Кровать Восемналцатилетнего.Новелла. 1.1
Перевод выходит на каналах: BL Place и Храм Чэнь Цин
Побочная история: Глава 1. Повседневность двадцатилетнего.
— Ты же знаешь, что доставил мне кучу проблем.
Эти слова внезапно бросил парень, с которым мы посещали общий курс. Хотя его прямая атака и ошарашила, я промолчал, так как действительно был виноват.
— Ты исчез посреди группового проекта, серьёзно?
Да, именно в этом и была моя вина. В прошлом семестре я не участвовал в групповом задании по общему курсу. Конечно, у меня были обстоятельства связанные с Йоханом, но университет — не место, где снисходительно относятся к личным обстоятельствам. В итоге мои оценки упали на дно, и пришлось пересдавать этот курс.
А теперь, в первом семестре первого курса, я столкнулся с тем самым парнем, который тогда смотрел на меня с презрением — Кан Сохёном. Он сидел рядом с Ан Джису на том самом курсе. И теперь у Кан Сохёна были все основания требовать от меня ответа. Я закусил губу.
Мне нечего сказать в оправдание.
— Ты даже не представляешь, как я из-за тебя вляпался, когда ты внезапно пропал.
Честно говоря, я не ожидал снова столкнуться с ним. В таком огромном университете, среди стольких общих курсов — да это просто невероятно. Вот уж не повезло.
— Я ведь уже извинился. Мне правда жаль.
— Жаль? Ну конечно, тебе должно быть жаль! Но я великодушно дам тебе шанс искупить вину. Приходи на встречу, которую я организую.
При чем тут встреча? Я растерялся от неожиданного поворота, как вдруг перед моим лицом возникли четыре растопыренных пальца. Я невольно сморщился. Это что-то вроде травмы, появившейся с прошлого семестра.
Странно, но вид обычных пальцев почему-то вызывает неприятные ощущения.
— 4 на 4. Бар «Янён». Точный адрес пришлю позже. В субботу, в 7 вечера. А, и ты должен привести ещё одного друга. Приличного, чтобы соответствовал нашему уровню.
Бар «Янён»? Разве встречи устраивают в барах? Или это норма? Я задумался о том, о чем никогда раньше не задумывался. Пока я пытался собраться с мыслями после этой информационной бомбы, его прямолинейность прервала меня. Парень, болтающий без остановки, самодовольно ухмыльнулся.
— Если не придёшь, на этот раз я вычеркну твоё имя из группового проекта — за дерзость.
— А ты почему тогда внезапно пропал, а? Не появлялся на занятиях, а твой друг и вовсе бросил курс, даже не начав. Неужели все выпускники твоей школы такие безответственные? Серьёзно, вы все одинаковые.
Он окинул меня презрительным взглядом, и я опустил глаза. В конце концов, я был виноват. С неприятным ощущением, будто меня заманили в ловушку, я кивнул.
— Ладно. Если не придёшь в субботу, твоё имя… исчезнет из списка в презентации с эффектом «улетания»*. — Он сжал кулак с решительным видом.
П.п.: 날아가기 효과 (букв. «эффект улетания») — это один из анимационных эффектов в Microsoft PowerPoint, при котором объект (например, текст или изображение) исчезает, как будто улетает с экрана.
Кстати, Кан Сохён тогда был лидером группы. Кажется, он отвечал за создание презентации. Вот почему я подумал, что он серьёзный парень, когда он сразу вызвался быть лидером…
— А теперь дай мне свой номер.
— Чтобы ты снова не сбежал. Мир жесток, знаешь ли.
Неуверенно протянув руку, я взял его телефон, чтобы записать свой номер. Это не было специально — просто я растерялся. Но объяснять подробности не хотелось. Это были не мои обстоятельства, а Йохана.
Когда я ввёл последнюю цифру, телефон вырвали из моих рук, словно ограбили.
— Я позвоню на этот номер, чтобы проверить.
Он пристально посмотрел на меня, и через секунду мой телефон зазвонил. Не удовлетворившись этим, Кан Сохён сверил свой номер на экране, тыча пальцем то в себя, то в меня.
— Обязательно приходи в субботу. Понял? Если не явишься, ты станешь хуже мусора.
Он гордо зашагал прочь, но вдруг остановился. Проворно развернувшись, он вернулся мелкими шажками и прошептал:
— Кстати, я с инженерного факультета.
Его веко подозрительно дрогнуло. Неужели он подмигивает? Надеюсь, это не так.
— Мы одногодки. И учимся на одном курсе.
Как только я закончил формальное приветствие, Кан Сохён снова засеменил прочь, оставив меня сидеть в опустевшем после этой «бури» пространстве, созерцая абсурдность происходящего.
