Что останется, когда меня убрать?
Человек после вашей помощи сделал то, чего раньше не мог. Разобрался, решил, начал действовать, перестал ошибаться в конкретном месте.
Кажется, всё просто: помощь сработала.
Но пока мы знаем только одно: результат появился. Это ещё ничего не говорит о том, изменилась ли способность человека получать следующие результаты.
Ребёнок сидит над задачей и не понимает, что делать дальше. Родитель садится рядом, показывает первый шаг, потом второй, поправляет ошибку, напоминает правило, говорит, куда посмотреть и как проверить ответ. Через двадцать минут задача решена.
На следующий день появляется похожая задача — и ребёнок снова зовёт родителя.
Новая способность — не появилась.
Можно вмешаться иначе. Не вести ребёнка через всю задачу, а остановиться именно там, где он потерял ход: что ты уже знаешь? Где стало непонятно? Что здесь нужно определить? По какому признаку можно проверить, что этот шаг сделан правильно?
Иногда придётся что-то показать, подсказать один шаг или прямо назвать правило. Но потом можно вернуть ход ему: попробуй отсюда сам.
Задача в итоге тоже может быть решена. Только после нашего ухода в системе останется уже не один готовый ответ. Может остаться различение места, где возникает ошибка, критерий проверки или способ восстановить ход там, где раньше требовалась внешняя подсказка.
И вот здесь появляется вопрос, который, по-моему, гораздо интереснее обычного «помог ли я сейчас?».
Что останется, когда меня убрать?
То же самое легко происходит с тренером, психологом или руководителем. Тренер может стать постоянным поставщиком следующей подсказки, психолог — организатором процесса, без которого процесс перестаёт организовываться, руководитель — обязательным узлом каждого решения. Все трое могут быть очень хороши в своей работе. Проблема начинается тогда, когда вместе с ними из системы исчезает функция, которую они всё это время выполняли.
Пока они рядом — всё движется. Убрали — движение остановилось.
Поэтому недостаточно смотреть только на результат вмешательства. Важно, что после него осталось внутри самой системы.
Это может быть новое различение, критерий проверки, способ заметить ошибку, дополнительный вариант действия или возможность остановиться там, где прежний способ уже не работает. Человек может начать сам обнаруживать место, в котором потерял ход, проверять собственный результат и выбирать следующий шаг без нового внешнего указания.
То есть после хорошего развивающего влияния внутри системы остаюсь не я. Остаётся функция, которую раньше частично выполнял я.
Если раньше мне приходилось замечать ошибку за человека, а теперь он замечает её сам, изменилась не только сегодняшняя задача. Если раньше я говорил, правильно ли получилось, а теперь у него появился собственный критерий проверки, изменился уже способ работы. А если после сбоя он больше не останавливается в ожидании моей подсказки, а способен восстановить следующий ход сам, произошло нечто большее, чем ещё один удачный результат.
Изменилась способность строить следующие действия.
Развивающее влияние не делает человека лучше управляемым вами. Оно увеличивает его способность управлять собственными следующими действиями.
Из этого, конечно, не следует, что никогда нельзя брать управление на себя. Иногда ребёнка действительно надо остановить. Новичку бывает нужна жёсткая последовательность шагов. Клиенту может понадобиться внешняя структура, а сотруднику — готовое решение.
Вопрос не в том, брали ли вы управление.
Вопрос в том, что произошло потом.
Вернулась ли человеку возможность продолжать самому — причём теперь делать то, что раньше без вас не получалось? Или ваше присутствие постепенно стало постоянным условием того, что следующий шаг вообще возникает?
Можно долго быть необходимым именно потому, что мы действительно хорошо помогаем. Быстро замечать, точно объяснять, вовремя поддерживать, исправлять ошибки и каждый раз получать хороший результат.
А потом однажды выйти из комнаты и обнаружить, что вместе с нами остановилось всё остальное.
И тогда остаётся один довольно неприятный вопрос:
Что останется, когда меня убрать?
Андрей Бояркин
тренер НЛП, психолог
VK: vk.com/codenlp
Telegram: t.me/codenlpru