67. Есть две темки...
— Делягин! Ты когда заплатишь за аренду?! — выла на пять этажей в подвале одного из домов по улице Звёздной женщина, напоминающая своим видом разжиревшую крысу с багровой от негодования рожей.
— Кризис в стране, Марина Сергеевна, кризис, — пытался парировать безумные крики арендатор в грязной майке — Денег ни у кого сейчас нет, и…
— Артём, ты мне этим уже полгода по ушам ездишь! Завтра же выметаешься! — Марина Сергеевна была явно не в восторге, что арендатор ей по полгода не платит, только кормит пожилую женщину обещаниями — Будешь теперь разбираться с моим племянником, завтра он придёт за деньгами, приберись хотя бы! Развёл здесь бомжатник, придурок!
Арендодательница со всей злости хлопнула дверью и ушла, оставив владельца антикафе-лофта «У Тёмыча» с ещё большим количеством упавшей штукатурки со стен, чем прежде.
Теперь это точно был «полный лофт», как и его арендатор:
— И чего вот орёт? — буркнул Артём, оглядывая теперь уже голые кирпичные стены своего подвального антикафе, когда убедился, что Марина Сергеевна точно ушла — Ну, хоть сэкономил на снятии штукатурки со стен. До пятницы биток точно отобьёт все затраты…
И действительно: чем же только не был «У Тёмыча» в Суровске. Сложнее было сказать, чем же не был этот грязный подвал у Делягина в прошлом, пока он не продал всё ценное и не вложил в «биток» вместе со своей квартирой, ожидая пока всё вложенное не окупится. «У Тёмыча» в разное время был и промежуточным складом китайских товаров, и квест-комнатой, и даже обменником старых картриджей для приставок. Несчастный подвал пятиэтажки не был, наверное, только секс-шопом и то по чистой случайности, а не по закономерности.
Сами же жители Суровска больше всего знали «У Тёмыча», как ломбард, которым он совсем не являлся уже как год и изредка приходили к Делягину по старой памяти попытаться сдать ненужный хлам:
— Я же говорил, Голубев – открыто! — заглянул оценить масштабы бедствия какой-то плешивый алкаш — Тёма, магнитофон возьмёшь у поэтов за бутылку?
— Магнитофон не отдам! — вцепился в потрёпанную жизнью технику второй алкаш поразительно похожий на обезьяну.
— Фисташка, усунься! — крикнул из глубин подвала плешивому старикашке Делягин — Нахер мне не нужен твой сраный магнитофон! И так тут срач из твоего старья! Это антикафе, а не ломбард!
— Он мой! — разверещался Голубев не на шутку — Мой магнитофон!
— Ладно! Ещё приду! — сказал Фисташка и стал трясти за плечи своего собутыльника, ставшим с самым дорогим в своей жизни единым целым — Вот видишь, Валерка?! У тебя даже взять нечего!
Парочка алкашей неспешно удалилась. Делягин, припомнив наказ Марины Сергеевны, попытался прибраться, но быстро эта затея ему разонравилась:
— Сам уберётся, этот «племянник», пусть поработает… — прошипел Артём, бросил дырявый совок с драной метёлкой и сел за ноутбук смотреть на котировки битка — Хуй ему мой, а не деньги.
Биток неизменно падал уже полгода подряд, прямо с того момента, как по советам советчиков из интернета Делягин его приобрёл. Его курс падал вместе с его «бизнесами» и летел в самые тёмные закоулки чернейшей задницы. Советчики Артёма теперь уже давно советовали всяким лохам на форуме темщиков вкладываться в ИИ, то бишь в искусственный интеллект, ну или на крайняк в «Чёрный Контактный Центр», а он, познав «темщицкий дзен» верил до последнего, что единственный купленный биток точно окупится и отобьётся в 10 раз, какой-то непоколебимой религиозной верой.
Такой, что бывает только у неофитов, впервые познавших Господа – или у настоящих темщиков по жизни:
«Ну давай же, на взлёт…» — мысленно пытался заколдовать линию тренда Делягин на экране компьютера, выпучив глаза и отказываясь признавать в себе полного лоха, потерявшего всё. Так и проходили обычно дни темщика с момента покупки битка, за редкими исключениями, когда какой-нибудь гопник или алкаш по старой памяти приползали к нему в попытках сбагрить что-нибудь ворованное. Естественно, ни в каком антикафе они проводить время за деньги не собирались – суровские маргиналы даже понятия не имели, что это такое. Так что Делягин просидел за компьютером в одиночестве до поздней ночи в своём «антикафе-лофте-ломбарде», пока не отрубился.
На утро, только продрав глаза, хозяин антикафе обратил внимание, что биток не только не поднялся, но за ночь грохнулся ещё больше… А уже потом увидел неожиданно новое лицо в своём подвале:
— Странный какой-то ломбард, сукбля, — прогундосил странного вида парень с порога — Больше похоже на помойку с пивными палетами, а не на ломбард.
