Бесстыжий мир. Глава 159
Японская якудза, китайская триада, итальянская мафия.
Именно к этому в конечном счёте стремилась общенациональная группировка — вырасти в гигантскую, глубоко укоренившуюся структуру, против которой государственная власть не осмелилась бы даже попытаться выступить.
Если у лозунга Маре Нострум — «вернём себе наше море» — был ещё и иной, символический смысл…
Если море и было тем самым символом. Тем самым проектом, завершения которого так жаждал первый Архитектор, Ким Со Гю…
— Да. Но почему вы спросили о глубине?
— Для бизнесмена море — это либо транспортный коридор, либо товар в виде морепродуктов… либо недвижимость.
— …Как море может быть недвижимостью? Это ведь не земля. Ну… разве что пришвартовать гигантский круизный лайнер, это тоже считается землёй?
Вместо ответа кивком Гук Джи Хо закатил глаза и, заметно смущаясь, с трудом произнёс одну короткую фразу:
— …Десятки… сверхгигантских круизных лайнеров…?
Пэк Хэ Гён, что обычно не упускал возможности прокомментировать подобное, на этот раз сразу дал ответ:
— Засыпать море. Вбить в дно бетонные сваи и намыть территорию, превратив её в сушу.
В голове уже начинал смутно вырисовываться образ.
Пэк Хэ Гён регулярно просматривал планы городского развития и региональные проекты местных администраций — привычка, оставшаяся ещё со времён службы в полиции. В политике, где крутились кормовые бюджеты, он не раз натыкался на целые россыпи скрытых связей, и потому государственные и региональные программы были для него настоящей кладовой ключевых улик.
— А… масштаб и правда безумный.
— Одна только стройка займёт не меньше десяти с лишним лет.
Пальцы быстро пробежали по клавиатуре, и на экране открылся сохранённый когда-то материал. Гук Джи Хо склонился над монитором, разглядывая его вместе с ним.
Совместная экологическая экспертиза проекта развития Кодже, Йосу и Тхонъёна… Панорама кластерных искусственных островов… Возрождение региона в статусе элитного туристического центра…
Затем он вывел на экран две карты — Средиземноморья и Кореи.
Мужчина отметил курсором три морских участка на карте Южной Кореи. Подобно Средиземному морю, это были акватории, окружённые сушей и связанные с ней через проливы: сначала Кодже, затем Тхонъён и Йосу.
— Нет… если бы я знал об этом, я бы даже не заикался про сверхгигантские круизы. Но если это правда…
— Тогда проект затрагивает строительство, инжиниринг, тяжёлую промышленность, казино, отели и финансы — все ключевые отрасли одновременно.
— …Ну и аппетит. Три поколения хватит прокормить.
Пока они оба молча обдумывали услышанное, от Хан Се Гёна пришло сообщение.
Хан Се Гён, директор Ханпён Констракшн
Проверка по электронной навигационной карте подтвердила соответствие глубин указанным данным.
В ходе расшифровки были получены числовые данные следующего формата: 34.661, 127.680, A22.15
Они обозначают соответственно широту, долготу и глубину. Однако значение буквы A перед показателем глубины пока установить не удалось.
Используются только буквы A, B, C, D, F.
— …Прямо как университетская ведомость успеваемости. Чем меньше глубина, тем легче застройка.
— Объединение и поглощение обанкротившихся строительных компаний… это ведь из той же логики, да?
Пэк Хэ Гён не ответил. В голове будто зазвенел колокол — громкий и навязчивый сигнал тревоги.
— Ну и ну, сначала припугнули аудитами хамбачипов… а план-то оказался куда грандиознее.
Его накрыло головокружительным смешением двух чувств: осознанием, что всё, к чему он до сих пор прикасался, было лишь верхушкой айсберга, и эйфории от того, что он успел понять это в самый последний момент.
«Система — это мои гены. То, что будет передаваться из поколения в поколение».
Казалось, он вживую наблюдает, как тень того, кто всё это спланировал, прямо сейчас обретает кости и плоть.
Глаза Гук Джи Хо ярко поблёскивали в искусственном уличном свете.
— Просто так позвал, — нарочито пресно бросил он и пожал плечами.
Со стороны он, вероятно, выглядел немного растерянным.
Объём работы вырисовывался колоссальный. Гук Джи Хо, сменив тяжёлые папки на лёгкий планшет, сказал:
— Предварительное технико-экономическое обоснование одобрено, экологическая экспертиза тоже… всё идёт слишком гладко. А с рыбаками договорились…?
Проверка возможных процедурных нарушений — это вопрос на потом: если дело станет проблемным, источник вскроется сам собой. На данном этапе это не относилось к их компетенции.
