Рекорд МПК > 100 мл·кг⁻¹·мин⁻¹ все еще не побит
На прошлой неделе весь мир спорта на выносливость обсуждал один скриншот. Норвежский триатлет Kristian Blummenfelt выложил в Instagram фотографию экрана после теста на беговой дорожке, где, судя по данным, был зафиксирован VO₂max 101,1 мл·кг⁻¹·мин⁻¹. Число настолько высокое, что у большинства физиологов первая реакция была простой: «этого не может быть».
VO₂max — это показатель того, сколько кислорода организм способен вдохнуть, транспортировать к мышцам и утилизировать на уровне митохондрий. Это «золотой стандарт» аэробной работоспособности. Исторически даже значения выше 85–90 мл·кг⁻¹·мин⁻¹ встречаются крайне редко и почти исключительно у спортсменов мирового класса.
В 2019 году уже был похожий эпизод. Тогда обсуждалась статья, в которой сообщалось о новом рекорде VO₂max у другого норвежца — велосипедиста Oskar Svendsen. Его значение составило 96,7 мл·кг⁻¹·мин⁻¹ и превзошло прежний неофициальный рекорд ~96 мл·кг⁻¹·мин⁻¹, который в 1990-е приписывали легендарному лыжнику Bjørn Dæhlie. Уже тогда часть специалистов относилась к этим данным скептически, но в отличие от Instagram-поста Blummenfelt, работа Svendsen всё же прошла процедуру признания и ревью научной публикации.
В случае Blummenfelt данные существуют исключительно в формате соцсетей. Peer review в Instagram бывает жестким, но к научной строгости он не имеет отношения. Тем не менее, многие авторитетные специалисты публично высказались по поводу этого теста — в частности Jeroen Swart, Jem Arnold и Stephen Seiler. (с сообщением, цитата: может кто-то поехать в Норвегию и научить там физиологов калибровать газоанализатор?) :D
Или что если данные на скриншоте из инстаграм реальны - то у Кристиана ужасная экономичность бега.
Ключевая деталь, на которую обратили внимание почти все: на том же экране был указан RER = 0,93. RER (respiratory exchange ratio) — это отношение объёма выдыхаемого CO₂ к объёму потребляемого O₂. С практической точки зрения он используется для двух задач. Во-первых, по нему можно приблизительно судить о соотношении жирового и углеводного обмена. Во-вторых — и это критически важно в лабораторной диагностике — RER служит одним из критериев достижения истинного VO₂max.
Классически VO₂peak усредняют по окну 20–30 секунд. Вполне возможно, что 101 мл·кг⁻¹·мин⁻¹ — это не усреднённое значение, а единичный пик одного дыхательного «сэмпла». Если использовалась система с мешком-смесителем (mixing chamber) и псевдо breath-by-breath регистрацией, то вариабельность отдельных значений вблизи максимума может составлять 2–5%. В таком случае реальный VO₂peak Blummenfelt, вероятно, лежит где-то в диапазоне 92–97 мл·кг⁻¹·мин⁻¹. Это всё равно экстремально высокий уровень — элитный даже по меркам элиты.
С теоретической точки зрения VO₂max должен демонстрировать плато: скорость потребления кислорода перестаёт расти, несмотря на дальнейшее увеличение мощности или скорости. На практике плато наблюдается далеко не у всех, и физиологи десятилетиями спорят о том, какие критерии считать достаточными для подтверждения «истинного» максимума. Один из наиболее распространённых — RER. В зависимости от лаборатории и научной школы, порог считают достигнутым при RER > 1,00, >1,10 или даже >1,15.
Логика проста: при работе высокой интенсивности растёт продукция лактата, его буферизация сопровождается дополнительным образованием CO₂, и RER закономерно превышает 1,0.
Этот критерий несовершенен: индивидуальная вариабельность максимального RER существует, и на него влияют тренированность, тип протокола, питание и даже вентиляционный ответ. Тем не менее, если RER остаётся ниже 1,0, стандартная интерпретация такова: спортсмен прекратил тест до истинного максимума, а реальный VO₂max должен быть выше. Именно это и делает ситуацию с Blummenfelt парадоксальной: значение VO₂ якобы запредельно высокое, но вспомогательный критерий указывает, что тест, возможно, не был доведён до полного истощения.
Разумеется, человеческая физиология сложна, а чемпионы уровня Blummenfelt по определению являются атипичными. Мы не знаем точный протокол теста, длительность стадий, наклон дорожки, критерии остановки, а также возможные манипуляции с питанием (например, low-carb/high-fat стратегии), которые могли повлиять на RER без радикального снижения кислородного потребления.
