История
January 27

Империя против Святого Престола. Часть 2

Первая часть

Снятие отлучения с Генриха IV, мало повлияло на решимость противников лишить его короны и 15 марта 1077 года в Форхайме князья оппозиционеры избрали антикороля Рудольфа. Основой поддержки нового антикороля стала, внезапно, Саксония, в то время как Генрих опирался на князей церкви, города и мелкопоместное рыцарство. Два следующих года война шла не очень успешно для Генриха, но разобщенность антиимператорской оппозиции позволяла ему сосредоточиться на борьбе с саксонцами и Рудольфом. Папа Григорий, наблюдавший из Рима и выжидавший, в январе 1080 года, после очередного поражения императора, решил, что победитель таки определился и встал на сторону Рудольфа, отлучив Генриха. Более того, преисполнившись важности, на Священном Синоде он провозгласил, что теперь права инвеституры лишались все светские владыки на любом уровне, а также назначил новый порядок их назначения. Мало этого, так Папа Григорий, считая себя уже победившим, стал ставить своих людей на уже занятые имперские кафедры, что противоречило всем существующим церковным законам.

Новое отлучение Генриха вызвало недоумение и у светских князей Империи, и у её жителей, так как император не нарушал никаких договоренностей с папством. А имперские князья церкви вновь устроили бугурт из-за отзыва инвеституры у императора. Поэтому был созван собор в Бриксене, куда был приглашён и император Генрих, и отлучили Папу Григория от церкви, избрав своего антипапу Климента III - равеннского архиепископа Виберта, по совместительству главу антигригорианской оппозиции. Поэтому, когда в октябре того же года антикороль Рудольф проиграл Генриху сражение и, не пережив позора и отсечения руки, умер, оппозиция развалилась и почти год занималась внутренней грызней, так как нового сильного лидера у неё не было. Карта Папы была бита, а у Генриха оказались развязаны руки.

Пока враги собирались с мыслями, Генрих решал, что делать с Папой Римским - в условиях все еще продолжавшейся вялотекущей гражданки он хотел примирения с ним. Даже после выбора имперского антипапы Генрих предлагал Григорию взаимный отказ от всех претензий в обмен на помазание имперской короной в Риме, но наместник Бога на земле был упёрт в своем выборе. Поэтому Генрих понял, что стоит снова лично явиться к Григорию и поговорить, но на этот раз, взяв с собой армию - доброе слово и имперская армия, убеждают лучше, чем просто доброе слово. В апреле 1081 года войска Империи перевалила через Альпы и начали продвижение к Риму. Папа Григорий надеялся, что имперцы завязнут в кампании по подчинению местных владык, поддерживающих папство, но Генрих появился под стенами города уже в мае.

Так как армия была недостаточно сильна для осады или штурма города, император начал кнутом и пряником переманивать местных правителей на свою сторону, вел переговоры с Римским клиром и представителями горожан, стоявших на стороне Григория. Император убеждал, что пришел только для отстаивания своих прав, которые попрал Папа Григорий своим незаконным отлучением, не имеет зла на итальянцев, ибо они введены в заблуждение злочинным Хильдебрандом (Григорием VII), а добрым гражданам стоит обратить внимание, что у антикороля Рудольфа была отсечена в сражении та рука, которой он принес клятву этому самому Григорию. Приведенные доводы выглядели довольно убедительно, поэтому позиции Папы Римского начали резко слабеть. Видя это, Григорий психанул и начал отлучать всех, кто смел вести переговоры с императором, чем еще более усилил позиции Генриха.

Папа Римский Григорий VII

Политические и военные усилия императора позволили за первую половину 1082 год окружить Рим союзными землями, по факту взяв его в осаду без выдвижения войск непосредственно к стенам города. Более того, ему удалось заручиться и поддержкой норманнов Роберта Гвискара, захвативших Сицилию и часть южной Италии, и из-за этого закусившихся, как с базилевсом из далекого Константинополя, так и с Папой Григорием из более близкого Рима (а всё потому, что норманны заключив сделку с папством решили её не выполнять). Не получив решительного превосходства, Генрих в конце 1082 - начале 1083 года начал полноценную осаду вечного города, обстреливая его из осадных машин и моря население голодом.

