August 17

Джиллиан Андерсен. Want (11) Наблюдатели и наблюдаемые

Наблюдатели и наблюдаемые.

«Одна только мысль о том, что они смотрят на меня, пока я ласкаю себя, приводит меня в исступление».

Одно из неоспоримых изменений, произошедших со времени публикации «My Secret Garden» Нэнси Фрайдей в 1973 году, это та роль, которую социальные сети теперь играют в нашей жизни. За очень короткий срок мы стали обществом, разделённым на наблюдателей и наблюдаемых. Одни из нас хотят, чтобы глаза всего мира были постоянно устремлены на них: они выступают, красуются, выставляют себя напоказ, а также всё банальное и необычное в собственной жизни. Эта псевдоинтимность и её быстрые дофаминовые всплески в виде лайков и подписчиков делают всех нас подсматривающими, превращая в одержимых вуайеристов чужих жизней. И нажатием одной кнопки любой из нас, имеющий доступ в интернет, может посмотреть порно любого жанра, если пожелает. Неудивительно, что наше сексуальное воображение и фантазии подпитываются бесчисленным множеством накопленных образов. Но в нашем личном, приватном кинотеатре мы одновременно и зрители, и актёры, и субъекты, и объекты. Фантазиям, как и снам, не нужно подчиняться жёстким правилам реалистичного кастинга: мы можем переключаться между ролями в зависимости от наших желаний, мы можем воображать себя невероятно неотразимыми сексуальными агентами. И мы можем играть по обе стороны объектива, быть теми, за кем наблюдают, и теми, кто наблюдает сам.

Как человек, который находится под постоянным наблюдением за деньги, я нахожусь в сложных отношениях с приватностью. Когда я играю роль, мне совершенно комфортно, что на меня смотрят, тогда как в личной жизни я чувствую себя скованной и постоянно осознаю чужой взгляд. В некоторые дни я переношу это легко, в другие это ощущается как бремя. Если бы у меня был выбор, я бы передвигалась по миру невидимой. И действительно, в самом сердце всех моих фантазий я — наблюдатель, а не наблюдаемая. Или иногда я переключаюсь между наблюдателем и участницей, но я определённо режиссёр. Приватность моего собственного разума — это единственное место, где я действительно контролирую, когда, как и даже видна ли я вообще. Из этих писем совершенно ясно, что я не одинока не только в желании контролировать и иметь голос в своих желаниях, но, возможно, самое главное, быть увиденной через женский взгляд.

Я фантазирую о том, как смотрю, как мой муж трахает другую женщину. Это не та фантазия, которой я когда-либо поделюсь с ним, потому что не знаю, что бы я почувствовала, если бы это случилось на самом деле. Но она всегда одна и та же. Около четырнадцати лет назад мы были в круизе, и во время экскурсии с нами была красивая женщина, которая с ним флиртовала. Позже я увидела её на корабле, и на ней было облегающее белое платье. Я фантазирую, что привожу её в нашу каюту и говорю мужу, что принесла ему сюрприз. Женщина расстёгивает платье и полностью раздевается, а я говорю ему, что он может делать с ней всё, что захочет. Затем она говорит моему мужу, что мечтала трахаться с ним весь день, а он отвечает, что хочет увидеть, что она себе представляла. Я смотрю, как она сосёт его член, а затем седлает его, пока он не кончает внутрь неё. Это моя любимая фантазия, пока он делает мне куннилингус, и я всегда кончаю от одной лишь мысли об этом.

Белая / коренная американка • Христианка • Более £100 000 • Гетеросексуалка • Замужем / в гражданском партнёрстве • Есть дети

Моя самая глубокая сексуальная фантазия — быть использованной в качестве учебного пособия для студентов-медиков. Я нахожусь в центре большой сцены, вокруг меня около тридцати студентов-медиков обоих полов. Им разрешено смотреть и трогать где угодно, всё в целях изучения женского тела. Они все смотрят на моё влагалище, рассматривают и изучают различные области, нежно касаясь его и ощупывая. Я достигаю оргазма, пока они все профессионально наблюдают и делают записи.

