Дурная кровь

by @book30m2
Дурная кровь

Маленькая мошенница большого масштаба 

Джон Каррейру написал книгу «Дурная кровь» на основе своих статей, опубликованных в Wall Street Journal. Это история взлета и падения компании Theranos, занимавшейся лабораторными анализами крови. Книга немедленно стала бестселлером, поскольку рассказанная в ней эпопея, сочетающая элементы детектива, триллера и драмы, захватывает и поражает воображение даже искушенных в интригах делового мира читателей. 

Компания Theranos была создана в 2003 году девятнадцатилетней Элизабет Холмс. Студентка Стэнфорда бросила учебу после второго курса, чтобы воплотить в жизнь свою мечту — преобразовать индустрию лабораторных анализов крови. Обладая харизмой и ярким интеллектом, Элизабет сумела убедить инвесторов, что она изобрела новый способ тестирования крови: дешевле, быстрее и точнее, чем известные ныне технологии. Самый большой восторг вызвало обещание, что для анализа больше не потребуется болезненный укол иглой в вену, а будет достаточно крошечной капли крови, получаемой от легкого укола в палец. 

Элизабет Холмс стала самой молодой миллиардершей в Америке, и ее фотографии украшали обложки многих глянцевых журналов. На протяжении многих лет ей и ее генеральному директору (а по совместительству — бойфренду) Санни Бальвани удавалось привлекать многомиллионное финансирование и скрывать от инвесторов, акционеров и партнеров, что «технология» порочна, ненадежна и просто опасна для пациентов. 

Джон Каррейру подробно рассказывает, как в Силиконовой долине могло произойти мошенничество такого масштаба. Книга понравится всем, кто следит за развитием высокотехнологичных стартапов в Силиконовой долине и любит развлечь себя историями из жизни, которые порой интереснее самых причудливых вымыслов. 



С чего все начиналось

В десять лет Элизабет Холмс на вопрос «Кем ты хочешь стать?» отвечала, что она обязательно станет миллиардером. Амбициозные помыслы дочери подогревались родителями, которые без устали рассказывали девочке истории о славном прошлом их предков. Элизабет прекрасно училась в школе, и уже тогда привыкла много работать и мало спать. Элизабет знала, что она хочет оставить свой след в истории. И для этого недостаточно стать просто богатой, а надо работать во имя общего блага. Поступив в Стэнфордский университет, она выбрала направление биотехнологий, позволявшее, с ее точки зрения, совместить рост собственного благосостояния с благородными целями. Ее профессором и ментором стал Чаннинг Робертсон, чье имя, репутация и уверенность в способностях Элизабет помогли впоследствии ее детищу — Theranos — встать на ноги. Название компании Theranos («Тераноз») получилось в результате комбинации слов «терапия» и «диагноз». 

Элизабет боготворила Стива Джобса и Apple. Она носила черные брюки и черную водолазку, тем самым подчеркивая свое сходство с Джобсом, называла свое детище для анализа крови «айподом здравоохранения» и верила, что оно когда-нибудь окажется в каждой семье, так же как продукты Apple. Все, кто был знаком с Элизабет, отмечали ее яркий интеллект, способность вдохновлять и вселять энергию и энтузиазм.


Суть замысла

Первой запатентованной идеей Холмс стал пластырь, который должен был безболезненно брать у пациента кровь микроиголками и с помощью встроенного микрочипа анализировать пробу, делать вывод о необходимой дозе лекарства и сообщать полученную информацию врачу. 

Благодаря кипучей энергии и заразительной уверенности в том, что нано- и микротехнологии должны применяться в диагностике, Холмс сумела к концу 2004 года привлечь в свою компанию около 6 миллионов долларов. Первыми инвесторами стали члены и друзья семьи, друзья друзей и богатые семьи однокурсников. 

Однако стало быстро понятно, что задумка многофункционального «пластыря» граничила с научной фантастикой, и ему на смену пришла идея легкого портативного аппарата, который находился бы у пациентов дома, позволял бы им самостоятельно брать кровь, потом анализировал бы ее и отправлял информацию врачу на компьютер. Это позволяло бы доктору наблюдать за действием лекарства в реальном времени и быстро корректировать дозировку. Theranos рассчитывал получать доход от продажи лицензии на свою технологию анализа крови фармацевтическим компаниям, которые были заинтересованы в ускорении проведения клинических испытаний своих новых лекарств. 


