Хочу
September 1

Джиллиан Андерсен. Want (12) У меня всегда была слабость

У меня всегда была слабость к…

«Роботы — замечательные любовники, их величайшее удовольствие — доставлять мне удовольствие».

Как и я, вы, вероятно, не раз сталкивались с извечным вопросом: «Кто твой тип?» Как бы упрощённо ни звучал этот вопрос, письма в этом разделе показывают, что многие из вас определённо любят фантазировать о вполне конкретном типе человека и/или сценарии.

Для некоторых фантазия очевидно уходит корнями в прошлое или в память о ком-то, кого они когда-то любили или желали. Для других понятие конкретной «вещи», лежащей в основе их возбуждения, гораздо более расплывчато или даже смешано, возможно, вдохновлено незнакомцем или вымышленным персонажем. Одна женщина описывает, что униформа является для неё классическим источником возбуждения: «Сексуальные фантазии появились у меня с восьми лет, — пишет она, — Первая была о почтальоне, и я представляла себе, как он отправляет в мою спальню письмо с поцелуем для меня в стиле старомодных фильмов. С тех пор униформа всегда была моим пропуском в мир возбуждения». Для большинства из нас распутывание того, откуда взялся этот «тип», может оказаться эмоциональным минным полем: может показаться запретным фантазировать о ком-то из прошлого, о ком-то, кого ты не можешь иметь, или о ком-то, кто тебе в остальном не нравится, и, возможно, именно это и делает фантазию возбуждающей.

Большинство из нас со временем принимают, что отношения требуют компромиссов, но наши фантазии не знают подобных ограничений. Многие персонажи в этих фантазиях разительно отличаются от реальных романтических партнёров авторов. И всё же нет причин видеть в них угрозу, ведь то, чего мы хотим в фантазиях, не обязательно совпадает с тем, чего мы хотим в реальной жизни. Любимая фантазия может быть и разовой. Одна писательница идёт дальше и приглашает своего партнёра в свои фантазии, и они вместе начинают создавать своего «воображаемого третьего», внося элемент повествования в свою спальню.

Я бы не подумала, что агент Дана Скалли из «Секретных материалов», которую я играла большую часть девяностых, попадает в «тип», считающийся эротическим. Скалли носила мешковатые брючные костюмы и была настоящим ботаником. Но, конечно, существует извечный архетип сексуальной библиотекарши, которой стоит только распустить волосы и снять очки, и она становится дикой и уверенной под одеялом, и Скалли, похоже, идеально вписывалась в этот тип, порождая десятилетия эротической одержимости и немало фанфиков. Совсем недавно, когда я играла премьер-министра Маргарет Тэтчер в «Короне», исследователи напомнили мне, что она тоже была своего рода специфическим эротическим типом и что существовала целая когорта людей, у которых была «слабость» к ней и к её лодыжкам, несмотря на её респектабельную свирепость. Без сомнения, она была объектом многих ночных фантазий членов кабинета консерваторов 1980-х!

Есть что-то прекрасное в безупречной подборке фантазий в этом разделе, и удовольствие здесь, безусловно, заключается в деталях. Запахи, вкусы, ароматы и ощущения, описания, которые могут быть глубоко личными и в некоторых случаях необычными. Какова бы ни была чья-то склонность, будь то униформа, встреча с персонажем вроде миссис Робинсон или идеально запрограммированный секс-робот, гиперспецифическая природа этих фантазий составляет неотъемлемую часть их привлекательности.

Мы не склонны подвергать сомнению предпочтения по «типу» в повседневной жизни, где современная жизнь предлагает ошеломляющее количество вариантов. Может ли быть, что эти фантазии в некотором роде являются ответом на это изобилие выбора? Что на самом деле мы хотим перейти к сути, выбирая фантазию, которая гарантированно доводит нас до оргазма? Это может быть сравнимо с сексуальной версией похода в любимый ресторан и заказа одного и того же блюда каждый раз, потому что оно неизменно попадает в цель и всегда оставляет вас удовлетворёнными.

У меня всегда была слабость к мужчинам, облечённым властью, но особенно к учителям среднего возраста. И, кажется, целую вечность я фантазировала о том, как сижу в классе, а учитель просит меня задержаться после урока, чтобы обсудить просроченную работу. Он проводит меня в свой кабинет, и мы оба притворяемся, будто я не слышу, как он запирает дверь. Мы садимся за его стол, и он мельком смотрит на меня, читая мой доклад. Через несколько предложений я притрагиваюсь к его руке, и он поднимает взгляд и смотрит на меня с таким огнём и страстью, что у меня подкашиваются колени. Он хватает меня за шею и притягивает к себе, чтобы глубоко поцеловать, одновременно усаживая меня на стол. Его руки в моих волосах, и я отчаянно пытаюсь стянуть с него рубашку. Он практически срывает с меня одежду, пока бумаги со стола разлетаются вокруг нас. Когда он добирается до моих трусиков, то сначала долго целует меня, а затем опускается вниз и с таким энтузиазмом орально удовлетворяет меня, как я никогда не чувствовала себя в жизни. Закончив, он поднимает меня, и мы занимаемся страстным сексом у книжного шкафа. А когда мы наконец заканчиваем, он гладит меня по волосам и дарит мне ещё один долгий поцелуй на прощание.

