляется главный герой. А городок, меж тем, также захлестывает волна кровавой ярости.
Это чистое великолепие. Я в восхищении. И ужасе. И возбуждении. А в Безымянную я просто влюбился. Блин, рассказ-мечта. Удивительно, как четко Толик попадает в мои вкусы. Честно - мне страшновато предлагать ему когда-либо соавторство, потому что, мне кажется, мы просто слипнемся как два сиамских близнеца, и уже никогда не сможем творить в одиночестве. Потому что, откровенно говоря, моя же «Мать Кошмаров» работает ровно по тому же сценарию, только в современности и в Сети.
Толя, мое уважение. Все, ни слова больше, читайте сами. Не зря иллюстрация к этому рассказу красуется на обложке.
«Лягушка-прожорливое брюшко»
Рассказ, ставший прототипом для моего «Киндеркрадца». Великолепная история о жутком похитителе детей. Саспенс здесь накатывает волнами, и каждая следующая — мощнее предыдущей. Бытовые страхи здесь отлично мешаются с мистическим ужасом, заставляя поверить, что мир — еще более опасное место, чем мы привыкли думать.
Алису на несколько дней попросили присмотреть за маленьким племянником. Она соглашается, ещё не подозревая, что невинная просьба может быть чем-то посерьезней, чем кажется на первый взгляд. Ведь в городе пропадают дети, и никого из них так и не нашли…
«Окна домов»
Автор — Сhainsaw
Знакомство с русской крипипастой я начал с флагмана данного жанра — с творчества Романа Черного. Нечто среднее между литературой и пастой в ее классическом понимании. Эпистолярный жанр резко добавляет достоверности всеми происходящему, а грамотность и удачный подбор слов позволяют вполне себе претендуют на серьезный уровень.
Данный рассказ — наиболее яркий и типичный представитель данного автора. Он рассказывает очередную историю «переезда», но на этот раз главного героя будут донимать не призраки, а не самые обычные соседи, которые по ночам выстраиваются к окнам и смотрят НА НЕГО.
«Пойдем в подвал»
Автор — Сергей и Марина Дяченко
Дьяченко — уникальный тандем авторов, способных создавать совершенно великолепные вещи в любом жанре — хоть фентези, хоть юмор, хоть фантастика или соцдрама. В этот раз они создали эталонный хоррор. Жестко завязанный на детском восприятии мира, он ужасает не напрямую, а, скорее, тем, что главный герой видит НА САМОМ деле, но для чего не нашел лучших имен.
Некий Карлсон с петлей на шее предлагает главному героя прогуляться в подвал, где борются Теткодядьки и бегает по потолку Гнилушка. Что это за создания? Решайте для себя сами…
«Дальние родственники»
Автор — Александр Матюхин
Ну, тут шила в мешке не утаишь — «бедного родственника» из Кошмаров я стащил у Матюхина. Рассказ настолько меня впечатлил и запал в душу, что перестать о нем думать я мог, лишь сплагиатив его. Близкий каждому из нас, и этой близостью страшный, он ставит важный вопрос — а должны ли мы что-то людям лишь на основе родственной связи? Или стоит гнать этих паразитов взашей?
«Можарово»
А этот рассказ натолкнул меня на идею рассказа «Товарняк». Великолепный пример того, что талантливый автор способен творить в ЛЮБОМ жанре. И Быков в очередной раз это доказал — написал болезненный, неуютный хоррор с зашитым внутрь политическим высказыванием, которое можно принять или проигнорировать.
А на станции Можарово двери не открываются. Никогда. Пускай хоть под рельсы бросаются.
«О Чугае и Царствии небесном»
Автор — Богдан Гонтарь, Дмитрий Тихонов
А вот редкий пример юмористического эклектичного хоррора, где постсоветская глушь не преображается в процессе, а уже ЯВЛЯЕТСЯ, по сути, инфернальной декорацией. Соавторы поработали просто сногсшибательно, создав просто невероятно густой коктейль из православия, сатанизма, постсоветской реальности и почти Зощенковского юмора. И, конечно, как всегда, у Богдана и Дмитрия на пару получаются просто какие-то сверхъестественно-живые персонажи.
У Чугая умерла мать. А однажды она его позвала из подвала и сказала, что пора выбираться из ада. А для этого нужно заделать Антихриста.
«Красная лампа»
К сожалению, я не знаю, чьему перу принадлежит эта жуткая и будоражащая история, но здесь и в самом деле есть, над чем подумать, поразмышлять и даже хочется написать целую собственную вселенную на основе этого маленького рассказа.
