Путешествие за книгами

Около 1.5 года назад по таинственной причине, не поддающейся никаким калькуляциям, в шторм, когда дождь шпарит сплошной стенкой воды, когда твоя одежда обретает свойства жидкости от соприкосновения с внешним пространством, я потащился к незнакомой бабушке, живущей от меня в 1.5 часах езды, на трех автобусах, за книгами! С небольшим рюкзачком и ручным складывающимся зонтиком. Бабуленьку я обнаружил по объявлению: она спешила раздать свою богатую книжную библиотеку, ибо прощалась с краем и улетала на материк. Когда я с ней первый раз созвонился, она крайне удивилась моей решительности и стремительности: приеду, прямо сейчас, ждите, да, я без машины, не проблема. И приехал. В чёрном пальто, взъерошенный, улыбчивый, я вплыл в квартиру.

– Да так, крапает немного, – сказал я, указывая на прогибающиеся от ураганного ветра деревья в окне. – Что тут у вас есть интересного?

В тёмной кладовке, на семи полках, располагались тома литературы – по подписке, советский метод. Я стремительно начал читать корешки книжечек в ожидании найти нечто ценное в этой пыльной маленькой коморочке.

– А вы что, читать любите? – поинтересовалась старушечка. – Я вот улетаю, а выкидывать жалко, столько макулатуры, конечно, как вы вообще всё это повезёте без машины?

Я продолжал жадно искать знакомое в толще безызвестного, но, кроме бульварных романов, ничего не было дорого моему глазу.

– Яй, бабуленька, а вы хоть сами что читали из этого или так, коллекционируете по доброй традиции?
– Да вот Киплинга читала, например, мне нравится.
– Киплинга, говорите? Где он у вас тут?

На одной из полок и вправду громоздился Киплинг, берём, английских авторов мы ценим и любим. Попутешествуем вместе, как говорится. О, а у тут и рядом Виктор Гюго – романтиков обездоленных и бедных тоже приветствуем, сами такие.
Уже набрав 6 томов Гюго и 5 томов Киплинга, я ощутил тяжесть того знания, которое мне придётся волочь в рюкзаке по мокрым улицам города.

– Кого б еще взять?
– Да кого вы тут возьмёте, как вы вообще это донесете, у вас вон, уже ничего не помещается.
– Ха-ха, ещё столько же поместится, если постараться!

Третьей жертвой пал пожиратель огня, затерянный в океане и трущобах Индии Луи Жаколио – еще один француз, подумал я, сразу показавшийся мне приятным парнем (и как выяснилось потом, и вправду: в 19 веке, а он уже проявлял сочувствие к угнетенным народам и критиковал колонизаторов). Еще плюс 5 книг. Итого 16.

– Ну что ж, спасибо за столь щедрые подарки, хорошо, что приехал!
– Да я только счастлива, если эти книги будет еще кто-то читать!

И, упаковав антиколонизатора, гуманиста и нобелевского лауреата в рюкзак, отправился я домой.

------------------------------

Вспомнил, ибо опять начал читать Гюго. И опять его "Последний день приговоренного к смерти" стал первым. И он подобрал эту мысль в луже крови, под кровавыми обрубками с гильотины. Ну что за прекрасные гуманистические мысли в кровавом описательном сеттинге, просто ням.

Once upon a time я писал даже пост отдельный – так приятно перечитать свои старые обелиски, вот жешь красота.