60. Ночь Рождения всех Жужелиц.
Виктор Иванович в полном изумлении осматривался, сидя в каталке посреди последнего пристанища «Валерия Валерьевича». Его хозяин-мумия скончался не менее десяти лет назад и напоминал своими останками больше иссушенную, вяленую и почерневшую плоть старой обезьяны по недоразумению, забытую в легкосплавных титановых и бериллиевых оболочках экзоскелета. Личное убежище Голубева напоминало собой ангар безумного ученого, двинутого на технологиях: огромное количество всевозможных экранов в сыром виде передавали потоки отладочной информации, по полу были разбросаны детали различных роботов и станков, микрочипы и совсем что-то невообразимое из электроники, вроде углеродных кристаллических накопителей и органических процессоров. Несмотря на весь царивший хаос, явно созданный самим хозяином в последние мгновения своей жизни – роботы и компьютеры в едином порыве продолжали заниматься тем, для чего они были созданы, создавая абсурдную иллюзию жизни… Будто бы ничего и не произошло.
Спичка чувствовал себя жалким питекантропом, оказавшимся в гостях Мертвого Технобога и молчал под звуки штатно работающих систем:
— Так что вы хотели узнать у нашего Создателя, Валерия Валерьевича Голубева? — спросил Старика роботушканчик.
— Всё… — наконец выдохнул Спичка.
— С этим могут возникнуть сложности, — начал забавно крутиться вокруг своей оси дрон на колесиках и сканировать помещение — Мои системы говорят, что пользователь «Валерка» сейчас в сети через главный нейроинтерфейс, но…
— Он мёртв, ты говорил, — перебил робота Старик — И, надо отметить, капитально мёртв.
— Ничего не понимаю, — запричитал роботушканчик — Но пользователь «Валерка» здесь, подключен к основному серверу. Где он?
Маленький роботушканчик начал метаться по всему помещению в поисках Создателя «Мечты» и не заметил, как врезался в стоящий экзоскелет с останками Голубева. Вдруг неожиданно скелет начал дергаться с мумией на борту и схватил повалившегося дрона:
— Что за… — только успел произнести Спичка.
— Неавторизованное подключение к системам жизнеобеспечения, — произнёс роботизированным женским голосом через динамики экзоскелет, держа визжащего от ужаса роботушканчика — Данные биометрии не совпадают, пожалуйста покиньте систему жизнеобеспечения, иначе произойдет немедленная блокировка соленоидов и сервоприводов, и вы будете немедленно уничтожены...
Голос системы показался Виктору Ивановичу смутно знакомым.
— Да блять, жестянка! Я уже мёртв! — срался через те же динамики с экзоскелетом другой, более естественный мужской хриплый голос — Ну, засох ещё слегка… Я тебя создал!
Мужской голос Старик не помнил, но сразу же понял: это Голубев.
— Валерка! — перестал верещать роботушканчик услышав голос своего Создателя, и радостно объявил — Живой!
— Блокировка экзоскелета включена после пяти неудачных попыток входа, — сказал женский робоголос матерящемуся своему Создателю и экзоскелет застыл в движении — Живой материи взломщика не обнаружено. Спящий режим.
Виктор Иванович дотронулся до экзоскелета, чтобы было вытащить маленького робота из лап большого, но он почему-то одобрительного пискнул и сам разжал кулак с «роботёнком».
— Да чтоб тебя… — проворчал голос Голубева из динамика своего экзоскелета — Не даёт повеселиться, подожди – включу «Старый Телевизор»!
Включился главный экран – Виктор Иванович вообще подумал, что это просто странная выпуклая стена, метров на 30 в длину. Помещение озарилось сильнейшим белым светом, отдающим в желтизну – и Спичка зажмурил глаза: оказалось, что стена выпуклая из-за громадной линзы Френеля. Свет слепил даже через закрытые глаза, а матрицы оптопротезов ушли в защиту, электрически выключившись. Создатель «Мечты», по-видимому, до последнего не хотел надевать очки или менять свои практически слепые глаза на что-то более подходящее и совершенное.
