Образ Великой Матери в контексте социально-политических и экономических процессов Средневековья

Архетип Великой Матери имел проявление и в христианстве, которое начало широко распространяться практически с самого момента своего появления, несмотря на активное противодействие со стороны властей, и, несомненно, нашел отражение в образе Богоматери. Изначально христиане мало внимания уделяли Марии. Так, эбиониты учили, что Святой Дух снизошел на человека Иисуса во время крещения, поэтому его родители не имеют никакого значения и являются обычными людьми. Гностики часто упоминают другую Марию – Марию Магдалину, ученицу Иисуса, мать же Христа значения не имела, тем более что у гностиков существовала своя версия рождения Иисуса: сам Иисус-логос явился к Марии в виде архангела Гавриила.

В Новом Завете Мария тоже не занимала важного места. Правда, в Откровении Иоанна Богослова фигурирует «Жена, облеченная в солнце; под ногами ее луна, и на голове венец из двенадцати звезд. Она имела во чреве, и кричала от болей и мук рождения». Женщину эту преследует дракон, который хочет вступить в борьбу «с прочими от семени ее, сохраняющими заповеди божии и имеющими свидетельство Иисуса Христа». Этот образ, как и все остальные видения в Апокалипсисе, имеет аллегорический характер и требует толкования. Одна из трактовок – в облике Жены выражена Мария. Эту точку зрения позже развил Бернард Клевроский.

В самом раннем из канонических евангелий, Евангелие от Марка, повествование начинается с прихода Иисуса из Галилеи и его крещения, а о его родителях упоминается вскользь. В евангелиях от Луки и от Матфея утверждается восходящая к царю Давиду генеалогия Иосифа – отца Иисуса. Это происходит в связи с бытовавшей устной традицией, согласно которой Иисус происходил из рода Давида, так как по иудейским верованиям из этого рода должен происходить помазанник божий – мессия. Когда складывались легенды о родословной Иосифа, тот должен был считаться родным отцом Иисуса и, следовательно, никакой важной роли его матери не приписывалось. Однако в тех же евангелиях отражена и начавшая складываться легенда о непорочном зачатии Марией Иисуса и его рождении от Духа Святого. И уже в связи с этой легендой в христианской традиции начинает выделяться образ Марии.

В Евангелии от Матфея рассказы о непорочном зачатии менее подробны, чем в Евангелии от Луки, который приводит описание благовещения: «Ангел, войдя к Ней, сказал: радуйся, Благодатная! Господь с Тобою; благословенна Ты между женами» (Лука 1:28). Но дальнейшая жизнь Марии в первых трех евангелиях Нового Завета не освещена вообще, она даже не указана среди присутствующих при распятии. Только в Евангелии от Иоанна Мария присутствует около креста, и Иисус поручает ее своему любимому ученику – самому Иоанну (что позже будет являться аргументом в пользу Приснодевства Марии, так как данный отрывок говорит об отсутствии у нее других детей, помимо Иисуса). Также в Деянии Апостолов Мария упомянута в молитве после поле казни Христа «Все они единодушно пребывали в молитве и молении, с некоторыми женами и Мариею, Материю Иисуса, и с братьями Его» (Деяния 1:14). Это все сведения о матери Иисуса, содержащиеся в канонических евангелиях. Практически полное отсутствие внимания в матери Христа закономерно – ранние христиане отвергали родственные связи, заменяя их духовным родством. В трех евангелиях повторяется один и тот же эпизод: Мария и братья Иисуса приходят к дому, где он остановился, и зовут его, на что Христос отвечает: «Кто матерь моя и братья мои? И обозрев сидящих вокруг себя, говорит: вот матерь моя и братья мои» (Марк 3:33-34; Матфей 1:16; Лука 8:19). К. Аткинсон предполагает, что отрицание семьи и сексуальности в христианстве произошло под влиянием поздней греческой философии. Но также она отмечает, что хоть в Новом Завете призванием людей является духовное следование Христу, а не создание семьи и мирская суета в целом, уже со второго века христианские сочинения возвращаются к более традиционному курсу, скорее всего как следствие возрастающего числа последователей христианства.

