Джиллиан Андерсен. Want (4) Запретное
Запретное
«Мне кажется, я не в силах признаться мужу в своих сокровенных желаниях. Это ощущается как нечто... постыдное и пугающее».
То, что для одного недопустимо и запрещено, другому может казаться совершенно естественным. Границы, табу и стыд — понятия глубоко личные, они формируются под влиянием общества, культуры и религии. Мы не рождаемся со стыдом, мы наследуем или заучиваем его, и его коварное влияние проникает во все аспекты нашей жизни. Как вы увидите из этих писем, многие фантазии могут показаться кому-то вполне безобидными, но, как и всегда, всё решает контекст. Если вы выросли в стране, где гомосексуальность вне закона, мысли об однополом эротическом опыте будут казаться крайне предосудительными. Если ваша религия запрещает определенное поведение или желания, они тоже станут табу. Но если стыд расцветает в тишине, то письма в этом разделе звучат крик с вершин холмов.
Лишь малая часть полученных нами писем содержала запретные мысли, которые могли бы считаться преступными (и те, по понятным причинам, не вошли в итоговую подборку). Однако, хотя некоторые действия или модели поведения в этом разделе и, строго говоря, не являются незаконными, они всё же поднимают вопросы о морали и общественных приличиях. Некоторые из них бросают вызов устоявшимся представлениям о том, чего «должна» желать женщина. Поразительно, как много женщин в этом разделе фантазируют о ком-то, кто находится на расстоянии вытянутой руки, но недосягаем: о друге, родственнике или соседе. Понятие «запретное» становится еще более возбуждающим, когда внешне вас связывают самые обычные отношения, но в своих мыслях вы полностью перекраиваете границы этой связи, и на вас при этом гораздо меньше одежды!
Действительно, для некоторых женщин в этом разделе именно запретный характер фантазии является самым эротичным элементом сценария: будь то женщина, чей разум рисует картины близости с подругой, пока они пьют вино на диване, или другая, чьи мысли во время секса с мужем улетают к брату мужа. Она пишет: «Я люблю своего мужа всем сердцем и душой. Любовь всей моей жизни? Вероятно. Искра для моей вагины? Не уверена. Мне сорок, мое либидо никогда не было столь ярким, и, к сожалению, не мой мужчина доводит меня до пика. Технически да, это он, но мысленно я с его братом, пока мы занимаемся любовью... Представляю, каково это ощутить его внутри меня».
Как уже отмечалось в этой книге, у фантазий нет границ. Они не обязаны соответствовать общественным нормам. Им часто не мешают чувство вины, отвращение или стыд, которые мы можем испытывать в моменты рациональности. То, что находится в запретной зоне, внезапно становится доступным. Мы можем рассматривать эти фантазии как временную передышку от стыда, побег в мир, где наши желания никто не осудит, какими бы табуированными они ни были. Если бы мы смогли ослабить оковы стыда в реальном мире, каких новых высот наслаждения мы все могли бы достичь?
Я влюблена в свою лучшую подругу, и я хочу прикасаться к ней. Я занимаюсь с ней сексом в своих мыслях, просто проживая свой обычный день.
Белая британка с Виргинских островов • NA • От £15,000 до £29,000 • Бисексуалка/пансексуалка • В отношениях • Есть дети
У меня много фантазий, и самых разных, я наслаждаюсь ими и считаю это абсолютно здоровым проявлением себя. Однако одна из них может показаться «спорной» для моего близкого окружения, учитывая, что я гетеросексуальная женщина, живущая в Латинской Америке. Это то, о чем я не могла бы рассказать подругам, так как думаю, что они не поймут. Я знаю, что в этих фантазиях нет ничего плохого, но культурно сексуальность всё еще остается табу для многих женщин в Латинской Америке (причем не только однополые фантазии, но и любые фантазии в принципе). Мой муж знает о них, и его это совершенно не беспокоит.
Мои фантазии связаны с желанием узнать, каково это — разделить интимные моменты с женщиной. Каково это — поцеловать её? Какой у неё аромат? И всё то, что могло бы произойти в подобном контексте. Эти видения предстают в моём сознании как невероятно интенсивные, красивые и онейрические сцены. На самом деле эти фантазии не связаны с кем-то из моего окружения: в них всегда присутствуют актрисы, персонажи фильмов или сериалов, которые пробуждают мое воображение, люди, которых я воспринимаю как недосягаемых. У меня нет сексуального опыта с женщинами, и, честно говоря, я не уверена, как бы я отреагировала на реальную возможность воплотить свою фантазию в жизнь.
Я пыталась прощупать почву среди подруг, заводя разговоры о «влюбленности в знаменитостей-женщин», чтобы понять, смогу ли я быть с ними честной и обсуждать это так же свободно, как мы обсуждаем всё остальное. Но я заметила такие реакции и комментарии, из-за которых не чувствую себя в безопасности. Поэтому возможность открыться им была полностью исключена.
Латиноамериканка, венесуэлка • Непрактикующая католичка • NA • Гетеросексуалка • Замужем / в гражданском партнёрстве • Нет детей
Моя фантазия начинается с того, что мы с подругой сидим и болтаем за бокалом вина. Детей нет дома, а муж в отъезде до утра. Она рассталась со своей девушкой несколько месяцев назад, так что вся квартира в нашем распоряжении. Мы сидим бок о бок на диване в её гостиной, болтаем, хихикаем, делимся историями о детях. Она тянется через меня, чтобы взять свой бокал, и замирает, оказавшись слишком близко. Мы смотрим друг другу в глаза целую вечность. Она наклоняется и нежно целует меня в губы. Я ошеломлена, но отвечаю на поцелуй. Мой язык касается её губ, её язык проникает сквозь мои, это мягкий, но страстный поцелуй. Он прерывается, наступает момент неловкости, но затем наши взгляды снова встречаются, и мы падаем на диван, целуясь, лаская друг друга и срывая одежду.
Вскоре мы обе лежим полураздетые на полу. Я веду рукой по её телу, оглаживая каждый изгиб, нежно провожу пальцами по её груди, задерживаясь, чтобы поиграть с сосками, они твердеют, и я слышу её тихий стон. Я прижимаюсь к ним губами и ласкаю их языком, улыбаясь тому, как у неё перехватывает дыхание. Мои губы спускаются к её пупку, а руки к бедрам. Она приподнимает мою голову и говорит: «Тебе не нужно делать ничего, что тебе неприятно». Я смотрю ей в глаза и отвечаю: «Я хочу исследовать каждую часть твоего тела».
