Бесстыжий мир. Глава 129
Ки Мён Хён почувствовал, как у него начинает тянуть затылок от ощущения, что он совершил ошибку. Нервы натянулись, когда он взглянул на Гук Джи Хо. WikiLeaks, говорит...
— Просто это единственное, что я знаю. Если хён это организует, можно назвать «МёнХёнЛикс».
Гук Джи Хо сказал то, что даже на шутку не походило, и широко зевнул. Он зажмурил веки, и на его длинных ресницах выступили слезинки.
— А вообще, мне хотя бы миллиард быстренько заработать. У тебя нет инфы по крипте? Чего-нибудь полегче. Есть же всякие мошеннические схемы с токенами, зачем ты мне такое сложное рассказываешь?
Его тон стал настолько безразличным, что он задумался, не показалось ли ему только что мелькнувшее в глазах любопытство.
Ки Мён Хён медленно наклонил голову в сторону сидящего напротив Гук Джи Хо. Тот, опершись на подбородок, не отвёл глаза и спокойно встретил его взгляд.
Пьяные раскрасневшиеся щёки, затуманенный усталый взгляд…
Он слегка стукнул по руке, на которую тот опирался, и локоть соскользнул. Тело, потеряв опору, резко подалось вперёд и едва не врезалось носом в мраморную столешницу — остановилось буквально в последний момент.
— ...Ты чуть нос себе не размозжил, долбоёб.
— Деньги зарабатывать так просто?
Гук Джи Хо так и остался сидеть, глубоко уткнув голову вниз. Он ожидал, что тот сейчас взорвётся и начнёт огрызаться, но вместо этого он просто рухнул на стол.
— Настоящий талант — превращать сложное в простое. У меня голова чуть не лопнула. Давай хотя бы сегодня без сложностей, а? А то всегда одно и то же… сложные разговоры и упрёки, что я ничего не понимаю.
Сам он всегда был, скорее, впечатлён его способностью всё понимать на лету, так что если речь идёт о том, кто его упрекает, выходит, это Пэк Хэ Гён?
Гук Джи Хо, казалось, был чем-то взволнован — его пальцы начали слегка царапать гладкую поверхность мрамора. Щека прилипла к холодной поверхности, а сам он медленно моргал.
Ки Мён Хён с любопытством наблюдал за ним.
— Эй, если пьян, иди в свою комнату и спи. Чего тут валяешься?
Его спина поднялась от глубокого вдоха. Что его так тревожит, раз так вздыхает?
Ки Мён Хён сузил глаза. Дело явно было не в пицце, он хотел услышать что-то ещё.
Он так нарочито делал вид, что ему всё равно, что оговорки Ки Мён Хёна, казалось, всплывали на поверхность одну за другой.
Хотя настроение было испорчено, он понимал, что, хоть Гук Джи Хо и вытащил из него немного информации, сам он тоже кое-что узнал.
— Где теперь твой блеск в глазах, а, руководитель Джи Хо?
Попросил бы заплатить за поручение. Тогда смог бы вовремя закрыть дыру в миллиард... А сейчас что за скрытый расчёт?
Неужели ему недостаточно платы за задание? Или он хочет донести, что у него есть такой список, и использовать это как инструмент, чтобы вернуть доверие Пэк Хэ Гёна? Но ведь он тоже знает о существовании этого списка.
— Ты, кажется, совершил ошибку.
Парень вдруг начал ухмыляться, словно что-то его развеселило. Когда на мраморе от его дыхания образовался круглый запотевший след, он поднялся и лениво потянулся.
— Я всё время совершаю ошибки.
— Достаточно быть осторожным только перед директором. Мне что, и сейчас осторожничать?
На мгновение он замешкался, потеряв момент для ответа. А тот бросил жадный взгляд на оставшиеся два куска пиццы и, не сказав ни слова на прощание, ушёл.
Взгляд Ки Мён Хёна настойчиво следовал за спиной Гук Джи Хо. Он подавил желание оглянуться на кладовку в углу маленькой комнаты.
Вчерашней перепалки будто не произошло. Это было молчаливое согласие двух людей, которые спустя всего несколько часов снова сидели лицом к лицу за тем же столом.
Выпив всего одну банку пива, Гук Джи Хо спросил так, будто накануне пережил серьёзную попойку, — голос у него был хриплый, словно разодранный в клочья.
— Ах... подыхаю. Чем будем похмеляться?
[1] Хэджанкук — суп, который едят после употребления алкоголя.
Они какое-то время молча хлебали суп. Пока Гук Джи Хо разворачивал упаковку и аккуратно раскладывал всё на столе, Ки Мён Хён сидел с недовольным видом, но вкусная еда постепенно остудила его злость. Его временный сосед по комнате ел всё подряд, но при этом умудрялся находить действительно хорошие ресторанчики.
— Ты сегодня на работу не идёшь?
