Случай на МКС
Металлическая обшивка Международной космической станции гудела своей вечной монотонной колыбельной — сложной симфонией систем жизнеобеспечения, охлаждения и отдалённого вздоха вакуума. Внутри воздух, очищенный и переработанный бесчисленное количество раз, имел слабый знакомый запах озона и тёплой электроники. Для Марка, американского астронавта, и Сергея, российского космонавта, эта стерильная среда была домом. Домом, балансирующим на грани между пустотой и вращающимся голубым шаром внизу.
Остров змей.
Доктор Артур Вэнс не презирал змей; он боялся их. Боялся их до глубины души, до дрожи в коленях, до кома в горле и леденящего кровь ужаса всякий раз, когда видел хотя бы картинку. От вида скрученного садового шланга у него по спине бежали мурашки. От одного слова его бросало в холодный пот. Это была иррациональная, изнуряющая фобия, тёмный уголок его тщательно упорядоченного разума, который наука и логика не могли осветить или развеять.
Электрический стул
Первое, что почувствовал Игорь, — это запах. Затхлый, пыльный, смешанный с чем-то металлическим и острым, словно старая кровь или озон после грозы. Затем пришло ощущение холода — не просто низкой температуры, а пронизывающего до костей холода металла и старой кожи. Он попытался пошевелиться, но обнаружил, что его запястья и лодыжки туго стянуты широкими кожаными ремнями. Паника вспыхнула мгновенно, обжигая горло сухим спазмом.
Хэллоуин
Послеполуденное солнце, водянисто-золотистое, просвечивающее сквозь голые ветви дуба, отбрасывало длинные танцующие тени на заросшую лужайку поместья Блэквуд. Сара разгладила передник своего потрёпанного джинсового комбинезона, любуясь результатом. Они с Беном потратили последние три недели на то, чтобы превратить старое поместье в нечто, напоминающее пригодное для жизни жильё, и хотя в нём всё ещё слегка пахло пылью и запустением, оно было их.