Когда семь лет назад был разбор данных о Svendsen, несколько норвежских физиологов в частных разговорах высказывали мнение, что «рекорд» Dæhlie в 1990-е был, мягко говоря, сомнительным и, возможно, сознательно «слитым» в прессу для психологического давления на соперников. В этом контексте нетрудно представить, что Blummenfelt и его команда вполне осознанно наслаждаются эффектом, который произвёл один Instagram-пост.
Однако с научной точки зрения всё остаётся предельно просто. Пока данные не опубликованы в рецензируемом журнале с описанием протокола, калибровки оборудования и критериев достижения максимума, официальным рекордсменом остаётся Svendsen. А Blummenfelt, в отличие от гипотетических цифр, может опираться на куда более весомые достижения — олимпийское золото и титулы чемпиона мира Ironman.
Кстати, на фоне шума вокруг «101 мл·кг⁻¹·мин⁻¹» на беге, многие почему-то полностью пропустили ещё один любопытный момент из того же тестирования — скриншот с велосипедного протокола.
Речь идёт не столько о самом VO₂peak, сколько о том, какая мощность соответствовала этому VO₂peak у Kristian Blummenfelt.
Если внимательно пройтись по кадрам видео, можно увидеть вертикальную шкалу прогрессии в середине рамп-теста. Оцифровав последний кадр, где тест ещё продолжается, получается довольно грубая, но разумная оценка: пиковая мощность (Wpeak) около 440 Вт.
Даже если допустить погрешность ±10–15 Вт, порядок величин понятен. И вот здесь начинается самое интересное.
Если взять эту мощность и сопоставить её с предполагаемым VO₂peak, можно оценить так называемую «экономичность» или, точнее, cycling economy в терминах: Вт / (л O₂ · мин⁻¹)
Именно этот показатель часто используют, чтобы понять, насколько эффективно спортсмен превращает потреблённый кислород в механическую работу. На графиках из литературы его обычно сравнивают между:
– гонщиками WorldTour
– элитными лыжниками
– атлетами, «перешедшими» из лыж в велосипед (включая юниорских чемпионов мира в ITT)
Если нанести Blummenfelt в этот диапазон, его точка оказывается… довольно низко. Не катастрофически, но заметно ниже, чем у типичных топ-велогонщиков мирового тура при сопоставимом VO₂peak.
И вот это, на мой взгляд, куда более содержательный вывод, чем сама цифра VO₂.
Первое. Высочайший VO₂max ≠ выдающаяся велоэкономичность.
Blummenfelt — феноменальный аэробный «двигатель», но его способность конвертировать кислород в ватт на велосипеде, судя по этим данным, не выглядит исключительной по меркам чистых велоспециалистов.
Второе. Специфичность адаптаций.
Триатлон — это компромисс. Посадка, распределение мышечной активации, нейромышечные паттерны, работа стабилизаторов — всё это отличается от WorldTour-шоссе или ITT-специализации. Даже при одинаковом VO₂peak экономика может существенно различаться.
Третье. Это хорошо согласуется с тем, что мы видим в гонках.
Blummenfelt не доминирует в велосипедном сегменте за счёт «убийственной» мощности на кг или абсолютных ватт. Он выигрывает за счёт:
– устойчивости на высоких процентах от VO₂max
– феноменальной durability
– способности повторять высокий выход мощности после уже накопленной усталости
– и, главное, за счёт интеграции всех трёх дисциплин.
Четвёртое. «Низко, но не невозможно».
Важно подчеркнуть: эта экономика не выглядит физиологически абсурдной. Она находится в нижней части опубликованных диапазонов, но остаётся реалистичной. И именно это косвенно подтверждает, что велосипедный скриншот, в отличие от бегового VO₂, выглядит даже более правдоподобным.
И в итоге получается парадоксальная, но очень поучительная картина.
Даже если допустить, что реальный VO₂peak Blummenfelt находится ближе к 92–95 мл·кг⁻¹·мин⁻¹, а не к «инстаграмным» 101, его велосипедная экономика не выбивается за рамки известной физиологии. Она просто подчёркивает старую истину:
в элитном спорте выигрывает не тот, у кого самый высокий VO₂max, а тот, кто лучше всего умеет реализовать свой VO₂max в конкретной дисциплине, в конкретной позе, под конкретной усталостью и в конкретный день.
И именно поэтому обсуждать ватт-на-литр кислорода зачастую гораздо полезнее, чем гоняться за рекордными цифрами на скриншотах.