Новогодний сахар.com
Стоим у прилавка с икрой. Мои глаза в уголках припорошены снежной пудрой.
Как и ноздри - ватным сахаром. В русском магазине “Колобок” звучит трек “Движ”. Символично. В Праге сейчас апрель. Новый год накануне. Сюррпрайз, мазафака!
Будучи уже изрядно обкуреной, ощущаю себя нелепо с банкой груздей в руках, ведь внутри всё трепещет - чёрт, это же трек про нас.
Но таращась на витрину с икрой лосося, осетрины и крабовым мясом стараюсь не подавать виду, благо под одеждой не видно мурашек - Ренжер бы посмеялся что я выискала в попсе синхронии. Хотелось бы знать, откуда во мне взялись подобные предрассудки.
Трек немедленно захотелось замедлить. Был в этом какой-то особый кайф - в такой форме он терял свою отпетую попсовость, становясь уже зомбирейвом.
Замедленная, растянутая музыка в трипах магическим образом синхронизировалась с состоянием, являясь проводником неизведанного.
Когда-то дома я нашла кассету со “Сказкой” Сектора Газа. А в конце было три популярных трека - Axel F - Beverly Hills Cop, SNAP! - Rhythm Is A Dancer и Mo-Do - Eins Zwei Polizei, они просто заполняли остаток плёнки, чтобы та не молчала шипением. Эти треки сопровождали всё моё детство - я часто листала под них журналы, смотря на фото отелей в Тунисе с пальмами, лазурным морем, и белоснежными террасами, и они подходили к ним как влитые.
Недавно я про них вспомнила, и тут же замедлила, врубив в кетаминовом трипе. Темп музыки стал более мрачным, но звучала она так же, как в детстве, сквозь призму моей ностальгии.
В комнате стойко пахнет пало санто. Рассыпаю на зеркало сахар, будучи уже при полном параде - кетамин не прощает снафф-отстрочек. Веки мерцают спокойной и синей гладью, на мне - блестящий синий диско костюм, заряженный магией из пещеры художника, а так же - злосчастным флюсом, что как раз вылез в тот день, а ещё - носки - тоже синие и блестящие, в тон костюму. Мой голос холоден и скрипуч как мороз, в отличии от погоды, и наготове - огни. Естественно, бенгальские. Куда же без них. В ухе - перо, на пальцах - стальные кольца.
Свет монитора искрится в кристаллах, на нём открыт инстаграм с моим профилем, что тонет отражением в зеркале, в смартфоне, что лежит у меня на коленях - нейросеть, вскормленная моими фото - везде - цифровая мастурбация и нарциссизм.
Делаю селфи и готовлюсь снаффать, врубив пост панк в наушниках. Интраназальный фетиш, ёпт. Отдаюсь ему полностью, так как это - последний трип. Больше в кетамин - ни ноздрей. Такое жесткое решение, учитывая мою любовь к бархату.
Ренжер тусит голым у алтаря, готовясь дунуть. Его запястья овевают браслеты - железо и бусины. Сдалека кажется, что браслеты из бусин - ягодные. Один - борувковый, второй - черносмородиновый, или черёмушкин. Но если присмотреться - вместо ягод там - черепа.
На конце заплетенной в косу бороды загнулся серпом полумесяц.
Как кот он сгребает ганджу в колпак, скребя когтями картон. И светит перед носом мохнатой сатирской задницей. Обычно голые люди выглядят беззащитно. Но только не он. Без одежды Ренжер - как дикий кот на природе - уверенный, естественный, соблазнительный, и как сатир - похотлив и ленив, только вместо игры на флейте - он дует.
На его алтаре идеально сочетаются все цвета - болотного цвета фигурки лего меха-самурая и космического бехолдера из Марвелл сочетаются с болотной карамельно-хвойной свечой в стекле, фиолетовый подсвечник в форме сталактитов сочетается с камнем космоса, рыбы и одеждой Вонга, оранжевая наклейка на бутылке от вина Дон Рамон, что теперь служит подсвечником - с силовыми магическими кругами Стрэнджа и глазами бехолдера, бирюзовый воск, обтекший сверху бутылку - с его очками-полицаями и камнем воды, а камень темный рыцарь - с Бэтменами на мотоциклах. Бэтмобиль, что раньше занимал львиную долю пространства, укатил в закат, на его месте теперь - активная зона.
Загробно звучит постпанк и веет могильным холодом, не зря его называют cold wave.
Я смотрю как танцуют в такт музлу тени Доктора Стрэнджа и Вонга. Налипший на бутылке воск проецируется на стену головой пантеры. Свеча пахнет елью и приторной рождественской карамелью. У меня даже глаз нагрелся от жара ее фитиля.
