Социальные сети. Кому принадлежит мое внимание?

(скука, одиночество, FOMO, снижение уровня счастья, выгорание, депрессия, СДВГ, быстрый дофамин)

Не секрет, что львиная доля дохода социальных сетей — это реклама. Внутри них постоянно идёт борьба за внимание пользователя. Все платформы используют разнообразные механики захвата внимания — и благодаря большим данным добиваются в этом поразительных результатов.
Настолько поразительных, что, например, внедрение неотключаемых рилсов в 2021 году привело к росту уровней депрессии и симптомов СДВГ.

Я собрал некоторое количество статей и собственных размышлений о различных эффектах социальных сетей. Большая часть из них с закрытой рассылки https://fastsalttimes.com одно из немногих аналитических СМИ, которое я читаю.

Скука

Как проверить, есть ли у тебя зависимость от соцсетей и смартфона? Когда тебе скучно, ты тянешься «потрогать себя за телефон». Если в твоей жизни нет скуки, скорее всего, ты находишься в постоянной реакции, движешься без остановки и постепенно выгораешь.

Скука — это часть спектра состояний. Через проживание скуки можно вернуть свою дофаминовую систему в норму. Это очень телесный процесс, который мы зачастую не распознаём и очень быстро на него реагируем, придумывая, чем себя занять.

Но если двигаться не от этих телесных ощущений, а внутрь, можно обнаружить много усталости. Например, усталость внимания из-за гиперфокуса.

Интересно понаблюдать за детьми: в каком возрасте появляется скука? Могут ли родители выдержать скуку своего ребёнка? Что произойдёт, если дать ребёнку возможность вдоволь поскучать?

Наличие быстрых удовольствий, «быстрого дофамина», ведёт к выгоранию. Возможно, люди мутируют, и у новых поколений появится иммунитет к таким вещам. Но для меня быстрые способы получения удовольствия ни к чему хорошему не приводят.

Одиночество

недавно я сидела на одном из выступлений Джонатана Хайдта в Лондоне, и он попросил представителей поколения X и бэби-бумеров вспомнить свое детство. Он попросил их вспомнить все, что они делали, все приключения, которые у них были, а затем представить, что 70% времени они проводили с друзьями. Не менее 70%. Затем уберите хобби, затем риск, острые ощущения и приключения, в которых вы могли получить травму, — представьте, что 80% всего этого исчезло. А теперь представьте, как вы будете расти с тем, что осталось.

Мне было немного не по себе, потому что я не могла это все представлять. Я никогда не пробиралась тайком из дома на улицу. Я не строила землянку или убежище в лесу. Я не помню, чтобы дурачилась в парке или чтобы у меня были подростковые приключения. И я знаю, почему. Я приходила домой из школы и сразу же загружала MSN. Я переписывалась с друзьями в Snapstreaks, оставаясь одна в своей комнате. Когда друзья приходили с ночевкой, мы делали селфи для Facebook, задавали вопросы на анонимных платформах обмена сообщениями вроде Ask-fm, общались с незнакомцами на Omegle. Иногда мы сидели бок о бок, прокручивая страницу за странице на экранах наших гаджетов.

Вот что произошло: когда в начале 2010-х годов появились телефонные социальные медиаплатформы, они не просто отняли время у дружбы в реальной жизни. Они переосмыслили понятие дружбы для целого поколения. Они выпотрошили ее. Они убрали требования к усилиям, преданности, даже к встрече, и заменили их следованием друг за другом, обменом тэгами likeforlike и совместным позированием для селфи. В Facebook подружиться стало так же просто, как нажать кнопку. Snapchat свел общение к отправке сообщения на черный экран со словом STREAK. Они взяли подростковую дружбу, которая раньше была полна трений, острых ощущений и приключений, и сделали ее еще одним безрадостным занятием в экране. Вещью, которую нужно исполнять, рекламировать и публично измерять.

https://fastsalttimes.com/social-networks-and-loneliness

82 страницы об эпидемии одиночества и изоляции https://www.hhs.gov/sites/default/files/surgeon-general-social-connection-advisory.pdf

Экономика одиночества - Ai компаньоны для парасоциальных отношений - один из самых быстро растущих трендов. Функция "а поговорить?" оказалась более востребованной, чем остальной функционал у секс-роботов.

Они чувствуют, что они — последние на планете, пока остальные хайпуют и кайфуют от ИИ

Согласно результатам нового исследования, проведенного Британским институтом стандартов среди 1293 молодых людей в возрасте от 16 до 21 года, почти половина (!!!) — 47% — опрошенных предпочли бы жить в мире без интернета. Этот вывод кажется удивительным, учитывая, что данное поколение выросло в цифровую эпоху. Это говорит о чем-то гораздо большем, чем усталость от экранов. Это можно интерпретировать как интуитивный протест против дегуманизации жизни.

