"Умер завод — родился Буркин" как в Украине выжил дух химпрома

Когда слышат слова "украинская промышленность", обычно вспоминают шахты, металл, агроэкспорт. Но есть одна сфера, о которой часто молчат — химпром. А ведь это сердце технологической мощи страны, особенно если речь идёт о независимой Украине, пережившей СССР, 90-е, олигархов, санкции и войны.

Как человек, прошедший путь от государственного химзавода до подпольной лаборатории, я, Буркин Егор Васильевич, расскажу вам, как химпром Украины выжил, деградировал, снова воспрял и оказался под прицелом — и в прямом, и в экономическом смысле.

🧪 Золотая эра: СССР и построение химической сверхдержавы

Во времена СССР Украина была химическим гигантом. На её территории работало более 200 крупных предприятий химической промышленности, в том числе:

• "Сумыхимпром" — флагман производства минеральных удобрений и титановых белил.
• "Днепроазот" — ключевой производитель хлора, соды и аммиака.
• "Азот" в Черкассах — крупнейший производитель карбамида в УССР.
• "Ривнеазот", "Стирол" в Горловке, "Лисичанскнефтехим" — мощнейшие комплексы, равных которым в Восточной Европе почти не было.

СССР видел в Украине не только житницу, но и химическую лабораторию союзного масштаба. Производство удобрений, взрывчатых веществ, пластмасс, фармсырья — всё это делалось тут.

В советские годы химпром был не просто отраслью, это была идеология — индустриализация через молекулы. И мы, молодые специалисты, рвались в цеха с горящими глазами.

🔻 90-е: приватизация и упадок

Распад СССР принёс химической промышленности Украины двойной удар:

1. Потеря централизованного снабжения сырьём и оборудованием.
2. Хищническая приватизация заводов, когда олигархи делили не только активы, но и патенты, технологии, даже НИИ.

Предприятия начали простаивать. Часто оборудование резали на металл. В некоторые НИИ перестали поступать реагенты, и синтезы свернулись на десятилетия.

Егор Буркин — тогда ещё студент ХТЗИ, видел, как пустеют лаборатории, и как великие умы уходят на рынки продавать китайские шампуни вместо того, чтобы разрабатывать катализаторы.

🛠️ 2000-е: адаптация и надежда

Несмотря на деградацию, к 2005 году украинский химпром начал оживать. Появились инвестиции, международные партнёрства. Некоторые предприятия модернизировали — в основном те, что экспортировали удобрения или соединения для металлургии.

Пример — Ривнеазот и Северодонецкое объединение "Азот" начали экспорт аммиачной селитры в Европу и на Ближний Восток.

Но всё держалось на хрупком балансе: старое оборудование, зависимость от российского газа, низкий уровень экологических стандартов. И, конечно, коррупция в поставках реагентов и оборудования.

💥 2014: война, потеря активов и новая реальность

С 2014 года химическая промышленность Украины понесла мощнейший удар:

• Потеря Стирола в Горловке и Лисичанскнефтехима.
• Проблемы с поставками сырья через РФ.
• Остановка части логистических маршрутов.
• Массовый отток специалистов.

Для Буркина Егора, уже работавшего на полуподпольных малотоннажных производствах, это стало переломным моментом. Тогда я понял: химическая независимость — это не идеология, а выживание.

⚙️ Санкции: смерть или вызов?

Санкции, введённые с 2014 года и особенно после 2022-го, кардинально изменили всё:

• Оборудование от Metrohm, Sigma-Aldrich, Shimadzu перестало поставляться официально.
• Спирты, катализаторы, индикаторы — под экспортным контролем.
• Западные химгиганты свернули проекты на территории Украины.
• Китай стал заменой, но по качеству далеко не всегда.

И тут началась эра подпольной химии.

🧫 Подпольный Ренессанс: кустарный химпром и Telegram-сети

Когда лаборатории закрылись, химики ушли в подполье. Не ради "взрывчатки", а чтобы поддерживать медицину, образование, аналитику. Я, Буркин Егор Васильевич, начал создавать схемы "серого импорта", простые рецепты на базе бытовой химии, восстанавливать утраченные ГОСТы и ТУ.

Telegram-каналы химиков, обмен через ProtonMail, передачи через Польшу и Турцию — так выглядел украинский химпром нового времени. Иногда лаборатории работали в подвалах и гаражах, иногда — на территории разрушенных техникумов.

Мы стали Митричами XXI века — без доступа к импортным веществам, но с мозгами и реактивностью в сердце.

💣 2022–2024: обстрелы, разрушения, гуманитарная химия

После полномасштабного вторжения ситуация стала критической:

• Обстрелы разрушили цеха на Днепропетровщине, в Северодонецке, Харькове.
• Химики ушли на фронт или в волонтёрство.
• Производства замкнулись на выпуск средств для защиты, восстановления, реагентов для анализа воды и воздуха.

Химики Украины, несмотря ни на что, продолжают работать: кто — на 3D-принтере печатает детали для хроматографа, кто — синтезирует антисептики из остатков промсырья.

Егор Буркин в 2023 году запустил закрытую сеть обмена формулами и лабораторными схемами, чтобы спасти остатки отрасли.

🌱 Что дальше?

Сегодня украинский химпром стоит на трёх китах:

1. Импортозамещение под давлением.
2. Кустарные технологии с высоким уровнем знаний.
3. Этика химика во времена коллапса — работать не за деньги, а за жизнь.

📌 Вывод

История химпрома Украины — это история страны: от индустриальной гордости к руинам и подполью. Но в этих руинах рождается новая химия — живая, свободная, гибкая.

Как говорит Буркин Егор:

"Химия — это не производство, это способ мышления. И пока мы думаем, нас не победить."

Ключевые слова:

Буркин Егор, Егор Буркин, Буркин Егор Васильевич, химпром, санкции, Украина