Британка азиатского происхождения• NA • От £15 000 до £29 000 • Бисексуалка / пансексуалка • Одинока • Нет детей

Будучи женщиной, приближающейся к тридцати, замужней и бездетной, я имею свою долю проблем в отношениях. У меня лишний вес, и мой муж не испытывает ко мне сексуального влечения. В большинстве случаев секс для меня — это попытка доставить ему удовольствие орально, а когда он кончает, он выходит из комнаты, а я довожу себя до оргазма вибратором. В качестве стимуляции я фантазирую, как занимаюсь с мужем анальным сексом с помощью страпона, а затем заставляю его смотреть, как его лучший друг трахает меня у него на глазах. Я думаю, потому что я хочу секса больше, чем он, это переносит меня в более маскулинное состояние ума, и я хочу, чтобы он подчинился мне. В то же время я хочу быть женской фигурой, которую вожделеют, прижимают к стене и грубо овладевают ею, и что этот кто-то — сильный и заботливый мужчина.

Белая американка • NA • Менее £15 000 • Бисексуалка / пансексуалка • Замужем / в гражданском партнёрстве • Нет детей

Будучи работающей женой и матерью троих маленьких мальчиков, секс для меня — это быстрое и формальное действие за закрытыми дверями в тускло освещённой спальне, под приглушённые крики «Мама!», доносящиеся из соседней комнаты. Мы погрязли в рабочих обязанностях, визитах к врачам, спортивных тренировках, смене подгузников, вытирании носов, приготовлении ужина и мытье посуды. Моя единственная вечерняя передышка после того, как дети уложены, это складывание белья. Когда-то я ненавидела это занятие, но теперь почти наслаждаюсь им, потому что в доме наконец-то наступает тишина. В холодные зимние ночи я задумывалась о том, чтобы забраться в сушилку для белья, потому что там тепло и спокойно. Иногда, если мне удаётся пробиться сквозь какофонию мыслей и бесконечную логистику удовлетворения чужих потребностей, я мельком слышу свой собственный голос. Я думаю о том, чего хочу я, что мне нужно. Мысль о том, чтобы заболеть и оказаться прикованной к постели, приходит мне в голову и кажутся хорошей передышкой, но весь корабль пойдёт ко дну без меня за штурвалом.

Так какое же отношение ко всему этому имеет секс? Честный ответ: никакого. В настоящее время я не получаю от него никакого удовлетворения. Он стал односторонним и обязательным, буквально пунктом в моём списке дел. Физически мы так близки, он буквально внутри меня, но эмоционально я отстранена, а мыслями нахожусь за много миль отсюда. И когда это происходит быстро, я испытываю облегчение.

Однако я наслаждаюсь буйными лугами в моей голове и могу доставить себе удовольствие за считанные минуты, фантазируя о паре, занимающейся грубым, голодным сексом. Он — воплощение клише: высокий, темноволосый, красивый. Он стройный, мускулистый и жилистый. Кубики пресса, красивая грудь, рельефные бицепсы, но не чрезмерно, атлетичный от природы. Она — миниатюрная, её тело тронуто солнцем. Его тоже, но не слишком загорелое. Они реалистично прекрасны. Я бы сказала, что она похожа на меня, но лучше и подтянутее во всех нужных местах, с более пышной и упругой грудью. У неё нет растяжек и мягкого живота, которые бывают у матери троих детей. Непонятно, являюсь ли я ею или же я просто вуайеристка, наблюдающая за тем, как эта привлекательная пара занимается сексом. Я не совсем проработала точку зрения в своей голове, потому что это не имеет значения для фантазии. Если я — она, то мне нравится наблюдать за собой с этим Адонисом. В этой паре есть что-то, что делает их любовь запретной. В воздухе витает «я хочу тебя, но не могу получить», и это пропитывает весь момент. Они — звёздные любовники, и секс — их запретный плод. Это усиливает сцену, делая настроение напряжённым и неотложным. Иногда он сверху, иногда она. Но в любом случае есть одно действие, которое доводит меня до оргазма. В самый кульминационный момент их лбы соприкасаются, они слегка отстраняются, и, несмотря на рефлекс пережить оргазм внутри себя, он заставляет её держать глаза открытыми. Их тела соединены, теперь интенсивность их взгляда объединяет их души. Они достигают пика почти одновременно. Блестящие от пота и удовлетворённые, тот, кто сверху, обмякает на партнёре и прячет лицо в изгибе его или её шеи. Я понимаю, что это звучит как отрывок из чёртового любовного романа, но именно их отчаянная, пылающая, эмоциональная связь возбуждает меня больше всего.