Церковь установила в честь Богородицы целый ряд праздников: рождество Богородицы, введение во храм, успение. События, по случаю которых установлены эти праздники, не освещены в Новом Завете, а также свидетельствуют о развитом почитании Марии. Сведения о ней были почерпнуты в апокрифических произведениях.

Впервые рассказы о матери Иисуса, представляющейся существом необыкновенным, стали распространяться с конца II века, когда появляются первые сказания о детстве Иисуса. Сказания о Марии в первую очередь описывают ее детские и девичьи годы, причем с самого начала она предстает избранницей божьей. Наиболее подробный рассказ о Марии содержит Евангелие от Иакова или «История Иакова о рождении Марии». Начинается оно с описания генеалогии Марии, восходящей с роду Давида, что сглаживает противоречие между легендой о непорочном зачатии и легендой о происхождении Христа от потомков царя Давида. Родители Марии, Иоаким и Анна, описываются как престарелые набожные, но бездетные. Великая роль Марии была определена еще до ее рождения: «И тогда предстал пред ней ангел Господень и сказал: Анна, Анна, Господь внял молитве твоей, ты зачнешь и родишь, и о потомстве твоем будут говорить во всем мире»¹. После чего родители дают обет посвятить ребенка богу. Практически с самого рождения ребенок, названный Марией, необычен: «…когда ей исполнилось шесть месяцев, поставила ее мать на землю, чтобы попробовать, сможет ли она стоять, и она, пройдя семь шагов, вернулась к матери»². С тех пор Марию берегут от хождения по земле: в доме устраивается для нее особое помещение, куда запрещено вносить все нечистое, для ухода за нею созваны непорочные дочери иудейские. В возрасте года Мария получила благословение от первосвященников. В три года она была отведена во храм, где, после получения пророческого благословления жреца «Господь возвеличит имя твое во всех родах, ибо через тебя явит Господь в последние дни сынам Израиля искупление»³, на нее снизошла благодать Господня. В храме Мария находилась «как голубка» и принимала особую пищу из рук ангела. Когда ей исполнилось двенадцать лет, ангел приказал священникам собрать вдовцов, чтобы из них выбрать хранителя девственности Марии. Когда старики собрались, из посоха Иосифа вылетел голубь и сел тому на голову, в результате чего Марию вручили именно ему.

Эпизод зачатия Марии (Благовещение, встреча с Елизаветой и благословление ею Марии) практически дословно повторяет этот сюжет в Евангелии от Луки. Далее в Протоевангелии рассказывается, как Иосиф обнаружил беременность Марии, как их вызвали в храм и подвергли испытанию «водой обличения», которое они благополучно прошли и были отпущены.

Заканчивается сказание описанием рождения Иисуса. За основу эпизода взяты соответствующие места из евангелий от Матфея и от Луки, но описание гораздо более подробно. В частности, появляется еще один персонаж: женщина по имени Саломея, которая приходит к только что родившей Марии с желанием удостовериться в ее девстве, сохранившимся и после родов. В наказание за неверие у Саломеи отсыхает рука, но исцеляется, когда Саломея вознесла хвалу Господу и взяла на руки младенца.

Церковь не признавала сказание Иакова каноническим: оно написано позже четырех евангелий Нового Завета, но при этом не было отнесено к числу «отрешенных», то есть категорически запрещенных книг. Поэтому Церковь не препятствовала его распространению, и на его популярность указывает тот факт, что до наших времен дошли версии Протоевангелия на греческом, сирийском, эфиопском, армянском, коптском, арабском и славянских языках.

В целом Протоевангелие Иакова представляет собой смешение различных христианских легенд, равно как и привнесенных в христианство представлений о древних античных божествах. В Протоевангелии Иакова нарративный элемент превалирует над теологическим, но и там прослеживается вероучительная тенденция, связанная с идеей Иисуса-божества, чьи чудесные свойства были присущи еще его матери.

В конце IV века появляется анонимное сочинение «Об успении Марии». В нем рассказывается о последних годах жизни Марии, ее смерти и вознесении. По сочинению, некоторое время Мария жила с Иоанном в Иерусалиме, затем переселилась в Малую Азию, в город Эфес, где проповедовала, и только перед самой смертью опять вернулась в Иерусалим. Смерть ее, или успение, сопровождалось различными чудесами: сам Иисус в окружении сияния и ангелов спустился, чтобы принять ее душу. На похоронах ее присутствовали все апостолы, кроме Фомы. На третий день в Иерусалим пришел Фома, и по его просьбе апостолы открыли гроб, но он оказался пустым. Вечером, когда все апостолы собрались вместе, отверзлись небеса, и там показалась Мария. Так же как и Иисус, она воскресла в человеческом облике.