Делягину урод сразу не понравился. Гидроцефал с усиками девственниками и неестественно выкрученными локтевыми суставами наизнанку бродил по его антикафе с видом владельца, всё ощупывал своими уродливыми длинными пальцами и постоянно повторял «сукбля».
— Это антикафе так-то, — ответил владелец «У Тёмыча» уродцу в чёрной водолазке – И лофт…
— И антибизнес! — нагло перебил гидроцефал с красной от жары рожей — Ну и сколько, он тебе приносит с лоха?
— Ну… — задумался Делягин и назвал сумму от балды для конспирации — Пятьсот рублей в час.
— За то, чтобы поваляться в этом говне? Да таких ебанов просто не существует! — заключил уродец в водолазке и протянул свою выкрученную клешню Артёму — Тёма, сукбля, я режиссёр, как Кэмерон… Ну почти… Тебя как звать?
— Артём… — ответил Делягин, не зная, как пожать выкрученную и в кистевом суставе наизнанку тщедушную ручонку тёзки-уродца — Написано же на входе «У Тёмыча».
— А я думал, что это мне тётка на днюху подогнала такой царский подгон для моей будущей киностудии, правда она у меня не сегодня, сукбля! — заржал мерзким гоготом Тёма — Она, ты знаешь, у меня с прибабахом…
«Да наверняка, как и всё ваше семейство…» — подумал Делягин и кое-как пожал клешню явно недоразвитому.
— Но раз ты мой тёзка, — продолжил уродец — То это знак, сукбля. Денежный. Кассовый для моих фильмов.
— С деньгами у меня сейчас как раз-таки проблема, — как бы между делом произнёс Делягин.
— И как ты собираешься отдавать долги? — деловито поинтересовался Тёма.
— Да никак пока что, — мрачно ответил владелец «У Тёмыча» — Темка размутится и отдам. Попозже.
— Антибизнес у тебя всё же, как я и говорил. Деньги должны работать всегда, а твоё антикафе, как говорит мой режиссёрский глаз – хуйня полная, — самодовольно заявил уродец, зыркнув на Артёма слегка раскосыми подвыпученными глазками — Вот если бы ты порнуху здесь снимал какую-нибудь жёсткую, ну или лучше снимался, сукбля… Парень-то ты здоровый, подкаченный, без дефектов…
— Чего? — совсем не понял сказанного Тёмой ошарашенный Делягин.
— Да так, темки тут в большой и умной голове прорабатываю, мысли вслух…— ответил гидроцефал Артёму — Как ты будешь отдавать долги за аренду помещения моей тётке. Денег у тебя точно нет, у бомжа. Я на подвязках с порнобизнесом так-то, могу помочь, ну это, сукбля... Расплатиться по долгам.
— Так-то я ей 50 тыщ был должен за этот аварийный бомжатник… — в полном шоке заблеял Делягин — Ты чё?
— Ну, я не свою тетку ебать и предлагаю. У меня есть кого, если что, тебе понравится. Тётке Марине ты может быть и должен 50 штук, она лохушка в бизнесе, как и ты, не рубит нихера, — спокойно ответил Тёма и начал довольно пинать довольно большой кусок отвалившейся штукатурки по подвалу — А со мной так уже и все 150, ведь я владелец её помещения по договору аренды уже полгода как, сукбля, можешь сам проверить.
Делягин вспомнил, что перед Новым Годом арендодательница притащила новые бумажки условий аренды. Он тогда ещё был сильно пьян и не помнил, что же его так развеселило тогда в договоре. Достав его из-под слоя отвалившейся штукатурки, Артём вспомнил об этом на первой же странице: владельцем подвального помещения, что он занимал, значился Трахалин А.С.
— Ты правда «Тра́халин А.С.»? — проржавшись минут пять, наконец-то смог спросить Артём «Тёму».
—Траха́лин! — поправил темщика большеголовый и с гордостью ударил себя в грудь — И ещё какой!
Делягин от такого уродского перфоманса чуть не схватил сердечный приступ от смехового припадка, пока катался по грязному полу и собирал собой штукатурку.
А потом перечитал договор и ему сразу стало не до смеха: Трахалин не только каким-то образом вписал себя, но и изменил условия аренды так, что выходило будто он действительно должен не 50 тысяч, как было по условиям прежнего договора, а действительно 200.
— Что это за пункт про «невнесение арендной платы в течении 180 календарных дней»? — спросил у уродца в водолазке Артём.
— Да всё просто: всё твоё переходит мне по договору, а ты на добровольных началах становишься… — замялся Тёма — Как бы так помягче сказать – ну, чем-то вроде порноактёра моих фильмов и персонального раба пока не расплатишься, сукбля…
— ЧТО, БЛЯТЬ?! — Делягин схватил урода за грудки с жгучим желанием воткнуть гидроцефала башкой в кирпичную кладку — ПО КАКОМУ ТАКОМУ ПРАВУ?!