«Эдисон»

Theranos нанял лучших инженеров для разработки придуманного Холмс аппарата. Главная сложность заключалась в том, что Элизабет настаивала на миниатюризации как объема крови, забираемого для анализа, так и самого аппарата. 

К 2007 году одному из инженеров компании удалось построить прибор размером с тостер(напоминавший, по словам сотрудников Theranos, робота, склеенного старшеклассником на уроке труда), который мог делать простой анализ крови, используя всего 50 микролитров крови (это капля — больше, чем 10 микролитров, на которых настаивала Холмс, но все равно капля). Аппарат получил название «Эдисон». Дизайнеры спроектировали и построили элегантный черно-белый куб, в который прятались неприглядные и примитивные внутренности «Эдисона». 

Одна из многих проблем «Эдисона» состояла в необходимости разбавлять кровь для анализа. Любой иммунологический анализ крови требует ее разжижения. В случае с «Эдисоном» кровь для анализа должна была быть разбавлена больше, чем обычно, из-за ее малого количества. Сильное разбавление образца сказывалось на точности измерений. 

Другой проблемой было поддержание температурного режима: «Эдисон» мог функционировать только при температуре +34 градуса по Цельсию. Если температура в помещении чуть падала, то нагреватели внутри аппарата не справлялись с поддержанием нужного уровня, и это опять же приводило к искажению результатов анализа. Кроме того, «Эдисон» периодически выдавал механические сбои и нарушения передачи сигнала на расстоянии. 

Эксперименты с «Эдисоном» среди сотрудников Theranos и их друзей показали, что аппарат совершенно не готов для коммерческого использования, а мечта Холмс о том, что пациенты смогут самостоятельно делать анализы крови у себя дома, оказалась несбыточной.

Но, несмотря на все недостатки «Эдисона», Элизабет начала немедленно его демонстрировать потенциальным потребителям. 



Гиганты фармацевтики

Крупные фармацевтические компании Pfizer и Novartis проявляли интерес к «Эдисону» и вели переговоры с Theranos. В частности, предполагалось, что Theranos поможет Pfizer отследить реакцию раковых пациентов на новое лекарство, измеряя концентрацию определенных протеинов в крови, которые вырабатываются организмом в избытке, если опухоль продолжает расти. Если Theranos не удастся установить зависимость между уровнем протеинов и лекарством, то их сотрудничество прекратится. Аналогичные договоренности были достигнуты с Novartis и с AstraZeneca. 

Технология Theranos не работала и было совершенно очевидно, что предварительные договоренности не выльются ни в какие в контракты. Однако Элизабет Холмс убеждала свой совет д��ректоров в том, что компания будет получать огромные доходы от долгосрочного сотрудничества с фармацевтическими компаниями. 

К 2007 году компания израсходовала 47 миллионов долларов, полученных в разное время от инвесторов. 

Аптеки Walgreens

В 2010 году Theranos предложила сотрудничество огромной аптечной сети Walgreens. В презентации Холмс говорилось, что ее компания разработала миниатюрные устройства, которые могут осуществить любой анализ крови в реальном времени из нескольких капель, полученных от укола -в палец. Процедура обойдется в половину стоимости анализов, проводимых традиционными лабораториями. Доктор Джей, отвечающий за инновации в аптечной сети, мгновенно оценил потенциал изобретения — приборы Theranos, установленные в аптеках, могли бы привлечь новых клиентов и стать дополнительным источником доходов. Доктор поверил, что изобретение Theranos навсегда изменит профиль аптечной индустрии. 

Однако команде экспертов Walgreens, направленной в Theranos для тес-тирования новой технологии, не разрешили сделать ни одного пробного анализа крови. Им также не разрешили поместить своего сотрудника в лаборатории Theranos, а результаты анализа крови доктора Джея, взятые на первой демонстрационной встрече с Theranos, так и не были получены. Эксперты пытались привлечь внимание руководства Walgreens к подозрительному поведению Theranos и уговорить расторгнуть соглашение. Однако страх Walgreens, что CVS, их основной конкурент, заключит аналогичное соглашение с Theranos через, например, шесть месяцев (когда, предположительно, Theranos улучшит свою технологию), затмил сознание директоров и не позволил разглядеть правду. Эксперт Walgreens, который пытался задавать слишком много вопросов Элизабет, был отстранен от учас-тия в проекте. 