Я медленно веду рукой по внутренней стороне её бедра, лаская кожу и приближаясь к клитору. Она прерывисто вдыхает каждый раз, когда я оказываюсь рядом с её интимной зоной. Это возбуждает меня, и я делаю глубокий вдох. Мои пальцы касаются её половых губ, я целую открывшееся пространство, и она стонет. Я раздвигаю её губы пальцами, случайно задевая клитор. Когда я ввожу палец внутрь, её стоны становятся длиннее и громче. Я улыбаюсь, прижимаюсь губами к ложбинке и ласкаю её клитор кончиком языком. Она резко вдыхает, и её тело чуть приподнимается над полом. Я продолжаю ласкать её языком и пальцем, она влажная, теплая, и мне это безумно нравится. Я не останавливаюсь, пока она не выгибается в страстном крике. Я замедляю движения, наслаждаясь этим чувством, знакомым, но в то же время странным, знание того, как это делать, дарит мне спокойствие.
Она садится, наклоняется ко мне, целует в лоб и говорит: «Теперь твоя очередь». Она мягко укладывает меня на пол, целуя и лаская мою грудь. Обычно я вздрагиваю, когда кто-то касается моей груди, но сейчас я осознаю, что благодаря этим нежным, заботливым прикосновениям я могу расслабиться и почувствовать, насколько это эротично.
Она спускается ниже, и на миг мне становится стыдно за свое тело: трое детей и сидячая работа не лучшим образом сказались на фигуре. Она просит меня расслабиться и говорит, что мое тело идеально. Она целует меня у линии белья, её руки ласкают внутреннюю сторону бедер, каждое прикосновение, как разряд тока, которое может заставить меня взорваться. Она плавно стягивает мои трусики. Я забываю о всяком смущении. Она снова прижимает меня к полу, целует внутреннюю сторону колена, и возбуждение становится почти невыносимым. Она спускается к моей интимной зоне, я чувствую её волосы на своей коже, а дыхание касается моих губ. Она нежно ведет пальцами вдоль моих половых губ, и у меня вырывается стон, затем я чувствую, как её пальцы начинают изучать меня, внутри и снаружи, а язык прижимается к моему клитору. Я чувствую, что вот-вот достигну пика, и она чуть отстраняется, но я умоляю: «Не останавливайся». Она возвращается, я тихо вскрикиваю; я не привыкла терять контроль, поэтому сдерживаюсь. Она смотрит на меня и говорит: «Расслабься, здесь никого нет, ты можешь кричать так громко, как тебе нужно». Я улыбаюсь, и она снова опускает голову.
Её язык скользит сквозь мои губы и проникает внутрь меня. Я ахаю. Следом идут пальцы, медленно погружаясь во влагалище, никаких резких или грубых толчков, только нежные движения, которые возносят меня на вершину блаженства. Всё кажется невероятным. Она прижимается ко мне губами, обхватывает ими мой клитор и начинает посасывать его. О боже, я никогда не чувствовала ничего настолько прекрасного. Её язык ласкает клитор, который одновременно нежно поглаживают её пальцы, и в этот миг реальность начинает ускользать от меня. Контроль исчезает, внутри вспыхивают фейерверки, я повизгиваю от удовольствия. Кажется, она знает о моем теле всё и понимает, как заставить его работать, и когда я без предупреждения достигаю оргазма во второй раз, она оставляет на мне последний долгий след поцелуя, от которого я содрогаюсь всем телом.
Она улыбается, поднимается выше, и наши губы встречаются, я невольно вздрагиваю, но наслаждаюсь вкусом самой себя. Мы откидываемся на подушки, обе чуть влажные от пережитого, накрываемся пледом, и она обнимает меня за плечи. Она спрашивает, понравилось ли мне. Я отвечаю: «Лучше не бывает». Я улыбаюсь, никогда ещё мой оргазм не был таким мощным, а я сама не чувствовала себя такой расслабленной.
Белая британка • NA • От £15,000 до £29,000 • Гетеросексуалка • Замужем / в гражданском партнёрстве • Есть дети
Моя фантазия посвящена каменщику, который вместе с коллегой два года строил дом по соседству во время локдауна. Поскольку я работала из дома, у нас было время наладить контакт через стену, разделявшую мой участок и стройплощадку. Мы болтали и смеялись. Зимой, когда стояли трескучие морозы, я делала им чай, знойным летом я видела их с обнаженными торсами и золотистой кожей и выносила им холодные влажные полотенца, чтобы они могли положить их на голову. Мои мысли о моём каменщике были неистовыми. Я не могла прикоснуться к нему, он был женат, но когда мы разговаривали через моё кухонное окно во время завтрака, между нами случались те самые долгие, замершие взгляды. Знаете это мгновение, когда время останавливается?
На нем была эта яркая неоновая толстовка, которую я тоже очень хотела. Я сказала, что она мне нравится, и он пообещал подарить мне такую же, когда закончит работу. Меня трогало то, с какой любовью он говорил о своей маме, и он казался таким счастливым со своей женой и семьей. Я немного влюбилась в его улыбку, его доброту и легкое отношение к жизни. А еще он обожал футбол. Мне футбол совершенно не интересен, но то, как он рассказывал о судорогах в мышцах после игры, было чертовски сексуально. Он был просто горяч. Помню, как порой засматривалась на его зад.
Единственный раз, когда мы оказались достаточно близко, чтобы я почувствовала его тело рядом со своим, был жаркий летний день, когда он пришел попрощаться. Это был единственный раз, когда он зашел ко мне в квартиру. Я не ожидала этого, но в качестве прощального подарка он отдал мне свою собственную толстовку, которая всё еще хранила его запах, и крепко, по-настоящему обнял меня. Я не стирала её несколько дней. На мне были шорты. Когда мы обнимались, я чувствовала, как его сердце колотится как безумное, и мне так сильно хотелось сжать его ягодицы. Я хотела почувствовать его эрекцию своей попкой. Хотела понять, нравится ли мне его естественный запах, ведь для меня это всегда решающий фактор. Но в тот момент у меня в гостях была подруга, так что ничего не могло произойти, даже простого поцелуя в щеку, а я так жаждала, чтобы он страстно прижал меня к белой кухонной стене и поцеловал.
В моей фантазии безопасно возвращаться в ту зону воображения, где мысли о нём до сих пор возбуждают меня. Всё, что осталось — это череда вопросов: флешбэк о том, что могло бы быть. Я никогда его больше не увижу. Думает ли он обо мне? Касается ли он себя, представляя меня? Вспоминает ли он, как я занималась йогой в саду в своих коротких шортах осенью, весной и летом? Сегодня на мне снова его толстовка, и мне интересно — чувствует ли он это, когда я её надеваю.
За прошедший год я узнала о концепции лимерентности, когда ты наделяешь статусом навязчивой идеи недосягаемых людей: девушку, которая сделала мне комплимент в метро; профессора, который намного старше, женат и гетеросексуален; лучшую подругу в старшей школе, у которой были долгие отношения с парнем; или тех, кого я знаю лишь в парасоциальном контексте и кто живет на другом конце света. У меня никогда не было ни романтических, ни сексуальных отношений, не было даже первого поцелуя. Я задаюсь вопросом: не является ли увлечение недосягаемым моим способом обойти иронию судьбы и быть такой свободной в мыслях, но не иметь ни одной из этих романтических связей на самом деле. Я осознала свою ориентацию еще подростком, но будучи иммигранткой из страны, где не принимают негетеронормативную идентичность, я никогда не могла быть по-настоящему открытой. Часть меня навсегда застряла «в шкафу», не в силах найти общий язык с квир-друзьями или утешение в сообществе асексуалов и аромантиков.