«Ткань реальности довольно хрупка. Её можно поддеть ножом и заглянуть на ту сторону — в сиящую тёмную бездну, где живёт невообразимое по невообразимым законам. Главное — найти подходящий нож. Ножом является любой предмет, закрепивший на себе достаточно сильный отпечаток человеческих эмоций. Самым простым таким предметом является тот, который как-то связан с мучительной смертью человека. Во время мучений человек выбрасывает достаточно эмоций, чтобы сделать предмет острым, а смерть закрепляет этот эффект, закаляя нож и превращая его в крепкий клинок. Найдя нож, следует найти способ его разбудить. Во время создания ножа у него возникает ассоциация с событием, этот нож породившим. Один способ разбудить нож заключается в том, чтобы воспроизвести событие заново. Это не единственный способ, но о других человеку лучше не знать. Событие не обязано являться точной копией предыдущего — оно может быть только его тенью. Так, хорошим острым ножом является дом, в котором была убита женщина с детьми. В этом случае будет достаточно избить в таком месте женщину или ребёнка, чтобы произвести разрез. Разрез реальности происходит в зависимости от формы ножа. Так, в случае, если ножом является дом, разрез может проявиться в форме того, что одна из дверей в этом доме будет вести совсем не туда, куда кажется. При попытке разрезать реальность через телевизор, он начнёт показывать интересные, непривычные для человеческого взгляда вещи. Важно чётко понимать, для чего вы производите разрез. Если вы хотите снять обои, чтобы поклеить новые, ничего страшного не произойдёт. Если же вы просто так прорвали их ткань и отделили часть от стены — кто знает, какие паразиты появятся на свет.»
«Снегурочка»
Автор — Олег Кожин
Этот рассказ Олега я прочел сравнительно недавно, когда тот уже успел отгреметь и на Ютубе и во всяческих пабликах и анонсах. Начав читать, я был не сильно впечатлен, но, дойдя до конца, искренне порадовался за Олега — как он так хитро переплел хтонических божеств и славянский фольклор, дошедший до нас в видоизмененной форме. Рассказ, могу сказать точно, действительно жуткий, неспокойный, отсылает своим общим посылом и конфликтом миров к Отцу Ужасов Лавкрафту.
Некая студенческая экспедиция приезжает в глухую карельскую деревню и там натыкается на крайне злобное и опасное антропоморфное чудовище…
"Не подавать виду"
Вообще в жанре крипи самыми ходовыми являются истории про всяких мимиков, надломы реальности, симуляции и прочие "почти нормальные" вещи, основанные на эффекте зловещей долины. Сходу можно вспомнить "Третьего родители", "Я стал счастливым обладателем плиты" и те же "Окна домов". Однако, в большинстве своем хоррор-приемы в этих рассказах весьма однообразны и посвящены тому, как НЁХи едва заметно палятся. Здесь же все гораздо круче, ведь НЕ ПАЛИТЬСЯ нужно вам. Вдобавок, все это очень круто завязано на сквозное упоминание "Унесенных ветром" (нежданчик, да), ввиду чего рассказ получает очень крутой иронический подтекст. Ну, уверяю вас, после прочтения вы нескоро забудете слово "жентмуны", хоть и не будете знать, кто это такие. Сюжет здесь прост и незамысловат: в какой-то момент рассказчик - он же главный герой - слегка выпадает из реальности и замечает, что все какое-то не такое. И лучшее, что он смог придумать в такой ситуации - не подавать виду...
"Морские пейзажи"
С творчеством этого автора у меня обычно не складывается. Оно у него лично для меня то слишком академичное, то слишком автобиографичное, то недокрученное, то, наоборот, Костюкевичу отказывает чувство меры, и все превращается в манямэ. Тем не менее, медальки на мундире данного автора задорно так гремят, и не зря. И на лично мой взгляд "не зря" именно в первую очередь благодаря "Морским пейзажам". Считайте, что перед нами не эпистолярный хоррор, а именно что мощнейшая литературная крипипаста. Количество пугающих крючков, которые впиваются читателю в глотку здесь зашкаливает, а лично меня довели до того, что я попытался прочесть рассказ по вертикали, уверенный, что в него что-то зашифровано. Настоящее заразное безумие. Ну и ледокол "Тварь" отдельно доставил.
Аннотация: Рейс в Антарктиду. В составе экспедиции — писатель-маринист, призванный отразить быт моряков. Он берет в путь сборник рассказов «Морские пейзажи» полярника Адама Адамовича Павлова. Делает заметки для рецензии. И фиксирует на бумаге не только странности книги, но и постепенный крен судовой реальности…
"Жмуры"
С этим автором у меня тоже сложные отношения. Вроде бы и ровно, крепко написано, все концы друг с другом увязаны, но каких-то пресловутых "чудес" лично мне не хватает. Возможно, потому что автор все-таки в первую очередь фантаст, и в возможность "пугать буковками" не верит. Собственно, и не пытается, а временами стоило бы. Поэтому лучше всего у него получаются те рассказы, в которых Майк реализовывает то, что сам любит в хорроре: вседозволенность. Этот грубый, нарочито-несерьезный рассказ, на самом деле представляет собой одновременно и срез нескольких эпох, и срез сознания советско-русского человека, и даже определенный лингвистический срез - если опускаться до уголовного арго. Веселый, задорный и душевный, а также болезненно-безысходный, этот рассказ лично мне крепко запал в душеньку. А вот где его прочитать - в душе не знаю, дое6ывайтесь до Гелприна.