Белая датчанка • Атеистка • От £15 000 до £29 000 • Гетеросексуалка • В отношениях • Нет детей

Это фантазия, которая живёт со мной уже несколько лет и обрастает новыми деталями по мере моего сексуального взросления. В ней участвует женщина чуть старше меня (сорок-пятьдесят лет), она гетеросексуальна, замужем или состоит в отношениях с мужчиной, но ей любопытно, каково это быть с женщиной. Она уверена в себе и успешна в карьере. (Меня всегда привлекали сильные женщины, у которых в жизни всё под контролем. Для меня нет ничего прекраснее.) Мы встречаемся анонимно в номере отеля с намерением заняться только сексом. Стоит сразу сказать, что моя главная цель в этой фантазии — подарить ей опыт близости с женщиной и доставить ей максимальное удовольствие.

Я начинаю с поцелуя в губы, сначала нежно, а затем жёстче, проникая языком в её рот, пока мои руки лежат на её талии, а затем скользят вверх, к волосам. Я нежно целую её шею, запуская пальцы в её волосы и скольжу ими по спине. Я усаживаю её на кровать и начинаю медленно раздевать, глядя ей в глаза и любуясь её красотой. Когда она полностью обнажена, я долго целую и глажу её тело, начиная с затылка и спускаясь к груди и соскам. Я медленно облизываю их, затем слегка покусываю, в то время как мои руки впиваются в её бёдра. Я двигаюсь вниз по её телу, нежно целуя живот и внутреннюю сторону бёдер, а мои пальцы скользят по задней поверхности ног, слегка надавливая ногтями, чтобы ей было приятно, но не больно. Она уже тяжело дышит от предвкушения, но я хочу заставить её подождать, прежде чем коснусь снова. Я возвращаюсь к её губам, целую глубоко, а затем спрашиваю, где она хочет, чтобы я её коснулась. Она отвечает, что хочет орального секса, и показывает, как ей нравится. Я целую внутреннюю сторону её бёдер и нежно посасываю губы вульвы, я раздвигаю их и начинаю медленно, длинными движениями лизать её клитор. Она выгибает спину и стонет от удовольствия. Мои движения становятся быстрее, и одновременно я погружаю пальцы глубоко внутрь. Её дыхание учащается, и она кончает, пока мой язык касается её клитора. Я чувствую, как она становится всё более влажной у меня во рту.

Я даю ей передохнуть и некоторое время просто глажу её обнажённое, тёплое тело, не сексуально, а успокаивающе, позволяя ей расслабиться и наслаждаться моими прикосновениями. Мы лежим рядом, и я страстно её целую, слегка потягивая за волосы, моя рука скользит по бедру, и мои пальцы снова проникают внутрь. Она просит трахать её пальцами жёстче, и я делаю это, удерживая другой рукой её за волосы. Она близка к оргазму, и я говорю ей смотреть на меня, пока она кончает. Я чувствую, как она приближается к пику, и вонзаю пальцы глубоко, пока она содрогается и сжимается вокруг них. Я убираю руки и позволяю ей расслабиться на кровати, принимаю душ, нежно целую её и ухожу. В финале моей фантазии, я сижу в ресторане с друзьями, и та же женщина заходит вместе с мужем и садится за соседний столик. Между нами возникает напряжённый, полный значения момент, и только мы двое знаем, что мы сделали вместе...

Белая британка • Христианка • От £49 000 до £100 000 • Гей / лесбиянка • Замужем / в гражданском партнёрстве • Нет детей

Во время секса у меня возникает одна особая фантазия, к которой я часто возвращаюсь, она усиливает ощущения и ускоряет мой путь к оргазму. Я в костюме той эпохи, горничная или, возможно, гувернантка невысокого ранга, на службе в богатом доме. Взрослый сын моих работодателей возвращается из какой-то военной экспедиции. Мы встречаемся на дороге, когда он направляется домой. Я жду в глубине кареты, он входит и закрывает за собой дверцу, хотя та не запирается. Я задираю юбки, а он расстёгивает бриджи и он уже возбуждён, и мы быстро, задыхаясь, занимаемся сексом, шепча друг другу, как сильно скучали. Я не знаю точно, что именно меня так заводит в этом сценарии: думаю, это внешняя сдержанность эпохи, слои исторических одежд, спешка, риск, полупубличность и чувство, что этот горячий джентльмен так сильно меня желает. Видеть его настоящего и грубого, чувствовать его внутри себя, быть тем, кем мы хотим быть друг для друга. В любом случае, это чертовски горячо и срабатывает каждый раз!