Путь к квир-любви и сексу кажется невообразимо изолирующим: каждый раз, когда женщина кажется мне привлекательной, я боюсь, что это сочтут хищничеством, а когда привлекает мужчина, я подвергаю свои чувства сомнению, гадая, настоящие ли они или это результат патриархальных установок общества. Мне хотелось бы сказать, что секс для меня не имеет большого значения и должен существовать отдельно от привязанности и любви, но каждый раз, представляя его, я вижу мимолетные прикосновения, мягкость её кожи, смех и радость, бесконечно страстные поцелуи… все те аспекты, которые не имеют отношения к технической стороне самого процесса.
Мои мысли блуждают, представляя, каково это, запутаться в её руках, быть обнятой так, чтобы существование обрело смысл хоть на краткий миг. Я думаю о том, каково было бы почувствовать её губы на своих не просто как пассивный акт, а как если бы мы когда-то были разделены надвое и наконец нашли путь друг к другу.
Мы бы сбежали по прихоти в отпуск туда, куда я и мечтать не могла бы поехать на свои средства, и проводили бы каждую минуту наедине, не в силах оторваться друг от друга. Она бы сбежала из своих тупиковых отношений и освободила меня от монотонности моей жизни. Она бы не осудила меня за отсутствие опыта, а показала бы то, что нравится ей, открывая мне глаза на вещи, о которых я и не подозревала. В идее тайных встреч есть нечто пьянящее, ведь я всегда была из тех, кто следует правилам. Она так далеко продвинулась по карьере, а я — в самом начале, но мы бы делились мыслями о любви, жизни и бытии в поздние часы ночи, пока солнце не просочится сквозь тонкие занавески и не окрасит комнату в ярко-оранжевый, освещая её лицо, ставшее еще прекраснее в этом огне. Я бы вглядывалась в каждую деталь её лица, пока нам не пришлось бы вернуться в реальность внешнего мира, где мы должны держаться порознь за пределы этой спальни. Она вернется к своей жизни и мужу, а я — к своей, пока мы снова не найдем момент, чтобы сбежать в объятия друг друга. Я думаю об этом вихре чувств, который может закончиться только разбитым сердцем, но всё же таит в себе крошечную надежду. Целое будущее счастья, блаженства и близости в одном её случайном взгляде. Целая шекспировская история любви, рассказанная в долгих взорах.
И я снова возвращаюсь к реальности, осознавая дистанцию между нами и то, что этому будущему не бывать. Я гадаю, приписываю ли я эти фантазии недосягаемым женщинам из-за их безответственности, запретности и азарта? Или я делаю это, потому что боюсь настоящей близости с другими? Возможно, я даже не могу представить интимность без обязательного краха в конце, потому что не могу представить, что меня можно любить безусловно, просто за то, что я есть. Возможно, именно в этом и кроется мой страх.
Китаянка • Атеистка/агностик • Менее £15,000 • Бисексуалка/пансексуалка • Одинока • Нет детей
В моей фантазии муж пригласил своего друга переночевать, так как утром они вместе отправляются в поездку. После ужина муж уходит наверх, а я наливаю себе бокал вина и заканчиваю уборку. Его друг заходит на кухню, задерживается, чтобы поблагодарить меня за ужин, и уходит в гостевую комнату. К тому времени как я сама поднимаюсь в спальню и переодеваюсь ко сну, муж уже крепко спит и вовсю храпит.
Я накидываю толстовку, спускаюсь вниз и иду в домашний кабинет, который находится рядом с кухней. Я прикрываю дверь, оставляя небольшую щелку, чтобы видеть, если кто-то зайдет на кухню, сажусь за стол лицом к двери, включаю ноутбук и открываю свой любимый порносайт. Я запускаю руку под пижамные шорты и провожу пальцами по половым губам, спускаясь к влагалищу и поднимаясь обратно к клитору. Глядя на экран, я начинаю ласкать его круговыми движениями. Наслаждаясь ощущениями, я закидываю ноги на стол и расслабляюсь в кресле. Мои движения становятся быстрее, я чувствую, как приближается оргазм.
Движение света у двери отвлекает меня, и я на миг замираю: тишина, наверное, это один из котов. Я продолжаю ласки. Глаза закрыты, голова откинута на спинку кресла. Я тяжело дышу, стараясь не шуметь. Внезапно дверь кабинета закрывается. Сердце уходит в пятки, из-за свечения ноутбука я не вижу ничего вокруг и не знаю, кто вошел в комнату. Я слышу приближающиеся шаги и тяжелое дыхание. Чья-то рука ложится мне на щиколотку. Я застываю, поднимаю взгляд и вижу силуэт друга моего мужа, и на нем только боксеры. Я вижу, что он возбужден, и это заводит меня еще сильнее. Он поднимает мою ногу и встает между мной и столом, так что мои ноги оказываются по обе стороны от него. Я продолжаю медленно двигать рукой. Он опускается передо мной на колени, и его лицо теперь на уровне моей руки. Он видит всё, что я делаю. Он тянется к моим шортам и белью, я чуть приподнимаюсь, помогая ему, и он снимает их одним ловким движением. Его лицо совсем рядом с моей рукой. Я чувствую его дыхание. Он накрывает мою ладонь своей, останавливая меня. Его другая рука скользит вниз и проникает в меня. Я резко вдыхаю. Он прижимается губами к моему клитору и ласкает его языком. Я ахаю и снова кричу, но он прижимает палец к моим губам. Он продолжает ласкать меня всё быстрее и интенсивнее, пока я не достигаю пика. Мои бедра непроизвольно толкаются навстречу его лицу, волны наслаждения накрывают меня, а он продолжает дразнить мой клитор, посылая новые импульсы в моё дрожащее тело.
Я откидываюсь в кресле, и он встает передо мной. Он уже скинул боксеры, и перед моими глазами предстает его напряженный член. Я улыбаюсь, подаюсь вперед и целую его сбоку. Он останавливает меня, подсаживает на край стола, притягивает к себе, и я с легкостью опускаюсь на него. Он начинает плавно входить в меня. Это потрясающее чувство ощущать его внутри, иногда ничто не заменит настоящую близость. Мы начинаем двигаться в ритме, вверх-вниз. Я чувствую его пульсацию внутри, его дыхание становится всё тяжелее и чаще. Я понимаю, что всё закончится быстро, и не хочу упустить второй оргазм. Мне нужно помочь себе: я немного отклоняюсь, скольжу пальцами вниз и начинаю ласкать клитор в такт его толчкам. Я чувствую, как он ускоряется, и ускоряюсь сама. Он делает резкий толчок, и я чувствую дрожь, когда он кончает внутри меня. Я быстрее двигаю пальцами, доводя себя до предела. Волны оргазма накатывают снова, я не останавливаюсь, пока это не происходит, и валюсь назад, чувствуя, как каждый нерв в моём теле буквально гудит. Я притягиваю его к себе, вбирая в себя еще глубже и чувствуя, как мышцы сжимают его внутри. Мы остаемся вместе, пока дыхание не выравнивается, а тела не расслабляются. Он отстраняется, целует меня в лоб, подбирает боксеры и уходит наверх. Я закрываю ноутбук, натягиваю шорты и возвращаюсь в постель, где мгновенно засыпаю.