Очевидно, что автор «Об успении Марии» просто переносит евангельские сказания о воскресении Иисуса на его мать. По-видимому, самостоятельных преданий о смерти Марии не существовало; кроме того, такое сходство в воскресении как бы ставило Марию в один ряд с Иисусом, подчеркивая ее божественность в отличие от остальных проповедников христианства.

Таким образом, в Новом Завете и апокрифах намечаются будущие черты Марии, позже развитые богословами:

- непорочность, позже возведенная в догмат о Непорочном зачатии Марии (изначального освобождения от первородного греха);
- сохранение девственности Марии, опять же развившемся в догмат о Приснодевстве;
- посредничество Марии между Богом и людьми в искуплении.

В Евангелии Иакова Мария представляется избранницей божьей, благочестивой и целомудренной, но она не воспринимается как божество. Дальнейшая богословская трактовка образа Марии прямым образом связана с христологией. Несмотря на то, что в двух местах Нового Завета Мария напрямую названа Матерью Господа: Лк 1, 43 и Гал 4, 4-6, споры о титуле Богородицы не утихали до Эфесского собора 431 года. Важную роль в формировании образа Марии сыграли Отцы Церкви. Так, Иустин Философ и Ириней Лионский противопоставляли Еву как источник грехопадения человечества и Марию как Искупительницу. Юстином, Иринеем и Тертуллианом была сформулирована концепция Марии как «второй Евы», матери нового человечества, продолжающая новозаветную тему Иисуса как «второго Адама»: дева Ева поверила змею и из-за непослушания Богу стала причиной грехопадения для себя и всего человечества, а Дева Мария поверила ангелу и благодаря послушанию стала причиной спасения для Себя и всего человечества. Эта концепция возводит Марию не просто в ранг матери Спасителя, а делает ее всеобщей матерью, как Ева. Разумеется, имеется в виду духовное, а не физическое материнство.

На Первом Никейском соборе в 325 году, посвященному в том числе вопросу христологии, была установлена «единосущность» Христа, что делало Марию матерью богочеловека. В том же году появляется и слово Богородица применительно к Марии, причем к концу 4 века титул становится общеупотребительным. Гностики же в противовес вводят термин «Человекородица». С ними полемизировал Григорий Нисский, отмечая как подлинную божественную и человеческую природы Христа, так и реальность его рождения. Также, другой Отец Церкви, Григорий Назиазин, считал веру в Божественное Материнство Девы Марии критерием ортодоксальности христианского учения.

Несколько по-другому богословская мысль в вопросе о Богоматеринстве Девы Марии развивалась в Западной Церкви, где она в меньшей степени, чем на Востоке, зависела от христологии. Впервые термин «Матерь Божья», использует Амвросий Медиоланский (340-397), аналогичную лексику используют Иероним и Августин.

Эфесский собор 431 года, созванный для разрешения мариологического вопроса, по сути, стал решающим христологический вопрос собором. Провозгласив, что соединение во Христе двух сущностей не отменяет их различия, собор в то же время подтвердил, что Предвечное Слово уже в момент зачатия Иисуса Христа в лоне Девы Марии соединилось с зачатой плотью. Вследствие этого и Дева Мария является воистину Богородицей. Сущность соборного постановления заключается в том, что уже с момента зачатия в утробе Девы Марии произошло соединение двух природ во Христе.

В эпоху патристики Отцы Церкви также отстаивают девственное рождение Иисуса. В частности, Игнатий Антиохийский так говорит о Марии на завершении Третьего Вселенского собора: «Ты - венец девства, Ты - Матерь Дева! И кто из людей в состоянии достойно восхвалить всепетую Марию? О чудо! Она и Матерь и Дева!»⁴. Иустин Философ и Ориген подчеркивали, что девственное рождение Иисуса — результат не плотского союза, а единственного в своем роде деяния Божественной силы, которое может быть сопоставлено с сотворением мира и в этом смысле представляет собой знак Божественности Иисуса. Им вторит: «Сила Божия, нашедшая на Деву, осенила ее и Деву соделала плодоносящей»⁵. Перечисление всех аргументов всех Отцов Церкви займет слишком много места, поэтому в качестве примера выбраны три показательных.