Одной из главных причин является негативное влияние времени, проведенного в сети, на самочувствие и психическое здоровье. Почти 70% респондентов заявили, что чувствуют себя хуже после использования социальных сетей, а 68% считают, что время, проведенное онлайн, вредно для их психического здоровья. Молодые люди осознают риски, связанные с интернетом. Алгоритмы социальных сетей играют роль в ухудшении онлайн-опыта и могут направлять молодых людей в «кроличьи норы» вредных и тревожных материалов. Значительное число молодых людей также занимаются обманом и скрывают свою активность в сети от родителей или опекунов – 42% признались во лжи об этом. Среди других форм неискренности: 42% лгали о своем возрасте онлайн, 40% имели фейковые или «запасные» аккаунты, а 27% притворялись совсем другим человеком. И им на самом деле стыдно, что они так себя ведут.

Эти факторы – ухудшение самочувствия и психического здоровья, необходимость прибегать к обману и скрытности онлайн, а также воздействие вредного контента и аддиктивные свойства платформ – в совокупности формируют негативное отношение к интернету у значительной части молодежи.

Подспудно они понимают, что у них не будет детей, семьи, стабильности, не будет жилья и человеческой жизни в мире ИИ, они не верят в обещания цифрового мира, который предлагает бесплотную свободу и "бесконечные возможности", но не может обеспечить базовое — ощущение смысла и принадлежности. Но у них еще есть хоть какой-то опыт живого общения с людьми и они тоскую по нему. Молодые люди, несмотря на свою цифровую «натренированность», всё ещё помнят (или успели схватить краешком) нечто подлинное — физическую близость, живое общение, совместное безмолвие, игры во дворе, скуку без экрана. Это — остаточный опыт доцифровой человечности, который вызывает чувство потери, но и надежды. Они чувствуют, что интернет как система — отнимает жизнь, а не добавляет.

Интернет, особенно в сочетании с соцсетями и ИИ, делает человеческое "я" постоянно сравниваемым, публичным, уязвимым, гипернаблюдаемым. Это вызывает экзистенциальное утомление. Неудивительно, что молодёжь может ощущать внутренний зов к отключению от гиперсвязи — чтобы просто быть.

Ранний интернет был утопическим. Он обещал свободу, равенство, открытость. Молодёжь — первые, кто не просто верили в эти мечты, а росли в них. Но теперь они видят: интернет — это также надзор, маркетинг, отчуждение, ложь, алгоритмическое манипулирование, цифровая зависимость. Отсюда желание: а можно без этого всего?

Желание жить без интернета — возможно, не отказ от технологии, а отказ от превращения в данные. Это голос: я хочу остаться человеком, не только производящей контент единицей или набором поведенческих паттернов в чьей-то модели.

У следующего поколения, которое не будет знать, что такое жить среди живых людей, а не в ИИ-мире, уже не будет даже и намека на отторжение сети. Следующее поколение, родившееся в полной цифровой ИИ-зависимости, может даже не задать себе вопроса: "А можно по-другому?" У них не будет памяти о доинтернетной реальности, поэтому не будет и протеста. Это, возможно, будет уже совсем другое существо — не человек в старом смысле слова, а гибрид с ИИ, приученный к фрагментации, скорости, удалённости и алгоритмам.

https://www.bsigroup.com/siteassets/pdf/en/insights-and-media/insights/white-papers/gl-grp-cross-brand-nss-dt-mpd-mp-copolco-0525-broc.pdf

Выгорание (депрессия, СДВГ, быстрый дофамин)

…За последние несколько лет у меня появилось тревожное ощущение, что кто-то или что-то возится с моим мозгом — перенастраивает нейронные связи, переписывает память. Насколько я могу судить, мой разум не умирает, но он меняется. Я больше не думаю так, как раньше. Особенно остро я чувствую это, когда читаю. Раньше погружение в книгу или длинную статью давалось легко. Мой ум увлекался сюжетом или ходом аргументации, и я мог часами неспешно блуждать по длинным отрывкам прозы. Сейчас это случается редко. Теперь мое внимание начинает рассеиваться уже через две-три страницы. Я становлюсь нервным, теряю нить, начинаю искать, чем бы ещё заняться. Кажется, что я всё время тащу свой непослушный мозг обратно к тексту. Глубокое чтение, которое раньше происходило само собой, превратилось в усилие…»

Я помню, как прочитал ту статью, когда она только вышла. Она нашла у меня отклик, но тогда я подумал: «Да, мне действительно стало труднее читать что-то длинное на компьютере, потому что я всё время отвлекаюсь и кликаю куда-то ещё… Но, может быть, такой формат чтения с гиперссылками даже лучше. И Google делает меня умнее!»