На следующее утро, проснувшись, я слышу голоса мужа и его друга внизу. Я поворачиваюсь на бок и понимаю, что на мне только шорты, должно быть, я оставила трусики на полу в кабинете. На кухне я наливаю себе кофе и встаю у стойки рядом с его другом. Он кладет руку мне на спину, я чувствую, как она соскальзывает к краю шорт и пробирается под них. Понимая, что на мне нет белья, он смотрит мне прямо в глаза и приподнимает бровь, а затем ведет рукой ко внутренней стороне бедра, едва касаясь обнаженной кожи. Муж слишком занят завтраком и ничего не замечает. Я быстро захожу в кабинет, замечаю свои трусики на полу у края стола, хватаю их и быстро натягиваю под шорты.
Вернувшись на кухню, я слышу, как муж говорит, что пошел загружать машину для поездки. Я снова остаюсь наедине с его другом, он ставит чашку кофе на стол и направляется ко мне. Он вталкивает меня обратно в кабинет и жадно целует. Его рука быстро проскальзывает под шорты и белье, и он с улыбкой начинает ласкать мой клитор. Я откидываюсь на дверной косяк и упираюсь ногой в книжный шкаф. Он ускоряет ритм, потому что у нас нет времени на долгие прелюдии. Я чувствую, как возбуждение нарастает, и резко втягиваю воздух. Я вот-вот кончу, он видит это по моему лицу и начинает целенаправленно и нежно водить пальцем по кругу. Оргазм накрывает меня, заставляя каждую мышцу напрячься. Он крепко держит меня, продолжая ласки, пока мое тело не обмякает. Он наклоняется и шепчет: «До следующего раза», после чего уходит, оставляя меня там, запыхавшуюся и сияющую, как раз в тот момент, когда муж возвращается на кухню. Он и понятия не имеет о том наслаждении, которое я только что испытала.
Белая британка • NA • От £15,000 до £29,000 • Бисексуалка/пансексуалка • Замужем / в гражданском партнёрстве • Есть дети
Одна из моих самых значимых сексуальных фантазий родилась из чувства протеста против религиозных догм, которые мне внушали много лет назад: в православии женщинам запрещено входить в алтарь. Существует множество подобных правил, например, запрет на посещение церкви во время менструации или если на тебе есть косметика. Мой разрыв с религией произошел одновременно с началом сексуальных исследований, и примерно в то же время родилась эта фантазия. Прежде чем я умру, я должна найти пустую церковь, заброшенную или нет, и я хочу, чтобы мужчина орально удовлетворил меня, пока я лежу прямо на алтаре, а мои стоны наслаждения наполняют гулкое пространство храма. Я даже представляю, что нахожу молодого священника, который готов пойти на это и не боится кары своего Бога, ведь я верю, что секс может быть одним из самых глубоких религиозных переживаний в нашей жизни.
Румынка • Православная • Менее £15,000 • Бисексуалка/пансексуалка • В отношениях • Нет детей
Я фантазирую о том, чтобы заняться сексом в церкви. На скамьях для прихожан, под витражными окнами, глядя на распятого Иисуса.
Белая американка • Атеистка • От £29,000 до £49,000 • Бисексуалка/пансексуалка • Одинока • Нет детей
Я выросла в семье крайне консервативных христиан-евангелистов на юге США, поэтому очень долго не осознавала свою квир-идентичность (даже мимолетная мысль о гомосексуальных желаниях грозила вечными муками, так что лучше было вообще об этом не думать!). Мое самое раннее воспоминание о влечении к человеку старше меня (в данном случае это была женщина-пастор на тридцать лет старше, с глубоким хриплым голосом) относится к двенадцатилетнему возрасту. Меня так тянуло к ней, и я понятия не имела почему. То, как она держалась перед аудиторией в те времена, когда для женщины проповедовать за кафедрой было редкостью и даже порицалось, завораживало меня. Я боготворила её так, как смогла понять только сейчас. Я часто фантазировала о том, как она проводит со мной душеспасительную беседу в своем кабинете.
Теперь, когда я стала старше и открыто признала свою бисексуальность (и даже вышла замуж), я фантазирую о запретном романе с женой пастора или даже с самим пастором! На фоне новостей о том, что произошло с Джерри Фолвеллом-младшим и его женой (я очень внимательно следила за этой историей, потому что она стала шоком для общины), я начала подозревать, что все эти годы наставлений о том, что нельзя думать о сексе, приводят лишь к тому, что мы думаем о нем постоянно! Я хочу, чтобы наставление со стороны пожилой пасторской четы превратилось в секс втроем (только ради процесса, я не хочу никаких контактов вне этого). В истории Джерри Ф. (ужасный человек, я знаю) мне понравилось то, как он возбуждался, наблюдая, как другие мужчины спят с его женой. В каком-то смысле я его понимаю, потому что меня бы это тоже завело. Я бы хотела быть с ними обоими по очереди и стать их грязным маленьким секретом. Никакого стыда, просто люди, наслаждающиеся друг другом и своими телами. Поскольку я больше не верю в большинство доктрин евангельской церкви, во мне проснулась капля садизма, и я могла бы публично разоблачить их, если бы они вздумали лицемерить перед своей паствой... но, полагаю, это просто говорит во мне моя религиозная травма.
Белая американка • Бывшая христианка (евангелистка) • От £29,000 до £49,000 • Бисексуалка/пансексуалка • Замужем / в гражданском партнёрстве • Нет детей
Когда ты растешь в консервативной, традиционной южноазиатской семье, тебе с молоком матери передают чёткий план того, как должна выглядеть твоя жизнь. Девушка встречает парня, они влюбляются, женятся и живут долго и счастливо. Если следовать учебнику по воспитанию в Южной Азии, я сдала этот экзамен на «отлично». Теперь на повестке дня только дети, ведь, упаси боже, мужчина и женщина вздумают наслаждаться друг другом до того, как приведут потомство в этот безумный, безумный мир. Видите ли, особенность моей культуры в том, что мы не умеем останавливаться, чтобы «понюхать розы». Нет, мы слишком заняты, проносясь через жизнь, как через игровое шоу, спеша поставить галочку в каждом пункте и собрать все призы, пока не вышло время.
