Иудейские войны 4. Конец Иудеи

«Наша жизнь создается выбором, который мы делаем. Сначала мы делаем выбор. Потом наш выбор делает нас.»
Анна Франк

Поражение иудейского восстания против римского владычества стало одним из основополагающих событий в истории еврейского народа. Последствия поражения во многом сформировали религиозные и культурные особенности еврейского народа, собрав его заново из руин, оставленных великой трагедией. Римляне вырвали из груди народа Иудеи его сердце – Иерусалимский Храм, стёрли с лица земли сам храмовый город и ввели множество репрессивных мер. Но главная трагедия была ещё впереди.

Потеря Иерусалима и Храма стали тяжелейшим ударом по иудеям, ввергнув народ израилев в неопределённость. Уничтожив Храм, римляне разом уничтожили и структуру общества, существовавшую более полутысячи лет. Казавшееся вечным противостояние фарисеев и саддукеев разом потеряло смысл. Священническая аристократия, или саддукеи, потеряли то единственное, что давало им власть – службу в Храме. Их радикальная приверженность нерушимости заповедей Торы больше не имела смысла, так как Храма больше не было… Негде было проводить священнодействия, негде было приносить в жертву животных. Не имея власти, они вынуждены были либо раствориться среди еврейского народа, пользуясь лишь властью, что даровали деньги, которые они успели скопить, либо "выкреститься" и стать римскими нобилями, как, например, наместник Египта Тиберий Юлий Александр. Оба пути практически исключили их влияние на еврейскую общину.

Но потеря старых лидеров не привела к разрушению единства евреев, т.к. внутри еврейского народа уже давно вызревали представления о необходимости изменений. Речь конечно же о фарисеях. Они ведь не просто были противниками всевластия саддукев, а религиозной партией изменений. В их видении многие положения Торы устарели и не отвечали дню сегодняшнему. Но вместо отрицания их они предлагали более широкие толкования норм писания – Тора не устарела, но устарели прямые толкования её текста. При таком подходе важным становились личности самих толкователей, так как мудрое толкование норм Торы могло решить множество проблем ещё до их наступления. Таким образом среди фарисеев формировался раввинистический иудаизм, где роль раввинов была даже выше, нежели в Храмовой общине первосвященников. Они были и священниками, и судьями, и советчиками в трудных жизненных ситуациях. И именно им пришлось собирать заново осколки народа Иудеи после трагедии уничтожения Храма.

Учение фарисеев было широко распространено как в Иудее, так и особенно за её пределами, так как предполагало возможность осуществления части обрядов не в Храме, а в молельном доме – синагоге. Такой подход стал спасением для многих удалённых иудейских общин, распространившихся по Ближнему Востоку вместе с персидскими и греческими армиями. Поэтому именно среди общин диаспоры и нашлись те равнины, что по кусочкам собирали вновь иудейский народ в единое целое. Евреи уже однажды теряли Храм, и в тот раз они выжили и сохранили веру, а значит и в этот раз следует сделать так же.

Римские власти после подавления восстания приняли вполне логичное решение, что народ Иудеи должен понести образцово-показательное наказание. Уничтожение Иерусалима и Храма было лишь частью его. Римляне запретили восстановление города и Храма, запретили селиться в его округе евреям, а на руинах был выстроен лагерь X легиона. Все заподозренные в сочувствии восставшим арестовывались, а их имущество конфисковывалось в пользу государства. Кроме этого, за восстание должен был заплатить весь еврейский народ – теперь прежний налог в 2 драхмы, отсылаемый евреями в Храм, должен был передаваться в пользу храма Юпитера Капитолийского в Риме. Это было чрезвычайно унизительно для монотеистической религии – спонсировать храм ложного божества.

Изменилось и отношение к евреям. Всегда настороженное, на Ближнем Востоке оно сменилось недоверием, а кое-где и открытой ненавистью, что ещё сыграет свою роль в будущем. Пока же, несмотря на все меры наказания, римляне не стали полностью уничтожать общину Иудеи. Вместо почившего вместе с Иерусалимом Синедриона, евреям было позволено создать новый орган самоуправления общины – Совет старейшин, заседавший в городе Ямнии. В этот орган входило 72 наиболее авторитетных представителя общины, выбранных ею самой. Совет имел право административного управления и суда над иудеями, но ровно до момента, если его решения не расходились с решениями наместника. Совет, как и все иудеи, пользовались полной защитой римских законов в части вероисповедания.