Супермаркеты Safeway

Параллельно с Walgreens Холмс сумела заинтриговать своим «изобретением» генерального директора Safeway. На встрече с директорами огромной сети продуктовых супермаркетов Элизабет рассказала, как боязнь уколов в вену подвела ее к разработке инновационной технологии. Safeway не потребовалось много времени, чтобы заключить сделку с Theranos, выдать ей кредит на 30 миллионов долларов и пообещать отремонтировать свои магазины, чтобы разместить в них микроклиники, где покупатели смогут делать анализы крови на элегантных аппаратах Theranos. 

По прошествии двух лет Theranos так и не сумела запустить микроклиники в магазинах Safeway, прогнозы гендиректора Safeway Стива Берда на выручку от анализов крови не реализовались, и в конце концов ему пришлось покинуть компанию. Забавно, что он продолжал до последнего верить в Элизабет Холмс и ее «изобретение». 


«МиниЛабы» 

Пообещав обеим компаниям, что на оборудовании Theranos можно проводить сотни анализов крови на крошечных образцах, Холмс оказалась лицом к лицу с новой проблемой. «Эдисон» мог делать только иммунологические анализы крови. А многие другие рутинные анализы, например, на холестерин или сахар, требовали совсем другой технологии. 

Для разработки нового оборудования, которое Элизабет назвала «миниЛаб», она наняла очередных первоклассных инженеров. Им стало быстро понятно, что Theranos не изобрел никаких новых методов тестирования крови — единственной инновацией «миниЛабов» должна была стать миниатюризация существующего лабораторного оборудования. На инженеров оказывалось огромное давление, чтобы ускорить разработку. 

Как только был построен первый прототип, который требовал длительного тестирования и настройки, гендиректор Theranos Санни Бальвани начал размещать заказы на компоненты для производства сотни «миниЛабов». Инженер, работавший над «миниЛабом», сравнивал ситуацию с «Боингом», который, построив первый самолет и не испытав его, стал бы зазывать пассажиров на борт для полета. 

«МиниЛабы» имели миллион технических проблем, которые не поз-воляли использовать их на реальных пациентах. Все эти проблемы можно было бы постепенно решить, но у Элизабет времени не было. Сог-ласно договоренности с Walgreens, Theranos должен был к 1 февраля 2013 г. установить свои аппараты для тестирования крови в аптеках Walgreens в обмен на 100 миллионов долларов платежа «за инновации» и 40 миллионов долларов кредитных средств. 


Армия США

В августе 2011 года Элизабет Холмс познакомилась с генералом Джеймсом Мэтисом, занимавшим в то время пост начальника Генерального Штаба армии США. Она рассказала ему, как ее инновационное устройство для анализа крови поможет лучше и быстрее ставить диагнозы и лечить раненых солдат на поле боя. Генерала не пришлось долго уговаривать — он был рад любым нововведениям, которые бы сохраняли жизнь и здоровье его людей в Афганистане. 

Организовать размещение «миниЛабов» в Афганистане было поручено полковнику Дэвиду Шумейкеру, руководителю армейского департамента регулируемой деятельности и соблюдения норм. Полковник был крайне удивлен, узнав, что Theranos не имеет штатного сотрудника, который отве-чал бы за контакты с регулирующими органами: ведь здравоохранение в США — одна из самых регулируемых областей деятельности. 

Для размещения «миниЛабов» в Афганистане требовалась их сертификация Управлением по контролю за качеством пищевых и медицинских продуктов (FDA). Однако за два года Theranos не сумел получить необходимого одобрения FDA, генерал Мэтис ушел в отставку в 2013 году, и «миниЛабы» так и не попали в Афганистан. 


Как «решалась» проблема

Тогда Элизабет решила стряхнуть пыль с «Эдисона» и все же разместить в аптеках эти устройства, которые могли худо-бедно справиться только с одним анализом крови. 

Чтобы делать самые распространенные анализы, Theranos приобрел стандартное коммерческое оборудование фирмы Siemens. Но и оно не вполне годилось, поскольку для нормальной работы ему нужна была кровь в гораздо больших объемах, чем разрекламировал Theranos. 

Инженеры Theranos изменили устройство машин Siemens и придумали, как максимально разбавлять образцы крови. Итогом инженерного творчества стало модифицированное оборудование Siemens, которое заработало не так, как его задумывал производитель, и не так, как одобрил сертифицирующий орган. Естественно, результаты анализов получались неточными. Поскольку «миниЛабы» оказались полным провалом, «подпорченное» оборудование Siemens, вместо временного решения проблемы, было поставлено на постоянную службу. 

