Партнёр на полставки. Глава 6
Как только появилось немного свободного времени, повседневная жизнь снова стремительно наполнилась делами. Мо Ю Джин, которая говорила, что после фестиваля нужно хорошенько отдохнуть, снова начала понемногу куда-то зазывать Шин Кю Хо. Задания, которые он откладывал, обрушились на него лавиной, а Им Со Мин и Пак Сан Хи начали жаловаться, что встретиться с ним стало почти невозможно. Вдобавок, Мун Кан, похоже, был занят чем-то настолько важным, что уже давно не появлялся на глаза, изрядно раздражая этим.
— Эй, я же говорил, что занят?
— Но всё равно нужно хотя бы иногда появляться в клубе! Ты же планируешь ехать с нами в путешествие на каникулах?
Из всех наиболее настойчивой, конечно, была Им Со Мин. Возможно, начав встречаться с кем-то в клубе, она почувствовала себя частью коллектива, или, может, ей просто не нравилось проводить время только с Пак Сан Хи. В последнее время Со Мин просто из кожи вон лезла, чтобы затащить Кю Хо в комнату клуба. Вот и сегодня было так же.
— Вообще-то я сейчас кое-что пишу!
Кю Хо прижал к груди почти смятый лист формата A2. Но Со Мин, скрестив руки на груди, в буквальном смысле тащила его за собой.
— Так пиши в клубной комнате! Там ведь есть столы!
— Оппа. Ты ведь обещал, что точно поедешь с нами в путешествие на каникулах. Это же на два дня и три ночи. И ты что, просто сядешь там как истукан?
— Эй, кто сказал? Поеду я, ладно. Но...
— Если ты всё равно поедешь, почему бы не завести себе парочку друзей в клубе! Оппа, ты из-за того случая переживаешь?
— Того случая? — переспросил он, не задумываясь.
Со Мин, которая до этого просто тащила его за собой, вдруг остановилась. Она быстро огляделась по сторонам, проверяя, есть ли поблизости люди.
— Ну… в начале семестра, из-за того, что случилось с Юн Гон оппой. Ты ведь понимаешь, о чём я. Из-за этого.
Её голос стал намного тише, вероятно, потому что они уже подошли к этажу, где находилась клубная комната. Ах, это… Шин Кю Хо с трудом выудил из глубин памяти почти стёршиеся воспоминания. В конце концов, ситуация закончилась извинениями, которые он принял, так что перестал об этом вспоминать. По его мнению, сейчас это было вовсе не то, из-за чего стоило переживать.
— Ну, если бы я была на твоём месте, мне, наверное, тоже было бы неловко общаться с тем оппой…
Похоже, она неправильно истолковала его реакцию, потому что тяжело вздохнула. «Тот оппа», о котором она говорила, — это, должно быть, Со Юн Гон. Кю Хо, задумавшись, потёр шею.
— Но всё равно… Мне просто кажется, что ты слишком отдалился от клуба, оппа. Ты ведь даже не планируешь выходить из него, поэтому это грустно... Может, просто зайдёшь ненадолго? Всё равно до ужина у нас ещё есть время.
Им Со Мин, явно расстроенная, продолжала уговаривать его с грустным видом. Отдалился... Что ж, это правда. Когда-то он часто приходил в клуб, но в основном из-за Мун Кана. Тогда у него была не только компания Кана, но и других близких друзей. В то время атмосфера в клубе была совсем другой. Всё изменилось после скандала с Пак Сан Хи: его уход с поста председателя выпускников, извинения и формальное примирение. Клуб стал для него напряжённым местом. Если бы не это, он, возможно, уже завёл бы парочку близких друзей среди новичков. Но этого не случилось. Так что, если посмотреть на ситуацию глазами Со Мин, её беспокойство вполне оправдано. В конце концов, с точки зрения ребят из клуба, Шин Кю Хо сейчас был скорее сторонним наблюдателем.
Однако причина, по которой он в последнее время редко появлялся в клубе, была совсем не в этом. Во время промежуточных экзаменов он действительно был занят, затем помогал Мо Ю Джин на фестивале, а после...
…он был слишком занят, наслаждаясь обществом «того самого оппы», с которым, по её словам, «было неловко общаться».
Со Мин замерла от неожиданности. Они почти подошли к двери комнаты клуба. Из туалета только что вышел Со Юн Гон и слегка улыбнулся, заметив её реакцию.
— Ты чего так испугалась? Что-то случилось?
Затем он вытер руки носовым платком и аккуратно сложил его, убрав в карман. До чего же чистоплотный… Кю Хо едва заметно цокнул языком. Со Мин выглядела совершенно растерянной.
— А, нет, всё нормально. Привет, оппа…
— Привет. Давно не виделись. Как ты?
— Ах, да… я хорошо. А ты… тоже хорошо поживаешь? Ты… уже были внутри?
Со Мин запнулась на последнем предложении, но Юн Гон только весело рассмеялся. Затем он открыл дверь в комнату клуба.
— Нет, я как раз собирался зайти.
В этот момент из комнаты вырвался лёгкий поток воздуха от работающего кондиционера. Как только дверь открылась, разговоры, доносившиеся изнутри, мгновенно оборвались. Затем раздались оживлённые приветствия. Со Мин вошла первой.
Когда Шин Кю Хо собрался войти вслед за ней, он услышал приветствие от Юн Гона, который стоял у двери. Он машинально одарил его колючим взглядом. В ответ Юн Гон лишь пожал плечами. Кю Хо ограничился кивком и вошёл внутрь.
В комнате оказалось меньше людей, чем он ожидал. Кроме Со Мин только вечно находящийся здесь Пак Сан Хи, несколько новичков, лица которых он иногда видел, и тот самый Ким Джэ Джун сидели кучкой.
Как только Шин Кю Хо вошёл, Ким Джэ Джун сразу поднялся, схватил свой рюкзак и, на ходу крикнув Юн Гону у двери: «До свидания, хённим!», моментально сбежал. После его поспешного ухода в комнате ненадолго воцарилась неловкая тишина. Кю Хо подошёл к раскладушке у стены и сел рядом с Им Со Мин.
— Эй, Шин Кю Хо, какая судьба тебя в клуб принесла?
— Чего ты лезешь? Отстань, я занят.
Пак Сан Хи выглядел так, будто собирался начать надоедать ему разговорами, но Кю Хо просто развернулся и улёгся на раскладушку, развернув сложенный лист формата A2. На листе была написана только половина задания.
— Чем занимаешься? Ты что, плакат пишешь?
Это был плакат, посвящённый недавнему случаю с заявлением одного профессора, обвинённого в сексуальных домогательствах. Студенческий совет факультета готовил протест, так что текст нужно было написать не позднее завтрашнего дня. Пак Сан Хи, мельком взглянув на лист, фыркнул.
— Тебе что, девяностые на дворе? Кто сейчас плакаты от руки пишет?
Кю Хо сказал как отрезал, на что Сан Хи цокнул языком. Кю Хо был сосредоточен на следующем предложении. Он уже пробовал воспользоваться общедоступными компьютерами в университете, но найти свободное место оказалось практически невозможно, поэтому решил писать вручную. В конце концов, раз он делает это от своего имени, нет ничего страшного в том, чтобы писать от руки. И раз уж начал, хотелось скорее закончить.
Со Мин, похоже, была недовольна тем, что он пришёл в клуб и просто сидел, занятый своими делами. Она пару раз ткнула в него пальцем. Однако клубная комната уже разделилась на две части, словно море после чуда Моисея. Если Кю Хо, Со Мин и Сан Хи сидели у стены с раскладушкой, то остальные сгрудились у двери. Он украдкой взглянул в сторону двери и заметил знакомое лицо. Их взгляды встретились, и тот постучал по экрану своего телефона. А… Кю Хо полез в рюкзак и нащупал телефон.
Этот ублюдок Со Юн Гон: Во сколько подойдешь сегодня? (16:30)
Сообщение было отправлено примерно полчаса назад, но, поскольку телефон стоял на беззвучном режиме, Кю Хо его пропустил. Поразмыслив, он почесал за ухом. Занятия уже закончились, но он остался здесь, чтобы поужинать с Им Со Мин.
После недолгих раздумий он отправил ответ. Телефон у двери завибрировал, отчего звук разнёсся по комнате. Юн Гон проверил сообщение, затем снова что-то напечатал.
— С кем ты так активно переписываешься?
— ... Ни с кем я не переписываюсь.
Пак Сан Хи неожиданно приблизился, и Кю Хо тут же закрыл телефон.
— Чего это ты? — прищурился Сан Хи.
Кю Хо кашлянул и вернулся к плакату. Почерк у него в этот момент стал особенно кривым.
— Чего ты так всполошился? Кстати, мы сейчас собираемся в компьютерный клуб. Пойдёшь?
— Пойдём, давно не ходили. Будем играть в BattleCraft.
— А, нет… Я не умею в это играть.
Отказавшись, он услышал, как рядом Со Мин удивлённо вскрикнула. Она начала настаивать, что тоже хочет пойти. Кю Хо толкнул её коленом.
— Эй, мы ведь собирались поужинать.
— Ну так там и поужинаем, пока играем!
— Ах, оппа, ну пойдём! Я так давно не играла в BattleCraft!
Её слова, видимо, подслушал новичок, который сидел неподалёку и внезапно вмешался в разговор. Это был тот самый парень, который забрал билет на фестивальный концерт.
— Хённим, давай вместе пойдём! Мы тоже не особо умеем. Главное же общение и веселье. Правда ведь?
— …Но я правда полный ноль. Если я начну играть с вами, всё это ваше общение и веселье накроется медным тазом.
На замечание новенького, который неожиданно вмешался в разговор, Кю Хо ответил, и тот лишь добродушно рассмеялся. Как и в прошлый раз, новичок оказался весьма непринуждённым человеком. Он махнул рукой.
— Я тоже не умею, правда. Если у нас всех вместе будет хотя бы 30% побед, это уже успех.
Новичок замолчал, быстро втянув носом воздух. В это же время кто-то тихонько откашлялся. Кю Хо глянул в сторону — Со Юн Гон трясся от сдерживаемого смеха.