Белая британка • Христианка • От £15 000 до £29 000 • Гетеросексуалка • Замужем / в гражданском партнёрстве • Есть дети

Мне восемнадцать лет (скоро девятнадцать), и до сих пор меня почти никто не целовал, не говоря уже о сексе и всяком таком. Дело не в том, что я не хочу этого. Напротив, я думаю о сексе, наверное, слишком часто. Он занимает много места в моей голове. Я мастурбирую с девяти или десяти лет ещё до того, как узнала, что означает слово «мастурбация», и задолго до того, как поняла, что такое оргазм. Я просто знала, что это приятно.

Только почти в двенадцать я осознала, что меня влечёт к женщинам. Я сидела на пассажирском сиденье машины рядом с мамой, мы ехали в город по делам. Она включила радио, и играла песня Rolling Stones «Wild Horses» (знаю, звучит странно), и я представила себя уже взрослой, в постели, целующей другую женщину. Каждую ночь я ложилась в постель и не могла уснуть, не думая о том, как меня касаются, ласкают, целуют, как женщина снимает с меня всю одежду.

В последнее время я фантазирую о том, как эта созданная в моей голове женщина, доминирует надо мной. Она по типу софт буч, с загорелой кожей и короткими тёмными вьющимися волосами. Я представляю, как она берёт меня в старой проекционной будке. Я всегда хотела, чтобы меня трахнули в проекционной будке. Я пробираюсь туда с ней, пока она крутит фильм (да, я знаю, что профессии киномеханика больше не существует). Я хочу, чтобы она доминировала надо мной. Я хочу, чтобы она знала меня всю, чтобы я просто полностью отдалась ей. Она знает, что я вся её. На экране идёт сцена из старого фильма. («Je Tu Il Elle?», «Desert Hearts?») Я в моём любимом жёлтом платье. Я стою и смотрю через квадратное окошко. Начинается сцена. И она подходит сзади. Отводит мои волосы в сторону, целует шею, тянется к моим трусикам. Она называет меня своей. Я начинаю тихо стонать и слегка всхлипываю, выгибая шею, чтобы поцеловать её в губы. Её язык касается моей щеки. Она чувствует меня. Я так влажная, что промокла насквозь через платье. Она разворачивает меня лицом к себе. Я прижата к стене.

Она опускается на колени и приближается. «Vem amor, я хочу попробовать твою маленькую маракуйю». Она раздвигает мои ноги, задирает подол платья, но не сразу направляется к моему клитору и не снимает трусики. Сначала она немного дразнит меня. Она целует внутреннюю сторону моих бёдер, покусывает их. Она проводит руками по маленьким растяжкам на моих бёдрах и ягодицах. Я говорю, что немного стесняюсь их, но она говорит, что любит каждый сантиметр моего тела. Она снимает с меня трусики и проводит рукой по густому тёмному треугольнику волос. Она находит мой клитор и очень нежно сосёт его. Я запрокидываю голову. Это слишком хорошо. Она почти покусывает его, а затем проскальзывает языком внутрь моей киски, упираясь руками на мои ягодицы. Её язык внутри меня. Она находит мои самые чувствительные места. Я кончаю у неё во рту. В конце концов она поднимается ко мне и снова целует меня. «Видишь, какая ты вкусная? Видишь, почему я не могу устоять перед тобой?» Она проскальзывает пальцами внутрь меня. Я обхватываю её ногами. Она находит то место, где лучше всего, и впервые я кончаю внутри себя. (Я никогда не испытывала оргазм от проникновения и всегда этого хотела.)

Она смотрит мне в глаза. Крепко держит меня. И не отпускает. Это самое важное. Она говорит, что никогда не отпустит. Я затаила дыхание. Она целует мою грудь, мои соски. Она говорит, что я мягкая под её кожей. Она трётся о моё бедро, и прежде чем я успеваю что-либо понять, я прижимаю её к стене. Я на коленях, как и она. Я расстёгиваю её ремень и прикасаюсь ртом к её клитору. Мне нравится её вкус. (Понятия не имею, каковы на вкус женщины, но я могу только представить, как это должно быть прекрасно.) Боже. Она знает, что я не так опытна, как она, поэтому она немного направляет меня, хваля, когда я нахожу нужные места. Я чувствую её руками. Она тёплая внутри и такая же мокрая, как я.

Ещё я думаю о том, как она надевает страпон. Я обхватываю её ногами и скачу на ней, пока она держит меня за бёдра и целует мою грудь. Я хочу, чтобы она раскрыла меня. Я хочу осознавать, что внутри меня есть маленькие вселенные, которые ещё не исследованы. Мне всё равно, что это не её плоть. Это всё равно она. Иногда я думаю о том, как она меня шлёпает, а затем берёт меня страпоном, вбиваясь в меня, пока я не закричу от удовольствия.