— АО «Йосу Фьючер Айленд Сити»… странное название, Йосу ведь не остров. Ну да ладно. Специальная проектная компания уже создана. А вот в Тхонъёне темпы помедленнее. Там экологическая экспертиза ещё в процессе.
Реализация проекта осуществлялась в рамках государственно-частного партнёрства и опиралась на механизм проектного финансирования.
Кто и насколько глубоко вовлечён в это дело, можно было отследить по документам. Материалы шли потоком, а Хан Се Гён или Вон Ху Пён время от времени бросали бесполезные комментарии вроде: «Узнай мы об этом позже — была бы катастрофа».
— Ха-а-ам… хорошо, что в самолёте удалось поспать. А то вчера глаз не сомкнул.
Без особого плана они вылетели утренним рейсом из Кимпхо в Йосу — тем самым, который выполняется всего раз в сутки.
Сейчас же они объезжали побережье на арендованной машине. Густой морской туман стелился так плотно, что дорога впереди растворялась в белой мгле.
Даже содержание огромного баннера, трепещущего где-то вдали между столбами, было трудно различить. Только подъехав к перекрёстку вплотную, они смогли прочитать поздравительную надпись.
— Ничего себе. За полтора года они провернули просто невероятный объём работ.
— Дальше лоббистская активность группы B станет ещё жёстче. Сейчас у них проблемы с привлечением средств… значит, скоро в Корее запустят криптобиржу и по-быстрому сольют всё через скам-коины.
Пэк Хэ Гён снова вернулся к мысли, что преследовала его с самого начала. Его по-прежнему занимал вопрос, откуда они собираются взять колоссальный стартовый капитал, не покрываемый даже инвестициями.
— …Да. Те самые, с татуировками Маре Нострум на ключицах. Теперь понятно почему они так отчаянно занимались отмыванием денег.
Если этот проект способен кормить три поколения, разве это не значит, что в Корее появится своя версия якудзы, триады или мафии?
Фрагменты истины, когда-то подсвеченные точечным светом, слились воедино и обнажились под беспощадным полуденным солнцем лета. У общенациональной группы — вернее, у её первого Архитектора, Ким Со Гю — действительно существовал детальный план.
Чем обернётся этот грандиозный замысел, когда картина будет дописана до конца?
Рука на руле задумчиво отбивала тихий ритм по коже.
То, что национальная группировка бросила все силы на продвижение проекта, было одновременно редчайшим шансом и серьёзным риском для обеих сторон, включая Пэк Хэ Гёна.
Когда солнце пошло на закат, Гук Джи Хо задрал футболку и вытер пот с лица. Стоило показаться прессу, который за последние дни стал заметно рельефнее, как ребята низкими голосами разразились протяжными «уо-о».
После первичного осмотра острова и его окрестностей они разместились в пансионате в районе Тольсан, в Йосу. Именно эта местность соответствовала координатам широты и долготы, проверенным накануне.
Всё началось с того, что Гук Джи Хо, выйдя за сигаретами, невзначай отбил ногой прилетевший откуда-то футбольный мяч.
Крик раздался издалека — это были старшеклассники, рано освободившиеся с уроков. Он успел одним жестом осадить подчинённых, шедших следом и уже закипавших от злости, как дети подошли за мячом. Сам мяч тем временем катался и подпрыгивал у ног Гук Джи Хо.
— Ну ёбана, Ю Хан Су, хватит на атаке лупить куда попало!
— Эй, парни. Так и людей покалечить можно. Смотрите за мячом.
Немного отчитав ребят, Гук Джи Хо остановил мяч одной ногой. Загорелый до черноты мальчишка наклонился за ним, но мяч ловко юркнул между ног и исчез за пяткой.
— Так почему вы не извиняетесь?
Гук Джи Хо приподнял бровь, глядя на ошарашенных детей.
— А, извините. Но, хён, это что щас было? Вы круто управляете мячом?
Так, собственно, и завязалась игра Гук Джи Хо со школьниками.
Пэк Хэ Гён, устроившись на газоне рядом с шестёрками и наблюдая за беготнёй, впервые за долгое время поймал себя на ощущении лёгкости.
Правда, молодые рядовые члены организации, рассевшиеся вокруг него, явно чувствовали себя не в своей тарелке и, словно отбывая наказание, сидели на коленях.
Попытки «принести хотя бы стулья» он пресёк, а вот пиджак, который один из них проворно снял и протянул, принял без возражений.
Гук Джи Хо носился по полю, легко отталкиваясь и взмывая вперёд, и за этим было невозможно не следить. При каждом резком манёвре мышцы бёдер вздувались, а из-под ног взлетали клочки травы. Когда мяч будто магнитом прилипал к его ноге, ребята из противоположной команды срывались на ругань: «Еба-а-ать!»