И именно вероисповедание и стало основной сферой деятельности Совета Ямнии. Именно благодаря деятельности этого Совета сформировался в окончательном виде синагогальный канон, для чего раввины утвердили самые с их точки зрения правильные формулировки законов, исключив разночтения текстов. Тот иудаизм, что мы знаем, формировался именно в этот момент. И хотя Совет и располагался в Иудее, рост роли диаспоры в жизни общины становился всё более явственным - именно из неё происходили многие раввины в Совете, она была богаче разорённой войной Иудеи, а потому вскоре именно диаспора стала задавать тренды. И именно в диаспоре, практически не пострадавшей в ходе войны, как бы это ни было парадоксальным, зародились семена нового восстания. Причем началось оно за пределами Римской Империи.

Война диаспоры или Иудейская война №2

Император Траян в основном известен тем, что он присоединил к Риму последнюю провинцию – Дакию. Куда менее известен он тем, что вёл относительно успешную войну с Парфией. Почему относительно? Потому, что хотя римские войска и захватили в 115 году Месопотамию, это сразу же вызвало крупное восстание в их тылу, где не последнюю скрипку играли иудеи. Несложно догадаться, что вел их в бой не парфянский патриотизм, а желание отомстить за Иерусалим и страх, что их самих ждёт то же, что евреев Иудеи. Восставшие сумели даже разгромить одну из римских армий, прежде чем восстание было подавлено, а крупнейшие города Месопотамии, поддержавшие восставших, сожжены.

Стоит отметить, что общины, проживавшие за пределами Иудеи, были чрезвычайно велики: если оценка в 6 миллионов евреев, проживавших в Империи, верна, то по всему востоку за пределами Иудеи проживало ещё примерно 3 миллиона. Известия о восстании и его победах быстро достигли этих евреев диаспоры, а дальше все пошло как в том анекдоте "я думал, что по всей стране началось, вот и ударил". Среди общин Киренаики распространились слухи, что римлян бьют и пора восставать. Тем более, что отношения с местным эллинизированным населением за прошедшие годы так и не улучшились, и теперь можно было свести давние счёты за всё.

Восстание на Киренаике стало полной неожиданностью для римлян – у них даже не было в регионе войск, так как те были оттянуты из-за парфянской кампании. Поэтому остановить резню, устроенную евреями, было некому. Озлобленность восставших иудеев была такова, что они, согласно римским источникам, уничтожили не менее 200 тысяч римских колонистов и местных эллинов – практически всё нееврейское население провинции. Восставшие разрушали языческие храмы, библиотеки, гимнасеумы и всё, что напоминало о римском и эллинском владычестве. Ужасы же, описанные Дионом Кассием, и вовсе леденят кровь, не иначе самому Кхорну молились восставшие, а не Яхве:

“при этом они поедали их плоть, делали из их кишок пояса, натирали себя их кровью и, содрав с них кожу, надевали ее на себя как одежду; многих они распиливали надвое, начиная с головы; одних они отдавали на растерзание диким зверям, других заставляли биться в качестве гладиаторов”.

Конечно, верить на все 100 % Диону не стоит, всё же он писал с явно проримских позиций, но масштаб резни был впечатляющ. Когда восстание будет подавлено, Кирненаика окажется настолько опустошена, что римляне вынуждены будут проводить кампанию реколонизации.

Закончив с резнёй, восставшие провозгласили своего лидера – то ли Андрея, то ли Луку – царём, и отправились освобождать свою родину от ига оккупантов. То, что между Киренаикой и Иудеей лежал Египет, ничуть восставших не волновало – там тоже жило немало угнетаемых иудеев. Египетский наместник Марк Рутилий Луп имел на руках два легиона, XXII Дейотаров и III Киренаикский, и мог сам выбрать место и время, где разгромить восставших. Вместо этого он решил вырезать евреев в Александрии. Евреи вырезаться не пожелали, заперлись в своих кварталах и держали оборону, причём им на помощь выступили евреи из сельской местности, а с другой стороны войска наместника теснили восставшие с Киренаики. Тактика Лупа потерпела фиаско, и римляне вынуждены были отступить от Александрии, где озверевшие евреи попытались устроить в ответ резню греков, но те тоже заперлись в своих кварталах и сдаваться не желали. Поэтому их подожгли! А ещё сожгли языческие храмы, разграбили гробницу Помпея (ъуъ!), и чудо лишь спасло тогда Библиотеку.