Дело в том, что эта женщина не реальна. Она только со мной в моей голове по ночам, обнимает меня, пока я засыпаю. И она рядом со мной по утрам. Она — всё, что я когда-либо могла хотеть, всё, что мне могло бы понадобиться в человеке. Я хочу этого. Я хочу, чтобы она целовала мои плечи по утрам. Я хочу, чтобы она водила меня танцевать каждую пятницу. Я хочу готовить ей cafe con leche по утрам. Я хочу, чтобы она смешила меня до колик. Я хочу, чтобы она обнимала меня, когда я плачу. Я фантазирую о многом. Половина моей жизни прошла внутри моей головы? yо эта невидимая «она» — та, о ком я фантазирую больше всего. Я только хотела бы знать её имя.

Американка бразильского происхождения • Агностик? • NA • Гей / лесбиянка • Одинока • Нет детей

Всего три строчки, которые я повторяю про себя, когда ложусь на спину и сдвигаю трусики в сторону. Моя голова повёрнута налево, глаза закрыты, я покусываю нижнюю губу (я где-то читала, что это усиливает ощущения в киске, это правда?). Я хмурюсь, пытаясь сосредоточиться, возвращая внимание к пульсации между ног. (Именно так советуют делать в медитации и возвращаться в настоящий момент. Уверена, что больше людей медитировали бы успешно, если бы в конце этого туннеля их ждал оргазм.) Прошло двенадцать лет с тех пор, как мой бывший парень произнёс эти слова, эти три строчки, которые подарили мне самый сильный оргазм в жизни, но я продолжаю повторять их, пока рисую уверенные круги вокруг своего клитора. Я сильнее прикусываю губу, проговаривая их про себя, и теперь раскачиваюсь на пятках, чтобы мои ягодицы тёрлись о простыни.

«Тебе это нравится, да?» (Представляя, как его толстый член скользит вверх и вниз по моим толстым губам.)
«Мой большой твёрдый член заставляет тебя кончааать...» (Он входит в меня, растягивая, его дыхание, когда он тянет «ко-о-о-о-нчааать», согревает моё ухо и мою шею.)
«Заставляет тебя стонать». (Он вбивается жёстко, отводит мои волосы в сторону и сам прикусывает мою губу.)

И я кончаю. Три строчки. Двенадцать лет. Одно воспоминание. До сих пор единственный способ медитировать.

Белая австралийка • Атеистка • От £49 000 до £100 000 • Бисексуалка / пансексуалка • В отношениях • Нет детей

Секс можно легко игнорировать из-за моего возраста, но я всё равно здесь. С двенадцати лет я поняла, что меня привлекают и мужчины, и женщины, хотя большую часть времени я предпочитала мужчин. Я девственница. Взросление в преимущественно католической общине сильно повлияло на моё восприятие женственности и сексуальности, и с тех пор, как я научилась трогать себя, каждый раз меня преследует затяжное чувство стыда. Я жажду близости. Преданности, даже. Секс может быть таким опытом единения душ, и тем не менее я постоянно разочарована тем, насколько женщины чувствуют себя одноразовыми, когда всё уже сделано. Теперь я боюсь. У меня есть сексуальное влечение к мужчинам старше меня. Это давняя шутка среди моих друзей и семьи, но это правда, и меня пожирает изнутри, когда я нахожу кого-то моего возраста даже отдалённо привлекательным. Кажется, будто я создана такой: пытаюсь найти того, кто займёт роль заботливого опекуна и любовника.

Моя величайшая фантазия — быть очарованной мужчиной старше меня, просто чтобы я почувствовала себя желанной для кого-то, кого общество уважало бы. Мне кажется бестактным желать этого, потому что я знаю, что это вредит мне самой и неуважительно по отношению к жертвам груминга. Возможно, это волнение от того, что делаешь что-то спорное. Даже аморальное. Семейные отпуска, где я веду светскую беседу с туристами, которые начинают запинаться, как только «экзотическая» девушка окидывает их взглядом. Зрительный контакт в автобусе с парнем, одетым в офисный костюм для работы с девяти до пяти, и улыбка на его лице. Я прекрасно знаю, как многие мужчины посмотрели бы на меня, если бы знали это. Что я шлюха или соблазнительница, или кокетка, или распутница, которая абсолютно заслуживает того, чтобы её домогались или приставали. Это не то, чего я хочу, и грустно осознавать, что есть реальный шанс, что люди докажут свою правоту. У меня большое сердце, и оно разбивалось снова и снова, и всё, что я могу делать, это собирать осколки и искать любовь там, где её не должно быть. Ту крошечную, крошечную любовь, которая есть в увлечённости и украденных взглядах. Я ещё не знаю, кто я, и мне предстоит долгий путь, но я хочу, хотя бы на секунду, почувствовать, что кто-то смотрит на меня не просто как на подругу, одноклассницу и т.д. Я хочу, чтобы кто-то увидел меня. Я хочу раскрыть свою грудь и отдать им свою душу, чтобы только они могли её видеть. Секс это мощное и ужасное чувство. Я не думаю, что в ближайшее время я смогла бы отказаться от своих желаний. Но, возможно, они изменятся, и когда этот день настанет, я надеюсь, это будет не потому, что я хочу любви, а потому, что она у меня уже есть.