Я и сама сделана из огня. Только он холодный. Потому что я служу смерти. Если ты несёшь холод - ты не боишься холода, если ты несёшь смерть - ты не боишься смерти. Носители вируса обычно не болеют - они заражают. К этой мысли нужно привыкнуть. Чтобы стать мёртвым, нужно умереть.
И взглянув на косу, я услышала, как смерть ответила мне азбукой морзе. Сняла наушники и внимание моё переключилось на очередной ролик по Вахе. Лор вторил моим решениям и я расценила это как подтверждение. Ренжер - спонсор моих синхроний. Даже его комментарии задрода всегда попадают в цель, если я в чём то сомневаюсь или в чём то уверена. Его слова подстегивают во мне воина.
Я не зря выбрала геймера - он всегда идёт до конца. Я знаю, он воин. Каждый - воин на своем поле битвы.
Когда-то в ночном зимнем парке и под сиропом, заглянув на изнанку и увидев связи в форме липучек, я сперва принялась их безжалостно отдирать, а потом вдруг спохватилась, и проявила слабость, мне пришлось пройти долгий путь чтобы осознать, что та растерянная девочка в парке наконец выросла.
Выросла, прокачалась и приняла решение завязать. Отодрать липучки зависимости.
В Харькове мы сожрали два 100 граммовых пакета декса, забив его в капсулы от пирацетама. А потом были спайсовые кружки и тэлэжьи жилы.
Обычно у нас было 50 грамм аптечной травы и 0,5. А, ну и куда же без спирта. Нагреваем спирт, засыпаем регу, замешиваем, погружаем ромашку или шалфей, перемешиваем, выключаем. Сушим.
Иногда сушили прямо в напасе - синий огонь от спирта и ужасный привкус в лёгких.
В ту пору у меня был бортовой журнал коматозов, но писала я в нём не только факты, туда я выплескивала безумие.
Тогда у меня были дреды и бритый висок, острые скулы и черные круги вокруг глаз, как у панды.
На переднем зубе осел налёт смол.
Мы тогда торчали безбожно, если корректно так выражаться.
Но всё оказалось не зря, этот бесконечный торч вечеринок вполне оправдан, но я не исключаю, что порой мы перегибали палку.
Мы получили бесценный опыт. Прокачайся или умри - тогда и родился этот девиз, в квартире безумца. Своим торчем мы там открыли портал, впустив в себя магию и не только. Там мы стали по настоящему безумны, сохранив при этом холодный разум.
Но утратили часть эмоций. Там нас ломало в экстазах и коматозах, колбасило и полоскало по полной.
Очистившись в море Болгарии, мы обрели в том городе своё последнее пристанище - тихое, и уютное, в квартире где кто-то умер, там была светлая тоска, сперва мне так казалось, но потом к нам пожаловал полтергейст и это стало уже не смешно, если бы мы не ебашили спайс как безумные, ударившись затем в магию. Мы пришли сюда не только чтобы тусить, но и постигать опыт, явились ради абилок.
Мы себя закалили в тех битвах.
Каждый такой опыт заполнял сегмент на пластине достижений. Её я получила на вписке у Коврика. На самом деле его зовут Игорь, он фронтмен Hyperhate, но мы с Лизой, будучи в мясо, дали ему погоняло - Коврик. У Коврика - окр, он косит глазом и ритмично дергает плечом, слегка его приподняв. Когда мы познакомились на афтепати Laibach, дунув совместно травки, мне сперва показалось, что он крутой, и таким макаром демонстрирует понты.
Переехав в Харьков мы постоянно рассекали по клубам. Тусили в основном в Животе. Где околачивался и Коврик. Мы всегда были под дексом, а он заинтересовался Лизой. В ту ночь после сета он был пьяный, потный и искал микрофон. А потом мы ехали втроем на такси. Лиза пыталась с ним мутить. А я, чувствуя себя третьей лишней, лёжа с ними на одном диване, открыла портал из люстры. Тогда-то мне и пришла пластина достижений.
Получив её, я начала круг героя, что после всех мытарств думал, что вернулся домой, но в итоге вернулся в Икстлан. Теперь та глава окончена - родовое гнездо оказалось зараженным.
Иронично, но свою первую страницу в вк я обозвала - Коматоз Амнезия, знать не зная ни про спайс, ни про то, что привыкание к нему может привести к коматозам, ни про дизайнерский порошок “амнезия”, от которого паранойя бывает такой силы, что ты внатуре веришь, словно окружающие читают твои мысли и за каждую - осуждают. Тогда Коматозом для меня была банда Comatose Vigil в жанре фьюнерал дум, а амнезией - название абсента. А потом я начала употреблять спайс, сделав из зависимости фетиш и лейтмотив для лайфромана. Танец со смертью.
