Признание: 6 глава 3 часть
Это исключительно фанатский перевод. Перевод взят на оффициальном источнике. В тексте могут быть ошибки, если вы их обнаружите сообщите автору канала через предложку. В этой новелле содержится жестокость, насилие, унижение, кровь и убийства. Это новелла Хардкор, людям с чувствительной психикой не советуется читать эту работу.
Переведено каналом https://t.me/Christ_In_Rich
Лошадь. Это была лошадь. Белая лошадь.
Огромная белая лошадь (вблизи она казалась еще крупнее) стояла прямо возле того валуна, где Тхэи оставил свою одежду, и смотрела на него сверху вниз.
И лишь секундой позже, чуть ниже по течению, Тхэи заметил Кристофа, который сидел, пристроившись на большом камне у берега. Сегодня этот белый костюм для верховой езды выглядел на нем как-то особенно жарко.
Не успел Тхэи и рта раскрыть, чтобы поздороваться, как Кристоф слегка нахмурился и прервал его. Тхэи на мгновение тупо уставился на него.
— Потому что мокрое нижнее белье прилипло к твоему телу, и прямо сейчас я вынужден лицезреть это непотребство.
Тхэи, который еще совсем недавно, разглядывая себя в душе, внутренне радовался, думая: «А я еще очень даже ничего...», под этим ледяным, полным осуждения взглядом молча согнулся в три погибели и плюхнулся обратно в ручей.
— Тогда отвернись и стой ко мне задом.
Тхэи, у которого из воды теперь торчала одна только голова, с тоской посмотрел на прекрасного юношу, произнесшего всё это абсолютно невозмутимо, не моргнув и глазом.
— Слушай, у меня есть отличная идея... Как насчет того, чтобы ты просто поехал дальше своей дорогой? И вообще, здесь ведь даже не конный маршрут. Какого черта ты тут забыл?
— Это мой привычный маршрут. И к слову, здесь я всегда останавливаюсь отдохнуть.
— Да не маршрут это для лошадей!
— Я в принципе никогда не езжу по проложенным трассам. Не выношу вероятности случайно пересечься с другими идиотами.
Тхэи пробормотал что-то невнятное, закрыл рот и погрузился в воду по самые губы.
Кристоф легко спрыгнул с камня и подошел к лошади, которая отдыхала в тени густых ветвей раскидистого дуба. Он достал из маленькой сумки, прикрепленной к седлу, какое-то лакомство, положил на ладонь, и животное тут же уткнулось в нее носом. Другой рукой он мягко погладил её по гриве. Картина, конечно, была трогательная и греющая сердце, но... как же холодно.
Когда он просто плавал и нырял, он об этом особо не задумывался, но теперь, когда всё его внимание было на этом сосредоточено, вода казалась по-настоящему ледяной. В этот момент Кристоф тихо вздохнул, взглянул на небо и кончиками пальцев отер лоб под полями шляпы.
Чон Тхэи окликнул его самым дружелюбным тоном. Вытирая проступившую на лбу испарину, Кристоф с недоумением обернулся. Тхэи тепло и примирительно улыбнулся:
— Слушай, у меня появилась еще одна отличная мысль: как насчет того, чтобы тоже освежиться и окунуться? Водичка просто чудо.
В ответ Кристоф лишь фыркнул с таким видом, будто услышал несусветную глупость.
«Тц. Как и ожидалось, не прокатило».
Тхэи снова погрузился в воду по самый нос. Однако, похоже, Кристоф не был настроен так уж категорично. Немного поразмыслив о чем-то своем, он вдруг спросил:
— Я спрашиваю, приятно вот так сидеть в воде?
— А? Ну да, освежает. Правда, если сидеть слишком долго, становится холодновато.
Поняв, что больше так не выдержит, Тхэи медленно приподнялся. Стоило высунуть из воды хотя бы половину тела, как стало значительно теплее. Кристоф снова о чем-то задумался. Он взглянул на лошадь и легонько похлопал её по переносице, словно прося немного подождать. Затем он подошел к берегу и прямо рядом с валуном, где лежали вещи Тхэи, начал снимать с себя костюм для верховой езды.