Филиппинка • Католичка • Менее £15 000 • Бисексуалка / пансексуалка • Одинока • Нет детей

Я жажду сексуального внимания. Я замужем за традиционным консервативным мужчиной. Мне чуть за пятьдесят, но выгляжу я на тридцать с небольшим. Я голодна до внимания мужчин в возрасте двадцати с лишним лет. Я хочу чувствовать себя молодой и желанной. Я не могу от этого отказаться. Я не хочу стареть. Я не хочу увядать. Я не хочу быть с кем-то моего возраста. Или старше. Я хочу быть с молодыми сильными мужчинами вечно. И я знаю, что не могу.

Белая • Христианка • Более £100 000 • Гетеросексуалка • Замужем / в гражданском партнёрстве • Есть дети

Старение — странная штука. Внешне я выгляжу как женщина средних лет, вероятно, иногда слишком похожая на свою маму, с седеющими корнями и «гусиными лапками». Однако внутри всё совсем иначе. Мой разум, мои желания, мои фантазии остались неизменными с тех пор, как в девяностых, когда мне было двадцать три года, я вышла замуж и они застопорились в своём развитии. Мой муж — единственный мужчина, с которым у меня был секс, но мы, кажется, достигли финальной паузы (я не настолько стара и просто больше не хочу его), и теперь мне приходится смириться с тем, что я, вероятно, никогда не испытаю близости с кем-либо ещё. Скорее всего, я умру в одном шаге от девственности, но это не даёт точного представления о том, кто я есть. Должна сказать, в молодости я была довольно горячей и чертовски похотливой. Постоянно похотливой.

В своих фантазиях я всё ещё молодая версия себя. Мужчины, которые мне нравятся, почти все в возрасте от двадцати пяти до тридцати, и у меня есть определённый типаж — гладкая кожа, хорошие волосы, стройные, длинноногие тела. Я люблю широкие тёмные глаза и полные губы, красивые зубы и сильные руки с длинными пальцами. Из них особенно выделяется тот, кого я знаю издалека. Он воплощает для меня совершенство, и, кто бы иногда ни «заходил в чат», к нему я всегда возвращаюсь. Я спокойна, зная, что моя фантазия никогда не осуществится, и могу позволить своему воображению унестись куда угодно, и оно уносило меня в поистине великолепные места.

Моя повторяющаяся фантазия — это красивый бутик-отель на озере Комо и комната с французскими дверями, выходящими на балкончик в стиле Джульетты с видом на озеро. Я не уверена, как мы туда попали, но я уже в той стадии опьянения, когда всё вокруг кажется гедонистическим блаженством, а он убирает волосы с моего лица, целуя меня мягко и чувственно, от глаза к щеке, к губам и шее. Постепенно его руки скользят по моему телу, и он начинает снимать с меня платье. Когда я поднимаю руки, он удерживает их над моей головой, и его ладони сильны, пока он переплетает свои пальцы с моими. Это ощущение свободы и безрассудства, несмотря на его нежную хватку.

Он медленно отпускает мои руки и снова скользит к моим обнажённым плечам, продолжая целовать мою шею и ложбинку между грудями. Каким-то образом, не прерываясь, мы перемещаемся к кровати, и он мягко укладывает меня на неё. Я тянусь вверх и стягиваю через его голову футболку, открывая гладкое, подтянутое тело. Я провожу руками по его упругой груди и плечам, мои ногти царапают его спину, когда он целует меня сильнее, его губы скользят по моей груди, прежде чем он берёт мой сосок в свои красивые, пухлые губы и нежно дразнит языком. Я тихо вздыхаю от этого ощущения, и он продолжает свой путь, достигая моего живота и, наконец, промежности.

Он подводит своё колено под моё и раздвигает мои ноги, погружая язык глубоко внутрь меня. Медленно. С любовью. Он касается кончиком языка моего клитора, нежно покусывает и сосёт. Мои глаза закрыты, спина выгнута. Я чувствую, как приближаются волны, но пытаюсь сдержаться, когда он делает паузу, а затем я чувствую, как его член входит в меня. У него ритм танцора, и он щедро одарён, поэтому мои попытки отсрочить оргазм становятся всё более трудными. Несмотря на его юношескую чувствительность, этот парень умеет трахаться. Он входит глубоко, жёстко и медленно, наклоняясь, чтобы поцеловать меня в губы. Мои руки блуждают по его сильной спине, чувствуя, как мышцы напрягаются и сжимаются под моими пальцами, пока мы одновременно не достигаем вершин экстаза. Я чувствую, как его дыхание сбивается, когда он кончает. Мы остаёмся так на минуту, удерживая этот момент между нами. Затем он ложится рядом, опираясь на локоть, и гладит моё лицо и волосы. Всю ночь мы разговариваем, всё ещё обнажённые, но сидим, укутанные в одеяло, перед открытыми дверями, пока прохладный бриз с озера овевает нас. В конце концов мы засыпаем на рассвете, моя голова у него на груди, а его руки обнимают меня.

