Бесстыжий мир. Глава 130
Хотя он и не сделал ничего плохого, возникло ощущение, будто его поймали с поличным. Гук Джи Хо поспешно убрал пальцы, которыми только что осторожно тянулся, и замер, словно пятясь боком, как краб.
— Эм, минут пятнадцать, — ответил он, неловко поднимаясь с дивана.
Стол был завален остатками их размышлений. Наклонившись, он принялся всё убирать: отправил листы с записями в шредер, собрал пустые чашки и отнёс их к раковине.
Всё это он не решался делать, пока Пэк Хэ Гён спал — боялся разбудить его шумом. Приготовив свежий кофе и поставив его на стол, Гук Джи Хо закатал рукава. Пока он суетился, выступил лёгкий пот, и когда открылись предплечья, стало чуть легче.
На белой доске сеть нитей стала ещё запутаннее, чем несколько часов назад. Линии, добавленные Пэк Хэ Гёном в процессе объяснений, только подчёркивали масштаб работы, что ещё предстояла. Он упёр руки в бока и с чувством подавленности уставился на сложную схему.
— Если бы биржа на Багамах работала нормально, проблем можно было бы избежать. Нельзя предугадать даже ближайшее будущее.
Может, опять уснул от усталости?
Гук Джи Хо удивился этой тишине и обернулся. Однако, вопреки ожиданиям, Пэк Хэ Гён сидел ровно там же, не шелохнувшись. Он раскинул руки по низкой спинке дивана.
Чёрные волосы мужчины упали на лоб, чуть прикрыв глаза, из-под которых скользнул равнодушный взгляд. На его лице не отражалось ни единой эмоции. Обычно он тоже был сдержан, но сейчас в его молчании ощущалось нечто иное.
Губы были слегка сомкнуты и едва заметно поднимались в уголках, без малейшего напряжения в челюсти. Он вроде бы не выглядел сердитым, и всё же в его лице было что-то странное.
Скрип. Внезапно Пэк Хэ Гён крепко сжал спинку дивана. Ткань морщинами собралась под его пальцами. Аккуратные ногти были подстрижены безупречно — ни миллиметра лишнего.
Он медленно оглядел Гук Джи Хо с головы до ног, словно что-то проверял.
Он сделал что-то не так…? Гук Джи Хо перевёл взгляд на стол, который только что убрал. Там ведь не было ничего такого, просто мусор. Вряд ли это могло вызвать недовольство. Да и мужчина не был из тех, кто становится раздражительным после сна.
— Директор, есть для меня какие-то отдельные поручения?
— Нет, ничего... — протянул мужчина, не отводя взгляда. Его глаза медленно скользили от талии к предплечьям и дальше, вниз по ногам.
Расслабленно откинувшись на спинку дивана, Пэк Хэ Гён выдохнул чуть глубже, чем обычно. Пальцы, которыми он сжимал обивку, теперь легко постукивали по коже дивана, будто отсчитывая время.
Постепенно напряжение исчезло с его лица. Он медленно закинул ногу на ногу, и ткань штанов, заложенная в мягкие складки, подчёркивала комфортную позу. Но...
О той неудобной жаре, что он спрятал между ног.
На самом деле ему, как мужчине, выражение лица Пэк Хэ Гёна было слишком знакомо. Вероятно, он и сам не раз носил такое же.
Опущенные глаза — равнодушные на вид, но в действительности следящие за каждым движением... Замедленное дыхание, едва заметные колебания в груди, короткие, но острые раздумья.
Если Гук Джи Хо сейчас скажет, что хочет выпить кофе или сходить в туалет, эта искра, готовая вспыхнуть, тут же погаснет. Аккуратное лицо — нет, безумный взгляд — моментально переменится, и он снова уйдёт в себя, погрузившись в мир белой доски за своей спиной.
Гук Джи Хо мельком взглянул на доску, испещрённую разноцветными линиями, а затем, встав прямо перед Пэк Хэ Гёном, сцепил руки за спиной. Это была «поза ожидания», универсальная как для полицейских, так и для членов преступных группировок.
Пэк Хэ Гён поднялся с дивана и подошёл к Гук Джи Хо. Он схватил скомкавшуюся у предплечья ткань и потянул её вниз. Руки, до этого заведённые за спину, невольно опустились.
Тихий, будто спрашивающий голос коснулся уха. Хотя на самом деле это вовсе не был вопрос. Ещё ничего не произошло, а внутри живота уже становилось горячо.
Пэк Хэ Гён положил ладонь на его щёку. Он ожидал, что его лицо тут же потянут в поцелуй, но прикосновения оказались медитативными и последовательными. Пальцы мягко скользнули по лбу, шее, коснулись уха — это были неожиданно ласковые движения.
Слова коснулись чувствительной кожи губ.
— Да. Температуры нет. Вы беспокоитесь… что я могу заразить вас простудой?
— Просто… лицо у тебя покраснело.
Лишь тогда безучастность на лице Пэк Хэ Гёна дала трещину. Он чуть потянул уголки губ и невинно улыбнулся. Может быть, это потому, что на нём был не строгий костюм, а простая домашняя одежда, и от него исходил лёгкий запах геля для душа.
Гук Джи Хо, не отрывая взгляда от его лица, первым слегка прикусил его нижнюю губу. Он закрыл глаза. Их животы соприкоснулись, но руки так и остались висеть в воздухе, не находя себе места.
В этот момент крупная рука вцепилась в волосы Гук Джи Хо. Плотный, влажный язык мягко скользнул между губами, пробираясь внутрь и двигаясь, словно в медленном, глубоководном плавании.