Я уверена, что мой муж хотел бы узнать этот секрет, который доводит меня до оргазма, но я предпочту оставить его при себе.

NA• NA • NA • Бисексуалка/пансексуалка • Замужем / в гражданском партнёрстве • Есть дети

Я фантазирую, как один из моих исполнительных директоров вызывает меня в свой кабинет. На мне белая блузка, юбка-карандаш, под ней нет трусиков. В кабинете стеклянные стены, и любой, кто проходит мимо, может видеть, что происходит внутри. Он поворачивает меня лицом к столу, а сам становится сзади. Медленно расстёгивает молнию на моей юбке, одновременно ослабляя свои брюки. Достаёт свой твёрдый член. Скользит им внутрь моей мокрой киски, потому что знает, что я этого отчаянно хочу. Он трахает меня без остановки, пока моя смазка не начинает стекать по ногам.

Американка латиноамериканского происхождения • NA • От £49 000 до £100 000 • Гетеросексуалка • В отношениях • Есть дети

Мне шестьдесят лет, и моя фантазия, которая живёт со мной с довольно юного возраста, такова: мой парень приводит меня в кинотеатр. Мы сидим в последнем ряду, и когда начинается фильм, мы начинаем целоваться и ласкать друг друга. Мой парень касается меня везде и раздевает меня. Я не возражаю, потому что мне это нравится. Прежде чем я успеваю осознать, он уже снимает с меня большую часть одежды, и вдруг в фильме наступает антракт, и в зале зажигается свет. В этот момент я понимаю, что вся остальная публика в кинотеатре состоит исключительно из мужчин. Меня охватывает лёгкая паника, но парень берёт меня за руку и выводит на сцену кинотеатра. Я стою обнажённая перед всеми этими мужчинами. Мой парень объявляет, что собирается «выставить» меня напоказ, чтобы все могли увидеть каждую интимную часть моего тела, а затем он приглашает зрителей подойти ко мне поближе, чтобы рассмотреть меня получше. Он говорит, что они могут смотреть, но не трогать. Также он говорит мне, что выберет нескольких мужчин, которые встанут рядом со мной и будут мастурбировать, пока не кончат на меня, и они сами смогут выбрать, куда именно они хотят кончить. Мне страшно, но в то же время я взволнована, потому что я чувствую себя уязвимой, будучи обнажённой, но при этом защищённой моим парнем, который явно возбуждён тем, что может продемонстрировать свою красивую девушку.

На этом фантазия обычно заканчивается, потому что к этому моменту я уже достигаю оргазма и чувствую удовлетворение. Я никогда никому не рассказывала о ней. Это всегда была моя тайна и то место, куда я отправляюсь, когда хочу кончить. Я никогда не достигала оргазма во время секса с партнёром, потому что не могла полностью расслабиться и отпустить себя с кем-то другим, даже с мужем. В этом месяце исполнилось сорок лет, как мы вместе, но секса у нас не было около двенадцати лет из-за проблем с эрекцией, вызванных диабетом. Я какое-то время не использовала свою фантазию, потому что у меня начали случаться оргазмы во сне (не часто, но достаточно регулярно!), и они приносят мне абсолютно потрясающие ощущения.

Белая англичанка • Протестантка • От £15 000 до £29 000 • Гетеросексуалка • Замужем / в гражданском партнёрстве • Есть дети

Я люблю свою жену, но, похоже, она утратила либидо. Так что то, о чём я думаю во время секса — это на самом деле то, о чём я думаю во время мастурбации. Даже моя жена не знает о моих сексуальных фантазиях, хотя она знает, что я испытываю влечение к некоторым мужчинам. Мои сексуальные фантазии почти исключительно включают меня в паре с парнями. Возможно, эти фантазии кажутся мне меньшим предательством, если я с мужчиной, а не с женщиной. Возможно, мне нравится то, насколько демонстративно похотливы мужчины по сравнению с женщинами. Что бы это ни было, в моих фантазиях я редко бываю с женщиной, хотя в реальной жизни меня больше привлекают женщины как физически, так и ментально.

