Хочу
April 30

Джиллиан Андерсен. Want (6) Кинки

Кинки

«Обычно я довольно открыто рассказываю друзьям о том, что меня заводит, но есть одна вещь, о которой я никому не говорю…»

Секс — это субъективный опыт. Хотя мы, люди, всегда стремимся всё категоризировать и навешивать ярлыки, совершенно очевидно, что для одного человека кинк, то, что для другого является обычным «ванильным» сексом.

Щупальца, дверные ручки, волосатые подмышки или взрослые подгузники — мир кинков представляет собой настоящее изобилие страстей, и эти письма представляют собой лишь маленькое окошко в один из уголков этой постоянно расширяющейся сексуальной вселенной. Если дать рабочее определение, то кинк можно считать широким термином для обозначения добровольных сексуальных практик, которые считаются «нетрадиционными», в то время как фетиш — это сексуальное желание, связанное с определённым предметом, объектом или негенитальной частью тела. Какими бы фантастическими, сверхъестественными или «странными» они ни были, все фантазии являются результатом союза нашего непосредственного опыта, того, что мы видели, слышали, обоняли, пробовали на вкус, трогали, и безграничной креативности нашего воображения.

Мы все используем слово «kink» в повседневной речи без всякого сексуального подтекста: кудрявый завиток волос (kinky curl), перекрученная проволока, болезненный зажим в спине (painful kink in your back). Логика этого слова предполагает, что существует некая объективная прямота во всём, и действительно, наше понимание «кинка» в сексуальном мире определяет желания и предпочтения, которые выходят за рамки того, что считается общепринятым или нормативным. Однако сама идея, что в сексе в принципе существует какой-то стандартный норматив, это безумие. Мне достаточно было лишь бегло просмотреть письма «Дорогая Джиллиан», чтобы увидеть, что существует безграничный спектр сексуальной активности, желания и фантазии, который активно сопротивляется жёстким и очевидным классификациям.

Подборка фантазий в этой главе удивила меня больше всего. Не потому, что я ханжа или меня легко шокировать (поверьте), а потому что масштаб дикой креативности и безграничности воображения полностью превзошёл мои ожидания. От женщины, которую постоянно возбуждает, когда она случайно натыкается на дверную ручку, и другой, которую заводит «уязвимость» волосатых подмышек, до тех, кто находит эротизм в сексе во время месячных, раздутых животах, ношении подгузников и сексе со щупальцами — эти письма являются свидетельством необыкновенно широких изобретательных способностей человеческого разума.

За пятьдесят лет, прошедших с выхода My Secret Garden, диапазон и разнообразие кинков и фетишей сильно изменились и расширились. Сила технологий и доступность интернета для большей части мира позволяют одним кликом получить доступ к поиску в Google порносайтов с любыми мыслимыми проявлениями кинка или узкоспециализированными интересами, какими бы нишевыми они ни были. Более того, интернет позволил создавать сообщества вокруг конкретных кинков и фетишей, встречи в клубах, на вечеринках и даже на специализированных конвенциях. Это настоящий бездонный ресурс, из которого современные женщины могут черпать вдохновение, чтобы исследовать и выражать то, что возбуждает их больше всего.

И всё же, несмотря на всё это, несмотря на то, что популярная культура всё чаще показывает секс, связанный с кинками, и несмотря на исследования, которые ставят BDSM на второе место после группового секса среди самых популярных сексуальных фантазий, стыд, который общество накладывает на кинк, всё ещё сохраняется. Трудно сказать, какой процент этих фантазий когда-либо проговаривается вслух или воплощается в жизнь, учитывая, что многие женщины до сих пор боятся осуждения. Но, к счастью, кажется, что наше богатое воображение, особенно когда оно касается кинка и фетиша, становится всё менее скованным.

Я наткнулась на неё по пути в офис, и меня мгновенно потянуло. Всё началось с лёгкого касания рукой, а потом переросло в полноценное хватание во всему её великолепию. Дверная ручка: я стала прокрадываться в офис после работы, чтобы доставить ей удовольствие в полной мере. Мой муж, конечно, ничего не знал, но он не мог дать мне то, в чём я нуждалась как женщина — ту самую полную толщину и растяжимость, которую я испытывала с этим партнёром.