Когда Кю Хо на него зло уставился, Юн Гон прикрыл рот рукой, будто извиняясь. Затем он вновь откашлялся, сдерживая смешок.
— Ты же вроде часто играл с Каном хёном?
— Да, в прошлый раз мы с Кан оппой и Ю Джин онни вместе играли. Тогда же всё было нормально?
Пак Сан Хи и Им Со Мин тоже вмешались, явно желая подтолкнуть Кю Хо к согласию. Тот кивнул. Действительно, он часто играл в BattleCraft с Мун Каном и Мо Ю Джин.
— С Ю Джин нуной играть нормально. Она любит продумывать стратегии. А вот когда мы с Каном хёном вдвоём… ну...
BattleCraft была стратегической игрой, где каждый строил свою базу, распределял ресурсы и создавал армию. Умение эффективно распоряжаться ресурсами и грамотно выстраивать стратегию играло ключевую роль. Мо Ю Джин преуспела в этом, и её умение контролировать ситуацию говорило само за себя. В университете она была известна как заядлый геймер. Мун Кан тоже был неплох, но, играя против реальных людей, часто проигрывал. Его склонность строить долгосрочную оборону обычно приводила к катастрофе, если враг атаковал в середине игры. А что касается самого Кю Хо... Вспомнив свои провалы, он недовольно цокнул языком.
— У меня вообще никакого контроля. Просто кошмар.
— Тогда... тогда можно разбиться на команды! Ну, одну игру сыграем вместе, другую — отдельно… Ведь так обычно и делают. А если всё время играть только с теми, кого знаешь, то, выигрывая или проигрывая, можно только рассориться…
Новичок, наконец оправившись от шока из-за девятипроцентной статистики побед Кю Хо, осторожно предложил своё решение. Вероятно, он всё ещё чувствовал благодарность за ситуацию с билетами и старался вовлечь Кю Хо в компанию. Тот было уже хотел отказаться, но тут раздался голос.
Неожиданно в разговор вмешался Юн Гон.
— Пойдём, поиграем вместе, Кю Хо. Дон Ён, меня тоже возьмёшь?
Тот, кто недавно спрашивал о вечернем визите. Кю Хо обернулся, удивлённый, а Юн Гон лишь лукаво улыбался. Новичок Дон Ён тут же принялся быстро кивать.
— Тогда всё решено! Оппа, поужинаем прямо в компьютерном клубе за игрой?
— Ну, поесть там — не проблема, но...
Когда Со Мин, тряся его за плечо, уговаривала, он потянулся к телефону. Сообщение, на которое он так и не ответил из-за Пак Сан Хи, всё ещё висело на экране. Он быстро огляделся, чтобы убедиться, что никто не смотрит, и отправил короткий ответ:
На экране тут же появился значок о прочтении, и из угла комнаты послышался смех. Чего ржёт этот гад… Кю Хо едва удержался, чтобы не обернуться. В этот момент пришёл ответ.
Этот ублюдок Со Юн Гон: Хочу посмотреть, как ты облажаешься.
Этот ублюдок Со Юн Гон: ^^ (17:17)
Спустя ровно десять минут, Шин Кю Хо, который упорно утверждал, что ему нужно дописать плакат, наконец сложил бумагу размером с его собственный торс и засунул её в рюкзак. Лидером группы был Ли Дон Ён. В состав вошли сам Ли Дон Ён, ещё один молчаливый участник клуба, Пак Сан Хи, Им Со Мин, Шин Кю Хо и, наконец, Со Юн Гон. Вместе они составляли приличную компанию. Юн Гон, осмотревшись в компьютерном клубе, занял самое чистое место и, слегка потянув за край одежды Кю Хо, пригласил его сесть рядом. Кю Хо буркнул что-то себе под нос, но всё же последовал за ним.
— …Вы двое сядете рядом? — с опаской спросила Им Со Мин.
Юн Гон, улыбнувшись так, словно ничего не понимал, коротко кивнул. Им Со Мин тут же отступила. Видимо, она решила, что лучше пожертвовать Кю Хо, чем самой оказаться в этой ситуации. Тем более, что Кю Хо, который обычно взрывался от раздражения, на этот раз вёл себя тихо, что её немного успокоило.
— Только не ворчи, когда всё пойдёт плохо.
Как только он включил компьютер, Кю Хо тут же предупредил Юн Гона. Тот тихо рассмеялся и под столом слегка постучал по его бедру.
— Ах, мне же ещё нужно дописать плакат…
Кю Хо ворчал, но тут же запустил игру. Похоже, перспектива немного развлечься подняла ему настроение. Юн Гон украдкой взглянул на экран, где отображался рейтинг Кю Хо. И правда, там было 9%. Причём количество сыгранных матчей было таким большим, что это поразило ещё больше. Тихо свистнув, он тоже зашёл в игру.
Ли Дон Ён первым создал комнату для игры. Это была командная игра 4 на 4. В комнату вошли шесть человек, после чего присоединились ещё два случайных игрока. Кю Хо оказался в противоположной команде. Когда Юн Гон мельком взглянул на его монитор, он заметил, что Кю Хо был не настолько плох, как говорил. Хоть он и не блистал мастерством, но и катастрофы не было. Понаблюдав за ним пару секунд, Юн Гон лениво стал водить мышкой и нажимать на клавиши. В стратегических играх он обычно показывал неплохие результаты.
Первая партия оказалась долгой. Были напряжённые моменты, но когда Ли Дон Ён попытался расширить базу слишком далеко, Юн Гон ворвался и быстро блокировал доступ к его ресурсам. Это сразу ослабило всех троих его союзников, и они стремительно пали один за другим. Кю Хо был среди них.
— Что ж, похоже, кому-то теперь даже 9% побед не видать…
Это пробормотал Юн Гон, разрушая центр базы Кю Хо. Тот только вздохнул и откинулся на спинку кресла, бормоча что-то про то, что так и знал, что не стоит играть, и что этот его выстраданный процент побед был настоящим достижением. Юн Гон с усмешкой вышел из комнаты. Он заметил, что остальные четверо уже разбрелись по другим комнатам, начав свои игры.
Возможно, Юн Гон видел не всё из-за ограничений карты, но, по его ощущениям, игра Кю Хо была вполне сносной. На эти слова Кю Хо только начал взъерошивать свои волосы. Юн Гон выбрал одну из доступных на сервере комнат.
Лежавший на стуле Кю Хо лениво повернул голову.
— Давай вместе сыграем, я всё сделаю сам.
Кю Хо посмотрел на него с недоверием. Юн Гон только пожал плечами.
— В любом случае, если команда победит, твой процент побед тоже поднимется, так ведь?
На эти слова Кю Хо украдкой глянул на монитор Юн Гона. Затем, выцепив из чата какую-то фразу, вошёл в комнату, куда его пригласил Юн Гон. Как только набралось нужное количество игроков, игра началась. В этот раз они были в одной команде.
papaextraju01: Эй хахахахаха погодите хахахах
papaextraju01: 8% побед. Он правда в нашей команде?
Едва игра началась, один из членов команды оставил саркастичный комментарий в чате. Кю Хо, вопреки ожиданиям, не вспылил, а молча сидел за своим монитором. Юн Гон начал быстро действовать. Его план состоял в том, чтобы одновременно атаковать спереди и с тыла. Если отвлечь внимание в одной точке и уничтожить юнитов, добывающих ресурсы, через другую, победа была гарантирована. Он методично готовил свои войска, формируя чёткий план.
В этот момент на карте появились движущиеся жёлтые точки. Слишком большая группа войск для такого раннего этапа.
«Почему он уже выводит войска?»
Поскольку движения были видны на карте, это явно был союзник. Но Юн Гон не понимал его замысла. Инстинктивно нажимая горячие клавиши, Юн Гон перевёл экран в сторону союзника. Войска начали двигаться. Там действительно было движение. Остальные, судя по всему, были заняты своими делами и не обратили на это внимания.
Юн Гон только собирался вернуться к своей базе, как армия союзника внезапно рванула прямиком к входу в лагерь противника. Это место обычно имеет самую сильную линию обороны.
Атаковать лоб в лоб — это, конечно, классический метод, но в игре против реальных людей он был не самым эффективным. Обычно применялись обманные манёвры — например, отвлечь на входе и атаковать с тыла... Однако, судя по карте, жёлтые войска не собирались использовать никаких уловок. Это была…
На удивлённый вопрос Юн Гона Кю Хо небрежно ответил: «Ага». И тут же отправил ещё больше солдат на убой. Из-за внезапного и массового нападения линия обороны действительно была прорвана, но дальше войска вряд ли могли продвинуться, чтобы нанести серьёзный ущерб базе.
Юн Гон едва сдержал свои эмоции. Тем временем подкрепление противника подошло, и войска Кю Хо начали истекать кровью и погибать. Противник уже восстанавливал укрепления в проломе.
— Вот же хитрые твари. Тихо так подкрались.
Тем временем Кю Хо заметил, что враг проник и на его собственную базу, и пробормотал это с раздражением. Хитрые твари? Юн Гон задумался, правильно ли вообще Кю Хо понимает смысл этого слова. Он почувствовал, что уже начинает слегка теряться.
papaextraju01: Что делает жёлтый?
papaextraju01: Если совсем бесполезен, хотя бы компьютер выключи.
papaextraju01: —_— Блять, реально обуза.
В чате игрок, который начал придираться с самого начала, теперь устроил настоящий скандал. Сам он, правда, тоже не выглядел особо умелым. Перемещая самолёт с войсками вглубь базы противника, Юн Гон раздумывал, не ответить ли ему как-нибудь. Он только что высадил войска и собирался уничтожить рабочих, добывающих ресурсы, как в чате появилось новое сообщение.
papaextraju01: ?????
papaextraju01: Что это вообще?
sqh: 吗? (А?)
papaextraju01: Китаец что ли???
papaextraju01: Хаха… понятно теперь, почему он такой нуб.
papaextraju01: Этот чувак только что подтвердил, что он иностранец тт
sqh: 吗? (А?)
На мгновение Юн Гон застыл, уставившись на чат. В это время его войска, требующие контроля, были уничтожены. Он невольно потянулся к уголкам своего рта, чтобы подавить улыбку.