— Подожди немного… Сейчас отрегулирую яркость – всё для себя делал, Витька, всё для себя. Без тела, как без рук. Дай хоть посмотрю на тебя…
Слепящий свет постепенно угас, а оптопротезы Старика пришли в норму: помещение уже не освещала Сверхновая Звезда, работающая со сваркой. Наконец-то он увидел Голубева – и не понял, кто это…
— Какой же ты старый, Спичка! Как большой палец после ванной! — воскликнул молодой человек с видеостены — Никогда бы не подумал, что доживу до этого! Ах да, точно – не дожил… Здравствуй.
Кресло под Виктором Ивановичем начало жить своей жизнью и прощупывать тело старика, а потом недовольно пропищало.
— Мы вообще знакомы? — спросил Спичка у «Валерия Валерьевича».
— Да давно ещё, — отмахнулся от Старика Валерка, его больше интересовал писк кресла — Что там говоришь? Что значит «Поражение 80% головного мозга, почти труп»? Я твою морзянку уже забыл, как страшный сон, МРТ-4! Передай лучше по Нейрокому мне. Живее!
— Я ничего не помню, — сказал Витька видеостене, чувствуя себя полным дураком — Вообще.
— Ну, меня-то ты явно не узнаешь… А так? — молодой Голубев превратился в алкаша с мордой, как у обезьяны, в одних семейных трусах.
— А «её»? — и Валерка превратился в худенькую женщину лет 30 с острым лицом и бирюзовыми глазами, с опаской косясь почему-то на маленького робота, что задумчиво засмотрелся на изображение женщины.
— ДДК-1, ты можешь сшить для нашего гостя одежду? — спросил у маленького дрона его мертвый создатель — А то вид обнаженного старческого тела в тряпках напоминает мне о собственной кончине. Хорошо же быть Цифровым…
— Разумеется, Наш Создатель, — ответил роботушканчик — Только это займет время…
— У нас оно есть, — сказал Голубев, улыбаясь со своей видеостены маленькому роботу на колесиках — Целая жизнь. Его.
— Будет сделано, — отрапортовал роботёнок и укатился из помещения.
Как только робот скрылся, Валерка тяжело вздохнул и горько отметил:
— Только у нас его нет, Спичка. А в шапке? — и женщина надела черную шапку с ушками — «Ю.» любила ее как самое дорогое, что у нее было. Но больше всего людей, хоть я никогда не понимал её в этом.
— Нет… — ответил Спичка и внезапно почувствовал, будто его мозг прошило молнией насквозь, а он вернулся в прошлое.
«Все же ты рыцарь, Витя, не киборг,» — улыбнулась ему из далёкого прошлого девочка в черной шапке: она зашивала игрушечного тигра где-то совсем в другом, старом мире — «Рыцари идут до конца и не ломаются в своей битве. Они люди. Только человек способен идти в своем хорошем или своем плохом до самого конца, даже если где-то по дороге он и сломается. Людей нельзя сломать полностью в их стремлениях, и я очень хочу в это верить…»
«А роботов я ремонтировать не умею, только шить, ты уж меня извини. Так бы тоже починила...»
— Жу… — машинально пролепетал Старик, а из его глаз потекли слёзы — Жа…
— Ну, всё ясно. Ты совсем ничего не помнишь, — ответил «Создатель Мечты» и, приняв свой привычный облик, продолжил о чём-то переругиваться с робокаталкой — А ты говоришь «80%»! Да тут все 95! Ну, часов 12 у нас есть…
— На что? — совсем не понял ответа Спичка.
Вообще Мёртвый Технобог его уже начинал раздражать, разговаривая со всеми кроме него. Было что-то в нем такое знакомое и крайне отторгающее для Виктора Ивановича, но непонятно что.
— До твоей гибели, Спичка, — сказал, как отрезал, Валерий Валерьевич — МРТ-4, конечно, каталка со сбитыми сенсорами по жизни, но диагнозы ставит лучше меня. Я всё же не врачом при жизни был – у тебя мозг практически полностью отравлен грибными спорами. Какие-то робоконовалы провели тебе цифровую лоботомию, думая, что у тебя там органический процессор вместо человеческих мозгов. Удивительно, что ты вообще жив и способен в рассудочную деятельность. То, что ты ничего не помнишь – это так, лёгкая простуда. Сопутствующий ущерб медицинского чуда.