Восставшие пытались просочиться в Иудею, но римские войска таки сумели собраться и удержать большую часть восставших в Египте, прежде чем в 117 году из Рима прибыли войска для подавления мятежа. Почти год длилась очистка Египта от банд иудеев, пока, наконец, последние их отряды не были уничтожены. Та часть мятежников из Египта, что сумели всё же просочиться в Иудею и попытались поднять её на борьбу, были разочарованы эффектом – народ с неохотой поддержал их. Поэтому, закончив в Египте, римляне пришли по их душу и осадили в городе Лидда. После его успешного штурма все зачинщики мятежа были казнены.

Параллельно с этим восстанием запылал и Кипр. Там местные евреи уничтожили всё греко-латинское население острова, что составляло порядка 240 тысяч человек. Точно так же восставшие разоряли языческие храмы и другие признаки Pax Romana. И точно так же в 117 году римляне утопили евреев в крови. Суммарные потери еврейского населения в этом восстании очень приблизительно можно оценить в полмиллиона-миллион человек, напомню, что население Империи было примерно 60 миллионов. Для диаспоры это восстание имело тяжелые последствия. Во всех охваченных мятежом землях вводился запрет на проживание там евреев. Недоверие к евреям выросло многократно: они изгонялись из администраций, их бросали в тюрьмы по подозрению в измене, лишали имущества и, нередко, жизни. Евреи сами уничтожили так долго восстанавливавшееся нормальное отношение к ним после первой Иудейской войны. Но именно это им и не было нужно. Поражения этих восстаний ничуть не охладили религиозный пыл евреев, желавших освобождения земли Обетованной от оккупантов. И это запрограммировало случившуюся в конце концов трагедию.

Война, что закончит все войны, или Иудейская война №3

Пересуды о пророчестве Даниила никогда не прекращались среди иудеев, но после поражения второго восстания, конечно же, появились новые трактовки дат. Второй Храм был восстановлен через 70 лет после первого, а как раз близится эта дата. Эсхатологическое ожидание избавления было всё ещё сильно, и даже некоторые раввины поддерживали его, не в силах прозреть горькую истину, что народу израилеву не победить Империю. Именно религиозному пылу и можно приписать ту настойчивость в попытках достижения цели иудеями. Ведь, если второе восстание началось под влиянием слухов о катастрофическом поражении римлян в Месопотамии, то к концу 120-х годов Рим снова был силён. Никаких признаков ослабления Империи не было – ни крупных поражений, ни серьёзных восстаний. Да, Адриан не вёл столь же агрессивной политики, как его предшественник, но и за слабость это принять трудно. Да и задумывались ли вообще иудеи о таких вещах? Скорее всего, нет. Но кое-какие уроки они всё же вынесли – в отличии от предыдущих восстаний к следующему стали готовиться основательно, ведь с самого начала у него был единый лидер – Бар-Кохба.

Подготовку к новому восстанию начали где-то во второй половине 120-х годов. При этом иудеи проявили достаточную хитрость и изворотливость. Римляне установили плотный контроль за изготовлением военной продукции кузнецами, что препятствовало изготовлению оружия для восстания. Тогда, кузнецам было предложено делать плохие мечи – римские заказчики будут непременно отказываться от таких и требовать сделать нормальный. Тогда плохой меч отправлялся в схрон, а кузнец делал хороший для римлян. Ну, вы поняли. Они собирались воевать оружием плохого качества. То же, вероятно, было и с доспехами. Заготовить стрелы и копья было несколько проще, но тоже требовало высокого уровня конспирации. И о том, что он был достигнут, отлично говорит тот факт, что всё вышеописанное римляне осознали уже после восстания. До этого же никаких признаков готовящегося бунта они не выявили, иначе произошло бы усиление контингента.