Словно не веря своим глазам, он повернулся к нему и первым делом увидел пылающие красные уши. Кю Хо почти полностью закрыл лицо рукой. Юн Гон уставился на него, перестав играть, пока тот, немного помедлив, произнёс:
Тем временем в чате появилось ещё одно сообщение.
papaextraju01: С самого начала тупо кидался куда попало, будто играл один на бесконечной карте
papaextraju01: Надо было сразу понять, что он с материка тт
— Блять, да этот чувак такое трепло. Обычно такие хотя бы молчат, — пробормотал Кю Хо, печатая очередное сообщение, которое заранее скопировал.
Его база тем временем была почти полностью разрушена. Из вражеской команды пришло сообщение: «Хватит сопротивляться, сдавайся». Но Кю Хо стоял до конца.
Сдержаться было невозможно — он просто умирал от смеха и не мог продолжать игру. Юн Гон буквально рухнул на клавиатуру, не отвечая на слова Кю Хо.
Шин Кю Хо резко толкнул Со Юн Гона, вложив в это всю силу. Тот лишь притворно отстранился, а затем снова придвинулся, бросив:
Когда они прощались с остальными, Юн Гон выглядел совершенно спокойно, но стоило им остаться наедине, как тот принялся дразнить его. Благодаря этому Кю Хо узнал один бесполезный факт: оказывается, 吗 читается как 마 [1].
[1] «吗» и «마» одинаково произносятся как «ма». Юн Гон дразнит Кю Хо, пародируя китайский язык. Китайский иероглиф – это вопросительная частица, которая не переводится. Корейский – обычно часть слова также без самостоятельного перевода.
Кю Хо раздражённо огрызнулся, но Юн Гон, казалось, не мог остановиться и продолжал смеяться, положив руку на его плечо. Он продолжал это так долго, что лицо Кю Хо, вспыхнувшее от злости вначале, уже успокоилось.
— Ладно, всё-всё. Обещаю, больше не буду.
Юн Гон наконец взмахнул рукой, а затем буквально рухнул, уткнувшись головой в плечо Кю Хо.
— Сам больше не могу смеяться…
Он пробормотал это, всё ещё держась за живот. Но Кю Хо ему не поверил. После той партии Юн Гон нарочно без конца таскал его по другим матчам, ухитряясь при этом находить время для подшучивания. В какой-то момент он даже сам стал печатать в чате фразы на иностранном языке, просто чтобы повеселиться.
— Вот видишь, нечего было просто так бросать войска в мясорубку. Надо же головой думать. В остальном ты играешь нормально, но если ты просто теряешь армию на первых же стычках, как ты собираешься выигрывать?
— Эй, думаешь я не знаю? Но если я не атакую, мне становится неспокойно...
— Кстати, а что ты там написал на китайском? Ты умеешь на нём говорить?
Со Юн Гон снова рассмеялся, стирая с уголков глаз воображаемые слёзы.
— Но это выглядело так, будто ты постоянно так делаешь. Почему вдруг решил его использовать, если не знаешь языка?
— Меня столько раз оскорбляли за то, что я плохо играю, что мы с хёном придумали этот способ ставить идиотов на место.
Болтая друг с другом, они подошли к пешеходному переходу возле офистеля. Светофор переключился почти сразу. Шин Кю Хо сунул руки в карманы и зашагал вперёд. Юн Гон, покосившись, повторил его жест. На его лице до сих пор была заметна улыбка. Вот ведь точно говорят, что те, кто хорошо играют, не понимают, каково это быть дном... Со Юн Гон был идеальным примером.
Юн Гон говорил так мягко и дружелюбно, что это звучало почти издевательски. Кю Хо лишь молча уставился на него, не отвечая. Тогда Юн Гон сделал вид, что его это огорчило.
— Я сегодня так старался, чтобы поднять твою статистику до двухзначного числа, а ты даже этого мне не рассказываешь?
— Ах, ну ты с этим своим тоном просто…
— Мне так обидно, что аж плакать хочется, Кю Хо.
Такие нелепые слова Со Юн Гон говорил с поразительной наглостью. Шин Кю Хо бросил на него взгляд, усмехнувшись, и в слабом свете фонарей увидел его улыбку.
«...Ну и внешка у него, конечно», — подумал он.
— Есть такой. Старший по курсу в нашем клубе.
Сказал он сухо. Юн Гон отреагировал протяжным «А-а», будто уже догадался, о ком речь, даже без уточнений.
— Помнишь, тот магистрант, который на собрании на лужайке мимо нас проходил?
Эти слова подтверждали, что это был Мун Кан. Кю Хо кивнул.
— Но почему он «наш Кю Хо»? Его зовут Мун Кан.
— Ну, просто он так тебя назвал, и мне это показалось забавным.
Кан действительно мог так его называть. Хотя Кю Хо этого толком не помнил, у Кана был мягкий и заботливый характер, и такие обращения вполне вписывались в его стиль общения.
— Вы и правда казались близкими, но я не думал, что вы даже на китайском общаетесь. Это твой самый близкий друг в университете?
На вопрос Со Юн Гона, прозвучавший в медленном ритме их шага, Кю Хо без раздумий кивнул.
— Хён и нуна, с которой мы в тот раз покупали коктейли.
— Понятно. А как же Им Со Мин и Пак Сан Хи?
— Я и с ними дружу, но с ребятами с факультета я давно знаком, поэтому с ними я ближе.
Юн Гон молча кивнул. «Понял…» — добавил он тихо. Эта простая беседа как-то внезапно стала на удивление непринуждённой. Хотя их отношения после становления секс-партнёрами заметно смягчились, подобные разговоры были редкостью. Кю Хо посмотрел на землю. Под светом фонаря их две тени слегка пересекались.
Через некоторое время он всё же задал этот вопрос.
Тень Юн Гона повернулась в его сторону. Кю Хо поднял взгляд.
Этот простой, бытовой вопрос внезапно показался странным. Он прикусил губу, затем отпустил её. Было почему-то неловко.
Юн Гон, слегка прищурившись, словно внимательно разглядывая реакцию Кю Хо, так и ответил. Он почесал ухо, будто вопрос застал его врасплох. «Ну да», — подумал Кю Хо, и внутренне покачал головой.
— Тебя что, вообще все вокруг бесят? Как ты вообще обитаешь в социальной среде?
Сказал он это с явной долей раздражения, на что Юн Гон лишь негромко рассмеялся.
Ответ прозвучал почти как шёпот.
— Просто людей, которых мне по душе, мало.
— Мало — значит, что вообще ни хрена нет?
Юн Гон никак не отреагировал на это замечание, только продолжал улыбаться. Кю Хо только хмыкнул. Иногда казалось, что тот относился к нему как к придворному шуту.
— Друзья-то есть. Только почти все со старшей школы. В универе — так, здороваемся, обедаем вместе, иногда вот как сегодня проводим время.
Разве это не то, что люди обычно делают с друзьями? Кю Хо удивлённо склонил голову, но потом просто пожал плечами. Да какая разница. Всё равно понять Юн Гона было делом не из лёгких.
— Всё, что дальше этого, — слишком утомительно.
Юн Гон пробормотал это, слегка вздохнув.
Этот тип просто мастер строить стены... Хотя он и знал, что Юн Гон всегда был таким, каждый раз, когда тот озвучивал свои взгляды, у него невольно возникало желание пересмотреть своё отношение к вещам. На губах появилась легкая гримаса.
Юн Гон, будто уловив его настроение, неожиданно приблизился. Их тени пересеклись. Кю Хо бросил ему хмурый взгляд и ответил с очевидной досадой.
— Просто удивляюсь, как ты так прямо говоришь такие вещи в лицо человеку, с которым не особо близок.
Юн Гон моргнул, потом коротко протянул: «А-а-а...». Он, казалось, задумался. Кю Хо это не волновало, и он продолжил идти вперёд как ни в чём не бывало.
Вот с этим Юн Гоном всё и было сложно. Их мировосприятие, способы выражать мысли, термины, которыми они пользовались, отличались как небо и земля. Даже в схожих ситуациях их понимание происходящего и толкование отношений разительно различались. Как правило, именно стандарты Со Юн Гона были значительно выше. Были ситуации, когда Юн Гон, кажется, позволял людям считать себя близким другом, но при этом сам он не воспринимал их таковыми. И каждый раз Кю Хо ловил себя на мысли, что вдруг для него он тоже просто очередная назойливая муха, жужжащая рядом. И в такие моменты он непроизвольно дистанцировался.
— Я сказал это вовсе не для того, чтобы ты был осторожен.
Юн Гон, словно в подтверждение своих слов, придвинулся ближе к Шин Кю Хо, слегка толкнув его в сторону. Несмотря на протесты, он настойчиво притянул его за талию.
Кю Хо раздражённо начал отрывать от себя пальцы Юн Гона один за другим, но тот только усмехнулся, притворно примирительно пробормотав: «Ладно, ладно, всё понял» и сделав шаг назад. Что он там понял, Кю Хо и понятия не имел.
— Да не обиделся я. Просто каждый раз, когда ты так делаешь, я думаю: «Ах да, этот придурыш вот такой»... Просто устал. Доволен?
Он фыркнул, отмахиваясь от темы. Какая обида? Они ведь ничего друг от друга не ждут. Просто иногда поведение Юн Гона заставляло задуматься о том, насколько его надо держать на расстоянии.
Неясно, о чём он задумался, но после этих слов Юн Гон слегка склонил голову, глядя на него сверху вниз. Его взгляд очертил мягкую линию. Кю Хо вдруг осознал, что дыхание стало тяжелее, и тут же заметил, как Юн Гон тихонько постукивает указательным пальцем по своим губам.
Затем он обнял Кю Хо за плечи, а свободной рукой мягко развернул его лицо. Их лица оказались так близко, что казалось, еще мгновение — и их губы соприкоснутся. Именно в этот момент они добрались до подъезда офистеля, и Юн Гон прошептал:
— ...Ну что, теперь пойдем трахнемся.
