Технологии изготовления мечей от античности до XX века

Тут стоит немного рассказать про мою статью «Когти орла». Изначально работу о римских мечах я видел примерно в таком ключе, что и обзор средневековых/античных доспехов, но в процессе написания понял, что выборка мечей (а это порядка 150 штук) маловата. Вопрос отложил на дальний срок, ограничившись общеизвестными и наименее «спорными» выводами, потихоньку собирая материал. Как можете видеть ниже к чему это привело, что ж – будем, значит, углубляться в технологии. Тем не менее отмечу, что это промежуточные выводы и к глобальному исследованию я вернусь позднее. Впрочем, и этого мне хватит за глаза, чтобы опровергнуть написанное ниже.

В целом, как я уже неоднократно говорил, сравнение «по технологии изготовления» дело не особо благодарное (чуть ниже вы поймете почему), но тут Камрад указал хотя бы век, с которого стартануло превосходство Средневековых оружейников – XII.

В очередной раз, что называется нарочно не придумаешь, вероятно к XI веку прекратились поставки превосходного сырья из государства Саманидов [1]. Так что к XII веку производство качественных стальных мечей как раз на полшишечки наебнулось, но кто я такой, чтобы спорить с таким УВЕРЕННЫМ менторским тоном, который, РАЗУМЕЕТСЯ, просто не допускает иного толкования. Двенадцатый, так двенадцатый - давайте с него и начнем. Вообще, кузнецы двенадцатого века, наверное, очень бы удивились, узнав о своем неожиданном технологическом рывке, ведь основной технологией создания качественных мечей у них было пресловутое приваривание режущих кромок.

Так, например, сделан меч из кладбища в Дабеке (польская деревня), который датирован XI-XII веками, к сердечнику с содержанием углерода 0,1-0,3 % приварены стальные (0,6-0,7 %) кромки с твердостью 342 по Виккерсу [2].

Также сваренным из нескольких слоев был меч, найденный на берегу реки Адидже в Италии [3], внешние кромки которого были науглерожены до 0,8-0,75 %, в то время как центре преобладали ферритные зерна. При этом микротвердость изменялась от 105 по Виккерсу в центре до 179-181 по краям.

Аналогично выполнен меч из Национального музея Нидерландов (инв.№ 011100) второй половины XII века [4]

Такая же история с мечом XII века из Императорской оружейной палаты в Вене (A.3622)

Учитывая, что эта технология была основной в XII веке, как вы понимаете, я могу приводить очень много примеров.

Ладно, в XII веке не сложилось, пока технологии отработали, не сразу пришел прогресс, но в XIII — верное дело. Как например, меч XIII века, хранящегося в британском музее.

Возможно, эти мечи недостаточной длины, ведь Камрад говорил о рождении именного «длинного меча». Окей, полуторный меч из Шотландии 1410 года рождения [7]

Понимаю, технологии не везде и не всегда распространяются быстро, давайте возьмем меч, произведенный в месте, имеющем достойную репутацию – Золинген. Рапира конца XVI начала XVII века с клеймом «xx IN x SOLINGEN xx» [8]

Давайте еще на сто лет вперед? Рапира из того же исследования XVII-XVIII вв.

Смысла на ней подробно останавливаться нет – она аналогична предыдущему образцу и также выполнена путем сварки твердой режущей кромки и мягкого сердечника. Исследователи особенно отметили мастерство оружейника, у которого в сварном шве мало шлаковых включений.

Абсолютно идентичный процесс изготовления был и у клинков XVI-XVII вв. в Толедо [9], имеющего славу центра производства одних из лучших мечей.

Все, хватит! Давайте к вопросу подойдем радикально [11]. Толедо! Середина XIX века – 1850 год! Офицерский меч!

Режущие кромки снова, блть, приварены к мягкому сердечнику! Так этот исследователь еще ко всему и прочему так нахваливал этот меч, который сочетает в себе свойства твердости и гибкости, что я невольно задался вопросом – он что, не читал Камрада?!

И ладно бы я об этом не писал, так нет - прямо в моей статье, которую Камрад комментирует, приводится фальчион из Брешии [12] XVII века, выполненный мастером Дезенцани (либо Томазо, либо его сын Каллисто) все по той же пресловутой технологии сварки нескольких слоев (виден сварной шов и неметаллические включения в месте проковки).

Я не говорю в принципе о какой-то базе знаний, с которой надо было выходить на дискуссию – банально внимательно прочитать статью, которую взялся комментировать, и задаться вопросом «раз в XVII веке в Брешии фальчион так сделали, может это не просто так?».

Это просто примеры, так же выполнен меч с корабля «Мэри Роуз» (1545 год), меч из частной коллекции XV века [10], масса клинков из польских музеев от XII до XV веков. Я не вижу смысла приводить весь этот пласт клинков, поскольку это будет занудное перечисление одного и того же.

