Транскрипт Урок 3 Демосессия по Модулю 0

Назад

[0:59] Миша (Speaker L): Так, ребят, мне нужно вас познакомить с нашей традицией.
Смотрите, если у вас есть что-то со мной живое, вы должны понять, что я никогда не прихожу в ноль-ноль, я прихожу пять минут спустя.
Теперь эти пять минут — это не потому, что я не пунктуален, не могу себя заставить прийти вовремя.
Эти пять минут очень важны.
Они важны для нескольких вещей.
Первое – это возможность всем, кто, наоборот, не пунктуален, добежать.
Но это не самая важная часть.
Самая важная часть – это то, что у вас есть пять минут, чтобы поговорить друг с другом и поделиться чем-то.
Попробовать искренне поделиться тем, что у вас происходит.
Для меня это возможность подслушать, что у вас происходит.
Поэтому в следующий раз постарайтесь это не зафакапить.
И когда у вас будет 5 минут, начните разговаривать.
Так, ну что ж, давайте мы обсудим, что у нас сегодня будет происходить и как вообще эта вся история работает.
Вы видите, что каждую неделю вам выходит урок, да?
И у вас есть возможность эти уроки слушать.
Я вам очень рекомендую слушать урок три раза.
Первый раз ничего не записывайте и просто слушайте его.
Первый раз ваша задача — не понять.

[2:48] Миша (Speaker L): И в первый раз ваше сознание услышит только то, что нужно сознанию именно в этот текущий момент, и что связано именно с проблемами, которые происходят сейчас в вашей жизни.
То есть ваше сознание зацепит только то, что конкретно нужно для вас.
Кстати, если мой голос немного изменился, я тут активно пытаюсь справиться с насморком и всё такое.
Так что, если я зачихаю в камеру, постарайтесь во мне не разочароваться.
Номер два, когда вы смотрите урок второй раз.
Второй раз вам нужно смотреть на эту лекцию и записывать вещи, не которые вы понимаете.
Потому что, обратите внимание, мы всегда записываем только то, с чем мы согласны.
Только что нам улеглось.
Но постарайтесь второй раз записывать то, с чем вы не согласны, либо то, что не улеглось, либо то, что абсолютно непонятно.
И эти вещи важны для того, чтобы потом обсудить их внутри вашего чата.
Окей?
И третий раз вы уже слушаете, чтобы учиться.
Теперь предыдущие лекции, лекции нулевого модуля, они не были слишком сложные.
И я понимаю, если вы их не слушали три раза, вам не нужно...
Но начиная с первого модуля, начиная с расстройства ложных личностей, и потом, ребята, пойдет жесть, я вас предупреждаю.
Это будут очень тяжелые и плотные уроки.

[4:33] Миша (Speaker L): И чтобы вы могли себе понять, почему у них такая высокая плотность и такая сложность, если бы я мог бы просто вам сказать: вот держите книжку, прочитайте, и вы все поймете.
И что я делаю?
Я просто вам пересказал какую-то книжку.
Моя жизнь была бы настолько легче.
Но что вы делаете?
Вы в каждом уроке одновременно читаете 50-60 книг.
И когда вы это делаете, там будет очень высокая плотность, и вы будете отключаться, и вам будет хотеть спать.
Хотеться спать.
Поэтому, когда вы чувствуете, что вы хотите спать, всегда помните, что это очень хороший знак.
Смотрите, есть два способа, как хотеть спать.
Первый способ... я помню, я когда приехал сюда учиться в Канаду, я пошел в Йоркский университет, и я помню, у меня были предметы, там какой-то профессор, ему уже 80 лет, он преподает стратегию 6.0.1.
Стратегия 6.0.1 – это когда ты понял стратегии от 1 до 5, и теперь нужно видеть стратегию 6.0.1.
Но, к сожалению, у него началась деменция.
Но в Канаде ты не можешь уволить профессора, даже если у него началась деменция, если он не соглашается уйти.
И ты не можешь запретить ему преподавать, потому что у них есть контракты, и они защищены трудовым союзом «Labor Union».
То есть он может продолжать.

[6:19] Миша (Speaker L): Даже у нас были такие дементные профессора, которые оскорбляли студентов, и с ним ничего нельзя было сделать.
То есть они женщинам могли говорить какие-то вообще странные комментарии, иммигрантам могли тоже говорить какую-то такую расистскую хрень.
Короче, из-за того, что у него началась деменция, он иногда, когда рассказывал вещи, он мог посредине перепрыгивать на то, что ему казалось в моменте.
Знаете, вот эти все истории, когда у твоей бабушки или у дедушки деменция, ты заходишь, и они в тебе видят не внука, а брата, например, своего, который там умер уже миллион лет назад.
Вот приблизительно такая же история была с профессором.
Например, он рассказывает, допустим, что Портер думает о ключевой стратегии и конкуренции в корпорации, а потом он перепрыгивает на какой-то исторический факт 14 века, который вообще не имеет никакого отношения вот буквально к Портеру и тому, что он говорил.
И вначале я думал, что он просто гений.
У него мозг работает с такой скоростью, что все, что тебе нужно, это пытаться уловить связь.
Но потом мне объяснили, что там нету связи.
И это просто в силу деменции нейроны загорались, и он их озвучивал.
И вот...
Мой самый лучший в жизни сон был на его лекциях.

[7:59] Миша (Speaker L): Потому что когда ты просто сдаешься и потихоньку закрываешь глаза, ты начинаешь ездить в лифте быстро вниз.
Да, ты закрыл глаза, и ты чувствуешь, как у тебя весь мир вниз падает.
Но сидеть нужно было все равно, и я однажды помню, как вместе с падением лифта я чуть не разбил себе голову о парту.
Это было достаточно интересно.
Так вот, это не тот сон, который будут вызывать мои лекции.
Сон, который будут вызывать некоторые из моих лекций, — это слишком плотно, мне нужно отдохнуть.
То есть ваше тело будет пробовать себя отключить, чтобы немного отдохнуть.
Я вам рекомендую не сопротивляться и брать отдых, потому что именно когда вы спите, будет происходить усвоение информации.
Окей.
Но не забывайте потом, пожалуйста, возвращаться, где вы остановились.
Это важно.
Окей.
Давайте теперь обсудим, что делаем сегодня.
Смотрите, моя задача — попробовать с вами поработать на основании только того материала, которым вы сейчас владеете, и не соскочить в новый материал.
Это моя задача.
То есть моя задача показать вам, что может сделать только нулевой модуль и первый урок.
Все.
Вот это то, что я хочу сейчас сделать.
И мне, конечно же, кто-то нужен будет для этого.
Сейчас я подниму свою парту.

[9:55] Миша (Speaker L): Теперь, ребята, если вам показалось, что я закрыл глаза и у меня кивает голова, не сомневайтесь, я сплю.
Это, я помню, одна из моих любимых цитат.
«Почему я низко стою, а не поднимаюсь выше? Черт знает».
Одна из моих любимых цитат: «Если ты видишь человека, который выглядит как дурак, звучит как дурак и действует как дурак, не сомневайся, он действительно дурак».
Так что, когда вы увидите все это обо мне, не сомневайтесь.
Ну что ж, давайте посмотрим, кто со мной хочет работать.
И...
Почему...
Мужчин нету?

[10:53] Speaker K: Что... Что происходит?

[10:56] Миша (Speaker L): Мужики, что руки не поднимаете?
Вот.
Спасибо.
Вы не против, если я возьму молодого человека?
Здорово.
Привет.
Как дела?

[11:12] Леша (Speaker J): Ну, последние три дня кроет, конечно.

[11:20] Миша (Speaker L): Расскажи, что кроет.

[11:24] Леша (Speaker J): Как будто сковырнули травму, вот эту детскую.
Покинутость, она как-то так, по-моему.
А там что-то фригерило?
Это урок фригерил или что фригерило?

[11:38] Леша (Speaker J): Ну, отношения внутри с женой.
Это не совсем стабильно.

[11:44] Миша (Speaker L): Окей.
Вернешь нас в последнюю ситуацию?

[11:48] Леша (Speaker J): Ну, так, наверное, так.
Если тебе комфортно.

[11:51] Миша (Speaker L): Ты в помещении, тебя не слышит никто.
Тебе комфортно об этом?
Никто там возле двери не стоит, не подслушивает и не записывает?
Нет.
Окей.
Ну, хорошо.
Верни в последнюю ситуацию, что там было.

[12:09] Speaker A: Ну...

[12:14] Леша (Speaker J): Буквально сейчас сидим в кафешке, нормально общаемся.
Я в Грузии нахожусь.
Учу грузинский.
Там все, ну вот, официанты всё время на русском разговаривают.
Они по-грузински практически ни с кем не говорят, только с грузинами.
Вот.
И жена любит, короче, по-грузински говорить.
Вот.
И в этот момент она тоже говорит по-грузински.
Ну, официанту, типа, дайте счёт.
Официант такой, типа: «Ну, чё? Я вас не понимаю».
В смысле, ну, пока она понимает по-грузински, ну, у неё, видимо, диссонанс случился, что, типа, русский по-грузински говорит.

[12:58] Миша (Speaker L): А жена, ты говоришь, грузинка, да?

[13:00] Леша (Speaker J): А, нет, же на русском.
Говорит по-грузински или учит по-грузински.
Я из своего такого, условно, подшутить, условно не подшутить, типа что-то выпендриваешься, условно, понимаешь, что они там по-русски говорят.

[13:20] Миша (Speaker L): А что ты точно ей сказал, какие ты слова сказал?

[13:22] Леша (Speaker J): Так сказал, что «ты выпендриваешься».
Ну, я с таким, с юмором небольшим.

[13:28] Миша (Speaker L): А можешь объяснить, как фразу «что ты выпендриваешься» сделать с юмором?

[13:33] Леша (Speaker J): Ну, «что ты выпендриваешься»?

[13:35] Миша (Speaker L): Ну, понятно, что это...
Я понимаю, что я задел какие-то чувства, то, что человек старается, а я вам как бы...
Окей, ладно, ты говоришь, что выпендриваешься, и потом делаешь какой-то некомфортный смешок, и дальше...
И что она говорит?

[13:52] Леша (Speaker J): Ну, она ничего не говорит, она просто...
Я чувствую, что она закрывается.
Закрылась и обиделась.

[13:58] Миша (Speaker L): Ага, окей.
То есть, ну, ты видишь, что она оскорбилась.
Так, и что дальше?

[14:05] Леша (Speaker J): Ну, я спрашиваю: «Что с тобой?»
Она говорит: «Мне было неприятно».
Ну, извини, я как бы...
Я, короче, глупость ляпнул, конечно.
Да, да.

[14:13] Миша (Speaker L): То есть ты увидел, что...
И ты вернул, да, слова, говорит: «Я не хотел тебя обидеть».
Ты сказал, что окей, что дальше?
Ну, ничего, она в этом состоянии осталась.

[14:24] Леша (Speaker J): У нас еще предыдущая история такая.

[14:31] Миша (Speaker L): Тяжело, да, когда у нас...
Даже когда ты попросил прощения и извинился, потому что это соединилось с ее предыдущим опытом с тобой, она вернулась не в это состояние, которое момент создал, а в общее состояние, общую склонность, которая между вами произошла.
Хорошо, теперь ты говоришь, была предыдущая история, давай вернемся назад, что там было больше, какая предыдущая история?

[14:55] Леша (Speaker J): Ну, предыдущая, там, если совсем...
Не знаю, насколько тяжелую надо брать.
То есть, ну, последние практически пытались расстаться, да.
Я, типа, на нее внимание обращаю, там, не уделяю внимания.
В общем, я не проявляю какие-то эмоции.
Вот, что настолько все плохо, что вот она хочет уйти.
В этот момент я понимаю, что это что-то есть такое.
Как будто я пытаюсь себя сломать, чтобы подстроиться под ее желания.
Сломать, подстроиться под что?
До этого момента, до того, как я сказал, что хочу с тобой расстаться, я как будто пытался...
То есть я чувствовал, что меня не принимают таким, какой я есть.
И я пытался как-то подстраиваться, и это, блин, прям явно было не мое поведение.

[15:53] Миша (Speaker L): То есть я правильно тебя слышу?
Ты говоришь: знаешь, Миша, что я пытался делать с ней?
Я пытался каким-то образом себя изменить под ее преференции, чтобы ей понравиться.
И то, что я слышал у тебя: не получается, не так, не так, ты все равно не нравишься, и одновременно ты не сам, да, ты не чувствуешь себя, что это это я, да.
То есть ты пытаешься себя искривить.
И мы это называем (вы чуть-чуть позже это увидите) мы это называем хамелеоном.
То есть ты пытаешься адаптироваться под нее, под ее преференции, под ее личность, и, блин, это тоже не работает.
Получается, что ни ты себе не нравишься, ни ей не нравишься.
Ну да.
Окей.
И также ты сказал, что у вас был разговор, в котором, по сути, если я перефразирую правильно, тебя услышал, она тебе говорит: «Леш, у нас нет контакта. У нас нет контакта. У нас нет этой связи. У нас нет связи, я не чувствую, что ты меня видишь, я не чувствую, что ты меня понимаешь, я не чувствую, что ты меня любишь, я не чувствую, что ты меня ценишь».
Если это все мы упакуем в одну фразу: «У нас просто нет связи».
Ну да, так и есть.
И потому что у нас нет связи, если ее все равно нет, то зачем мучиться, зачем продолжать, давай просто разбежимся.
Окей.