Я люблю своего мужа всем сердцем и душой. Любовь всей моей жизни? Вероятно. Искра для моей вагины? Не уверена. Мне сорок, мое либидо никогда не было столь ярким, и, к сожалению, не мой мужчина доводит меня до пика. Технически да, это он, но мысленно я с его братом, пока мы занимаемся любовью... Представляю, каково это ощутить его внутри меня. Я упоминала, что его старший брат годами был влюблен в меня, а я даже не смотрела в его сторону, потому что была безнадежно, до туннельного зрения, увлечена его младшим братом? Или что даже после того, как мы с мужем сошлись, никто не смотрел на меня так, как его брат? Его взгляд буквально впивался в меня, словно он знал нечто, чего не знала я. Когда я стала его невесткой, ничего не изменилось. Он так и не женился, он смотрел на меня так, будто я была для него кислородом, и при этом держал уважительную дистанцию.
Это не мешает мне думать о нем, пока мой муж внутри меня. Я представляю, каково было бы, если бы деверь был в комнате и смотрел, как брат трахает девушку, которую он любил годами, не сводя с меня глаз. Представляю, каков он был бы внутри меня.
Индианка • Сикх • Более £100,000 • Гетеросексуалка • Замужем / в гражданском партнёрстве • Нет детей
Я бы отдала всё на свете, чтобы переспать с братом моей лучшей подруги. Не думаю, что это нормально — хотеть кого-то настолько сильно. Возможно, это простой случай из серии «хочется того, чего нельзя получить». А я не могу его получить. Он — табу. Высокий, смуглый красавец. Сложен как бог, я уверена. И я представляю это каждый день.
Я фантазирую о том, как сталкиваюсь с ним в баре. Набравшись алкогольной уверенности, я начинаю флиртовать. Я чувствую запах виски в его дыхании. Хочу почувствовать его вкус на своих губах. Он наклоняется и шепчет мне на ухо. Он признается: он хотел меня годами. Я представляю, как опускаюсь перед ним на колени и беру его в рот. Вижу, как его глаза закатываются. Его тихое дыхание подстегивает меня. Нет ничего приятнее звука мужского стона, когда ты заглатываешь его глубоко. Я представляю, как его щетина царапает мою кожу. Там, между бедер. Я запускаю руки в его волосы, пока он жадно поглощает меня. Моя спина выгибается. Я уже чувствую это каждой клеточкой. Он мастер своего дела! Я просто знаю, что он был бы в этом чертовски хорош!
Мне следовало бы испытывать стыд, но это не моя вина, что ее брат такой горячий. И трудно чувствовать себя виноватой, когда то, что он со мной делает, ощущается так чертовски правильно. Я представляю, как его язык скользит по моему телу. Лижет мой живот и грудь, посасывает шею — моё любимое место. Когда он впивается в меня зубами, у меня идет кругом голова. Говоря о любимых местах, я уверена, он знает, как найти самое важное из них. Снова и снова, и снова.
Я представляю, что сначала он будет нежен. Настолько ласков и внимателен, что это эмоционально тронет мою душу. Но потом я прошепчу «быстрее», и он задаст новый ритм. А потом я буду выдыхать «сильнее» между толчками, пока он не затрахает меня до полного забытья. Боже, я хочу быть заполненной им до предела! Мне нравится представлять, как мы пытаемся вести себя тихо, пока его сестра в соседней комнате. Почему риск быть пойманными всегда так будоражит? От мысли о том, как он зажимает мне рот ладонью, продолжая вбиваться в меня, кружится голова. Но она нас никогда не поймает. Наш секрет останется в безопасности.
Он выходит из меня и приказывает мне встать на четвереньки. Властный. Мне это нравится. Я слушаюсь, и он грубо хватает меня за бедра, прижимая грудь к кровати. Он облизывает пальцы и проводит ими по моей щёлке, пока наконец не вводит два пальца внутрь. Он начинает двигать ими в мучительном ритме. Он знает, что я близка к оргазму. Он чувствует это. Наконец он берет свой член и толкается в меня. Обычно я не слишком шумная в постели. Максимум, чего от меня добивались парни, это пара тяжелых вздохов. Но с ним я просто рычу. Каждый толчок — это экстаз. Его сестра определенно нас слышит. Без предупреждения он переворачивает меня и входит так сильно, что я почти теряю сознание. Оргазм накатывает волна за волной. Я кричу во всю мощь своих легких. С ним я вижу звезды. С ним я забываю его имя. Думаю, он на это способен.
Филиппинка-австралийка • Католичка • От £29,000 до £49,000 • Гетеросексуалка • Одинока • Нет детей
Последние пять лет у меня не было сексуальных контактов с другими людьми. Ни в качестве принимающей стороны, ни в качестве дающей. Моя память хранит мягкие прикосновения её пальцев, дразнящие вокруг и внутри. Она завлекала меня своей уверенностью, безмолвной, но неоспоримой. Мое тело подчинялось только её командам.
Когда я мастурбирую, я вспоминаю, как расплетала волосы, позволяя кудрям рассыпаться по плечам. Я стою там обнаженная, её прекрасная грудь касается моих губ. Я прижимаю её к стене спальни. Тратить время на то, чтобы добраться до кровати, было бы бессмысленно. Она знала, что мне нравится анальный секс, я как-то обмолвилась об этом в случайном разговоре. Мужчин в моей жизни до неё было немного, но мне нравится это ощущение полноты. Это единственный способ описать чувство того, что я полностью поглощена этим человеком.
Удерживая мои руки над головой, ты раздвигаешь мои ноги, губы и ягодицы. Я знаю, что сейчас произойдет, и буквально таю от восторга. Я ни на секунду не сомневалась в том, как эта женщина держит мои запястья одной рукой, в то время как её другая рука с идеальным маникюром уже внутри меня. Я вся мокрая от желания. С ней я всегда кончаю так быстро, и всегда только для неё. Я сквиртую прямо на её ковер, мои ноги дрожат. Мы неистово целуемся. Её светлое каре переплетается с моими темными кудрями, словно изысканный десерт.
Моя фантазия — это то, что когда-то было реальностью и чего больше никогда не случится вновь. Уникальное только для нас двоих и в то же время универсальное. Я знаю, что не должна думать о ней, но именно поэтому я это делаю. Она — моё личное табу. И она доводит меня до пика каждый раз.
Мулатка / чёрная ямайская британка • Христианка • Менее £15,000 • Бисексуалка/пансексуалка • Одинока • Нет детей
Мне тридцать три года, и я мастурбирую на эту развивающуюся фантазию уже как минимум лет пять. Последние три года я состою в отношениях с мужчиной. Со временем эта фантазия эволюционировала, и я не совсем уверена, как она началась и как я собрала этот сюжет в своей голове. Однако я обожаю детективные сериалы о мире высокого искусства, богатстве и подделках, поэтому начала представлять себя в похожих сценариях. Знаете, как бывает: когда что-то несексуальное будоражит ваше воображение, и следом приходит сексуальное возбуждение? В моей фантазии нет подделок, но в ней есть богатство и высокое искусство. Возможно, это само по себе меня заводит. Затем я начала добавлять персонажей. Это целый сценарий, охватывающий длительный период. Я впервые делюсь этим с кем-либо, так что посмотрим, как у меня получится это описать. Начало и конец размыты, но именно в середине происходит всё то, от чего я схожу по ума.