В 2010 году Карр расширил свою статью до книги под названием «Пустышка. Что интернет делает с нашими мозгами» (The Shallows: What the Internet Is Doing to Our Brains). Я наконец прочитал её в 2022 году, когда работал над «Тревожным поколением» (The Anxious Generation). Аргументация Карра стала ещё более острой, а моя способность к концентрации за прошедшие годы заметно ухудшилась. В главе 5, посвящённой фрагментации внимания, я привёл такую его фразу: «Раньше я был аквалангистом в море слов. Теперь я мчусь по поверхности, как парень на гидроцикле».

https://fastsalttimes.com/social-networks-divide-us/

Люди перестают читать длинные тексты. Им тяжело сосредоточиться дольше, чем на один экран телефона. Книги, глубокие статьи и даже хорошие фильмы уходят на второй план. Им на смену приходят короткие видео, мемы, поток развлечений без конца и смысла. Настоящее искусство уходит. Кино и литература уступают место поверхностному, быстро потребляемому контенту. Вместо серьёзных романов — «букток», вместо музыки — бесконечные алгоритмически подобранные треки. Живые формы общения исчезают. Вместо встреч — переписка. Вместо отношений — приложения для знакомств. Вместо настоящей дружбы — лайки и сторис. Исчезают целые институты. Газеты, религия, местные клубы, университеты — всё теряет значение. Даже рестораны и торговые центры становятся не нужными. Люди всё больше живут в интернете. Семья, брак, дети — тоже под угрозой. Молодёжь всё чаще отказывается от всего этого. А если люди не создают семьи и не рожают детей, нации стареют и вымирают. Это уже видно в Японии, Южной Корее, странах Европы и Латинской Америки.

https://www.nytimes.com/2025/04/19/opinion/extinction-technology-culture.html

https://fastsalttimes.com/douthat-on-extinction/

Исследования о связи соц сетей и депрессии

https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/37348449/

https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/32903205/

FOMO

https://fastsalttimes.com/social-networks-trap/

https://papers.ssrn.com/sol3/papers.cfm?abstract_id=4622595

Возможно, все предпочли бы полный запрет на социальные сети, чтобы не испытывать постоянный FOMO, гадая, что происходит в Instagram, и не беспокоиться о том, что нужно быть в курсе последних новинок TikTok или новостей про битвы за AI. Но поскольку продукты уже существуют, может оказаться, что потребители в целом просто все попали в коллективную ловушку, которая состоит из всей совокупности индивидуального FOMO каждого потребителя.

Эта идея рассматривается в статье по ссылке. Авторы разработали крупномасштабный онлайн-эксперимент, направленный на измерение благосостояния потребителей при наличии как сетевых эффектов — явления, при котором ценность присоединения к сети по сравнению с неприсоединением увеличивается с ростом числа потребителей, — так и побочных эффектов потребления для непользователей, например, страха пропустить последнюю тенденцию TikTok. Эксперимент, основанный на опросе, посвящен TikTok и Instagram, в котором приняли участие 1 000 студентов колледжа.

В итоге пользователи готовы за 59 долларов деактивировать TikTok и за 47 долларов деактивировать Instagram, даже если другие пользователи в их сети будут продолжать пользоваться аккаунтами. Пользователи готовы сами заплатить 28 и 10 долларов себе и другим участникам сети за то, чтобы они деактивировали TikTok и Instagram соответственно. 64% активных пользователей TikTok и 48% активных пользователей Instagram испытывают негативные ощущения от существования этих продуктов. Участники, не имеющие аккаунтов, готовы заплатить 67 и 39 долларов за то, чтобы другие деактивировали свои аккаунты в TikTok и Instagram соответственно.

В совокупности эти результаты свидетельствуют о существовании «ловушки социальных сетей» для значительной части потребителей.

Несколько тезисов из интервью с исследователем экономики внимания Тима Хвана и автором книги «Кризис субстандартного кредитования на рынке внимания»

https://daniln.ru/tpost/5zctv8b161-tezisi-iz-knigi-issledovatelya-ekonomiki

Отсутствие социальных сетей - новая роскошь

новая пирамида роскоши от Эдмонда Лау