— Внимательней надо читать договоры аренды… — захрипел Тёма —Станешь у меня звездой, не обижу…
— ДА ПОШЁЛ ТЫ НАХЕР, ТРАХАЛИН! — взревел Делягин и, выдав чёткую двойку в челюсть уродца, вышвырнул его тело на улицу, как куклу.
После первого знакомства с «Трахалиным А.С.», Артём сразу же пошёл изучать вообще вероятность такого исхода событий в договоре аренды и восполнять недостаток своего школьного образования, путяги и армии в интернете. До истечения 180 календарных дней в договоре оставался, по сути, вечер и ночь до утра, но из запросов в поисковике совершенно не становилось ясно, возможно ли стать ли таким способом персональным рабом какого-то большеголового и явно озабоченного урода. Мнения пользователей «экспертов МылаРу» разделились 50 на 50: одни считали, что это решительно невозможно, и рабом в России можно стать только по приговору суда. Другие же, особенно один, самый крикливый, напротив вопили о священности договорных обязательств и вообще, идти в отказ полагающемуся Делягину рабству за неисполнение договора аренды помещения – «это вообще-то не по-пацански»:
— Блять, целый Интернет экспертов и ни одного толкового юриста… — вздохнул вслух пока ещё не порнораб, а владелец «антикафе-ломбарда-лофта» и вернулся следить за тем, поднимется ли всё же биток в этот вечер.
За стареньким ноутбуком Артём просидел в мрачном разочаровании до рассвета: за ночь его криптокопейки стали ещё большими криптогрошами. Даже если всё вывести сейчас (а эту мысль Делягин гнал от себя намного больше, чем непризрачную вероятность стать порноактером-рабом какого-то озабоченного гидроцефала с усиками), то в рублёвом эквиваленте с учетом всех трансферов – сейчас он еле-еле смог бы выковырять 200 тысяч рублей. Отдать весь биток, что у него был. Рабом в таком случае Артём не стал бы, но из суровского криптобомжа он бы точно превратился в просто обыкновенного. И вспомнив про цитату с форума про самую главную истину таких же, как и он: «темщик не был бы темщиком, если бы раздавал своё бабло всяким уродам» – наконец-то уснул.
Снился Делягину, как обычно, успешный успех: курс битка прорвал потолок исторического максимума десятилетия, его антикафе почему-то стало моднейшим местом для криптомиллионеров всего Суровска, а уродца Трахалина он сам посадил в клетку с голой жопой, как попугая на потеху публике…
— Сукбля… — сквозь сон услышал Артём уже знакомый гундосый голос и проснулся.
В его антибомжатник припёрся будущий владелец «у Тёмыча» вместе с какой-то опухшей от пьянства бомжихой в шубе с ближайшей помойки. На лице уродца не было ни следа от «двойки», хотя Делягин точно запомнил, что выдал её гидроцефалу на прощание так, что шея затрещала.
И совсем не из-за огромной башки:
— Ну что, проснулся, должник? — сказал убогий уродец Артёму, обнимая бомжиху за подобие ее бесформенной талии — Пора бы уже отрабатывать долги, не откладывай на завтра то, что можешь сделать сегодня. Раздевайся и начнём…
— Да с хуя ли? — с порога вспылил Делягин — Сам ебись!
— Ты всё не так понял, Артём, — ответил Тёма и показал видеокамеру —Напоминаю: я режиссёр, как Кэмерон. Говорил уже. В кадре я выгляжу не очень в своих фильмах…
«Да и в жизни – страх божий» — подумал Артём.
— Выгнать меня, владельца помещения, ты не можешь, у нас договор, сукбля, — продолжил гидроцефал и указал Делягину на вонючую бомжиху — А это Галя – главная актриса моих шедевров…
— Тариф ты знаешь, Тёма… — прохрипела бомжиха и смачно харкнула на грязный пол антикафе субстанцией неизвестного происхождения — С этим теперь? Ну, тут не меньше трёх рублей будет с тебя.
— Галя раньше была гостиничной проституткой, сукбля, в советские времена, пока не ёбнулась, — пояснил уродец для Артёма — И по привычке называет стоимость своих услуг ещё в тех деньгах, что меня категорически устраивает. Тебе же за съёмки я заплачу по сегодняшнему курсу в счёт твоих долгов, говорю же, сукбля – не обижу, а иначе...