В моей фантазии я почти такая же, как в жизни, по крайней мере внешне, за вычетом пары мелочей в моем теле, которые я изменила, но ничего существенного. Я работаю на богатого, любящего и умного мужчину, своего рода «отцовскую фигуру», примерного семьянина лет под шестьдесят. Его жены в сюжете нет. Я управляю его огромной коллекцией произведений искусства, которая выставлена в его огромном особняке… где-нибудь на севере Италии. Место с большими виллами, озерами, густой зеленью, скульптурами в частных садах, бассейнами, шикарными патио и коктейльными вечеринками. Я живу в просторных апартаментах в отдельном крыле дома, с выходом в уединенный сад, предназначенный только для меня. К этому пожилому человеку я испытываю доверие, уважение и любовь, как к отцу. Он не является частью моих сексуальных приключений. А вот его сыновья — да.
Их двое. Младший — настоящий громила, дамский угодник, тёплый, умеет заговорить зубы и разогнать кровь, его движения плавны и уверенны. Тебе просто хочется, чтобы он касался тебя, пока шепчет на ухо, хочется, чтобы он жёстко трахал тебя своим огромным членом, так, чтобы ты забыла собственное имя, выкрикивая его. А потом хочется, чтобы он прижал тебя к себе своими ручищами. Он как большой сочный бургер. С ним просто хочется получать удовольствие. Он мой сообщник по сексуальным преступлениям. А на следующее утро мы просто идём дальше и занимаемся своими делами, до тех пор, пока кто-то из нас снова не постучит в дверь другого.
Я столько раз думала о том, каким будет наш первый секс. Часто я представляю вечерний коктейль, который организую от имени отца семейства. Мы празднуем приобретение нового шедевра для его коллекции. Дует теплый ветерок, на мне красивое длинное шелковое платье. Вокруг полно их друзей и знакомых, и меня осыпают комплиментами за мою последнюю удачную сделку. И мы флиртуем, он и я, глазами, на расстоянии. Мы выходим на террасу или, может быть, в сад, подальше от чужих глаз, и выпиваем. Мы болтаем ни о чем и вдруг начинаем страстно целоваться. Стонем, прикасаемся друг к другу, прижимаемся. Мы сами не верим, что это происходит, но мы знаем, что это просто развлечение. Мы друзья с привилегиями. Однако нам нужно остановиться, вернуться на вечеринку и смешаться с толпой, пока все не разойдутся.
Позже мы тайно идём в мою комнату. Он укладывает меня на кровать. Он доминирует, но размеренно и с любовью, считывая сигналы моего тела. Он целует и ласкает моё тело, везде. Я ласкаю его тело, везде. Между нами нет никакого стыда. У нас громкий, потный секс, от которого сотрясается кровать, снова и снова. Но на самом деле это лишь малая часть моей истории.
В моей фантазии проходит несколько недель. У нас с ним случается множество тайных встреч, и вот однажды я решаю соблазнить старшего брата. Он совсем не похож на младшего, ни внешне, ни по характеру. Он стройнее, не такой качок, а просто в хорошей форме, брюнет, лицо серьезное. Человек дела, мужчина в костюме. Член обычного размера. Брат рассказал ему о том, что у нас всё было. Он не совсем понимает, как к этому относиться, но я знаю, что если я сделаю первый шаг, он меня не остановит.
Однажды я приношу документы по искусству в его кабинет. Он в стрессе из-за работы, плечи напряжены. Я захожу за спинку его офисного кресла, кладу руки ему на шею и плечи, чтобы снять напряжение, нажимая сильнее или едва касаюсь и спрашивая, как ощущения. Он расслабляется, ему нравятся мои прикосновения. Мои руки скользят вниз, к его груди. Сначала он начинает беспокойно ерзать, но не сопротивляется. Я разворачиваю его кресло к себе, опускаюсь на колени и расстегиваю его брюки. Уверенно глядя ему прямо в глаза, я беру его в рот. Он сильно возбужден, удивлен и даже немного шокирован, но он полон желания. Спустя время он останавливает меня, я поднимаюсь и сажусь к нему на колени, целуя и покусывая его шею. Я расстегиваю его рубашку и ласкаю языком грудь. Я чувствую его между своих ног, и это меня безумно заводит. Он подсаживает меня на стол, и вот я уже сижу на его члене. Его руки скользят по моим бедрам, он отодвигает юбку и бельё, достает презерватив из ящика стола, в спешке надевает его и толкает свой твердый член внутрь меня. Мы страстно целуемся во время секса, не слишком быстро, в медленном, но четком ритме. Он проникает очень глубоко. Он спускается поцелуями к моей шее, расстегивает мою блузку и ласкает грудь. Мы оба достигаем оргазма через несколько минут, запыхавшиеся, мы смотрим друг на друга, обмениваемся легкими поцелуями, не говоря ни слова. Мы знаем, что это повторится. Я одеваюсь и выхожу.
Спустя время, когда братья уже знают, что я спала с обоими, я начинаю фантазировать о том, как привожу их обоих в свою постель. Оральный секс, анальный, двойное проникновение, любые позы, какие только можно представить. Я представляю, как один из них трахает меня, пока я беру в рот у другого. Как они держат меня, пока я проживаю невероятно интенсивные оргазмы. Мы даже засыпаем в моей кровати все втроем, и мы храним эту связь в секрете от всех остальных в доме. После этого момента сюжет моей истории становится немного туманным.
Каждый раз, когда я хочу помастурбировать, я думаю о том первом воображаемом сексе с одним из братьев или с ними обоими сразу. Иногда я добавляю в сценарий немного драмы, иногда это просто быстрый плотский акт.
Когда в реальности прошло пару лет, я начала достраивать свою воображаемую жизнь с этой семьей ценителей искусства. Думаю, это потому, что я стала старше, моя жизнь и жизнь окружающих изменились, и чаще всего менялось семейное положение. Это отразилось и на моем фантазийном мире. У меня возникли чувства к старшему брату. У него ко мне тоже. Мы не признавались друг другу. Всё стало неловко. Младший брат это заметил. Отец это заметил. И они сговорились, чтобы заставить нас раскрыть свои чувства. В какой-то момент мы поженились, у нас родился ребенок. Возможно, это звучит как клише. Но вот что странно: у меня больше нет сексуальных или каких-либо иных фантазий, связанных с этим конкретным периодом. Случилось нечто необъяснимое.