Еврейка • Более £100 000 • Вступает в половую связь с любым объектом, человеком или вещью • Замужем / в гражданском партнёрстве • Есть дети

Мне нравятся волосатые и эмоционально уязвимые мужчины. Одного короткого взгляда на волосатый живот, который мелькает, когда у парня задирается рубашка, достаточно, чтобы я начала фантазировать о том, как снимаю с него одежду и покрываю поцелуями всё его тело. Когда я закрываю глаза и попадаю в своё счастливое сексуальное состояние, я фантазирую о том, как целую волосатую грудь, живот и бёдра мужчины, или как лежу, прижавшись к его тёплой груди, пока он ласкает меня пальцами, или как чувствую, как его волосатый живот скользит по моему телу, когда он сверху. Обычно я довольно открыто рассказываю друзьям о том, что меня заводит, но есть одна вещь, о которой я никому не говорю: волосатые подмышки мужчин меня очень сильно возбуждают. Это связано с уязвимостью, потому что, серьёзно, подмышки — это несколько видов физической уязвимости одновременно. И ещё дело в том, как они выглядят. Контуры подмышек невероятно красиво дополняются волосами. Парни, которые подтягиваются на перекладине, для меня как порно. В основном я просто люблю смотреть, но иногда думаю о том, чтобы их поцеловать, и в итоге фантазирую о поцелуях любой другой волосатой части тела, которую нахожу сексуальной. Члены вызывают у меня реакцию «О да, я могу с этим поиграть», а задницы — «Я хочу это потрогать», но если парень показывает подмышки, 95 % моего внимания сразу переключается туда. Мой мозг замыкается, и я застреваю в мыслях: «О боже, о боже, о боже, это его подмышки, и они прямо здесь, такие волосатые, красивые и невероятно сексуальные, и посмотри на это, ПОСМОТРИ НА ЭТО!»

Белая американка • Атеистка • Менее £15 000 • Аромантична, в основном сексуально интересуюсь мужчинами, но иногда людьми других гендеров • Одинока • Нет детей

Секс во время месячных, независимо от того, гетеросексуальный он, лесбийский или где-то среднее. В сексе во время месячных есть что-то очень первобытное. Это неопрятно и естественно. Это сладко и противно. Что-то настолько стигматизированное, я считаю, может сильно сблизить людей. Влюбиться в человека даже тогда, когда он кровоточит и у него спазмы. Найти красоту в способности вынашивать детей. Секс во время месячных — это горячо. Это весело и приятно :) Я это обожаю.

Белая • Буддистка • От £15 000 до £29 000 • Бисексуалка/пансексуалка • Одинока • Нет детей

Когда я мастурбирую или занимаюсь сексом с мужем, я часто представляю что-то вроде пениса-щупальца, которое движется ко мне и проникает внутрь. Потом оно выходит и снова входит в меня, снова и снова. Обычно, в этой волшебном мире фантазии, оно появляется откуда-то снизу и умудряется пробраться между моими плотно сжатыми ногами. Оно, как правило, довольно тонкое и каким-то образом смазанное. И оно не воплощённое, это просто ищущая, инопланетная штука. Она не ищет удовольствия, она просто любопытная. Я никогда не думаю о том, к чему это щупальцеподобное нечто прикреплено, мне нужно только представить, как оно ищет меня и снова и снова входит в меня.

Ещё одна вещь, которая меня сильно заводит — это фантазия о том, как я кормлю грудью взрослых, в основном мужчин. Они жадно сосут и действительно наслаждаются моим молоком или просто спокойны и довольны. Со вторым ребёнком у меня было слишком много молока, и мне приходилось просить мужа облегчить меня. Я была так переполнена, что это было скорее физическим облегчением, чем сексуальным удовольствием. Но я часто возвращаюсь к этому воспоминанию и делаю его сексуальным или представляю, как кормлю кого-то другого дорогого мне человека. От одной только мысли об этом у меня сжимается киска.

NA • NA • NA • NA • Замужем / в гражданском партнёрстве • Есть дети

Я специально мочусь в постель почти каждую ночь, и мне это очень нравится. Для меня это крайне избавляюще — свобода писать где угодно и как угодно. Мне потребовался больше года, чтобы полностью к этому привыкнуть, и я никогда об этом не пожалела. Мочеиспускание наполняет меня уверенностью, но также и желанием быть под контролем. Это распространяется не только на мою постель. Я люблю писать в брюки, юбки, шорты или иногда просто в трусики, иногда в постели, иногда в туалете или даже в машине! Мне также нравится носить и мочиться в подгузники-трусики для девочек, они заставляют меня чувствовать себя маленькой, но при этом уверенной. В первый раз, когда я помочилась в них, у меня случился лучший на тот момент оргазм в жизни, они отлично впитали всю мою мочу, потому что у меня маленький мочевой пузырь. У меня всегда с собой в сумочке несколько пар трусиков и подгузников-трусиков на случай непредвиденной ситуации вне дома.