Для Артёма в последние месяцы приход любых посетителей в его «антикафе» был неприятным событием, пока он ждал сутками прорыва у битка, но озабоченный племянник-режиссёр Марины Сергеевны вместе с сумасшедшей бомжихой, вечно живущей в сумраке перестроечного СССР – это было уже слишком:
— Я НЕ БУДУ ЕБАТЬСЯ С БОМЖИХОЙ!!! — бешено заорал он и, попытавшись выскочить из-за стола, больно и нелепо шлепнулся на пол.
Кто-то совсем отбитый на всю голову связал ему шнурки на кроссовках, пока Артём спал, и этот кто-то стоял сейчас перед ним:
— В этот раз тебе придётся постараться, чтобы меня покалечить, — пугающе заявил гидроцефальный, достал здоровенный нож, отложив видеокамеру, и облизал лезвие — Но я не чудовище…
«С этим я бы поспорил…» — мелькнуло в голове у перепугавшегося не на шутку Делягина, когда он заглянул в пустые и бездонные рыбьи глаза быстро надвигающегося на него с ножом режиссёра-гидроцефала «как Кэмерон» — «Таких больных уродов даже в дурках не держат…»
И от неожиданности увиденного Артём чисто случайно нащупал в пыли 10 рублей одной монетой под столом и, как настоящий темщик, тут же сцапал халяву:
— Слушай… — промямлил Делягин — А если я заплачу?
— Чем такой бомж может заплатить мне, кроме как натурой? — аж поднял свои кустистые брови от удивления гидроцефал.
— Битком… — начал Артём — Моя вторая темка, скоро полетит в гору, надо только подождать…
— Слушай, Делягин – нахер мне не нужны твои лоховские копейки! Был бы ты реальным криптомиллионером, а не бомжом, то не сидел в этом бомжатнике! — вспылил Трахалин и приставил нож ко рту Артёма — У нас договор – твой священный долг, а сливаться – это совсем не по-пацански!
«Что-то мне всё это напоминает…» — задумался Делягин и вспомнил вчерашнего эксперта с «МылаРу» под ником Tra4_Alien, который втирал ему про священность договорных обязательств с рабскими последствиями пацанской патетикой — «Бля… И как же я раньше не понял…»
— Эй, Тёма! А ты зубы поэтов золотые за бутылку принимаешь? — выкрикнул знакомый Артёму голос, а уродец отодвинулся от него и спрятал нож куда-то в глубины своих трусов и водолазки — Голубев, иди сюда! Ща опохмелимся!
— Фисташка! — крикнул Делягин, впервые обрадовавшись приходу алкашни и засел обратно за стол — Подходи, посмотрю.
Алкаши зашли внутрь, прошли мимо Трахалина с его бомжихой и подошли к Делягину. Фисташка держал одной рукой в зажиме голову своего дружка, а другой чернущие сахарные щипцы:
— Да нету у меня золотых зубов, Аристарх! — в страхе косился на щипцы Голубев — Давно уже все выбили!
— Вронский тебя не спрашивал, Примат! — огрызнулся на него Фисташка — Открывай рот, гад!
Валерка с неподдельным ужасом в глазах раскрыл пасть, обнажив весь свой кариес на публику – золотых зубов и правда не было:
— Тёма, выбирай какой тебе надо, и я его быстро отчекрыжу, — сказал Делягину Фисташка и предупредил — Но только за бутылку!
— Эх, Вронский… — покачал головой Делягин — И вправду нету никаких золотых зубов у твоего дружка.
— А я тебе говорил, Аристарх! — прокряхтел Голубев и попытался вырваться из зажима Вронского — Отпусти!
Самого Вронского, чьи трубы не просто горели, а уже плавились на летней жаре такой исход попросту не устраивал:
— Молчать, Валерка! — приказал своему дружку, как собаке, поэт-алкаш и начал угрожающе клацать сахарными щипцами — У поэтов все зубы золотые! Ну, из этих… Из оставшихся!
Между делом Делягин заметил, что алкашей пристально разглядывает уродец-режиссер:
— Аристарх, а ты никогда не хотел быть актёром? — вдруг поинтересовался у Фисташки Делягин.
— Я? Я всегда мечтал быть кумиром миллионов! — без ложной скромности заявил Вронский — Но в поэзии! И без порнухи всякой!
— Но все известные поэты начинали с какой-то порнухи… — ответил алкашу Артём — Например, Рембо…
— Артур? — неподдельно удивился Фисташка.
— Ну да, Джон только. Ну так ты согласен?
— Согласен! — закивал головой алкаш — Но только за бухло!
— Трахалин! Кажется, у тебя появился актёр вместо меня, — сказал уродцу Делягин — Твоя темка. Всё по-пацански.
— Эй! Вронский в говне не снимается, если на то пошло! — сходу начал сразу же гнуть пальцы Аристарх, словив звёздную болезнь ещё не начавшегося успеха — Минимум 5 бутылок водки на съёмочный день, и на опасные сцены берите Голубева – он мой вечно второй! Его не жалко.