Я начала представлять будущее своих героев, включая ту, другую версию себя. Думаю, это произошло потому, что чисто сексуальная часть фантазии почти исчерпала себя с моментом замужества (не знаю почему — возможно, потому что в реальности я не замужем и не представляю, как это могло бы быть для той версии меня). Поэтому в своей фантазии я создала драму, развернувшуюся спустя несколько лет. Старший брат, мой воображаемый муж, выразил желание открыть наш брак. Он решил, что всё стало слишком скучно, и захотел добавить остроты. Сначала я была против и расстроилась, но после долгих раздумий я предложила решение: он может спать с кем угодно, но я буду делать это только с тем, кого знаю и кому доверяю, то есть с его младшим братом. Муж немного приревновал, но согласился. Младший брат тоже принял это. На самом деле у него ни с кем не было серьезных отношений, потому что он всегда считал меня своим идеалом. Никто другой и рядом не стоял, и это меня безумно заводило, так я снова начала спать с ним. Это было почти романтично. Как старая любовь — знакомая территория, но новый подход. Я мастурбировала на повзрослевшую версию этого младшего брата, это было так свежо после многих лет брака с его братом и рождения общего ребенка. Эти мысли возбуждали меня до предела.
Затем в моей фантазии случилось нечто еще более странное: я забеременела от младшего брата, и это вызвало сдвиги в семейной динамике. Теперь у меня было двое воображаемых детей от двух братьев, при том что я была замужем за одним из них. Иногда мой разум снова перепрыгивал на несколько лет вперед, и я добавляла новые детали. Писать об этом очень странно, но в своей фантазии я продолжала спать с обоими братьями, иногда одновременно, устраивая тройничок, как в старые добрые времена. И та версия меня снова забеременела, не зная и не желая знать, кто отец. На тот момент воображаемая я была даже старше, чем я сейчас в реальности. Я начала задумываться, к чему всё это ведет. История превратилась из чисто сексуальной, полной бурных сцен втроем (а иногда к нам присоединялся и третий парень — воображаемый друг братьев), в нечто вроде семейной драмы или мыльной оперы об открытом браке...
Я не могу перестать писать эту историю в своей голове, уводя героев в будущее. Я счастлива со своим партнером, но мы не женаты и не планируем. И детей мы тоже не планируем. Интересно, не является ли это способом моего разума прожить ту, другую жизнь, представить, каково бы это было, и пуститься во все тяжкие? Я также часто гадаю: когда я состарюсь, останутся ли мои герои того же возраста, что сейчас? Или они тоже будут стареть? Как это повлияет на мои сексуальные фантазии и мастурбацию? В моем сознании эта фантазия стала чем-то гораздо большим, чем просто секс. Теперь это параллельное, альтернативное «Я», в которое я сбегаю. Мне любопытно посмотреть, куда она меня приведет или куда я приведу её сама, и брошу ли я её когда-нибудь совсем, чтобы написать новую. Мне хочется проанализировать эти фантазии, чтобы лучше понять себя и то, что я пытаюсь сказать себе этими деталями, но пока что я позволяю своему воображению разгуляться, представляя жаркий, потный секс втроем с этими двумя горячими братьями. И нет, у меня никогда не было секса втроем в реальной жизни, и я не уверена, что когда-нибудь будет. Но, думаю, именно это мой разум пытается мне сказать, проявляя любопытство и создавая персонажей, с которыми я чувствую себя в безопасности.
Белая турчанка • Духовная • От £29,000 до £49,000 • Гетеросексуалка • В отношениях • Нет детей
Я замужем пять лет, и мне еще нет тридцати. Я люблю своего мужа всем сердцем, и наша сексуальная жизнь ХОРОШАЯ. Даже отличная. У него довольно большой член, и нам нравится вместе использовать игрушки любых форм, размеров и режимов вибрации. Но у меня есть желание почувствовать себя ПОЛНОСТЬЮ заполненной. Я фантазирую о фистинге, но мне слишком неловко просить об этом мужа. Женщина растет, постоянно слыша о том, что вагина бесполезна, если она «растянута» или если «туда можно засунуть баскетбольный мяч». Но на самом деле я часто представляю, каково это. В одиночестве я смотрю порно и наслаждаюсь тем, как другие люди вводят в себя огромные дилдо или другие предметы, и мечтаю, чтобы у меня хватило смелости сделать так же. Или хотя бы поговорить об этом с мужем. Я выросла в семье с позитивным отношением к сексу, в которой не было табу. Но сейчас мне почти тридцать, и я, кажется, не в силах признаться мужу в своих сокровенных желаниях. Это ощущается как нечто... постыдное и пугающее.
Белая • Духовная • От £15,000 до £29,000 • Бисексуалка/пансексуалка • Замужем / в гражданском партнёрстве • Да
Моя самая интенсивная сексуальная фантазия о том, как мой парень кончает в меня без презерватива. Мысль о том, что его семя оказывается внутри моего влагалища, приносит огромное удовлетворение, потому что это был бы именно он, а я его очень люблю. Я знаю, что если бы он когда-нибудь наполнил меня, мы бы испытали взаимный оргазм, так как я бы кончила мгновенно. Я представляю, как удерживаю это внутри как можно дольше, прежде чем позволю ему вытечь, по-настоящему наслаждаясь моментом.
Когда я одна, эта фантазия доводит меня до пика довольно быстро. Когда у нас потрясающий секс, я непроизвольно сжимаю мышцы влагалища вокруг его члена так сильно, как только могу, мечтая о том, чтобы он кончил в меня. Иногда из-за этого ему становится некомфортно, и нам приходится остановиться, пока я не расслаблюсь. Он понимает по этому признаку, что я получаю огромное удовольствие, но он не знает, что в этот момент я грежу о его эякуляции внутри меня.
Американская еврейка • Агностик • От £29,000 до £49,000 • Бисексуалка/пансексуалка • В отношениях • Нет детей
Я знаю, что это ужасное клише, но я влюбилась в свою психотерапевтку. Не могу не вспоминать Тони Сопрано и надеюсь, что ничем его не напоминаю. Это даже не было чем-то, что росло со временем, влечение возникло мгновенно, и, насколько я могу судить, она — Кэрол, а я — Терез.
Интимность терапии порой была невыносимо и завлекающе возбуждающей, и эти еженедельные сеансы подарили мне одни из самых интенсивно эротичных моментов в моей жизни. И всё это без единого прикосновения. Не то чтобы происходило что-то предосудительное, она образец профессионализма, но одного её присутствия уже достаточно. Она великолепная женщина в возрасте. Удивительно, но у неё есть крошечная татуировка, к которой всегда прикован мой взгляд. Она намекает на её прошлую жизнь, на её молодую версию, ту, которую мне хотелось бы знать. От неё исходит спокойная, уверенная энергия, которая меня расслабляет, и я обожаю звук её голоса, его громкость, интонации и акцент. Он успокаивающий и нежный, но твердый, в ней есть эта властная жилка, которая иногда встречается у чопорных англичанок из высшего общества, и это заставляет меня гадать, какой бы она была в постели.