Только он один такой? Я устало смотрел на этого бесстыжего парня. Совести у него ноль. Неужели ему не стыдно так говорить? Может ему сначала стоит задуматься о собственной личности, прежде чем критиковать других?
Но я промолчал не просто так. Моя натура не лучше. Просто я хотя бы признаю это. У меня хоть капля совести ещё осталась.
Окончание школы не изменило моего статуса «соскребателя подносов»*. Школьная столовая сменилась университетской, но суть та же. Как говорится, вырос, а всё там же. И моя жизнь застряла на том же уровне. Даже парень напротив это подтверждал.
П.п.: 식판을 긁는 신세 «Соскребатель подносов» — ироничное выражение, описывающее студента, который ест в университетской столовой, часто ассоциируется с ограниченным бюджетом.
Го Йохан. В этом году его рост остановился на 191 см — настоящий гигант. Самый безумный среди тех, кого я знаю. К тому же, он еле управляется с палочками. Перепелиные яйца в соевом соусе* уже несколько раз падали на пол из-за его неуклюжих движений. Прервав еду, я почесал переносицу указательным пальцем, затем схватил руку Йохана и вонзил палочки прямо в яйцо.
П.п.: Перепелиные яйца в соевом соусе (장조림 메추리알) — популярное корейское блюдо, часто подаваемое в качестве гарнира.
Йохан, казалось, даже не обиделся. Спокойно отправив яйцо в рот, он продолжал жевать с невозмутимым видом. А вот внутри меня бушевала буря. Я уставился на следующее блюдо, постукивая палочками, будто пытаясь прожечь его взглядом. С того дня Йохан держал палочки по-другому, но всё равно выходило нелепо. Как и наши отношения — всё так же неловко.
Почесав шею, я украдкой взглянул на него. Взгляд, как всегда, скользнул к его губам.
Старая привычка, от которой я не могу избавиться. Заметив это, я резко отвёл взгляд, делая вид, что разглядываю скрещенные ножки стола..
— Нормально, если не считать, что тошнит от всего.
Йохан прожевал и проглотил яйцо. Я опустил руку, вцепившись в бедро. За столом было спокойно, и только Кан Джун оставался «Кан Джуном».
— Они уже делятся на кланы*: выходцы из спецшкол, из частных лицеев… Твари, только и учатся, как стать подлее.
П.п.: Кланы/пактели (파벌) — в корейских университетах нередко формируются неформальные группы по принципу школы происхождения, что может создавать напряжённость.
Я кивнул, вспомнив недавний случай. Несколько дней назад старшекурсник с нашего факультета, узнав, что мы из одной школы, сам подошёл поздороваться и похлопал меня по плечу. Он сказал: «Обращайся, если что», — и всё. Больше мы не общались.
Голос Йохана внезапно стал ледяным. Его рука с палочками дрогнула. Его резкая реакция кольнула меня. Я отложил палочки и провёл рукой по предплечью, стараясь ответить как можно нейтральнее:
— Видимо, на нашем факультете есть старшекурсник из нашей школы. Преподаватели, наверное, сказали ему. Он просто поздоровался, пожелал удачи. С тех пор мы не общались — только киваем друг другу при встрече.
Острая реакция зависла в воздухе.
— А… — короткий ответ Йохана звучал сухо, будто формальная отписка. Наступила тишина, прерываемая звоном посуды.
— Но мы больше не разговаривали.
Зачем я оправдываюсь? Но я уже не мог остановиться.
Продолжая краем глаза следить за Йоханом, я снова взял палочки. Изо всех сил стараясь сохранять безразличный вид, я сунул в рот гарнир. Он казался горьким — нет, это горечь была во мне. Палочки соскользнули с яйца, вонзившись в поднос с громким стуком. Подняв голову, я встретил взгляд Йохана — холодный, как у змеи.
Ах, я ошибся. Я тихо прикусил губу.
Ковыряясь в гарнире, который даже не хотелось есть, я продолжил:
Хруст во рту заполнил тишину. Настолько всё затихло. Я терпел эту паузу, ожидая слов Йохана. Ждать было не сложно. Он заговорил быстрее, чем я думал.
— Как можно не запомнить имя старшекурсника? Хочешь завалить свою социальную жизнь?
П.п.: «망하라지 뭐», что дословно можно перевести как «Хер с ним». Грубое выражение, передающее безразличие.
Я украдкой поднял взгляд. Йохан уже вернулся к еде с обычным выражением лица. Его голос всё ещё звучал низко и тяжело, а палочки лежали на подносе без движения. Он погрузился в раздумья. Грудь странно сжало. Неудобно, но не неприятно.
Скрестив ноги под столом, я почувствовал, как сердце колотится, будто в нём трепыхалась рыба. Я с трудом разжал губы:
— Я всё равно буду везде с тобой, так что на социальную жизнь мне наплевать.