Но вместо этого император Адриан готовил масштабную программу реконструкции Иудеи, для чего он прибыл лично в провинцию. Это был обычный римский подход – если кто-то не хочет интегрироваться, то застрой ему всю страну римскими зданиями, и он сам по себе начнёт романизироваться. Заковыка тут была в том, что для евреев романизация означала отказ от самих основ своего бытия, от собственной идентичности. Собственно, в той же чисто римской логике был и закон Адриана о запрете обрезания – ну не видели римляне принципиальной разницы между отрезанием крайней плоти и всего пинуса!

Иудеи римской политики тоже не понимали, а потому верили, что Адриан едет, чтобы сообщить о восстановлении Иерусалима и Храма. А вместо этого римляне строят на месте Иерусалима колонию для отслуживших солдат – Элию Капитолину, а на месте Храма начинают возводить Храм Юпитеру. Это был тяжелейший удар по самосознанию еврейского народа – все его надежды были растоптаны, а умелая пропаганда Бар-Кохбы, которого поддержал и один из наиболее уважаемых раввинов – Рабби Акива, позволила раздуть тлеющие угольки недовольства до степени пожара.

Собственно, повод для восстания был уже и не особо важен, по всей вероятности, сигналом к нему послужил отъезд императора Адриана из Иудеи. Бар-Кохба, поднимая народ на восстание, по максимуму использовал символизм – первые выступления мятежников под его руководством прошли в городе Модиина, где зародилось восстание Маккавеев против селевкидов. Как и во время первой Иудейской войны, римляне в начале фатально недооценили силу восстания. Бар-Кохба вёл преимущественно партизанские действия, не вступая в прямую конфронтацию, но выдавливая римлян из стратегических узлов, где сразу же укреплялись восставшие. В этот момент до наместника что-то, видимо, дошло, и он послал в Рим запрос на подмогу, но восстание уже захлестнуло провинцию. Иудеи оказались настолько успешны, что сумели выбить X Стремительный легион из его лагеря в бывшем Иерусалиме и занять город. Здесь Бар-Кохбу посвятили в царя Иудеи и объявили тем самым мессией, что наконец-то освободит Иудею от римлян. Опять же – этот жест имел глубокий символизм, так как теперь любой иудей самой верой обязан был последовать за Бар-Кохбой.

Но, как выяснилось не любой. Именно к этому моменту можно отнести начало серьёзного размежевания христианства и иудаизма. Гонимые римлянами ещё со времён Нерона христиане имели немалую общину среди жителей Иудеи и считались тру евреями всего-лишь ещё одной сектой. Но если вера иудеев предполагала существование пророка, что освободит Израиль, то вот по христианской доктрине Иисус был последним пророком, и Бар-Кохба никак не мог являться им. Таким образом, шаг, который ещё больше увеличил влияние Бар-Кохбы на евреев, в то же время отвернул от него и от восстания значительную часть христиан. Тем не менее, успехи восстания были очевидны, а кровь неевреев текла рекой, так как на земле Иудеи не должно было остаться ни одного чужака. Тем временем, памятуя о прошлом восстании, римляне начали перебрасывать силы на восток, при этом увеличивая присутствие не только в Сирии, откуда, как и 60 лет назад Веспасиан, предстояло разворачивать наступление, но и в других местах проживания общин евреев, просто на всякий случай.

Для войны против евреев на восток перекидывались VI Железный и XXII Дейотара легионы и вексилляции еще не менее чем девяти легионов. Общая численность римских войск составила 60 тысяч. Командовать этой группировкой поставили лучшего военачальника Империи - Секста Юлия Севера, до этого воевавшего в Британии. Вся эта мощь должна была обрушиться на численное превосходящих мятежников. К сожалению нам неизвестна ни их точная численность, ни точный ход войны. Можно только предполагать, что наступление развивалось по схожему с Веспасианом плану. Но вот что нам точно известно – это чрезвычайно ожесточённый характер войны. Для иудеев с самого начала это была война на уничтожение – либо мы, либо они, другого исхода не предполагалось. И сложно было ожидать от римлян другого ответа, кроме зеркальной жестокости.