Я обожаю смотреть в её светло-карие глаза. Она упомянула, что у неё есть кошка, и несколько недель после этого я представляла себя её кошкой: как она меня гладит или как я трусь о её ноги и мяукаю. Когда она улыбается, то морщит нос, и от этого я просто таю. У неё чудесные руки, иногда ногти накрашены красным лаком. Я представляю их внутри себя, и это вызывает резкую вспышку желания. Я так много думаю о приземленных вещах: что она любит есть, предпочитает ванну или душ? Какое у неё любимое блюдо? Любимая книга? Музыка?.. Я прокручиваю длинные сценарии того, как я приглашаю её в ресторан, угощаю вином, а затем трахаю.
Затем я представляю, что это наш последний сеанс. Мы встаем, чтобы попрощаться, и это немного неловко. Я не сильна в прощаниях. С внезапным потрясением я вижу её лицо так близко, эти добрые глаза и сочные губы, о поцелуе с которыми я так долго грезила, и у меня начинает кружиться голова. Мы обнимаемся, и я держу её дольше и крепче, чем это принято в обществе, и, к моему удивлению, она тоже крепко прижимает меня к себе. Настоящее объятие. Я так долго хотела почувствовать запах её кожи. Уткнуться в её волосы, в её шею. Вдыхать её, целовать её и чувствовать её вкус. «Ты чудесно пахнешь», — говорю я ей, прежде чем дерзко поцеловать в щеку. Мы так близки сейчас, я чувствую, как моё сердце колотится в груди. Я хочу, чтобы её лицо навсегда запечатлелось в моей памяти, и боюсь, что забуду, как она выглядит. Буду ли я унижена, если поцелую её, и это выйдет постыдно и неловко? Сочтет ли она меня нелепой? Или примет за ужасную похотливую извращенку? Она профессионал, выполняющий свою работу, о чем я только думаю?!
Желание берет верх, и я подаюсь вперёд, чтобы поцеловать её. К моему удивлению и облегчению, она не отстраняется. Наши языки робко соприкасаются, и прежде чем я успеваю осознать, мои руки уже в её волосах, я притягиваю её к себе и начинаю раздевать. «Я не могу», — говорит она, что на мгновение возвращает меня к реальности, и я гадаю, не видел ли нас кто-нибудь. «Вокруг никого нет, правда? Мы можем остановиться, если хочешь», — отвечаю я. Но это как будто нечто сорвалось с цепи, и на этот раз она целует меня! Я чувствую влагу между ног. Мы целуемся и касаемся друг друга уже совершенно без ограничений, я расстегиваю её бюстгальтер, стараясь не действовать слишком лихорадочно, хотя потребность в ней сводит меня с ума. Я впервые вижу её грудь. «Ох, черт», — вырывается у меня.
Я беру её сосок в рот и ласкаю его языком, одновременно поглаживая другую грудь. Звуки её удовольствия заставляют меня стонать от желания, и я перехожу ко второму соску. Они твердые, и пока я ласкаю её, она медленно двигает бедрами мне навстречу, мы стягиваем друг с друга одежду, пока наконец не оказываемся обнаженными. Я целую её шею и исследую её тело ртом и языком, спускаясь всё ниже к животу и бедрам. Она ложится, и я раздвигаю её ноги. Видеть её прекрасное тело, иметь возможность касаться, вдыхать её запах и осознавать, что я вот-вот почувствую её вкус почти невыносимо. «Я так долго хотела этого», — говорю я ей, на мгновение замирая, чтобы заглянуть ей в глаза и рассмотреть её между бёдер. Я дразню её несколько секунд, целуя ноги, вдыхая её аромат и осыпая поцелуями кожу вокруг её киски, стараясь растянуть предвкушение, но больше не могу ждать, потому что её запах слишком манит, и я хочу попробовать её.
Я прижимаюсь губами к её промежности, и у неё вырывается невольный стон. Я целую её, мой язык находит клитор и нежно скользит по нему вверх и вниз, пока она начинает двигать бедрами в такт моим движениям. Теперь мы стонем обе. Я проникаю языком внутрь, она такая влажная, а её вкус просто божественен. Я чувствую как сама теку и возвращаюсь к клитору, чтобы мы нашли общий ритм. Одной рукой я раздвигаю её губы, а другой ласкаю грудь. Её клитор набух и отзывчив к моему языку. Нет сомнений, что её тело говорит «да», даже если разум твердит «нет». Я дразню её пальцем у самого входа, продолжая ласкать языком, и чувствую, как её тело начинает напрягаться, и она вот-вот кончит. «Трахни меня», — вполголоса полуумоляет-полутребует она. Я ввожу два пальца, двигаю ими внутри, и этого оказывается достаточно. Она выгибает спину и вскрикивает. Мои губы всё еще на ней, она прижимается к моему лицу, и я чувствую, как её мышцы сжимаются вокруг моих пальцев, пока я ускоряю движения.
Когда она расслабляется, я поднимаюсь выше к её лицу, всё еще не вынимая пальцев и чувствуя ритмичные сокращения. Я целую её и медленно освобождаю её, думая о том, как буду наслаждаться её ароматом на своих пальцах весь оставшийся день. Я чувствую невероятный восторг от того, что лежу здесь, прижавшись головой к её груди. «Это было... неожиданно», — говорит она, и мы обе смеемся, продолжая целоваться. Я слизываю пот между её грудей и утыкаюсь носом в подмышки, глубоко вдыхая её запах. Мы снова начинаем целоваться, теперь я ложусь сверху, и какое же это блаженство, чувствовать всё её тело под собой! Я беру её руку, направляю её себе между ног и начинаю двигать бедрами, притираясь к её пальцам и бедру. Мы целуемся, моё колено прижимается к её влажному лону, движения ускоряются, мы толкаемся навстречу друг другу. Влага скользит по коже, и мы стонем. Это неописуемое удовольствие.
Она берёт мой сосок в рот, и прикосновение её языка вместе с пальцами, ласкающими мой клитор, заставляет меня кончить быстро и громко. Она не убирает руку, пачкая ладонь моей влагой, пока мои мышцы пульсируют вокруг. Мы лежим какое-то время, переплетясь телами. Снова поцелуи, снова ритмичные движения бедрами. Я хочу почувствовать её вагину своей, поэтому меняю позу, и смотреть ей в глаза в такой момент, это приятный бонус. Мы держимся за руки для опоры и тремся друг о друга. Она такая мягкая и влажная, слыша её стоны, я понимаю, что сейчас кончу и говорю ей об этом. Она подаётся вперед, потому что тоже на пределе. Мы обе стонем, достигая оргазма одновременно, полностью и окончательно опустошенные.
...Но через несколько минут мы приводим себя в надлежащий вид и возвращаемся к своим ролям, как будто ничего не произошло. И, конечно же, ничего и не было, кроме как в моих самых смелых фантазиях.
Белая британка • Атеистка • От £29,000 до £49,000 • Гей/Лесбиянка • Одинока • Есть дети