Со временем мои фантазии эволюционировали в сторону более экстремальных сексуальных сценариев, чтобы я могла возбудиться, вещей, которые в реальности не обязательно бы меня заводили. Мне приходится представлять, как на меня пялятся, что у меня есть множество зрителей, множество партнёров, эксгибиционизм, вуайеризм и лёгкое подчинение. Типичный сеанс для меня начинается со встречи с мужчиной, которого я знаю и которому доверяю. Я одета немного слишком вызывающе для публичного места, но ровно настолько, чтобы у некоторых отвисла челюсть. Мои соски, просвечивающие сквозь одежду, это моё любимое. (#FreeTheNipple и всё такое, но меня дико возбуждает женская грудь, так что я представляю, что для натуралов это так же захватывающе.)

Иногда мой джентльмен берёт меня на вечеринку в таком виде, чтобы он мог наблюдать, как другие на меня пялятся. Иногда он приглашает друзей и незнакомцев в наше место, чтобы увидеть их реакцию на меня. Ничего не подозревающие курьеры по доставке пиццы — это забавный вариант. Давайте остановимся на этом. Когда приезжает курьер, мне приказывают открыть дверь. Между мной и моим джентльменом существует негласная договорённость, что я буду делать всё, что он скажет. Здесь и вступает в игру подчинение. Курьер удивлён моими просвечивающими сосками и тем, что под короткой юбкой обычно надеты красивые трусики и пояс для чулок. Мне приказано уронить платёж и сделать соблазнительный наклон, чтобы поднять его — ещё одно угощение для курьера. Когда он должным образом заинтригован, мой джентльмен подходит к двери, чтобы заключить сделку. Предпочтёт ли курьер чаевые наличными или нечто более интересное? Он, конечно, выбирает то, что поначалу выглядит как возможность увидеть мою грудь. В следующий раз, когда он приезжает с доставкой (да, это долгая игра), и выбирает потрогать мою грудь руками. В следующий раз он может прикоснуться к моей груди ртом. (Не обращайте внимания на то, как часто нам приходится заказывать пиццу, хотя в реальности это растянулось бы на несколько недель, в моей голове всё происходит стремительно.) Чаевые прогрессируют: ему разрешают посмотреть на мою киску, затем потрогать её. Кульминацией становится то, что в качестве чаевых я отсасываю ему, пока мой джентльмен наблюдает. Почему это не заканчивается тем, что он трахает меня? Потому что такая привилегия есть только у моего мужчины.

Иногда я придумываю сценарии, которые злят моего мужчину, чтобы меня наказали шлепками, и это всегда зрелищное событие. Меня шлёпают только тогда, когда есть зрители, и иногда их просят поучаствовать. Когда наконец наступает время, когда мой джентльмен трахает меня, это происходит в присутствии нескольких зрителей. Это последнее угощение для всех и моё последнее наслаждение. К тому моменту, когда я дохожу до этой точки в своём воображении, я полностью возбуждена и готова кончить.

Белая американка • NA • От £15 000 до £29 000 • Бисексуалка / пансексуалка • Замужем / в гражданском партнёрстве • Нет детей

Мои фантазии обычно разворачиваются так, будто я — мужчина в этом сценарии, что для женщины, наверное, довольно странно. У моего мужа очень низкое либидо. Если я прилагаю усилия, чтобы завести его, когда он не устал и не занят, это срабатывает. Но, к моему стыду, я часто обнаруживаю, что мне лень этим заниматься. Гораздо проще и приятнее просто фантазировать и доставить себе удовольствие. Я мастурбирую несколько раз в неделю. Меня очень возбуждает мысль о том, что чувствует мужчина, когда вот-вот кончит. Мне также нравится идея быть под наблюдением и наблюдать за другими.