[17:26] Миша (Speaker L): И я также, если я правильно тебя услышал, вот это привело к тому, что ты начал превращаться в хамелеона для того, чтобы попробовать эту связь каким-то образом сделать?
Или хамелеон это всегда был?

[17:40] Леша (Speaker J): Нет, хамелеон был до, то есть потом был разговор.
В момент разговора я отпустил как будто ситуацию и сказал, что типа «ты можешь идти, я тебя люблю вот в таком состоянии, как я есть, я... Ну, то есть, не могу я меняться. Я говорю: я люблю тебя как есть. Как могу, так и люблю».

[18:02] Миша (Speaker L): Ну, то есть: «Мне надоело меняться или пытаться адаптироваться под тебя. Люблю, как умею».
Хотя в ее голове идет нарратив, что не умеешь.

[18:16] Леша (Speaker J): Ну, скорее всего, там.

[18:19] Миша (Speaker L): Ага.
Окей.
Да, хорошо.
И, Леш, первое, что хочется тебе сказать: спасибо тебе сейчас за эту ранимость.
Спасибо, что ты просто говоришь со мной и говоришь как есть.
То есть ты не прячешься, не суетишься, описываешь то, что происходит, как есть.
То есть ты не в абстракциях, не в концепциях.
Вот как есть в жизни, так и описываешь.
То есть это мне говорит о том, что ты можешь быть искренним, и ты можешь быть ранимым, если тебе нужно, когда тебе нужно.
Что сейчас происходит?

[18:59] Леша (Speaker J): Ну, вот это была ситуация сегодня.
Ну, у меня до этого просто было ощущение, что я уже на самом уровне дальше пошел именно по материалу.
Я как бы над собой давно работаю.
И у меня был вариант, что я уже собрал, как будто у меня есть вот этот взрослый внутренний, который вот эту ранимую часть, в принципе, оберегает.
То есть я вот как будто соединился с внутренней частью ребенка со взрослым.
То есть как бы доверил внутреннюю часть взрослому и понял, что я, в принципе, мой взрослый, это моя опора.
То есть мне в этом состоянии уже было с ним комфортно общаться.
Даже вот сегодня, то есть когда я вернул, то есть я сразу понял, что я не то что-то сделал, да, с языком по поводу, да, что-то фибрик.
И я уже из этого состояния, условно, на полности с ней пытался взаимодействовать.
Но все равно, потому что включалось, что типа вот как-то успокоить там и поддержать.
Да.

[20:02] Миша (Speaker L): Знаешь, что я вижу, что я чувствую в разговоре с тобой.
И у нас всегда это происходит, когда мы находим в себе нашу вот эту ранимую детскую часть, да, и мы начинаем с ней соединяться.
Мы вначале испытываем (мы это обычно не показываем, но мы внутри испытываем восторг) и думаем, что смысл или ответ всей этой истории в том, чтобы начать показывать свою детскую часть.
Чтобы вывести ее наружу.
Мы думаем: если только эта ранимость, если только я начну показывать, что я более нежный, я более тонкий, я более чувствительный, я более ранимый, и у меня есть целый там...
Проблем.
Вот тогда все будет прекрасно.
Вот тогда люди начнут менять жизнь.
И сейчас я вижу, что ты это делаешь.
То есть ты увидел так: вот этот защитник или твердый чувак, который защищал этого ребенка, он, может быть, не очень хорошо выполнял свою работу.
И это была маска, это была персона.
Теперь давай я вытащу мягкую сторону свою, вот эту детскую, ранимую часть, я вытащу ее со всеми чувствительностями, со всеми ранимостями, со всеми нуждами.
И посмотрим, может быть, она может справиться.
Да.
И...
Похоже на правду?
Похоже на то, что ты немного делаешь?

[21:44] Леша (Speaker J): Не знаю.
На самом деле чувствуется, что...
Вот я не чувствую, что именно ранимая часть, да, как будто что-то, что ее можно ранить.
То есть я, наоборот, чувствую, что я могу...
Ну, может быть, да, может быть, я могу пропустить вот эту ранимость, условно, и не задеться, да, как-то.
Не уколоться об человека, условно.

[22:07] Миша (Speaker L): Вот если мы возьмем последнюю ситуацию, когда ты говоришь ей, и она разговаривает по-грузински, да, и ты ей говоришь, что выпендриваешься.
Когда ты делаешь этот комментарий, он откуда-то должен был прийти.
И как ты думаешь, откуда он пришел?

[22:29] Леша (Speaker J): Ну, вот из какого-то критика-сатиры, я бы так его назвал.
У меня стратегия такая, ну, постоянно что-то в СМИ.

[22:36] Миша (Speaker L): Окей.
Ну, то есть ты видишь, что она приходит из какой-то иронии, из какой-то сатиры, да?
И как ты думаешь, какая там мотивация, да?
То есть вот что мы пытаемся сделать, чего мы пытаемся добиться?

[22:53] Леша (Speaker J): Да, есть такой момент, это...
Вот избегать дискомфорт, я так скажу.
Да, ты пытаешься скрыть свой дискомфорт.

[23:05] Миша (Speaker L): Окей.
Теперь, когда ты пытаешься скрыть свой дискомфорт, видишь ли ты, что ты скрываешь его за счет других людей?
Ну, сейчас да.
То есть дело не в том, что тебе не комфортно, дело в том, что ты сделал другого человека...
Дело в том, что ты сделал другого человека, по сути, источником или причиной своего дискомфорта.
Тебе было дискомфортно внутри, но ты попробовал манипулировать чем-то снаружи для того, чтобы почувствовать себя комфортнее внутри.
Хотя она к твоему дискомфорту не имела никакого отношения.
Вообще никакого.
Это да.
Она была собой.
Что она делала?
Она была собой.
Я тебе приведу другую метафору.
Представим себе, что я купил новые часы.
Я их, кстати, давно купил, но они до сих пор для меня новые.
Я к ним до сих пор отношусь как к новым.
Наверное, потому что экран еще не разбит.
И представим себе, мы с тобой сидим в ресторане, кафе.
Я с таким удовольствием смотрю на свои часы.
И подходит кто-то.
Я говорю: «Смотри, какие у меня часы».
Как ты думаешь, почему я это делаю?
Тебе хочется поделиться радостью какой-то.
Да, я радуюсь, я ребенок, я радуюсь.
У меня есть игрушка, я радуюсь.
«Смотри, какие у меня часы».
И ты на меня смотришь в этот момент.
И говоришь...
Что?

[24:59] Миша (Speaker L): «Что ты радуешься?»
Да?
«Что лыбишься?»
Да?
«Что идет, что идет, лыбишься?»
Теперь, на моей стороне, ты представляешь, да, как это будет чувствоваться?
У меня была радость ребенка, но только что мне дали по рукам за это.
Окей?
Теперь, если бы вместо этого ты действительно бы меня любил на самом деле.
Потому что я сейчас уверен, что ты меня вообще не любишь.
У тебя нет со мной никакого контакта, никакой связи.
Но если бы ты меня любил бы на самом деле, что бы ты сказал?
«Обожаю, когда ты это делаешь.
Обожаю, когда ты радуешься.
Я так люблю, когда ты счастлив».
Окей?
Ты понимаешь теперь, что имеет в виду твоя жена, когда говорит: «У нас нет контакта, у нас нет связи»?
Дело не в том, что у тебя проблема, ты не можешь адаптироваться и так далее.
Дело в том, что ты встречаешь ее суть не своей сутью.
Ты встречаешь ее суть с побегом от себя, а не своей сутью.
Это то, что он тебе пытается показать, то, что он тебе пытается сказать.

[26:41] Speaker K: Окей?
Что ты теперь думаешь?

[26:47] Леша (Speaker J): Мой дискомфорт — это мой дискомфорт.
Да, мне с ним справляться-то...
Другого человека нужно, конечно, радоваться и поддерживать.

[27:03] Миша (Speaker L): Я дам еще одну вещь.
Снова расскажу тебе другой пример.
У нас так получилось, что если мы болеем дома, то мы болеем всегда одновременно с моей дочерью.
Судя по всему, у нас одинаковый иммунитет.
Когда все болеют, а я не болею, она тоже не болеет.
Когда я болею, она тоже болеет.
Просто близкие видны генотипы.
Как ты думаешь, когда мы болеем, конечно же, мы хотим заботы, мы хотим внимания, мы не в самой лучшей форме.
И если что, ребята, не переживайте за меня, я уже выздоравливаю, если что, я уже в полной энергии.
И когда я захожу, например, к ней и вижу, как ей больно, как ты думаешь, могу ли я встречать ее боль своей?

[27:59] Леша (Speaker J): Мне это не поможет.

[28:02] Миша (Speaker L): Сто процентов, да?
Она сейчас не в позиции для того, чтобы принять мою ранимость, для того, чтобы принять мою чувствительность в моменте и так далее, да?
Вместо этого она ждет папу.
Она не ждет ребенка, она ждет, чтобы пришел папа.
И у тебя много всего на самом деле происходит в тебе.
Много вещей, с которыми ты работаешь.
Это сложно.
То, что мы сейчас увидели, что ты свою жену встречаешь не с собой на самом деле.
Тебе нужно менять, постоянно адаптироваться, потому что ты не знаешь, как с собой встретить.
Ты не знаешь, как перестать от себя бежать.
Потому что там не чувствительность, там на самом деле сила и храбрость.
В твоей настоящей сути там только сила, храбрость, сострадание, интерес, любовь.
Там нет всего этого.
И когда она находится в своем моменте, она не может тебя встретить в своем моменте, у нее нет для этого эмоциональной и ментальной емкости.
Как у моей дочери нет этой ментальной емкости.
Как бы сильно мне не хотелось, чтобы она увидела, что мне тоже плохо, у нее нет этой емкости.
Кто-то из нас должен быть более осознанным.
Кто-то из нас сейчас должен взять на себя 90%.
Да, и 10% другой даст.
Окей, и это важно помнить.

[29:38] Миша (Speaker L): Теперь ты сказал: ну, я встречаю этим, могу встретить вот этим, который держит все.
Но, судя по всему, это тоже не твоя суть.
Ты менял форму, потому что ты не знал, какая твоя суть, какова твоя суть на самом деле.
И поэтому нужно было менять формы.
Ты не знал, как ты на самом деле выглядишь, какой ты на самом деле.
Каждый раз, когда ты испытываешь теперь дискомфорт, ты теперь знаешь, что все, что пойдет дальше из этого, возможно, не поможет вашей ситуации.
Окей, у меня будет для тебя домашнее задание.
Ты своей жене...
Кстати, когда я говорю «домашнее задание», это не опциональная идея, если что.
Если, ребята, вы поднимаете руку, и вы выходите со мной работать, знайте, что будет домашнее задание, и знайте, что вы его выполните.
Окей?
Это не опциональная идея, это не то, что «ну ладно, подумаю потом».
Потому что если вы отнесетесь к этому опционально, это значит, что вы со мной были неискренне.
И, друзья, вы таким образом сами себя поставляете.
Окей.
Ты собираешься написать письмо.
И в этом письме ты напишешь все вещи, за которые ты своей жене благодарен и которые ты глубоко в ней ценишь.

[31:27] Миша (Speaker L): И ты напишешь все вещи, которые заставляют...
С начала отношений, то есть ты вернешься в самое начало отношений и будешь идти хронологически к текущему моменту.
И ты вспомнишь все, что поднимает твой дух и заставляет тебя любить ее больше и больше.
Ты ее посадишь после того, как ты напишешь это письмо.
Дашь ей выпить чаю.
Или что она пьет.
Желательно без алкоголя.
Чтобы она прям при тебе не набухалась там.
И ты ей прочтешь это письмо.
Перед тем, как ты прочтешь, скажи ей, что: «Мне не нужно, чтобы, пока я буду читать это письмо, ты что-то говорила. Просто пей чай. Даже если где-то будет дискомфортно, попробуй просто это принимать. Все. Это не диалог. Мы также от нее ничего не ждем. В конце письма...
У нее нет работы поблагодарить тебя, рассыпаться, встать на колени.
В этой транзакции она будет завершена, если тебя просто услышали.
Это будет самая большая благодарность.
Принятие того, что ты сказал.
Окей.
У тебя есть 7 дней на реализацию этого.
Угу.

[33:10] Speaker A: Да.

[33:10] Миша (Speaker L): Окей.
Так, друзья, ну что ж, и как только ты, Леш, напишешь, я хочу, чтобы ты меня в группе втегнул, и ты сказал, что получилось, что произошло.