Впрочем, в одном я с Камрадом полностью согласен – это следствие неумения получения качественной стали в размере достаточном для ковки цельного клинка. Когда научились получать качественную сталь большими кусками все эти ухищрения и секреты мастеров-кузнецов тупо оказались никому не нужны. Вот, к примеру, сабли, изготовленные в 1898 году компанией Weyersberg Kirschbaum & Cie для аргентинской кавалерии [13]:

В отличие от всех упомянутых здесь клинков, они не состоят из мягкого сердечника и твердых кромок, а представляют собой однородную сталь высокого качества. Почему клинок из Толедо 1850 года выше изготовлен по «старой» технологии, а эта сабля иначе? Дело в том, что эти замечательные сабли были изготовлены в мартеновской печи, а первую плавку Пьер Мартен сделал 8 апреля 1864 года. Накиньте период распространения и, как раз на рубеже XIX-XX века, можно смело праздновать уверенную победу над античными кузнецами.

Ладно, раз уж мы сегодня собрались, давайте разберем основные технологии изготовления мечей. Как вы понимаете, не все мечи изготовлялись путем сваривания режущих кромок с мягким сердечником. Есть достаточно масштабная типохронология в книге Гжегожа Забински [14], я не буду приводить ее целиком, ограничусь просто иллюстрацией, она достаточно наглядна:

При всем разнообразие типов мечей, для общего понимания достаточно оперировать тремя категориями:

1. Уже известный нам тип мягкого сердечника с приваренными кромками, наиболее популярный и использовавшийся до XIX века
2. Меч, выкованный из одного куска стали. Подразделяется на два подтипа:

2.1. Однородный кусок с характеристиками одинаковыми как для сердечника, так и для краев.

2.2. Поверхностно науглероженный меч.

1. «Узорная сварка» или дамаскирование – меч, у которого сердечник был выполнен из сваренных брусков, к которому как правило приваривали режущие кромки.

Все три способа (за исключением 2.1) необходимы были для сочетания двух качеств – пластичного меча и одновременно твердого по кромкам. И все (ну почти) они на выходе имели сердечник из низкоуглеродистой стали или даже железа и более твердые режущие части. В случае, техники 2.1. - это обычно был выбор в пользу одной из характеристики, либо мягкий и пластичный меч (голубой на графике ниже), либо же наоборот твердый, но не прочный на излом (сиреневый на той же диаграмме).

Как вообще определяется технология изготовления меча? Если меч сделан с использованием первой технологии, то в месте сварного шва будут видны шлаковые включения. С другой стороны, если меч был изготовлен из единого куска (вторая категория), затем науглерожен и закален, то будет образован градиент изменения содержания углерода, в клинке же сделанного, путем «сварки» переход углерода между слоями резкий. Дамаскирование видно невооруженным взглядом по характерному узору.

Чтобы примерно понять популярность тех или иных технологий в Средневековье, я свел данные из книги Алана Уильямса, Гжегожа Забински [15] и еще ряда исследователей [16-20, 12], сгруппировав по 5 наиболее частым категориям. Суммарно вышло 87 мечей, наибольшее количество которых относится к XIV и XV векам (31 и 24 образца соответственно). На исчерпывающую выборку я не претендую, уверен, ее можно дополнить, но исследований с большим количеством мечей для этого периода — мне неизвестно.

Тем не менее, статистика дает примерное представление о популярности тех или иных методов изготовления. Категория меч из одного куска, сделанный рукожопым мастером – это категория клинков, в которых, как правило, отдается предпочтение низкоуглеродистой стали с твердостью до 200 HV по Виккерсу. Их относительно мало, но мне думается, что они были всегда (и даже в XVI-XVII веках), но в выборку не попали в силу малого количества мечей для этих эпох (я собрал всего 13 образцов). На самом деле, в условном XII или XIII веке, вооруженный таким мечом человек был не особо беззащитным, поскольку твердости в 150-200 вполне хватало для пробоя кольчуги, которая была сделана из мягкого железа, но при этом стоил он очевидно недорого.

Мягкий сердечник с приваренными кромками – это золотой стандарт, который использовался вплоть до XX века, однако, как можно видеть, его популярность постепенно падает к XV-XVII векам, уступая место технологии поверхностного науглероживания. Этот способ сложнее, чем сваривание мягкого сердечника с полосками стали, однако, дает мягкий градиент изменения содержания углерода от кромок к центру, при этом режущая часть отделена демпфирующей полосой троостита. Здесь нужно понимать, что меч, изготовленный методом поверхностного науглероживания не обязательно лучше остальных, до индустриальной эпохи ключевым вопросом была прямота рук конкретного оружейника, поэтому эта статистика отражает не столько качество мечей, сколько сложность их изготовления.