Также в этот период устанавливается канон приснодевственности Марии: Зенон Веронский ввел терминологическое различие, важное для последующего богословия: можно говорить о virginitas antepartum (девственность Mарии перед рождением Христа), in partu (в момент Его рождения) и postpartum (после Его рождения). Во 2 веке, за исключением апокрифов, не сохранилось письменных утверждений о девственности Марии во время и после родов. Осознание идеи приснодевственности было связано с углублением понимания отношения Марии с Ее Сыном как абсолютной преданности, посвящения жизни Марии Ему. Тем не менее, вопрос, сохраняла ли Мария девственность после рождения Иисуса, еще в 4 веке составлял тему для полемики. Например, Папа Сириций (320-399) аргументировал сохранение девственности Марии исключительностью ее как чертога Царя небесного, который необходимо оберегать от осквернения мужским семенем. Титул Приснодевы встречается в Символе веры, приведенном Епифанием Кипрским, и в одном из канонов Второго Константинопольского собора 553 года. В явном виде учение о девственности Марии после родов зафиксировано в канонах Латеранского собора 649 года.

Одновременно с идеей приснодевственности Марии постепенно развивалось представление о ее совершенной святости. Ориген трактовал эту святость как полноту Святого Духа, которую Марии сообщил Иисус Христос. Дамаскин говорил о святости Марии так: "ибо Он, будучи Святым, во святых почивает. Таким, следовательно, образом Она стремится к святости и является святым и удивительным Храмом, достойным высочайшего Бога"⁶.

В то же время, по мере углубления учения о Богоматеринстве Марии, развивалось представление о Марии как образце и средоточии всех добродетелей. На Западе этому особенно способствовали Амвросий Медоланский и Августин, видевшие в Марии образ Церкви. На Востоке такие авторы, как Феодот Анкирский, Андрей Критский, Иоанн Дамаскин утверждали, что Мария была непорочной во все моменты Ее жизни.

Амвросий Медиоланский большую часть своих трудов посвятил Марии, что невозможно обойти стороной. Так, в своем труде «О девстве и браке» он прославляет Деву Марию в первую очередь как сосредоточение духовной благодетели и использует ее пример для наставления других: «Девою она была не только телом, но и умом, так как никаким видом зла не осквернила (своего) чистого чувства: она смиренна сердцем, величественна в слове, благоразумна душою, воздержна в беседе, усердна к чтению; она полагаешь надежду не в тленном богатстве, а в молитве бедных; она усердна в труде, скромна в разговоре, она привыкла призывать в качестве судьи (своей) мысли не человека, а Бога; она привыкла никого не оскорблять, всем благо желать, вставать пред старшими возрастом, не завидовать равным, избегать гордости, следовать разуму, любить добродетель»⁷.

Часто Амвросий также сравнивает Марию с Церковью, называет одну олицетворением другой: «И Мария, взявши тимпан, с девственною стыдливостью была руководительницей хора (Исх. 15:20). Но посмотрите, чей образ она тогда имела? Ηе образом ли церкви была эта дева, которая непорочной душой объединила религиозный сонм народа, воспевавший божественные песни?»⁸; «…Церкви, вся слава коей внутри, а не вне – ведь высшая похвала заключается в благих помыслах, в непорочном порыве к целомудрию и в намерениях чистой совести…»⁹; «Так святая церковь не осквернена соитием, но плодоносна в рождении, она – дева благодаря целомудрию, но матерь благодаря потомству. Итак, нас рождает дева, исполненная не мужа, но духа»¹⁰.

Помимо прочего, Амвросий Медиоланский первый олицетворил Церковь в виде всеобщей Матери. В сочинении "Церковь - мистическая Ева" он проводит параллели между Христом как новым Адамом и Церковью как новой Евой. Церковь - помощница Иисуса, мать всем, стремящимся к благодати, их союз должен дать начало новому человеческому роду так же, как Адам и Ева дали начало человечеству. Вот как Амвросий говорит о Церкви: "Вот жена, матерь всем, вот дом духовный, вот град, чей век – вечность, ибо смерть неведома ему"¹¹.