Сначала шляпа, затем перчатки, потом душный на вид пиджак; следом он снял сапоги и аккуратно поставил их в стороне. Избавившись от брюк, которые явно стесняли движения, он в последнюю очередь снял ослепительно белую, без единого пятнышка, рубашку.
Тхэи, который поначалу наблюдал за ним без всякой задней мысли, вдруг поймал себя на том, что просто не может отвести глаз.
Оставшись в одном нижнем белье, Кристоф напоследок снял часы, положил их поверх аккуратно сложенной стопки одежды и направился прямиком к воде.
— Вау... ожившая статуя идет... онни, ты просто супер...
[언니 멋져요: Тхэи использует слово «онни» (обращение младшей сестры к старшей или уважительно-фанатское обращение к крутой девушке). В корейском интернет-сленге так часто комично называют невероятно красивых, длинноволосых или эстетичных мужчин, когда их красота буквально выбивает дух.]
Пробормотал Тхэи, наполовину погрузив рот в воду. Слова, вырвавшиеся вместе с булькающими пузырьками, прозвучали недостаточно разборчиво, чтобы Кристоф смог их понять. Впрочем, Тхэи и сам специально бормотал невнятно, прекрасно осознавая, что если этот парень всё расслышит — ему конец.
С плеском шагнув в ручей, Кристоф остановился, зайдя лишь по голень — видимо, вода оказалась холоднее, чем он ожидал. Стоя перед ним, Тхэи, честно говоря, понятия не имел, куда девать глаза.
Он и раньше порой ловил себя на мысли, что от внешности Кристофа перехватывает дыхание, но теперь, когда тот разделся, этот эффект многократно усилился, создавая поистине сокрушительное впечатление. Его высокий, стройный, слегка худощавый силуэт находился в идеальной гармонии с мягкими, плавными линиями тела.
«Если покрыть его тонким слоем гипса и сфотографировать, получится настоящая античная статуя»,– пронеслась в голове Тхэи нелепая мысль.
Вскоре Кристоф, судя по всему, немного привыкнув к температуре воды, снова двинулся в его сторону. Тхэи поднял на него глаза.
— У тебя губы синие, — констатировал Кристоф.
Внезапно прозвучавшие слова Кристофа заставили Тхэи снова вспомнить о холоде. Приглядевшись, он заметил, что его ногти и впрямь посинели.
— Можно мне уже встать?.. — нерешительно спросил Тхэи.
Кристоф немного помолчал, а затем, словно оказавшись в воде, стал чуть более снисходительным и кивнул.
Тхэи поднялся, прошел несколько шагов и уселся на камень, торчащий прямо посреди ручья. Вода, струившаяся с его тела, вмиг намочила камень, но палящее солнце тут же принялось его сушить.
Словно они поменялись местами, теперь в воду погрузился Кристоф. Глубина здесь не доходила даже до пояса, поэтому, даже если погрузиться полностью, снаружи всё было прекрасно видно. Но Тхэи знал: тому, кто сидит в воде, это совершенно неважно. В такие моменты остается лишь всепоглощающее ощущение воды, обволакивающей тело.
Подтянув одно колено и оперевшись на него рукой, Тхэи сидел и смотрел на погруженную в воду спину Кристофа. Сквозь толщу воды виднелась его белая кожа. Вытянутые прямые ноги казались гладкими, как шелк. Тхэи сам не заметил, как у него слюнки потекли. А затем он вздрогнул, съежился и поспешно вытер рот тыльной стороной ладони.
— ...Ох. Нельзя, нельзя. На чужой каравай рот не разевай.
Кстати, Илай ведь как-то говорил: будь Кристоф во вкусе Тхэи, он бы ни за что не позволил ему оставаться рядом с ним. Тхэи кивнул, успокаивающе похлопывая себя по не на шутку разбушевавшемуся сердцу.