Он мог бежать легко и непринуждённо, но стоило сопернику навязать жёсткую силовую борьбу, как он отвечал ещё более мощным и стремительным движением.
Порой Гук Джи Хо оглядывался и сиял широкой улыбкой. А после того как, обыграв двоих, безупречно отправил мяч в дальний угол ворот, он рванул прямо к нему, не скрывая желания похвастаться.
Каким ты был в старших классах?
Небо медленно заливалось закатом. Постепенно выдохшиеся мальчишки один за другим упирали руки в бёдра, сгибались пополам и тяжело дышали. А Гук Джи Хо, обойдя их, продолжал раз за разом сотрясать сетку ворот.
А если бы мы встретились иначе? Почему я узнал тебя так поздно?
В конце концов матч завершился без особой интриги. Парни из команды Гук Джи Хо дружески толкались плечами.
— А, отлипните. Тренируйтесь усерднее.
Отцепив от себя налетевших ребят, он разок взъерошил им волосы и без сожаления развернулся.
Гук Джи Хо, ничуть не выглядевший уставшим, подошёл к умывальнику и быстро ополоснул вспотевшее лицо.
Отдав распоряжения подручным, Пэк Хэ Гён тоже начал подниматься.
Газон сменился грязной землёй, и под ногами с каждым шагом чавкало. Будто кто-то расплескал по дороге ведро воды — земля была залита влагой, в бороздах и разводах.
На его слегка согнутой спине, пока он умывался, проступал пот. Закончив, мужчина запрокинул голову и сделал несколько глотков. Струя воды аккуратно скользнула прямо в горло.
Услышав, как шаги резко остановились, Гук Джи Хо выпрямился и обернулся.
— Извините, что развлекался один. Я… наверное, втайне всё же надеялся, что ребята позовут меня в игру.
Он улыбнулся, а на его лбу поблёскивали капли воды.
Когда капля в самом центре лба вспыхнула в отблеске закатного света, сердце сорвалось вниз.
В такой же алый, как сегодня, закат, над разгорячённым лицом — прямо на лбу — загорелась красная точка. Это воспоминание наложилось на настоящее, как остаточный образ. Боль резко пронзила грудь, будто её с одной стороны проткнули острым шилом.
Парень, ослеплённый светом, прищурил один глаз. Вытерев тыльной стороной ладони каплю со лба, он продолжал ждать ответа. Слова застыли на кончике языка, готовые в любой миг сорваться.
Нервы, и без того натянутые, как изношенная резинка, щёлк — и оборвались…
Но губы Пэк Хэ Гёна так и не раскрылись. Он лишь смотрел на неясное, заляпанное мутной краской будущее.
Гук Джи Хо был его партнёром. Человеком, с которым можно идти вместе по краю бездны и прикрывать друг другу спину. Этого было вполне достаточно, чтобы не терзаться сомнениями.
Сказать вслух — всё равно что подтверждать чувства и обещать будущее. Он не хотел взваливать на себя лишнюю ответственность ненужными словами… и причинять боль.
В какой-то момент шум воды стих. Закрыв кран, Гук Джи Хо стряхнул воду с рук. Капли легко взметнулись и рассыпались в воздухе.
Гук Джи Хо, вдруг сказав это ни с того ни с сего, тут же продолжил:
— Кажется, я понимаю. Вам не нужно ничего говорить.
Остывшие после умывания щёки мужчины вновь вспыхнули румянцем, который тянулся до самых кончиков ушей.
— Я ведь довольно взрослый, правда? И сообразительный.
Он говорил, не поднимая глаз от мокрой плитки у умывальника.
Эти слова с трудом выдавились с его застывшего горла.
Пэк Хэ Гён широкими шагами двинулся вперёд. Услышав за спиной шаги, он остановился в углу кирпичной стены. Откуда-то издалека доносился гул голосов — там, уже без Гук Джи Хо, вновь продолжалась игра.
В тени воздух казался более влажным. Вдохнув лёгкую затхлость, Пэк Хэ Гён опустил взгляд на свои туфли, затем поднял голову.
На лице напротив читалось недоумение. Они ведь и так были вдвоём — к чему было уводить в сторону?
— …Прямо как за школой, будто снова стал старшеклассником…
Щека, коснувшаяся губ, была горячей. Как и нос, и глаза. Места короткого прикосновения пылали теплом и румянцем. Гук Джи Хо застыл, лишившись дара речи.
Лишь заметив растерянность напротив, он, возможно, и осознал, что допустил ошибку.
Пэк Хэ Гён на мгновение зажмурился, подыскивая слова, и снова открыл глаза. Лицо, только что омытое водой, — особенно губы, которыми он пил, — блестело.
Не дожидаясь ответа, он притянул его за влажную спину. Их губы столкнулись, и капли воды с мокрой шеи пропитали рубашку.