Шин Кю Хо уже собирался что-то резко ответить, но слова застряли в горле. В этот самый момент из подъезда раздались шаги соседей. Юн Гон естественным образом отстранился, увеличив расстояние между ними. Кю Хо бросил взгляд в сторону.
Со Юн Гон, казалось, прекрасно знал, что прохожий все ещё стоит возле входа, но, как ни в чем не бывало, с улыбкой задал вопрос. Лицо Кю Хо мгновенно помрачнело, он выразительно посмотрел на Юн Гона. Но тот не обратил на это никакого внимания и вместо этого нажал кнопку вызова лифта.
— У меня правда дела. Я должен закончить этот чёртов плакат до завтра, понимаешь?
Шин Кю Хо попытался унять назревающую неловкость и сурово напомнил о своих обязательствах. Юн Гон лишь бросил взгляд на табло лифта. С лёгким звуком «динь» двери открылись, и он, не дав Кю Хо времени возразить, толкнул его внутрь. Нажав на кнопку 13-го этажа, он закрыл двери.
— Пиши. До завтра ведь ещё куча времени.
— Как, по-твоему, я должен это делать, если ты мешаешь?
— Забудь, давай в следующий раз...
— А я, между прочим, закончил тренировки.
Когда он собирался продолжить упрёки, Юн Гон пробормотал это себе под нос, будто в раздумьях. Сам не заметил, как повернул голову. Их взгляды встретились, и Юн Гон, чуть приоткрыв губы, слегка высунул язык, едва заметно подёргав им. Кю Хо моргнул. Вспомнились недавние слова Юн Гона.
«Может, мне потренироваться на банане или что-то в этом роде? Трогать тебя я уже могу.»
В голосе Юн Гона не было никакой угрозы, только вызов. Лифт уже поднимался выше четвёртого этажа, но, если бы Кю Хо захотел, Юн Гон дал бы ему выйти. В этот момент в голове Кю Хо пронеслись тысячи мыслей, среди которых одна была особенно навязчивой: образ Юн Гона, дразнящего его движением языка. И вместе с этим накатила лёгкая апатия.
Лучше бы он просто написал тот плакат в компьютерном клубе… Кю Хо уже пожалел об этом, пока смотрел на медленно открывающиеся двери лифта на 13-м этаже. Дойдя до квартиры Юн Гона, он громко пнул по закрытой двери.
Став партнёрами, Со Юн Гон держал своё слово как никто другой. Он уже дотрагивался до члена Шин Кю Хо, помогая возбудить его, и даже двигал рукой, чтобы усилить их контакт во время проникновения. Лёгкие прикосновения губами или даже осторожные укусы — всё это не вызывало у него никаких возражений, но до полноценного минета дело ещё не доходило. Юн Гон сам говорил, что потренируется, а их отношения и без того приносили достаточно удовольствия. Так что Кю Хо не настаивал. Однако, стоило Юн Гону чуть показать язык, как волна ожидания и возбуждения тут же накрыла Кю Хо.
— Совсем человеком вертишь как хочешь...
«И каждый раз на это покупаюсь», — додумал Кю Хо, чувствуя лёгкую самоиронию, выходя из ванной.
Юн Гон, который помылся первым, сидел на краю кровати. Он, как всегда, надел футболку после душа, даже зная, что вскоре её придётся снять. Кю Хо, напротив, ограничился только нижним бельём. В этом они тоже были полной противоположностью. Юн Гон явно был педантом, если не сказать — чистюлей.
— Эй, честно скажи, у тебя ведь мизофобия?
Подходя к нему, Кю Хо задал вопрос. Юн Гон усмехнулся, протянул руки и, заманив его, уложил на кровать, сам оказавшись сверху.
— С мизофобией такое не проделывают.
Его рука без колебаний скользнула под бельё Шин Кю Хо.
Юн Гон нахмурил брови и прошептал. Даже после того, как он вытерся, всё равно так говорит. Кю Хо не стал отвечать, лишь слегка приподнял бёдра. Тот, воспользовавшись этим, снял с него трусы. Скрытый до этого член полностью оказался на виду. Кю Хо почувствовал, как партнёр начал нежно мять его яйца. Казалось, будто между его ног прошёл слабый электрический разряд.
Другой рукой он слегка ущипнул один из сосков. Когда он потянул его немного, по телу пробежали мурашки, и ноги сами собой раздвинулись. Когда Юн Гон прижался губами к соску и провёл рукой вверх по члену, в нижней части тела тут же напряглись мышцы.
У-ух... Шин Кю Хо глубоко вздохнул. Почему-то пересохло во рту. Со Юн Гон, прижавшись губами к его груди, теперь издавал звуки, как будто жадно всасывал её: чмок, чмок. Каждый раз, когда его язык прижимал и закручивал кончик соска, Кю Хо охватывало головокружительное возбуждение. Возможно, из-за того, что их тела теперь почти полностью соприкасались, ему пришлось изо всех сил сгибать пальцы обеих рук, чтобы хоть как-то удержаться. Юн Гон, казалось, теперь полностью понимал, как обращаться с его телом.
Со Юн Гон пососал оба соска, и из уст Шин Кю Хо невольно вырвался приглушённый стон. Он нервно теребил одеяло. Он чувствовал, как дыхание Юн Гона медленно опускается ниже. Воздух касался кожи, и каждый момент отдавался лёгким щекотанием.
Видимо, из-за того, что партнёр так усердно ласкал его, член Кю Хо был уже влажный и почти полностью твёрдый. Он облизал свои губы. Приподняв слегка зад, Кю Хо коснулся головкой губ Юн Гона. Тот тихо усмехнулся.
Он, как бы говоря «не торопи меня», мягко шлёпнул его по бедру, стараясь не причинить боли. Затем просто открыл рот. Шин Кю Хо молча наблюдал, как изо рта Юн Гона выскользнул влажный язык, осторожно коснулся головки его члена, а затем медленно скользнул по уретре и начал облизывать ствол. Он чувствовал, как кровь приливает всё сильнее.
Затем Со Юн Гон открыл рот, и его твёрдо стоящий член медленно вошёл между губ. Не похоже на того, кто говорил о психологических барьерах и необходимости тренироваться — Юн Гон с удивительной естественностью взял всю длину в рот. Мокрая и тёплая полость обхватила его снизу, вызывая мгновенное ощущение напряжения.
Из-за того, что это его первый минет за долгое время, его бёдра слегка подрагивали. Шин Кю Хо прикусил губу и тут же отпустил её, чувствуя, как по телу пробегает лёгкая дрожь. Тем временем Юн Гон начал медленно двигаться. Ощущение, как он сжимает и тянет, разлилось по всему телу.
Тихо выдохнув, он почувствовал, как партнёр плотно сжал губы и начал сосать, словно пытаясь полностью растопить его. Тело рефлекторно вздрогнуло, и Кю Хо почувствовал, как его плоть ещё больше набухает в горячей слизистой Со Юн Гона. Это было невероятно острое ощущение. Из губ то и дело срывались влажные, прерывистые выдохи. Он осторожно обхватил голову Юн Гона, который тут же поднял взгляд на него. Их глаза встретились, и в тех глазах мелькнул лукавый блеск.
Юн Гон сам углубил свои движения, погружая член до горла. Его лицо, скрытое между бёдер, выглядело каким-то особенно соблазнительным. Он сильнее надавил на его голову, крепче сжав её руками. Тот без малейшего сопротивления шире открыл рот. Когда Кю Хо слегка приподнял бёдра, чтобы глубже войти, Юн Гон послушно принял его, мягко касаясь губами основания. Само физическое воздействие было менее интенсивным, чем сам этот вид. Внизу уже всё полностью напряглось и стало твёрдым.
Вставляя член и тяжело дыша, Кю Хо проговорил это, и Со Юн Гон высунул язык, чтобы облизать кончик. На изогнутом краю уже выступил предэякулянт. Юн Гон слегка прикусил головку и начал водить по нему языком. Бёдра невольно дёрнулись. Всё вокруг закружилось.
— Ну и чего ты уже так сочишься?
Юн Гон, улыбаясь, пробормотал это, после того как один раз чмокнул головку. Он вытер рот. Пока он ласкал его, кажется, какие-то мысли крутились у него в голове, потому что его трусы заметно выпирали. Шин Кю Хо облизнул губы. Хочется засунуть глубже… От этой мысли его член мелко подрагивал.
Тем временем Со Юн Гон решил раздеться окончательно: следом за нижним бельём он снял и футболку. Его тело, подтянутое и чётко очерченное, а также гладкая кожа внизу стали полностью видны. Партнёр, который утверждал, что много лет регулярно занимается в спортзале, обладал весьма привлекательным телосложением. Не слишком ошеломительное, но и не лишённое привлекательности. Шин Кю Хо сглотнул. Теперь оба были полностью обнажены.
Достав презерватив из нижнего ящика прикроватной тумбочки, Со Юн Гон сел, прислонившись к стене, и позвал его. Когда тот подошёл ближе, он сказал: «Встань на колени». Кю Хо послушно последовал его словам. Юн Гон разорвал упаковку с презервативом и сунул внутрь свой палец.
Затем, в шутливом тоне, он снова открыл рот. Ах, блять… Несмотря на лёгкое раздражение, Шин Кю Хо поспешно снова ввёл свой член в его рот. Юн Гон, слегка прикусив кончик, усмехнулся, а затем начал водить языком по твёрдому, напряжённому пенису.
В это время сзади прикоснулось что-то скользкое. Пальцы Юн Гона начали раздвигать ягодицы и проникать внутрь заднего прохода.
Это были два пальца. Сначала ощущения были немного тугими, но вскоре мышцы начали расслабляться. Волна удовольствия, словно проникающая прямо в мозг, настигла быстро. Кю Хо схватился за лицо Юн Гона. Тот, оставаясь невозмутимым, продолжал ласкать переднюю часть губами, одновременно глубже проникая пальцами.
Шин Кю Хо тяжело дышал. Его дыхание прерывалось на короткие, сбивчивые вдохи, но он никак не мог остановить поток звуков, рвущихся наружу. Всё, что он мог издать, — это стон.
Со Юн Гон, целуя гладкий конец, плавно провёл языком к яйцам и спросил. Кю Хо, совершенно потеряв рассудок, лишь отчаянно кивнул. Юн Гон продолжал двигать пальцами, надавливая на чувствительные точки.