«Даже если он не в моем вкусе, в такие моменты у меня просто разум мутится. Какое счастье, что он действительно не в моем типаже. Иначе я бы уже грохнулся в обморок и дрейфовал сейчас по течению кверху пузом».
Пока Тхэи хлопал себя по груди, Кристоф поднялся из воды. От того, что волосы промокли насквозь, его платиновый блонд приобрел чуть более глубокий оттенок. Из-за капель воды казалось, что его голубые глаза мерцают.
«Да что со мной такое? Приди в себя. Я ж не молодой ученый, которого соблазняет лисица-оборотень!»
Однако Тхэи, который только что отчаянно пытался взять себя в руки, понял, что в этом больше нет нужды. Этот внезапный, совершенно неожиданный вопрос разом вымел из головы все остальные мысли.
Тхэи тупо переспросил, но Кристоф промолчал. Он стоял, слегка опустив голову и плотно сжав губы. С одной стороны, казалось, что он о чем-то глубоко задумался, а с другой — что он на что-то злится. Но с чего бы ему злиться после отличного купания в прохладной воде?
Тхэи почесал мокрую голову. Капли, скопившиеся на кончиках волос, стекли по его руке.
— Вы с Риком... уже перешли к близким отношениям?
Вопрос, который задал Кристоф после долгого молчания, снова напрочь выбил из головы Тхэи все остальные мысли. Тхэи оставалось лишь снова тупо переспросить:
Внезапно где-то на задворках его сознания всплыл вопрос: «А что вообще имеет в виду под "глубокими отношениями" этот человек, который считает связи между мужчинами исключительно платоническими?»
— А «далеко зашли» — это до какой степени?
Он спросил это с таким серьезным лицом, что казалось, если не ответить — случится катастрофа. Находясь в полной прострации, Тхэи тоже невольно стал серьезным.
В то же мгновение, как Тхэи ответил, лицо Кристофа внезапно стало еще более свирепым. На долю секунды его взгляд, направленный на Тхэи, сделался по-настоящему ядовитым. И тут в голове Тхэи словно сверкнула молния.
«Ну да, если так подумать, этот парень знаком с Илаем с самого раннего детства. Признают они это или нет, но они ведь друзья детства, верно? Они даже служили в одном спецотряде, вместе проходя через всякие жуткие испытания. Так что нет абсолютно ничего странного в том, если в процессе между ними зародились чувства, выходящие за рамки дружбы».
Лицо Тхэи стало еще более серьезным.
Он так и не смог договорить «...влюблен в Илая?», потому что, стоило ему только начать эту фразу, как лицо Кристофа стало еще более мрачным и суровым.
Тхэи оцепенел, словно получил легкий удар по голове. С тех пор как они с Илаем встретились и их отношения дошли до «этого самого», прошло уже несколько лет. И хотя Илай Риглоу внешне выглядел вполне нормально, Тхэи ни разу в жизни даже представить не мог, что ему придется за него с кем-то соперничать. Дело было не только в том, что Тхэи в принципе не любил за кого-то бороться, но и в том, что он даже помыслить не мог, что на свете найдется какой-нибудь безумец, который добровольно захочет присвоить Илая себе.
Это было настолько неожиданно, что Тхэи не почувствовал ни обиды, ни смущения.
«Если подумать, раз мой соперник — этот парень, то я в крайне невыгодном положении. Внешность, способности, богатство — мне нечего ему противопоставить... ...Хотя нет. Неловко самому это говорить, но характер у меня точно лучше, чем у этих двоих. Это уж наверняка».
Пока Тхэи, окончательно утративший связь с реальностью, витал в облаках, Кристоф, стоявший перед ним с тяжелым выражением лица, долго мялся, прежде чем спросить снова:
— Значит... вы и спите в одной кровати?
— ...Ну да. Не всегда, конечно, но да.
Тхэи ответил, попутно размышляя, не слишком ли жестоко он сейчас поступает с Кристофом, рассказывая ему всё это. Лицо Кристофа слегка окаменело.
