
Сэм в очередной раз издал звук, что-то среднее между хрипами умирающего тюленя и воплем кота, чей хвост прищемили. Безнадежно. Никто не обращал на него внимания. Впрочем, ожидаемо. Потому что в течение нескольких дней, с того момента, как Сэм узнал, что его Покровитель — Мегатрон, десептиконы выработали иммунитет ко всем возможным истошным воплям. Если раньше его стенания вызывали в них удивление и даже испуг, то теперь — абсолютно никакой реакции.
Сэм, бросив баночку снотворного на стол, плюхнулся на кровать и тут же застонал от боли. Травмы, полученные в Египте, до сих пор не зажили и давали о себе знать. Кряхтя и постанывая, он поудобнее устроился на постели, чтобы поспать. Но даже после нескольких таблеток снотворного сон не шел. Лишь назойливые мысли постоянно вертелись в голове.