Как только Юн Гон захватил губами одно из яичек и стал нежно посасывать, по всему телу Кю Хо пробежала волна щекочущих ощущений, от которых он чуть не сошёл с ума. Его бёдра задрожали, и он почувствовал, как с его члена начала стекать жидкость.
— Только во время секса ты становишься таким послушным...
Со Юн Гон двигал пальцами внутри так, что раздавались влажные звуки, и одновременно большим пальцем тёр головку Кю Хо спереди. Виски пульсировали, и он едва ли не всхлипывал. Стимуляция была слишком сильной. Его член уже налился ярко-красным, а отверстие было влажным и расслабленным.
Его пальцы свободно двигались внутри, поэтому о боли не было и речи. Шин Кю Хо покачал головой. Он заметил, как тот прижимает щеку к его напряжённому члену. Юн Гон, словно собираясь прикусить основание, игриво приоткрыл рот и снова спросил:
С его стороны это был бессмысленный вопрос, ведь тело уже настолько разогрелось, что даже залилось краской. Единственное, что беспокоило Кю Хо, так это то, что он сам, задыхаясь, не успел уделить внимания партнёру. Он опустил взгляд и невольно вздрогнул от удивления. Ещё совсем недавно член Со Юн Гона был лишь слегка возбуждён, но теперь он заметно увеличился в размерах. Более того, когда он успел надеть презерватив?
— Разве тебя не нужно потрогать?
Хотя, казалось, всё было в порядке, Кю Хо спросил из вежливости. В ответ Юн Гон слегка раздвинул его ягодицы, снимая с пальцев презерватив, и ответил.
На эти слова Шин Кю Хо невольно усмехнулся. «Что за чушь, психованный...». Пока он бормотал, почувствовал, как пенис Юн Гона слегка надавил на отверстие. Схватив его и направив точно в цель, Кю Хо медленно начал опускаться, чувствуя, как внутри всё плотно заполняется. Невольно из его губ вырвался лёгкий стон. Когда он слегка подался бёдрами вперёд, Юн Гон, поддерживая его за талию, стал дразнить, то сжимая, то отпуская его орган, создавая дополнительные ощущения.
Тяжело дыша, Кю Хо простонал слова, на что Со Юн Гон тихо рассмеялся. Задница, растянутая до предела, почти полностью вобрала Юн Гона. Он окончательно опустился, целиком приняв его в себя. Внизу Кю Хо ощутил касание яичек Юн Гона. Стоило немного сжаться, как внутри прошла острая волна дрожи. Неосознанно он ущипнул один из своих сосков.
Он попытался перевести дыхание, но Юн Гон обнял его и тут же уложил на спину. Спина соприкоснулась с одеялом. Внизу они всё ещё оставались соединены.
Что так его возбуждает? Юн Гон быстро и плотно начал двигаться внутри, вбиваясь на всю длину. Благодаря возбуждению от предварительных ласк он легко смог войти.
Со Юн Гон прошептал, вбиваясь так глубоко, что стали слышны глухие удары. Казалось, что от напряжения сзади его возбуждение становилось только сильнее. Тут же, не выдержав, Юн Гон сам схватил обе ноги и широко раздвинул их, даже не дождавшись, пока тот среагирует. Их лица оказались так близко, что казалось вот-вот соприкоснутся. Юн Гон тяжело дышал, и в этот момент глубоко проник внутрь, не оставив ни единого зазора. Внутренние стенки были плотно прижаты к члену, создавая ощущение полного заполнения. Шин Кю Хо, тяжело вздохнув, обхватил голову Юн Гона.
— Мой член... ты должен потрогать, Кю Хо... да.
Он пробормотал, одновременно вращая бёдрами, чтобы его плоть внутри ещё сильнее тёрлась о стенки. Кю Хо напряг ягодицы. В его объятиях Со Юн Гон выдохнул, подпитанный вожделением. Он слегка отодвинулся, а затем глубоко проник внутрь. Острое чувство сопровождало каждый его толчок и движение. Голова и пальцы будто горели от жара.
Приподнявшись, Со Юн Гон начал яростно мять плоскую грудь Шин Кю Хо. Казалось, он делал это не с целью возбудить партнёра, а потому что сам не мог справиться с собственным возбуждением.
Шаря руками, пытаясь вновь ухватить Юн Гона, он бормотал себе под нос. В ответ на это тот крепко схватил его за ноги, с силой поднимая их, создавая громкий стук от ударов. Кю Хо обхватил свой член, полностью покрытый собственной смазкой. Стоило ему начать двигать рукой вверх-вниз, как он почувствовал, что вот-вот сойдёт с ума от удовольствия.
— Снизу... ах, да, сильнее, сделай ещё...
Кю Хо стонал, почти рыдая. Услышав его, Юн Гон, крепко держа обе ноги, начал вбиваться внутрь ещё сильнее. В ушах уже звенело. Единственное, что Кю Хо отчётливо ощущал, — это удары Юн Гона, его мощные толчки, снова и снова заполняющие его. Казалось, весь мир исчез, осталась только эта ошеломляющая смесь удовольствия и силы.
В какой-то момент Кю Хо понял, что даже не может продолжать двигать рукой, его член, сжатый рукой, стал твёрдым, как камень. Он провёл пальцами по кончику, и в это же время Юн Гон немного изменил угол и глубоко вошёл. Тело Кю Хо сжалось, в голове стучало, и из него брызнула горячая сперма. Мышцы всего тела мгновенно напряглись, а ноги, горящие от жара, вытянулись так, что ступни почти образовали прямую линию.
Кю Хо попытался прикрыть головку, чтобы сдержать брызги, но это мало помогло. Сперва член выбрасывал капли, но теперь они медленно текли вниз по стволу.
— Кю Хо, похоже, тебе действительно... понравилось.
Со Юн Гон, продолжая двигаться внутри, сказал это и стёр сперму, попавшую ему на лицо. Кю Хо тяжело дышал. Едва отдышавшись, он смог разглядеть лицо Юн Гона. Вопреки его расслабленному тону, выражение лица едва заметно исказилось. На шее проступили капли пота. Он тоже был на пределе. Шин Кю Хо, глядя на его лицо, схватился за всё ещё твёрдый пенис. Небрежное выражение Юн Гона показалось ему невероятно эротичным. Тот тихо усмехнулся.
— Ты что, сейчас смотришь на меня и дрочишь?
С этими словами Юн Гон глубоко вошёл внутрь. Казалось невероятным, что он только что кончил, но волна возбуждения накрыла снова. Его лицо, на этот раз лишённое привычной уверенности, учащённое дыхание, капли пота и даже аромат его кожи, странным образом вызывающий сильное слюноотделение... Всё это казалось невероятно чувственным.
Когда он с силой сжал мышцы вокруг члена, лицо Юн Гона слегка порозовело, а между бровями появилась складка.
Сразу вслед за этим из его уст вырвалось тихое ругательство. И тут же, словно разъярённый зверь, он стал глубоко и яростно проникать внутрь. С каждым движением чувствительные зоны Кю Хо вновь активировались, и он начинал громко дышать, почти задыхаясь. Он с усилием снова сжал мышцы внизу. Каждый раз, когда Юн Гон тихо постанывал, Кю Хо чувствовал странное, но приятное удовлетворение. Он раздвинул ноги чуть шире, чтобы Юн Гону было легче углубиться, а затем обвил его ногами, словно запирая его внутри себя.
Охваченный возбуждением, Юн Гон двигал бёдрами, как хищник, потерявший контроль. Вскоре его низкий стон смешался с дрожью тела, и Кю Хо почувствовал, как тот кончает внутри, погружаясь ещё глубже. Ощущалось, будто Юн Гон пытался зафиксировать свой член внутри, продолжая прижиматься всем телом. Его губы скользили по коже Кю Хо, оставляя следы от поцелуев, словно он пытался удержаться на пике удовольствия, которое выплёскивалось в эту секунду.
Кю Хо притянул партнёра к себе. Между их соприкоснувшимися губами струилось ещё не осевшее желание. Поцелуй оказался невероятно влажным, наполненным необузданной страстью.
Дрожь Юн Гона прекратилась лишь после продолжительного поцелуя. Шин Кю Хо выдохнул, полностью вымотанный. Его тело погрузилось в знакомую после секса ленивую расслабленность. Он слегка похлопал партнёра, лежавшего на нём. Спина того была вся в поту.
Он уже собрался сказать, чтобы тот убрался с него, но увидел, как Юн Гон немного приподнял верхнюю часть тела. Казалось, всё закончилось, но он снял использованный презерватив, завязал его, выбросил в мусорное ведро у кровати, а затем открыл новую упаковку.
Лежавший на спине и пытавшийся отдышаться Кю Хо невольно заморгал. Тем временем Юн Гон снова приблизился, отбрасывая тень, которая закрывала даже пространство над его головой.
Ещё тяжело дыша, полностью не успокоившись, партнёр прошептал:
Утром, проснувшись, Со Юн Гон увидел, что Кю Хо спал, уткнувшись в стол. Учитывая, как он решительно заявил, что займётся плакатом сразу после того, как они закончат, конец этой истории выглядел довольно жалким. В его руке виднелся фломастер с открытым колпачком, который он слабо сжимал. Очевидно, он заснул прямо во время работы, на листе остались грязные пятна. Его поспешность, вызванная нежеланием тратить время на возвращение в свою квартиру, явно не принесла плодов.
Юн Гон легонько толкнул его в плечо. Шин Кю Хо, вместо того чтобы проснуться, лишь выронил фломастер. Тот покатился прямо по листу бумаги. Склонившись над телом Кю Хо, он увидел неровные строки текста, разбросанные по испорченному листу: что-то о призывах и осуждениях, написанное кривыми буквами. Этот парень действительно неравнодушен к чужим проблемам... Уголок приоткрытого рта Кю Хо блестел от вытекшей слюны. Ну надо же. Юн Гон невольно хмыкнул.
Он позвал его чуть громче и слегка встряхнул. Лежавший на столе Кю Хо лишь отрицательно покачал головой. Тогда Юн Гон ткнул его в щеку.