Настроения внутри Рима были самыми безрадостными, как отмечает хронист “снаружи города война, внутри страх”. Генрих продолжал посылать парламентёров к Григорию, клиру и горожанам с предложением снять осаду в обмен на помазание, и если Папа Римский был непреклонен, то горожане и часть кардиналов перешли на сторону императора. Дальнейшие события путаны: то ли горожане сами сдали одни из ворот имперской армии, то ли осажденные были настолько утомлены, что не заметили ночного штурма, есть и сведения, что римлян обманули, выманив из стен города в полевое сражение, но это видится маловероятным. Так или иначе в 1084 году Генрих торжественно вступил в Рим, где сначала интронизировали антипапу Климента, а сам Климент на Пасху короновал имперской короной Генриха. Но победа была неполной - Григорий заперся в замке Святого Ангела и отказался оттуда выходить. Хуже того, в обмен на признание законными претензий Роберта Гвискара на земли южной Италии, он добился помощи от норманнов, чья армия выступила в поход на Рим.

Защитник святой церкви Роберт Гвискар

Ослабленная после длительной осады имперская армия в мае вынуждена была отступить из Рима, так как силы норманнов превосходили их численно, а император не собирался попадаться в ловушку в городе. Гвискар, поднявший на знамя похода освобождение истинного Папы из заточения, объявил всех горожан мятежниками, недостойными милости. Горожане Рима хорошо понимали, что их ждет и оставались верны своим новым клятвам верности, но тем не менее без имперской армии их сопротивление было обречено на провал. Ворвавшиеся в город норманны устроили такой разгул грабежа и насилия, закономерно переросший в пожар, которого Рим по мнению, как наблюдателей, так и историков, не знал за всю историю - город выгорел почти целиком. Уцелевшие в этом “акте благочестия” жители не испытывали к Гвискару, норманнам и их союзнику Папе Григорию ничего кроме ненависти. Поэтому он предпочел убраться из города вместе с отступившими с горами награбленного добра норманнами. Антипапа Климент снова возвратился в Рим, где и осел до 1094 года, периодически выбиваемый оттуда, но обязательно возвращавшийся. На протяжении следующих 16 лет в мире было два Папы - имперский антипапа Климент и, находящийся большую часть времени где угодно, но не в Риме, римский (Папа Урбан II поэтому и объявлял Первый крестовый поход в Клермоне, так как на тот момент не контролировал Рим).

Средневековая гравюра. Верх: император Генрих IV и антипапа Климент III выгоняют Григория VII, низ: прелаты церкви решают как быть и кончина Григория VII в Салерно. Сожжение города норманнами, союзными Папе Григорию, тактично опущено.

Казалось бы, конфликт решен - союзный Генриху Папа сидит в Риме, сам Генрих возвращается в Германию для окончательного наведения порядка, но Григорий VII всё еще не лишился поддержки и крепко держался на юге полуострова. Вернувшись в Германию, император сумел подавить последние очаги восстания, воспользовавшись правом инвеституры назначил верных ему прелатов церкви и даже женился на дочери киевского князя Всеволода. Жизнь явно налаживалась, но в 1090 году ему снова пришлось вернуться в Италию, чтобы выгнать из Рима Папу Урбана II и вернуть на апостольский престол Климента. А тут еще двое противников Генриха - Матильда Тосканская (последовательная союзница папства) и сын баварского герцога Вельфа (последовательный враг Генриха) сыграли свадьбу. Их объединенные армии перекрыли альпийские проходы и на 3 года (до 1096) заперли Генриха в Италии, не способного влиять на ситуацию в стране, где все катилось по наклонной.

Наследник Генриха - Конрад под влиянием оппозиционных князей встал на сторону Папы Урбана в обмен на обещание имперской короны, отрекся от отца и стал распространять слухи, что тот сектант и с Папой борется из-за ненависти к истинному христианству. Но в 1096 году вместе с браком распался союз Матильды и Вельфа, благодаря чему Генрих смог помириться с мятежным герцогом, вернуться в Германию и лишить всех престолов мятежного сына, провозгласив своим наследником 12-летнего Генриха. Но мира это не прибавило, так как вялотекущая гражданка и не думала прекращаться.

