Бесстыжий мир. Глава 172
Следом за Гук Джи Хо немедленно потянулись двенадцать человек из второй группы. Поскольку Вон Ху Пён отсутствовал, его пиджак подал следующий по рангу парень.
Пока Гук Джи Хо накидывал его — лишь короткий миг — остальные члены группы почтительно склонили головы перед Пэк Хэ Гёном и, сорвавшись с места, гурьбой выбежали наружу.
Пэк Хэ Гён не прерывал трапезу. Его изящные движения палочками выдавали безупречное воспитание. Он неторопливо, с должной тщательностью прожевал и проглотил пищу.
— Тебе не нужно вмешиваться. Сядь.
Разумеется, Пэк Хэ Гён не должен был появляться в таком месте, однако Гук Джи Хо никак не ожидал, что подобный приказ адресуют и ему. Он нервно прикусил губу.
В ресторане, кроме бойцов второй группы, ожидающих его распоряжений, не было ни души. Ки-ик, вж-ж — снаружи стоял рваный, хаотичный гул машин, резко сдающих назад и уносящихся прочь.
Даже если ближайшее отделение Хвандо направит подкрепление, ждать придётся не меньше нескольких десятков минут.
— У нас серьёзная нехватка людей. Считаю, нужно выходить в полном составе.
— И моя группа должна идти вместе со мной.
В драке всё решает напор. Особенно если речь идёт о настоящей собачьей бойне, где никакие законы просто не работают. Вот почему закалённые в боях бандиты идут на разборки лично — чтобы младшие, оставшись без старших, не сдулись ещё до начала и не превратились в бесполезный балласт.
— Выходит, вторую группу ты выпускать не собираешься?
Пэк Хэ Гён аккуратно положил палочки и поднял взгляд на Гук Джи Хо. Несмотря на то, что именно он смотрел снизу вверх, ощущение было прямо противоположным — словно давили сверху.
Гук Джи Хо заметно занервничал: подходящих слов не нашлось, и он лишь окликнул его. Их взгляды столкнулись, и в его уже угадывалась перемена. Человек, что ещё недавно безмятежно вынимал изо рта рыбные косточки, теперь источал острое напряжение.
За их спинами наблюдали его люди. Если он и сейчас, вопреки просьбе, продолжит его опекать, это неизбежно подорвёт авторитет Гук Джи Хо.
Пэк Хэ Гён уже открыл было рот, чтобы ответить, но Гук Джи Хо вдруг позвал двоих из тех, кто стоял позади.
— Ким Хо Джин и ты, бритоголовый.
Он сказал это наперёд, не оставляя Пэк Хэ Гёну шанса парировать чем-то вроде: «И кто же тогда будет меня защищать?»
Пэк Хэ Гён тихо усмехнулся. Приняв это смешок за разрешение, Гук Джи Хо слегка кивнул на прощание и, не задерживаясь, выскочил из ресторана.
Правило, по которому на своей территории побеждать легче, без всяких оговорок действует и в уличных драках.
Парень, первым кинувшийся вперёд с размахом биты, нелепо поскользнулся.
В порту полно скользких мест и всяких мелких препятствий вроде вывесок. Опытные бойцы, привыкшие к стычкам, никогда не упускают такие детали из виду. Гук Джи Хо, будучи спецназовцем, разумеется, тоже.
Однако даже мощное преимущество «домашнего поля», позволяющее заранее изучить местность, теряет значение, когда начинается партизанская война.
И это не только про растерянность от внезапной атаки — различие проявлялось даже в вооружении.
Разница между обычным складным ножом, который носят про запас, и оружием, предназначенным для убийства, колоссальна — прежде всего в радиусе поражения.
И хотя прибывшие по вызову члены Хвандо будут вооружены до зубов, у тех, кто изначально удерживал позиции, в руках было лишь жалкое подобие оружия.
Гук Джи Хо резко рванул парня за волосы — тот даже не заметил, как к его горлу потянулось лезвие. В следующий миг длинный нож для сашими вспорол воздух.
Нападавший, вложивший в удар весь свой вес, по инерции завалился вперёд. Гук Джи Хо, опершись рукой, подался вниз и коротким ножом в одно движение перерезал сухожилие на запястье.
Кость даже не обнажилась, но тот, размахивая окровавленной рукой, рухнул на землю.
А парень, которому только что спасли жизнь, наоборот задыхался, глядя на происходящее.