Аннотация: Двое уголовников, пытаясь убежать от доблестной советской милиции, застряли в мусоропроводе, и там сдохли. Но для них это становится лишь началом истории. Как и для жителей дома.
"К вопросу зоохоррора"
Я постарался включать в этот список не более одного рассказа от одного автора, но здесь... Вообще ни слова больше не скажу. Просто купите книгу "Твари" и читайте. Это предисловие едва ли не мощнее всего содержания.
"Клетка"
Так-то у Шикова много хороших работ, и большинство из них мне нравятся. Но он лично для меня в этом плане как Гелприн: он почти никогда не хочет погрузить читателя в мир крипипанка, напугать, дать ощущение холодной руки за загривке. Ему больше нравится рассуждать характерах, людях и их месте в этом мире. Поэтому тот же "Ненаход", который мне очень нравится, он на 80% - жизнеописание "спортика" женского полу (кстати, как это? "спортица"? "спортесса"?) , и на 20% - хоррор. Странным образом, "Клетка" тоже подходит под это определение. Хуже того - представляет собой так нелюбимый мной поджанр зоохоррора. И, тем не менее, настолько живо и душевно получилось это у Шикова, настолько близко к телу, что вместо той пресловутой "холодной руки" ты вместе с персонажами начинаешь ощущать КЛЕТКУ. И это пострашнее будет.
Аннотация: Тяжела и неказиста жизнь смоленских проституток. И наркомания, и «субботники», и вообще — риски быстрого распада личности.
Но иногда такой распад наступает досрочно...
"Голос мертвого леса"
Покуда Белова облизывают критики и блогеры за его "Заступу", я побуду нонконформистом и скажу, что больше всего мне у Белова нравятся именно его отдельные, внецикловые рассказы. И этот, прочтенный в сборнике "Истории от Ворона" стал моим любимым у данного автора. Белов мастерски раскидывает крючочки и наводочки, едва заметными мазками создавая интереснейший мир мрачной сталкеровщины. И, хотя сюжет здесь и мягко говоря не нов, историю интересно читать хотя бы ради того, чтобы как можно больше нахаваться этого проклятого леса. Да и главгероиня у Белова получилась на редкость обаятельной и живой. Я лично для подобных рассказов предпочитаю персонажей-функций.
Аннотация: Среди заповедных и дремучих страшных новгородских лесов существует наособицу и Лес с большой буквы. Который действительно заграбастает тебя, будь ты пеший, конный или даже на тракторе. Иногда, когда Лесу интересно, он может выполнить любое желание, хотя безусловно потребует оплату...\
"Желтые пятки"
Долго размышлял, какой из рассказов Лопухова мне взять. С одной стороны, душа больше лежит к "Клубу перестроечной чернухи" (кстати, именно им я вдохновлялся при написании "ЖУРЩ"), как крутой эксперимент мощнее "Это случилось в Головкино" (кстати, именно им я вдохновлялся при написании "Гробовки"), а как развлекательная литература лучше всего выглядит "Ты что, бабка, трупы ела?" Но конкретно "Желтые пятки" - это какой-то шедевр в плане количества идей и сюжетов, зашитых на дистанции в какие-то 15к знаков. И ужас здесь присутствует сразу в нескольких видах, и во всех своих воплощениях он настоящий. В общем, ни слова больше не скажу, потребляйте на здоровье.
Аннотация: Лето – это велосипеды, тарзанка над обрывом, книги в потрепанных обложках, тревожные сны, немножко смерти и натянутые до коленок кислотно-желтые носки. Детство – это друзья, и веселые игры, и разговоры обо всем на свете. Это впечатления, которые с годами исчезают бесследно.
"Прорехи"
Сорян, не хочу повторяться, но что тут поделаешь, если любимые мои рассказы зачастую принадлежат перу тех авторов, с чьим творчеством у меня по тем или иным причинам не складывается. Оксана - одна из таких. Ни "Мать-гора", ни "Пепельная тетрадь" не отозвались в моем сердечке, а даже, скорее, вызвали некое раздражение. Здесь же у нас почти эталонная крипипастность. При этом, с юморком, с фантазией, с мощнейшими образами, которые буквально топят своим количеством, как сегодня нас топит нейрослоп. И, конечно, как у любого творческого человека это и у меня вызвало мощнейший отклик. Единственное, чем этот рассказ плох - так это тем, что Оксана не воспользовалась моим советом по его улучшению, ну да Молох ей судья (шутка).
Аннотация: Бедный художник любил для души световым пером рисовать прекрасных эльфиек. Но за эльфиек мало платят, и однажды он почти случайно выполнил заказ на картину в жанре ужасов. Заплатили немало, потом ещё и ещё. Однако у странных заказов оказались неожиданные последствия...
Пока все. Я устал. Или лучшие рассказы закончились. В любом случае, я обновлю список. Когда-нибудь.