Тем не менее, некоторые выводы вполне очевидны: в XII-XIV веках среднестатистический рыцарь, скорее всего, был бы обладателем клинка, выполненного путем сварки. В конце XIV – XV веках более обеспеченные слои получали бы мечи, сделанные методом поверхностного науглероживания, а пехотинцы — как повезет (в смысле, либо из одного посредственного куска металла, либо криво сделанные «сварные»). На самом деле, если вспомнить эволюцию доспехов из моей прошлой статьи, то картина будет примерно понятной: несмотря на очевидный прогресс металлургии в XIII-XVI веках, одновременно шел процесс укрупнения армий, которые требовали не штучные образцы шедевров кузнечного мастерства, которые мы сейчас с воздыханием смотрим в музеях, а много оружия среднего качества. К примеру, из двух польских кордов XV века (типологически он близок к фальшионам) тот, что побогаче, был выполнен по технологии поверхностного науглероживания, а более простой — с помощью сварки мягкого сердечника с режущими кромками [17]

С другой стороны, уже упомянутый выше фальчион из Брешии был выполнен в технике сварки, равно как и офицерский меч XIX века из Толедо. К сожалению, явно выделить пехотные мечи достаточно сложно, металлография мечей ландскнехтов могла бы пролить свет на массовое качество, но мне такие исследования неизвестны. Там, где исследователи выделяют именно продукты массового производства, мы видим откровенно отвратительное качество – к примеру, меч XVI века с корабля “Мэри Роуз”, имеет режущую кромку толщиной всего 2 мм и придет в негодность после нескольких заточек [21]. По иронии судьбы меч, который должен был умереть раньше своего хозяина, пережил его на столетия.

Или другой пример массового производства - позднесредневековый меч из Гданьска (XIV-XV века), имеющий микротвердость всего 116 HV по Виккерсу [22]. Но опять-таки – это выдающиеся примеры, на которые исследователи обратили внимание из-за их отвратительного качества, для того, чтобы понять, насколько утверждение плохой меч=пехотный/массовый соответствует истине, нужна куда более значимая выборка.

Есть еще одна особенность, которую я заметил — отличающая эволюцию мечей от доспехов – меньшие темпы развития. Даже самый посредственный доспех XVI века будет находиться на совершенно другом уровне в сравнении с броней XII столетия. С другой стороны, мечу XVI века мы легко найдем аналог и в XII, и в VI, и в I в. н.э. В данном случае, я говорю о внутренностях меча и его технологии изготовления, типологически клинки заметно менялись. Что иронично, появление доменных печей в Европе привело к тому, что в них началось «массовое» производство посредственных мечей, которые уступали по качеству своим предшественникам [22]. Я бы связал этот парадокс с тем, что цена ошибки при изготовлении меча значительно меньше, чем доспеха. Во-первых, большая толщина клинка позволяла использовать более сложные технологии, вроде сочетания разных свойств металла [23], при этом утяжеление доспеха – это очевидный недостаток, а вот с мечом все не так однозначно.

Во-вторых, меч, он как УАЗ-буханка – сразу получился удачным, технология сочетания мягкого сердечника с твердыми режущими кромками оказалась настолько эффективной, что сохранялась вплоть до конца XIX века.

В-третьих, даже самые посредственные мечи были долгое время вполне эффективны против кольчуг. Не в том смысле, что прорубали их легко (как раз нет), а в том, что даже твердости в 150-200 вполне хватало, основная проблема была в том, что обеспечить руками нужную энергию удара. Ну, и наконец, против воинов куда эффективнее работала экономика – дешевле обеспечить воинов мечами, нежели доспехами, а против костей хватает даже твердости в сотню по Виккерсу.

Видимо, это же объясняет «гуляющее» качество мечей, причем от эпохи это никак не зависит – от римского периода до индустриальной эпохи говорить о некоем «среднем уровне» не приходится, мы встречаем как шедевры кузнечного мастерства, так и поделки автор которых, видимо, крепко бухал. Иначе я не могу объяснить некоторые мечи, в которых мастер умудрялся приварить мягкие (!) кромки к жесткому сердечнику, иначе говоря, вместо гибкого и острого клинка, сделать ломкий и тупой. Причем таких примеров я видел три, правда, вряд ли их делал один и тот же мастер, ведь один такой меч римский, а два других средневековые. И это только один из примеров – криво закаленные лезвия, мечи науглероженные до состояния чугуна (иначе говоря, ломкие - такие закидоны попадались среди клинков Ульфберта), плохо приваренные кромки, которые впоследствии трескались по шву и т.д. и т.п.