— Ну, хер знает, сукбля… В счёт твоего долга такое не пройдёт, но групповуха – это намного интереснее для меня, ведь это масштабней, будет практически, как у Кэмерона… — задумался уродец и почесал свою гидроцефальную башку — Галя, ты в деле?
— Так… — задумалась бомжиха и чётко выдала ответ — С двумя это всё будет стоить не менее 6 рублей…
— Шесть рублей – это слишком большие деньги, Галя… — начал торговаться с бомжихой режиссёр будущего шедевра — Ты подумай…
— Плачу 10, и ты делаешь это с алкашами на улице! — перебил Трахалина Делягин и кинул десятирублевую монету бомжихе прямо в руки — Выметайтесь отсюда!
— Всегда бы так! — радостно гаркнула Галя и, схватив под мышки Голубева и Вронского, оттолкнула Трахалина и заскакала вприпрыжку с алкашами на выход, как самка бабуина.
— Камеру не забудь, «Тёма»! — злобно прошипел Делягин уродцу.
В этот раз Артёму захотелось начистить гидроцефальное рыло раз и навсегда:
— Эй! Я вооружён! — зашипел Тёма, пытаясь вспомнить, куда он спрятал нож, когда припёрлись два алкаша — А ты обездвижен, сукбля. Я контролирую ситуацию на съёмочной площадке, я всё предусмотрел, я режиссёр…
«И долбоёб…» — подумал про тщедушного уродца Артём, разулся и подскочил к уродцу. Первым же ударом дырявого на пятке носка в ухо горе-режиссёр был отправлен своей огромной башкой в стену, вторым ударом кулака в висок Трахалин ушёл руководить съёмками в бессознательное состояние. А третьим движением рук тщедушное тело уродца вместе с его видеокамерой было выброшено на улицу – снимать своё кино на суровской натуре с алкашами и Галей, экшн-сцена которого кипела в самом разгаре:
«Ну и мерзость, бля…» — подумал Делягин, когда увидел, что бомжиха честно «отрабатывала» свои деньги на улице под мужицкие визги алкашей. Возможно, она была старой и сумасшедшей проституткой, но совсем не темщицей, поэтому честно отрабатывала свои заработанные 10 рублей с Голубевым и Вронским. Берегла свою бомжацкую честь, так сказать.
Криптобомжацкая же честь Делягина приказала ему точно проверить, что он точно запер вход в «У Тёмыча» на ключ, а не как вчера. А то ходят тут всякие Трахалины и шнурки связывают на единственных кроссовках. Затем забаррикадироваться… И снова мечтать, что этим вечером биток поднимется. Сегодня он и правда попытался. Криптокопейки Делягина сперва уверенно росли, но стоило только криптобомжу отвлечься на пожрать бичпакетов – как вечером они тут же упали на свой исторический минимум за 10 лет, теперь их можно было не то, что наскрести 200 тысяч некрипторублей, а еле-еле на 50:
— БЛЯ! — взревел Артём, расплёвываясь просроченной лапшой на весь подвал — ДА КАК ТАК-ТО?!
Только эксперты на форуме темщиков обнадёжили:
«Наконец-то биток вышел на плато, ща как попрёт!!!))))))» — написал с кучей восклицательных скобок особо уважаемый Делягиным криптотемщик на форуме — «Сигнал!)) Не ждём, а готовимся!!!!!))))»
«Ну хоть какие-то хорошие новости,» — внутренне облегчённо выдохнул Артём и загипнотизированный линией тренда принялся пялиться на экран компьютера — «Рабочая темка, рабочая…»
Из сладостных фантазий по поводу предстоящего большого успеха после череды неудач Делягина вырвал стук в дверь. Сначала он был негромким, но потом стал настойчивым настолько, будто кто-то лупил по железному входу «У Тёмыча» из пневматического отбойного молотка:
— Да кто это, нахуй… — пробурчал Артём, нехотя отлип от экрана компьютера и пошёл разбирать свои баррикады — Ну если это Трахалин на ночь глядя…
Открыв все же дверь, Делягин увидел растрёпанную бомжиху Галю в своей драной шубе:
— Пришла вернуть 4 рубля сдачи… — прохрипела она и протянула несколько почерневших ржавых рублевых монет мужчине — Первый скорострелом оказался, а вот со вторым пришлось повозиться. Он, похоже, импотент, но ничего – и не таких обслуживали…
— И ты так ломилась ко мне их вернуть? — удивился Артём.
— Ну да, — ответила Галя — Ну, если хочешь, то можем развлечься и…
— Не хочу! — наотрез отказался Делягин от предложения и от денег — Можешь на все деньги со своим Трахалиным обтрахаться!
— Ну раз так, то рубль всё равно возвращаю, — недовольно хмыкнула Галя и силой всучила Артёму рублёвую монету — Я честная женщина…
— Ебущаяся за копейки с алкашами и уродами? — не выдержал Делягин и прыснул со смеху — Ебанутая?