Новый Папа Римский Пасхалий II, желающий довести до логического конца борьбу с Генрихом, начал рассылать своих эмиссаров к князьям СРИ, в том числе и наследнику престола - Генриху. Обещая пряник - свою поддержку молодому наследнику в обретении имперской короны в обмен на признание папской инвеституры, Пасхалий показывал и кнут - отлучил в 1102 году Генриха IV от церкви, намекнув его наследнику, что у сына трижды отлученного без поддержки Папы гарантий занятия престола вообще никаких.

И в 1104 году все переговоры дали свои плоды - Генрих сбежал от своего отца в, внезапно, Саксонию, готовую принять любого мятежника против центральной власти (потом, когда Генрих станет правителем будут ведь против него сражаться, но враг моего врага мой друг), где, как король Германии, официально стал именовать себя Генрихом V. В течение года шли политические и военные манёвры, завершившиеся созывом Рейхстага в Майнце, где отец и сын должны были представить князьям доводы, почему именно он должен править. Генрих V, не дожидаясь Рейхстага, сумел обманом поймать отца и заточить в крепости, где вынудил того отдать императорские инсигнии и подписать отречение от престола. Правда выйдя из заточения Генрих IV ту же отказался от отречения и устроил очередную гражданку, но неожиданно умер через год, тем и разрешив конфликт.

Казалось бы, вот теперь-то победа папства в длительной борьбе, но, более-менее укрепившись на троне, Генрих V отказался следовать решениям соборов и своим собственным обещаниям и отказался признавать право папства на инвеституру, так как оно противоречило интересам Империи. Пасхалий пытался вразумить молодого короля, но тот решил в стиле отца отправиться в Италию, дабы добрым словом убедить Пасхалия в том, что он не прав, а заодно, чтобы дважды не ходить, короноваться в Риме. Когда Генрих V в сопровождении армии двинулся на юг, Папа Римский, вспомнивший чем закончился приход в Италию его отца, решил по-быстрому договориться (кроме того не последнюю роль сыграл и тот факт, что пока длилось противостояние имперское рыцарство практически не участвовало в крестоносном движении).

Посланные к императору легаты предложили тому за отказ от инвеституры отказ прелатов церкви от ленных владений и, связанных с ними привилегий, и, естественно, коронацию в Риме. Такое предложение в полной мере устраивало Генриха и в Сутри был заключен соответствующий договор. И вот опять казалось, что наконец-то конфликт разрешён, но, когда во время церемонии помазания на царство был зачитан текст договора, в соборе воцарилась суматоха - кардиналы и епископы стали громко выражать свое неудовольство его пунктами. Пасхалий, видимо, посчитавший это счастливой возможностью добиться уступок от Генриха, прекратил церемонию, но не рассчитал решительности императора. Генрих пришел в ярость от такого нарушения договорённостей и приказал арестовать Папу и кардиналов, после чего вывести их из города, где они могли рассчитывать на поддержку народа.

Генрих V отдает приказ об аресте папы Пасхалия

Два месяца высшее католическое духовенство томилось в плену у Генриха V, пока не согласились полностью отказаться от прав на инвеституру и никогда не отлучать его от церкви. Сын учел ошибки отца, но вы ведь понимаете, что это ровным счетом ничего не изменило.

Довольный Генрих удалился в Германию, а католический клир, после того как последний имперский солдат покинул территорию Италии, потребовал от Пасхалия разрыва позорного договора. Пасхалий, не желавший снова испытывать гостеприимство Генриха, прикинулся ветошью и “разрешил” очередному Латеранскому собору самому решить вопрос о разрыве договора в Сутри и отлучении Генриха. Оба вопроса были решены собором положительно, естественно спровоцировав целую серию восстаний по всей Империи (в том числе и в Саксонии, кто бы сомневался), в подавлении которых Генрих завяз на следующие 5 лет. В 1118 году Генриха на Соборе в присутствии имперских князей церкви (назначенных во время ослабления контроля императора за инвеститурой) Генриха вторично отлучили от церкви, видимо надеясь, что так его Сатана точно приберет к себе. Но разделавшийся на время с оппозицией Генрих, решил, что “хватит это терпеть” и снова отправился в Италию. В отличии от отца, Генрих действовал не только решительно, но и быстро: пройдя бодрым маршем, захватил Рим, выгнав оттуда Пасхалия, который не выдержал унижения и умер.