В этом смысле выбор Камрада технологии изготовлении, как критерия качества средневековых мечей, для меня довольно показателен. Дело в том, именно по этому критерию уровень Рима окажется совсем не там, где должен был бы быть, выбери мы иные критерия качества. А вот тот критерий, по которому эволюция средневековых мечей довольно неплохо видна, остался за кадром (я ее обязательно разберу в другой раз, просто объемы этого исследования уже чудовищны), но Лысый Камрад сам выбрал такой угол зрения, давайте посмотрим к каким выводам он приведет.

Римские технологии изготовления мечей

Что в римский, что в средневековый период использовались одни и те же технологии, хотя популярность их была разной.

Учитывая объем, я ограничусь общепринятыми взглядами на популярность тех или иных способов изготовления. В республиканский период, насколько мы можем судить по находкам, мечи просто делали из одного куска низкоуглеродистой стали посредственного качества [24]. В I в. н.э. римляне уже перешли на концепцию «мягкий сердечник и твердые режущие кромки». Из 6 мечей, исследованных Джанет Лэнг, 3 имеют очевидные следы сварки между центром и краями, а у 3 других однозначно идентифицировать эти границы не удалось, что может говорить либо о технологии поверхностного науглероживания, либо о высоком уровне мастерства кузнеца, который качественно приварил кромки (я больше склоняюсь к этому) [25]. Во II-III веках римляне начинают массово переходить на новую технологию изготовления – дамаскирование или узорная сварка.

Касаемо того, что дает такая техника, дискуссии идут довольно долго и выводы современных тестов гуляют от заметного роста [32] показателей ударной вязкости до чуть ли не декоративного элемента [38]. Точку в этой дискуссии я точно ставить не собираюсь, ограничусь только теми выводами исследований, которые не противоречат друг другу. К мечу, сделанному в технике узорной сварки, обязательно необходимо приваривать режущие кромки, иначе он будет заметно уступать предшествующему варианту с мягким сердечником. Испытание на ударный изгиб по Шарпи демонстрируют характерный профиль излома, у образцов, сделанных из однородного материала он гладкий, как срез, у выполненных узорной сваркой — волнообразный [37]. Упрощенно, это как разница в поведении ломающегося материала между обычным стеклом и автомобильным, поэтому дамаскированные мечи были долговечнее.

Относительно прочностных характеристик все куда интереснее – в масштабной диссертации Джанет Лэнг пришла к выводу о заметном повышении качеств меча при использовании композитной структуры [32]. Однако в более позднем исследовании конгломератом авторов был сделан противоположный вывод и продолжена мысль о том, что узорная сварка вышла из употребления в силу того, что не давала значимого улучшения характеристик [38].

Конгломерат авторов из будапешского университета в большей степени интересовали раннесредневековые мечи, которые, согласно исследования Тайлкота и Гилмора, были выполнены из сплавов кованого и фосфорного железа в V-VI веке, а в VII-VIII веках из низкоуглеродистой стали с процентом углерода около 0,1-0,3 % (0,3 % скорее исключение, большинство – это все же около 0,1 %). Они справедливо подвергли критике авторов более ранних исследований в том, что те использовали современные стальные образцы, в то время как сердечники раннесредневековых мечей, бывших объектом их анализа, изготавливались из стержней фосфорного и обычного железа, или низкоуглеродистой (<0,2 % C) стали. Я свел результаты их испытаний в диаграмму (данные нормализованы для наглядности)

Здесь нужно понимать, что «сталь, прошедшая закалку и отпуск» в данном случае – это современная сталь с равномерным распределением углерода, содержанием шлаковых включений меньше 0,3 %, прошедшая жидкую фазу и т.д. и т.п. Поэтому древние кузнецы могли воспроизвести без опаски, что оно треснет в месте включения шлака или повышенного содержания углерода, все кроме 3, 4 и 9 образцов.

Итог их исследования прост – поскольку сердечники раннесредневековых мечей изготавливались из смеси кованого и фосфорного железа, то воспользоваться преимуществами узорной сварки кузнецы не могли. По их исследованию, клинки, изготовленные из среднеуглеродистой стали и фосфорного железа (по их типологии PSnt8), должны были превосходить раннесредневековые (по их типологии PIt16) на 73 % по показателю ударной вязкости, на 13 % по пределу текучести и больше чем вдвое в испытании на растяжение.

Ирония в том, что правы были и те, и другие – Джанет Лэнг концентрировалась на исследовании досредневековых мечей. Если говорить про римские мечи, выполненные по технологии дамаскирования, то судя по металлографии [29,30, 35, 31, 35, 36] их сердечники сделаны из смеси фосфорного железа и высоко или среднеуглеродистой стали, имея суммарный процент углерода около 0,4-0,6 %.

