Эхо искры | Пролог
Сэм, бросив баночку снотворного на стол, плюхнулся на кровать и тут же застонал от боли. Травмы, полученные в Египте, до сих пор не зажили и давали о себе знать. Кряхтя и постанывая, он поудобнее устроился на постели, чтобы поспать. Но даже после нескольких таблеток снотворного сон не шел. Лишь назойливые мысли постоянно вертелись в голове.
Легкий ветерок коснулся занавесок, внизу, видимо, в гостиной было слышно, как работал телевизор. Сэм чувствовал, слышал, дышал.
Парень криво усмехнулся. Много же дерьма он успел натерпеться. Вон, даже восстал из мертвых, благодаря Богам трансформеров. Пожалуй, такого опыта он больше не хотел.
Сэм думал о событиях месячной давности, о Древних Праймах, которым поклонялись автоботы, словно Богам. О своем воскрешении. О, как бы Сэму хотелось верить, нормальной жизни паренька из Транквилити. И как-то само собой мысли перешли на трансформеров — странных и более человечных, чем сами люди, кибертронцах.
Будь он сам одним из автоботов, он бы пытался спасти Землю от десептиконов? Было бы у него столько смелости, мудрости и силы, чтобы противостоять не только своим братьям? Спасать тех, кто даже не считался его народом?
За вопросами, на которых у Сэма не было ответов, веки начали слипаться. Мир погрузился в темноту, звуки полностью смолкли. Заснув крепким сном, Сэм не видел, как по всему его телу начали появляться и расползаться по коже древний кибертронский язык. Когда на его теле больше не осталось пустого места, надписи, вспыхнув, исчезли. Словно их никогда не было.
Энергетический толчок пронесся по скалам, заставляя землю задрожать. Словно зов, из маленькой искры высвобождалась энергия каждые несколько минут. Однако, чем больше проходило времени, тем длиннее становились интервалы, а силы толчков — слабее. Новорожденная искра задрожала, призывая из последних сил кого-то сильного, могущественного. Того, кто сможет защитить ее, пока не обретет форму.
Кристально-голубой свет отражался на металлических скалах, прогоняя тьму.
“Я так устал,” — думала искорка, мигая неровным светом. Постепенно свет от нее тускнел. — “Разве я не был у себя дома и не намеревался поспать? Так почему же меня продолжает клонить в сон?”
Сэм, который и был этой новорожденной искоркой, борющейся за свое существование, старался держаться в сознании. Он упорно продолжал чего-то ждать. Но не знал, чего именно. Просто на интуитивном уровне ему нужно было продолжать показывать, что он здесь.
Минуты, часы, недели, месяцы или года — Сэм не знал, сколько прошло времени. Однако для него даже секунда была подобна вечности. В какой-то момент тупая боль пронзила все его естество. Она разрывала его, вырывалась из него непонятными всплесками бушующей энергии.
И, словно по щелчку пальцев, в мгновение ока боль стихла. Интуиция, шептавшая Сэму бороться и донести до всех, что он спрятан в скалах, смолкла. А потом невиданная сила обхватила его, неуклюже и осторожно. Как если бы это было впервые. Однако Сэм почувствовал, что наконец-то может закрыть глаза, не испытывая боли.
Искорка, в последний раз ярко замерцав, немного потускнела, будто успокоившись.
Во мгле скал, когда больше не осталось яркого света, зловеще горели два оптических сенсора. Темно-красная оптика безотрывно рассматривала крохотную новорожденную искру. Она была слабой, но в ней продолжала теплиться жизнь. Даже не проведя анализ, трансформер знал, что искра долго не проживет. Без удобного вместилища и без уз с Покровителем она была обречена.
С тихим шипением раскрылись два блока на груди, обнажая искру насыщенного фиолетового цвета. Словно человеческое сердце, она пульсировала. Когтистые пальцы осторожно подтолкнули маленькую искорку в наполненную камеру искры, прежде чем блоки закрылись.
Не планируя больше сдерживаться, Мегатрон в прыжке трансформировался в альт-форму — кибертронский звездный истребитель — и взмыл вверх, пробивая металлический потолок. Он летел в южную часть Кибертрона, где недавно расположилась фракция десептиконов.