В голосе сквозила лёгкая насмешка: его забавляло, как палец оставлял вмятины на лице. Шин Кю Хо поморщился, несколько раз моргнул, а потом внезапно вскочил. Его руки с грохотом опустились на стол.
Шин Кю Хо выругался, уставившись на изгаженный фломастером и слюной лист бумаги. Он растрепал волосы обеими руками. Юн Гон неспешно сделал глоток свежезаваренного чая. Кю Хо обернулся и спросил:
Кю Хо топнул ногой, а затем снова уткнулся лицом в стол. Его тихие звуки отчаяния эхом разнеслись по комнате. А Юн Гон потягивал чай.
С этими словами он смотрел на измождённого Шин Кю Хо, валявшегося поверх огромного листа бумаги. При этих словах тот резко выпрямился, словно его оживили.
И, поймав взгляд Юн Гона, несколько раз повторил:
Он напоминал собаку, которая увидела лакомство. Юн Гон демонстративно провёл тыльной стороной ладони по губам. Кю Хо тут же повторил за ним. После сна, проведённого уткнувшись в стол, он выглядел отвратительно: волосы всклокочены, лицо уставшее и запачканное слюной.
Со Юн Гон, включая ноутбук, произнёс это с лёгкой улыбкой. Кю Хо энергично закивал. Даже после того, как он потёр рот, в уголке губ всё ещё оставался след засохшей слюны. Сам он, похоже, этого даже не замечал. После вчерашнего секса он в спешке лишь слегка умылся, а потом сразу засел за плакат. Волосы напоминали воронье гнездо. Кошмар... Юн Гон неожиданно для самого себя вытер его рот своей рукой. Кю Хо широко распахнул глаза, будто говоря: «Что это было?».
Юн Гон спокойно вытер свою руку об одежду Кю Хо, чем вызвал у того лёгкое замешательство. У Юн Гона невольно вырвался смешок.
— Иди умойся, это невозможно терпеть.
Он вернулся к ноутбуку, вводя пароль. Одновременно достал влажную салфетку и тщательно вытер руку.
— Ты же говорил, что у тебя нет мизофобии, — недовольно пробормотал Кю Хо, потирая щеку своей рукой, явно решив сэкономить время.
Юн Гон снова повторил, бросив взгляд на испачканный черновик, где текст был заполнен примерно на три четверти. Кю Хо что-то пробурчал, но всё же поплёлся в ванную. Тем временем Юн Гон запустил текстовый редактор и начал печатать.
Убирая беспорядочные строки с испорченного листа и набирая текст, он заодно добавлял несколько красочных фраз. Весь процесс занял не так уж много времени. Когда Кю Хо вернулся с влажными волосами и включил фен, Юн Гон добавлял последние штрихи в текст. Он не собирался настолько ему помогать, но, видимо, после вчерашнего совесть не позволила оставить всё на самотёк.
С выключением фена Кю Хо подошел ближе, чтобы взглянуть на текст. Юн Гон провел рукой по его волосам. Как и ожидалось, там всё ещё осталась влага.
— Ты правда знаешь такие слова?
Шин Кю Хо щёлкнул мышкой, останавливаясь на строках, добавленных Юн Гоном. В тексте коротко говорилось о справедливости в университете. Со Юн Гон пожал плечами.
— Если бы не знал, кто бы написал обращение за наших сокурсников?
Кю Хо, будто осознав что-то, сказал «А-а», а затем проворчал:
Несмотря на слова, тон его был дружелюбным. Юн Гон только тихо рассмеялся.
— В любом случае, этого объёма хватит? Смотрю, всё важное ты уже написал.
— Да. Подожди немного, я сейчас проверю и отправлю Ю Джин нуне. Тогда останется только распечатать и приклеить.
Кю Хо кивнул, неуклюже поджав одну ногу, и начал что-то печатать. Юн Гон некоторое время наблюдал за ним, а потом поднялся с места.
Кю Хо, увлечённый работой, только со второго замечания нормально сел. Юн Гон тем временем взял со стола фен, который использовал Кю Хо, и подключил его к ближайшей розетке. Лёгкий гул привлёк его внимание.
— Кое-кто у меня в квартире устроил водопад и разгуливает туда-сюда.
Кю Хо хотел что-то возразить, но передумал, заметив выражение Юн Гона, и снова сосредоточился на ноутбуке. А Юн Гон стоял сзади, медленно водя феном по его волосам. Постепенно влажные пряди стали подсыхать.
Кю Хо то и дело закусывал губу, но вскоре затих. Его уши немного покраснели. В комнате слышался лишь звук фена и ритмичный стук клавиш. Юн Гон лениво перебирал пальцами волосы Шин Кю Хо.
Кю Хо оторвался от ноутбука и широко потянулся. Юн Гон уже выключил фен. Тот повернулся и вдруг расплылся в глупой улыбке.
В последнее время они довольно много времени проводили вместе, но Кю Хо редко так искренне улыбался. Только вчера он бурчал что-то о том, как всех ненавидит... А сейчас ведёт себя как радостный щенок.
— Пойдём поедим? Что-нибудь вкусное. Я угощаю.
...Это действительно очаровательно.
Юн Гон кивнул. Он вспомнил выражение лица Кю Хо, который хоть и говорил, что ему всё равно, выглядел явно обиженным. Вчера вечером, когда они шли к офистелю, на его раздражённом лице было написано: «Мы столько времени провели вместе, а ты не считаешь меня другом?». Будто ему не двадцать пять лет, а пять.
— Хорошо. Тогда сначала сходи к себе, переоденься.
В этом смысле новый партнёр оказался самым интересным человеком из всех, с кем он встречался до сих пор. Моменты, когда он удивлялся: «Ну надо же, такое бывает?», случались не один раз, что порой сбивало с толку, но в то же время приносило немалое удовольствие.
В этот момент телефон Шин Кю Хо, до этого молчавший, вдруг засветился. Со Юн Гон как раз натягивал новую рубашку, когда краем глаза заметил, что на экране телефона мелькнуло имя с «нуна» в конце.
— Алло, нуна. Да, я отправил текст на почту.
Подняв телефон, Кю Хо натянул футболку через голову.
— Сейчас? Нет, не могу, у меня планы.
Он вынырнул из одежды, а Юн Гон, застёгивая рубашку, смотрел на его лицо.
Он нахмурился, а голос стал чуть раздражённым.
Когда Шин Кю Хо сказал, что ему нужно срочно уйти, Со Юн Гон только усмехнулся, хотя было видно, что ему это совсем не нравится. Снаружи он, как обычно, улыбался, но внутри явно раздражался. Ха...
Шин Кю Хо несколько раз провёл по щекам, будто пытаясь успокоиться. От Юн Гона не было ответа уже час. Он что, обиделся? В принципе, это было логично: даже такой, как Со Юн Гон, мог возмутиться, когда его оставляют ни с чем после всего, что он сделал — от одолжения ноутбука до помощи с плакатом. Кю Хо понимал, что его поведение выглядело некрасиво, но ситуация была срочной. Несмотря на это, ему было неспокойно. Он мельком посмотрел на Мо Ю Джин, сидевшую рядом, и на Мун Кана напротив. Вздохнув, он убрал телефон в карман. Что ж, раз уж он здесь, следовало сосредоточиться на текущем разговоре.
Удивлённый голос Мо Ю Джин вывел его из раздумий. Кан лишь сильнее сжал зубами трубочку от своего напитка. Тот последнее время вёл себя странно, но подобный поворот событий оказался неожиданным. Кю Хо, который до этого сидел с руками в карманах, не выдержал.
Он с такой силой ударил по столу, что Кан вздрогнул.
— Ты пропадал чёрт знает сколько, а теперь вернулся только чтобы заявить, что берёшь академ?
Он не показывался две недели. Кан был не из тех, с кем он виделся ежедневно, но пару раз в неделю пересекаться было нормой. А тут вдруг пропал. Тем временем гетеро, у которого были романтичные отношения с Каном, пару раз наведывался к ним с Мо Джин, и он понял: у того хёна с личной жизнью явно какие-то проблемы. Кю Хо не вмешивался, полагая, что всё уладится само собой, но итог оказался совсем неутешительным: в начале июня Кан вдруг заявил о намерении взять академический отпуск, хотя сроки для этого давно прошли.
— Ну, давай, делай что хочешь. Академ, значит, академ. Но ты ведь понимаешь, что есть кое-что, что ты нам должен объяснить?
Ответ Кана был до смешного лаконичным. Видимо, с его партнёром дело и вправду шло плохо. Умудрился же он обаять даже такого безнадёжного натурала, и какого чёрта случилось... Шин Кю Хо, подавляя раздражение, сильно надавил на уголки своих глаз.
Несколько попыток уговорить Кана ни к чему не привели — его решимость была непоколебимой. В любом случае, он собирался взять академический отпуск и утверждал, что у него всё в порядке. Как бы Шин Кю Хо ни старался завести разговор, о том самом гетеро Кан говорить явно не хотел. Что бы ни произошло, их ссора была серьёзной. Разумеется, конфликты и расставания в отношениях — дело привычное, но тут что-то всё же казалось странным.
— Ты уверен, что у тебя всё в порядке?
В конце концов, сказать больше было нечего. Судя по всему, Ю Джин пришла к такому же выводу и, не говоря ни слова, сосредоточилась на своём напитке. Когда она ненадолго отлучилась в туалет, Кю Хо осторожно спросил связано ли это с отношениями. Кан уверял, что академический отпуск никак не связан с его личными встрясками, но он просто не мог в это поверить.
— Что может быть не в порядке?
Кан ответил равнодушно, его взгляд был устремлён в никуда. Шин Кю Хо только тяжело вздохнул. Спустя мгновение Кан снова повернулся к нему и добавил:
— Кажется, я слишком всё упростил. …Думал, что встречаться с кем-то «не из наших» будет просто.
— Это оказалось сложнее, чем я думал. Я был слишком самоуверенным.