Кардиналы попытались тайно от императора избрать нового папу, но сторонники Генриха узнали об этом, вынесли ворота церкви, где проходил конклав, и после избиения ногами недостойного лжепапы Геласия II заключили его в тюрьму. Правда томиться в темнице ему пришлось недолго - сторонники Папы во главе с городским префектом уже на следующий день освободили Геласия. Узнав об этом цирке, Генрих вернулся с севера Италии в Рим и предложил Геласию компромисс - повторное рукоположение Папы в присутствии императора и, соответственно, его легализацию. Но Геласий, драпанувший из города в направлении Франции, где были сильны позиции реформаторов, отказался, поэтому Генрих организовал выборы своего антипапы Григория VIII (знатно потроллив папистов, выбором интронизационного имени в честь много насолившего его отцу Григория VII). Все эти события подорвали здоровье Геласия и, не добравшись всего ничего до аббатства Клюни, он отдал Богу душу, перед этим успев для надёжности отлучить в третий раз Генриха.

Новый Папа Каликст II видел бесперспективность всей этой борьбы и попытался через французского короля организовать переговоры с императором, которые должны были пройти близ Реймса. Каликст предлагал в обмен на отказ от инвеституры императором, принятие прелатами церкви всех обязанностей и привилегий, связанных с владением лена в Империи. Это предложение в принципе устраивало обе стороны, но Папа Римский на встречу не явился, опасаясь, что 30-тысячная армия, которую Генрих привел с собой, тут не к добру. Обвинив императора в срыве переговоров, Собор в Реймсе отлучил и антипапу Григория VIII и, чтобы уж наверняка, в четвертый раз Генриха V, чем, о ирония, он превзошел своего папку по общему количеству отлучений, а по количеству одновременных и вовсе стал абсолютным чемпионом.

Не смотря на это, позиции Генриха “четырежды отлученного” внутри Империи были довольно твердыми - в отличии от отца, опиравшегося в основном на князей церкви и городское население, его безоговорочно поддерживала большая часть швабских землевладельцев, ставших ядром поддержки императора, а также многие светские князья, видевшие в амбициях папства угрозу влиянию не только Империи, но и их личному. Не добившись примирения, Генрих вернулся в Германию, где снова пришлось раздавать целительных поджопников, поднявшим мятеж, князьям северной Германии и, вы таки не поверите, Саксонии. Но вечная гражданская война, а она длилась по факту уже 50 лет и воевали уже внуки тех, кто её зачинал, порядком всем надоела и встретившиеся имперская армия и саксонцы, после дефелирования друг перед другом, отступили, а император и князья собрались для решения всех проблем на съезд.

Пока Генрих занимался внутреимперскими делами, Каликст, заручившись поддержкой норманнов с юга Италии, сумел захватить и Рим, и антипапу Григория, поэтому на съезде князей в Вюрцбурге, прибывшие легаты Папы, действовали с сильной позиции. Общие условия мира были аналогичны предложенным в Реймсе, но еще год ушел на взаимную утряску пунктов соглашения. Итогом стало заключение в Вормсе конкордата между папством и императором, по которому последний отказывался от права инвеституры — наделение духовным саном теперь осуществлялось исключительно Папой Римским, но наделение леном было исключительно в руках императора, при этом князья церкви сохраняли все вассальные обязательства перед Империей. Естественно заключение конкордата снимало с императора отлучение.

В целом, компромисс устроил обе стороны, так как церковь не получала абсолютного контроля над имперскими князьями церкви, но и император больше не мог вмешиваться в дела папского престола. Церковь наконец получила окончательную (как ей казалось) независимость от мирских владык и теперь (опять же, как казалось) должна была сделать следующий шаг к исполнению мечты Григория VII о примате духовной власти над мирской. Идея же христианской универсальной Империи, как внутренней сути СРИ, её миссии, и так уже сильно потрепанная, окончательно потерпела поражение.

Подписывайся на телеграм-канал Cat_Cat, чтобы не пропустить интересные посты

НА КОРМ КОТИКАМ ---> 💰