История
February 9

Эллинский фронтир. Часть 1

επίθεση στην ανατολή / Натиск на восток

Планируя свой восточный поход, Александр Македонский рассматривал своей целью не только устранить многовекового соперника и угрозу Греции в лице Персии или отомстить за поражения прошлого, тем более за уничтожение за более чем 70 лет до этого чтимых греками алтарей, что даже в те времена воспринималось всеми как вполне очевидный повод к войне, а не причина. Нет, мотивация Александра была куда глубже - он хотел эллинизировать мир и Персия была всего лишь одной из ступеней в достижении этой цели. Аристотель, обучавший юного царя философии и вдалбливавший в его голову мысль, что греки благодаря своей культуре и философии уберменши, живущие в окружении диких варваров, должен был сильно удивиться тому, как творчески Александр переработал его мысль. Сам полуварвар-македонец, хорошо знавший о таком отношении к его народу истинных ариев греков, Александр отказался от идеи строительства эллинского рейха и окончательного решения персидского вопроса и посчитал своим долгом вместо этого принести свет эллинства всей ойкумене, вырвав дикие народы из лап невежества и став их учителем и пастырем, который сделает всё чтобы возвысить их на уровень греков (хоть мы и не можем заглянуть в мысли Александра, последующие его действия говорят красноречивее всего). Завоевателю было, в сущности, всё равно мирно ли примут эллинские истины другие народы или навязывать их придётся мечом. В поход вместе с армией отправились собранные в Греции учёные-философы, которые должны были не только сохранить для потомков историю этого похода, но и изучать местные обычаи, спорить и доказывать превосходство греческого образа мысли.

Далеко не все сподвижники Александра разделяли его мотивы, но пока завоевательный поход шёл с успехом вперёд, а карманы набивались золотом и серебром, их интересы совпадали с целями царя, а немногие бунтовщики быстро убеждались в своей неправоте - смерть на многое открывает глаза. Сокрушив сатрапа Согдианы и подчинив всю Персидскую державу, для окончания замысленного покорения ойкумены на востоке Александру требовалось захватить Индию и выйти к мировому океану, в сущности, практически ничего достоверно об этой Индии не зная. Хотя между Персией и Индией существовал древний сухопутный торговый маршрут, обустроенный путевыми станциями на всём его протяжении и связанный с основными торговыми путями империи Ахеменидов, сами персы имели довольно смутные представления о своём торговом партнёре: большая часть торговли велась с приграничными индийскими царствами, из-за чего купцам не приходилось забираться вглубь субконтинента - ведь гораздо удобнее сбыть товар побыстрее. До Эллады же доходили и вовсе крупицы сведений, причем во многом благодаря греческим авантюристам.

Персия Ахеменидов на пике могущества. Отмеченная на карте сатрапия Индия являлась таковой, по мнению Геродота. А вот в археологических источниках никаких упоминаний сатрапии Индия нет.

Одно из первых достоверных сведений о Индии пришло от находившегося в VI веке до н.э. на службе у царя Персии Дария I некоего Скилака Кариандийца. Тот по приказу царя должен был отправиться из персидского Каспатира (ныне Пешавар в Пакистане) на кораблях вниз по течению Инда и достичь моря. Тридцать месяцев спустя Скиллак достиг Красного моря, вернувшись тем самым в империю Ахеменидов. По мотивам своего путешествия он написал произведение “Перипл”, дошедшее до нас только благодаря более поздним цитированиям у других авторов, например у Геродота. Скилак описал географию и природу посещенных им мест, устройство государств и жизнь народов. В его представлении Индия ограничивалась бассейном реки Инд, восточный предел которого упирается в пустыню и океан. При этом не смог удержаться Скилак от описания “диковинок”, так он писал о людях с огромными ушами в которые они укутываются, о людях с ногами как зонтик, одноногих или одноглазых и т.д. Что характерно, мифы о столь причудливых народах переживут и творение Скилака и даже Римскую Империю и будут периодически всплывать в средние века. С трудом Скилака знаком был и Аристотель.

Даже после завоевания Персии знания греков об Индии ограничивались информацией о землях вдоль Инда, размеры Индии недооценивались в десятки раз, также как и её население, а получить достоверную информацию было попросту неоткуда - посылать разведывательные экспедиции не было времени. В 327 году до н.э., после подавления мятежа в Бактрии и Согдиане, Александр двинул 50-тысячное войско через Памир на Индию. Продвигаясь в сторону равнины Пенджаба Александр одной только демонстрацией своей армии склонял местных раджей к сотрудничеству, пока не столкнулся с царём Пором. Тот собрал 30-тысячную армию с 200 боевыми слонами у реки Гидасп для того, чтобы остановить захватчиков. Греки, уже знакомые с боевыми слонами, но никогда не встречавшие их в таком количестве, тем не менее, атаковав ноги животных, сумели обратить их вспять и смять противника. Царь Пор бился до последнего и за проявленную храбрость Александр пощадил его и даже подарил ему ряд завоеванных земель.