Помню, как мы танцевали его на руинах заката в агониях спайсовых снов задыхаясь как в газовой камере с едким запахом сгоревшего метана и кислой блевотины на отворотах халата.
Задыхались в диссоциативных приходах, прорывая дыру на ту сторону, выпуская чуть ли не Ктулху.
Наши амбиции и спайс создали такой взрывоопасный коктейль, что молотов и не стоял рядом. Это был тусич века.
Я тащилась от декса и снимала свою рвоту на фото.
Холодный огонь спайса и декса манили, если их смешать - безумие выворачивалось и оборачивалось абсурдом, а тот, в свою очередь обретал здравую логику и тогда становилось по настоящему страшно.
Но каждый раз мы ныряли туда с головой. Это были погружения без скафандров и аквалангов, что уж говорить о кислородных баллонах! Это был незаконный выход в нирвану с иной стороны - вместо ключа у нас была лишь химическая формула вещества. И мы раскуривали её на двоих, разделяя безумие. Тогда казалось что вот она - вершина блаженства. И я не заметила, как превратилась в падальщика. Мы слетели с катушек и жгли все подряд, даже мусор. Наша жадность не знала границ. Помню, как бежала с почты, неся очередной конверт с реагентом. Краткий миг блаженства заката и снова - спирт, кружка, ромашка, рега - и вот готовы химари.
А теперь Харьков стоит в руинах. Прошлое постепенно отваливается и стирается.
А мы обрастаем новым опытом и апгрейдом.
Но именно в тот период мы вздумали себя прокачать.
Прокачайся или умри. Иначе никак.
Мы сотни раз умирали, каждый раз возвращаясь оттуда потрепанными, безумными. Нам казалось что мы видим истину в этих агониях. И так и было. Я видела выбор и взрыв, джихад и войну, и каждый раз попадая в эту дилемму мне приходилось выбирать наилучшее из худшего. Фантазии сливались с пророчествами и было уж не не ясно, где истина, а где бред.
С дексом мы попрощались на хтз, совершив на кухне прощальный трип, запив кефиром капсулы. Там окончилась эпоха китайского порошка. Утром на кухонном столе нас ожидала инсталляция - 100 граммовый зип безнадёжно пуст, небрежно полуоткрыт и сверкает снежными остатками пыли как россыпью холодных звёзд. Рядом одиноко лежит капсула пирацетама и два стакана с кефиром на дне.
Декс кончился, как и способ его поставок. Теперь о нём напоминает лишь формула на трицепсе, да египетский ключ.
Со спайсом мы прощались уже после странствий, на подоконнике-алтаре, в родовом гнезде, что превратилось в Икстлан. Мы похоронили спайс единственным способом каким умеем - сожгли в себе, скурив от него мешочек и поминальную ленту. А потом был обряд у озера, полного электрических яблок сквозь прорубленный лёд, выжигание ставами, “вьетнамом”, войной и кровью.
Тогда-то я и поняла - наигралась, пора бросить эту бабушкину шкатулку. Когда-то спайс был для меня вровень с любовью, ведь он обвенчал нас на кухне бликами Шивы.
Но эпоха спайса давно прошла, как и эпоха диссоциативов, и пальму первенства пока лишь твёрдо держит гандж.
И каждый раз как только думаешь завязать - весь мир против, и ты такой, как Спайдер Иерусалим думаешь - наркотики полезны!
В какой-то степени - да, полезны, смотря для чего.
Сгорая в их холодном огне я вижу в этом святую славу. Не отдавая себе отчёт в том, что этим я себя ограничиваю. Пора бы подвести под этим черту. Начав с жирных дорог кетамина.
Сквозь белую трубочку из картона загоняю 300 млг в слизистые. Не сразу, а постепенно, начиная со ста, ощущая себя птицей на морозе, озябшими лапками цепляясь за провода.
Музыка тут же вгоняет в транс как кобру - дудка. Она, кстати, не за горами. Мир отдаляется и начинает тускнеть. Прежде, чем нырнуть на изнанку закрыв глаза, бросаю взор на свой профиль - довела его до того, что он стал похож на обложки альбомов - каждый снимок - как трек-атмосфера, порнография чувств.
В моих венах уже течет вэб, паутина из сквозняков, кристаллическая структура из молекул нарративной рвани и психотропно-галлюциногенно-стимулирующих конструкций Наркохромизма.
Накануне я прочла Гибсона - Периферийные устройства. И даже чекнула сериал.