Движения у ребят были вялыми, тяжёлыми и неуклюжими. Ливень хлестал так, что почти ничего не было видно, но сейчас это не могло служить оправданием.
Он с размаху отвесил пощёчину младшему — парню лет двадцати пяти, которого знал лишь поверхностно, — и его промокшее под дождём лицо мотнулось вбок.
Когда восприятие притупляется, умеренная боль способна привести в чувство. Если бы взгляд так и остался мутным, пришлось бы выбить ему сустав, но, к счастью, в глазах младшего мелькнула искра осмысленности.
Узкий проход пропитался тяжёлым запахом крови. Земля утонула в алой жиже, а тела, разбросанные будто островки, продолжали истекать кровью.
Кто-то ещё корчился в судорогах, но многие уже не двигались вовсе.
Гук Джи Хо всадил локоть в солнечное сплетение подскочившего к нему противника. Оружие так и не достигло цели и с глухим звоном упало на землю.
Промокшая рубашка плотно облепила тело. Сегодня она ощущалась особенно мерзко — тянула, сжимала мышцы и сковывала движения. Даже сейчас: будь угол удара хотя бы на пару градусов менее точным, пролилась бы уже его собственная кровь.
Схватившись за живот, раненый пополз, пытаясь дотянуться до выпавшего оружия. Гук Джи Хо без колебаний наступил ему на руку и вдавил её в землю.
Под подошвой с отчётливым хрустом начали крошиться кости.
Ах ты уёбок! Срывающиеся со всех сторон маты и стоны, в которых уже нельзя было разобрать, кто именно кричит, растворялись в шуме дождя.
Ему понадобилось всего несколько секунд, чтобы, зайдя сзади, схватить противника за правое плечо, вывернуть его и вывихнуть сустав.
Поле зрения постепенно сужалось. Вырубив оппонента, Гук Джи Хо повернул голову и жёстким взглядом быстро оценил обстановку.
Как держится строй, каковы потери. Есть ли слабые места, куда можно вклиниться.
Подними башку и смотри дальше…
Раз отдельного боевого командира не было, ему приходилось иногда напоминать себе об этом самому. Если валить только тех, кто прёт прямо под нос, запросто потерять из виду общую картину.
Внедорожники перегородили дорогу сплошной стеной, оставив лишь узкий проход. Члены Юхаксын, как тараканы, карабкались на крыши машин и соскальзывали вниз, направляясь прямо к ним.
В условиях, когда проход перекрыт и пространство сужено, есть одно преимущество: даже небольшими силами можно держать оборону против превосходящего числом врага.
Плохо было то, что, стоя спиной к морю, обороняющиеся не имели пути к отступлению. Стоит лишь начать сдавать позиции — и бежать уже некуда. Даже беглого подсчёта выживших хватало, чтобы понять: к моменту их прибытия многие уже ушли на дно.
Подкрепление подойдёт минут через двадцать, но пока они сильно уступали по численности… а эти тараканы без конца всё лезли и лезли — измотанность бойцов Хвандо уже бросалась в глаза.
Гук Джи Хо тыльной стороной ладони смахнул с лица влагу — то ли пот, то ли дождь.
Сначала — выстоять. Заставить выстоять.
Его взгляд прошёлся вдоль ряда чёрных машин, словно вычерчивая горизонт.
Рванув с места, Гук Джи Хо запрыгнул на капот автомобиля. Чёрный кузов, затоптанный грязными ботинками, оказался скользким.
Его на мгновение повело, но тело быстро восстановило равновесие. Возможно, недавние тренировки тоже помогли. Отжимания на одной руке, с рукой за спиной… после всей этой херни координация явно подтянулась.
Он уверенно пригнулся и перехватил короткий нож покрепче. Тем, кто пытался перелезть на эту сторону, наваливаясь на капот и вытягивая корпус вперёд, он вскрывал горло точно у сонной артерии. Под широко раскрытыми от ужаса глазами фонтаном брызгала алая кровь.
Он резал выверенно, не нанося смертельных ран, но те бледнели в мгновение ока и заваливались назад.
Увидев падающих товарищей, остальные кинулись на Гук Джи Хо. Те, кто стоял на крышах, дружно сползли вниз по лобовым и задним стёклам, точно скатываясь с горки.
К счастью, Ричи из второй группы, внимательно следивший за ситуацией, быстро запрыгнул к нему.