«Ну да, со всем остальным еще можно как-то смириться, но спать в одной кровати, имея гаптофобию — это уже перебор».
Мысль о Кристофе вызвала у Тхэи легкое чувство жалости. Кристоф снова замолчал. А затем, словно разозлившись, без единого слова опять ушел под воду с головой. Тхэи, которому в процессе прилетели прямо в лицо холодные брызги, остался сидеть на камне, как истукан.
Лишь когда Кристоф скрылся под водой и к Тхэи медленно вернулось чувство реальности, на него накатила паника. Если Кристофу и правда нравится Илай...
— Назвать это «катастрофой» будет слишком невежливо?.. Тогда «стихийное бедствие»...
Тхэи потер предплечья, покрывшиеся гусиной кожей, и пробормотал себе под нос. И тут же задумался. Кристоф и Илай.
— ...Хотя, по-своему, они, возможно, подошли бы друг другу...
Внешнюю сторону вопроса он представил себе мгновенно. Визуально они смотрелись бы весьма гармонично. В конце концов, у обоих внешность совершенно не соответствует их пугающему внутреннему миру. Один — в меру крепкий и мускулистый, другой — в меру стройный и гибкий. Лица у обоих — просто загляденье. Тут всё идеально. А вот характер. Характер...
— Кажется, было какое-то исследование, доказывающее, что люди с одинаковыми характерами уживаются лучше... Значит, они бы поладили.
«Хотя я бы ни за что на свете не хотел жить с ними по соседству», — мысленно добавил Тхэи и снова потер покрывшуюся холодной испариной руку.
Затем он потер подбородок и закивал:
— Да, если так подумать, они ведь идеально подходят друг другу. И семьи в хороших отношениях, так что вообще супер. И служили они изначально вместе... Ух ты. Такую идеально подходящую парочку еще поискать надо.
Перечисляя факты один за другим, Тхэи пришел к выводу, что они — поистине идеальная пара. И хотя по затылку то и дело пробегал мороз, дуэт вырисовывался безупречный. Тхэи посмотрел сверху вниз на Кристофа, который вытянулся во весь рост и лежал на дне ручья.
«И что мне, черт возьми, сказать в этой ситуации?..»
Как бы усердно он ни чесал затылок, ответа не находилось.
Пока он отчаянно ломал голову над решением проблемы, Кристоф снова вынырнул на поверхность. Лицо у него по-прежнему было смертельно серьезным. Теперь он откровенно сверлил Тхэи взглядом, глубоко вдохнул и холодно спросил:
Тхэи не сразу понял суть вопроса, заданного со свирепым, властным видом, словно Кристоф только что принял величайшее в жизни решение.
Мастурбация? Что такое мастурбация... Тхэи потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить медицинское значение термина «суым» (手淫).
[В оригинале Кристоф использует слово «수음» (суым) — это сухой, формальный, почти медицинский или книжный термин (дословно: «ручное удовлетворение»). Это идеально подчеркивает его оторванность от жизни: он не использует сленг или обычные разговорные выражения, потому что его знания об интиме почерпнуты исключительно из научной или классической литературы.]
На мгновение он лишился дара речи.
Нет, не то чтобы он не мог дать ответ, но как бы это сказать...
Тхэи хотел было как-то выкрутиться и замять тему, но стоявший перед ним Кристоф, казалось, не собирался отступать. За неимением выбора Тхэи неохотно выдавил:
«Какое там только руками. Начиная с оральных ласк и заканчивая вообще всем, в чем есть иероглиф "похоть", мы делали практически всё. Кто его знает, может, следующим вопросом он как раз про орал и спросит».
Тхэи приготовился к худшему, но, похоже, для Кристофа, свято верившего в платонические однополые отношения, предел понимания был достигнут. Его лицо внезапно стало ледяным, и он плотно сжал губы.
И в следующее мгновение Кристоф снова скрылся под водой. Тхэи так и остался сидеть на камне, обливаясь холодным потом. Теперь у него прямо-таки горел затылок. Ему хотелось слезть с камня и зайти в воду, но было слишком страшно. Казалось, стоит ему хотя бы опустить в ручей ногу, как чья-то рука, полная жгучей обиды и ненависти, тут же вцепится ему в голову и утащит на дно.
