Ретроспектива киномана. Часть 12. «Макбет»

January 9, 2018by Давид Абабеков
0
by Давид Абабеков
Ретроспектива киномана. Часть 12. «Макбет»

Пучина кровавых амбиций

Если вы беретесь за экранизацию трагедии великого английского драматурга Уильяма Шекспира, вы либо очень смелы и талантливы, либо беспредельно глупы и наивны. Попытаемся определить, какая из этих характеристик подходит австралийскому режиссеру Джастину Курзелю, решившему поставить киноадаптацию ни много ни мало пьесы «Макбет».

Джастин Курзель до съемок «Макбета» на своем счету к 40 годам имел всего один полнометражный фильм «Снежный город», который принес ему приз международной ассоциации кинокритиков «Специальное упоминание» на Каннском кинофестивале. Несмотря на такое любопытное достижение, говорить о мировой известности режиссера совершенно точно не приходилось. И вдруг человек с таким, скажем откровенно, небольшим багажом в кино берется за Уильяма нашего Шекспира. Как говорится, с места в карьер. Без раскачки. Несомненно, основания считать подобную инициативу со стороны австралийца сомнительной и рискованной были, но, к счастью, до просмотра самой картины все эти домыслы сродни гаданию на кофейной гуще.

Фильм Курзеля — это полноценная экранизация великого произведения. Здесь нет критически важных отклонений и переосмыслений сюжета. Так что сценарий довольно осторожно следует за оригиналом, не позволяя себе надругаться над признанной классикой мировой литературы. Как и в оригинале, шотландский полководец Макбет одерживает выдающуюся победу над повстанцем Макдональдом, после чего узнает от ведьм судьбоносное пророчество. В предсказании ему предначертана корона короля. Если вы знакомы с оригиналом, то никаких неожиданностей от истории ждать не стоит. Если — нет, то, помимо краткого описания завязки, добавлю, что именно корона короля и станет главным предметом интереса Макбета, который вместе со своей супругой начнет кровожадную кампанию по воплощению пророчества в жизнь.

Итак, Курзель, бережно взяв хрупкую, но изысканную основу для сценария, оставил все самое нужное и важное и начал визуально украшать это, чтобы создать восхитительное кинополотно. Для этого режиссер точно подошел к выбору места действия, что крайне важно для трагедии. Щепетильно выстроенный сеттинг будто бы перенесся прямиком со страниц «Макбета». Холмы, поля, леса — все эти природные ландшафты прекрасно выполняют функцию живых декораций, пространства, в котором трагедии суждено случиться. Они завораживают и несут в себе определенное мрачное настроение, мастерски усиленное выбором планов и объектов съемки. Дополняют эти естественные красоты костюмы и довольно простое убранство помещений. Простота здесь уместна и полезна, ведь ничто не должно отвлекать внимания от сути произведения.

Суть произведения заключается в самом действе. Речь, конечно, о решениях и поступках героев, а также их ожидающих последствиях. Курзель, судя по всему, четко понял, что в достойной экранизации трагедии Шекспира иначе быть не может, поэтому не стал перетягивать внимание на себя и затенять это самое действо неуместными режиссерскими приемами. Участники событий картины, словно шахматные фигуры, которыми судьба играет свою зловещую партию. Макбет в исполнении Майкла Фассбендера и его жена, сыгранная француженкой Марион Котийяр, — настоящие монстры, подстегиваемые кровожадными амбициями. Актерский дуэт великолепно вписывается в роли супружеской пары, ставшей заложниками собственных стремлений. Особенно впечатляет перформанс Фассбендера, герой которого под влиянием собственного честолюбия преображается на глазах. Окутанный душевными терзаниями Макбет убивает в себе все положительные начала, изменяется как внешне, так и внутренне, и Майкл мастерски передает каждую даже мельчайшую трансформацию персонажа.

Критически необходимое для трагедии психологическое напряжение в картине «Макбет» буквально во всем. Оно в игре актеров, построении композиции кадра, в цвете и свете, режиссерских приемах, местами оригинально визуализирующих проверенную веками историю. Музыкальное сопровождение в свою очередь не заявляет о себе во всеуслышание, а смиренно помогает воссоздать нужное настроение, раз за разом привнося видеоряду особые нотки остроты. Иногда напряжение все же сменяется более спокойными сценами, но ненадолго, чтобы в следующий момент атмосфера стала еще накаленнее. Да и даже те присутствующие в экранизации немногочисленные минуты спокойствия несут в себе предзнаменование трагедии.

Столь тонкая и атмосферная экранизация трагедии Шекспира в исполнении Джастина Курзеля — весомый показатель выдающегося таланта, которым обладает этот австралийский режиссер. Он отважился усмирить своенравного дракона, изучил все его особенности и виртуозно справился со сложнейшей задачей.

КиноРетроспектива киномана
Share to Facebook