Чхэ До Хан, не нуждаясь в долгих объяснениях, занял позицию за спиной Гук Джи Хо, прикрывая его.
К сожалению для противников, идея скатываться с крыши на капот оказалась крайне неудачной.
Не успев даже принять стойку, они полностью подставляли верх тела — идеальная мишень. Этим Гук Джи Хо и воспользовался, без особых усилий расправившись ещё с несколькими.
Двое, шагая по разбросанным телам, как по ступеням, быстро забрались на крышу автомобиля.
Заметив это, ещё пара бойцов второй группы заняла позицию у капота, рядом с Гук Джи Хо.
Дождь заливал глаза. Мужчина быстро проморгался, возвращая чёткость зрению, и бросился вперёд. Его движения были стремительными, точными и совершенно безжалостными.
Каждое его продвижение вперёд заставляло тех, кто балансировал на крышах машин, либо подставляться под удар, открывая жизненно важные точки, либо в спешке прыгать вниз, рискуя получить травмы. Всё было настолько просто, что начинало наскучивать.
Снизу, из-под машин, снова и снова поднимались стоны — такие же, как и раньше. Это кричали те, кого он даже не трогал: в панике они срывались вниз и сами ломали себе суставы. И, странное дело, эти звуки звучали даже приятно.
Как бы ни размахивали ножами эти головорезы, им далеко до тех, кого государство целенаправленно готовило для боя.
До этого Гук Джи Хо время от времени поднимал голову, оценивая обстановку, но теперь его взгляд был устремлён только вперёд. В обострённых ноздрях смешались солёный морской воздух и металлическая вонь крови.
Противников впереди почти не осталось — от силы было несколько десятков. И даже те спешили отступить или перегруппироваться.
Перебегая по скользким крышам машин так легко, будто это ровная земля, и в одиночку сдерживая натиск, Гук Джи Хо заставил замереть, затаив дыхание, не только членов Хвандо, но и людей из Юхаксын.
Темп их наступления заметно просел. Атмосфера изменилась мгновенно.
Все присутствующие чувствовали это напряжение — острое ощущение, что в любой момент расклад может перевернуться.
Оглядываться по сторонам было некогда, по крикам и стонам уже нельзя было разобрать, где свои, а где чужие, но инстинкты подсказывали — перевес начинает склоняться на их сторону.
Когда прикрывавшие его начали падать один за другим, последний соперник, загнанный к краю, выхватил из-за пазухи нож. Дрожащий клинок яростно рассекал воздух.
Он действовал по заученной схеме мелких уголовников — размахивал ножом вслепую, рассчитывая запугать и подавить инстинктом. Но если в каждый удар вкладывается всё тело, достаточно лишь слегка зацепить — и противник сразу теряет боеспособность. Да и психика у таких, как правило, ни к чёрту.
Гук Джи Хо сделал вид, что переводит дыхание, и спокойно следил за ним, отмечая, на какую ногу тот больше опирается.
Он остановился всего на секунду, но ощущение было такое, будто все сосуды в теле взбунтовалось. Жар, кипящий под кожей, нагревал прилипшую одежду — такими темпами она скоро высохнет прямо на нём.
Трудно сказать, как он истолковал эту паузу, но противник криво усмехнулся.
Гук Джи Хо резко нырнул вниз, уходя из-под удара, и, вставив пятку между его ног, провернул каблук. На и без того скользком кузове тот мгновенно потерял центр тяжести и, не удержавшись, поскользнулся.
Даже в падении он отчаянно дёргался, не разбирая, где союзники, где враги, — полоснул самого себя и издал хриплый предсмертный звук.
Щёку слегка обожгло — похоже, кончик ножа его всё-таки зацепил. Лицо — его главный капитал… Ситуация начала откровенно раздражать.
Гук Джи Хо коснулся большим пальцем саднящего места и оглядел пространство, где только что мелькали чёрные макушки.
Подъездную дорогу заполнила вереница седанов и внедорожников. И первая машина выглядела слишком знакомо… похоже, это был автомобиль Пэк Хэ Гёна. Неужели прошло уже двадцать минут? Он уже тянулся приподнять правый рукав, чтобы взглянуть на часы.
Мгновение невнимательности — смертельно опасно. В любой ситуации. Именно поэтому в спецподразделениях и штурмовых отрядах гоняют до изнеможения не ради физической формы, а чтобы даже на грани возможностей сохранять острую, как лезвие, концентрацию.
