ᅠ ᅠМИНИ-ЗАРИСОВКА
«7 июня. День выдался на удивление жарким. Летний зной будто решил отпраздновать день рождения Амэцуки вместе с остальными, припечатывая солнечные зайчики к окнам и заставляя воздух дрожать над асфальтом. Девушка стояла в школьном дворе, окружённая шумными одноклассниками, которые казались чересчур оживлёнными. Смех, пожелания, даже шарики кто-то принёс. Киришима устроил ей неуклюжее караоке прямо у здания, а Яойорозу и Сато испекли домашний, но большой торт со свечами, заботливо уложенный в коробку с лентами. Даже Токоями пришёл, мрачно, по-своему, но пришёл.
И всё же, среди этого солнечного шума, было что-то не так.
Арису не видела Кацуки среди одноклассников. Ни мельком, ни в толпе. Никак.
За прошедшие месяцы, после войны, после всех потерь и сражений, они стали…ближе. Не в том смысле, чтобы говорить об этом вслух. Но между ними появилась невидимая нить. Иногда она ловила его взгляд. Он не отводил. Иногда он задерживался рядом чуть дольше обычного. Иногда он говорил мягче, чем позволял себе с другими.
– Может, он просто забыл? – пролетела мысль у белоснежной, подняв солнечные глаза к небу, где белая птица парила в почти прозрачной вышине. – Или… занят. Он же всегда занят.
Но внутри, в груди, скручивалось чувство, неприятное и липкое. Потому что в глубине души она надеялась. Она надеялась, что если кто и появится, то именно он. Он ведь…видел, как для неё он стал важен. Или нет?
Когда вечер наконец опустился, Арису почувствовала усталость, несмотря на то, что праздник удался. Комната в общежитии была тёплой, уютной. Бумажные пакеты с подарками лежали стопкой на полу. Ваза с камелией стояла на подоконнике, приятна на глаз. Но не то.
Амэцуки сняла заколки из белоснежных волос, позволяя им свободно упасть на плечи, и села на кровать, молча и тупо смотря на невидимую точку на стене. Праздник удался, но в груди всё равно что-то было не то. Сумерки затихли за окном. День заканчивался, а она словно всё равно что-то ожидала.
– Ну и ладно, – пробормотала солнцеглазая, уговаривая себя, или скорее утешая, с мягким вздохом. – Не все же могут вспомнить. Он… он не обязан.
Но он же не такой. Он помнит всякую ерунду. Даже, как я кофе пью. Почему бы не просто…
Тяжёлый стук прозвучал. Тяжёлый, но с какой-то стороны мягкий, с колебанием. Словно человек за дверью уже продумывал план побега. Вздрогнув и повернув голову, Арису замерла на пару секунд. Кто-то стучал в дверь, коротко, резко, но не грубо. Почти…
неловко что ли?
Вставая с кровати и приоткрывая легонько дверь, солнечные глазки Арису выглянули, что тут же легонько расширились. На пороге стоял он. Кацуки Бакуго. Всё тот же, в чёрной майке, светлые волосы немного растрёпаны, взгляд упрямо отведён в сторону. В одной руке он держал небольшую коробку, перевязанную серебристой лентой. В другой же, не было видна, так как он её прятал за спиной. У ног же тень от уличного фонаря, растянувшаяся по полу коридора.
– Тц. – Кацуки кашлянул, не поднимая на неё взгляда. В горле так пересохло от волнения, что ему и страшно было заговорить, ведь пытался в какой-то мере вести себя уверенно, но что-то мешало ему. – Я… Тебя не было внизу. Пришёл...сам.
Он поднял коробку чуть выше, словно не знал, что с ней делать. Потом, резко, словно срывая пластырь, кидая коробку в руки девы, промямлил себе под нос, так же резко, как и кинул. – Это тебе. С днём рождения, или типа того.
Арису застыла, не зная, удивляться, радоваться или…плакать? Но всё, что она смогла сделать, это осмотреть коробочку и тихо сказать, — Спасибо..
Он качнулся на пятках, будто раздумывая, уходить или нет, меняя вес на с ноги на ногу. – ...Не празднуешь?
– Праздновали немного. Да и одиннадцать уже, куда ещё. Поздравили, потанцевали, даже тортик был.
– Хм.