«Вот бы кто-нибудь спас меня из этой ситуации...» — в отчаянии взмолился Тхэи.
И тут с совершенно неожиданной стороны спустилась спасительная веревка.
— ...А. Часто же мы сегодня пересекаемся.
Из-за густых ветвей дуба выше по течению показался мужчина. Заметив Тхэи, он немного удивился, но тут же беспечно улыбнулся. Следовавшая за ним робкая девушка, увидев полуголого Тхэи, густо покраснела и снова юркнула за спину своего спутника.
— А... и правда, — неловко улыбнулся Тхэи, вежливо кивнув.
«Э-э... Я, конечно, отчаянно просил небеса скинуть мне спасительную веревку, но, кажется, эта веревка гнилая...»
[«썩은 동아줄이 내려온 것 같다»: Это прямая отсылка к известной корейской народной сказке «Брат и сестра, ставшие Солнцем и Луной» (해와 달이 된 오누이). В сказке дети убегают от тигра на небо по прочной веревке, спущенной богами. Тигр же просит богов спустить веревку и ему, но получает гнилую, которая обрывается, и он падает.]
Это были Рихард и его возлюбленная, которые совсем недавно свернули на другую тропу.
— По пути она устала и сказала, что ей жарко, поэтому мы решили немного вернуться, чтобы хотя бы помочить ноги в воде. Не думал, что вы окажетесь здесь первыми. Вода ведь ледяная, вы нормально переносите полное погружение?
Рихард подошел ближе с добродушной улыбкой. Однако, направляясь к Тхэи, он вдруг изменился в лице и резко остановился. Его взгляд упал на белую лошадь, стоявшую в тени деревьев чуть поодаль, и на белоснежный костюм для верховой езды, аккуратно сложенный на валуне рядом с ней.
Но не успел он договорить. Прямо между Рихардом и Тхэи, но чуть ближе к последнему, разбрызгивая воду, из ручья резко поднялся человеческий силуэт.
— Э... э... — только и смог пробормотать Тхэи, переводя ошарашенный взгляд с Рихарда на Кристофа.
Кристоф, стоявший лицом к Чон Тхэи, глубоко вздохнул и убрал со лба и щек прилипшие мокрые волосы. Капли воды, чертя прозрачные дорожки, стекали по его белому телу: от лица к подбородку, по шее к груди и дальше — к животу.
Моргая ресницами, на которых, словно песчинки, повисли капли, он смотрел на Тхэи сверху вниз, будто приняв какое-то важное решение.
— Есть какая-то причина, почему это обязательно должен быть он?
Его голос, прозвучавший после долгого молчания, был холоднее обычного. Раздраженно смахнув пальцами прилипшие к затылку пряди, он сделал шаг навстречу Тхэи. При каждом его движении по насквозь промокшему нижнему белью — которое теперь выглядело куда более вызывающе и откровенно, чем если бы на нем вообще ничего не было — пробегали складки. Глядя на его длинные, изящные руки и ноги, на ослепительно белую обнаженную кожу, Тхэи почему-то сам начал жутко нервничать.
Тхэи бросил мимолетный взгляд через плечо Кристофа на Рихарда. Тот смотрел в их сторону с абсолютно каменным лицом, с которого исчезла даже малейшая тень недавнего дружелюбия. Он словно заживо заледенел прямо на месте. Позади него, съежив плечи, завороженным, ошарашенным взглядом на них уставилась похожая на сахарную конфету девушка.
— Тебе ведь не обязательно нужен именно он. Почему это должен быть...
Кристоф снова заговорил, сделав еще шаг к Тхэи. Однако в этот момент он, похоже, сообразил, что взгляд Тхэи направлен куда-то мимо него, за его плечо. Кристоф в недоумении обернулся.