Вот почему, когда он получил первый удар, ему потребовалось время, чтобы вообще осознать, что его ранили. Это была самонадеянность.
Когда нож, воткнутый в живот, вытащили и вновь вонзили, он впервые почувствовал, как по телу пробегает ледяной озноб.
Ни звука, ни ощущений — только волосы встают дыбом.
Прежде чем разделочный нож вновь пошёл вглубь, Гук Джи Хо схватил за запястье того, кто держал рукоять, и резко вывернул. Лезвие всё ещё оставалось в теле.
— А… ыгх… кхак… ты, гадюка… с-сука-а!
Мужчина чуть за тридцать, явно не новичок в драках, даже с вывернутым запястьем сдерживал стоны. Крепкий орешек. И этот тип назвал его гадюкой.
Их кипящая, вязкая злоба столкнулась лоб в лоб. Только когда Гук Джи Хо в одно движение переломал нападавшему все пальцы — по пять за раз — тот сорвался на пронзительный крик, будто ему перерезали горло.
Не сумев даже сомкнуть пальцы, выгнутые под неестественными углами, тот, задыхаясь, получил удар ногой и полетел вниз.
Только после этого, с опозданием, чувства обострились и накрыли его волной.
Будто его выдернули из-под воды — гул вокруг стал до неприятного чётким. Возможно, из-за затяжной темноты и непогоды даже редкий солнечный луч, пробившийся сквозь тучи, резанул глаза.
Среди бегущей толпы бандитов был Пэк Хэ Гён.
Гук Джи Хо схватился за живот и тяжело осел на крышу внедорожника. Подкрепление прибыло — теперь всё почти кончено.
Пэк Хэ Гён, оказавшись прямо перед ним, сразу нашёл того самого, с переломанными пальцами. Он схватил ползущего, словно зомби, человека за волосы, зафиксировал голову и жёстко врезал коленом. Удар был настолько мощным, что лицо будто вмялось внутрь. Подняв его снова — из носа того уже хлестала кровь — мужчина вытащил из кармана нож.
В его мутном, устремлённом на него взгляде промелькнула тень безумия. Гук Джи Хо подумал, что ноющая боль в животе, наверное… просто следствие того, что он слишком резко начал двигаться сразу после еды, и потянулся вытащить нож.
Бледная, почти обескровленная рука накрыла ладонь Гук Джи Хо, сжимающую рукоять. Но, едва коснувшись, тут же отдёрнулась, словно обожглась. Пэк Хэ Гён, втянув воздух, с трудом продолжил:
— Если сейчас вытащишь… кровь не остановить. Оставь.
С этими словами Гук Джи Хо резко выдернул нож.
Рука мужчины, не готового к тому, что его приказ проигнорируют, зависла в воздухе. На кончике лезвия виднелась лишь капля крови.
Гук Джи Хо отбросил нож и сдёрнул с себя липкий, стягивающий тело пиджак. Под ним показался плотный бронежилет с защитой от ножа.
Разрезанный ровно по форме удара, он уже выполнил свою функцию и теперь свисал, изодранный.
— Чуть не задохнулся в этой херне.
Он не смог закончить фразу и протянул свою большую руку, ощупывая бронежилет изнутри. В месте, где защита дала слабину, лезвие всё же задело тело, но не настолько сильно, чтобы это грозило серьёзной кровопотерей.
На лице мужчины постепенно проявилось облегчение вперемешку с растерянностью. Неужели он и раньше был таким эмоциональным?
— Жарко… Я же обещал, что не пострадаю.
Гук Джи Хо перехватил всё ещё дрожащую руку Пэк Хэ Гёна. Костяшки пальцев, вцепившихся в его одежду, побелели.
— Про нож? Нет, моя ошибка. На секунду отвлёкся. Просто вас увидел, директор.
— Ты… стоит тебе залезть на машины — у людей сердце в пятки уходит.
Пэк Хэ Гён обычно стоял под зонтом, не позволяя ни капле дождя коснуться себя даже в такой ливень. Сейчас же его щёки были полностью мокрыми. Гук Джи Хо сдержал порыв прикрыть его и натянул нарочито беспечную улыбку.
И принялся энергично растирать его ладони, стараясь разогнать кровь, пока тепло его собственных рук не перейдёт к нему.