[33:21] Леша (Speaker J): Не знаю, получится ли завтра, потому что она сейчас уезжает на 10 дней и вернется только через 10 дней физически.
То есть я не знаю, успею сейчас написать.

[33:30] Миша (Speaker L): Может быть, у вас будет время, когда вы FaceTime сделаете.
Окей, если ты можешь это сделать до того, как она уехала.
Либо окей, если ты хочешь сделать это после того, как она приехала, тоже норм.
7-10 дней — это не такая большая разница.
Я тебе рекомендую сделать это в ближайшие 2-3 дня, если честно.
Если она не может выйти на фейстайм, я же несу тебе такой подарок, ты не можешь его принять.
Мы не обижаемся на это.
Все произойдет тогда, когда это должно произойти.
И потом в группе меня тегни и расскажи, что произошло.
Я дам вам быстро, друзья, быстрое понимание того, что вы все здесь делаете.
И почему мы все-таки в своей работе отличаемся от терапии.
Потому что много в лекциях, что вы увидите, очень сильно перекликается с терапевтическим подходом.
Очень много и очень сильно.
Это связано с тем, что как коучинг, так и терапия, они черпают свое понимание из того, что было сделано в категории психологии и философии.
Мы не можем от этого уйти.
Мы будем черпать.
Эти две категории будут черпать.
Но есть что-то, на что терапия не ориентирована в то время, как мы сфокусированы на этом.
Мы на этом очень-очень сфокусированы и ориентированы.

[35:07] Миша (Speaker L): И это то, что мы со временем начали называть иллюминацией.
Есть иллюминация как название трансформационного ивента, и в этом, безусловно, есть некая последовательность, но слово иллюминация появилось намного раньше.
Что такое иллюминация?
Когда я с вами взаимодействую как коуч.
Моя задача – показать вам новое будущее, создать для вас пространство, в котором новое будущее возможно.
Если я действительно хороший, выполню свою работу, я покажу, где у вас сейчас происходит обман.
И когда я покажу, где у вас происходит обман, вы увидите, что для вас возможно новое будущее.
Каждое мое действие, каждое мое слово ориентировано на то, чтобы расчистить для вас будущее.
Создать пространство в этом лесу, по которому можно пройти.
Идея иллюминации, что я могу осветить совсем другой путь, который раньше для вас не был возможен.
Все мои домашние задания, все мои интервенции должны быть сфокусированы на том, чтобы я вам мог показать будущее, которое раньше для вас не было возможным.
Это наша задача.
Давайте немного обсудим, что мы делали с Лешей.
Какие важные вещи, на которые я обращал внимание?

[36:46] Миша (Speaker L): Первое, у нас было много проясняющих вопросов, открывающих вопросов, поощряющих вопросов и подводящих вопросов.
Согласны?
Такая база, фундамент коучинга, абсолютно везде есть.
Увидели, что я был с Лёшей, я не спал, и моё внимание было активное.
Теперь как мы знаем, что моё внимание было активное?
Потому что я вместе с ним участвовал в этом диалоге, и я ему возвращал то, что он мне говорил постоянно.
Я перефразировал и возвращал.
Я слушал и возвращал.
Я слушал и возвращал.
Каждый раз, когда я возвращал, его собственное понимание становилось глубже.
Потому что одно дело сказать, а другое дело услышать, что ты сказал.
Я с ним делился не только тем, что происходит сейчас в его жизни, но также тем, что то, что происходит между нами, мне напоминает.
Обратили внимание на эти моменты или нет?
Окей.
Допустим, я ему...
Что я сделал?
Я сказал: «Смотри, как я чувствую себя. Смотри, где мы сейчас тут с тобой находимся. Смотри, что я чувствую. Смотри, какую часть себя ты мне показываешь».
Это важно.
Опять, зачем мы это делаем?
Потому что у меня есть гипотеза в голове, что когда я это делаю, я могу нам дать иллюминацию.
Я могу дать нам расчистить лес, чтобы мы по нему могли пройти.

[38:36] Миша (Speaker L): Я также использовал то, что между нами происходит, и использовал свой перенос.
Мы говорили с вами в модуле о переносе, и один из таких типичных переносов – это когда то, что между нами произошло, связало меня с моим прошлым или связало меня с моим настоящим.
Теперь, если мой мозг откалибровал мой собственный перенос как тот, который стоит принести между нами, я думаю, что это может быть нам выгодно, может быть нам удобно, я его принесу.
Очень часто мы можем ошибиться со своим переносом, что мы думаем, что это важно, а на самом деле мы сейчас просто несём чушь.
И меня мои супервизоры несколько раз ловили на том, что, окей, это было не очень полезно для клиента.
Сейчас мы просто внимательно смотрим на клиента, это создаёт для него открытие или не создаёт.
Окей?
И последнее, о чем я фокусировался или о чем я думал, когда разговаривал, это: «Я сейчас с насилием слушаю или без насилия слушаю?»
Теперь эта часть немного сложнее.
Мне интересно, кто-то из вас понял, что такое слушать с насилием или слушать без насилия?
Кто-то может поднять руку и объяснить, что это такое?
Может быть, есть...
Знаете, да?
Никита, давай.

[40:17] Speaker B: Да, слушать без насилия — это на самом деле полностью присутствовать, слышать человека, не давать своих мнений, объяснений, интерпретаций.
И да, в общем, что значит насильно слушать — это вот сталкивать свои какие-то метафоры, не знаю, там, объяснения.
Для меня это значит вот это.
Вот это вот.
Слышание без насилия — на самом деле присутствовать полностью в диалоге.

[40:52] Миша (Speaker L): Да.
Теперь смотрите.
Я для вас, когда работал, я вам показал две вещи.
Я показал вам слушание без насилия и слушание с насилием.
Приведите мне пример, где было слушание с насилием.

[41:10] Speaker N: Абир, давай.

[41:12] Миша (Speaker L): Я думаю, что этот момент, когда...
Скажи мне, как ты сказал.
Покажи, как ты потом засмеялся.
Ну, так себе смешок.
И это было два раза, потом в разговоре это проявилось.
Молодец.
Да.
Мне было интересно, что обратили в этом внимание.
Потому что многие из вас, почти все обратили на это внимание.
Почти все обратили внимание на оценку и осуждение.
Но из-за того, что у вас существуют ваши собственные переносы, многие из вас разрешили мне это.
Многие из вас подумали, что если это Миша, то так можно, если это Миша, то так надо.
Значит, он что-то знает.
Никто даже не допустил в своей голове, что Миша сделал ошибку и нихера он не понимает.
Окей?
И это ваш перенос.
Это был только что ваш перенос.
Абидир, молодец, что на это обратил внимание.
Теперь, я также...
Да, вот эта идея слушания с насилием — это слушание с осуждением.
Слушание, как будто ты знаешь лучше.

[42:25] Speaker N: Как будто ты знаешь, как на самом деле.

[42:30] Миша (Speaker L): Окей?
И когда мы это делаем, это легко чувствуется.
Допустим, когда со мной сейчас, когда передо мной клиент делится своей жизнью, я испытываю интерес и любовь к нему, или я осуждаю и думаю, что он что-то сделал не так?
Окей?
Это всегда чувствуется.
Если ты в контроле и испытываешь свои эмоции постоянно, то ты знаешь, где ты в зоне.

[42:58] Speaker N: Окей?

[43:00] Миша (Speaker L): Так, Сашу выключили.
Хорошо.
Теперь, был еще один момент, когда то, что я сделал, было на грани фола.
Лучше бы этого не делать было.
Что это?

[43:23] Speaker D: Когда ты предположил, что он предъявляется слабой стороной, он ее сейчас живет из демонстрации слабой стороны?

[43:32] Миша (Speaker L): Да, Наташ, молодец.
Абсолютно верно.
Это было ненужное предположение.
Это не нужно было делать.
Но смотрите, что вы должны знать.
У нас никогда не будет идеальной коучинговой сессии.
Вы никогда не будете идеальными коучами.
У вас никогда это не произойдет.
Более того, если вы не будете делать ошибок, вы никогда не узнаете, как выглядит ваша правда и ваше мастерство и ваш настоящий навык.
Но важно...
Как только вы это чувствуете, что это с вами происходит, моментально брать свои слова обратно.
Моментально убирать свое предположение.
И калиброваться прямо в моменте.
Потому что что делает действительно слабый коуч?
Он продолжает давить свое расписание.

[44:37] Speaker N: Толкать свое расписание, толкать свою точку зрения.

[44:47] Миша (Speaker L): Я специально для вас показал, как ее протолкнуть.
И мне интересно, поняли вы это или нет.
Давайте проверим.
То есть я не просто не должен был делать предположение о слабой части, но я также не должен был ее протолкнуть.

[45:01] Speaker N: Как я ее проталкивал?

[45:13] Speaker G: Мне кажется, Миш, когда ты рассказывал про пример с дочкой.

[45:17] Миша (Speaker L): Оно.
Я протолкнул через пример дочки, через метафору, через свою дочь.
То есть у нас были метафоры, которые были крутые, которые зашли, например, когда я ему показывал: смотри, какие часы и посмотри, как мы себя ведем.
Это была сильная метафора, она била прямо в цель.
Теперь были вещи, которые не нужно было делать, нам не нужно было использовать метафору с дочерью, нам не нужно было проталкивать про слабую часть.
Это было неуместно, это не нужно было делать.

[45:54] Speaker N: Мой ум...

[45:56] Миша (Speaker L): Работал немного на вас, чтобы расставить для вас вот эти яйца и чтобы немного поразвлекать вас.
Теперь мне нужна сессия, и я ее проведу теперь не для вас, без развлечения вас.
Давайте еще кого-нибудь.
Теперь мы ее сможем после этого пройти без развлечения.
Так, теперь давайте девчонок.
Кого-нибудь не бы посрединки.
Ребят, и если я с вами до этого работал, вы должны понять, да, что большое количество студентов, я не могу запомнить всем, именно если вдруг я с вами до этого работал, вы должны честно мне сказать, чтобы была возможность в следующий раз, это не для этого раза, здесь я, скорее всего, ни с кем не работал.
Чтобы была возможность у тех, кто не работал, тоже поработать.
Так, Айман, я где-то тебя видел.
Привет.

[47:02] Айман (Speaker H): Привет.
Неожиданно, если честно, я нажала и даже не думала, что наживется сейчас.

[47:08] Миша (Speaker L): Ты хочешь поработать?

[47:10] Айман (Speaker H): Да, да, да.

[47:11] Миша (Speaker L): Хорошо.
Ну, давай посмотрим, что мы с тобой можем сделать.
О чем думаешь пока сейчас?

[47:19] Айман (Speaker H): Сейчас, одну секундочку, я перейду в спальную комнату.
Так.
Хотела, знаете, спросить.
Вот у меня есть такой момент перфекционизма, который не позволяет мне двигаться вперёд.

[47:46] Миша (Speaker L): Знаешь, мы, когда учимся здесь, да, это такое супербезопасное пространство, и мы можем о себе говорить с двух позиций.
Одну позицию я называл, у меня первая кампания называлась «На арене».
И даже наш текущий логотип, на самом деле, это логотип человека на арене.
Посередине тот человек, который смотрит, и вокруг зрители.
И у нас есть возможность говорить о себе как о зрителе, либо человеке на арене.
Когда мы говорим как зритель, мы описываем вещи.
Мы не соединяемся с реальным жизненным опытом, мы описываем вещи, мы говорим про, знаешь, «у меня есть перфекционизм», «у меня есть, да», то есть мы используем концепции, мы используем абстракции.
Но когда мы на арене, мы прямо, знаешь, как бы в жаре битвы.
У нас нет времени на себя со стороны посмотреть и сказать: «Миша, я в жизни идеалист. Или я вообще такой романтик».
У нас: «Слушай, я только что ему сказала пойти нахер, и он реально серьезно воспринял мои слова и больше не появляется в моей жизни».
Вот это на арене.

[49:15] Speaker A: Ага.

[49:15] Миша (Speaker L): Теперь давай попробуем говорить, как будто ты на арене.
Что происходит, Айман?
Что реально происходит?

[49:24] Айман (Speaker H): Ну, я никак не могу начать проявляться.

[49:31] Миша (Speaker L): То есть я постоянно...
Ты до сих пор зритель.
Как?

[49:34] Айман (Speaker H): Что происходит?

[49:37] Speaker A: Эм...

[49:38] Айман (Speaker H): Окей, у меня личный коуч дала мне задание, прошло уже три недели, и я не могу никак сесть его выполнить.
Это элементарно составить план, контент-план, начать писать в Инстаграм, что я начинаю практиковать.

[49:58] Миша (Speaker L): То есть ты не пишешь какие-то вещи?

[50:03] Айман (Speaker H): Да, то есть я не заявляю о себе, я не пишу, я не могу никак написать уже месяц в Инстаграм и сказать, что вот, ребят, я делаю классные практики по психологии, я начала обучаться коучингу, и мне есть что дать.
Я задаюсь вопросом, то есть...
А давай продолжим, смотри.