Есть также находки мечей, в которых сердечник был изготовлен путем сварки низкоуглеродистой стали и фосфорного железа, как правило – это клинки из могил. С ними проблема в том, что такие мечи зачастую проходят через процедуру ритуальной кремации, которая обезуглероживает металл, в результате чего мы видим процент углерода меньший, чем был [33], в пользу этого говорит то, что хорошо сохранившиеся мечи из «болотных» кладов, все имеют сердечники, включающие среднеуглеродистую сталь [29-31]. Если прикинуть процент клинков, имеющих сердечник, сочетающий среднеуглеродистую сталь и фосфорное (или обычное) железо, то таких я насчитал примерно 70 % против 30 %, с центром из железа или низкоуглеродистой стали, причем из этих 30% все происходят из захоронений. Как бы то ни было, можно сделать вывод, что, хотя технология «правильного дамаскирования» на периферии Римской Империи не всегда соблюдалась, но то, что это был некий стандарт, к которому стремились — вполне очевидно.

Вообще, о подходе римлян к стандартизации говорит одно любопытное исследование [43]. В 2010 году несколько авторов Льежского университета изучили содержимое груза 11 римских кораблей, которые затонули возле современной коммуны Сент-Мари-де-ла-Мер (лазурный берег во Франции). Эти корабли перевозили металлические стержни (груз от 20 до 150 тонн), суммарный вес останков составил около 500 тонн (исследователи округлили в меньшую сторону). Найденные стержни были сгруппированы по типоразмерам, получив вот такую картину:

Куда интереснее были результаты металлографии, первые два типа (1L и 1M) изготовлялись из стали, стержни (6C и 2M) из железа, а 4L из фосфорного железа (он тверже, но хрупче обычного железа), стержни 4C исследователи так и не смогли категорировать (неясно, какую характеристику закладывали в него римляне). Эти образцы не только происходили с разных кораблей, анализ шлаковых включений показал, что они были даже изготовлены в разных мастерских. Вот вам кусочек торговли римским сортовым металлом. На самом деле, это исследование нам еще понадобится, когда будем обсуждать один интересный меч. Аналогичная ситуация и с римскими гвоздями: при раскопках римского форта Инчтутил на реке Тей (Шотландия) было обнаружено 875 400 гвоздей, более 80% которых имели явно стандартизованный размер (к примеру, их диаметр колебался в диапазоне 11,1-12,7 мм). Сами гвозди, судя по всему, были также сгруппированы по типоразмерам и имели разные характеристики [26], римские кузнецы модулировали их микроструктуру по длине в зависимости от предполагаемой нагрузки [27]. Ладно, вернемся к мечам – технология дамаскирования изучается больше 100 лет с момента обнаружения кладов в XIX веке. Споры о том, что дает это технология, идут под 70 лет и, в принципе, исследования последнего десятилетия должны поставить точку в этом вопросе, отделив «правильную» узорную сварку от «декоративной». Ирония в том, что за тот период, который мы потратили на попытку разобраться, что дает дамаскирование, римляне просто массово перешли на этот изготовления мечей, причем сразу в технологически правильном варианте.

С падением Рима техника узорной сварки распространилась по всей Европе, однако, качество их заметно просело – сердечники делали из смеси кованого и фосфорного железа, среднеуглеродистая сталь в центре меча канула в лету. Картина достаточно парадоксальная, с одной стороны дамаскирование было невероятно популярно в эпоху «темных веков» [39]

С другой стороны, складывается впечатление, что, скопировав внешний вид, кузнецы этого периода так и не поняли, как именно нужно делать мечи, чтобы узорная сварка давала технологическое преимущество. Тем не менее, в X-XI веках мы уже встречаем редкие примеры мечей, в сердечнике которых уже используется среднеуглеродистая сталь [34].

Почему произошел откат на более старую технологию, мы до сих пор сказать не можем – технологическое объяснение не очень-то работает, ни с точки зрения более совершенной методики (перейди в средние века сразу на поверхностное науглероживание – это было бы шагом вперед), ни деградации (качество мечей с VII века поступательно улучшалось), есть даже версии о религиозном влиянии. Возможно, что «правильную» узорную сварку научилось делать не так много кузнецов – мне удалось найти только три хорошо сделанных меча X-XI века, где в сердечнике использовалась среднеуглеродистая сталь и железо (поэтому я не вполне согласен с выводами многих авторов, что узорная сварка в средние века была чисто декоративным элементом), а стоимость таких клинков была очевидно заметно выше. Как вариант в XI-XII веках произошел некоторый скачок спроса на мечи, ибо Deus vult, что, в свою очередь, потребовало массы недорогих клинков, а древняя проверенная технология мягкого сердечника с режущими кромками, хотя при прочих равных и уступала «правильной» узорной сварке, но при прямых руках кузнеца давала прекрасные результаты.