Позже мы отправляемся в ресторан. Мы находим маленькую тратторию и занимаем столик в тенистом углу, садясь рядом. Мы едим тарелки пасты со свежими черри-помидорами и потягиваем холодное вино, болтая и время от времени целуясь, пока он не наклоняется, чтобы привлечь моё внимание к двум женщинам за столиком в другом конце зала. Они тихо говорят, склонив головы друг к другу. Я всматриваюсь внимательнее и бросаю взгляд под скатерть, одна из них тихо ласкает пальцами другую.

Он наклоняется, чтобы поцеловать меня, его белые зубы нежно покусывают мою нижнюю губу, а его рука находит путь между моих ног. Его пальцы скользят под бельё, их кончики едва касаются меня. Мы бросаем деньги на стол, и он выводит меня из ресторана в тёмную и тихую улицу. Ни слова не сказано, но мы оба точно знаем, чего хотим. Мы ныряем в боковой переулок, где он прижимает меня к стене и страстно целует в губы. Я дёргаю его ремень и расстёгиваю джинсы, пока он ловко отодвигает моё бельё в сторону, и мы занимаемся сексом. Его бёдра сильно прижимаются ко мне, одна моя нога обвивает его бёдра, а руки лежат на его ягодицах, пока он глубоко входит, целуя меня ещё глубже. Мы быстро достигаем оргазма, и мне всё равно, видит ли нас кто-то. Он — всё, чего я когда-либо хотела, и я не чувствую стыда. Я горжусь.

Белая британка • Католичка • От £29 000 до £49 000 • Гетеросексуалка • Замужем / в гражданском партнёрстве • Есть дети

Почти все мои фантазии уходят корнями в мою историю. Большинство из них связаны с болью предательства. Эта — моя любимая.

Я заказала маникюр и педикюр на дом, но задержалась на работе, и, чтобы не платить за неоказанную услугу, мой парень сказал, что сам примет мастера. Он никогда раньше этого не делал, и вся эта ситуация его забавляла. Он нервничал. И ещё больше, когда в дверь вошла шикарная двадцатилетняя девушка. Она успокоила его, сказав, что часто делает маникюр мужчинам, и попросила сесть на диван и расслабиться. Она наполнила таз тёплой мыльной водой и встала на колени, чтобы осторожно опустить его ноги в воду. Её тонкая юбка задралась на загорелых ногах, и когда она наклонилась, он увидел в вырезе её блузки, что на ней не было бюстгальтера. Он буквально не мог поверить в свою удачу. Она взяла одну его руку в свою, перевернула её, чтобы осмотреть ногти. Положив полотенце ему на колени, она начала работать кусачками и пилочкой. Она стояла перед ним на коленях, держа его руку в своей, и это было законно.

Он неловко спросил, сколько таких процедур в день она делает, откуда она, и нравится ли ей это. Она отвечала тихим уверенным голосом, а затем работала молча, обрабатывая палец за пальцем, пока он смотрел, онемевший и поражённый тем, что эта красивая женщина прикасается к нему. Он смотрел на её волосы, её гладкие плечи, и её губы. Возможно, она была самой красивой женщиной, которая когда-либо обращала на него внимание.

Когда она закончила подпиливать и придавать форму ногтям на обеих руках, то выдавила крем в его ладони и начала массировать нежно, но уверенно до локтя и обратно, и между пальцев, разминая ладони. Он видел её соски сквозь блузку. Он был на седьмом небе. Он начал возбуждаться. Он знал, что это заметно, потому что она работает всего в нескольких дюймах от этого места. Он был в ужасе. Он сдвинул свободную руку, чтобы прикрыть это. Он не мог смотреть на неё. «Ничего страшного, — сказала она, — такое часто бывает».

«Правда?!» — сказал он и извинился.

«Не волнуйся, — сказала она, укладывая его руки ему на колени и переходя к его ногам, доставая каждую из таза и аккуратно вытирая полотенцем. Положив одну его ногу на своё обнажённое бедро, она начала осматривать ногти и сказала, — За это люди платят мне дополнительно».

«Прости?» — сказал он.

«Они платят мне за дополнительные услуги».

«Например?» — нервно спросил он, пока она подстригала и подпиливала ногти на ногах.

«Некоторые платят, чтобы я делала это топлес, другие — полностью голой». Мой парень не мог поверить в то, что услышал. Он не мог поверить в то, что она оказалась у него на пороге. Его дыхание участилось. Она продолжила: «А некоторые платят, чтобы я доводила их до конца». Он переменил позу на диване, пытаясь ослабить давление эрекции, пульсирующей в его джинсах.

«Тебя это не смущает?» — сказал он.

«Неееет! — говорит она, — Мне нравится наблюдать за тем, что происходит с людьми, когда я стою перед ними на коленях». Она озорно улыбнулась и встретилась с ним взглядом. «Хочешь, я сниму блузку?» Мой парень начал заикаться, он понятия не имел, что сказать, но прежде чем он успел произнести хоть звук, она уже сняла блузку. «Это за счёт заведения, — говорит она, — ты милый».

