Одиссея «Лебедя востока» Часть 13 Любовь и слёзы в Пенанге
Спешное путешествие «Эмдена» от Сейшеловых островов к берегам Малайзии продолжается. Увы «Эксфорд» не мог поспеть за лёгким крейсером, да и за «Буреском». По этой причине, 21 октября, решено было ненадолго разлучиться. «Эксфорду» следовало уйти к Кокосовым островам, и там ждать встречи с «Эмденом» до 15 ноября. В противном случае идти к острову Бали.
Эскадра разминулась, и далее «Эмден» шёл лишь с «Буреском». Путь лежал сквозь страшную жару, и на капитанском мостике лишь один человек сидел в чистой и выглаженной военной форме. Этим человеком был Мюллер, скрупулёзно изучающий карты и маршруты вокруг острова Пенанг. А также прикидывая возможные силы в его гавани. По соображением капитана, выходило что «Эмдену» следует войти с севера, под покровом ночи в довольно узкую бухту. Там он сможет застать неготовые к бою французике броненосец и эсминец врасплох. Далее придётся быстрым, но аккуратным манёвром, развернутся и спешно покинуть поле боя. В противном случае «Эмден» может легко оказаться запертым в ловушке, куда сам и зайдёт. Однако в случае успеха, будет нанесён не только прямой урон кораблям противника, но и ущерб имиджу и судоходству Великобритании.
Экипаж в это время старательно приводил крейсер в порядок, так как заходить в Пенанг, это не беззащитные пароходы гонять. Но 22 октября был особый день. Все офицеры надели на утреннею поверку парадную форму, со всеми медалями и орденами. Матросы также надели парадную одежду, построившись на палубе корабля. Высоко на мачтах свисали разноцветные пестрые флажки, а Мюллер произнёс торжественную и лаконичную речь. Причина торжества — день рождения императрицы Августы Виктории, верной супруги Вильгельма II.
К 26 октября «Эмден» совершил остановку на Никобарских островах. Там следовало заполниться углём с «Буреска» перед заходом в Пенанг, до которого было порядка 500 км. Так как для боя «Буреск» не нужен, то ему следовало отправиться на юг, и ждать «Эмден» у острова Симелуэ. А если крейсер, по очевидным причинам, будет долго отсутствовать, то идти в нейтральный порт.
Разминувшись с угольщиком, «Эмден» устремился на 20 узлах к Пенангу. 27 октября весь экипаж собрался на корме. Там они узнали детали и цели плана, для которого они готовили корабль последнею неделю. Мюллер предупредил их, что тут будет не Мадрас. Где можно было открыто зайти, пострелять, и уйти. В Пенанге потребуется высокая координация и мастерство, без которых ловко покинуть гавань не получится.
В течении ночи с 27 на 28 октября «Эмден» старательно держал скорость, чтобы подойти чётко на рассвете. В 2 часа ночи показались огни маяка и Лаутербах, как частый гость этой гавани ещё с торгового флота, взял на себя лоцманские функции. На скорости в 17 узлов «Эмден» промчал мимо лоцманской лодки, шедшей к яркому пароходу впереди. Но никаких подозрений возникнуть не должно, ведь четвёртая труба и светомаскировка заставит любого принять немцев за «Ярмут». В 4:50 «Эмден» был на позиции. Гавань, как и Мадрас, ярко сияла огнями и заливалась светом, словно никакой опасности и нет. С командного пункта матросам, которые занимались наблюдением, пришёл новый приказ:
Орудийные расчёты были полностью готовы, торпеды заряжены, наводчики на местах. Лёгкий крейсер шел по гавани к месту, где по идее должны находиться боевые корабли. А ожидались как минимум французские «Монкальм» и «Дуплекс». С первыми лучами солнца тёмные силуэты утыканные лампочками, превратились в черные громадины кораблей. Первым оказался русский броненосец «Жемчуг».