Битва на реке Гидасп
Царь Пор сдаётся Александру Македонкому

Стоя на берегу Инда, Александр вспомнил теорию, продвигаемую Аристотелем, что Инд и Нил - это одна река. Обосновывалось это общностью флоры и фауны, особенно присутствием и там и там крокодилов, а свидетельства Скилака признавались ошибочными и игнорировались. Достаточно удивительно, что эта теория вообще получила хождение, особенно после захвата Египта, где уже довольно давно знали откуда течёт Нил. Зато, эта гипотеза сулила решение проблем с возвращением домой - построив флот и послав его вниз по течению, можно было приплыть в Египет. Поэтому, прежде чем идти к краю мира на восток, Александр приказал начать сооружать флот. Уже зная о том, что на востоке лежит река Ганг, за которой находятся мощные в военном плане царства царь греков решился тем не менее двигаться дальше. Армии, непривычной к тропическому климату, пришлось прокладывать свой путь через густые леса, постоянно страдая как от ядовитых змей, насекомых и болезней, так и от нападений местных диких племён. Кроме того, царь, обуреваемый желанием скорейшего завершения похода, приказал начать выдвижение в сезон муссонов, когда с неба неделями лил дождь.

Индийский поход Александра

Выйдя к реке Гифасис, за которой лежала долина Ганга, армия взбунтовалась. Здесь наложилось всё - тяжёлые климатические условия, усталость от похода, отсутствие обещанных богатств и страх перед полученной информацией о собирающейся на другом берегу армии в 200 тысяч солдат при 500(!) слонах. Александр пытался убедить бойцов, что осталось чуть-чуть и оставлять незавершённым покорение Азии невозможно до начала вторжения в Европу и Ливию. Но войско оказалось непреклонным - греки возвращались домой.

Македонский гоплит у реки Гифасис. Современная реконструкция.

Тем не менее возвращение было решено осуществлять не тем же путём, которым и пришли, а спустившись вниз по течению Инда, попутно подчиняя всех встреченных. Правда, спустившись до Индийского океана, стало очевидно, что Инд таки не Нил, поэтому армия направилась сухопутным путём обратно в междуречье, попутно увозя с собой знания о буддизме. Греческий Drang nach Osten закончился, очертив восточный предел распространения эллинизма.

Эллинская империя на пике могущества

σύνορα / Фронтир

Захватывая новые земли, Александр не стал изобретать велосипед. Хорошо понимая, что традиционная греческая система управления не подходит для огромной всемирной империи он обратился к персидскому опыту. Как и в державе Ахеменидов на всех новозавоёванных территориях устанавливалось разделение на сатрапии (в Персии сохранялись старые), во главе которых ставились македонцы или греки, близкие царю. Местные цари и властители должны были подчиняться сатрапу, при этом оговаривалось, что в будущем они сами смогут занять этот пост - то есть управление сатрапиями находилось в руках греков ровно до того момента, пока местное население не докажет лояльность. Основой власти сатрапов становились создаваемые во всех захваченных городах гарнизоны во главе со стратегом. Эти гарнизоны должны были обеспечивать лояльность местного населения и безопасность прилегающих территорий. В условиях крайне медленной скорости достижения приказаний из столицы относительная автономия сатрапов была единственным возможным решением, при этом зависимость сатрапов от гарнизонов из македонян и греков, делала их связь с центром более крепкой, так как получить подкрепления они могли только оттуда, а доверия местным кадрам было немного. Данная система окажется действенной и, когда империя Александра отправится вслед своему царю на тот свет, сохранится с косметическими изменениями в державах диадохов.

Восточные сатрапии державы Александра Македонского. Их состав останется неизменным и при Селевкидах.

Когда армия Александра вернулась в междуречье, в обратном направлении - на фронтир, потянулись греческие колонисты. Особое значение в удержании территорий для греков имели возводимые в стратегических местах новые города, зачастую носившие имя самого царя - Александрия, но некоторые из них получали названия в честь значимых для Александра событий или сподвижников. Так в Индии недалеко от места битвы на реке Гидасп появились города Никея (в честь победы в битве) и Буцефалон (в честь любимого коня Буцефала). На территории фронтира всего было создано 7 городов в Бактрии и Согдиане и 7 в Индии. Города эти должны были населяться в равной мере греческими колонистами, в основном отставниками и бывшими наёмниками, и местным населением, добровольно готовым переселиться. Предполагалось, что они будут отстроены по греческим стандартам с величественными каменными храмами, театрами и другими общественными зданиями. На практике же ни о каком массовом строительстве не могло и идти речи - греки селились либо в возведенных за 20 дней “Александриях”, либо в мало чем от них отличающихся уже существующих городах, выстроенных в представлении греков буквально из говна и палок.