[50:23] Миша (Speaker L): Я ничего не пишу, я ничего не пощу, я ничего не записываю, потому что...

[50:34] Айман (Speaker H): Потому что...
Наверное, боюсь осуждения, но не то, чтобы боюсь осуждения.
А вдруг я сделаю это...
Хочется залететь с ноги, прям классно.

[50:48] Миша (Speaker L): Да, потому что я боюсь, что я не понравлюсь, что меня не полюбят с первого раза.

[50:58] Айман (Speaker H): Потому что я привыкла... в своей работе, в корпоративной структуре.

[51:04] Миша (Speaker L): Потому что я офигенная, классная.

[51:06] Айман (Speaker H): А здесь, если вдруг я провалюсь?

[51:08] Миша (Speaker L): А здесь я себе предрекаю, что там не будет любви с первого взгляда.
Что они не сойдут с ума, они скажут: «Боже, Айман, ты самая лучшая, что с нами когда-либо произошло».

[51:25] Айман (Speaker H): Да, они так не скажут, от этого мне не хочется писать.

[51:28] Миша (Speaker L): Да, если они так не скажут, тогда я вообще ничего не буду делать.

[51:31] Айман (Speaker H): Да.
Нет, я подготовлюсь получше, и потом это сделаю, когда будет готово.
Но этот момент что-то никак не настаёт.

[51:40] Миша (Speaker L): Окей.
То есть я тогда лучше подожду вечность.

[51:45] Айман (Speaker H): Угу.
И я боюсь, что я буду ждать долго.
Я боюсь, что я буду ходить, и весь этот потенциал во мне, и в один прекрасный день я проснусь и пойму, что я столько всего могла, и есть этот прекрасный потенциал и возможности, но я ничего не сделала и сижу ни с чем.

[52:01] Миша (Speaker L): Да, я сижу в своих волнениях, я сижу в своих страхах, я сижу в своем сопротивлении к этому, и я просто этого не делаю.
Окей.

[52:11] Айман (Speaker H): У меня есть страх номер один: дам ли я ту ценность.
У меня есть, мне кажется, какой-то скрытый страх брать деньги.
Если я заявляю о себе, я должна сделать эту практику, взять за это деньги.
Мне легче пойти опять на какой-нибудь руководящий должность, корпоративный сегмент и заработать там.
Брать деньги, я не знаю.

[52:39] Миша (Speaker L): То есть ты боишься, что ты не сможешь ублажить их достаточно?

[52:48] Айман (Speaker H): Да, не то, что смогу ли я дать ту самую ценность.

[52:53] Миша (Speaker L): Сможешь ли восхитить?

[52:56] Айман (Speaker H): Сможет ли человек уйти от меня и сказать: «Вау, это было шикарно, восхитительно».

[53:00] Миша (Speaker L): «Боже, какая она необыкновенная».

[53:03] Айман (Speaker H): Да, а если не так, то тогда лучше никак.

[53:06] Миша (Speaker L): Ну да.
Окей.
И мы видим с тобой, как ты делаешь вещи, знаешь, таким вот образом, что они никогда (не хочу использовать слово «никогда») что они не прямолинейные.
Вот я тебе сейчас приведу пример.
Ты хочешь, как ты говоришь, проявиться, выложить какой-то пост, выложить свои мысли, да?
Чтобы их колени дрожали.
То есть ты делаешь одну вещь, чтобы получить какой-то другой эффект.
То есть ты делаешь вещи не просто, чтобы их делать, а чтобы получить этот другой эффект.
Как я тебя слышу.
Вместо того чтобы: «Я хочу написать о курсах, которые ты проходишь, или что ты хотел написать».
Ну да, поделиться теми знаниями, которые я получаю, и применить те навыки, которые я уже...
То есть смотри, я делюсь не потому, что я хочу поделиться, а я делюсь, потому что я хочу манипулировать вашим восприятием меня.

[54:29] Айман (Speaker H): Когда ты это говоришь, это звучит очень сурово, но очень правдиво.

[54:34] Миша (Speaker L): Если мы смягчим это: я делюсь не потому, что у меня есть внутренний импульс делиться, а потому что я хочу управлять тем, как вы на меня смотрите.
Потому что мне нужен ваш восторг.
Я делюсь, чтобы получать ваш восторг.
Чтобы получать ваше восхищение, чтобы получать ваше признание.
Вот почему я на самом деле делюсь.
А не потому, что я хочу делиться.
И теперь у тебя ответ, почему ты не делишься.
Потому что ты вот так вот это делаешь.
Но ты не можешь обмануть свой центр, ты не можешь обмануть себя.
Ты можешь себе в голове сколько угодно себя обманывать, но свое тело ты не обманешь.
Твое тело говорит: «Мы вот так вот делать не будем».
И поэтому ты 30 дней, 40 дней, месяц будешь ничего не делать, и так будет бесконечно, ты абсолютно права, это будет бесконечно долго.
И ты будешь ходить, что ж я не проявляю, что ж не проявляю.
Потому что если мы делаем вещи вот так вот, мы не можем проявиться.

[55:44] Айман (Speaker H): Но это какая-то внутренняя потребность тогда, которая ищет восхищение от других людей.

[55:51] Миша (Speaker L): И здесь для тебя нет ничего нового, ты всегда об этом знала.
В то время как мы с тобой пытаемся создать что-то новое, создать новое понимание и видение новое.
И сейчас вещь, которую я для тебя открыл, это то, что вещи можно делать не вот так вот, а прямо.

[56:12] Speaker A: Угу.

[56:13] Айман (Speaker H): Ну вот у меня есть мысль, о которой я хочу раскрутить, и там, например, какой-то пост написать.
Я вот буду думать, подбирать слова.
Я даже в переписках там, я не позволю себе...
В обычной любой переписке, в чате, там, в личке, я не позволю себе там грамматические ошибки.

[56:30] Миша (Speaker L): Я вот как бы всегда вот...
Конечно, потому что ты смотришь на это моими глазами, а не своими глазами.

[56:37] Айман (Speaker H): Это хорошо.

[56:37] Миша (Speaker L): Ты представляешь мою реакцию, ты представляешь мое восприятие.

[56:43] Speaker A: Угу.

[56:43] Миша (Speaker L): Ты снова через три действия пытаешься что-то сделать.
Но если бы мы тебя спросили, Айман, что ты хочешь делать просто ради того, чтобы это сделать?
То что это было бы?

[57:04] Айман (Speaker H): Просто провести сессию, помочь человеку, побеседовать с ним, поделиться чем-то, что я знаю.

[57:12] Миша (Speaker L): Окей.
Ты уверена, что там не будет желания контролировать восприятие и создать этот вау-эффект?

[57:20] Айман (Speaker H): Но я сейчас с ближним кругом практикую.
То есть я знаю, что я уже в этом кругу любимая, и мне не нужно, в принципе, как-то заслуживать свое место и свою ценность.
Поэтому у меня нет, наверное, необходимости что-то там доказывать.
Я просто даю, что у меня есть.

[57:37] Миша (Speaker L): Я уже не должен бороться за принятие, правильно?

[57:39] Айман (Speaker H): Да, да, то есть я уже просто им даю, что у меня есть, что у нас с подругами.
А с внешним кругом кажется, что нужно сначала свое место под солнцем взять, а потом там дать.

[57:50] Миша (Speaker L): Видишь, у тебя одна из вещей, которая до этого была, когда я тебе пытался показать, что смотри, ты делаешь вещи через угол вместо того, чтобы линии делать, да?

[58:07] Speaker N: Угу.

[58:08] Миша (Speaker L): Я почувствовал, там было некое сопротивление.
Потому что ты даже не хочешь быть искренней по этому поводу.
Ты не хочешь...
Когда я сказал: «О, это немножко жестко, но это была абсолютная правда».
Я хочу это сделать, потому что мне важно, чтобы вы меня приняли.
Мне важно, чтобы вы меня любили.
Мне важно, чтобы вы восхищались мной.
И я специально выкручиваю все, что я делаю, чтобы адаптировать это под ваши лайки.
Хотя мы с тобой знаем, что те люди, которые тебя любят, они тебя любят за твою настоящую искренность, за то, кто ты есть на самом деле, а не то, кто ты пытаешься для них быть.
Что было бы искреннее?
Скажи мне, что было бы в этой ситуации искреннее?
Если у нас стоит та же самая задача, в принципе, эта задача могла бы быть искренней?

[59:08] Айман (Speaker H): Да, но искренне было бы пойти и делать то, что действительно сейчас по мне.
И мой читатель найдется.
Написать, например, о любой теме, которую я хотела бы на сегодня раскрыть.
Или взять кого-то на какую-то пробную сессию из внешнего круга.
Ну и все.
Я такая, какая есть.
И на меня найдется свой читатель.

[59:36] Миша (Speaker L): Ты опять поняла то, что я тебе сказал вот так вот?
Ты опять сделала это, чтобы оно что-то означало.
Ты сказала мне: «Опять пусть кто-то мне понравится. Или пусть я кому-то понравлюсь. Я просто буду делать вот так вот, но я все равно кому-то понравлюсь».
Нет, не понравишься.
А может понравишься, это не имеет значения.
Айман, смотри, какие у меня часы.

[1:00:03] Айман (Speaker H): Классные.

[1:00:05] Миша (Speaker L): Мне нравится.

[1:00:07] Айман (Speaker H): Но главное, чтобы тебе нравились.
Да, я поняла, о чем ты.
Тебе носить, тебе делать.

[1:00:15] Миша (Speaker L): Окей.
Что было бы искреннее?

[1:00:18] Айман (Speaker H): Делать то, что нравится мне.

[1:00:20] Speaker K: И что это?

[1:00:30] Айман (Speaker H): Ой, не знаю, как будто даже и не хочется вообще в Инстаграм выходить.

[1:00:34] Speaker K: А что хочется?

[1:00:37] Айман (Speaker H): Да не знаю, просто работать с людьми и, наверное, по сарафанному радио для меня это как будто более тесно, что ли.

[1:00:50] Миша (Speaker L): Ты любишь делиться тем, что у тебя есть?
Тем, от чего ты восторжен?

[1:00:54] Айман (Speaker H): Да.
Я просто не пойму, почему у меня сейчас идет реакция тела.

[1:00:58] Speaker K: Мне тоже интересно, как ты думаешь, почему?

[1:01:02] Speaker N: Не знаю.

[1:01:05] Speaker K: Что заставило немного расчувствоваться?

[1:01:07] Айман (Speaker H): Какая мысль?
Такая мысль интересная.
Ну, это, наверное, вопрос какой-то самоценности, что не нужно себя не продавать, не упаковывать.
Я всю жизнь в продаже, в рознице, я привыкла все это красиво упаковывать, продавать.
Ну, в принципе, да, с детства на сцене я всегда привыкла все это, красивую картинку продавать.

[1:01:52] Миша (Speaker L): Почему вы не можете меня просто любить?

[1:01:59] Speaker K: Почему нужно обязательно каким-то образом... в красивую упаковку, да?
Наряжаться.
Почему просто нельзя любить меня?

[1:02:25] Айман (Speaker H): Хороший извечный вопрос.
Заслуживание любви и синдром хорошей девочки.
Я знаю, что это есть во мне, просто...
Круговой, он, оказывается, и здесь этот вопрос вошел.

[1:02:41] Миша (Speaker L): Да, потому что я не могу прийти к вам так, как есть.
Мне нужно для вас упаковаться.
Я хочу, чтобы ты сейчас соединилась с вот этой сумасшедшей собственной усталостью от самоупаковывания.
От бесконечного самоупаковывания.
Скажи, видишь ли ты, насколько всю жизнь тяжело самоупаковываться?
Угу.

[1:03:17] Speaker K: Угу, видишь или нет?

[1:03:23] Миша (Speaker L): Тебе не надоело?

[1:03:26] Айман (Speaker H): Не знаю, мне кажется, уже настолько нативно, как-то даже естественно.

[1:03:42] Миша (Speaker L): Ты знаешь, как в «Людях Икс», вот этот фильм есть, когда девушка с синей кожей прямо вот за секунду просто адаптируется во внешнее пространство.

[1:03:57] Айман (Speaker H): Вот я, я везде выживу.
В любом пространстве адаптируюсь.

[1:04:00] Миша (Speaker L): Моментальная адаптация под пространство.
И когда мы это делаем, мы с трудом даже не можем понять, а кто мы на самом деле.
Если любое пространство так сильно нас меняет, кто мы на самом деле?
Всё из-за того, что мы просто хотим, чтобы нас любили, чтобы мы нравились и просто хотим, чтобы нас принимали.
А есть ли кто-то такой в тебе, что ты бы ни в коем случае не хотела бы, чтобы люди знали?

[1:04:44] Айман (Speaker H): В принципе, нет.

[1:04:51] Миша (Speaker L): Когда ты мне рассказывала о том, что если ты там что-то неправильно себе упакуешь в Инстаграме или где-то, то они наконец-то узнают о тебе правду.