Мой фетиш по-настоящему расцвёл, когда я уехала учиться в колледж. У меня была своя комната в общежитии и своя ванная. Я могла предаваться этому в любое время, когда захочу, и это теперь переплетается с моим вторым главным фетишем: смывать трусики в унитаз. Я не знаю, что именно меня в этом привлекает, но теперь я делаю это безопасным способом, который не может навредить никому, кроме меня самой. Я даже не подключена к общей канализации, так что беспокоиться не о чем.

Я до сих пор девственница, и мочеиспускание в постель, подгузники-трусики и смывание играют большую роль в моей фантазии о том, как я хочу потерять невинность. В моей фантазии мой любимый человек обнаруживает, что я мочусь в постель, и потом утешает меня, пока я плачу в мокрых трусиках или подгузниках, говоря, что всё в порядке, и всякое случается. Он помогает мне встать с кровати и ведёт в ванную, чтобы я помылась и избавилась от следов ночной аварии. Это становится ежедневным ритуалом. Я мочусь в постель каждую ночь вместе со своим партнёром, который даже дразнит меня из-за моих «аварий», возможно, почти что рассказывая друзьям, что я писаюсь в постель. Унижение иногда играет роль в моём фетише в зависимости от настроения. Иногда я хочу быть главной; иногда, чтобы меня защищали и заботились обо мне. Иногда я чувствую себя неуязвимой перед миром, иногда мне нужно, чтобы меня оберегали.

Белая американка • Христианка (неконфессиональная) • От £49 000 до £100 000 • Бисексуалка/пансексуалка • Одинока • Нет детей

За эти годы у меня было много разных фантазий. Некоторые угасли, другие развились, и желание, чтобы они действительно произошли, стало гораздо сильнее. Это вещи, которые я не могу полностью объяснить. Одна из них связана с моим фетишем. Большинство назвали бы это чем-то связанным с размножением, хотя есть и другой термин — «hucow». Я не могу говорить за всё, что это включает, но, если коротко, мне очень нравится идея быть «заполненной». Я даже не знаю, смогу ли объяснить, до какой степени я этого желаю — это ощущение, когда кто-то кончает глубоко внутри меня, и всё, что происходит после (как сперма медленно выходит из меня, стекает по бёдрам). Если бы существовал способ, чтобы у мужчины никогда не заканчивалась сперма, я, наверное, никогда бы не захотела вылезать из постели, желая всё больше и больше. Уже одна только мысль об этом достаточно сильно меня стимулирует, и она часто занимает мои дневные грёзы.

Белая австралийка • Атеистка • От £15 000 до £29 000 • Квир • В отношениях • Нет детей

Моя самая большая сексуальная фантазия — это очень нишевый вид пет-плей. Вместо щенка или котёнка я предпочитаю играть чёрного леопарда. Конечно, я надеваю уши и хвост, которые все ожидают, но также надеваю перчатки с острыми когтями. Это серая зона между доминированием и подчинением — быть питомцем с садистскими наклонностями. Такая динамика даёт силу и мне, и моей девушке. Питомец знает, что способен на насилие, может кусать, царапать и играть довольно грубо. Госпожа тоже это знает и держит зверя в узде, одновременно позволяя ему использовать свои таланты. Иногда я фантазирую о том, как охраняю свою госпожу у подножия трона, развалившись у её ног. В других случаях я думаю, каково было бы по её команде охотиться на другого сабмиссива. Когда мне говорят «фас» и спускают с поводка.

Белая • Атеистка • Менее £15 000 • Гей/лесбиянка • В отношениях • Нет детей

Я знала, что я трансгендер, ещё с детства. Когда начался пубертат, и я одновременно ощущала сильное сексуальное влечение и всё большую гендерную дисфорию из-за мужских изменений в теле, у меня начали появляться фантазии не только о том, чтобы быть с женщиной в качестве биологической женщины, но и о том, как женщины мочатся под себя. Я не уверена, началось ли это потому, что подгузники символизировали способ скрыть мою мужественность, или из-за травмы от того, что я мочилась в постель до семи лет и того стыда, который меня заставляли испытывать. Так или иначе, лесбийские видео или видео соло-девушек, которые мочатся в трусики и штаны, стали моим любимым порно. Иногда даже видео с испражнением в подгузники, если я была пьяна.