Слушать, как человек, ещё недавно светившийся от счастья, говорит такие вещи, было тяжело. Особенно потому, что слова Кана напоминали убеждения самого Кю Хо. Ну да... Он лишь молча потягивал свой напиток через соломинку. Встречаться с гетеросексуалом… Он всегда считал это невозможным. Слишком высокий риск. Особенно для таких людей, как Мун Кан, кто воспринимает отношения всерьёз.
— Мой академический отпуск в самом деле никак с этим не связан. Просто подумал, что нет смысла тратить время на то, к чему душа не лежит, лучше сосредоточусь на подготовке к работе в редакции.
Кан действительно давно хотел стать журналистом. Когда он решил поступить в магистратуру, объясняя это тем, что ещё не готов работать в медиа, это выглядело странно. Однако он говорил, что после окончания магистратуры всё-таки займётся карьерой в журналистике. Если считать, что он просто решил ускорить этот процесс, то его академический отпуск выглядел вполне обоснованным. И всё же слова о сложностях в отношениях с «не из наших» оставляли осадок.
Это было известно и раньше, более того, именно Кю Хо постоянно твердил об этом Кану. Но когда Кан сам признался, что столкнулся с этим в собственных отношениях, это почему-то больно задело. Сначала Кю Хо думал, что это была просто односторонняя влюблённость, и даже негодовал по этому поводу. Позже, узнав подробности, он смеялся, называя это «обоюдной аварией». Но он несмотря ни на что искренне поддерживал своего хёна, когда узнал, что тот встречается с человеком, которого действительно полюбил. Когда же всё закончилось так банально, у Кю Хо осталось странное чувство. Скорее, опустошение. Разум подсказывал, что это довольно обычная история, всё равно было как-то не по себе.
Он бездумно крутил трубочкой лёд в стакане, пока кубики не звякнули друг о друга. «Гетеро…» — повторяя про себя это слово, он вдруг представил лицо. Что за ерунда? Кю Хо невольно нахмурился. …Со Юн Гон. Сейчас точно не время думать о нём. Да и вообще, между ними ведь не такие отношения.
После долгого разговора Шин Кю Хо поднялся вместе с Мо Ю Джин. Когда у Мун Кана было плохое настроение, он предпочитал оставаться в одиночестве, Ю Джин с Кю Хо это прекрасно знали. Ю Джин немного поговорила о протестном плакате, который он отправил ей утром, а затем отправилась на собрание студенческого совета по поводу запланированной акции. Со Юн Гон всё ещё не отвечал.
Эх... Сидя на скамейке у входа в кампус, Шин Кю Хо потёр переносицу. Почему всё валится одно за другим? Раздражение начинало брать верх. Утром, торопясь закончить написать протест, всё казалось просто срочным, но потом: близкий друг внезапно объявил об академе и расставании, а секс-партнёр обиделся и перестал отвечать на сообщения. Сплошное невезение. Кю Хо откинулся на спинку скамейки, позволив себе расслабиться.
В этот момент телефон завибрировал. Кю Хо тут же выпрямился и быстро ответил.
Сообщение моментально отметилось как прочитанное. Ответ пришёл быстро.
Кю Хо невольно кивнул и сразу написал:
Со Юн Гон вёл себя так, словно собирался съесть что-то очень дорогое. Но они встретились в китайском ресторане неподалёку от офистеля. Хотя заведение и выглядело достаточно дорогим, оно не казалось неподъёмным по стоимости. Кю Хо нашёл Юн Гона за столиком, уткнувшимся в телефон.
Кю Хо выдвинул стул напротив и сел. Юн Гон поднял голову и, заметив его, слегка улыбнулся, приподняв один уголок губ.
Юн Гон передал ему меню. Он, быстро выбрав блюдо, протянул меню обратно. Тот добавил свой заказ и оформил его у официанта.
Когда официант ушёл, на некоторое время повисло молчание. Кю Хо осторожно взял горячую чашку чая в руки.
Неожиданно первым заговорил Юн Гон.
Он опёрся подбородком на ладонь. Кю Хо, немного замявшись, бросил фразу:
— Да брось. Я ведь особо и не злился. Такое бывает, если у друга что-то срочное.
— ...Ну, если ты понимаешь, спасибо.
Похоже, у него действительно есть друзья, как он и говорил. Сделав глоток чая, Кю Хо поднял взгляд. Юн Гон снова заговорил.
— Если ты с тем ублюдком что-то мутишь, лучше скажи сразу.
Эм… что? Кю Хо напрягся, пытаясь понять, что имелось в виду. «Тем ублюдком»? Он нахмурился, но быстро взял себя в руки. Кто этот «ублюдок»? Юн Гон, будто заметив его замешательство, продолжил:
— Если я у тебя не в приоритете — пофиг, в любых отношениях такое бывает. Но если мой секс-партнёр за моей спиной встречается с кем-то другим, а потом это всплывёт… боюсь, я тогда просто взорвусь. У нас ведь договорённость, не так ли?
Несмотря на то, что он уверял, будто не сердится, голос стал ледяным. Кю Хо быстро замахал руками.
Юн Гон поднял брови и посмотрел на него, словно спрашивая: «Ты что, правда не понимаешь?». В этот момент в голове Кю Хо, словно в ускоренной перемотке, пронеслись все события сегодняшнего утра и последние минуты до заказа. Он ощутил неприятное предчувствие.
Кю Хо непроизвольно открыл рот от удивления.
Со Юн Гон ничего не ответил, но слегка моргнул и опустил взгляд, словно подтверждая. Что за... Шин Кю Хо от возмущения ударил себя по груди.
— Ты что, серьёзно думаешь, что у меня с тем хёном… что-то есть? Эй, ты вообще с головой дружишь…?
Кю Хо был знаком с Каном уже несколько лет, но, дав обет под звёздами, он бы ни на секунду, даже на 0,0001% не подумал о нём в таком ключе. Даже намёка на недоразумение быть не могло. Но Юн Гон прищурился.
Будто не веря, переспросил он. Тот уже готов был взорваться от раздражения и закричал:
— Как-то не похоже. Ты выбежал к нему как угорелый.
— Да это потому, что у хёна были проблемы… Эй, ты почему постоянно фантазии свои разводишь? Ты что, мечтаешь стать автором бестселлеров?
Пока Кю Хо, возмущённый, продолжал отчитывать собеседника, принесли еду. Горячий рисовый тансуюк, небольшая тарелка с янчанпхи, дымящийся трио-чачжанмён и пряный трио-чамппон [2] были аккуратно расставлены в центре стола. Официант расставил тарелки перед ними. Юн Гон потянул к себе чамппон и, прежде чем приступить, разделил тансуюк и янчанпхи ровно пополам.
[2] Тансуюк — корейская версия кисло-сладкой свинины. Мясо обжаривается в хрустящем кляре, приготовленном на основе клейкого риса (отсюда «рисовый» в названии). Янчанпхи — холодное блюдо, состоящее из разнообразных ингредиентов: тонко нарезанное мясо, морепродукты, овощи и грибы, разложенные по кругу на тарелке с соусом в центре. Чачжанмён — лапша с густым соусом из чёрной бобовой пасты. «Трио» обозначает добавление трёх видов ингредиентов, например, морепродуктов, мяса и овощей. Чамппон — лапша в остром бульоне с морепродуктами. Эти блюда подают в корейских китайских ресторанах, где традиционная китайская кухня адаптирована к вкусам корейцев.
— Не находишь, что это выглядит подозрительно? У тебя были планы, но стоило этому хёну чирикнуть, как ты рванул к нему. А он, судя по твоим словам, твой самый близкий друг, с которым вы всё делаете вместе. И, кстати, он мужчина, а ты… сам понимаешь.
— Всё это звучит как полный абсурд.
Юн Гон мельком посмотрел на него с лёгкой досадой на лице, но Кю Хо просто пожал плечами. Тот тихо вздохнул.
— Ладно, раз ты так говоришь, поверю.
— Хотя, знаешь, меня всё равно задело, что меня вот так бросили.
Слова снова прозвучали так, будто всё перевернулось с ног на голову. Шин Кю Хо замолчал, не зная, что сказать. Со Юн Гон слегка улыбнулся, спокойно взял кусочек тансуюка и отправил его в рот. Затем, жуя, отвёл взгляд в окно, будто ничего не произошло.
— ...Сегодня я действительно был неправ.
После долгих раздумий Кю Хо пробормотал это тихо. Он почувствовал, как Юн Гон перевёл на него взгляд.
— И клянусь небесами, между мной и хёном ничего такого нет. Мы просто близки. Знаешь, прям, ну, очень дорогой друг. Сегодня... это связано с его личной жизнью, так что я не могу тебе всё рассказать, но правда, ситуация была непростая. У него случилось кое-что плохое.
При этих словах глаза Юн Гона слегка сузились. Кю Хо не знал, куда себя деть, и стал нервно теребить губы. Юн Гон едва заметно улыбнулся.
Кю Хо нахмурился. Он говорил совершенно серьёзно, а тот вдруг начал смеяться. Это сбивало с толку.
— Я просто хотел тебя немного поддразнить.... Но ты такой серьёзный, что я сам не заметил, как переборщил.
Снова подколол. Кю Хо раздражённо взялся за палочки.
— Но то, что я говорил до этого, было правдой.
Кю Хо метнул на него сердитый взгляд и начал есть. Он положил кусочек тансуюка в рот и громко хрустнул. Юн Гон едва заметно усмехнулся, затем элегантно поднял ложку и попробовал немного бульона из своего чамппона.
Кю Хо протянул палочки в сторону его тарелки. Юн Гон, только что аккуратно вытерев рот салфеткой, посмотрел на него с прищуром, словно обдумывал что-то. Что за взгляд? От этого пристального внимания Кю Хо рефлекторно опустил руку. Что он этим хочет сказать? Что чамппон был его заказом? Такое поведение выглядит невероятно мелочным.
Кю Хо постукивал по тарелке с чачжанмёном. Юн Гон странно зашипел, словно выпуская пар, а затем рассмеялся и протянул руку.
Его голос звучал неожиданно мягко. Кю Хо молча протянул тарелку, и Юн Гон начал аккуратно перекладывать лапшу с помощью новых палочек и половника. Делал это настолько аккуратно, что даже капли соуса не оказалось на краю тарелки.