«МиниЛабы» все же использовались, чтобы произвести впечатление на инвесторов, журналистов и политиков. У гостя показательно брали каплю крови из пальца и помещали ее в «миниЛаб». Дожидались, когда гость выйдет из комнаты, доставали образец из «миниЛаба» и отдавали лаборанту для анализа на коммерческом «Сименсе», а результат отправляли по электронной почте. 


Атмосфера в Theranos 

Одним из первых опытных ученых, нанятых на работу в Theranos, стал Ян Гиббонс, доктор биохимических наук из Кембриджа. В 2005–2010 годах он заведовал химическими исследованиями и был указан в качестве соизобретателя в патентах Элизабет Холмс. Гиббонс всегда знал, что научная заслуга Холмс в разработке патентов была настолько незначительна, что, если бы это стало известно, патенты могли быть признаны недействительными. 

Узнав за пять лет работы с Элизабет, как вольготно она обращается с правдой, Гиббонс перестал доверять ей. Особенно он возмущался, когда узнал о партнерских отношениях Theranos с Walgreens. Явно выраженное несогласие с действиями Холмс привело к тому, что роль Яна Гиббонса в компании была сведена практически на нет. На смену ему пришел сотрудник, которому удалось договориться со своими научными принципами. Гиббонс же получил повестку в суд в качестве свидетеля стороны, выступавшей против Theranos в патентном споре. Это вместе с усталостью и стрессом привело к самоубийству Яна Гиббонса. 

Елизабет была единственным человеком в компании, который видел полную картину происходящего. Она параноидально боялась утечки информации, поэтому сотрудники не имели права посылать имейлы за пределы компании, копировать какую-либо информацию и были связаны строжайшими соглашениями о конфиденциальности. Холмс не позволяла сотрудникам общаться между собой, инженеры не могли обсуждать работу с микробиологами, что затрудняло процесс разработки нового оборудования.

В компании была огромная текучесть кадров, и никто не знал, почему вдруг «исчез» тот или иной коллега. Инженеры, биологи, медики, знавшие обо всех сбоях и неточностях в работе «Эдисона» и «миниЛабов», не раз пытались привлечь внимание Холмс и Бальвани к этим проблемам и убедить руководство, что Theranos не готов делать анализы реальным пациентам. За такую инициативу сотрудников обвиняли в пессимизме и неверии в светлое будущее Theranos и немедленно увольняли. Многие сотрудники, замученные угрызениями совести, уходили по собственной инициативе: одно дело — заниматься новой технологией в стадии разработки, и совсем другое — подвергать людей, пользующихся услугами Walgreens, несанкционированному медицинскому эксперименту. 

Алан Бим, директор лаборатории Theranos, безуспешно пытался отговорить Бальвани и Холмс от проведения анализа крови на ВИЧ. И так было ужасно, что результаты анализов на содержание калия и холестерина в крови были ненадежными. Но ложные показатели анализа на ВИЧ могли привести к катастрофе в жизни пациента. 

Алан Бим также понимал, что Theranos обманывал регулирующие органы при проведении обязательных тестов на профпригодность, нарушая закон. Ему приходилось регулярно пытаться убеждать врачей в точности и аккуратности результатов анализов крови, которые, он знал, таковыми не являлись. Когда Бим потребовал от Холмс убрать его имя с лицензии на проведение лабораторных тестов, он был немедленно уволен. 


К «новым победам»

Все эти «мелочи» не помешали Холмс выпустить пресс-релиз об открытии первого центра здоровья в аптеке Walgreens в Пало-Альто и о планах внедрения технологии Theranos в аптеках по всей стране. Одновременно с пресс-релизом в сентябре 2013 года вышла статья в Wall Street Journal, прославляющая на все лады революционную технологию анализа крови Theranos. Статья в уважаемой газете появилась благодаря дружбе Элизабет с бывшим государственным секретарем США Джорджем Шульцем, который был членом совета директоров Theranos и одним из самых преданных сторонников Холмс. 

Элизабет ловко использовала рекламу в Wall Street Journal, партнерские отношения с Walgreens и свои переговоры с Генштабом для привлечения новых инвесторов, которые должны были вознести Theranos на олимпийские вершины Силиконовой долины. На встречах и презентациях Холмс и Бальвани обещали «золотые горы» от коммерческого использования новой технологии, объясняли, какие серьезные успехи были сделаны их исследователями в области биотехнологий, облекали «умные слова» во впечатляющие графики и цифры. 