Я сильно развивала в себе идентичность AB/DL (adult baby/diaper lover), параллельно с ещё не признанной женской и лесбийской идентичностью. Когда я напивалась, то спрашивала своих бывших подруг, хотели бы они быть со мной, если бы я стала девушкой. Все они отвечали «нет», но я могла закрыть глаза и притвориться, что меня лижут, пока мне делали минет. Это был мой единственный выход. Также я просила своих бывших надевать подгузники для меня, потому что меня крайне возбуждают девушки в подгузниках. Взрослые, конечно. Но теперь, когда я совершила каминг-аут как трансгендер и как AB/DL, это не только освободило меня от боли и суицидальных мыслей, но и позволило наконец жить своей жизнью и смотреть на мир своими глазами, а не через призму бывших и фантазии.

Я очень счастлива сообщить, что нашла потрясающую невесту, которая любила меня как мужчину, но осталась со мной как с женщиной и тоже возбуждается от всего, что связано с подгузниками. Верите или нет, только одна из многих девушек, которым я когда-либо предлагала попробовать подгузники, не увлеклась этим после первого использования. Все они сначала колебались, но помочившись один раз, говорили, что им очень понравилось. Это очень сексуально, и я думаю, что все девушки должны это попробовать, потому что мы не ожидаем получить от этого удовольствие, но уверяю вас, мы можем его получить. Я с нетерпением жду своих операций и мечтаю о дне, когда наконец смогу пережить свою самую большую фантазию — быть оттраханной своей девушкой, когда я на мне подгузники. Ничто не заводит меня сильнее. Я так счастлива, что наконец могу открыто признаться миру в своей гендерной идентичности и своих сексуальных интересах.

Белая американка • Христианка • Менее £15 000 • Гей/лесбиянка • В отношениях • Нет детей

В последнее десятилетие моя сексуальная жизнь была очень нерегулярна, зато богата фантазиями. У меня двойственное отношение к крови. Например, я бы крайне неохотно согласилась на переливание крови, если только донор не родственник или очень близкий человек. И всё же я фантазирую об обмене кровью с человеком, в которого я глубоко влюблена. Уже одно только представление этого действует очень возбуждающе и крайне эротично для меня. Кровь — одна из самых сильнодействующих жидкостей в нашем организме. Наверное, поэтому вампиры такие сексуальные, особенно Гэри Олдман в роли Дракулы. Сцена ближе к концу фильма, когда героиня Вайноны пьёт его кровь… ммм. Ещё у меня есть смутное воспоминание о французском фильме, о сексуальном путешествии молодой женщины, который я смотрела примерно двадцать лет назад. В одной сцене главная героиня связана и сидит на кровати с завязанными глазами. Мужчина острыми ножницами разрезает её трусики прямо у влагалища, а потом просовывает пальцы через разрезанную ткань. Примерно в то же время вышел фильм «Секретарь». Оба этих фильма открыли мне идею подчинения.

Когда я думаю об острых хирургических ножницах и ощущении холодной стали на коже, когда срезают одежду, это сильно меня возбуждает. Недавно я начала фантазировать о том, как меня режут скальпелем. Как меня связывают и контролируют, нанося порезы в разных местах тела, маленькие аккуратные разрезы, из которых идёт кровь, а потом происходит обмен кровью, её слизывают, проглатывают, а потом всё обрабатывают и заклеивают полосками пластыря. (Разумеется, с полным пониманием необходимости соблюдения гигиены в отношении заболеваний, передающихся через кровь!)

Белая европейка • Атеистка • От £29 000 до £49 000 • Гетеросексуалка • Одинока • Есть дети

С детства меня возбуждали раздутые от переедания животы девушек. Я помню, как смотрела, как мой собственный живот увеличивается, когда я ела очень много, и это вызывало у меня невероятное ощущение. Конечно, теперь я понимаю, что это было возбуждение! Откуда и почему это превратилось в фетиш? Женские животы и по сей день остаются для меня источником сильного возбуждения. Это не входит в «традиционную» сферу кинка, поэтому я очень стесняюсь говорить об этом, хотя и состою в kink-сообществе, где переверчивают каждый камень. Этот фетиш кажется мне «странным» по сравнению с другими, более распростраёнными.