Он смотрит на её красивые маленькие груди и упругие соски, его рука машинально тянется к набухшему члену. «Можешь трогать себя, я не против», — говорит она. Он смотрит прямо в её глаза, неужели она это только что сказала? Он позволяет своему взгляду скользнуть по её прекрасному телу, её роскошным волосам и нежной коже, пока медленно расстёгивает пуговицу, молнию на джинсах и кладёт руку на свой пульсирующий член. «Так лучше», — говорит она, выдавливая крем на руки и начиная массировать его стопы, вдавливая большие пальцы в подошвы и растирая пальцами между пальцами ног. Он не может этого вынести. Он никогда не был так возбуждён. Она переходит к другой ноге, подстригая и подпиливая. Он засовывает руку под трусы и начинает надрачивать быстрее. Он готов поклясться, что она прижимает его пятку к своей промежности, пока подпиливает. Он уже близок к разрядке. Она выдавливает крем ему на ногу и начинает втирать, снова надавливая пальцами между пальцами ног. Это чертовски сексуально.

Его рука уже полностью на члене, скользит вверх и вниз, быстрее и быстрее, он вот-вот взорвётся. И прежде чем он успевает осознать, она оказывается между его ног, отодвигает его руку в сторону и опускает свои пухлые губы и влажный рот до самого основания. Вверх и вниз, глубже и глубже, влажнее и влажнее, а её пальцы скользят по его яйцам. Ему кажется, что голова сейчас взорвётся, но внезапно она приподнимается на корточки, отодвигает трусики в сторону и скользит своей мокрой киской на его ствол, её голова в дюйме от него, её волосы падают на его лицо. Она смотрит на него тёмно-карими глазами и мастерски движется вверх и вниз на его пульсирующем члене, её упругие бёдра сжимают его бока. Он обхватывает ртом один из её сосков и нежно сосёт и лижет, пока она трёт пальцами свой клитор и продолжает двигаться. Он смотрит в её глаза, она прижимается к его губам и просовывает язык глубоко в горло, быстрее, глубже, жёстче, быстрее, пока они оба не кончают одновременно.

Час спустя я возвращаюсь домой. Никаких следов произошедшего. Мой парень принял душ. Всё прошло нормально, говорит он. Но на этот раз он приготовил мне ужин.

Белая американка • NA • NA • Пансексуалка • В отношениях • Есть дети

Я с нетерпением жду, когда появятся идеально сложенные, полностью реалистичные, сексуально функционирующие роботы-мужчины. У меня серьёзный технический бэкграунд, и я знаю, что это произойдёт, хотя и намного позже появления роботов-женщин, но это обязательно случится. Возможно, после того, как рынок женских секс-роботов будет насыщен (простите за каламбур). Я также знаю, что это вряд ли случится при моей жизни или, по крайней мере, не раньше, чем мой интерес к сексу угаснет.

Я представляю, что буду хранить своих роботов в специальном просторном помещении-гардеробной, где я смогу без ограничений исследовать свою сексуальность вместе с ними в абсолютной безопасности и уединении. Роботы необходимы для этой фантазии, потому что группа реальных мужчин никогда не смогла бы сосредоточиться на женщине в достаточной мере, чтобы участвовать в этом, не говоря уже об одном мужчине. (Наша планета находится в примитивном состоянии. Мужское эго подавляет женское, и всё тут. Это общемировой феномен и преобладающее состояние на протяжении всей зафиксированной истории. Сексуальная революция была великой, и я очень рада, что застала её, но если взглянуть на общую картину, она не только является каплей в море, затрагивающей лишь небольшое число женщин, но и её продолжительность в историческом контексте ничтожно мала, есть серьёзные признаки отката, и нет абсолютно никаких логических оснований просто предполагать, что любые завоевания сохранятся. Если сомневаетесь, обратите внимание на консервативные силы в современной политике, которые демонстрируют явные признаки попытки создать новый «Гилеад».)

ИТАК, что бы я делала со своими роботами?! Конечно, я бы запрограммировала их на исполнение моих сексуальных фантазий. Я бы создала плейлист с ролями и сценариями и вызывала бы нужную фантазию и персонажей в зависимости от настроения. Например, у меня много фантазий, в которых несколько мужчин занимаются со мной любовью в самых разных ситуациях. Я их учительница или няня, которая приходит сидеть с детьми, жены нет дома, и группа мужчин, уже собиравшихся уходить, решает остаться и поиграть со мной.

Все роботы — замечательные любовники, их величайшее удовольствие — доставлять удовольствие мне. Они будут знать, что это значит, потому что я предоставлю им инструкции! Я могла бы бесконечно рассказывать о самих фантазиях… Я постоянно мастурбирую, думая о них. Я бы использовала их для удовольствия один на один. Когда я говорю «реалистичные», я действительно имею это в виду, я чувствую пульсацию их членов, когда они кончают (когда я хочу, чтобы они кончили), и тепло их спермы внутри меня.