В 5:13 «Эмден» произвёл пуск торпеды в «Жемчуг», палуба на корме корабля подскочила вверх. А затем начали стрелять пушки «Эмдена» обрабатывая «Жемчуг» с носа до кормы. «Эмден» продолжал двигаться, активно маневрируя, чтобы не запутаться в торговых судах, снующих по гавани. Через несколько минут, когда все русские проснулись, над кораблём пролетели несколько снарядов с «Жемчуга», и угодили в пароходы на побережье. «Эмден» принялся заворачивать другим бортом, с целью выпустить по «Жемчугу» вторую торпеду и заставит его замолчать. В 05:28 вторая торпеда попала в «Жемчуг», чьи остатки взмыли в воздух, падая по всей акватории.
Расправившись с «Жемчугом» «Эмден принялся искать новую цель, но в лучах рассвета засуетились тени новых боевых кораблей. Судя по размерам — торпедоносцев. Более того, прямо на немцев шло серое судно, тоже принятое за торпедоносец. В ходе резкого маневра, «Эмден» дал залп с борта, но промазал. Но оказалось что это хорошо, так как судно было всего лишь правительственной яхтой, которая от таких действий поспешила скорее прочь с курса крейсера. Путь из гавани был открыт, и Мюллер поспешил прочь из гавани, где он разворошил осиное гнездо.
Пройдя гряду мелких островков, и выйдя в открытое море, экипажу было приказано собраться на носу корабля. Там старпом Мюке подвёл итоги сражения. Если вкратце, то итогом была гордость и ликование немецкого экипажа, вновь заставшего противника врасплох и выйдя сухим из воды.
Но едва только моряки расслабились, как прозвучал новый сигнал тревоги. 7:00, экипаж снова бросился по боевым местам готовя пушки к бою. Их курс пересекал довольно крупный корабль, но вскоре наблюдатели смоли его оценить. Кораблём оказался английский транспорт «Глентаррет». Заскучавший за прошедшею неделю Лаутербах, потирая ладоши, уже собирал вещи. Через полчаса абордажная команда уже была на борту англичан, с удивлением узнавших, что на подходе к английскому порту их встречает немецкий крейсер.
Но не успев распробовать добычу, абордажные ребята были отозваны. Наблюдатели «Эмдена» заметили приближающийся корабль, и на этот раз точно военный. Извинившись за беспокойство и пожелав скорой встречи, Лаутербах спешно вернулся на «Эмден».
Сблизившись до семи тысяч метров, немцы распознали в приближающемся корабле торпедоносец. Французский триколор гордо развивался на ветру, но торпедоносец шел немного странно. Либо его капитан отчаянный человек, готовый идти в лобовую атаку. Либо он принял «Эмден» за «Ярмут» из-за трубы. В любом случае «Эмден», повернувшись бортом, дал по французу залп с 4300 метров. Тут-то фраер сдал назад, хотя шансы совершить торпедную атаку были немалые. Торпедоносец начал разворачиваться назад, продолжая находиться под обстрелом лёгкого крейсера. Третий залп накрыл француза, и далее попадания посыпались одно за другим. Котлы торпедоносца взорвались, и корабль потерял всякий ход. Однако французы не сдавались, немногочисленные орудия сделали несколько ответных выстрелов, а торпеды были пущены в «Эмден». Однако безрезультатно. Десятый залп поставил жирную точку в этой истории. Мюллер приказал прекратить огонь, всё было кончено. Однако на корабле остались выжившие, и несмотря на отсутствие белого флага, следовало начать спасать французов. «Эмден» сблизился с остовом корабля и начал спускать шлюпки. Правда с небольшой паузой, так как шлюпки следовало освободить от морской воды, которая там была на случай пожара на борту. С приближением немецких шлюпок, уцелевшие французы начали расплываться в стороны в страхе. Похоже что они боялись расстрела, но видя как их товарищей бережно спасают, изменили мнение. Тем не менее один предпочёл вплавь вернуться на берег, что кстати, и сделал. Из семидесяти шести членов экипажа «Мушкета», «Эмден» спас только тридцать шесть, включая одного офицера. Двенадцать были ранены, один серьезно.