Моя фантазия — устроить большой ужин с другой девушкой, а может, и с парнем. После этого мы идём в постель и играем друг с другом. Я всегда представляю, как сижу спиной к груди своего партнёра, а он/она опирается спиной о стену. Его руки гладят мой живот, он целует мою шею, пока я пью воду, чтобы ещё больше надуться. Второй партнёр в это время лижет меня. И оба заставляют меня чувствовать себя нормальной, любимой и желанной в этом состоянии, чтобы я не стеснялась, что выгляжу толстой или непривлекательной из-за раздутого живота. Мне также нравится, когда сценарий разворачивается наоборот: девушка сидит, откинувшись назад на меня, мои ноги по обе стороны от неё, а моя спина упирается в стену. Парень лижет её, а я глажу её раздутый живот, пока она пьёт воду и позволяет себе увеличиваться. Я бы хотела сжимать её бёдра и бока.

Однажды я рассказала об этом фетише одному партнёру, но сейчас держу это при себе или сильно минимизирую: «Мне нравится, когда мне гладят и растирают живот». При этом после ужина с ними я сильно возбуждаюсь, а они даже не подозревают, что дело в том, что я надулась, а не в романтике совместного ужина, хотя и это тоже помогает. Меня также очень заводит милое обжорство. Когда кто-то переедает, немного отрыгивает и стонет, что так сильно наелся. Вот ЭТО меня заводит. Я провожу День благодарения с друзьями. Можете представить, насколько сложный для меня этот праздник, когда меня окружают привлекательные друзья, я пью вино и весь вечер чувствую себя возбуждённой из-за всех этих полных животов. Это ОЧЕНЬ тяжёлый день. Это отличается от «фидеризма», но в этом временном состоянии переполненности и переедания есть что-то, чего я желаю ОЧЕНЬ сильно.

Белая британка • Духовная • NA • Бисексуалка/пансексуалка • Одинока • Нет детей

Мне уже под тридцать — возраст, когда я начинаю понимать, что мне нравится, но ещё так много всего предстоит открыть для себя. Обо мне нужно знать две вещи. Во-первых, мои друзья называют меня извращенкой. Во-вторых, я не люблю вампиров. Позже станет понятно, почему второе важно. Что касается первого, то я считаю себя счастливой, что выросла в стране, где разговоры о сексе не являются табу, а вполне обычное дело. Я люблю исследовать и узнавать, что ощущает моё тело и как эти ощущения меняются на каждом этапе месячного цикла. Не только боль в сосках и спазмы, но и то, что происходит у меня в голове. Говорят, некоторые женщины особенно сильно возбуждаются во время овуляции. Но мы нечасто обсуждаем, что чувствуем и о чём думаем во время месячных.

В большинстве случаев мои фантазии довольно похожи: иногда это нежный секс между любовниками, иногда что-то более возбуждающее — бондаж, порка, немного анального секса. Однако когда у меня начинаются месячные, всё меняется. Есть ещё одна вещь, которую вам стоит знать: я ненавижу кровь, особенно когда она выходит из моего собственного тела. Я вставляю тампон, ем слишком много мороженого, ненавижу всех вокруг, пока вдруг не замечаю, что стала невероятно возбуждённой. И тогда в голове всплывает одна и та же фантазия.

Я нахожусь в комнате без окон. На полу лежит бордовый бархатный ковёр (мне всё равно, кто будет его потом чистить, это моя фантазия). В каждом углу стоят викторианские кресла, а посередине — тёмный деревянный стол. Его окружают металлические рамы, достаточно большие, чтобы под ними мог стоять человек. Вечеринка начинается, когда единственная дверь открывается, и в комнату входят две женщины в сине-чёрных парчовых корсетах. Их профессию можно было бы назвать «доминатрикс», но сегодня мы будем называть их «сопровождающими». За ними следуют одиннадцать женщин, лица которых скрывают венецианские маски, но не могут скрыть возбуждённых улыбок. Поскольку эта фантазия возникает у меня часто, я люблю менять свою роль в ней. Сегодня я одна из этих дам под маской. Некоторые из нас бывали здесь чаще других, но мы все любим возвращаться. Мы одеты в разные костюмы: корсеты, платья, кожаный комбинезон, одна из нас носит один только пояс на обнажённых бёдрах. У всех наших нарядов, кроме одного, есть общая черта: грудь и область лобка полностью открыты. Сопровождающие пристёгивают десятерых из нас к металлическим рамам, руки подняты над головой, ноги широко разведены. Кожа начинает покалывать, внутри тела словно разгорается огонь. Одиннадцатая женщина должна подождать. На ней длинное викторианское платье, под которым скрыты самые интимные части тела. Она впервые на вечеринке. Сегодняшняя ночь станет её обрядом посвящения в наше маленькое общество, и она принесёт свой дар.