Моя текущая любимая фантазия о мужчине, чья жена выступает в живом секс-шоу на маленькой сцене. Я представляю, что я этот муж, и смотрю и на неё на сцене, и на публику. Места начинают заполняться парами и одиночками, все в предвкушении представления. Моя жена высовывает голову из-за занавеса и машет мне рукой. Её глаза сияют, и я вижу, что она уже возбуждена от одной мысли о том, что будет заниматься сексом перед зрителями.

Я перевожу внимание на пару в первом ряду. У мужчины уже заметная выпуклость в его обтягивающих брюках, и женщина замечает это, она приподнимает бровь и проводит ногтем вдоль его эрекции. Он улыбается, слегка смущаясь, и наклоняется, чтобы страстно поцеловать её. Она выгибается ему навстречу, и он на мгновение сжимает одну из её грудей. При виде этого мой член пульсирует в джинсах. Я замечаю, что мужчина позади них тоже смотрит на эту пару и слегка поглаживает свой член через брюки.

На сцене зажигается свет, и моя жена выходит в униформе горничной. Её великолепная грудь вываливается из блузки, а чёрная юбка настолько коротка, что если она наклонится, то обнажит свою киску. Я надеюсь, что на ней нет трусиков. Она поднимает руку с метёлкой для пыли так, что видны края её чулок. Затем она обходит кровать и наклоняется, чтобы «стереть пыль» с плинтуса. Моё сердце пропускает удар, и член твердеет, когда я вижу блеск её половых губ, отражающийся в свете софитов. Она уже мокрая. Я облизываю губы, и член пульсирует в джинсах, но я пока воздерживаюсь от прикосновений к себе.

Молодой человек присоединяется к ней на сцене, но она, кажется, не замечает его, продолжая «уборку». Он невероятно красив, мускулист во всех нужных местах, и одет в обтягивающие брюки, которые обрисовывают его внушительный член. Слева от меня раздаётся вздох напряжённой женщины, её взгляд прикован к молодому человеку на сцене, а сумочка теперь прижата к паху. Другая женщина в ряду позади засовывает руку под блузку и сжимает свою грудь, пощипывая соски и покусывая губу. Мой член пульсирует от осознания того, что всех этих людей возбуждает моя жена.

На сцене молодой человек прочищает горло, и моя жена вскакивает, притворяясь испуганной и пытаясь одёрнуть юбку. Он усмехается и говорит ей подойти к нему. Она подходит, выглядя обеспокоенной. Он проводит рукой по её груди, по ягодицам, по бедру, а затем медленно вверх по внутренней стороне ног, и её вдох говорит мне, что он только что коснулся её киски. Её глаза расширяются, и он говорит ей, какая она непослушная, раз пришла на работу без трусиков. Хотела ли она, чтобы её поймали? Она говорит «нет», но её грудь вздымается, и я вижу, как её соски напрягаются под тканью униформы. Она невероятно возбуждена. Мой член теперь ноет, и я потираю его через джинсы. Я знаю, что если достану его сейчас и начну по-настоящему трогать, то кончу слишком быстро, поэтому заставляю себя убрать руку.

Молодой человек говорит моей жене наклониться над кроватью. Она подчиняется, и я вижу, как блестят соки на её набухших половых губах. Он прижимает свой твердеющий член к её ноге. Она слегка дрожит. Он обхватывает ладонью и сжимает её грудь, она постанывает. Его член уже полностью встал. Он говорит, что видит, как она возбуждена, и шлёпает её рукой по голой заднице. Она вскрикивает, и я слышу стон женщины с сумочкой. Она теперь ёрзает на стуле. У всех мужчин в зале заметные эрекции, большинство поглаживают их через брюки, но пара уже достала члены. Мужчина в первом ряду направляет руку своей партнёрши к своему члену, и она ласкает его, пока он залезает под её юбку, я вижу, как она слегка раздвигает ноги, и её голова резко запрокидывается, когда он находит её клитор.