[1:05:05] Айман (Speaker H): Они такие: «Ты не такая классная, какой оказалась».

[1:05:08] Миша (Speaker L): Да, а что они тогда узнают?
Что самое страшное, что они могут узнать?

[1:05:20] Айман (Speaker H): Не знаю, наверное, просто мои какие-то...
Это в какой-то степени в том числе и защита.
Вот эта идеальная картинка, форма, она...
Ну, не то чтобы страх контакта, но я достаточно выборочно в своем кругу, у меня есть небольшой круг.
И вот этот фасад позволяет мне делить мир на своих-чужих.
То есть есть я, есть мой фасад, я вас допускаю, то есть вы у забора, но прям так близко в душе есть определенный круг друзей.
И для меня сейчас идет ассоциация, когда этот фасад спадает, то это...
Какая-то уязвимость, вот эта вот оголенность.

[1:06:08] Миша (Speaker L): Да.
Как раз страх, что отвергнут, что будет больно, что что-то будет не так.
А когда есть фасад, тогда безопасно.

[1:06:21] Айман (Speaker H): Я вот сейчас, меня эта мысль догоняет.
Как бы определенно есть, ну вот в ту сторону, да, подумать.
Это тоже есть, но...
Мне кажется, здесь даже страх облажаться не перед чужим, а даже перед самой собой.
Потому что я-то сама верю в себя классную.
Ну да, вдруг ты узнаешь, что ты на самом деле...
Вдруг я узнаю, что я не такая федикатная.

[1:06:49] Speaker K: Да, вдруг ты узнаешь, что ты можешь быть разной.

[1:06:53] Айман (Speaker H): И, ну, как бы это даже...
Да, какая-то даже перед самой собой...
Привыкла себя вести определенным образом, действовать определенным образом.

[1:07:10] Миша (Speaker L): Да, и страшно, что раскроют.

[1:07:15] Айман (Speaker H): Страшно, а вдруг я сама себе такой не понравлюсь.
Или, а как жить?
Весь уклад жизни, он меняется, если меняешься.
Ну, ты, как ты себя ведешь.
Мне это какое-то горе терять часть жизни прожитой.
Ну, как-то...

[1:07:32] Миша (Speaker L): А горечь, почему?
Что это был фейк или почему?
Не совсем понимаю.
То есть откуда горечь?

[1:07:38] Айман (Speaker H): Что по поводу жизни...
Нет, не фейк, наоборот, такая классная жизнь и классная я выстроилась.
И мне-то в этом хорошо.
А как будет по-новому?
По-новому я думаю, что будет хорошо, но все равно это какое-то чувство неизведанного.

[1:08:04] Миша (Speaker L): И страшно находиться с собой, страшно не выставлять этот фасад, страшно не упаковываться специально.
Но мне интересно, был ли момент, когда ты действительно попробовала почувствовать этот страх?
Вот просто ничего не делать с ним, просто сидеть его и чувствовать.

[1:08:27] Айман (Speaker H): Кажется, нет.
Кажется, я настолько привыкла быть всегда в контроле себя, своей жизни и своего окружения, что я никогда просто так не позволяла.
«Ай, я боюсь».
Даже если я расслабляюсь и говорю: «Плывем по течению», я всегда где-то у меня там руль внутренний.

[1:08:51] Миша (Speaker L): Давай попробуем...
Есть несколько вещей, которые ты мне говорила.
Ты мне говорила, что если я узнаю, что я не классная, то есть я не та, за кого я себя выдаю, что если они узнают, что я не та, за кого я себя выдаю, что если они узнают, что я не классная.
Кстати, дай мне еще более четкие слова: «классная» — это какая?

[1:09:21] Айман (Speaker H): Вот бывают же люди, которые...
В любую компанию их приведешь, и ты всегда знаешь, что тебе никогда за них не будет стыдно.
Вот со взрослыми умеют разговаривать по-взрослому, уважительно.
И с детками общий язык найдут.
И в профессиональном, и с политиками, и с главами компании, и, я не знаю, с богатыми, с бедными, с тупым классом людей.
И всегда они реально хамелеон адаптируются.

[1:09:49] Миша (Speaker L): Да.
Это как идеально принимаемая или какая она?
За которую не стыдно, да?

[1:09:55] Айман (Speaker H): Да, которая никогда не подведёт, которая в любой ситуации найдёт, вольёт, что ли, адаптируется.
Короче, идеальный дипломат, наверное.

[1:10:08] Speaker K: Да.

[1:10:10] Миша (Speaker L): Знаешь, у нас всегда в жизни был момент, когда нас на что-то натренировали.
У каждого из нас.
Без исключения.
Нас на что-то натренировали.
И бывает так, что нас тренируют на то, что то, как другие люди думают о нас, важнее, чем то, что мы думаем.
И то, что другим людям нравится, важнее то, что нам нравится.
И ключевая задача, это чтобы перед другими не было стыдно.

[1:10:47] Леша (Speaker J): Угу.

[1:10:48] Миша (Speaker L): Чтобы другие принимали, чтобы мы нравились другим.
Ты говоришь: в любой ситуации, куда бы меня ни поставили, да, с девочками, мальчиками, взрослыми и так далее, разные статусы, никогда за меня не стыдно, я не подведу.
И я хочу сказать, что Айман, ты очень хорошая девочка.
Спасибо, что за тебя не стыдно, и спасибо, что ты такая мудрая, и спасибо, что ты такая адаптивная, и ты гордость.

[1:11:18] Айман (Speaker H): Мне приятно это слышать, это же ненормально.

[1:11:21] Миша (Speaker L): Нет, это абсолютно нормально.
Действительно хорошая, послушная девочка.

[1:11:26] Айман (Speaker H): Для меня это звучит же как комплимент, и я такая: «Да, вот».

[1:11:30] Миша (Speaker L): А в этом нет оскорбления, это действительно комплимент.
Ты действительно справилась.
Как хорошая, маленькая, послушная девочка, ты справилась.
Это часть тебя, которая к этому стремится.
Она справилась.
Ты сделала свою работу.
Ты справилась.
Ты действительно молодец.
Я говорю это без иронии.
Я говорю это не чтобы тебя унизить либо что-то.
Ты действительно справилась с этой задачей.
У тебя получилось.
Ты молодец.
Ты действительно справилась.
Ты смогла.

[1:12:02] Айман (Speaker H): Знаешь, когда ты это говоришь...
Знаешь, когда к чему-то долго идешь, и потом говорят: «Все, ты сделал, расслабься».
И тебя так отпускает?

[1:12:14] Speaker A: Да.

[1:12:15] Айман (Speaker H): И эмоционально в том числе?

[1:12:19] Миша (Speaker L): Да, тебя сейчас отпускает, потому что ты действительно это сделала.
У тебя действительно это получилось.
Ты справилась с каждой ситуацией.
В каждой ситуации ты показала, что ты достойна того, чтобы тебя уважали.
Ты действительно нравишься.
Люди любят с тобой быть.
Ты не подвела.
Ты 100% не подвела.
Ты молодец.
И тогда вопрос: ты с этой задачей справилась, ты это сделала.
Можем ли мы теперь посмотреть на новые задачи?

[1:13:13] Айман (Speaker H): Да.
Знаешь, такая мысль пришла: окей, пожили для других, пора и для себя.

[1:13:20] Миша (Speaker L): Ага, окей.
Теперь давай мы посмотрим на то, что это значит.

[1:13:25] Speaker N: Угу.

[1:13:26] Миша (Speaker L): Причем ты говоришь: «Пожили для других».
Окей, перед нами стояла задача.
У тебя был некий внутренний выбор выполнить эту задачу.
Сейчас мы можем сказать, что ты действительно с ней справилась.
Ты выполнила ее идеально.
Ты заслуживаешь абсолютно всех похвал, которые возможны.
Ты молодец, у тебя получилось.
Теперь можем ли мы посмотреть, что для нас еще возможно?
Какая перед нами теперь может стоять задача?
И ты говоришь: «Давай поживем для себя».
Дай мне больше понимания, что это теперь значит.

[1:14:06] Айман (Speaker H): Хочется делать, хочется давать, созидать.
Как-то вот внутреннее вытащить и дать на благо тем, кто вокруг.

[1:14:30] Миша (Speaker L): Нету никого вокруг.
Их не существует, ты их придумала.

[1:14:38] Айман (Speaker H): Не знаю, сесть, просто быть.

[1:14:41] Миша (Speaker L): И ты говоришь: «Я хочу...»
То есть я верю в то, что ты хочешь создавать и созидать.
Я чувствую в тебе эту энергию.
Я чувствую ее очень сильно на самом деле.
Я чувствую твое творчество.
То творчество, которое раньше было использовано для того, чтобы быть хамелеоном и менять формы.
Оно...
Одинаковая суть, одинаковая энергия.
Я чувствую это творчество.
Я верю, что ты действительно хочешь созидать.
Что ты тот человек, который постоянно что-то придумывает, постоянно что-то творит.
И...
Если бы ты это делала, зная, что больше нет никого, что нет никого, кто скажет тебе: «Ты молодец, что ты удовлетворяешь нас, и мы тебя принимаем, и вау-вау-вау, ай, мальчик, молодец».
Если больше нет никого, вот это быть, как оно выглядит?

[1:15:36] Айман (Speaker H): Не знаю, просто...
Расслабиться, быть в моменте, созерцать красивое, смотреть на красивый закат, восполняться, брать от природы, от энергии что-то.

[1:16:02] Speaker A: Окей.

[1:16:02] Айман (Speaker H): Что ещё?
Я не знаю, я даже не представляю, как жить одной в этом мире.
Ты говоришь: «Никого рядом нет».
Ну, как бы...
У меня даже это не представляется.
Ну, как бы, есть я, есть природа, я могу побыть в ней, а потом, а что дальше?
Ну, то есть я смысла не вижу.

[1:16:21] Миша (Speaker L): Когда всю жизнь нужно было адаптироваться под восприятие других, очень тяжело увидеть, что нужно себе.
Потому что, что нужно тебе, диктовалось тем, что нужно другим.
Что в глазах других даст тебе нужный статус, нужное уважение, нужное внимание, нужное признание.
Таким образом, если всю жизнь адаптироваться под это, то атрофируется мышца, которая решает, а что мне нужно для себя.
И я тебя так хорошо понимаю.
Если бы, например, я попал бы на необитаемый остров, то, наверное, первым делом я бы попробовал бы себе построить свое место.
Потом, если бы я построил бы свое место, я бы, наверное...
Убедился, что при условии, что там источники воды и все так далее есть, то есть мы бы закрывали.
И потом бы я, наверное, расставил вокруг себя большие камни круглые и, скорее всего, учил бы их.
Что выглядит, как твои камни?

[1:17:50] Speaker K: И что выглядит, как твой дом?

[1:18:12] Айман (Speaker H): Мой дом выглядит, как какое-то мое пространство, где я могу быть самой собой.
Потому что я ведь порой даже отдыхать не позволяю.
То есть отдыхаю мы с чувством вины, что могли бы делать что-то полезное.
Не знаю, мои камни...
Вот у меня такая почему-то мысль пришла.
Я с детства... хотела работать в воспитательнице в детском садике.
Что камни, наверное, это дети.
Потому что у них еще нет осуждения.
Вот кто есть перед ними, вот они вот такого и принимают.
Потому что они еще сами не знают, чего ожидать от этого мира.
И вот почему-то у меня такая ассоциация пришла, что камни — это...
Ну вот, дети, и ты как проводник просто проводишь время с детьми.

[1:19:29] Speaker K: И что ты им показываешь?
Что ты им даёшь?
Что они берут?

[1:19:36] Айман (Speaker H): Да просто вообще способность жить, я не знаю, кайфовать.
Но просто без никаких обязательств.
Жизнь есть, она классная, живи.

[1:19:55] Speaker K: Знаешь, что я чувствую, когда ты это говоришь?
Я чувствую, как сильно ты их любишь.
Тебе ничего не нужно делать, да?
Ты даешь им любовь.

[1:20:20] Айман (Speaker H): У меня в целом это ассоциация, и дети, и дети ассоциация, это люди.
Я не знаю, иногда так хочется им сказать просто: «Блин, кайфуйте, живите».
Но как такое говорить, когда ты сам не всегда это умеешь делать?

[1:20:40] Миша (Speaker L): Знаешь, мы...
Просто каждый из нас друг друга пытается привести домой.
Мы не всегда дома в любой момент времени.
Мы просто стараемся, мы делаем всё, что от нас зависит.

[1:20:55] Speaker C: Классная фраза про дом.

[1:20:58] Speaker K: Ты так чувствуешь, как сильно ты их любишь?
Обрати внимание, что ты мне сказала.
Ты мне сказала, Миш:

[1:21:12] Миша (Speaker L): «Если бы я точно знала, если бы я на 100% знала, что нет никакого осуждения, то я бы просто бы открыто любила бы».