Когда сопровождающие заканчивают пристёгивать остальных, они поворачиваются к ней. Они укладывают её на стол посередине комнаты и фиксируют руки вдоль тела. Она закрывает глаза и улыбается. Я представляю, что она возбуждена так же сильно, как и я. Когда-то я точно так же лежала здесь во время своего посвящения. Но сейчас я рада, что могу смотреть на неё. (Поскольку я люблю и мужчин, и женщин, меня возбуждает просто представлять других женщин обнажёнными и беззащитными.) Дверь открывается в последний раз за эту ночь. В комнату входит группа мужчин в парчовых жилетах и тёмных сюртуках, их лица тоже скрыты венецианскими масками. На них белые чулки и туфли с пряжками — это настоящие викторианские вампиры. И внезапно вампиры становятся самыми сексуальными существами, каких я только могу себе представить. Конечно, они ненастоящие, у них нет клыков, и они спокойно переносят солнечный свет, но это мужчины, притворяющиеся вампирами. Теперь начинается обряд.

Глава вампиров делает шаг вперёд, держа в руках кубок, наполненный красным вином. Пока он бормочет молитвенный напев на неизвестном языке, сопровождающие расшнуровывают платье новообращённой спереди и разводят его в стороны. Когда появляются её мягкие груди, я вижу, как брюки мужчин натягиваются на бёдрах. Молодая женщина выглядит нервной, когда сопровождающие задирают её юбку до живота, обнажая уже полностью мокрую вульву. Каждая из них подхватывает одно из её бёдер, поднимает и прижимает колени к груди, широко раздвигая её. Главный вампир заканчивает молитву и встаёт перед широко раскрытыми гениталиями. Он ставит кубок на стол, а затем, без предупреждения, вводит большой и указательный палец в её влагалище и начинает ощупывать внутри. Она начинает стонать от удовольствия. Проходит какое-то время, прежде чем он вытаскивает маленький золотой сосуд в форме чаши. В нём собралась вся её менструальная кровь. Он на мгновение поднимает его, а затем выливает вязкую жидкость в кубок. Его пальцы липкие и красные. Теперь кровь начинает капать из её влагалища прямо на стол. Главный вампир поднимает кубок в воздух, остальные начинают радостно кричать, а он делает глоток. Затем он передаёт кубок следующему мужчине. По очереди каждый из них отпивает из кубка. Теперь обряд окончен, и начинается вечеринка.

Пока мужчины наблюдают, сопровождающие ходят по комнате и проделывают с нами то же самое, что главный вампир сделал с женщиной в центре. Они вводят в нас пальцы, захватывают маленький сосуд и медленно вытаскивают его, конечно, медленно, мы же не хотим упустить ни капли удовольствия. Наконец доходит очередь до меня. Женщина-сопровождающая улыбается мне. Она меня знает, я уже бывала здесь несколько раз, поэтому она больше не нежничает. Она просто резко вводит пальцы, моё влагалище растягивается, и я чувствую, как тёплая, липкая жидкость вытекает из меня, стекает по бёдрам и капает на ковёр. Теперь все мужчины расходятся по комнате, и каждый выбирает себе женщину. Один подходит ко мне, смотрит с улыбкой и опускается на колени. Он хватает меня за ноги и засовывает в меня язык. Я чувствую, как он слизывает мою кровь, как вылизывает каждую каплю с моих бёдер и половых губ. Уже через мгновение комната наполняется стонами, моими, других женщин и новой девушки в центре.

Я снова вспоминаю, как сама лежала на её месте. Мысль о том, что все на меня смотрят, что я нахожусь в центре внимания, только усиливает моё возбуждение. Тем временем парень между моих ног усиливает давление языка на клитор. Мои мышцы горят, готовые сжаться в оргазме. Но именно в тот момент, когда я думаю, что вот-вот кончу, он останавливается, оставляя меня в невыносимом напряжении. У меня есть небольшая передышка, а потом подходит следующий мужчина. Он двигается элегантно и очень вежливо. Держу пари, в конце он не будет таким милым и не даст мне кончить. Он делает со мной то же, что и предыдущий. Опускается на колени и начинает медленно и мягко меня вылизывать. Это похоже на пытку. Я хочу, чтобы он меня трахнул, хочу, чтобы дал мне больше.

Я оглядываюсь вокруг. Все испытывают то же самое. Я вижу их похотливые лица и мужчин, которые повсюду целуют их. Потом мой взгляд падает на женщину в центре. Сейчас её развлекает вампир с длинными волосами. Я смотрю на её закрытые глаза, красное лицо, вздымающуюся грудь. Я вижу, как его большой член входит и выходит из её задницы, а она стонет громче всех нас.