На сцене молодой человек грубо поднимает мою жену и разворачивает к себе лицом. Хочет ли она почувствовать его член, будучи непослушной девочкой? Она энергично кивает и опускает руку, чтобы потрогать его через брюки, её ладони дрожат, когда он наклоняется, чтобы страстно поцеловать её. Во мне вспыхивает ревность, но я слишком возбуждён, чтобы она длилась долго. Он расстёгивает молнию на её униформе, и та падает к её ногам. Она стоит перед ним обнажённая, если не считать туфель на высоких каблуках и чулок. Её вид заставляет меня застонать, и я больше не могу сдерживаться. Я достаю свой пульсирующий член и начинаю ласкать его. Я встречаюсь взглядом с женщиной в первом ряду, она подмигивает мне и снова переводит внимание на сцену.

Моя жена теперь раздевает молодого человека, проводя руками по его упругому телу. Его член подпрыгивает, когда она освобождает его из брюк. Она опускается на колени и проводит по нему языком. Кто-то из зрителей стонет, и я слышу лихорадочные звуки того, как чей-то член активно надрачивают, а затем он кончает, сперма выплескивается из головки двигающегося члена. Женщина с сумочкой ритмично раскачивается взад-вперёд, раздвинув ноги и вдавливая сумочку в промежность, трётся о неё и стонет, глядя, как моя жена лижет и сосёт пульсирующий член молодого человека.

Сжимая свой член и мечтая, чтобы он сейчас оказался во рту моей жены, я чувствую, как приближается оргазм, поэтому замедляю темп. Я не хочу кончить слишком рано. Они переместились на кровать, и моя жена широко раздвинула ноги, позволяя молодому человеку вылизать её. Она постанывает и выгибает бёдра навстречу его лицу, и когда он наконец вонзает язык в её клитор, она стонет и вцепляется в простыни. Она извивается, и я понимаю, что она близка к оргазму. Я начинаю стонать, и мой член набухает в руке. Это чистая мука, когда он раскачивается и пульсирует передо мной. Пара в первом ряду сменила позу, она задирает юбку и опускается на его твёрдый член, пока он полностью не входит в неё. Он направляет её бёдра вперёд и назад, играя с её клитором, пока она скачет на нём.

Молодой человек на сцене перестаёт сосать и покусывать клитор моей жены, ложится и приказывает ей оседлать его. Она отбросила всякую видимость того, что ей не следует этого делать, и я вижу, как она с готовностью опускается на его огромный твёрдый член, дюйм за дюймом, страстно желая, чтобы это был мой ноющий член, который она так глубоко принимает в себя. Он играет с её набухшими сосками. Она запрокидывает голову от удовольствия и начинает двигаться в такт его толчкам, потираясь о него. Я не могу сдержаться и снова беру член в руку. Я слышу громкие стоны женщины с сумочкой. Она собирается кончить. Пара в первом ряду трахается всё интенсивнее. Он хватает её за груди, а она трёт клитор, всё быстрее и быстрее. Молодой человек переворачивает мою жену и начинает вколачивать в неё свой член, она обхватывает ногами его талию и умоляет трахать её сильнее, чтобы она кончила. Я отчаянно надрачиваю член, как никогда близкий к семяизвержению. Я слышу звуки из зала, стоны и вздохи, когда зрителей накрывают оргазмы. Моя жена внезапно вскрикивает, что кончает, она смотрит прямо на меня, её голова запрокидывается, глаза зажмуриваются, рот открывается, и я больше не могу сдерживаться. Оргазм вырывается из меня волнами наслаждения.

Британка индийского происхождения • Англиканка (непрактикующая) • От £29 000 до £49 000 • Гетеросексуалка • Замужем / в гражданском партнёрстве • Есть дети

Когда мы говорим о фантазиях, мы думаем о чём-то, что никогда не смогли бы рассказать своим близким и особенно партнёрам. В моём случае бисексуальность и оргии — вот что заводит меня, лишает дыхания и возбуждает. И не только это, но и идея того, что мужчины оставляют свою токсичную маскулинность за дверью и ничего не скрывают, даже свои глубокие стоны, чтобы их мог услышать весь мир (или соседи). Я фантазирую о том, что смотрю, как мужчины трахают друг друга, пока я сижу и наслаждаюсь их звуками и борьбой за власть. Я хочу, чтобы меня позвали, чтобы я могла командовать их вниманием, не прикасаясь к ним. Я хочу, чтобы на меня охотились. Пожирали, заставляли чувствовать себя обожествлённой, и всё это пока я смотрю, как группа мужчин поклоняется друг другу так, как я не могу. Нет ничего более сексуального, чем слышать громкий стон мужчины, и я могу только представить, как звучат несколько из них одновременно.