[1:21:27] Speaker K: Без каких-либо установок, целей, историй.
Я бы просто бы открыто любила, если бы я точно знала, что там вот эта чистая душа.

[1:21:54] Айман (Speaker H): Ну да, любить я люблю, давать любовь.
И в принципе все про создать и давать для меня все это про любовь, вот это вот чувствовать, давать.
Я не знаю, почему это порой бывает так сложно.
Только условности стоят между этим, между твоей любовью и любовью других.

[1:22:15] Миша (Speaker L): Знаешь, я занимаюсь этой работой так давно, я недавно разговаривал с коллегой, и я впервые взял, вот впервые сделал этот внутренний выбор, когда мне там было порядка 12 лет, впервые взял первую сложную книгу, чтобы действительно попробовать этому научиться.
И...

[1:22:44] Speaker K: За больше чем 25 лет в этой работе я выучил всего лишь одну вещь.

[1:22:53] Миша (Speaker L): Если ты действительно хочешь хоть что-то из себя представлять, когда ты работаешь с внутренним миром другого человека,

[1:23:06] Speaker K: То тебе нужно другого для того, чтобы дать все, что им нужно, — научиться любить и попробовать убрать все возможные преграды.
И ты только что сейчас дошла до этого.

[1:23:26] Миша (Speaker L): Ты должен создать свой самый простой способ, самый элегантный, самый элементарный для себя способ любить другого человека.

[1:23:35] Speaker K: И убирать на этом пути любые преграды.
Это все, что тебе нужно.
И ты это только что показала.

[1:23:48] Миша (Speaker L): Теперь смотри.
Мы кое-что для тебя сделали.
Мы создали для тебя внутренний выбор.
Мы создали для тебя пространство для нового будущего.
Там много еще предстоит ответов.
Но сейчас мы создали новую возможность.

[1:24:12] Айман (Speaker H): У меня мысль крутится прямо в голове, возвращаясь к Инстаграму.
Казалось бы, да, начали с Инстаграма, покружили.

[1:24:22] Speaker K: Начали со здравия, да.

[1:24:24] Айман (Speaker H): Да.
Что, по сути-то, Инстаграм, ну, каждый же видит по-своему, и сейчас мне это видится не как площадка саморекламы или там продажи, а как площадка, где человек может дарить любовь.
Бесплатным, доступным образом.
Вот есть миллионы людей, ты даешь свои знания, ты даешь свою любовь, ты просто отправляешь все это дело в поле, и оно где-то там улучшает...
И от этого хочется писать.
Хочется ворваться и что-нибудь классное туда и написать.

[1:25:04] Миша (Speaker L): У меня к тебе вопрос.

[1:25:08] Speaker K: Представь себе, перед тобой сидит 15 маленьких детей с этими наивными, открытыми лицами.
И ты делаешь свою работу.
Но один ребенок продолжает в тебя кидать игрушки, несмотря на то, что ты делаешь свою работу по максимуму.
Скажи, что происходит с ребенком?

[1:25:38] Айман (Speaker H): Не знаю, какая-то боль.
Хочется подойти и обласкать.
И это очень прикольная мысль, потому что детям мы позволяем проявляться.
И мы не думаем, что, блин, я плохой.
Ты думаешь: «Блин. Ты хочешь подойти к ребенку и сказать: "Что случилось? Тебя что-то беспокоит?"»

[1:25:57] Миша (Speaker L): Потому что ты не подозреваешь плохого мотива против себя, правда?
Потому что ты понимаешь, что это не имеет к тебе никакого отношения.
Ребенку просто больно.
Теперь, какая у нас есть надежда?
Например, что бы ты ни делал, это не помогает.
И ребенок продолжает бросать тебе игрушки.
Какая у нас есть надежда?

[1:26:23] Айман (Speaker H): Чтобы немножко успокоиться, пройдет время.

[1:26:27] Миша (Speaker L): Что пройдет время, и он сможет принять твою любовь.

[1:26:34] Айман (Speaker H): Ну или не принять, но как минимум его...
Что мы знаем...
Смотри, что мы знаем.

[1:26:44] Миша (Speaker L): Это то, что когда мы любим, мир делится всего лишь на две вещи.
Те, кто принимают нашу любовь, и те, кто еще не знает, что они приняли нашу любовь.
Всегда две категории людей.
Всегда.
Те, кто принял, и те, кто не знает еще, что принял.
Но гарантированно принял.
И это никогда не имеет к нам никакого отношения.
Мы не можем на это влиять.
Это не зависит от нас.
Мне очень нравится, что ты хочешь сделать со своим инстаграмом.
Звучит, как ты теперь собираешься найти способ, как ты делишься любовью, как ты любишь.
Свой способ, язык, которым ты говоришь.
Я посадил камни вокруг себя на необитаемом острове.
Я с ними разговариваю немного сложным языком.
И я строю предложение достаточно сложно.
Я просто надеюсь, что камни меня простят, потому что это я.
Это просто мой способ.
Я жду не дождусь твой способ увидеть.
У тебя будет 7 дней.
Это твоё домашнее задание.
Мне не нужно, чтобы этот способ был идеальный.
Если твой способ любить будет, я не знаю, показать на видео тапочки, которые ты носила три года, и теперь они разлетелись, либо от них ничего не осталось.
Ты просто выложила три секунды видео своих тапок.
Это твой способ любить.
Для меня это не имеет никакого значения.

[1:28:40] Миша (Speaker L): Я ищу твой способ любить, а не твой способ на меня воздействовать.
Потому что манипуляция – это не любовь.
Способ манипулировать моим восприятием – это не любовь.

[1:28:53] Айман (Speaker H): Я так привыкла это делать.
Это абсолютно новый шаблон поведения будет для меня.

[1:28:58] Миша (Speaker L): Ты привыкла это делать, потому что ты привыкла жить в отсутствии любви.
И когда ты живёшь в отсутствии любви, ты встречаешь других отсутствием любви.

[1:29:10] Айман (Speaker H): Причём это настолько такая парадоксальная мысль.
Я росла и нахожусь в абсолютной любви.
Но почему-то мне всегда кажется, что её нужно заслуживать.
Что вот если я просто сделаю это, не знаю, по-другому.

[1:29:29] Миша (Speaker L): Да, мы это видели.
Мы тебе сказали, что ты справилась.
Мы тебе сказали, что ты завершена.
Мы тебе сказали, что ты справилась.
Это готово.
Ты завершена.
Ты справилась.
Теперь дальше у тебя есть выбор.
Ты можешь продолжать осуждать людей за то, что они осуждают тебя, потому что это то, что ты делаешь.
Когда ты пытаешься адаптироваться под них, ты их осуждаешь.
Я не знаю, насколько это тебе стало очевидно во время нашего разговора.
Если нет, я хочу продолжить эту линию.
Когда ты пытаешься адаптировать себя, чтобы им понравиться, ты это делаешь, потому что ты думаешь, что иначе тебя осудят.
Но что происходит?
Ты осуждаешь их за это первое.
И поэтому ты адаптируешься.
Если бы ты людей не осуждала, тебе не нужно было бы адаптироваться.
Но ты их осуждаешь.

[1:30:26] Айман (Speaker H): То есть я как будто уже им говорю: «Вы не способны любить просто так. Вы не способны меня полюбить».

[1:30:31] Миша (Speaker L): «Вы не способны полюбить меня настоящую. И за это я вас осуждаю. И я, осуждая вас, буду манипулировать вашим восприятием, потому что я вас не люблю».
Не люблю равно осуждаю.
Ты отсутствие мнимой любви встречаешь настоящим отсутствием любви.

[1:30:52] Айман (Speaker H): Очень интересная мысль.

[1:30:56] Миша (Speaker L): Окей.
И теперь у тебя будет шанс попробовать вступить в новое будущее.
И домашнее задание.
Я жду, что ты воспользуешься этим шансом, и ты мне в ближайшие 7 дней в нашей общей группе покажешь.
Окей?

[1:31:15] Speaker A: Окей.

[1:31:16] Миша (Speaker L): Айман, ты со мной сделала очень приличную работу.
Ты умница.
Спасибо, что открылась, спасибо, что показывала нам себя в настоящую, все свои части.

[1:31:27] Айман (Speaker H): Спасибо тебе большое, что увидел сквозь.

[1:31:33] Миша (Speaker L): Окей, обнимаю тебя.
Спасибо.

[1:31:35] Айман (Speaker H): Спасибо.

[1:31:36] Миша (Speaker L): Так, друзья, давайте быстрое обсуждение того, что мы все увидели.
Сейчас хочу только мысли.
Что вы думаете, что вы увидели, и также, что вы не поняли.
Кто первый готов начать?

[1:32:00] Speaker Q: Можно я начну с того, что я не поняла.

[1:32:02] Миша (Speaker L): Давай.

[1:32:03] Speaker Q: Я не поняла ход с часами в этой сессии.

[1:32:07] Миша (Speaker L): А, серьезно?
Так, кто поможет?

[1:32:15] Speaker D: Это пример того, как я могу наслаждаться и мне все равно, что думают об этом окружающие.
Я получаю удовольствие от того, что я ими пользуюсь, и этого достаточно.

[1:32:34] Миша (Speaker L): Это была метафора про и ее инстаграм.
То есть она постит в инстаграме, чтобы влиять на людей.
И я противопоставлял и объяснял свою метафору, что ты можешь делать вещи линейно.
Что тебе не обязательно делать вещи через угол.
Угол — это когда я делаю так вот, чтобы воспользоваться тобой, чтобы от тебя что-то получить.
Это угол.
И мы всегда надламываемся об этот угол.
Линейно — это когда я делаю вещи просто потому, что я делаю вещи.
Я делаю, потому что я делаю.
Я не могу не делать того, что я не делаю.
Я делаю только то, что я делаю.
Окей?
«Смотри, какие у меня часы».
Почему я это делаю?
Потому что я показываю часы.
Это не зависит от того, что ты скажешь мне про мои часы.
Понятно, Катя?

[1:33:32] Speaker M: Да, спасибо.

[1:33:35] Миша (Speaker L): Хорошо.
У меня вопрос к Насте.
Давай.

[1:33:43] Speaker F: Я хочу поделиться, во-первых, с Мишей, вот эту глубину, которая сегодня была.
Мне кажется, я в таком шоке и в таком афике, что я большую часть времени вообще не понимала, что происходит.

[1:33:56] Миша (Speaker L): То есть все происходило так круто...
Сейчас, секундочку, ребят.
Что сделала Настя с нами?
Она только что сделала очень искренний ход.
Кто чувствовал точно так же?
Кто чувствовал, поднимите руку, что...
Потому что она только что поделилась за многих из нас.
Я то, что видела, я многие вещи не понимал, не понимаю, не понимала и так далее.
Она показывает, как не быть зрителем и описывать вещи абстрактно, а как быть на сцене и сказать так, как оно есть.
Сори, спасибо, продолжай.

[1:34:28] Speaker F: Ты это когда сейчас сказала, я начала видеть эти руки, у меня аж такой жар поднялся к лицу, я такая: «Блин, что это я за всех говорю?»
Но на самом деле меня так выключало в том плане, я просто за тобой наблюдала, за Айман наблюдала, и мне чувствовалось это очень тепло, очень хорошо, это как будто я смотрела такое классное кино.
Я на иностранном языке, я не понимала, что там происходит, но я видела вот эту динамику, и это было так красиво, и мне внутри так классно.
Но о чем кино?
Ну, кино о любви.
Вот.
То есть, если меня спросят: «А что там происходило?», если меня сейчас спросишь, какие я увидела твои обороты, это вообще все мимо меня.
Для меня это было про чувства и просто про любовь.
Все.

[1:35:19] Миша (Speaker L): Это окей, то есть ты говоришь, что ты не фокусировалась, а где Миша использовал КВН, например.
Хотя можно сказать, окей, КВН, например, был, когда мы подходили к завершению нужды для одной из ее частей, там было много КВНа, или КВН был в конце, когда мы показываем ее работу, ее искренность.
Или когда нам нужно перефразирование.
Всю первую половину, наверное, большую половину первой части, что я сказал, первую часть или половину нашего разговора, по сути, я просто возвращал ей то, что она мне говорит.
Это часть, где ты активно слушаешь и перефразируешь.
То есть мы просто используем все эти элементы, и причина, почему тебе они не видны, потому что они становятся натуральными в использовании.

[1:36:09] Speaker F: Очень натурально.
И знаешь, я сейчас, когда тебя слушала, и вообще метафоры сегодняшней работы, не знаю, как называются вот эти арт-объекты, где ты приближаешь, то есть, ну типа приближаешь, и ты углубляешься в новую картинку, опять приближаешься, например, в капкейк, а там в капкейке целая вселенная.
И я вот так вот приближаюсь, приближаюсь, и я такая: «Вау, вау, вау».
И ты сейчас говоришь: «Ой, я использую КВН».
И я такая: «Ой, ну реально, он же использовал КВН. И использовал перефразирование. Ну да, реально».
А у меня как будто я прям не застряла, а прям погружалась вовнутрь.
И вот это про натуральность.