«Трахни меня», — говорю я своему вампиру. Я вижу, как за маской поднимается его бровь, когда он смотрит на меня снизу вверх, всё лицо в крови. Мне действительно приходится его просить. Мы здесь для того, чтобы нас выпили. На всё остальное мы должны дать им своё разрешение. Поэтому я умоляю его. Он улыбается и говорит: «Как пожелаешь». Затем встаёт, вытирает окровавленное лицо рукавом и достаёт свой член.

«Не так», — говорю я. «Вот так». Я смотрю на женщину в центре.

Его улыбка становится шире. «Как пожелаешь», — повторяет он.

Когда он заходит мне за спину, его рука касается моей груди. Потом он раздвигает мои ягодицы и резко вгоняет свой член мне в задницу. Мне не нужно было предупреждение, я готова, и моя дырка втягивает его внутрь. Он входит так глубоко, что я чувствую, как головка упирается в матку, а его яйца прижимаются к моим ягодицам. Затем он начинает толкаться, сильно и глубоко. Он кладёт руки на мои соски и сильно их сжимает. Ещё несколько толчков, и я чувствую, что мне хочется писать. Я в отчаянии, я просто хочу кончить. Позыв становится всё сильнее, и внезапно я чувствую, как из меня мощно вырывается струя жидкости. Все мышцы моего тела напрягаются, и я наконец кончаю.

Я открываю глаза и понимаю, что снова в своей спальне. Я улыбаюсь своему партнёру, который поднимает голову из-за моих ног и улыбается в ответ. Я, возможно, немного растеряна от того, что только что видела у себя в голове, встаю под душ и возвращаюсь к своей обычной жизни: к кровоненавистнице-феминистке, которая указывает парням, что делать, вместо того чтобы подчиняться.

Белая австрийка • Воспитана в католичестве, но не религиозная • От £29 000 до £49 000 • Бисексуалка/пансексуалка • В отношениях • Нет детей

Моя мама умерла, когда мне было тринадцать. Она взяла на себя задачу научить меня всему, чему могла, потому что знала, что её конец будет ранним. Я помню, как она рассказывала мне об обрезании, о пенисах и, конечно: «Обязательно следи, чтобы твой мужчина тщательно мыл всё под крайней плотью». Она научила меня оттягивать крайнюю плоть с помощью карандаша, обёрнутого бумагой. Всё это казалось мне очень странным в детстве. Моё любопытство было сильным, мне хотелось знать, как выглядит пенис, как он растёт. В начальной школе нам всем нужно было сделать проект о какой-нибудь системе организма. Я, естественно, выбрала мужскую репродуктивную систему.

Когда я повзрослела, то поняла, что пенисы просто прекрасны. Я также очень хорошо умею мыть и ублажать мужчин в душе. Спасибо, мама! Я не думаю, что мужчины знают, как сильно мы, женщины, иногда любим пенисы. Это приводит меня к моим фантазиям. Я рассказала эту фантазию своему партнёру, и мы немного экспериментировали с ней. Мне очень нравится вид писающего пениса — это меня заводит. В этом есть что-то такое мужественное. А ещё доминирующее, что я тоже люблю. Это то, чем я не делюсь со среднестатистическим парнем, и раньше мне всегда было слишком страшно кому-либо об этом рассказывать до моего нынешнего партнёра. Мочеиспускание. Я возбуждаюсь от мочеиспускания. Я ВОЗБУЖДАЮСЬ ОТ МУЖСКОГО МОЧЕИСПУСКАНИЯ! Это нервирует, но и приносит огромное удовлетворение.

Канадка гайанского происхождения • Атеистка • От £49 000 до £100 000 • Бисексуалка/пансексуалка • Замужем / в гражданском партнёрстве • Есть дети

Я уже давно не выходила из дома без ребёнка. Приятно наконец-то сходить по делам одной. Однако сегодня всё затягивается гораздо дольше, чем я рассчитывала. Мои груди полны молока и начинают болеть, бюстгальтер с каждой минутой становится всё более неудобным. Я пытаюсь внушить себе, что осталось совсем немного, и, оглядевшись, чтобы убедиться, что никто не смотрит, и быстро снимаю бюстгальтер, надеясь выиграть немного времени. Но пока я нахожу последние необходимые товары в магазине, я чувствую знакомое жгучее напряжение, которое говорит мне, что груди слишком переполнены и вот-вот начнут течь. Я вываливаю корзину с покупками на кассу, надеясь успеть выйти оттуда вовремя. Слишком поздно. На моей рубашке начинают проступать мокрые пятна. Чёрт.