Надо понимать (моя фраза-паразит, простите), что сейчас мы обсуждали технологии, которые сами по себе не говорят о качестве клинка. Эти техники можно условно ранжировать по сложности – наиболее простой будет меч из цельного куска кованого железа или низкоуглеродистой стали, следом золотое сечение, а именно сварка мягкого сердечника с режущими кромками, затем дамаскированный центр и приваренные режущие полосы, потом поверхностно науглероженный меч и, наконец, клинок из одного куска стали, изготовленный в мартеновской печи.

С качеством все значительно сложнее, поскольку мечи в отличие от доспехов, труднее разделить по группам – массовое/штучное для знати. Проблему бы решили «пехотные» мечи Ренессанса, вроде клинков ландскнехтов, но мне неизвестны их металлографические исследования. Другая проблема – это крайне малая выборка металлографии римских мечей. Для понимания масштаба самое крупное исследование – это статья Джанет Лэнг, включающее в себя 6 гладиусов [25], остальное – это разрозненные работы с одним-двумя мечами, вроде обзора трех спат из Нидама [30]. Пока все, что я могу констатировать – это колоссальный разлет качества мечей от I до начала XVI века, для любой эпохи найдется пара посредственных клинков чудовищного качества или наоборот шедевров кузнечного мастерства. В исследовании по доспехам удалось вычленить сегмент «пехотных» доспехов, которые в основной массе своей были несопоставимы с шедеврами известных мастеров, вроде Негроли, но с мечами все куда сложнее.

Давайте подытожим теперь все, что мы знаем про технологии производства с начала тысячелетия стандартом производства мечей Рима была технологии приварки режущих кромок к мягкому сердечнику, во II-III веках происходит достаточно резкий переход на узорную сварку (центр клинка становится композитным), после крушения империи эта технологии сохраняется в Европе, однако, понимание технологического процесса, судя по всему, теряется, поэтому «дамаскирование» становится чисто декоративным элементом. В XI-XII веках происходит откат на старую технологию «мягкий сердечник/режущие кромки», так продолжается до XIV века, когда популяризируется техника поверхностного науглероживания, она сосуществует параллельно со сваркой в XV-XVII веках (насколько я могу судить, наиболее богатые слои предпочитали заказ именно науглероженных клинков, массовое производство все также стояло на «проверенной» сварочной технике). Техника сварки мягкого сердечника с режущими кромками продолжает использоваться вплоть до XIX века. Здесь же и ответ, когда по массовой технологии средневековые кузнецы обошли римских - в конце XIX, начале XX века, когда процесс Сименса-Мартена наконец позволил создавать один кусок стали с равномерно распределенными свойствами и практически без шлака

Хотя-а…

Меч из Гжибово

Тут я хотел рассказать об одном мече, найденном в 2012 году недалеко от кладбища римского периода на северо-востоке Польше в Гжибово [40].

Меч был сломан, на кромке остались следы, вероятно, свидетельствующие о боевом применении. Датировка достаточно широкая I-IV в. н.э. я бы сузил ее до II-III в. по ближайшему родственнику из Иллерупа, но не настаиваю. На мече угадывается фрагмент римского имени вроде Publius, Iunius, Iulius или Iustulus.

Начиналось исследование достаточно рутинно – меч отдали на металлографический анализ доктору технических наук Янушу Стемпински в Горно-металлургической академия имени Станислава Сташица. Результаты были обескураживающими – клинок содержал углерод в количестве 0,7 %, твердость кромки 469 HV по Виккерсу, а в центре 337 HV. Содержание шлаков в стали в трех точках составляло 0,05%; 0,10% и 0,057% соответственно. Меч был выкован из цельного куска стали, равномерно науглерожен и закален, причем металл прошел через жидкую фазу. Финальный вывод доктора Стемпински – меч выкован по технологиям, соответствующим индустриальной эпохе.

Для перепроверки был вырезан другой образец, повторены испытания – результат тот же.

Тут стоит отметить, что один из авторов исследования – Гжегож Забински, уже имел дело с клинками, которые обладали признаками технологий явно не соответствующих эпохе. В частности меч из Гданьска XV века, меч из коллекции Замкового музея в Мальборке (инв. № MZM/146/MT) и несколько клинков из частных коллекций [41]. Проведя скрупулезный анализ на основании химического состава стали, состоянии клинка и иных факторов он выявил в них подделки XIX-XX веков. К аналогичному анализу Забински приступил и в исследовании римского меча, в качестве объектов для сравнения было выбрано свыше 300 металлических изделий разных веков. Кроме того, также проводился анализ с уже известными нам исследованиями Майкла Фулфорда [42] римских стержней, найденных после кораблекрушений, который я упоминал выше [43]. Дело в том, что анализ шлаковых включений показал их чрезвычайно низкое содержание в стержнях, так в образцах типа 1M, 2M, 6C, 1L его показатель не поднимался выше 1,5 %, а в некоторых пластинах римских доспехах и вовсе составлял 0,2%, иначе говоря, этот меч имел технологических родственников в среде доспехов, видимо, также прошедших через жидкую фазу, правда, находились от меча они на расстоянии больше 2000 км - в Виндоланде.