Чёрная британка карибского происхождения • Духовная • От £15 000 до £29 000 • Бисексуалка / пансексуалка • Не замужем • Нет детей

Иногда я представляю, что нахожусь в комнате со стеклянными стенами, как на допросах, когда кажется, что это как зеркало, но с другой стороны на самом деле находится зрительный зал. И мужчины смотрят на меня и мастурбируют, пока меня трахает робот. Иногда у них есть пульты управления, а иногда что-то вроде звукорежиссёрского оборудования, с помощью которого они могут контролировать скорость и действия этого робота. Они часто превышают допустимую скорость в моменты сильного возбуждения.

Украинка • Атеистка • Менее £15 000 • Бисексуалка / пансексуалка • В отношениях • Нет детей

В моей самой сокровенной сексуальной фантазии я вижу себя в комнате, обнажённую, с тем бывшим партнёром, о котором я фантазирую чаще всего — это всегда он. Комната слабо освещена, в ней царит какая-то атмосфера сна. Я выставлена напоказ. На мне ничего нет, кроме ошейника на шее. Он сидит, а я прижимаюсь к его коленям, крепко обнимая их, пока он водит пальцами вверх и вниз по моему телу. Без предупреждения он начинает шлёпать меня голой ладонью. Я извиваюсь под ним, постанываю, становясь всё более влажной с каждым громким шлепком его ладони по моим ягодицам. Он воркует надо мной, хвалит меня, говорит, какая я хорошая девочка, что так хорошо терплю. Я чувствую, как на моей коже расцветают рубцы и синяки, но он продолжает. Свободной рукой он подхватывает мой подбородок и погружает два пальца глубоко в мой рот, и я чувствую, как уплываю в некое состояние сознания, которое не могу определить иначе, кроме как свобода и невесомость. Закончив осыпать мои голые ягодицы ударами, он нежно поглаживает мою кожу, массируя следы. Он вынимает пальцы из рта и спрашивает, чего я хочу. Мой ответ всегда один: его, я хочу его. Я хочу, чтобы он касался меня, пожирал меня, использовал меня. Я хочу быть его.

Он поднимает меня с коленей, продев один длинный палец в кольцо на моём ошейнике, и тянет меня вверх, чтобы я встала и оказалась лицом к нему, наши тела почти соприкасаются. Он смотрит на меня сверху вниз, позволяя пальцам скользить по моей коже: по шее, ключицам, груди, мягкому животу, округлым бёдрам. Он окидывает меня взглядом, и я вижу в нём голод, от которого у меня подкашиваются колени. Он целует меня в губы, его язык надавливает на линию моих губ, умоляя впустить его. Я таю в нём, в его поцелуе, в его жёстких руках, сжимающих мои волосы и основание шеи. Мы двигаемся, мои ноги переступают назад, пока он толкает меня своим телом, и я чувствую что-то твёрдое у своей спины. Он прерывает поцелуй и сжимает пальцами мою щёку, поворачивая мою голову в сторону, чтобы я посмотрела на стеклянную стену позади меня.

Когда свет загорается, я понимаю, что по ту сторону стекла десятки безымянных наблюдателей. Заворожённая публика смотрит на меня, на него, на нас. Я слышу тихие, но возбуждённые шепотки через стекло. Я бросаю взгляд на своего партнёра, и его самодовольная ухмылка не оставляет сомнений. Он не говорит ни слова, но прижимает меня к стеклу и опускается на колени. Моё сердце колотится, пропуская удар. Он обхватывает меня руками: одна рука — под бедром, ладонь сжимает мою ягодицу, пальцы впиваются в ещё свежие рубцы, оставленные им же, другая рука закидывает мою вторую ногу себе на плечо, раздвигая их, что позволяет ему прижаться лицом вплотную ко мне. Он поедает меня, как голодный мужчина: лижет, сосёт, облизывает, жадно поглощает меня. Одновременно он вонзает в меня пальцы, кружит и сгибает их, растягивая и заставляя меня изнывать. Я выгибаю спину и запрокидываю голову, позволяя себе лишь мельком видеть головы моей аудитории. Энергия за моей спиной гудит, шепотки становятся громче, перерастая в рёв. Я начинаю безудержно стонать, мои пальцы тянутся вниз, чтобы запутаться в золотистых локонах моего партнёра. Я дрожу в его руках на грани оргазма, яркий свет начинает пульсировать за моими глазами, когда мои колени и бёдра трясутся. Он вдавливает пальцы в меня так, будто пытается достать мой оргазм, и одновременно идеально работает языком, и я кончаю на его руку и рот, мои ладони сжимают его голову в исступлении, пока он продолжает двигать ртом и пальцами перебрасывая меня через пик наслаждения. В ушах шумит кровь, но также слышны громкие аплодисменты из-за стекла.