Мужчина крепко обхватил его за талию, и Гук Джи Хо послушно двигался туда, куда тот его толкал.
В одно мгновение тело потеряло опору и вытянулось на диване. Сверху переплелись ноги, и влажные промежности тесно соприкоснулись.
Горячие рты широко раскрывались, жадно исследуя слизистую друг друга. Прижатые тела иногда приподнимались, чтобы тут же снова опуститься на поверхность. В спешке они улеглись прямо на диван, но для двух мужчин он оказался тесноват. А главное — каждый раз, когда они двигались в порыве возбуждения, локоть неизменно натыкался на спинку дивана, создавая ощущение, будто они заперты в узком пространстве.
После долгого, захватывающего поцелуя губы Пэк Хэ Гёна наконец отстранились. Гук Джи Хо, повинуясь его приказу, открыл глаза. Яркий свет люминесцентной лампы заставил его прищуриться, и в этот момент пальцы мужчины скользнули под бровь — туда, где виднелась крошечная красная точка.
— Мне нравится... что ты не убегаешь, господин Джи Хо.
Слова прозвучали неожиданно. В голове начали суматошно рваться наружу обрывки протестующих фраз.
Он хотел сказать, что оказался выброшенным, а не стал беглецом, но этот разговор показался слишком тяжёлым для текущего момента.
Пэк Хэ Гён снова опустил свои губы. Его поцелуй ловко прорвался сквозь упрямо сжатые от сопротивления губы.
Услышав стоны, Гук Джи Хо открыл глаза. Раскрытые губы мужчины дрожали, а из горла вырывался глубокий звук. Внутри поднималось странное, необъяснимое чувство удовлетворения.
Иногда он отрывался от губ и оставлял короткие поцелуи на переносице, в уголках глаз, на ушах. В эти мгновения Гук Джи Хо неуверенно провёл рукой по ткани на его спине. Под пальцами чувствовались лопатки, рёбра, плотные мышцы — он впервые прикасался к ним вот так, во время поцелуя.
Даже когда его ладони свободно изучали тело, Пэк Хэ Гён не останавливался.
Всё тело разогрелось, в пояснице проступил пот. Влажная кожа прилипала к кожаному дивану и с тихим липким звуком отрывалась от него. Они всего лишь лежали и целовались, но тела двигались так яростно, словно это был настоящий секс.
Почувствовав, что ноги вот-вот соскользнут с края, Гук Джи Хо поднял их и обвил вокруг его бёдер.
В этот момент мужская рука скользнула под футболку. Эластичный хлопок натянулся, обрисовывая изгибы натренированных грудных мышц.
Пальцы Пэк Хэ Гёна прошлись по центру спины, между расправленными лопатками, поднимаясь вверх. Холодный воздух касался кожи, и каждый раз, когда горячая ладонь задевала один из позвонков, кончики пальцев на ногах невольно дёргались от лёгкой щекотки.
Это уже был не просто поцелуй… Его рука то тянулась по влажной от пота коже, то, наоборот, прижималась и двигалась медленно и настойчиво, словно застёгивала ряд пуговиц-кнопок.
Когда языки скользили, влажные звуки смешивались со взаимными стонами. Каждый раз, исследуя кожу партнёра, Пэк Хэ Гён не сдерживал тихих, почти болезненных звуков, и обрывки этого возбуждения разлетались возле самого уха. Гук Джи Хо по привычке пытался сдержаться, но сорвался в долгий, прорвавшийся сквозь замок, выдох.
Между разведённых бёдер коснулась твёрдая плоть мужчины. Гук Джи Хо нестерпимо хотелось опустить взгляд на собственный член, скрытый под серыми тренировочными штанами. Он понимал, что ситуация, вероятно, была взаимной, но всё равно не мог отделаться от желания проверить: не проступило ли тёмное влажное пятно, или пока ещё ничего не видно.
Он едва протянул руку к паху, чтобы на мгновение коснуться, как вдруг к его шее, прямо к напряжённой мышце, прижались горячие губы.
Он волновался — на шее слишком легко оставить заметные следы, если целовать неаккуратно. Хотя, по правде говоря, куда сильнее его смущало то, насколько непривычно и щекотно было чувствовать поцелуи в этой зоне.
— ...Директор. Как вы всё это время терпели?
В момент, когда он невольно втянул плечи, Пэк Хэ Гён, скользнув между лицом и шеей, едва коснулся зубами хряща и тут же отпустил. Почти сразу влажный язык, будто размазывая слюну, прошёлся по его трахее — по тому самому чуть выступающему участку на шее.
Дыхание стало трудным и прерывистым, словно он плыл в горячей воде. Когда их губы вновь столкнулись, влажная плоть уже скользила друг о друга без всякого трения. Он с удовлетворением ввёл язык и провёл им по неровной, ребристой поверхности нёба.
Пэк Хэ Гён время от времени подкладывал руку под шею Гук Джи Хо, словно заменяя подушку, и убирал со лба спадающие пряди. Всё это время, пока длились интенсивные ласки, Гук Джи Хо держал глаза закрытыми, но теперь приоткрыл их. Мужчина, раскрасневшийся от возбуждения, смотрел на него сверху — так, будто перед ним было что-то драгоценное.
Они так жадно исследовали рты друг друга, что слизистая начинала опухать и ныть. Ни один из них больше не произнёс ни слова. Он сказал себе, что это лишь минутная похоть, совпадение желаний, способ разрядиться. И с этого момента вопрос считался закрытым.