Наблюдая за этим, Кю Хо решил наложить ему взамен немного чачжанмёна. Он придвинул тарелку Юн Гона к себе, думая, что обычно в таких ситуациях еду просто оставляют в центре и едят вместе. Но, зная характер Юн Гона, он наверняка предпочитает, чтобы всё было поделено. Он осторожно наложил лапшу на его тарелку, постаравшись сделать это как можно приличнее, и вернул её. Юн Гон какое-то время смотрел на тарелку с непонятным выражением.
— Чего? Ты что, чачжанмён не ешь?
Вообще-то он правда выглядел как человек, который нечасто заглядывает в китайские рестораны. Когда он предложил сюда пойти, Кю Хо даже удивился. Если бы не атмосфера заведения и сервировка, то, наверное, сказал бы что-то вроде: «Какой ещё нахрен китайский ресторан?».
Юн Гон, наконец, ответил и медленно улыбнулся.
После этих слов он взял с тарелки зелёный горошек и положил в рот. Как-то неуверенно он это делал. Что-то не так? Кю Хо задумался, но продолжил есть. Однако к моменту, когда они закончили, тарелка Юн Гона оказалась абсолютно пустой.
Еда была съедена быстро. Юн Гон, сказав, что хочет покурить, первым вышел из ресторана. Шин Кю Хо, вернувшись из туалета, медленно направился к кассе. Подойдя, он заметил, как кассир, увидев его, растерянно начал говорить:
— О… Ваш спутник уже всё оплатил.
Шин Кю Хо только собирался достать кошелёк из сумки, когда услышал это. Если кто-то мог заплатить из их компании, то это явно был только один человек — тот самый, который вышел покурить, оставив Кю Хо заниматься расчётом.
На всякий случай Кю Хо ещё раз сверил номер стола. Всё сошлось. Выйдя наружу, он увидел, как Со Юн Гон уже закуривал сигарету. Их взгляды пересеклись, и Юн Гон тут же отвернулся, будто ничего не произошло. Кю Хо сунул руки в карманы брюк и подошёл ближе.
— Зачем ты счёт оплатил? Я ведь собирался угостить.
Он планировал оплатить ужин, чтобы хоть как-то загладить свою вину. Теперь всё было впустую. Раздосадованный, он начал ворчать. В ответ тот молча протянул ему сигарету. Кю Хо взял её, и Юн Гон даже прикурил ему.
— Забудь. Если подумать, всё началось с того, что вчера я насильно затащил тебя к себе.
Юн Гон выпустил облачко дыма и посмотрел на него с лёгкой улыбкой. Кю Хо нахмурился, но всё же кивнул. Юн Гон тихо засмеялся.
— Тогда… верни долг чем-нибудь другим.
— Чем-нибудь другим? Например?
Не давая конкретного ответа, Юн Гон стряхнул пепел и, докурив сигарету, аккуратно затушил её и выбросил в урну. Затем он слегка провёл рукой по уголку губ. Кю Хо, сделав ещё несколько затяжек, тоже затушил её носком ботинка.
— Извинений достаточно. Но как насчёт того, чтобы пока не развеешь все сомнения, держаться поближе? Честно говоря, я всё ещё тебе не до конца верю.
Кю Хо выбросил окурок в урну прямо перед собой и поднял голову, как вдруг услышал слова Со Юн Гона. Он сморщился. Что значит «держаться поближе»? Они и так почти каждую ночь проводили вместе. Кю Хо двинулся вперёд.
— Я ведь уже сказал — у меня с Кан хёном ничего такого быть не может, хоть мир перевернись. Да и вообще, я же пообещал тебе, что ничего такого делать не буду. Ты что, в людей совсем не веришь?
— Может, и так... Похоже, мне пока сложно тебе довериться.
Юн Гон, следуя за ним, ответил с видом, будто всё это абсолютно нормально. Затем добавил:
— В любом случае скоро экзамены, верно? Считай, что мы просто будем учиться вместе.
— О чём ты вообще? Сейчас-то зачем готовиться к экзаменам?
— Ну, давай, попробуй. Заодно помогай мне с делами, побегай на побегушках. Как тебе? Отличный план, правда?
Отличный? Нет, это ни в какие ворота не лезло. Было ясно как день, что он просто использует его единственный промах как повод, чтобы обращаться с ним как с прислугой. Развернувшись, чтобы возразить, Кю Хо столкнулся с Юн Гоном, который уже подошёл вплотную и шутливо ударил его плечом.
— Осторожней, а то ещё кого-нибудь собьёшь, Кю Хо.
Раздражение, безусловно, было, но стоило взглянуть на лицо Юн Гона, на котором явно читалась насмешка, как любые слова застревали в горле. Да и сама ситуация была… нелепой. Почему он ему не верил? Судя по всему, Юн Гон беспокоился, что Шин Кю Хо может тайно переспать с Мун Каном. Но даже если бы на свете остался только Кан, такого никогда бы не произошло. Для Кю Хо сама эта мысль казалась чем-то сродни табуированному — почти как представление о чём-то неприемлемом вроде инцеста.
— Что, не нравится? Боишься, что тогда не сможешь встретиться с «нашим Кю Хо»?
Какая чушь. Шин Кю Хо остановился на месте, собираясь наконец сказать: «Перестань нести всякую хрень». Но прежде чем он успел открыть рот, почувствовал, как что-то коснулось его плеча. Это был подбородок Со Юн Гона, который слегка наклонился и опёрся на него. В самый неудачный момент Кю Хо как раз повернулся, и их лица оказались слишком близко. От неожиданности он машинально сглотнул и сделал шаг назад. Подбородок тут же соскользнул.
— ...Слушай, серьёзно, перестань связывать меня с хёном. Каждый раз, когда я слышу такое, у меня мурашки по коже, понял? По-хорошему прошу, не беси.
Эти слова Кю Хо с трудом выдавил спустя несколько секунд. Со Юн Гон, который к тому времени уже неспешно выпрямился, молча смотрел на него, даже не моргнув. Затем он потёр шею и протяжно произнёс:
Хотя он сказал это в завуалированной форме, смысл был прост: «Дай что-нибудь взамен». Кю Хо был настолько ошеломлён, что мог только беспомощно смотреть на него. «Этот тип — настоящая душнила» [3], — подумал Кю Хо, несколько раз стукнув себя по груди, пытаясь прийти в себя.
[3] Когума — батат по-нашему. В корейской культуре оно описывает человека или ситуацию, которые вызывают чувство удушья, словно ты съел слишком сухой сладкий картофель без воды. Здесь Кю Хо подразумевает, что Юн Гон своим поведением доводит его до состояния, когда сложно справиться с эмоциями и реагировать адекватно. Душнила, короче...
— Ну что, что мне сделать? А? Говори чего хочешь!
В ответ Юн Гон только тихо рассмеялся. Ему, похоже, нравилась реакция Кю Хо — его это откровенно развлекало. Удовлетворённый тем, что успел его подколоть, Юн Гон зашагал вперёд. Тот следовал за ним, раздражённо сопя.
Когда они пересекли извилистую дорогу, вдали начал показываться университет. Кю Хо шёл с одной рукой в кармане, слегка сутулясь и демонстрируя недовольство. Юн Гон замедлил шаг, и они снова оказались рядом, на узкой дорожке возле задних ворот в кампус, по обеим сторонам которой тянулись цветочные клумбы.
Внезапно Юн Гон окликнул его шёпотом и показал рукой в сторону клумбы. Его палец указывал на большой сорняк.
— Если выдернешь вон тот сорняк, я больше не буду тебя доставать.
Голос звучал тихо, почти интимно, но с явной ноткой веселья. Кю Хо прищурился. Сорняк? Он хотел было спросить зачем, но решил, что всё равно не услышит разумного объяснения. Это и не имело значения.
На уточнение Юн Гон твёрдо кивнул, даже посвистел себе под нос. Кю Хо огляделся. Вокруг ходили студенты. Все они были явно из их университета.
Он уверенно подошёл к клумбе и схватил сорняк. Тот с хрустом вырвался вместе с корнями, оказавшимися не такими уж большими. Кю Хо стряхнул с него остатки земли.
Поворачиваясь, он вдруг почувствовал, как чья-то рука ложится поверх его, всё ещё державшей траву.
Его спина ощутила лёгкое тепло.
— Ты меня просто с ума сводишь.
Он чувствовал, как тело Юн Гона едва заметно дрожит. Рядом раздался тихий смех. Рука Юн Гона сжала сорняк, заставив его выпасть из руки Кю Хо. Ну что за пиздец. Кю Хо легонько толкнул его локтем. Юн Гон, смеясь, немного отстранился. Его лицо выглядело счастливым, глаза слегка увлажнены от смеха, как будто он сейчас заплачет.
Юн Гон захохотал так искренне, что казалось, ещё немного — и он просто упадёт. За его спиной тянулось голубое небо и молодая зелень деревьев. Кю Хо замолчал, чувствуя, как внутри что-то кольнуло, напоминая о том странном чувстве, которое он испытывал на фестивале.
— ...Блять, сам же сказал выдернуть.
Слова прозвучали грубее, чем он хотел. Чёрт. Кю Хо невольно отвёл взгляд вниз. Но затем снова украдкой взглянул вверх и увидел, как Со Юн Гон вытирает уголки глаз. Он всё ещё улыбался. Но это была не та его обычная, самоуверенная и раздражающая ухмылка. Его лицо выглядело расслабленным, а привычная настороженность полностью исчезла.
— С тобой точно не соскучишься, — пробормотал Юн Гон.
Их взгляды встретились, и Юн Гон снова улыбнулся, почти по-детски, беззаботно. Кю Хо уставился на него, а потом тихо пробормотал «Ну что за херня…», потом отвернулся и швырнул сорняк обратно в клумбу. Ему стало жарко, лицо вдруг вспыхнуло.
Словно желая остудить этот жар, лёгкий ветерок коснулся его лица, приятно щекоча волосы. На этом ветру плавно кружили одуванчиковые пушинки, будто ища себе место для отдыха. Кю Хо провёл тыльной стороной ладони по своей щеке, сбивая ощущение странного тепла, и выдохнул ругательство.