[1:36:47] Миша (Speaker L): Спасибо большое просто.
Спасибо, спасибо.
Круто поделилась.
Галин, давай.

[1:36:59] Speaker G: Да.
Миш, так странно вначале.
Да, мне тоже всё очень понравилось, всё супер.
Но поначалу мне показалось, что ты с ней как-то немного агрессивнее, да, чем с предыдущим.

[1:37:16] Миша (Speaker L): Как-то более...
Агрессивнее?
Быстрее?

[1:37:19] Speaker G: Быстрее, да.
Более вёл её туда, куда ей нужно посмотреть.

[1:37:25] Миша (Speaker L): Да.

[1:37:26] Speaker G: И только вторая часть у тебя была более...
Уже тот Миша, который ведет сессии, которые мы видели в записи.
То есть какое-то было неожиданное поведение такое.
Не похоже на твои сессии, которые ты обычно нам показываешь.

[1:37:47] Миша (Speaker L): Давай я несколько скажу вещей.
Первое, что вы должны знать, у меня в целом очень интенсивная энергия.
И у меня энергия жестко-мягко.
Это моя энергия, то есть это то, что я очень хорошо себе представляю и себя знаю.
Когда мне нужно проходить быстро, я прохожу быстро.
И когда мне нужно действовать мягко, я действую мягко.
И...
Просто, может быть, вы видели больше сессий, где я был более мягок с клиентами, но это не значит, что я был жесток, я был просто интенсивней, потому что мы работали с верхними слоями, и мне не нужно было с верхними слоями работать аккуратно.
Да, потому что мы все знаем, с самого начала, как только начала заговорила про Инстаграм, я думаю, каждый из нас понял, что это не про Инстаграм.

[1:38:44] Speaker G: Да, абсолютно верно.

[1:38:46] Миша (Speaker L): И у нас не было времени там мягчить.
Потому что если вы посмотрите на разные демо-сессии, которые есть в YouTube, не мои, то вы увидите, что коуч со слоями, с которыми не нужно поступать мягко, поступает очень медленно и мягко.
И это в целом создает ощущение какой-то жесткой тягомотины.
Но хороший коучинг выглядит как хороший секс.
И как ты можешь испортить этот хороший секс, если ты двигаешься с одинаковым ритмом всё время.

[1:39:25] Speaker G: Я поняла.
То есть, если мы видим проблему изначально, что она не там, о чём она говорит, то мы можем, в принципе, позволить себе быть интенсивными.

[1:39:34] Миша (Speaker L): Да, ты можешь просто...
Потому что как выглядела интенсивность?
Она выглядела через скорость вопросов.
И быстрое движение через вопрос.
Я не грубил, я не осуждал, я не вел себя неадекватно, чтобы клиент не захлопнулся.
Но плюс, что еще интересно, не со всеми клиентами мы можем поступить интенсивно, потому что наша скорость мышления может не соответствовать скорости мышления клиента.
Но с Айман ситуация была другая.
Девочка мыслит очень быстро.
И она могла меня встретить на любой скорости.
Опять же, откуда мы знаем?
Потому что она хамелеон.
Она адаптируется под любую среду.
И если бы я зашел бы в супермеренную фазу, она бы просто соответствовала бы мне.
Если бы я зашел бы в супермеренную фазу, она бы соответствовала бы моей меренной фазе.
Если я начал двигаться, она сразу же подхватила меня на более быстром уровне.
То есть она идеальный партнер для танцев.

[1:40:33] Speaker G: Я поняла, спасибо.

[1:40:35] Миша (Speaker L): Филипп?
Так, Филипп, тебе нужно микрофон включить, не слышно.

[1:40:47] Speaker M: Да, сейчас слышно?
Да, супер.
Да, привет.
А ты, в принципе, уже опередил сейчас ответом своим.
У меня было такое восприятие, что первоначально, как сказать, проблема, она не была как бы оформлена, была более такая глобальная, перфекционизм, и он даже звучал больше не как проблема, а даже что в этом даже что-то хорошее есть.
И первая часть, это мне ещё было близко, это такой стиль Брук я называю.
Ты в стиле Брук так быстро всё это...
Да, можно сказать, что агрессивно.
И когда такая была реакция, что она сказала, что это как-то сурово было, потом ты уже дальше перевел в другое русло, и уже что вызвало такую эмоциональную другую реакцию, уже спокойно потекло.
В начале как бы все это сразу, да, как ты сейчас сказал, все эти слои быстро поснимал, что там не нужно было копаться как бы.

[1:41:43] Миша (Speaker L): Филипп, еще такой момент, может быть, он поможет и будет для тебя неким компасом.
Как только с нами начинают разговаривать искренне, из центра и по-настоящему, вот тогда мы полностью можем менять свой стиль и становиться тоже искренними, настоящими и встречать человека на этом уровне и двигаться аккуратно, потому что сейчас мы работаем с тонкой материей.
Когда мы видим неискренность, то нам нужно подумать: окей, сколько минут до искренности?
Сколько реально у нас есть минут до искренности.
И если мы приблизительно оцениваем, что у нас осталось 30 минут сессии или 40 минут сессии, то ты можешь каким-то образом себя калибровать.
Окей, у меня есть 5 минут добраться до искренности, я лучше буду делать это быстро.
С клиентом можно поразительно хорошо работать, когда мы находимся на максимальном уровне искренности.
Это самая лучшая работа, которая может произойти.
Искренность открывает постоянно, иллюминирует и открывает новое будущее.
Постоянно.

[1:42:58] Speaker M: Хотя дальше то, что было в конце про камни, мне лично было сложно.
Я уже не понял, куда мы там идем.
Я уже видел, что эмоционально человек готов, что более важно для меня было это эмоциональное состояние.
А некоторые вопросы, эти метафоры с камнями, мне даже было сложно.

[1:43:17] Миша (Speaker L): Я знал, что с ней это получится, потому что она ни разу не отпустила мою руку на протяжении всей сессии.
И я таким образом увидел, что в принципе все, что мы можем сделать вместе, она сможет туда пойти, потому что ее ум настолько нейропластичен, что она может позволить абсолютно любой поворот.
То есть она очень открытая по своей сути, по своей натуре, то есть она очень нейропластична, и она примет как метафоры, так и эмоции, то есть полный спектр.
Но, опять же, если бы я работал бы с тобой, я бы не пошел бы туда.
Потому что, если бы ты меня не держишь, ты мою руку отпускаешь, я бы туда не пошел, а бы вернулся бы.

[1:43:58] Speaker M: Понял.
Спасибо.
Привет из Манитобы.

[1:44:01] Speaker K: Супер.
Так, всегда рад, когда Canucks тоже есть в группе.
Эльмир, давай.

[1:44:17] Speaker N: Включай микрофон, если можешь.

[1:44:23] Speaker C: Миш, ты ко мне обращаешься, не было слышно.

[1:44:25] Миша (Speaker L): К тебе, к тебе, давай.

[1:44:27] Speaker C: Я очень рада, да, вот так к тебе на прямое обратиться.
Миш, я хочу поблагодарить тебя, благодарю тебя за то, что я вместе с Айман получила это освобождение.
Задача выполнена, и моя тоже.
Я это почувствовала, прочувствовала и проплакалась.
Я думала, что мне уже не нужно ни перед кем выслуживаться, быть хорошей и заслуживать эту любовь.
Но оказалось, что что-то где-то я там припрятала.
Видимо, на всякий случай.
И сегодня я эту свободу получила, и я тебя за это благодарю.

[1:45:04] Миша (Speaker L): Спасибо тебе большое.
Молодец, что ты делала эту работу тоже.
Смотрите, друзья, на самом деле Айман делала всю работу для нас.
Без исключения.
Каждый из нас здесь либо пытается показаться лучше, либо пытается убежать из рабства.
Других вариантов нет, чем вы занимаетесь.
Вы либо пытаетесь показаться лучше, либо пытаетесь выпрыгнуть из чьей-то доминации, из чьего-то рабства.
Это все, что вы здесь делаете.
И она делала эту работу сейчас с тех, кто находится в рабстве адаптации под другого, под мнение другого человека.
И она сделала это для работы для нас.
Коучинг получили мы все.
Включая меня.
Окей?
Спасибо, Ольга, что тоже этим поделилась.
Опять же, это было со сцены.
Это не было зрителям.
Это было...
Ты поделилась со сцены.
Наташа, давай.

[1:45:57] Speaker P: Миша, рад тебя видеть, так редко мы встречаемся.
Знаешь, хочу тебя поблагодарить за ту валидацию, которую я сегодня получила как коуч, потому что, знаешь, когда ты работаешь третий год с клиентами каждый день, с группами, конечно же, ты временами сомневаешься, где-то ты что-то сделал так, не так, ты рефлексируешь на эту тему.
И когда я сегодня смотрела твою работу, меня не покидала мысль, что со мной все в порядке.
То есть я могу ошибаться, я могу сделать что-то не так.
Ни одна сессия не будет идеальной, ни одна группа не будет идеальной.
И вот за это я тебя сильно благодарю, потому что это важно иногда слышать от коллег и от тебя в частности.
Хотя ты умеешь, конечно же, себя возвращать, самокоучингом заниматься.
Но сегодня для меня это вот валидация твоей работы.
Сегодня я это для себя заберу.
Спасибо.

[1:46:52] Миша (Speaker L): Давайте послушаем, что Наташа говорит.
По сути, Наташа говорит, что я увидела, как ты работаешь, и я поняла, что я не так уж плоха.
И при этом смотрите, что важно.
Мое признание и показывание вам собственного несовершенства и отсутствия идеала в моей работе открыло для вас возможность.
Каждый раз, когда вы ведете себя искренне по отношению к себе, вы открываете возможность для других людей.
Это очень важно.
Окей, спасибо, Даша.
Мария, давай.

[1:47:35] Speaker E: От меня тоже благодарность.
Я в числе тех, кто за кадром проплакался сегодня.
У меня есть такой практический вопрос в той части, где был сделан комплимент.
Когда ты сказал: «Ты молодец, ты молодец. Хорошая девочка, ты справилась».
Дальше последовал вопрос: готова ли ты теперь развернуться в сторону того, что можно сделать дальше.
Но вот меня интересует вот такая форма комплимента, насколько она...
Здесь это был специальный прием, потому что для меня она носила такой некий окрас, ну немножко родительский, да, такой как бы оценивающий...

[1:48:17] Миша (Speaker L): Он намеренно был родительский.

[1:48:19] Speaker E: Ага.

[1:48:19] Миша (Speaker L): Это было осознанно сделано, чтобы подчеркнуть...
Я намеренно взял роль родителя, потому что откуда мы знаем, что происходило?
Наверняка мама или папа в детстве требовали соответствия мнению других людей.
Самое важное было, чтобы не было стыдно за ребенка перед другими людьми.
И мы видим...
Мне это очень хорошо понятно.
У меня наполовину восточная семья.
И у меня материнская часть, она из вот этих традиций, когда взрослый постоянно, знаешь как, твой статус очень сильно от этого зависит.
Статус родителя очень сильно зависит от того, насколько послушный, насколько правильно себя ведет ребенок.
Я очень хорошо это помню, то есть я очень хорошо это знаю.
И вся эта история, почему нам нужно соответствовать, почему нам нужно каким-то образом себя вести, чтобы она использовала два слова, которые прямо идеально подходили.
Она сказала «не подведи».
И потом мы вместе, да, и стыд.
«Не подведи» и «совпадай».
И причем на разных уровнях.
Ребенок, да, то есть она об этом говорила.
Она говорила именно про это.
И откуда?
Да, потому что тебя так тренировали в детстве.
Окей?
И она справилась?
Она с этой работой, как хорошая девочка, она справилась.
Спасибо, справилась.
Твоя работа завершена, закончена.

[1:49:50] Миша (Speaker L): Спасибо.

[1:49:51] Speaker E: Ясно.

[1:49:53] Миша (Speaker L): Спасибо.
Юля, давай.

[1:50:00] Speaker Q: Миш, привет.
Спасибо тебе большое.
Я из тех, кто ни в чем тут не разобрался.
В этой сессии я не отследила, я туда погрузилась.
Это точно как Настя, по-моему, сказала.
Это было кино про любовь.
Все, что касается, если я слышу это слово, я туда проваливаюсь.
И у меня тоже мама учитель, и вот ее статус всегда зависел от того, насколько я хороша, стыдить, позорить, вот это вот все наши любимые слова.
И я, наверное, из тех людей, которые до сих пор заслуживают эту любовь, плачу не могу, пытаюсь, наверное, ее заслужить.
И вот спасибо вам, Айман, о том, что сегодня было.
И у меня такой вопрос.
Ты сказал, что люди делятся на две категории: которые приняли любовь и которые не знают, что они приняли нашу любовь.
Может быть, мне здесь больше рассказать, чтобы было понятней, особенно про вторую категорию, конечно.