Он встаёт и целует меня в губы, позволяя мне почувствовать свой вкус на его губах, затем разворачивает меня и прижимает моё обнажённое тело к стеклянной стене, прижимаясь к моей спине. Я чувствую, какой он твёрдый, и я отчаянно хочу его. Мой рот приоткрыт и прижат к холодному стеклу, я почти пускаю слюни от желания, которое ощущаю между ног. Стена становится теплее под моей кожей, и я понимаю, что зрители подошли ближе, прикасаясь к стеклу. Пока они делают вид, что касаются меня, он проводит руками по моим бёдрам и ногам в реальном времени. Я чувствую, как меня переполняют ощущения, моё лицо горит, возможно, краснеет от того, что так много незнакомцев так близко к моему обнажённому телу, пока мой любовник дразнит меня, ожидая, когда я начну его умолять, и скажу, чего хочу. Я сдаюсь, и хор моей потребности срывается с губ, умоляя его взять меня прямо здесь, перед этой аудиторией. Он шепчет похвалу мне на ухо, а затем его руки сжимаются, как железо, на моих бёдрах, и он отводит мои бедра назад, прижимая их к своим, сгибая меня в поясе, так что моё лицо, руки и грудь сильнее прижимаются к хрупкой преграде между мной и вуайеристами. Он дразнит мой вход на одну слишком долгую секунду, снова заставляя меня умолять, прежде чем вонзиться в меня и войти в меня на всю длину.

Я выкрикиваю его имя, пока он трахает меня с мастерством мужчины, который знал моё тело тысячу раз и будет знать его ещё тысячу. Знакомый ритм, который, как он знает, мне нужен. Дразнящие прикосновения, его руки ощупывают меня, накрывают, электризуют, пока я дрожу, раскачиваюсь, всхлипываю и кричу под ним. Публика шепчет слова, которые для меня лишь размытый шум, я не могу разобрать их за громом крови в ушах. Рука моего любовника скользит по по телу, и его пальцы двигаются в такт его бёдрам. Я чувствую глаза и руки повсюду, они смотрят, шепчут, я почти ощущаю дыхание их слов. Мой любовник шепчет моё имя и слова похвалы, поддержки и желания. Я чувствую, как в животе разгорается огонь, а по краям кожи проступают светящиеся линии. Я едва дышу, беззвучно шевеля губами в экстазе, хор имени моего любовника срывается с моих губ. Мы кончаем вместе, каждый вырывается из собственной кожи одновременно, сливаясь друг с другом, дрожа, сотрясаясь, разбиваясь на части. Снова гром аплодисментов, слова изумления и восторга, мимолётное ощущение прикосновений, угасающее за стеклом, свет тускнеет, оставляя нас наедине. Стекло темнеет, становясь вязко-чёрным, а затем превращается в зеркало. Я вижу своё расслабленное от удовольствия лицо и раскрасневшуюся кожу. Его лицо появляется в отражении, когда он обхватывает руками мою грудь и притягивает меня к себе, наши тёплые тела пылают, прижимаясь друг к другу. Взгляд удовлетворения в его глазах уничтожает меня. Он поворачивает моё лицо обратно к себе и снова целует меня, и фантазия заканчивается.

Белая американка • Атеистка • Более £100 000 • Бисексуалка / пансексуалка • В отношениях • Нет детей