— Я и так очнулся, как после смерти, — съязвил Виктор Иванович — Так может потрудишься объяснить, что здесь нахер произошло?!
— Не успею, — заявил Голубев и нахмурил свой виртуальный лоб с экрана — Да и ни к чему, ты все равно умрёшь глупым и мясным мешком – нужно 96 часов на краткий экскурс в историю, но у тебя их осталось меньше 12. Вот если бы ты знал, где «Технодром», чтобы подключиться к его источникам питания, а так…
— Чего? Какой «Технодром»? — спросил Виктор Иванович.
— Да, так, ты всё равно ничего не помнишь, а значит не знаешь… Совсем дебил на старости лет мясной стал…
— КАКОЙ ЕЩЁ, БЛЯТЬ, ТЕХНОДРОМ?! — вдруг неожиданно вышел из себя Спичка и заорал на самодовольного виртуального гусака с экрана — ДА Я, БЛЯТЬ, ДАЖЕ НЕ ЗНАЮ, ГДЕ НАХОЖУСЬ ВООБЩЕ И ЧТО ПРОИЗОШЛО! ИДИ НАХУЙ СО СВОИМ ТЕХНОДРОМОМ!!!
— Технодром для Технобога, Третий!! — с экрана расхохотался на Старика Валерка — Ладно-ладно, извини – я совсем разучился разговаривать с Мясными после того, как умер – всё же в цифровом бессмертии очень легко забыть кто ты, а главное: что ты. Очень краткая история подойдёт?
В последнее пристанище Голубева въехал роботушканчик. Он держал сшитые им штаны, что тащились за ним по полу:
— Наш Создатель, я сшил штаны для вашего дорогого гостя, — пропищал роботёнок.
— Молодец, ДДК-1, ты быстро, — похвалил его Валерка — Оставь на полу, а МРТ-4 его переоденет
Маленький робот укатился, а манипуляторы медицинского робота в два счета нацепили на Старика штаны, хоть Виктор Иванович попытался было воспротивиться наглому самоуправству «каталки»:
— Хорошо, что ты не помнишь, почему ты Спичка, — усмехнулся Голубев с экрана — Так бы ни за что дальше не поверил мне. Штаны оборудованы калоприёмником, а то МРТ-4 задолбал мне слать сообщения по Нейрокому, что ты его всего изгадишь, когда умрёшь. Ну так что, повторяю: очень краткая история подойдёт?
— Подойдёт… — прошипел Виктор Иванович в экран.
После «переодевания» он чувствовал только стыд и унижение всего оставшегося человеческого в нём, хоть чётко и не понимал, опять же: «Почему?».
— Тогда слушай и не перебивай, мой рассказ будет походить на бред сумасшедшего, — сказал Голубев — Все вопросы на потом.
И принялся рассказывать Спичке о том, что к Первой и Последней Ядерной Войне человечество в край отупело и охерело. В 30-е годы XXI века главы практически каждой банановой республики обзавелись своим ядерным вооружением, насмотревшись трендов из социальных сетей и прочих приложений с дебильными танцульками. Каждый хотел заиметь себе бомбу из тренда «тик-така» – но не обычную, а с RGB-подсветкой и «хайповой музычкой подлёта». Чтобы готовила банановый раф – и несла в себе не менее мегатонны в тротиловом эквиваленте. Вскоре подключились к тренду денежные мешки и знаменитости: всем хотелось быть на хайпе. Ядерные боеголовки превратились в очередной треш-ток, люди перестали их бояться – а индусы с китайцами снизили стоимость одной боеголовки до парочки «айфоунов» или подержанной иномарки. Те, кто был победнее, тот покупал себе подделки с телевизором и радио – и с запалом как у петарды.
А война началась еще тупее, из-за челленджа: «подкинь бомбу другу»:
— Это самое тупое, что я когда-либо слышал, — перебил рассказ Голубева Спичка.