В итоге, в этот раз вывод оказался совсем не таким, как в обзоре подделок средневековых мечей – судя по всему, меч действительно римский, однако, сделан с использованием процесса, схожего с бессемеровским, томасовским или Сименса-Мартена. Или попросту говоря, технологий появившихся в XIX веке.

Финальное заключение авторов, на мой взгляд, прекрасно. Вкратце оно звучит так – «меч по ходу римский, мы никак не смогли подтвердить то, что он является подделкой, однако, он сделан по технологиям индустриальной эпохи в связи с чем, нуегонах, этот вывод, давайте поищем еще такие же мечи». Поэтому предлагаю присоединиться к этому выводу - не стоит вскрывать эту тему. Вы молодые, шутливые, вам все легко. Это не то. Это не доменная печать и даже не пудлинг. Сюда лучше не лезть. Серьезно, любой из вас будет жалеть. Лучше закройте тему и забудьте, что тут писалось. Я вполне понимаю, что данным сообщением вызову дополнительный интерес, но хочу сразу предостеречь пытливых - стоп. Остальных просто не найдут.

Примечания

1. Williams A. The Sword and the Crucible: A History of the Metallurgy of European Swords up to the 16th Century. – Brill, 2012. P. 187, далее Williams A., 2012
2. Ościłowski J. Two Early Medieval Swords from the Masovian-Prussian Borderland //Fasciculi Archaeologiae Historicae. – 2017. – Т. 30. – С. 131-141.
3. Mapelli C., Nicodemi W., Riva R. F. Microstructural investigation on a medieval sword produced in 12th century AD //ISIJ international. – 2007. – Т. 47. – №. 7. – С. 1050-1057.
4. Williams A., 2012, p. 255
5. Williams A., 2012, p. 257
6. Williams A., 2012, p. 258
7. Photos-Jones, E. (2001) "Made in Scotland?": sword-making in Scotland in the 15th and 16th centuries in the recent context of recent archaeological evidence. In: Freeman, P.W.M. and Pollard, A. (eds.) Fields of Conflict : Progress and Prospect in Battlefield Archaeology : Proceedings of a Conference held in the Department Of Archaeology, University Of Glasgow, April 2000. Series: BAR international series, 958. Archaeopress: Oxford, pp. 61-73. ISBN 9781841712499
8. Marc Gener-Moret "Metallographic study of some 17th and 18th c, European sword (rapier) blades" // Published in “2nd International Conference Archaeometallurgy in Europe 2007. Selected papers”, 2009, Associazione Italiana di Metallurgia, p. 282-293. ISBN 88-85298-71-0.
9. Valle J. M. P. La espada ropera española en los siglos XVI y XVII //Gladius. – 1983. – Т. 16. – С. 147-199.
10. Williams A., 2012, p. 283
11. Ruiz D. S., Martin A. A metallographic examination of a Toledo steel sword //Praktische Metallographie. – 2007. – Т. 44. – №. 4. – С. 172-181.
12. G. Tonelli, et. all "Historical and Metallurgical Characterization of a “Falchion” Sword Manufactured in Caino (Brescia, Italy) in the Early 17th Century A.D." // April 2016JOM: the journal of the Minerals, Metals & Materials Society 68(8)
13. Sánchez L. G. et al. Beitrag zum Verständnis von Solingenstahl des 19 Jahrhunderts //Practical Metallography. – 2010. – Т. 47. – №. 6. – С. 342-353.
14. Żabiński G. Technology of Sword Blades from the La Tène Period to the Early Modern Age: The case of what is now Poland. – Archaeopress Publishing Ltd, 2014. P. 138-141, далее Żabiński G., 2014.
15. Żabiński G., 2014. P. 300-348
16. Fajfar P. et al. Characterization of a Messer–The late-Medieval single-edged sword of Central Europe //Materials characterization. – 2013. – Т. 86. – С. 232-241.
17. Grabarczyk T., Ławrynowicz O. Falchion and its technology in Poland (14th-16th centuries) //Fasciculi Archaeologiae Historicae. – 2013. – Т. 26. – С. 51-61.
18. Olgierd Ławrynowicz Mariusz Rychter «Ile wart jest kord z Warty?» // Acta Militaria Mediaevalia VIII Kraków – Rzeszów – Sanok 2012, s. 253-271
