Бесстыжий мир. Глава 92
— Мужчине тоже может нравиться, когда всё происходит быстро. И что я сделал не так?
Гук Джи Хо, несмотря на удары по нему членом, всё равно находил, что сказать.
Пэк Хэ Гён как-то странно улыбнулся. Его глаза блеснули, брови слегка расслабились, но улыбка не была ни удовлетворённой, ни радостной. С этим выражением он медленно провёл языком по своим губам.
— Кто сказал, что ты сделал что-то не так?
Руки Гук Джи Хо судорожно пытались ухватиться за что-нибудь, но плотная ткань постельного белья ускользала из пальцев.
Член, который до этого бил по отверстию, теперь начал скользить верх и вниз. Влажная и скользкая головка прошлась по только что разогретой промежности, мягко трясь между ягодицами.
Лёжа на спине, он не знал, куда направить свой взгляд. Опустив глаза на грудь, заметил, что вокруг сосков появились влажные пятна. Такое зрелище показалось неловким, и он перевёл взгляд ещё ниже — из недавно эякулировавшего члена стекли несколько капель спермы, похожих на густую слизь, оставив след рядом с пупком.
Внезапно ноги, до этого беспомощно дёргавшиеся в воздухе, оказались на плечах Пэк Хэ Гёна.
Щёлк. Раздался звук открывающегося тюбика с лубрикантом.
— Я сделаю так, как ты хочешь.
Холодная жидкость с мягким плеском вылилась на отверстие. От внезапного ощущения холода ноги, покоящиеся на плечах, дёрнулись, но сосредоточенная голова мужчины осталась неподвижной.
Он даже не пытался разогреть гель в руках, как делал это обычно, и не стал равномерно распределять его. Он просто выдавил его в избытке и бросил почти пустой тюбик в сторону. Гель, ударившись о пол, укатился в неизвестное место.
Мужчина вновь мягко надавил своим пенисом, словно устраиваясь поудобнее.
Он успел прищурить один глаз и ухватиться за поддерживающую руку, но прежде, чем что-то попросить, снизу его пронзило.
Тяжёлое давление, раздвигающее его изнутри, заставило издать почти беззвучный выдох, словно дуновение ветерка.
Внезапное проникновение заставило холодный пот стекать по позвоночнику, а по плечам побежали мурашки. Это совсем не походило на предыдущий опыт секса с Пэк Хэ Гёном. Он впервые вошёл так быстро, без предварительных ласк руками.
Несмотря на обилие смазки, внизу всё ощущалось сухо. Его массивное присутствие внутри казалось таким большим и грубым, что возникало ощущение, будто живот буквально вздувается.
Мышцы пресса Гук Джи Хо чётко выделились, разделяясь на сегменты. Он инстинктивно использовал дыхательную технику, которой привык пользоваться всякий раз, когда чувствовал боль. Однако сейчас это дало обратный эффект: живот напрягся, и казалось, что тело ещё сильнее сжало орган внутри.
Сжав стопы в дугу, он старался выдержать боль, пока над ним не раздался чуть раздражённый голос:
Похоже, он окончательно отбросил концепцию «секса с начальником», потому что в какой-то момент снова начал говорить на «ты».
Гук Джи Хо, ответив автоматически, пытался расслабиться, но, казалось, напрочь забыл, как это делать. Он закрыл глаза, затем открыл их, хмуря брови, и изо всех сил постарался ослабить напряжение внизу.
Толстый, словно ствол могучего дерева, член продолжал медленно, но уверенно двигаться внутрь. Из-за того, что проникал до основания, казалось, что область под анусом вдавливается по форме его яичек. Это напоминало клишированное выражение о слиянии тел: как будто их кровеносные сосуды соприкоснулись, и в месте соединения ощущался пульсирующий ритм.
Мужчина, наблюдая за ним сверху, слегка похлопал его по щеке. Только тогда Гук Джи Хо осознал, что стиснул зубы.
Пенис дёрнулся внутри узких стенок.
Пэк Хэ Гён тяжело вздохнул и поднял взгляд к потолку. Тот, кто даже после пулевого ранения ни разу не наморщил лоб, сейчас выглядел так, будто испытывал боль.
Хотя он и сказал, что предпочитает всё делать быстро, ощущение, как неподготовленное тело грубо приняло член, было таким, словно дыхание застревало где-то у самого горла. Поэтому вопрос о том, нравится это или нет, даже не возникал...
Разгорячённый, влажный от пота Пэк Хэ Гён на мгновение застыл, а затем, слегка сдавленным голосом, сказал:
Мужчина, нежно откинув его волосы со лба, начал двигать бёдрами, делая мелкие толчки.
Член двигался, но, казалось, не скользил — он словно присосался к стенкам. Даже при неглубоких движениях вся внутренняя поверхность синхронно смещалась точно единое целое.
Кровать покачивалась словно волны, и тело следовало за этим движением. Назойливый солнечный свет то проникал под веки, то вновь исчезал, заслоняемый массивным телом мужчины.
Хотя волосы разметались во все стороны от движений, тяжёлые яички всё так же плотно прилегали к ягодицам, не отрываясь. Казалось, что пенис крепко сжимает внутренние стенки и встряхивает их.
— А, агх… Не могу… так. Жарко, ебать…
— Ебать? — переспросил Пэк Хэ Гён, отводя бёдра назад.
Когда длинный ствол выходил из него, казалось, что внутренние мышцы выворачиваются наружу, тянутся за ним. Это вызывало непроизвольное напряжение ягодиц.
— Хух… Ты специально… это делаешь?