— Добро пожаловать в будущее, — ответил Голубев и продолжил свою историю.
Началом войны, уничтожившей все человечество на протяжении нескольких лет, послужила лишь горстка дегенератов-инфлюэнсеров, что по цепочке подрывались на ядерных боеголовках – или подрывали своих «друзей». Где-то китайцы с индусами втюхивали петарды с ядерными отходами, т. н. «грязные бомбы», а где-то просто просрочку своих военных запасов. Люди как оголтелые в истерии невиданного доселе идиотизма по всему миру ожидали прихода нового и прекрасного Постъядерного Будущего, где можно будет «не работать на дядю». Цепной реакцией после накрыло и «дядей», и тех, кто владел настоящими полновесным ядерным арсеналом. Слово за слово, кровь за кровь – и так за 10 лет человечество превратило поверхность планеты в непригодное для любой жизни место:
— Я поторопился с выводами – вот это самое тупое… — горько вздохнул Виктор Иванович, и его посетила новая «вспышка памяти».
«Мир вообще слишком часто сходит с ума,» — говорила ему в проявившемся воспоминании уже знакомая девочка, которую он называл Жужей — «Порой, кажется, что ты посреди бескрайнего моря, отчаянно барахтаешься в его пучинах, пытаясь не захлебнуться в его водах, как какая-то маленькая букашка на тонком прутике посреди океана чьих-то страстей…»
— … Ну-с, управился всего за 2 часа, а насчитал ты мне 96, МРТ-4! – бахвалился перед робоколяской Голубев — Доверишься вам, роботам, а вы все время врёте своему Создателю… Вопросы?
— Это точно правда? — засомневался старик — Больше похоже на дешёвую телевизионную сенсацию.
Что-то внутри Спички по-прежнему протестовало с представленной Голубевым картиной прошлого.
— Весь мир прежде состоял из таких дешёвых сенсаций, Третий, — сказал Валерка с экрана — Учил тебя жизни, учил…
«Дебил ты, Спичка…» — промелькнул в голове уже знакомый Виктору Ивановичу мерзкий детский голосок, и он вгляделся в мумифицированные почерневшие останки бывшего владельца. Кого-то он точно напоминал, особенно его запах. Мумия слабо пахла чем-то до боли знакомым и отвратительным.
— А что это за Грибная Башка над нами? — спросил Старик у Голубева — Говорит, что она какой-то Великий Вронский.
— Ты про «Грибное Сознание»? — переспросил Валерка и заметно занервничал.
— Ну да, — сказал Виктор Иванович — На гриб что-то непохоже, слишком вонюч, «Второй».
— Скажем так: это был неудачный эксперимент в области обретения бессмертия много лет назад… — ответил Голубев, ерзая на экране — Я и Ю. пытались спасти всех Выживших, но она захотела стать Богом Нового Мира и…
«Говоришь, что ты Бог...» — обратилась в голове Старика к кому-то Жужа.
— И кто же такая эта «Ю.»? — спросил Старик.
«ДА, Я БОГ! Я РЕШАЮ, КОМУ ЖИТЬ! КОМУ УМЕРЕТЬ! УЗРИ ЖЕ...» — вдруг заорал как ненормальный в голове Виктора Ивановича тот противный детский голосок, что называл Спичку «дебилом».
— Да так… Мои роботы называют её Первой, — странно произнес Голубев — Первая Предательница Технобога. Она помогала создавать «Мечту» на раннем, самом незначительном этапе. Я даже по имени её не называю.
«ТЫ НЕ БОГ! ТЫ ПРОСТО ПРИДУРОК И ПСИХ!» — закричала Жужа и влепила пощечину какому-то белобрысому идиоту. Спичка наконец-то увидел его отчётливо. Грибная голова ярусом выше если и не приходилась ему отцом, то явно они с ней были как-то духовно связаны, да хотя бы своим безумием.
«ЗАТКНИСЬ! ЗАТКНИСЬ НАХУЙ, ШЛЮХА!» — ударил ее кулаком в лицо белобрысый дебилец — «Я ЗДЕСЬ САМЫЙ ДОБРЫЙ БОГ!»