[1:51:06] Миша (Speaker L): Это меня прямо сейчас может увести.
Есть, вы все, наверное, слышали про две такие альтернативные школы детского образования.
Вы слышали наверняка про Марию Монтессори и вторая школа, наверное, вы слышали про Вальдорфскую школу.
И они очень построены по-разному.
Вот, sorry, такой качественный академический проект, то есть как сделать так, чтобы дети действительно могли достигать чего-то.
Вальдорф построен на так называемой антропософии.
И антропософия, ее создал Рудольф Штайнер.
Это...
Абсолютная идея воображения — это когда ты закрыл глаза и представил, что мир имеет бесконечное количество перспектив и бесконечное количество линий, и все эти линии тебе доступны прямо сейчас.
И когда у Штайнера спросили...
И там очень много...
И Вальдорфская школа построена на любви.
По сути, это любовь, вселенная, космология, природа.
Он вообще оккультистом был.
То есть, чтобы вы понимали, владелец завода Вальдорф для своих сотрудников заказал у оккультиста детский сад.
Чтобы вы всю историю поняли, насколько она интересная.
И он был известным австрийским оккультистом и космологом.
Причем космолог, который именно эзотерик, не космолог, который ученый, а именно полный эзотерик.

[1:52:52] Миша (Speaker L): И вообще, чтобы вы понимали, во время поднятия или восхождения нацизма в Австрии и Германии, это была очень интересная профессия, которой можно было заниматься из всех вещей.
То есть он достаточно прилично пострадал.
Но в любом случае, когда у него спросили, ну типа: «Какой эффект? Какой эффект всей твоей любви? Какой эффект всех этих историй и всех этих мифов, которые ты рассказываешь детям?»
И он сказал, что они этот эффект почувствуют, когда им будет 35.
И что он имел в виду?
Что на самом деле он имел в виду?
Это то, что я сейчас делаю с детьми, когда им будет 35, вы увидите, насколько они глубоко цельные и интересные личности.
Это то, что он пообещал, это его обещание.
Что он имел в виду, это то, что эффект любви вы не можете оценить прямо сейчас.
И огромная критика Вальдорфа это то, что как конкретно это прямо сейчас, почему Монтессори более успешный коммерческий проект.
Потому что люди смотрят очень коротким горизонтом времени.
В Монтессори ты будешь говорить по-французски, ты пришел в первый класс, ты неплохо говоришь по-французски, ты знаешь, как себя организовать.
То есть мы видим конкретные детские навыки в результате Монтессори.

[1:54:32] Миша (Speaker L): И, конечно же, это будет более успешный проект в рамках Краткого Горизонта.
Но что говорит Вальдорф, это то, что любовь построит их.
Этих детей построит любовь.
И много любви их построит.
Мир неизвестного их построит.
Сделает их искателями приключений.
Сделает их глубокими, цельными, хорошо регулирующими себя личностями.
Вот что их построит.
Но мы это узнаем только когда им исполнится 35, когда они начнут просыпаться.
Вот, Юля, длинный ответ на твой вопрос.
Они не знают сейчас, как на них действует любовь, но я тебе гарантирую, что они узнают.

[1:55:19] Speaker I: Я поняла.
Спасибо тебе большое.

[1:55:22] Миша (Speaker L): Так, у меня есть последний вопрос, на который я могу ответить.
Просто прыгаю дальше в следующую задачу дня.
Даша, давай.

[1:55:33] Speaker O: Всем привет.
Миш, привет.
Что я хотела сказать?
Я хотела сказать, да, тоже присоединиться, что это было просто потрясающе, знаешь, больше похоже на перформанс по ощущениям.
И мне кажется, что очень многие сейчас проживают вот эту историю про Инстаграм и потом, ну вот, по итогу приходят все к каким-то своим внутренним болям.
Ну, это...
Очень актуальный был запрос.
Но если по сути, что я хотела спросить, именно с точки зрения практичности, вот эта сессия показалась очень завершенной.
То есть, с одной стороны, мы сегодня собрались посмотреть, что мы можем уже делать, и вот эта сессия, она очень завершенная, она безумно красивая, она наполнена философией, и вот эта часть, метафоры твои прекрасные, вот это ощущение, что эти метафоры, они играют огромную часть того, как чувствует себя клиент, как проходит эта сессия.
Я хотела спросить, вот эта часть, она у нас впереди или это что-то, что мы должны как-то параллельно черпать для того, чтобы суметь это привнести в работу?

[1:56:41] Миша (Speaker L): Дело в том, что метафоричность моей работы – это просто результат перефразирования.
Ты можешь перефразировать другими словами, как ты слышишь.
И посмотреть, это было активное слушание, это действительно...
Например, она мне говорит, я говорю: «А все, что хочется, чтобы просто любили».
По сути, что я даю?
Я даю ей выжимку, даю ей итог.
Я, по сути, перефразировал то, что она мне сказала до этого, и дал ей простым языком.
Но я могу перефразировать просто на уровне метафоры.
Все, что происходит.
Это такое же перефразирование.
Теперь, есть причина, почему мы...
Отдельно не дрессируем никого на метафоры.
Мы со временем увидели, что это скорее больше результат темперамента, чем конкретно какой-то навык, который нужно в ком-то тренировать.
Например, Филипп говорил про Брук Кастильо, она была долго моим коучем, она со мной работала.
Я ни разу не услышал в мою сторону ни одной метафоры.
Ни разу.
Ни разу.
Более того, все мои коучи, с которыми я работал, ни разу не использовали метафоры.
Ни разу.
И одновременно все они были обалденными коучами.
То есть метафора, она не обязательно для успеха.
Метафора просто отражает твой темперамент.

[1:58:20] Миша (Speaker L): Если ты хочешь перефразировать метафорами, вперед, делай это.
Если это не входит в часть твоей работы, если это не то, что тебе нравится, не то, от чего ты получаешь огромное удовольствие, ничего не изменится, это не повлияет на успех.

[1:58:39] Speaker O: Я понимаю.
Это, по сути, твоя часть.
Это то, что есть в тебе, и ты этим пользуешься просто во время сессии.

[1:58:47] Миша (Speaker L): Если этого нет, то...
И вы будете видеть это все чаще и чаще.
Что мы, прежде всего, от вас требуем?
Принесите свою настоящесть в сессию.
Когда я работаю в сессии, я не прячу от своего клиента ни свои темные стороны, ни свои светлые стороны.
Они получают 100%.
Это 100% пакет.
Они платят, они получают 100%.
Я ничего не удерживаю.
Ты заплатил, ты получаешь точно так же темные стороны, как и светлые.
Я не буду тебе давать только светлые стороны.
Ты получишь все.
От начала до конца.
Теперь, если что, быть придурками и мудаками, это не входит в часть работы.
Обычно это часть необразованности.
Так, ребят.
Ну что ж.
Продолжайте.
У нас будет очень интересный разговор, когда вы пройдете этот модуль с программами.
Программы вообще перевернут все, как вы смотрите сегодня на мир.
Вы больше не сможете этого развидеть.
Как только вы увидите метапрограммы, вы больше не сможете развидеть.
Так что готовьтесь, пристегните ремни, вам будет интересно.
Окей, я вас всех обнимаю.
Хорошей работы сегодня.
До скорого.
Пока всем, пока.

Суть демо-сессий и разбора (без изменения текста)

О чем этот фрагмент?

Это практическая часть обучающей программы по коучингу. Спикер Миша проводит две демонстрационные сессии с добровольцами (Леша и Айман), показывая, как применять базовые навыки (слушание, перефразирование, вопросы) и создавать «иллюминацию» — показывать клиенту новое будущее. После сессий он разбирает свои действия, ошибки и концепции с группой.

Главные мысли (из вступления и разбора):

1. Как учиться по урокам. Слушать каждый урок три раза: первый раз — просто впитывать (сознание зацепит только актуальное), второй раз — записывать то, с чем не согласен или что непонятно (для обсуждения в чате), третий раз — учиться. Сложные темы будут вызывать сон — это хороший знак, значит, информация плотная, и усвоение идет во сне. Не сопротивляться, брать отдых и возвращаться.
2. Что такое «иллюминация» (ключевое понятие). Задача коуча — показать клиенту новое будущее, расчистить лес, создать пространство, где новое будущее возможно. Коуч показывает, где у клиента происходит обман, и когда клиент это видит, для него становится доступен новый путь. Все действия коуча сфокусированы на этом.
3. Базовые навыки коучинга (повторение и демонстрация):
• Открывающие, проясняющие, подводящие вопросы.
• Активное слушание и перефразирование (возвращать клиенту то, что он сказал, чтобы его понимание становилось глубже).
• Слушание без насилия — полностью присутствовать, слышать человека, не давать своих мнений, объяснений, интерпретаций.
• Слушание с насилием — слушание с осуждением, как будто ты знаешь лучше.
4. Работа с переносом и «здесь и сейчас». Коуч может использовать то, что происходит между ним и клиентом, и свой собственный перенос, если считает, что это может быть полезно для клиента. Но можно и ошибиться, поэтому важно калибровать, создает ли это открытие для клиента. Ошибки — это нормально, но важно моментально брать слова обратно и не давить свое предположение.
5. Демо-сессия с Лешей (проблема в отношениях с женой).
• Леша чувствует, что его не принимают таким, какой он есть. Он пытается адаптироваться под жену («хамелеон»), но это не работает и вызывает дискомфорт.
• Коуч показывает, как его комментарий («ты выпендриваешься») на самом деле был попыткой скрыть свой дискомфорт и переложить его на жену. Он встречал ее суть не своей сутью, а побегом от себя.
• Ключевой инсайт: когда человек испытывает дискомфорт, важно не манипулировать внешним миром, а оставаться с собой. Если бы он искренне разделял ее радость («обожаю, когда ты это делаешь»), это создавало бы связь.
• Домашнее задание Леше: написать письмо жене со словами благодарности и того, что он в ней ценит, с начала отношений до текущего момента. Прочитать ей, попросив просто слушать и пить чай, без диалога и ожидания ответной благодарности. Цель — не получить реакцию, а быть услышанным.
6. Демо-сессия с Айман (проблема с проявлением в Инстаграм, перфекционизм).
• Айман не может начать писать посты, потому что хочет «залететь с ноги» и получить восторг, восхищение, признание. Она делится не из внутреннего импульса, а чтобы манипулировать восприятием других.
• Коуч показывает, что она делает вещи «через угол» (ради эффекта), а не линейно (просто потому что хочет поделиться). Ее тело сопротивляется, потому что она пытается себя обмануть.
• Ключевой инсайт: за этим стоит синдром хорошей девочки и привычка заслуживать любовь через «красивую упаковку», адаптацию, чтобы перед другими не было стыдно. Она живет в рабстве адаптации под другого.
• Коуч намеренно использует родительский комплимент («хорошая девочка, ты справилась»), чтобы завершить старую задачу (быть «хорошей» для других) и открыть пространство для новой: «пожить для себя».
• Новое видение: ее настоящая потребность — просто делиться любовью, «дарить любовь» через свой контент, без ожидания реакции. Инстаграм может быть площадкой, где она дарит любовь, а не продает себя.
• Домашнее задание Айман: найти свой способ любить и поделиться им в группе в ближайшие 7 дней. Это может быть что угодно (даже видео старых тапок), главное — делать это искренне, не пытаясь воздействовать на восприятие других.
7. Важные метафоры и концепции:
• «Зритель» и «человек на арене»: зритель описывает абстракции («у меня есть перфекционизм»), человек на арене говорит о том, что реально происходит в жизни («я сказала ему пойти нахер, и он больше не появлялся»).
• «Линейно» и «через угол»: линейно — делать вещи просто потому, что делаешь. Через угол — делать вещи, чтобы получить какой-то другой эффект (восхищение, принятие). Угол — это манипуляция, и об него надламываешься.
• Две категории людей с точки зрения любви: те, кто принял нашу любовь, и те, кто еще не знает, что принял. И это не имеет к нам никакого отношения.
8. Разбор ошибок и стиля работы:
• Коуч признает, что сделал ненужное предположение (про «слабую часть») и протолкнул его через метафору с дочерью — это было неуместно.
• Он показывает разную интенсивность в сессиях: с Айман он работал быстрее и интенсивнее, потому что она мыслит быстро, проблема была не в том, о чем она говорила (не про Инстаграм), и у него было мало времени до «искренности». Хороший коучинг как хороший секс — нельзя двигаться с одинаковым ритмом всё время.
• Метафоры в коучинге — это не обязательный навык, а результат темперамента и способа перефразирования. Многие блестящие коучи не используют метафоры. Главное — приносить в сессию свою настоящесть (100%, и светлые, и темные стороны).

Главный вывод для учеников:

Коучинг — это не следование шаблонам, а создание искреннего пространства, где коуч помогает клиенту увидеть его собственные «углы» (манипуляции, побег от себя, адаптацию) и открывает новое будущее, основанное на его настоящей сути и любви. Идеальной сессии не бывает, ошибки — это часть роста. Самое ценное, что можно принести в работу — это свою искренность.