Бар-Кохба, по-видимому, был вовсе не дураком и в открытое сражение с римлянами не лез. Ставка была сделана на удержание крепостей и постоянные партизанские действия в тылу у римлян. Иудеи били по самому важному – снабжению. Когда каждая вылазка фуражиров превращается в сражение, когда каждый конвой с припасами может стать жертвой нападения, то приходится выделять силы на их охрану, распылять ресурсы. Видимо, в этот момент Север и принял концепцию выжженной земли. Если легион мог опереться на отлаженную логистическую систему, то восставшие – нет. Уничтожь их посевы, сгони с земли крестьян (в рабство) – и в следующем году они будут голодать. Засыпь колодцы – и им придётся страдать от жажды, уничтожь леса – и им негде будет устраивать засады. Герр Модель нашёл бы в Севере родственную душу.

Римляне максимально жёстко начали зачищать тыл – любое сопротивление каралось смертью. Те же евреи, кто выжил, обращались в рабство. Города, проявившие сопротивление, уничтожались, деревни сжигались, источники отравлялись трупами животных или засыпались, оставляли лишь самый минимум, необходимый для удержания территории. Да, римские легионеры оказывались посреди пустоши, но у них то были корованы, а вот у евреев их не было. Избавившись таким образом от партизанщины в тылу, потом эти действия воспроизводились везде, где ступала нога легионера. Римляне не впервые занимались тотальным экономическим уничтожением территории врага, но впервые они делали это с уже давно римской территорией.

Постепенно методичное наступление приносило такие же разрушения и запустения всюду в Иудее. Даже если римлян потом выбивали с захваченных земель, то удержаться на них не представлялось возможным. Экономическое удушение восстания оказалось чрезвычайно эффективным, и евреям нечего было этому противопоставить. Нет, это не значит, что они не сражались. Отнюдь. На их глазах сбывались худшие пророчества Бар-Кохбы, и они отвечали упорным и фанатичным сопротивлением, заставляя римлян кровью платить за продвижение вперёд. Им даже удалось уничтожить весь XXII легион, а это было не столь частое событие. Подробности нам неизвестны, но можно обоснованно предположить, что легион подловили на марше и вырезали. Тем не менее, никакое сопротивление не могло переломить неумолимой логики войны: за римлянами была практически бесконечная ресурсная база, а у восставших она всё уменьшалась с течением войны.

К 135 году практически вся Иудея была уже в руках римлян. Восставших удалось оттеснить на юго-запад страны, где Бар-Кохба с его приверженцами был осаждён в крепости Бейтар. Это был последний очаг сопротивления, и потому евреи сражались с мрачным фатализмом обречённых. Почти год тянулась эта осада, пока город, наконец, не был взят римлянами. Легионеры не щадили никого. С падением Бейтара восстание было подавлено. Вместо обретения независимости Иудея превратилась в безжизненную пустошь. Большая часть страны была разорена. 500 тысяч евреев были убиты в ходе восстания и еще столько же продано в рабство. Сотни деревень и десятки городов перестали существовать – римляне вполне удовлетворились контролем над мёртвыми землями, так как один слух о случившемся держал в узде десятки других возможных мятежников. Посреди же пустоши, как звезда, сиял отстроенный ещё более величественным город Элия Капитолина.

Именно его мы знаем как Иерусалим сегодня. Евреям было под страхом смертной казни запрещено селиться в его округе. По сути, с учётом того, что еврейское население Иудеи в ходе войны было почти полностью уничтожено, то именно 11 июля 136 года, когда пал Бейтар, можно считать началом катастрофы – евреи лишились своей исторической родины. В последующие годы запрет на поселение евреев будет расширен уже на всю провинцию и продержится почти до самого арабского завоевания. А чтобы окончательно изгнать всякую память о прежних владельцах этих земель, провинция была переименована римлянами в Палестину, по названию древнего народа филистимлян, некогда населявшего её.

Век Иудеи подошёл к концу – мечта об обретении свободы привела евреев к полной потере своей родины и заложила саму основу того вопроса, который спустя почти два тысячелетия спустя один австрийский художник будет решать. Сегодня Бар-Кохба и многие другие лидеры восстаний против Рима – герои иудейской веры. Но если посмотреть на них беспристрастно, то весь их героизм привёл к величайшей трагедии евреев.

Спустя 1812 лет после последней войны с римлянами государство Израиль снова возродится, а в 1967 году евреи вернут город, который был всё это время центром их мироздания — Иерусалим.

Подписывайся на телеграм-канал Cat_Cat, чтобы не пропустить интересные посты

НА КОРМ КОТИКАМ ---> 💰