19. Mori C. et al. Archaeometallurgical Analyses on Two Renaissance Swords from the “Luigi Marzoli” Museum in Brescia: Manufacturing and Provenance //Heritage. – 2021. – Т. 4. – №. 3. – С. 1269-1283.
20. Preßlinger H., Ruprechtsberger E. M. Metallkundliche Untersuchungsergebnisse eines Schwertes aus der Kreuzritterzeit //BHM Berg-und Hüttenmännische Monatshefte. – 2011. – Т. 156. – №. 5. – С. 180-184.
21. Hildred A. (ed.). Weapons of Warre: the armaments of the Mary Rose. – Mary Rose Trust, 2011. P. 753
22. Biborski M., Stępiński J., Zabiński G. A renaissance sword from Racibórz //Gladius. – 2004. – Т. 24. – С. 187-208.
23. Алексинский Д. П., Жуков К. А., Бутягин А. М., Коровкин Д. С. Всадники войны. Кавалерия Европы, С-П.: Полигон, 2005, стр. 259
24. Kmetič D., Horvat J., Vodopivec F. Metallographic examinations of the Roman Republican weapons from the hoard from Grad near Šmihel. – Slovenska akademija znanosti in umetnosti, 2004.
25. Janet Lang «Study of the Metallography of some Roman Swords», Britannia / Volume 19 / November 1988, pp 199 – 216
26. Sim D., Ridge I. Iron for the eagles: the iron industry of Roman Britain. – The History Press (November 1, 2012), Hardening of nails
27. Mapelli C. et al. Nails of the Roman legionary at Inchtuthil //la metallurgia italiana. – 2009.
28. McConchie M. Five iron nails from the Roman hoard at Inchtuthil. – 2012.
29. Neumann B. Römischer Damaststahl //Archiv für das Eisenhüttenwesen. – 1927. – Т. 1. – №. 3. – С. 241-244.
30. Schürmann E. Untersuchungen an Nydam‐Schwertern //Archiv für das Eisenhüttenwesen. – 1959. – Т. 30. – №. 3. – С. 121-126.
31. Beck L. Die Geschichte des Eisens in technischer und kulturgeschichtlicher Beziehung: abt. Von der ältesten zeit bis um das jahr 1500 n. Chr. Mit 315 in den text eingedruckten holzstichen. 1884. – F. Vieweg und sohn, 1891., Vol. 1, p. 558
32. Lang J. The Rise and Fall of Pattern Welding: an investigation into the construction of pre-medieval sword blades : дис. – University of Reading, 2007.
33. Żabiński G. A Weapon from the Turn of the Epochs–A Unique Spatha from Lake Nidajno in Prussia //Fasciculi Archaeologiae Historicae. – 2020. – Т. 33. – С. 7-20.
34. Żabiński G., 2014. P. 331, 333
35. Schürmann E., Schroer H. Härte‐und Glühversuche an dem Klingenbruchstück eines Nydam‐Schwertes //Archiv für das Eisenhüttenwesen. – 1959. – Т. 30. – №. 3. – С. 127-130.
36. Żabiński G., 2014. P. 156, 309, 310
37. Birch T. Does pattern-welding make Anglo-Saxon swords stronger?
38. Thiele A. et al. The Role of Pattern‐Welding in Historical Swords—Mechanical Testing of Materials Used in Their Manufacture //Archaeometry. – 2015. – Т. 57. – №. 4. – С. 720-739.
39. Lang J., Ager B. Swords of the Anglo-Saxon and Viking periods in the British Museum: a radiographic study //Weapons and Warfare in Anglo-Saxon England. – 1989. – С. 85-122.
40. Żabiński G. et al. A possible Roman Period sword from Grzybowo (Grzybowen), Masuria, NE Poland. The archaeological and technological context //Gladius. – 2016. – Т. 36. – С. 97-139.
41. Żabiński G., Stępiński J. A sword from Gdańsk-a technological revolution or a pageant replica? //Fasciculi Archaeologiae Historicae (Weaponry as a Mirror of the Epoch). – 2014. – Т. 27. – С. 99-110.
42. Fulford M., Sim D., Doig A. The production of Roman ferrous armour: a metallographic survey of material from Britain, Denmark and Germany, and its implications //Journal of Roman Archaeology. – 2004. – Т. 17. – С. 197-220.
43. Pagès G. et al. A study of the Roman iron bars of Saintes-Maries-de-la-Mer (Bouches-du-Rhône, France). A proposal for a comprehensive metallographic approach //Journal of Archaeological Science. – 2011. – Т. 38. – №. 6. – С. 1234-1252.

Подписывайся на телеграм-канал Cat_Cat, чтобы не пропустить интересные посты

НА КОРМ КОТИКАМ ---> 💰