И Тхэи отчетливо увидел, как его спина едва заметно одеревенела. Плавные очертания лопаток проступили резче. Едва заметный изгиб поясницы стал глубже; бедра, на которых мокрое белье уже окончательно потеряло всякий смысл, и прямые ноги — всё тело Кристофа сковал внезапный паралич.
Словно их всех разом окатило ледяной водой — между ними мгновенно воцарилась гробовая тишина. Никто не произносил ни слова, никто не шевелился. Они лишь молча косились друг на друга лишенными эмоций взглядами.
Первым эту тишину нарушил Чон Тхэи.
— М-да-а... — протянул он, неловко почесывая щеку, и растерянно добавил: — Надо же, какая неожиданная встреча. Видимо, это место и впрямь идеально подходит для отдыха.
Однако даже после его слов никто не проронил ни звука.
Вскоре плечи Кристофа едва заметно дрогнули. Словно только сейчас его нагнала судорога от долгого пребывания в ледяной воде: он мелко затрепетал, стряхивая с тела капли.
Он перевел взгляд на свою лошадь и аккуратно сложенные вещи. Послышалось, как он тихо цыкнул сквозь зубы и пробормотал под нос какое-то ругательство.
Кристоф медленно вышел из ручья на берег. С каждым его шагом вода ровными цепочками капель струилась по его телу на землю. Рихард стоял всего в нескольких шагах от валуна, на котором лежала одежда. Его лишенный всяких эмоций взгляд был неподвижно устремлен на Кристофа.
Кристоф, добравшись наконец до вещей, засунул руку в седельную сумку и достал спортивное полотенце. Даже не удостоив Рихарда взглядом, он молча принялся вытираться.
Рихард не сводил с него глаз. Холодным, застывшим взглядом, по которому невозможно было прочесть ни единой мысли, он следил за каждым медленным движением Кристофа. А затем вдруг пробормотал с явной издевкой в голосе:
— Надо же, похоже, лесной ручей тебе милее нормального бассейна. Какая неожиданность. Я-то никогда не видел, чтобы ты заходил в бассейн, и думал, что ты вообще не умеешь плавать. А ты, оказывается, вполне способен барахтаться в подобных местах.
От этих слов рука Кристофа, проводившая полотенцем по ноге, на мгновение замерла. Но он тут же, как ни в чем не бывало, продолжил вытираться. И бросил в ответ короткую фразу:
— Да я лучше до конца дней своих вообще плавать не научусь, чем полезу в бассейн, в котором побывал ты.
Закончив, Кристоф грубо впихнул полотенце обратно в седельную сумку. То, как резко он хватал и натягивал на себя вещи, выдавало его глухую ярость.
«Ну и обстановка, чертовски неловко», — мысленно цыкнул Тхэи и поднялся со своего места.
Перейдя ручей, он тоже вышел на берег. Его мокрые ступни оставляли отчетливые шлепающие следы на раскаленной солнцем гальке.
— Кристоф, одолжи полотенце. Мне совсем нечем вытереться... Рихард, ваша спутница, кажется, уже заждалась.
Вклинившись прямо между ними, Тхэи протянул руку Кристофу и одновременно кивнул в сторону девушки, стоявшей позади Рихарда. Атмосфера вокруг снова сделалась до предела натянутой и двусмысленной. Однако Рихард, по-видимому, решил, что устраивать сцену прямо сейчас не стоит. Он что-то тихо шепнул девушке и отступил. Кристоф тоже не стал цепляться к нему и раздувать конфликт дальше.
— Мы думали передохнуть здесь, но, пожалуй, отложим это до следующего раза. Что ж, приятной вам прогулки.
Рихард вежливо попрощался с Тхэи. Прямо перед тем как повернуться спиной, его ледяной взгляд еще раз мимоходом скользнул по Кристофу, но на этом всё и закончилось. Он снова скрылся вместе с девушкой среди дубов, и вскоре они полностью исчезли из виду.