Спичка заподозрил что-то неладное: маленький робот не говорил ему, что Ю. – предательница. Роботушканчик вообще ничего про неё не знал. Валерка с экрана очень внимательно следил за Стариком со своего монитора:
— Так, а кто тогда Второй предатель Технобога? — спросил он, пытаясь скрыть подозрения со своего морщинистого лица.
— Красная Рожа. — презрительно отозвался о втором в своем списке Голубев — Предала меня, когда я лишился возможности ходить, после одного инцидента. Его поглотило Грибное Сознание так же, как и всех спасшихся в Котловане жителей Суровска. Туда ей и дорога.
Виктор Иванович был шокирован услышанным: наконец-то картина начала хоть как-то проясняться…
— Тогда, получается, что я Третий Предатель… — заключил Старик, смутно догадываясь, наконец, кто же перед ним красуется с экрана на самом деле.
— Все верно, Спичка – не такой ты, как оказывался по жизни, Дебил. — ответил с экрана «Создатель Мечты» — Видимо все умнеют немножко перед своей Смертью… Даже ты. Хочешь узнать, как ты меня предал?
«Тудуду-тудуду-тудуду… Спичка, ты видел мой полёт?» – хрипел Старику белобрысый дебилец лежа на разбитой «девятке» в груде деревянных обломков.
«Только твое падение, Пластик…» – ответил ему Виктор Иванович.
Или тогда просто Витька. В прошлом…
И тут голова Старика будто пронзилась миллиардом игл одновременно. Картины прошлого расстреливали его ошеломленный мозг в едином порыве. Он разом начал вспоминать всё: перед ним с экрана заседал вовсе никакой не Голубев, а давно знакомое ему самодовольное рыло дебильца. Спичка понятия не имел, кто это такой этот «Валерий Валерьевич». Как и этот Вронский. Вроде бы это были пивные алкаши из его детства, что вечно торчали либо у пивного ларька, либо в «Синем и Сером». Создать сложнейшее высокотехнологичное убежище, целый город из грибов под землей ярусом выше они никак не могли, их максимум – это было выжрать метилового технического спирта, купленного в гаражах и при этом не травануться.
— Так ты хочешь узнать, Спичка, как ты меня предал? — повторил свой вопрос Лже-Голубев.
Виктор Иванович уже не слушал балабола: он утопал в навалившихся воспоминаниях:
«Слушай, Витя…» — как-то осторожно спросила его один раз Жужелица, Жужа, когда они сидели на каком-то пустыре — «Как ты думаешь, а нас любит Бог? Ну, людей…»
«Моя бабка, говорит, что Бог всех любит одинаково, хотя она всю жизнь утверждала про себя, что атеистка.» — ответил ей Спичка.
«А я думаю, что неодинаково,» — задумчиво произнесла тогда Жужелица, глядя на то, как пробегают мимо её ног жуки — «Бог любит насекомых гораздо больше людей. Вон какие они все разные, красивые, переливающиеся – я думаю, он в них находит свою отдушину, пока мы портим всё то, что он создал и создаёт…»
«Ну, не знаю, Юлька… По-моему здесь, в Суровске, Наш Бог не любит никого и ничего, если он, конечно, существует…»
— Ю… Ля… — губами еле слышно прошелестел Старик, что вспоминает, к своему тихому ужасу, ВСЁ.
Эта Глина напиздела ему всё с три короба. Никакой он не создатель «Мечты». Мир погиб вовсе не так – это не было самым конченным сюжетом с «Хрень-ТВ», что постоянно озвучивало все самые идиотские конспирологические теории. Этот ТехноБог был самым мерзким ТехноЛохом, оставив экзоскелет Спички со своим жмуром – все же сработали медицинские наномашины с нейромедиаторами в костюме. И по Спичкиной биометрии в режиме экстренной помощи, которые цифровой дебилец так и не смог обойти – никаким Валеркой Голубевым Пластон естественно не был. Сам себя угандошил, когда каким-то образом выкинул Виктора Ивановича из костюма – и в нём сдох, когда сработала система самозащиты экзоскелета… Глина, одним словом.