Ки Мён Хён надел фартук, опасаясь, что на рубашку попадёт бульон. А вот Гук Джи Хо был всё ещё в зелёной клетчатой пижаме.
— С каких это пор Хвандо не работает по субботам, руководитель Джи Хо?
— Ну, я отдыхаю. Видимо, только ты работаешь, руководитель Мён Хён.
— Ты ведь в курсе, что во вторник у нас отчётное собрание?
Гук Джи Хо довольно давно занимает место руководителя группы, так что наверняка понимает, что если на отчётном собрании, что проходят два раза в месяц, что-то пойдёт не так, его безжалостно разнесут независимо от причин.
— Я доверил свою судьбу Ху Пёну, — невозмутимо сказал Гук Джи Хо и хрустнул редькой.
Даже если Пэк Хэ Гён сказал, что во время совместного проживания нужно сосредоточиться только на учёбе, он уделял слишком мало внимания своей группе. Учёба — это учёба, а работа — это всё-таки работа, разве нет?
После промежуточной проверки он явно расслабился, и было ясно как день, что в итоге весь удар придётся принимать на себя заместителю руководителя.
Возможно, он уже смирился с тем, что вскоре его вторую группу заберут. Если в конце концов их всё равно переведут в четвёртую, то какой смысл вкладываться и мотивировать людей? Эти чувства можно понять.
— А, и ещё… В воскресенье и понедельник побудь где-нибудь.
— У меня командировка. Три дня, две ночи.
Взгляд Гук Джи Хо слегка дрогнул. Ки Мён Хёну было очевидно, что тот об этом не знал, ведь распоряжение поступило сегодня утром. Но для человека, который когда-то был правой рукой Пэк Хэ Гёна, оказаться в положении, где он не в курсе дел и отрезан от информации, должно было ощущаться как настоящая изоляция.
— Вот как? Мне некуда идти, — пробормотал он, зачерпывая ложкой суп.
Гук Джи Хо проглотил пищу, что была у него во рту. Долгое время они ели молча. Он аккуратно набирал рис, тщательно пережёвывал, иногда зачерпывал бульон с кусочками и не забывал про закуски... В какой-то момент пришла странная мысль: даже в еде он удивительно усерден. Забавное сравнение, но именно так старательно и с аппетитом едят дикие животные.
Трудно найти мужчину, которому слово «молодость» подошло бы больше. Даже если отбросить впечатление, которое даёт возраст середины двадцати, в Гук Джи Хо всё равно было что-то особенное, отличавшее его от сверстников.
В чертах лица и на коже ещё оставалась юная мягкость, но во взгляде чувствовалась наполненность и концентрация. Это можно назвать какой-то суровой, сжатой энергией. В нём ощущалась сила человека, который отчаянно мчится вперёд, не оглядываясь.
У парней, которые с детства вертятся на самом дне среди бандитов, обычно есть надломленная, искривлённая аура. Но у него этого не было.
— Ты что, влюбился в меня? Чего уставился?
Ирония в том, что он и не производил впечатления благопристойного молодого человека.
Закончив собираться на работу, Ки Мён Хён взял сумку. Ему понравилось, как идеально уложены волосы. Завершив образ лёгким ароматом парфюма, он вышел из гардеробной и направился в гостиную, где столкнулся с Гук Джи Хо.
Растянувшийся на диване безработный, закинув ноги на подлокотник, был в наушниках. Похоже, он полностью погрузился в быстрый и мощный бит. Он двигался, словно беспозвоночное, ритмично покачивая головой.
Прямо как парень из какой-нибудь группы. В любом случае, в движениях этого типа не было ни капли неловкости.
Все остальные руководители групп уже на работе, вкалывают, готовясь к отчётному собранию, а этот никуда не торопится. Ки Мён Хён выпил стакан воды на кухне и развернулся.
Именно в этот момент Гук Джи Хо быстро отправил сообщение со своего телефона.
2X0314 12:10PM Сводка записи | Условия сделки подтверждены. Оригинал будет передан лично. Время встречи пока не определено.
Он делал вид, что слушает музыку, но на самом деле это были только что перехваченные, тёплые новости.
В воскресное утро он оказался с небольшим чемоданом в доме Пэк Хэ Гёна.
Ах. Сказать «вернулся» было, пожалуй, не совсем уместно. Уже осознание ошибки пришло после того, как слова сорвались с губ. Однако Пэк Хэ Гён не стал заострять внимание на неправильном приветствии.
Пока он думал, куда отправиться, в мотель или в гостиницу, пришло сообщение от Пэк Хэ Гёна.
Сразу после того, как он увидел сообщение, Гук Джи Хо с яростью швырнул телефон. Он не ожидал, что на экране пойдёт длинная трещина, и почти в ту же секунду пожалел о своём поступке.
— Ух... Ты чего так взбесился? Давай-ка полегче, руководитель Джи Хо. Что опять?
— Сказали, чтобы я не делал глупостей и шёл к нему, пока хён в командировке.