Когда шуршание травы под их шагами окончательно затихло вдали, Кристоф, как раз застегивавший пуговицы на рубашке, вдруг разразился яростной бранью:
— ...Да ладно тебе, остынь. Вы же просто случайно столкнулись. Он тебя не ударил, ничего такого не сделал, можно ведь и мимо ушей пропустить, — пробормотал Тхэи скорее для проформы.
Вытираясь полотенцем, которое ему всё-таки швырнул Кристоф, он с трудом натягивал одежду на еще влажное, липнущее тело, пытаясь хоть как-то разрядить обстановку.
— Я больше всего на свете ненавижу стоять перед другими в беззащитном состоянии! Особенно перед этим ублюдком!
Кристоф крикнул так, словно внутри него закипала ярость. Поднимая шляпу, он сжал кулак, из-за чего та жалобно помялась.
— Да, в беззащитном. Если бы этот гад тогда навел на меня пушку, я был бы абсолютно беспомощен.
Кристоф цыкнул языком и снова пробормотал ругательство. Зная его характер и то, как он до дрожи ненавидел демонстрировать свою уязвимость в любой ситуации, Чон Тхэи окинул взглядом Кристофа, который уже успел почти полностью одеться. Затем Тхэи посмотрел на себя: он только-только влез в штаны, да и то успел просунуть лишь ноги, даже не застегнув пуговицу.
— Если следовать твоей логике, то если ты сейчас наставишь на меня пистолет, я тоже буду абсолютно беспомощен, — сухо пробормотал Тхэи.
Кристоф недовольно прищурился:
— С чего бы мне наставлять на тебя пистолет?
«А с чего бы Рихарду наставлять пистолет на тебя?» — чуть было не ляпнул Тхэи, но вовремя прикусил язык. Вспомнив взгляд Рихарда мгновением ранее, он подумал, что тот и впрямь вполне мог бы схватиться за пушку. Это был жуткий, хищный взгляд, словно он готов был сожрать человека заживо.
Тхэи почесал затылок и цыкнул. Затем посмотрел на Кристофа, ожидающего ответа.
— Ну, кто знает, вдруг тебе захочется убрать конкурента.
Слова уже слетели с губ, и только тогда Тхэи понял, что сморозил глупость, но было поздно.
Кристоф посмотрел на него с искренним недоумением:
— ...Я про Илая, — неловко пояснил Тхэи, с горечью облизнув губы.
На душе было до одури странно. Тхэи до этого момента никогда, ни на секунду, даже в самых смелых фантазиях не предполагал, что настанет день, когда ему придется с кем-то соперничать за Илая.
При упоминании имени Илая лицо Кристофа помрачнело. Он молча сжал губы и пристально уставился на Тхэи.
«И что теперь прикажете с этим делать?»
Столкнувшись с совершенно непредвиденной ситуацией, Тхэи не знал, что ответить, и просто стоял столбом.
Но если подумать, в подобных случаях для разрешения конфликта необходимо присутствие самого Илая. Сколько бы окружающие ни перешептывались, пока главного виновника торжества нет рядом, окончательное слово остается за ним.
— В таком случае, давай пойдем к Илаю и...
— Я хочу убить Рика, с чего бы мне наставлять пистолет на тебя?
Как раз в тот момент, когда Тхэи вздохнул и открыл было рот, Кристоф, до этого с серьезным лицом погруженный в свои мысли, задал вопрос, явно ничего не понимая. Тхэи снова замолчал. И только захлопал глазами.
В то самое мгновение, когда он подумал: «Погодите, что-то тут не сходится», фрагменты разговора внезапно сложились в его сознании в совершенно иную картину.
— ...Крис. Мне очень жаль, если я ошибаюсь, и я спрашиваю чисто на всякий случай... У меня иногда бывает склонность надумывать лишнее и преувеличивать чужие чувства ко мне, так что не бери в голову и просто пропусти мимо ушей, если что, но...
Выдав эту длинную путаную преамбулу, Тхэи на секунду замолчал. А затем спросил с абсолютно серьезным лицом:
— Слушай, а тот, к кому ты испытываешь чувства... это случайно не я?
6 глава 2 часть | 7 глава 1 часть