— Уж не тебе меня судить, темщик! — резко взвинтилась бомжиха и попёрла буром на Артёма — И надо мною смеяться! В отличие от тебя я деньги честно зарабатываю. В отличие от вас, криптобомжей, я-то настоящая бомжиха – вы-то вечно думаете, что отыграетесь! Что у вас что-то поднимется, раскрутится, зацветет, запахнёт, заэрегирует – но у импотентов ума никогда ничего не подымется, как ты это не дрочи! Ты живешь в подвале, как я, жрёшь хер знает что, как я! Занимаешься еще более гнилыми вещами по жизни, чем я! Ты бомж, но бомж с претензией! Кто из нас безумней – большой вопрос!
— Э-э! Спокойно… — стушевался Делягин от пронзительной тирады и напора старой проститутки — Ладно, был не прав, признаю.
— Эх, молодёжь… — проворчала Галя — От признания неправоты ничего в этом мире не меняется. Завтра к тебе заявится Тёма с Рахметом «выбивать долги». Трахалин после того, как ты его отделал... В общем, он, когда пришёл в себя, теперь вообще думает, что тебе участвовать в обычной порнухе не нравится, потому что ты голубой, а Рахмет…
— ЧТО, БЛЯ??! — заорал в бешенстве и страхе Артём — Я НЕ ПИДОР!!!
— Да? А по мне как раз-таки пидор конченый, — ответила Галя и поправила бюстгальтер — Но не голубой. Тупой до невозможности пидор…
— Ты че, бля!? — разорался Делягин и схватил бомжиху за ворот шубы — Ты охуела, шлюха!?
— Ещё невоспитанный и необразованный, — спокойно продолжила Галя — Уж не знаю, какие там у тебя дела с Тёмой…
— Вот такие! — Артём схватил договор с Трахалиным и кинул в морду бомжихе.
Галя взяла один из листов и начала смеяться:
— Ну тогда точно тупой пидор! — подытожила старая проститутка, уже сама содрогаясь от смеха — Ещё и лох! Ты вообще понимаешь, что здесь даже подписи твоей нету? Я уже не говорю о том, что такого нелепого договора не составляли даже бандиты в девяностые, когда у меня квартиру в Суровске отжимали…
Бомжиха посмотрела на Делягина, как на полного идиота, и начала отчитывает его строгим тоном:
— Я хрен знает, на каких условиях ты занимал этот подвал до этой филькиной грамоты со своими темками, но в многоквартирном доме подобная собственность, пусть даже если твоя халупа имеет отдельный вход – попросту незаконна. Этому дому под сраку лет, он ещё поди Сталина живым знал, и его подвал не может являться чьей-то частной собственностью, только общедомовой. Ты бомж, Делягин, а твой бомжатник – ничей, общий, понимаешь? Выгнать тебя отсюда мог любой мент по заявлению от жильцов, просто никто не захотел, многие думают, что здесь ломбард. Ну и рабство… Рабство, Делягин! Ты что вообще нигде не учился?! Да ты даже безумней меня!
— А как же бизнес? — замямлил Артём.
— Мда… — Галя многозначительно вздохнула — А ты являешься частным предпринимателем? ООО? ИП?
— Ну значит и бизнеса никакого у тебя тоже нет, Делягин, — бомжиха мельком взглянула на экран компьютера и вытаращила глаза.
— В этом ты точно ошибаешься, бомжиха! – огрызнулся в ответ Артём.
— Может быть и ошибаюсь, всё же я не криптобомжиха, — шокировано произнесла Галя — Но походу твой биток всё же пошёл в гору, и у тебя уже больше 10 миллионов…
— Чего… — не поверил свои ушам Делягин, а после уже не поверил своим глазам — НИХУЯСЕ!
— Ладно, пойду я к Трахалину, — вдруг спешно засобиралась Галя — Раз от тебя заказ получила. Не забудь смазать жопу вазелином!
— Чё это? — вернулся с небес на землю Делягин.
— А ничё. Ты-то может быть и не голубой, но Рахмету на это наплевать, он у Трахалина самый настоящий боевой гомосек и мой конкурент. — зевнув, сказала бомжиха перед тем, как уйти — Утром придут, прощай.