— Блять… Я ведь всё ещё руководитель группы, а со мной обращаются, как с ребёнком.
Тем не менее, через минуту он уже притащил чемодан и швырнул в него галстуки и рубашки.
— Тебе же всё равно скоро придётся снять с себя значок «глава группы». Руководитель Джи Хо, советую заранее привыкать говорить уважительно. А то потом будет... неловко?
Пакуя свой дорожный чемодан рядом, Ки Мён Хён не удержался от подколки. С таким лицом он где угодно будет вызывать неприязнь, но, похоже, только благодаря своим умениям тот вообще умудряется зарабатывать на жизнь.
Он обратился к нему уважительно, а тот только и делает, что выходит из себя.
Но он слишком небрежно собрал свою одежду.
Рубашек было всего ничего, зато галстуков — целая куча, словно собирался менять их каждые несколько часов по расписанию. Развешивая одежду на вешалки, Гук Джи Хо вдруг остановился перед большим зеркалом в полный рост в гардеробной.
Застывшее лицо без выражения, резкие черты, короткая стрижка, сухие губы.
Он разглядел своё всегда одинаковое лицо под разными углами, а потом вышел из комнаты.
В гостиной стояла огромная белая доска. Раньше её здесь не было. На доске были прикреплены несколько фотографий, соединённых запутанными разноцветными нитями.
В центре пятилучевой паутины нитей красовалась надпись «Архитектор». Безусловно, никакой фотографии и конкретной информации там не было, лишь большой красный вопросительный знак сверху. Гук Джи Хо сглотнул.
Пэк Хэ Гён держал в руке маркер и кивнул в сторону.
— Слева на столе. Это твой кофе, пей.
Это прозвучало как своеобразное объявление войны. Ближайшие два дня, пока хитрый Ки Мён Хён отсутствовал, Пэк Хэ Гён намеревался дать быстро обучающемуся Гук Джи Хо максимум информации.
Гук Джи Хо поднял одну из белых кружек, стоящих на столе. Горячий кофе внутри слегка плеснулся.
— Цвета обозначают приоритет. Красный — то, что близко к реализации. Синий — что ещё под вопросом. Хочется верить, что события будут развиваться в этой последовательности, но, конечно же, в процесс могут вмешаться непредвиденные факторы, да?
Гук Джи Хо сделал небольшой глоток ароматного кофе и поставил кружку обратно. Он пил только потому, что ему велел начальник, но его взгляд был прикован к паутине на доске.
— Наша цель — свести неопределённость к минимуму.
Он проследил за красной нитью, ведущей от Архитектора. Она вела к фотографии Ки Мён Хёна, под которой была надпись «Управление финансами».
Пэк Хэ Гён, заметив, куда смотрит Гук Джи Хо, улыбнулся.
— Повезло. Я решил вернуть Мён Хёна в Корею, думая, что он может пригодиться, и вот он действительно понадобился.
В глазах Пэк Хэ Гёна мелькнуло что-то, похожее на безумие с примесью озорства. Ему уже доводилось пару раз видеть этот взгляд.
Позже, в 23:40. Они вдвоём полулежали на длинном диване.
Их обсуждение возможностей, методологий, инсценировок и запутанных причинно-следственных связей напоминало странный ритуал — словно они пытались задобрить будущее, чтобы всё сложилось так, как им хочется.
Переменные нельзя контролировать. Люди могут лишь попытаться направить события в нужное русло, открывая как можно более широкие возможности для их естественного хода.
С этими словами Пэк Хэ Гён почти сразу заснул. Его крупная рука, закрывавшая глаза, лежала, зацепившись за переносицу. Тень от пальцев накрывала лицо мужчины, словно одеяло.
Грудь поднималась и опускалась в размеренном ритме. Спокойное дыхание человека, глубоко погружённого в мир бессознательного, разносилось в тихой комнате. Гук Джи Хо молча прислушивался к этому дыханию, чувствуя, как мужчина притягивает его к себе какой-то невидимой тяжестью даже во сне.
Тонкие шторы, прикрывающие окна в гостиной, мягко колыхались.
До сих пор он слышал от Пэк Хэ Гёна только чётко сформулированные выводы — красивую картину, созданную из фактов, доказательств и неоспоримой логики.
Но видеть его таким, как сейчас — блуждающим в хаосе множества возможностей, словно копающимся в куче мусора в поисках единственного подарка — было чем-то совершенно новым.
Совсем рядом, на расстоянии каких-то нескольких десятков сантиметров, пальцы Пэк Хэ Гёна аккуратно лежали на диване. Гук Джи Хо протянул руку. Их мизинцы находились на расстоянии всего ногтя друг от друга. Этот жест казался ему глупым, нелепым, детским и...
Вдруг он заметил, что тихое, похожее на скитания в глубинах дыхание неожиданно пропало. Гук Джи Хо повернул голову.
Проснувшийся мужчина смотрел на руку, которая ещё не коснулась его, но была так близко, что расстояние между ними почти исчезло.