Иоанн Дамаскин (675-753), полемизируя с несторианами в "Точном изложении православной веры", подчеркивает особую роль Марии как Богородицы. Он утверждает, что в Марии воплотилось Божественное Слово, причем это вочеловечивание Бога Слова и было необходимо для искупления человечества. По Дамаскину важно, что Бог родился не "через жену" а "от жены", то есть не вселился в младенца до рождения, а дав своей сути плоть. Он же отрицал титул Христородицы для Марии - он переводил "Христа" как "помазанника", таким образом, титул Христородицы являлся оскорбительным для Богородицы. Он же, вслед за апокрифами, выводит родословную Марии от Давида, используя не только родословную ее родителей, но и ссылаясь на происхождение Иосифа от Давида и еврейскую традицию не брать невест из чужих племен.

Дамаскин вслед за предшественниками утверждает Марию как образец и воплощение добродетели, а также утверждает ее как Царицу: "Действительно, в собственном смысле и поистине Богородица и Госпожа, и владычествующая над всеми тварями, сделавшаяся Рабою и Матерью Творца"¹².

Примечания:

¹ Протоевангелие Иакова : [Электронный ресурс] / Библиотека Гумер. - [Б.м.б.д.]. - URL: http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/apokrif/Svenc_08.php (дата обращения: 12.03.2018).
² Протоевангелие Иакова : [Электронный ресурс] / Библиотека Гумер. - [Б.м.б.д.]. - URL: http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/apokrif/Svenc_08.php (дата обращения: 12.03.2018).
³ Протоевангелие Иакова : [Электронный ресурс] / Библиотека Гумер. - [Б.м.б.д.]. - URL: http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/apokrif/Svenc_08.php (дата обращения: 12.03.2018).
⁴ Святые отцы о Богоматери : [Электронный ресурс] / Вера православная. - [Б.м.б.д.]. - URL: http://www.verapravoslavnaya.ru/?Svyatye_otcy_o_Bogomateri (дата обращения: 25.10.2017).
⁵ Святые отцы о Богоматери : [Электронный ресурс] / Вера православная. - [Б.м.б.д.]. - URL: http://www.verapravoslavnaya.ru/?Svyatye_otcy_o_Bogomateri (дата обращения: 25.10.2017).
⁶ Преподобный Иоанн Дамаскин Точное изложение православной веры. М., 1992. С. 139
⁷ О девственницах в трех книгах. Книга вторая : [Электронный ресурс] / Азбука веры. - [Б.м.б.д.]. - URL: https://azbyka.ru/otechnik/Amvrosij_Mediolanskij/o-devstve-i-brake/2 (дата обращения: 13.05.2018).
⁸ О девственницах в трех книгах. Книга первая : [Электронный ресурс] / Азбука веры. - [Б.м.б.д.]. - URL: https://azbyka.ru/otechnik/Amvrosij_Mediolanskij/o-devstve-i-brake/1 (дата обращения: 13.05.2018).
⁹ О воспитании девы и приснодевстве святой Марии к Евсевию : [Электронный ресурс] / Азбука веры. - [Б.м.б.д.]. - URL: https://azbyka.ru/otechnik/Amvrosij_Mediolanskij/o-devstve-i-brake/6 (дата обращения: (12.05.2018).
¹⁰ О девственницах в трех книгах. Книга первая : [Электронный ресурс] / Азбука веры. - [Б.м.б.д.]. - URL: https://azbyka.ru/otechnik/Amvrosij_Mediolanskij/o-devstve-i-brake/1 (дата обращения: 13.05.2018).
¹¹ Церковь, мистическая Ева: https://azbyka.ru/otechnik/Amvrosij_Mediolanskij/tserkov-misticheskaja-eva/ (дата обращения: 15.05.2018).
¹² Преподобный Иоанн Дамаскин Точное изложение православной веры. М., 1992. С. 140

(с) Пентегова Ольга Юрьевна. Репрезентация образа Великой Матери в
христианстве средневековья