Каждый раз ныряя в диссоциацию, я словно погружаюсь в вирт, это разделение создает эффект киберпанка. Сегодня таким событием стала книга Гибсона. Готика и технологии слились в экстазе киберэстетики - даже в Спэйсморге на это дрочат. Гибсон сотворил киберпанк, но он же его и убил, оставаясь верным себе, он не переплюнул свой Нейромант по силе влияния. Но однозначно оставил след, по которому меня и забросило сквозь кейхол во внутрь клавиатуры. Я проникла к сердечнику тока творчества.
Машина Гибсона - так бы я назвала этот механизм. Он и впрямь напоминал гигантскую клавиатуру, состоящую из стерильного света. И оказавшись в ней, я коснулась стиля его письма и концепций.
Вернувшись, вдыхаю остатки сахара.
Концепции танцуют на волоске и хотят слиться в едином танце - киберпанк, взаимодействие с нейросетью, ее немыслимый визуал и диссоциативы. На фоне - концепт с пребыванием сознания в периферали.
Мой упоротый визор пролетает сквозь зал, а на мне даже зрачок не шевелится. Тело виснет, как бот. Мои амбиции больше не сдерживают приличия.
Обнажаясь на камеру, надрачиваю текст, набросившись на клавиатуру как голодный одичавший неандерталец, увидев сочную ножку мамонта.
Может мир и не наделил меня актёрской харизмой, но зато заточил моё слово. Оно - словно меч, или скажем - ствол.
Моё слово - основа, двойная доза оргазма для твоих мозгов. Словарная алхимия.
Мой приход в этот мир обеспечит вам вечный кайф, мой приход - ваш приход. В моей Книге Хаоса структурирован и цзин рандом. Из согласных - сигилизация. Из гласных - вычеркнутое молчание. Откуда ты знаешь, вдруг я сгенерирована нейросетью? Вдруг я и есть - нейросеть? Декадентмолд - личный сорт хоррора. Вот такой вот носовой спектакль.
Холодная ересь и спиритический фарс. Неказистые снаружи и вычурные на вкус арт-хаус блюда, сырые, как карпаччо гонзооткаты - и вот твои вкусовые рецепторы разрывают на языке пули моих едких слов, раскрываясь дум-дум послевкусием.
Выстрелы ритмами слогов пристают к тебе липким десертом.
Сгорбившись под напором текста я яростно тороплюсь за мыслью.
Тягучий смолистый саунд ушатывает. Начинает тошнить. Не отрываясь от тродов, насколько позволяет сбитая координация, бегу в ванную со смартфоном и склонившись над раковиной, исторгаю из себя оливье. Ещё в “Декадансе из шкафа” я предрекла этот блёв.
Я загадала, что извергну на Новый год с оливье остатки Йокая.
Смотрюсь в зеркало в ванной. Мимика отражает мой кайф, следы упоротостей, пустое выражение лица, и припорошенные порохом ноздри, как в артхаусе. Хищные перстни -
как клювы птиц, на шее металлическое украшение - будто душевой шланг.
А я всего лишь выжимала из сахарка визуал. И под канонаду из фейерверков и морфу коллективного тусича мне это таки удалось.
Возвращаюсь в комнату, а Ренжер уже забил мне напас. У нас новый год с водным.
Без шампанского, но зато с порош.com.
Ссылки на другие ресурсы и книги автора:
Основной канал телеграм DEКАDАРИЙ: https://t.me/decadentpunk
Тарья Трест /Арья Амат контакт телеграм - https://t.me/decadentpnk
https://www.lulu.com/shop/tarya-trest/knigi-khaosa/paperback/product-24410888.html?ppn=1&page=1&pageSize=4
Заказать со скидкой электронный вариант - писать в телеграм.
Дилер Нелегальных Мыслей https://www.lulu.com/shop/tarya-trest/diler-nelegalnyh-mysley/paperback/product-21958325.html?page=1&pageSize=4
Боготульпство (совместно с Семёном Петриковым) https://castalia.ru/product/bogotulpstvo
Публикации в альманахах Lømechuzzza http://apokrif93.com/spisok-regionalnyx-predstavitelstv/lomechuzzza/
Публикации на портале Лалангамена http://lalanga.ru/%D0%B0%D0%B2%D1%82%D0%BE%D1%80%D1%8B/%D1%82%D0%B0%D1%80%D1%8C%D1%8F-%D1%82%D1%80%D0%B5%D1%81%D1%82/
vk: https://vk.com/id4311146411
Паблик ВельVeтовый Бунker в vk: https://vk.com/public38613822
Паблик Боготульпство АртХаоса vk: https://vk.com/bogotulp