— Ты, что не слышишь, дебил?! — не унимался «ТехноЛох» — Я ждал этого момента всю жизнь, Спичка! Больше жизни! Ты будешь слушать мои рассказы, Предатель! Я Создатель!
— Знаешь, я теперь только одного не понимаю… — медленно начал говорить Спичка, поглядывая на свой экзоскелет: он был готов — То, что ты ненавидел нас с Юлькой мне понятно. То, что оболгал Жужу, выдал свою криворукость за её дела, когда она вас, Суровских Долбоёбов, и тебя в особенности, пыталась спасти – тоже. Как такая Тупая Глина, как ты, Пластон, смогла все же залезть в цифровой сканер личностей на ПМЖ – ума не приложу… Ты там что перед тем, как сдохнуть, расписывал, какой ты крутой Создатель Всего?! Ты же ничем здесь не управляешь! Но ты как-то сел за аккаунт алкаша, что давным-давно помер – ему Юлька права выдала много лет назад, чтобы мог пить в Виртуальной Нереальности...
— Что? Какая Глина? — испугался Пластон — Ты обезумел! Я Создатель «Мечты»!
— Да-да… — поморщившись, ответил Виктор Иванович — А еще анунак, Бог Второго Уровня и еще какое-то говно. Проще говоря: «Суровский неудачник», Лопушок…
— МЕНЯ «ЛОПУШКОМ» НИКТО НЕ НАЗЫВАЛ, ПИДОР! ДАЖЕ Ю.! — неожиданно взбесился Пластик — ДДК-1, МРТ-4 – УБЕЙТЕ ЕГО!
— Создатель, я сшил нашему гостю футболку, что происходит? — роботушканчик приехал, таща за собой блестящую футболку — Почему вы ругаетесь?
«Ты мой рыцарь в сияющей футболке!» — увидев роботёнка, вспомнил слова Юленьки Виктор Иванович и улыбнулся во весь рот.
— БРС-1, вытряхни эту засохшую глину! — усмехнувшись, сказал Спичка, и экзоскелет выбросил из себя дряхлую мумию, запульнув ею в экран с Пластоном — Она давно сдохла! Это не мне осталось 10–12 часов, а тебе, полупокер! Скоро твой виртуальный технорай перезагрузится…
— Я БЕССМЕРТЕН! — завизжал Пластик — Я ТЕХНОБОГ 80 УРОВНЯ! Я ВСЕМОГУЩ!
— Всевонюч скорее. Ладно, ты мне надоел, ты хотел меня убить – как обычно. Я до сих пор не понимаю, как ты пролазишь сюда. Вроде не гриб – так, просто охуевшая Глина, что наконец-то сдохла! Перезагрузка Сканера
— Я ГОВОРИЛ ТЕБЕ, СПИЧКА – В САМОМ КОНЦЕ МЫ ВСТРЕТИМСЯ! ОТДАЙ ТЕХНОДРОМ ПО-ХОРОШЕМУ И Я УБЬЮ ТЕБЯ БЫСТРО!
— Уже в который раз ты несешь хуйню про «Технодром»! — сказал Спичка, насмехаясь — Но в этот раз тебе удалось обмануть Саму Ю., а она управляет всеми роботами комплекса. Когда я найду все твои резервные копии, я тебя полностью удалю из системы, Глина Ебучая! Компьютер, перезагрузить сканер Виртуальной Нереальности! БРС-1, слияние!
— Задание принято! — сказал экзоскелет, вернув способность Старику передвигаться и в целом, улучшив его и неважнецкое самочувствие. Все же Виктору Ивановичу было 102 года, без систем жизнеобеспечения он и вправду мог откинуть копыта. А самое главное ментальное здоровье – Старик уже давно во власти старческого слабоумия без своего экзоскелета, что компенсировал ему практически всё. Останки Пластона и всё прочее было только плодом его старческого ослабевшего сознания без постоянного притока нейромедиаторов – опять вывалился из своего костюма, когда засиделся в Виртуальной Нереальности:
— Кого обманул Наш Создатель? — не понял ничего маленький робот на колёсиках: он всё пытался выпутаться из сшитой им же футболки и как-нибудь потом напасть на Виктора Ивановича. Но после того, как Гость Создателя, показал свой статус главного администратора убежища, надев собственный экзоскелет.