Моё самое заветное желание, чтобы мужчины прочитали это и были совершенно ошеломлены. И, возможно, встретились лицом к лицу со своим страхом. Чего именно они боятся? И, кстати, чего боятся женщины? Всё это так расточительно и нелепо. Так печально, что планета находится в таком примитивном состоянии.

Белая канадка • Буддистка • От £49 000 до £100 000 • Гетеросексуалка • Одинока • Есть дети

Сексуальные фантазии появились у меня с восьми лет. Первая была о почтальоне, и я представляла себе, как он отправляет в мою спальню письмо с поцелуем для меня в стиле старомодных фильмов. С тех пор униформа всегда была моим пропуском в мир возбуждения; мужские «пинапы» в моём воображении — это врачи, пожарные, моряки, солдаты и даже егеря. Возможно, я просто настолько переполнена благодарностью к этим находчивым, смелым и сострадательным душам, что хочу заняться любовью с каждым из них. Да, и иногда со всеми сразу.

Во время пандемии я начала очень открыто разговаривать с мужем о том, о ком я думаю, когда мы занимаемся любовью в нашей спальне. Прямо перед оргазмом это часто оказывается широкоплечий солдат с сальными каштановыми волосами до плеч, стоящий у меня между бёдер, а не он, пока между ракетными атаками я лежу на его брезентовой подстилке, а остальные бойцы его отряда наблюдают со своих коек. К моему удивлению, от моей откровенности лицо мужа засияло от похоти. Я почувствовала себя сильной и обрадовалась, когда он попросил меня описывать подробнее. В результате исследование и игра с идеей «третьего» в наших отношениях превратились в увлекательную, развивающуюся сексуальную фантазию. Ниже описан наш последний сценарий, переданный так же близко, как он звучит в нашей спальне. Мы называем его «Билли Третий».

Наш павший солдат неожиданно появляется одним тёмным морозным утром. Наш контракт — сделать его счастливее. Я открываю дверь, и он снимает свою поношенную хаки-балаклаву. Он не здоровается, но я говорю «здравствуйте» и провожаю внутрь. Он проходит прямо, не снимая своих вонючих ботинок, и находит моего мужа. Они пожимают друг другу руки, а я иду по коридору, вдыхая запах керосина и оружейного металла, который он оставил за собой. Я предлагаю ему тост с кухонной стойки (мы так и не успели собрать новый обеденный стол). Он игнорирует тост и просит прогуляться с моим мужем. Они возвращаются через час с радужной форелью, мой муж с восторгом рассказывает мне, что Билли поймал её голыми руками. Билли разделывает рыбу перочинным ножом из своего кармана, и он не против того, что я стою рядом и смотрю, как он готовит. Он делит её на три части, и мы молча едим.

Когда мы заканчиваем, Билли спрашивает, почему ветки покрывают лужайку, и я говорю ему, что мы не убирали их после бури. Он выходит наружу и разводит костёр, используя только садовый мусор и кресало с огнивом, висящие у него на шее. Пока я мою посуду, муж спрашивает, рада ли я, что мы взяли к себе Билли, и я говорю ему, довольно безмятежно, что я всё ещё принимаю его. Я так впечатлена им, что мне интересно, есть ли что-то, чего он не умеет, говорю я. Мой муж смеётся и напоминает мне, что он не умеет улыбаться. Перед тем как отправиться в постель, мы замечаем, что Билли нет в гостевой спальне. Вместо этого лежит он на полу, собирая новый обеденный стол. Мой муж в одних боксерах фирмы Bshetr, а я без белья в чёрной шёлковой ночной сорочке, но мы переползаем через него и пытаемся помочь ему с этой работой.

Когда всё готово, Билли устраивается в углу, подтянув колени к груди, грязь пятнами покрывает подошвы его ботинок. Мы садимся по обе стороны от него, затем он показывает нам свой член, который длиннее, розовее, шире и более блестящий, чем любой, который я когда-либо видела. Это святой кол из плоти, указывающий на небеса, отстранённый и предназначенный для добрых дел. Он делает несколько мягких движений рукой, и я вижу блеск предэякулята на головке. Я запрыгиваю на новый стол, раздвигаю ноги и играю со своим влагалищем. Я чувствую, как два языка берут в плен мой клитор и анус, от чего я становлюсь скользкой и мокрой. Через минуты я на грани оргазма, поэтому прошу большего, и Билли нависает надо мной, его жетон болтается у моего лица, и он глубоко погружает член в моё влагалище, в то время как мой муж входит в мой анус. Ощущение их скользящих стволов, трущихся друг о друга через мою мокрую разделительную стенку, сводит меня с ума. Я кончаю. Я извиваюсь на столе, сжимаю свою грудь и чувствую себя свободной. Оба садятся обратно рядом друг с другом, сжимая члены в руках. Затем я беру оба их члена в свой возбуждённый рот, чтобы насладиться их улыбками, обращёнными ко мне.

Белая британка • Язычница • От £15 000 до £29 000 • Гетеросексуалка • Замужем / в гражданском партнёрстве • Есть дети