Ему понравился мой ответ или он просто сдержался? Я украдкой взглянул на его брови — они не дрогнули. Значит, ему понравилось. Лицо, появившееся и исчезнувшее, как летний ночной сон, застыло в памяти. Его резкий голос внезапно смягчился:
— Давай в следующий раз составим расписание вместе. Выберем общие курсы.
— Только не выбирай как в этот раз, что попало.
— Эй, «что попало»? Я старался! В отличие от тебя, ушедшего в академ, мне надо было восстанавливать оценки.
— На первом курсе все забивают на учёбу. Это древняя академическая традиция.
— Ты что, сам так не делал? Даже обязательные курсы пропускал.
— О чём ты вообще? Ты же сам не собираешься лезть в эту ебучую гонку за работой.
Мы оба знали, что у нас нет чёткого пути. Обменявшись недоумёнными взглядами, Йохан криво усмехнулся:
— Я — нет. Мои «конкуренты» только и ждут, чтобы сожрать друг друга.
— Что? Братья и сестры — это подарок? Не гони хуйню. Последним смеётся единственный ребёнок*.
П.п.: «Последним смеётся единственный ребёнок» — отсылка к корейскому стереотипу, что единственные дети получают больше ресурсов и внимания семьи, что даёт им преимущество в конкурентной среде.
Йохан оскалился, и я фальшиво хмыкнул в ответ.
— Тогда позже и ты роди одного ребёнка.
Он игриво наклонил голову, наполовину шутя, наполовину насмехаясь:
— Мечтаешь забеременеть с мужским телом?
Йохан махнул рукой, избегая моего взгляда, и тихо добавил:
Наши отношения неопределённые. Мы сохраняем эту дистанцию, никак это не называя.
Йохан, всё утро хмурый, вдруг оживился и вернулся к своим шалостям. Точнее, с того момента, как я начал подыгрывать его выходкам. С тех пор мы держимся в этом ритме: нелепые шутки, от которых ноги сами заплетаются, и тонкая стена, сквозь которую видно друг друга. Всё началось, когда Йохан изменил хват палочек. Но даже это вышло так же неловко, как и всё между нами.
Пока я тупо смотрел на его палочки, скрещенные крест-накрест, Йохан вдруг заговорил:
— Да, и на встречу ты берёшь меня.
Не ослышался ли я? Но лицо Йохана оставалось невозмутимым. На всякий случай переспросил:
— Ты же должен привести «приличного друга». Лучше меня варианта нет.
Я едва сдержал смех. Чёрт, Йохан и вправду уникален в своей наглости.
— Они сказали — суббота, 7 вечера? Пойдём вместе.
Серьёзно? Туда? Сейчас? Я так растерялся, что начал запинаться. Неужели Йохану… правда хочется на эту встречу? Я же намекал, что сам не хочу идти. Почему он так настаивает?
Из глубины поднялось раздражение, как плесень, пробивающаяся сквозь камни. Зачем? Не понимая его логики, я стиснул зубы. Йохан положил палочки на поднос и посмотрел на меня с отвращением. Невероятно. С чего это он смотрит на меня так, будто я странный?
— Ты идиот. Ты что, собирался пойти без меня?
— Нет. Я вообще не хотел идти.
— Почему? Ты и так из-за пересдачи в дерьме, решил вообще все оценки похерить?
Йохан скривился, смотря на меня с презрением.
— Думаешь, оценки — это шутки? Да у тебя в прошлом семестре все оценки были сплошные «С»! Если бы это было поле, фермеры могли бы собрать урожай твоих провалов. Настоящий праздник урожая!
Если бы мы жили в средневековой Европе, этого богохульника сожгли бы на костре. В прошлой жизни он наверняка оскорбил Христа и получил по заслугам. Я резко выдохнул, пытаясь сбить подступающую ярость.
На этот раз я швырнул палочки на поднос. Студенческая столовая заменила стальные приборы на белый пластик. Видимо, чтобы мы быстрее сдохли от токсинов. Я злобно уставился на невинный поднос. Йохан снова взял палочки. Опять крест-накрест.
Чёрт возьми! Я откинулся на спинку стула, которая уже отваливалась.
— А кто запрещает? Я сказал — идёшь.
Он без интереса поднял овощи палочками, и половина упала на пол. Грязно.
— Ах, бля… — Йохан сморщился, стряхивая остатки с бедра.
Грязные кусочки еды валялись на полу. Мерзавец, кто это убирать будет? Да, пол и так грязный, но можно ли так бесцеремонно мусорить?
Отстой. Йохан всегда был отстоем.
Предыдущие главы в переводе Опоссумная есть файлом в нашем тг канале