Он схватил Гук Джи Хо за плечи, сильно нахмурившись.
Для человека, который обычно оставался бесстрастным, его напряжённое лицо казалось чем-то необычным, но от этого ещё более привлекательным. Сухое горло сглотнуло, а живот на мгновение втянулся, обнажая очертания рёбер.
Как только член выскользнул наружу, мышцы ануса рефлекторно сжались и затрепетали от слабых непроизвольных спазмов.
Всего один раз вошёл и вышел, а уже так... Лежащий на боку Гук Джи Хо резко дёрнулся, изогнув тело. Он попытался отползти, поджимая одну ногу и слегка отодвигая бёдра назад.
— Хён, кажется, вы были правы... Надо медленнее… ух!
Ещё до того, как он успел озвучить условия сделки, тот грубо потянул его за бёдра, заставляя ягодицы снова разойтись. Сверху его накрыла массивная фигура, и член вновь проник в приподнятые ягодицы одним толчком.
Пэк Хэ Гён крепко схватил его за таз и сделал мощное движение бёдрами. Возможно, это было из-за того, что путь уже был проложен, или потому, что поза стала удобнее, теперь проникновение этой большой и плотной штуки в отверстие стало намного легче, чем раньше.
Чавкающие звуки и хлопки плоти, сталкивающихся друг с другом, раздавались снова и снова.
Звуки были настолько насыщены влагой, что их можно было бы назвать чавканьем. Ствол, смазанный скользким гелем, с трудом погружался в узкое пространство, вызывая равномерное чувство наслаждения.
Когда острый толчок достиг определённой точки, ноги непроизвольно напряглись, становясь прямыми как струна. Хотя никто их не связывал, напряжение в обычно слаженно работающих мышцах создавало ощущение сковывающей несвободы.
После нескольких толчков его поза начала разрушаться: локоть скользнул, а колени подкосились.
Однако Пэк Хэ Гён даже не подумал остановиться. Его сильные руки грубо раздвинули ягодицы, движения продолжались с прежней интенсивностью.
Теперь, когда живот Гук Джи Хо был прижат к постели, его член оказался зажатым между телом и простынёй. Каждый толчок заставлял его тереться и сжиматься, посылая тонкие волны импульсов, разрывающие нервы.
Прерывистое дыхание Пэк Хэ Гёна то и дело касалось позвоночника.
Гук Джи Хо прижимал губы к постельному белью, пытаясь сдержать стон. Жёсткая ткань наловочек скребла уже пересохшие губы, и казалось, они вот-вот начнут кровоточить.
Пока действия продолжались в ровном ритме, за спиной раздавались стоны, похожие на его собственные.
Ладонь Пэк Хэ Гёна накрыла затылок Гук Джи Хо. Даже от этого лёгкого давления заставило лицо залиться ярко-красным цветом, а нос — вжаться в простыню. С нарастающим нажимом, будто собирался погрузиться до самого основания, включая мошонку, крупное тело продолжало применять силу.
И без того затруднённое дыхание становилось ещё тяжелее, когда грудь плотнее прижалась к белоснежной простыне. Казалось, что до предела налитый член вот-вот лопнет как перекачанный водяной шарик.
Икры мелко дрожали. Когда ступни стали хаотично ударяться друг о друга, давление на затылок ослабло.
Гук Джи Хо воспользовался этим моментом, чтобы приподнять верхнюю часть тела и глотнуть воздуха. Его всё ещё пронизывал пенис Пэк Хэ Гёна, и из-за этого он боялся полностью сесть.
Тук, тук... В тот момент, когда потные руки едва успели ухватиться за изголовье кровати, горячие ладони резко схватили его за бёдра, и с этим движением последовала серия сильных и быстрых толчков.
— Ах, мхкх, ах, а-а, мх… ым, кх…!
Хорошо, что он держался за изголовье. Его тело сильно трясло, стоны беспорядочно вырывались из приоткрытых губ. Толчки были настолько сильными, что гулкое ощущение разливалось не только по внутренностям, но и отдавалось в паху.
— Ху-у, блять, как же охуенно…
Вульгарная манера речи, совершенно не похожая на то, что можно ожидать от Пэк Хэ Гёна, раздалась у него в ушах. Неужели это тоже одна из сторон личности Пэк Хэ Гёна?
Тела с громким «чпок-чпок» сталкивались, волосы разлетались вверх-вниз. Каждый раз, когда верхняя часть тела толкалась вперёд, оно то ударялось о холодное деревянное изголовье, то снова отрывалось от него.
С самого начала стоящие соски время от времени прижимались и сминались. Влага оставляла на покрытой лаком деревянной поверхности след, повторяющий их форму.
Он чувствовал, будто его попросту втоптали в постель, и казалось, что сзади всё становится мокрым. Хотя он понимал, что это всего лишь разогретый густой лубрикант, но ощущение, будто изнутри что-то вытекает, оставляло неприятный осадок.
Повернув голову, увидел, как на стволе члена тянется тонкой нитью прилипший гель. Каждый резкий толчок заставлял его выпрямленные мышцы вдоль позвоночника судорожно напрягаться и подёргиваться. Глядя на всё это, он почувствовал, как в голове звенит, а перед глазами всё смешалось в ослепляющем бело-красном мареве.
В момент, когда ощущение нарастающего давления достигло своего пика, белая жидкость толчками вырвалась наружу. Хотя его член никто не стимулировал, сперма выстреливала словно из водяного пистолета, и это было так интенсивно, что глаза защипало.
Пэк Хэ Гён провёл ладонью по краю его глаз и показал свою руку, блестевшую от влаги.