
Антон предупреждал меня об этом каждую пятницу вечером, и каждую субботу я проводила на кухне с утра до обеда. Жарила котлеты, пекла пироги, делала салаты, варила борщ. Стол ломился от еды, а я стояла у плиты с красным лицом и мокрой спиной.

Сообщение от Кристины пришло в пятницу вечером. Она всегда писала в чат родственников коротко и по делу — сколько, на кого, до какого числа. Я читала, кивала, переводила деньги. Так было проще.

Сергей произнёс это так, будто обсуждать больше нечего, а его мать сидела рядом и одобрительно смотрела на сына. Я стояла у плиты и помешивала суп, хотя руки уже устали держать половник.

Мать Игоря пришла в воскресенье утром и сразу начала говорить про квартиры. Мол, надо по-умному распорядиться жильём, разменять мою трёшку, мне хватит двушки, а однушка достанется Кристине, дочери свекрови от первого брака.

Игорь вытащил мою карту из сумочки прямо за столом. Не спросил, не предупредил. Просто достал и помахал ею перед официантом.

Дмитрий произнёс это буднично, между делом. Накладывал себе картошку, даже не посмотрел на меня.

Я вернулась из магазина раньше, чем планировала. Открыла дверь ключом тихо, чтобы не греметь пакетами. Из кухни слышались голоса — Андрей и его мать.

Мать Максима встала с бокалом шампанского и начала говорить тост. Громко, так чтобы все гости слышали. О том, что я попала в их семью без родни и денег, но они меня приняли, дали мне всё.

Я стояла в коридоре своей квартиры и слышала каждое слово. Голоса доносились из кухни — свекровь и Лена, сестра Дениса, говорили вполголоса, но достаточно громко.