Больше всего уверенности в инвесторов вселял состав совета директоров Theranos, куда входили Джордж Шульц, Генри Киссинджер, бывший министр обороны Вильям Перри, бывший сенатор Сэм Нанн, бывший начальник Генштаба Мэттис. Все эти люди обладали кристальной репутацией, и никому не могло прийти в голову, что в компании с таким советом директоров может быть что-то нечисто. В 2014 году Theranos оценивался в 14 млрд долларов, а Элизабет Холмс вошла в список богатейших людей мира по версии Forbes. 


В лучах славы

Theranos выиграла в суде патентный спор, в котором интересы компании представлял самый знаменитый судебный адвокат Америки Дэвид Бойз. Этот спор привлек внимание журналиста из Fortune Роджера Парлоффа. В интервью журналу Холмс заявила, что инновационная технология Theranos позволяет осуществлять более 200 разнообразных анализов крови, для которых нужна всего капля образца, полученная от укола в палец. Не обладая научными знаниями, журналист побеседовал с членами совета директоров Theranos, каждый из которых верил в таланты Элизабет и был убежден в ее способности изменить мир к лучшему. 

Статья в Fortune, опубликованная в июне 2014 года, мгновенно превратила Холмс в национальную знаменитость. Ее фотография украсила обложку Forbes 400, последовали интервью крупнейшим телеканалам и выступления на конференциях. Президент Обама назвал ее посланцем Америки в глобальном предпринимательстве, а медицинская школа Гарвардского университета пригласила Холмс вступить в престижный совет. 

Элизабет подружилась с Челси Клинтон и провела в офисе Theranos в Пало-Альто вечер сбора средств в поддержку кандидатуры Хиллари Клинтон на пост президента США. Личное состояние Элизабет Холмс оценивалось в 4,5 миллиарда долларов. 

Элизабет Холмс оказалась на вершине успеха еще и потому, что широкой публике давно хотелось увидеть, наконец, женское лицо среди преуспевающих предпринимателей Силиконовой долины. 

Элизабет быстро овладела атрибутами богатства и славы. Служба безопасности Theranos выросла до 20 человек, Элизабет повсюду возили два телохранителя на Audi A8 без номерных знаков, что было еще одним кивком в сторону Стива Джобса, который каждые полгода брал в аренду новый «Мерседес». Элизабет обзавелась персональным поваром и частным самолетом. Theranos, насчитывавший к тому времени более 500 сотрудников, переехал в новое здание, где кабинет Холмс был спроектирован наподобие Овального офиса в Белом Доме, и его окна были сделаны из пуленепробиваемого стекла. 



Начало конца 

Джон Каррейру заинтересовался Theranos, когда с ним связались несколько экспертов в области исследований крови, выразивших сомнение в правдивости заявлений Холмс, опубликованных в прессе. В первую очередь Джон Каррейру был удивлен отсутствием статей в научной прессе, касающихся отк-рытий и достижений Theranos. Он точно знал, что для совершения прорыва в медицине нужны многие годы обучения. Не зря лауреатами Нобелевской премии в области медицины становятся ученые, которым за шестьдесят. 

Эксперты объяснили Каррейру, что анализ крови из пальца априори не надежен, поскольку капиллярная кровь содержит жидкость из тканей и клеток, которая делает показатели крови менее достоверными. Легче поверить в пришествие инопланетян, чем в нахождение метода делать клинические анализы крови из пальца. 

Для подготовки критической статьи, основанной на достоверных фактах и доказательствах, а не на домыслах, Каррейру нужны были очевидцы, которые знали бы Theranos изнутри. Такими источниками информации для автора стали Алан Бим и Тайлер Шульц (внук Джорджа Шульца), также покинувший Theranos из моральных соображений.

В Фениксе, где Theranos брал кровь аж в 40 аптеках сети Walgreens, Каррейру удалось разыскать пациентов и врачей, согласившихся рассказать ему о своих волнениях, дополнительных исследованиях, отмененных отпусках, зря потраченных нервах и времени — и все из-за ложных показателей анализов крови, сделанных Theranos. 

Пока Каррейру собирал материалы для своей первой статьи о Theranos, Холмс и Бальвани построили «потемкинскую деревню» для визита Джо Байдена, тогдашнего вице-президента США. Встреча должна была продемонстрировать важному гостю высокотехнологичное массовое производство «миниЛабов». Кроме того, Холмс успешно провела очередной раунд привлечения финансирования, в результате которого Theranos получил более 430 млн долларов. 