Делягин закрыл дверь «У Тёмыча» на замок и заново забаррикадировался, в этот раз ещё сильнее. Весь мусор с палетами и скарб из подвала скидал к единственной входной двери в помещение. На тщедушного Трахалина Артёму было наплевать, уродца раскидать можно было в пару тычек. Удивительно, что такой инвалид так быстро восстанавливался… Гены, что ли? А вот имя «Рахмет» у него вызвало глубокое чувство беспокойства. Он даже подумал, что бомжиха не врала… Во всём, кроме битка – он всё-таки начал ночью бешено расти в цене:
— Ничё, прорвёмся… — полусонный бормотал Делягин, уставившись на поднимающуюся почти вертикально линию тренда криптовалюты, перед тем как вырубиться — И с «Трахметом» Трахалина справлюсь… Пизды дам пидорам…
Проснулся темщик от звука, будто бы в его антикафе взорвалась граната: кто-то мощным ударом очень тупым предметом практически снёс железную входную дверь в его «антикафе-лофт»:
— Билять! — выругался кто-то нерусский — Голова…
— Выходи, Делягин! — и тут Артём снова услышал гундосый голосок Тёмы — У нас с тобой договор!
— В жопу его себе засунь, Трахалин! — заорал в ответ Делягин — Твой договор – полная хуйня. Денег у меня нет, я бомж! Иди нахуй!
— Э-э, свыш, Тёма?! — возмутился Рахмет и попытался просунуть голову через почти вскрытый собственной башкой дверной проём и увидел Артёма — Я бомжей не ебу, если что!
Если один из вечно наведывающихся к Делягину алкашей напоминал ему шимпанзе, то здоровенный Рахмет походил на перекачанную и волосатую гориллу, влетевшую головой прямо в дверь его антикафе с неведомых для темщика гор Кавказа.
Такого здоровенного «гоминида» с пару тычек Артём не смог бы ушатать даже при всём своём желании, хоть утыкайся:
— Да всё он гонит, Рахмет! — успокоил его уродец и крикнул Артёму —Мы пришли тебя ебать до потери сознания, пока не скажешь пароль своего криптокошелька! Может договор мой и хуйня, но Галя мне сказала, когда пришла со мной ебаться, сколько у тебя на ноутбуке битков. Вот она честная женщина, в отличие от тебя...
«Вот шлюха!» — подумал Делягин.
— Э-э, билят! — Рахмет был явно недоволен таким положением дел — Я на групповуху не соглашался, нахой! Только я буду ебат!
— Только ты, Рахметушка, только ты, — успокоил своего дружка Трахалин — А я снимать! Я режиссёр, спокойно.
Рахмет ещё раз вытаращился на Делягина и его глаза наполнились кровью:
— ВЫИБУ, СУЧКА ДРАНИНА! — прорычал гомогигант и вытянул свою башку из погнутой металлической двери — ВСЯ ЖЁПА ПАРЬВУ!
От сказанного гориллой вся решимость Делягина дать пизды «пидорам» резко куда-то укатилась в то место, куда по итогу решительно нацелился Рахмет на улице.
Разбежавшись, горец ещё раз мощно влетел в металлическую дверь башкой с невероятной силой:
— ЖАХАРЬБИЛЯ!!! — чудовищно взревел что-то на своём огромный подручный Трахалина.
И одним махом снёс собой металлическую дверь с петель вместе накиданными Артёмом баррикадами из пивных паллетов и прочим барахлом, завалив мусором темщика.
— Ну что, обосрался, Делягин? — прогундосил радостный Тёма — Отдавай ноутбук!
Артём лежал под грудой мусора обхватив руками чудом спасшимся ноутбук с криптомиллионами после лобовой атаки Рахмета на «антикафе» и не шевелился. Рёбра болели так, что казались сломанными, в ягодицу воткнулось что-то острое, но темщик не издал и писка, всеми силами пытаясь притвориться мёртвым.
— Эй, сукбля! Ты где? — трахалинская радость быстро сменилась раздражением — Рахмет, искать! Я пока камеру настрою…
— Э-э, биля! Охуель?! — возмутился горец на режиссёра-уродца, держась за разбитую голову — Я тебе не собака, нахой, искать! Я УОЛК! САМОГО ЩА ВИИБУ!
— Спокойно, Рахмет, место! — приказал Трахалин.
Его «Трахмет» успокоился, но искать Делягина всё же не стал. Уродец начал самостоятельно копошиться по завалам, но был слишком тщедушен и слаб разобрать хотя бы один из них, поэтому только кряхтел и повторял «сукбля».
Делягин же пытался вытащить «занозу» из своей задницы. Ей оказался нож, что вчера притащил с собой гидроцефал вместе с бомжихой. От осознания вчерашнего дня, но больше после того, как вытащил ножа из ягодицы, Артём невольно издал стон и тут же был обнаружен Трахалиным:
— Вон он, Рахмет! — указал на нужный завал уродец — Еби!
— ЕБАТЬ ВСЕХ ПИДОРАСОВ! — издала свой боевой клич гомогорилла и вытащила одним движением темщика вместе с ноутбуком из-под горы обломков.
— Камера! Мотор! — орал экзальтированный Тёма с включённой видеокамерой — Начали!
— А-А-А-АБЛЯ!!! — заорал Артём и со всей силы воткнул в бедро Рахмета нож.