— Ю. – это ты, Юля. И всегда ей была, — сказал Спичка, когда помог маленькому роботу выпутаться из сшитой футболки — Я сделал тебя в память о ней. Никакой предательницей она не была, Глина в очередной раз надула моему основному серверу в уши, наверняка где-то ещё сохранила свой бэкап в системе. Споры грибные придумала в мозгу – вот только мой мозг без системы обеспечения и вправду долго не протянет. Деменция. Из-за нее я не могу дописать антивирус от Пластонов, хотя честно, я порой думаю, что это самая отвратительная часть меня, автопорождаемая распадом моей личности из-за возраста. Я без БРС-1 начинаю галлюцинировать и всё забывать. Его, как и всех роботов создала ты.
Виктор Иванович связался по Нейрокому с центральным сервером и было уже хотел удалить пользователя «Валерка» навсегда, а также отменил все внесенные им изменения в работу «Мечты», но всё же окончательно пришел в себя и понял: ничего не было. Вообще. Просто вывалился из своей системы жизнеобеспечения. Не в первый раз такое уже происходило.
— Вот так ты меня узнаёшь? — осторожно спросил у Ю. Старик, пробуя настоящую реальность на вкус.
— А я тебя никогда не забывала, Витя. — ответил роботушканчик голосом Юленьки, от чего у Виктора Ивановича сжалось сердце, как от инсульта, но отлегло.
И это было самой большой ложью, намного большей, чем всё то, что, по сути, набалаболил ему Компьютерный Глист, порожденный его собственным ментальным разложением – вот эта Спасающая Ложь. Ни Великий Вронский, ни Грибной СССР, ни смерть человечества от «челленджа с тик-така» не могла сравниться с этой сладкой ложью. Юленька давно умерла – настоящей спасительнице человечества было бы сейчас 100 лет. Капсулы с самыми отвратительными представителями мира людей – жителями Суровска – ждали своего часа. Оставалось еще каких-то 20 лет, до выпуска этих уродов в новый чудесный дивный мир без последствий Настоящей Мировой Ядерной Войны. Об этом мечтала Жужелица, когда они строили Убежище и криокапсулы в пещерах под Суровском. Именно она спасла людей, что с самого детства называли ее Обосранкой – не все, но большинство. Жители этого города никогда не заслуживали быть последними оставшимися людьми на планете, но по злой иронии именно они ими и стали. Поэтому убежище называлось «Мечта» – это была её мечта, Жужи… Спасти всех. И она спасла – в её «Мечте» не хватило места только для неё. А ещё нужно было следить за деятельностью убежища – и Виктор Иванович еще очень давно отказался от своего места, но Жужелица была слишком упёртой, чтобы оставить его одного... Пока смерть не разделила их.
Спичка чувствовал себя главным Предателем, рассказав Ю., что он её создал – их общего роботёнка создала тоже Жужа, это был её последний подарок на Спичкино восьмидесятилетие.
— Ещё каких-то 20 лет осталось нам… — напевая, обратился к роботушканчику Виктор Иванович — Ю., а куда ты хотела бы, чтобы мы отправились?
— Туда, где ты был бы счастлив, Витя.
— Значит мы снова отправимся в Суровск. – ответил Виктор Иванович, подключась через Нейроком в Виртуальную Нереальность — В Ночь Рождения всех Жужелиц, там, где тебе исполняется 10 лет, а мне 12. Я ведь так и не поздравил тебя тогда с днём Рождения. Точно помню, что не поздравил. Столько лет прошло, а мне всё так же бесконечно стыдно за это…
— Это не очень-то приятное воспоминание, Витя… — сказала Ю.
— … А ты даже не обиделась на меня за это – тогда, в твой день рождения, выпал первый снег, — пробормотал сквозь слёзы Старик, не слушая робота — Ю., прошу! Подключи меня прямо туда!