Примерно такие чувства испытывали греческие колонисты

Местное городское самоуправление, столь привычное по греческим полисам отсутствовало как класс - каждым городом управлял назначенный царём чиновник-гипарх. Необходимость жить в одном городе с варварами, расценивалось многими греками, мало знакомыми с цивилизаторскими теориями своего повелителя, как величайшее испытание. Поэтому довольно скоро воодушевление от завоевания новых земель перешло в стойкое желание вернуться домой. И не удивительно, что, когда до фронтира дошли новости о смерти Александра, практически сразу поднялось восстание, причём, судя по всему, восстала значительная часть греческого населения. Регент империи Пердикка, не ставший вдаваться в причины, подавил восстание, но ценой гибели большой доли греческого населения в регионе (по самым грубым прикидкам в регионе жило до 50 тысяч эллинов до восстания и примерно 10-30 тысяч после). Хуже того, из-за войн диадохов приток новых колонистов и воинов практически прекратился, поэтому доля эллинизированного населения востока была чрезвычайно мала.

И как будто этого было мало, развернувшаяся на западе война диадохов начала высасывать с фронтира все свободные войска. Ослабление власти сатрапов совпало с формированием массового антигреческого движения сопротивления индийцев во главе с Чандрагуптой Маурьей - он сумел в 317 году поднять восстание и свергнуть индийских сатрапов, установив собственную монархическую власть во всей долине Инда вплоть до Памирского хребта (вся территория современного севера Индии и Пакистана + южный Афганистан, см. вторую карту ниже). При этом новый властитель Инда проявил благоразмуность — не стал истреблять греков, македонцев и других пришельцев, а привлёк их на службу. За следующие 30 лет Империя Маурьев захватит весь север Индии, а за следующие 50 лет и почти весь юг, а на востоке дойдёт до Бангладеша.

Держава Маурьев на пике своего могущества.

Когда в начале 300-х годов диадох Селевк I, укрепив свою власть на западе, пойдёт возвращать старые сатрапии империи, не в последнюю очередь из-за жесточайшей нехватки населения, он с удивлением обнаружит мощную с чрезвычайно многочисленной армией империю. Попытка в 303 году вломиться к Маурьям закончилась жестоким поражением, которое благодаря мудрости обеих сторон удалость привести к взаимовыгодному мирному договору - Селевк подтверждал законность владений Маурьев в Индии, в обмен получая 500(!) слонов, которые потом сыграют решающую роль в битве при Ипсе, завершившей раздел империи Александра. Между обоими государствами была установлена дипломатическая связь, а в Индию отправилось посольство в составе которого было несколько учёных, в том числе Мегасфен, который после возвращения напишет свой труд "Индика” с наиболее достоверной информацией об Империи Маурьев. Более того при приемниках Чандрагупты в составе посольства в Грецию были отправлены буддийские монахи, чтобы проповедовать в далёких землях своё учение.

Чандрагупта Маурья
Его видеоигровое воплощение в Civilization VI
И, как будто кто-то сомневался, в Индии снят целый сериал про его возвышение (кто лысый на фоне я без понятия, а вот все остальные это Чандрагупта в разные этапы своей жизни)

Таким образом теперь сатрапии Бактрия и Согдиана, Геросия и Аракосия (современный Иран) входили в состав фронтира, будучи самой восточной греческой территорией. С установлением власти Селевкидов в регионе, во главе с наследником престола Антиохом, назначенным отцом управлять обширной территорией восточных провинций. Так как Селевкиды пришли надолго, как им хотелось верить, в регионе началась новая волна колонизации, но уже с учётом ошибок прошлого. В первую очередь изменился подход к колонистам - вместо городов со смешанным населением создавались или восстанавливались разрушенные в период ослабления власти города, заселяемые моноэтничным греческим населением. Кроме того поменялся и состав колонистов: хотя в каждом городе и размещался греческий гарнизон, в города из общин Малой Азии приезжали греки разнообразных профессий, привозя с собой тот самый эллинизм, а именно культуру и искусство и их материальное воплощение в храмах, театрах, гимназеумах и других строениях. Массовое каменное строительство в греческом стиле в местах, где до этого верхом архитектуры были здания из кирпича-сырца (необожжённый, высушенный на солнце кирпич), было лучшим доказательством превосходства греков и пользы эллинизации для местных.

Создание относительно самодостаточных с гомогенным населением городов полисного типа, позволило снять причину предыдущего восстания, обеспечив грекам комфортные и привычные условия проживания и отделив их от местного населения. Контакты персов населяющих фронтир с греками тем не менее были неизбежны, но шли они ровно в том объеме, который был удобен самим грекам. При этом изменилось и понимание греками понятия полис - теперь это был город с обширным внутренним самоуправлением, но признающий власть царя и его сатрапов в вопросе военного и гражданского управления. Богатеющие на торговле между востоком и западом греческие поселения привлекали ещё больше колонистов и быстро стали центрами культурного притяжения.

Бактрия которую мы потеряли
Бактрия которую мы потеряли
И то что от неё осталось

Продолжение следует...

Подписывайся на телеграм-канал Cat_Cat, чтобы не пропустить интересные посты

НА КОРМ КОТИКАМ ---> 💰