«Извините, у вас есть где-нибудь место, где я могла бы привести себя в порядок?» — спрашиваю я молодого человека за кассой. Не колеблясь, он запирает кассу и говорит: «Следуйте за мной». Он ведёт меня в «комнату для матерей» в глубине магазина. К тому моменту, как мы до неё доходим, молоко уже капает с моей рубашки. Смущённая, я прошу продавца подержать мои покупки, пока я приведу себя в порядок. «Конечно, но прежде чем я вернусь на кассу, возможно, я мог бы вам помочь», — предлагает он. Я в шоке. «Что вы имеете в виду?» — спрашиваю я. Он извиняется за свою прямолинейность и говорит: «Я вижу, что вам некомфортно. Ручное сцеживание, чтобы вам стало легче, займёт довольно много времени. К тому же, наверное, очень больно. Пососать их в начале будет менее болезненным». Я думаю всего секунду и неохотно соглашаюсь. Он прав, вручную это займёт целую вечность и будет очень больно. Я сажусь на стул и снимаю мокрую рубашку. Молоко сразу же сильно брызжет из сосков. Мужчина опускается передо мной на колени и берёт один сосок в рот. Он сосёт его идеально, достаточно сильно, чтобы снять давление в моих набухших грудях, но достаточно нежно, чтобы не причинять боли. Через несколько минут мне становится гораздо лучше. Грудь всё ещё полная, но уже не болит. Потом, я в ужасе замечаю, что мужчина начал тереть себя через штаны.

«Что вы делаете?» — вскрикиваю я. Он перестаёт сосать мой сосок. Моё молоко всё ещё капает, стекая по животу.

Он говорит, что извиняется, он не хотел меня смущать, но сосание моих полных грудей так его возбудило, а его член стал таким твёрдым, что, кажется, вот-вот взорвётся. Он думал, что сможет просто кончить в штаны, и я ничего не замечу. Он говорит, что мы можем остановиться, если я хочу.

Я замолкаю. Давление в грудях снова нарастает. Мне всё ещё нужна помощь, поэтому я говорю ему продолжать.

Тогда он спрашивает, будет ли нормально, если он достанет свой член и облегчится, пока облегчает меня. Я понимаю, как он себя чувствует. В конце концов, я была так отчаянна, что позволила незнакомому продавцу сосать мою грудь. Молоко всё ещё сочится из моих сосков. «Делайте, что вам нужно», — говорю я ему.

Он расстёгивает брюки и достаёт свой очень твёрдый и очень толстый член. Я откровенно поражена, насколько он большой и толстый. Он снова берёт мой сосок в рот и начинает сосать, одновременно дроча свой член. Я пытаюсь не смотреть, но его размер впечатляет. Я начинаю возбуждаться, наблюдая, как он мастурбирует, жадно глотая моё текущие молоко. Я пытаюсь сжать свободную грудь так, чтобы молоко попадало на его член, но прицел хромает. Наконец я спрашиваю: «Хотите, я буду брызгать молоком на ваш член?»

Он едва не кончает прямо в этот момент от одной мысли, что его член будет покрыт моим молоком, но ему удаётся сдержаться. «Я был бы в восторге», — говорит он мне. Я сжимаю обе груди, и молоко дождём льётся на его пульсирующий член. Он продолжает яростно дрочить себе, одновременно посасывая мои груди, и я возбуждаюсь ещё сильнее. Я начинаю думать о том, каково было бы почувствовать его член внутри себя. Потом я спрашиваю, хочет ли он кончить внутрь меня.

Он отпускает мою грудь и задирает мне юбку. С соска стекает капля молока. Он отодвигает мои трусики в сторону и медленно вводит свой толстый член, заполняя мою киску. Я чувствую каждое его движение. Когда он начинает глубоко проникать в меня, мне немного больно, но не в плохом смысле. От сильного возбуждения моё молоко снова начинает течь сильнее. Он берёт грудь в рот и сосёт долго и глубоко. Молоко брызжет ему в рот и на грудь. От этого он кончает внутри меня, и его член пульсирует. Я тоже испытываю оргазм и сильно сжимаюсь вокруг его члена. Сперма вытекает из меня. Он продолжает сосать моё молоко, пока оно наконец не перестаёт течь. Он не хочет упустить ни единой капли.

NA • NA • От £49 000 до £100 000 • Гетеросексуалка • Замужем / в гражданском партнёрстве • Есть дети