Пауза. Неловкая и напряженная. Было видно, как Кацуки думал, стоит ли ему уже уходить или надо ещё что-то сказать. Целый хаос в голове, что заставляло руки дополнительно потеть, а сердце биться в ушах. Он уже и забыл, что за спиной держал небольшой дополнительный подарок, неосознанно сжима руку.
— Но тебя не было, — вырвалось у девушки из уст, слишком честно, слишком тихо, но уловимо для его ушей.
Блондин посмотрел на неё. На этот раз прямо. В его глазах не было злости. Только усталость после дня и что-то почти смущённое.
– Я... – выдохнул обладетель рубиновых глаз, не отрывая своих глаз от одноклассницы, ну или..друга, если бы он мог так её назвать, если бы он мог позволить себе в этот день хотя бы. — Не люблю такие толпы. Да и... не знал, нужно ли тебе, чтобы я был.
Сердце у неё сжалось. Не от обиды, скорее от того, как он это сказал. Словно сам не верил, что достоин быть частью чего-то тёплого. Было неприятно. Учитывая, как она считала, что они достаточно близки, чтобы появляться на таких праздник для друг друга.
Кацуки тихо выдохнул, почти незаметно. Потом кивнул на коробку. – Открой. Посмотри, понравится или нет. Я не очень в этом шарю, мм..И вот это. – пробубнел белобрысый, протягивая небольшой букетик лилий, белых, её любимых. Это уже было оно. Немного, но приятно, что Бакуго запоминал такие детали про неё.
На это легонько края ушек Арису покраснели, что могло лишь означать сильное смущение, но небольшая и скромная улыбка вылезла на губах, а рука потянулась к букету и молча кивком приглашая во внутрь комнаты. И естественно Кацуки поплелся за ней, не удрать же ему прочь от стресса, хотя хотелось.
Арису сама осторожно села на край кровати, открывая коробку. Внутри, на мягкой подкладке, лежал тонкий серебряный браслет. Он был изящным, но с мужским, чётким дизайном, простой, с несколькими плоскими сегментами и едва заметной гравировкой, похожая на звезду на её костюме. Она видела что-то подобное у него, на запястье, когда он выходил куда-то гулять с другими ребятами, но без гравировки, у него, в отличии от её браслета, был простой серебряный.
– Это... – Арису даже не знала, что сказать. Пальцы дрожали.
– Такой же, как у меня, — буркнул он, садясь рядом, на край кровати. – Только тоньше. Не знал, но подумал, может...будешь носить. Или выбросишь, если не нравится. Сама там решай.. – пробубнил бьондин, с почти шёпотом на последней фразе, как бы стараясь не показать, что для него важно знать ответ, знать понравилось ли.
— Я не выброшу, — тут же сказала она, глядя на него. — Он... очень красивый. И... тёплый.
Бакуго на это лишь фыркнул, отведя взгляд в сторону, не желая показать как эти слова были, как бальзамом на душу, – Серебро не бывает тёплым. Оно холодное.
– От друга ведь..любой подарок будет тёплым. – промямлила Арису, так чтобы Кацуки услышал, пока ее солнечные глаза, которые почти как закат, смотрели, желая, чтобы онн повернулся и глянул на неё.
Это и случилось. Словно он читал её небольшие желание и повернув голову, посмотрел на неё снова, и на этот раз в его глазах было что-то, что она никогда раньше не видела. Смешение гордости, стыда и чего-то почти уязвимого.
– Чудачка.
– Пфф, а это здесь откуда?
Оба улыбнулись, не смогли сдержаться. Правда..едва-едва, почти незаметно, особенно у Бакуго. Но это было больше, чем всё, что она получила за день. Комната была тиха, только за окном шелестело лето. Браслет на её запястье ловил последние лучи света, серебряный, с мягким блеском заката. Он стал частью чего-то большего, чем просто украшение. Символ? Связь? Мм-м. Признание, которое не нуждалось в словах.
В этот момент лето замерло. Ветер стих. Всё стало простым. И очень..очень настоящим. Как серебро, ставшее тёплым от чьей-то ладони.»
Хотелось бы вновь поздравить мою дорогую Арису с днём рождения, хотелось что-то подарить от себя, поэтому..вот. Ещё раз с днём рождения, Ари.💓