— СУЧКА ДРАНИНА! — взревела гомогорилла и выпустила Делягина из своих лап — Я ТВОЙ ЖЁПА НАПАПАЛАМ ПАРЬВУ, ПИДАРАС!
— Он порвёт, Делягин! — хохотал Трахалин, как заведённый, снимая всё происходящее на видеокамеру — Отдавай ноут!
— Я НЕ ПИДОР! — орал мечущийся от страха и Рахмета Артём — Я НЕ ПИДОР!!!
Но довольно быстро был загнан мощным телом горца в угол. Впервые Артём почувствовал на себе чужой эрегированный член, но пока ещё под одеждой:
— ЧТО ТЫ ЗА ЧЁРТ ТОГДА НАХУЙ, Э-Э?!!! — ревела от боли и негодования отделившая от Кавказа гора мышц что-то совсем непонятное — ГОВОРИБИСТРАБИЛЯ!!! АТЫБУМАМАНЕУЗНАЕТ!!!
За долгие годы темщевства к Артёму пришла неожиданная, глупая и идиотская мысль, что вообще не предполагала никакого спасения от разрыва очка членом «Трахмета»:
— ДА Я БОМЖ, НАХУЙ!!! — заорал он от страха на той же громкости, что и Рахмет, и со всего размаху разбил свой ноутбук вдребезги об пол — ВСЁ!!! БОЛЬШЕ У МЕНЯ НИХУЯ НЕТ!!!
— Биля, бомжей я не ебу, нахой, — на удивление спокойно и даже разочарованно сказал он —Только пидоров.
— РАХМЕТ!!! — рассвирипел Трахалин за видеокамерой — ХУЛИ ТЫ СПОКОЙНЫЙ ТАКОЙ??!
— Он воняет, как бомж, живёт в подвале, как бомж — он бомж! — ответил Тёме без своего долбанутого акцента успокоившийся и разочарованный горец и сказал Артёму, протянув свою лапищу — Прости, брат, обознался.
— Да ничё, бывает, — машинально пожал руку горилле Делягин больше от неожиданности, что горец способен говорить нормально.
— ДА ОН ПИДОР САМЫЙ НАСТОЯЩИЙ, РАХМЕТ!!! — разорался на свою гомогориллу уродец — КРИПТОБОМЖИ – ПИДАРАСЫ!!! ЕБИ ЕГО!!!
— ДА Я УЖЕ ОБЫЧНЫЙ БОМЖ, ТРАХАЛИН, ЗАЕБАЛ! — не выдержал Артём — ВОТ ВСЕ РЕЖИССЁРЫ – ТОЧНО ПИДАРАСЫ!!! ВОН ОДИН С ВИДЕОКАМЕРОЙ СТОИТ!!!
— Биля, точно… — пробормотал Рахмет, а после развернул свой гомоэротический раж уже на Трахалина — СУЕТУ СВОЮ ПИДАРАСТИЧЕСКУЮ НАВОДИШЬ, СУКА Э-Э?!!
— Рахмет, ты чего? — Тёма стоял с видеокамерой и мямлил — Не будь чуркой тупорогим...
— ВИИБУБИЛЯТЬ!!! — взорвался Рахмет и бросился на тщедушное тельце режиссёра — ПИДОР!!!
— РАХМЕТ, СУКБЛЯЯЯ!!! — орал от боли Трахалин — КОНЧАЙ, БЛЯТЬ!
— ЖАХАРБИЛЯТЬ!!! — взревел от наслаждения его «Трахмет».
И Артём бросился бежать из своего подвала. Он бежал настолько быстро, насколько вообще был способен. Бежал настолько долго, пока не рухнул без сил где-то возле какого-то ручья далеко за городом.
Делягин не мог отдышаться. То, что он увидел всего краем глаза в подвале навело на него такого страху…
— Ну что, уже выебали? — неожиданно поинтересовался хриплый знакомый женский голос — Это в первый раз только так страшно…
Это была Галя, что стирала свои панталоны в ручье чуть дальше по течению:
— Нет же! — ответил бомжихе Артём.
— Отдал, значит, свои криптомиллионы? — спросила старая проститутка.
— Я разбил свой ноут вдребезги… — ответил ей Артём.
— Это значит, что отдал? — вздохнула Галя.
— Да с хуя ли, бомжиха?! — расхохотался валяющийся на травке Артём — Темщик не был бы темщиком, если бы раздавал своё бабло всяким уродам. Всё хранится в блокчейне!
— Да чего тебе понимать-то, бля, старая шлюха! — огрызнулся на Галю Артём — Криптомиллионы всё ещё принадлежат мне, надо только новый комп раздобыть и заживу.
— А, вот теперь поняла, — ответила бомжиха криптобомжу — Вы, темщики – те ещё пидоры...