Немцы, прямо как у Михалкова, начали угощать гостей шоколадками и сигаретами. Баварского не дали, но французы похоже вошли в положение. Из разговоров выяснилось, что «Мушкет» (Mousquet) был водоизмещением 310 тонн. Построили его в 1902 году с одним орудием калибра 6,5 см и шестью орудиями калибра 4,7 см, а ещё двумя торпедными аппаратами. Также французы рассказали что после взрыва котлов давление воздуха буквально выстрелило часть экипажа из корабля. Капитан Феликс Александр Жюль Теройн получил серьёзное ранение, несовместимое с жизнью. И предпочёл погибнуть вместе со своим кораблём. Самому же «Эмдену» уже пора как можно скорее покидать регион. Так как из гавани уже вышел однотипный с «Мушкетом» торпедоносец «Пистолет» (Pistolet) и «Фронд», и они намерены навести ещё более крупные силы на след немцев.
«Эмден» мчался прочь на двадцати узлах, однако «Фронд» не отставал, постоянно отправляя радиосообщения другим силам флота. Мюллер уже с грустью начал надеяться, что по курсу не окажется никаких боевых кораблей. А «Фронд» будет вынужден прекратить погоню по истечению угля. Но все решилось быстрее. тропический ливень сплошной стеной снизил видимость, дав «Эмдену» возможность скрыться. Экипажу вновь повезло.
Не повезло двоим французам, ночью они скончались от ран. Утром, 29 октября, они были с почестями отправлены в последний путь. Экипаж «Эмдена» был парадно одет, французские моряки получили чистую немецкую форму. Тела были завёрнуты во французский флаг. Двигатели крейсера были заглушены, дабы их шум не мешал церемонии. Перед собравшимися с короткой речью выступил Мюллер. И как настоящий джентльмен, он это сделал на немецком и французском языке. После молитвы тела были переданы морю под троекратный залп орудий что их погубили.
В ночь на 30 октября скончался ещё один матрос с «Мушкета», вскоре также похороненный с почестями. «Эмден» спешил найти хоть какой-нибудь корабль чтобы тот доставил французов в госпиталь. Так как на лёгком крейсере, при всем желании его врачей и экипажа, нет возможности оказать полноценную помощь. Особенно в условиях тропической жары. И какой-нибудь корабль нашёлся, им оказался английский «Ньюбурн». Остановленный обычным уже способом, капитан получил необычные указания. Вместо ожидаемого пакования чемоданов и покидания корабля, следовало доставить тридцать три француза в ближайший госпиталь. С французов же требовалось обещание не сражаться больше против Германии.
Сердечно попрощавшись с немцами, французы на «Ньюбурне» пошли в закат, разрезая глубокое синее море. «Эмден» же, убедившись что покинул зону видимости «Ньюбурна», лёг на истинный курс к «Буреску» у острова Симелуэ. Уже 31 октября крейсер был на месте, там же был и угольщик, всё сработано точно по плану. На следующий день более сорока моряков получили награды и повышения, и принялись за работу. Награды наградами, а уголь сам себя не переместит.
Вскоре показался голландский парусник, но из-за полного штиля, ему пришлось еле еле идти на своём моторчике. Приближаясь к «Эмдену» он пропитал весь окружающий воздух вонючими бензиновыми парами. На корабле оказался представитель голландской колониальной администрации, который попросил встретиться с командиром корабля. Конечно же Мюллер любезно встретил гостя и угостил его виски. В ходе задушевного разговора голландец сказал, что его отправили с проверкой. Дескать не нарушает ли «Эмден» территориальные воды Голландии, ведь свою единственную в 3 месяца попытку он уже истратил. А ещё он сообщил новости, среди которых вступление Португалии в войну против Германии. Однако это была ошибка, видимо из-за слухов и домыслов голландец принял стычки немцев и португальцев в юго-западной Африке и Анголе в частности, за полноценную войну. Но ни он, ни Мюллер этого не знали.
Ещё немцы узнали о тяжёлом положении Циндао, взятого в осаду японскими силами. Голландец покинул «Эмден» в 15:00 в прекрасном настроении и, пожелав немцам успехов, уплыл восвояси. Немцы же, закончив через пару часов погрузку, устремились в пролив между Явой и Суматрой.
Там они собирались поймать ещё кораблей, и желательно японских.
Следующая часть будет финальной...
Подписывайся на телеграм-канал Cat_Cat, чтобы не пропустить интересные посты
НА КОРМ КОТИКАМ ---> 💰