На войне как на войне

Предполагаая, что источником разоблачительной информации являются бывшие сотрудники компании, Бальвани и Холмс организовали слежку, изымали и уничтожали документы и имейлы, подтверждавшие обман и махинации в компании, принуждали сотрудников подписывать ложные заявления, прослушивали телефоны, обещали навсегда испортить карьеру, угрожали судебным преследованием и дискредитировали их личные качества. В отчаянной попытке остановить публикацию Каррейру в Wall Street Journal, Холмс обратилась к Руперту Мердоку, крупнейшему инвестору в Theranos и владельцу News Corporation, головной компании Wall Street Journal, утверждая, что информация, собранная Каррейру, является ложной и получена от обиженных увольнением сотрудников, которые хотят отомстить компании. К чести Мердока, он наотрез отказался вмешиваться в политику редакции газеты. 

Статья Джона Каррейру на первой странице Wall Street Journal была опубликована 15 октября 2015 года. Главной целью Каррейру было донести до широкой публики мысль о том, что Theranos представляет опасность для пациентов. Статья вызвала сумятицу в СМИ и среди инвесторов. Они тоже стали задавать давно вертевшиеся на уме вопросы: почему Холмс держит в таком секрете особенности своей «инновационной» технологии? Как получилось, что среди членов совета директоров Theranos нет ни одного человека хотя бы с минимальными познаниями в науке о кро-ви? И почему ни один венчурный фонд, имеющий опыт в здравоохранении, не инвестировал в Theranos? 

В ответ Холмс продолжала играть роль дальновидного лидера Силиконовой долины, которого оклеветали завистники и конкуренты, пытающиеся затормозить прогресс, воплощением которого она является. Одновременно команда юристов Theranos во главе с Дэвидом Бойзом готовилась к судебному иску против Wall Street Journal. 

Газета, однако, не собиралась уступать давлению влиятельных юристов и опубликовала еще четыре статьи, где говорилось о том, что Walgreens остановил запланированное размещение оборудования Theranos, что лаборатория анализов крови Theranos не имела лицензированного руководителя и что Safeway разорвал партнерское соглашение с Theranos. 


Крушение

Масла в огонь подлило FDA, которое запретило компании брать кровь из пальца и объявило «миниЛабы» неопробированным медицинским устройством. Последний сокрушительный удар по репутации Theranos нанесла инспекция CMS (Center for Medicare and Medicaid Services), в полномочия которой, помимо прочего, входит контроль за соблюдением стандартов качества клинических лабораторий. 

Из отчета CMS следовало, что образцы крови в лаборатории Theranos обрабатывались неквалифицированным персоналом и хранились при неправильной температуре, что использовались просроченные реагенты, а результаты анализов были не лучше гадания на кофейной гуще. CMS также отметил, что Theranos не сообщал пациентам об ошибках в результатах их анализов. CMS запретила Холмс в течение двух лет заниматься деятельностью, связанной с анализом крови. 

Несмотря на попытки Холмс скрыть содержание отчета CMS, Каррейру получил копию и опубликовал его в Wall Street Journal. В результате Theranos публично отозвал и признал недействительными результаты тысяч анализов крови, тем самым фактически согласившись, что его «инновационная» технология анализов крови не работает. 

Комиссия по Ценным Бумагам США возбудила гражданское производство против Theranos, в результате которого Комиссия запретила Холмс быть должностным лицом или директором публичной компании в течение 10 лет и потребовала выплаты штрафа в 500 тыс. долларов. 

Инвесторы, ранее попавшие под чары Холмс, предъявили гражданские иски к Холмс, Бальвани и Theranos, в которых говорилось, что они были обмануты многочисленными ложными утверждениями и обещаниями. Отдельный иск к Theranos предъявил Walgreens, потерявший на этой эпопее 140 миллионов долларов. Аптечная сеть обвинила компанию в неспособности придерживаться самых базовых стандартов качества и соблюдать требования закона. Она также нарушила вековой постулат медицинской профессии — не навреди. 

Общее количество анализов крови, которые Theranos признал недействительными или скорректировал, перевалило за миллион. 

Сейчас Theranos находится в процессе банкротства, а личное состояние Элизабет Холмс равно нулю. В довершение всех бед, в отношении Theranos, Холмс и Бальвани было возбуждено уголовное расследование фактов мошенничества и обмана инвесторов, которое вполне может завершиться обвинительным заключением и приговором

January 9, 2019
by @book30m2